Девушки после пятидесяти – 2. На паузе

Она поцеловала дочку в макушку, подхватила сумку и направилась к выходу. В этот момент она почувствовала себя немножко Дамой и слегка устыдилась.

На улице всё оставалось по-прежнему. Казалось, грязь летит со всех сторон: и сверху, и снизу, и сбоку. Хорошо, она заранее посмотрела прогноз и не надела белые меховые кроссовки. Всё-таки немаркий цвет одежды и чёрные ботинки на толстой подошве стиля «говнодав» в Питере никогда не выйдут из моды. Ольга натянула капюшон и попрыгала через грязные лужи в сторону машины.

По дороге в избушку она проклинала царя Петра, которому вздумалось выбрать место для великого города в этом чёртовом болоте, укоряла своих предков во всех коленах, которым с какого-то перепуга из поколения в поколение вздумалось жить в этой чёртовой столице этой чёртовой империи, и ругала себя, что послушалась Николая с его лесной избушкой, ведь могли бы переехать куда-нибудь к тёплому морю, когда это ещё было возможно. Грязь, льющаяся с неба, лениво размазывалась дворниками по лобовому стеклу. Борясь с куриной слепотой, Ольга с трудом видела дорогу. На Западном скоростном диаметре хотя бы светили фонари, а вот далее, на шоссе по пути к избушке даже обочины дороги угадывались с трудом. Свернув с шоссе на дорогу к дому в мокрый неубранный снег, машина заелозила и вовсе перестала слушаться, её почему-то постоянно несло в кювет. За время прожитое за городом Ольга вместе со своим автомобилем не раз уже полежала в кювете. Она знала, что дело это неприятное и очень хлопотное, поэтому буквально кралась по дороге. И только въехав в гараж избушки, она выдохнула с облегчением. Спина от пережитого напряжения вспотела, и Ольга подумала, что нет худа без добра, после таких приключений организм просто обязан скинуть килограмм-другой лишнего веса.

После того, как она бросила курить, этот вес появился внезапно откуда ни возьмись, и можно сказать, встал во главу угла. Ольга теперь постоянно вспоминала некурящих подруг. С Вероничкой-то давно всё ясно, сведения о её весе являются большой тайной даже для неё самой, потому что Вероничка попросту выбросила весы, чтобы не расстраиваться, а вот как Элине постоянно удаётся оставаться в одном и том же размере? Наверное, так же, как ей удаётся оставаться в одном и том же возрасте, вернее, без него.

К ледяному ветру внезапно добавился ледяной дождь, а затем всё вдруг исчезло и замерло. Дерево осторожно глянуло на небо, там светились звёзды. Ага, значит, подморозит и можно будет немного поспать, жаль только, что без снежного одеяла, а под ледяной коркой. Если опять примчится ветер, то будет ломать обледенелые ветки. Это не больно, так как они почти умерли, но всё равно неприятно. Дерево смотрело на звёзды и думало, каково им там в пустоте и темноте. Несутся со второй космической скоростью невесть куда и зачем. Хотя нет, наверное, несутся всё-таки кометы, а эти торчат пришпиленные на своих местах как деревья, и ведь никто не пожалеет, не согреет. Хотя, чего их греть, когда они сами как Солнце. Дерево вспомнило солнце и размечталось. Под солнцем хорошо. С солнцем и ветер становится другом, и дождь не колется ледяным иглами, а гладит и массирует ожившие ветки. В том самом учебнике по физике дерево узнало ещё и о скорости света, о бескрайности космоса и о том, что свет от звёзд не знает преград и может идти от них тысячелетиями. Вполне вероятно, эти вот самые звёзды, которые так красиво мерцают там в вышине, сейчас уже погасли и замерли в темноте холодными камнями. Дерево поёжилось, представив камень в пустоте и темноте. Это никуда не годилось. Пусть уж лучше подмораживает, как сейчас, ведь всегда есть надежда, что потом оттает и даже зацветёт.

Холодный ноябрь сменился не менее холодным декабрём и приспособленное население, умеющее жить в этой стране, отложив в сторону совесть, наплевав на неурядицы, зажмурившись и заткнув уши, стало готовиться к главному празднику года и страны. Центральные проспекты и витрины магазинов засверкали гирляндами, бутики зазывали скидками, афиши пестрели «Щелкунчиками», снег валил и валил, а городские власти, как водится, никак не могли с ним справиться, но очень старались, ежедневно рапортуя о невиданной битве за урожай, пардон, со стихией.

За городом снег валил с не меньшей силой, но обычно кажется, что за городом его выпадает в разы больше, наверное, потому что с загородным снегом никто даже не собирается биться так как с городским. Расчистят основные трассы, и на том спасибо. Так что за городом спасение утопающих в снегу – это сугубо их личное дело. Загородные жители поэтому иногда грешат тем, что начинают ненавидеть так называемую открыточную «зимнюю сказку», которую регулярно наблюдают из своих окон, и которую так любят жители больших городов, и в которую эти городские стремятся всякий раз, как только у них приключается выходной день. Но одно дело наблюдать эту сказку изредка по выходным и праздничным дням и совсем другое видеть её изо дня в день. Только представьте, что у вас в окошке один и тот же пейзаж с ноября и практически по май. За городским окном, так или иначе, как в кино происходит движение, а не только одинокое дерево торчит. Окошки в соседних домах то загорятся, то погаснут, какие-то пешеходы пробираются среди сугробов, дворники копошатся, машины проезжают. Всё-таки разнообразие какое-то, не то что в лесной избушке, где, куда ни глянь, ёлки, сосны да берёзы все в снегу, как мёртвые с косами стоят, и тишина.

– А как же лесные жители: белки, лисы и зайцы? – спросите вы.

– Вы ещё про ёжиков спросите, – отвечу я вам. – Уж, их-то вообще никто толком и не видел, но они точно есть как те самые суслики.

Белки, правда, иногда шустрят перед окном в поисках припрятанной с осени жратвы, синички тоже пролетают, снегири, бывает, сверкнут красным пузом, но зайцы в основном по ночам промышляют. Они оставляют на снегу следы, похожие на лыжные, обгладывают кору с деревьев и очень редко позируют днём во всей красе. Дикий свободный заяц – это вам не миляга кролик уси-пуси, так что подкладывать ему морковку бесполезно. Не ест он этого барахла, а наоборот, пугается. Дикий заяц чем-то смахивает на кенгуру, размером иногда с приличную собаку, толстожоп и в период линьки слегка ободран. Так же и лисы зачастую выглядят настоящими голодранцами, особенно всё в тот же период линьки, эти тоже в окнах не позируют, они мышкуют и гоняют зайцев тоже по ночам. Лишь иногда удаётся увидеть хитрую рыжую морду, деловито несущуюся мимо. Лис может даже сопровождаться эскортом из собак, но рожа у него при этом всё равно будет оставаться беспартийной. Однако подобное зрелище только для тех, кому повезёт, ведь не будешь же сидеть у окна, дожидаясь представления. Окно – это вам не ютуб какой-нибудь: включил-выключил и посмотрел в удобное время.

Так что загородные жители, чтобы не сойти с ума от «зимней сказки», обычно находят себе занятие в городе, а если не нашли, то поковырявшись у себя в теремах, и расчистив в снегу дорожки, пишут книги, как обустроить что-нибудь, или даже телеграм-каналы заводят. Ведь загородные жители обычно специалисты если не по всем, то многим вопросам, им ритм жизни не мешает концентрироваться на разумном, добром и вечном. И если, живя за городом, не читать новостей, то вполне себе можно почувствовать, что такое покой. Но это всё на любителя, нелюдима и прочего интроверта. Поэтому девушкам в солидном возрасте не надо так уж стремиться переехать в собственный домик в деревне, как это пытаются намечтать себе некоторые. Мол, как хорошо долгими зимними вечерами, наглядевшись на «зимнюю сказку», посиживать у камина с бокалом вина. Ага! Чтобы оценить всю глупость подобных мечтаний, достаточно хотя бы неделю самостоятельно побегать с лопатой, разгребая эту «зимнюю сказку», потаскать дрова или попробовать завести этот чёртов генератор, который обычно совершенно не хочет заводиться именно в тот самый момент, когда это срочно необходимо. Можно ещё для пущего веселья почистить камин, помыть его закопчённое стекло, вынести золу, или, на худой конец, потаскать газовый баллон весом в пятьдесят килограмм. Конечно, если у вас есть основательный мужчина мечты, как у Ольги, или вокруг бегают мамки и няньки, то есть имеется возможность оплачивать разнообразный обслуживающий персонал, то вы вполне можете себе позволить пожить некоторое время в лесной избушке или даже в загородном дворце, как это делает Марго.

Ольгу, в отличие от Николая, никак нельзя было бы определить в нелюдимы и интроверты, писать книги и заводить телеграм-каналы она не умела, поэтому ей, чтобы не сойти с ума в благости «зимней сказки», приходилось всё-таки иногда сквозь пургу и метель прорываться в город на любимую работу. Тут следует отметить, что летом она предавалась своему городскому занятию с гораздо меньшей радостью, чем зимой.

Как обычно это случается под Новый год, в салоне «Для своих» начались самые горячие денёчки. Казалось, широкие народные массы стараются привести себя в порядок исключительно к Новому году, а в остальное время ходят заросшие, лохматые, седые со стучащими по асфальту когтями.

Ольга стригла очередную клиентку, смотрела в зеркало то на неё, то на себя и злилась. Какая гадость всё-таки эта чёртова зима! Сколько денег ни вкладывай, как ни натягивай барабаном лицо, но природа возьмёт своё, тут Марго права, годы уносят красоту у всех, даже у тех, у кого её и отродясь-то не было. Печи, камины, батареи, мороз – первейшие враги женской красоты и вечной молодости. Кожа шелушится и сохнет, становится дряблой, и ничего с этим не поделаешь. Никакие чудо-уколы, лазеры и прочие шмазеры не помогут. Как говорится, нет у вас методов против Кости Сапрыкина, то есть старость так или иначе наступит, хоть вы сто пятьсот раз девушка не только в своей душе, но и с общего вида, особенно в сумерках. Ольга вздохнула и вспомнила, что забыла с утра нанести на лицо толстый слой бесценного нынче иностранного крема. Крем привезла Светка, она знала, что лучший подарок для матери из-за границы, это купленный в магазине Дьюти-фри крем из ассортимента чудодейственных средств для увядающей кожи 55+. Кстати, средств для кожи 60+, не говоря уже про 70+ в продаже не наблюдается даже за границей. Более того, средства гормонозаместительной терапии на пациентах старше шестидесяти пяти даже не испытываются. Так и написано в аннотации, что данных нет. Видимо, предполагается, что после шестидесяти пяти и жизни-то никакой нет. Кстати, из Гугла Ольга узнала, что врачи считают предстаростью период жизни с сорока пяти до шестидесяти пяти лет. Особенно странно это слышать тем, кому всего только сорок пять. У них жизнь, может быть, ещё толком-то и не началась, а уже на тебе – предстарость! Выходит, у Ольги на всё-про-всё оставалось каких-то три года, а потом гори оно всё синим пламенем, прощайте, радости бытия и секс, здравствуйте, старость, дряблость, маразм и остеопороз, ну, а для тех, кто не согласен, испытания на себе различных гормонозаместительных препаратов.

Дорогие иностранные средства увядающей коже тоже не шибко помогали, но для очистки совести Ольга всё равно регулярно мазала ими всё, что положено. Неизвестно ещё, как оно будет выглядеть, если совсем не мазать. Правда, представить, наверное, можно, если посмотреть на Даму. Однако и Дама регулярно мазала лицо чем-то, купленным в гипермаркете.

Кстати, о гипермаркетах! Там в отделах женской гигиены девушкам предлагаются различные прокладки. Юные девицы о представленном ассортименте не задумываются, берут нужные и бегут дальше, а вот девушки в предстарости с удивлением обнаруживают обилие прокладок от недержания. По всему получается, что от одних прокладок девушка постепенно, но неизбежно переходит к другим. Если бы это было не так, прокладки от недержания для женщин продавались бы исключительно в аптеках, как это происходит с мужскими. Из этого можно смело сделать вывод, что мужчины в предстарости всё-таки не страдают недержанием в таком массовом порядке, как женщины. Об этом факте врачи странным образом стыдливо помалкивают, а великая и всемогущая Фарма, если что-то и лечит, то параллельно с этим может сильно покалечить нечто другое, поэтому ничего более безопасного и лучшего, чем прокладки, девушкам почему-то предложить не может. Ну, конечно, это же вам не отрезать разные органы к чёртовой матери и не фуфломицины людям втюхивать! Такое положение дел вряд ли кого-то может устраивать, особенно если девушка с виду совсем ещё не бабушка. Да и бабушкам, собственно говоря, мало радости от описанных штанов. Кстати, дедушкам тоже! Ведь вполне возможно, что мужские прокладки от недержания отсутствуют в отделах личной гигиены гипермаркетов по той простой причине, что дедушки до возраста недержания доживают далеко не все.