Достоинства здравого смысла

© Владимир Мясоедов, 2023

Глава 1

Кружащийся вокруг меня комар умело уклонялся от пытающихся схватить его рук, так и норовя пристроиться куда-то к щеке или к шее, да хлебнуть от души кровушки человеческой. Вот только я, понятное дело, идти ему навстречу не желал! Во-первых, размах крыльев насекомого составлял никак не менее трех сантиметров, и хоботок жала его габаритам вполне соответствовал, а во-вторых, мало ли какие болезни эта дрянь способна переносить на своем хитиновом оружии?! Увы, тварь попалась приставучая, упорная, умная и ловкая. Садиться куда-нибудь на прикрытое плотными штанами колено или кольчужную рубашку не желала категорически, метя лишь на открытые части тела, а от карательных взмахов раскрытыми ладонями уходила с легкостью чиновника, переваливающего с себя ответственность. Стоило бы отвлечься хоть чуть-чуть, как бестия обязательно бы добилась своего, но пускай развлечений в дороге имелось маловато, однако коротать досуг расчесыванием укусов я категорически не желал, а потому минуте на пятой нашего напряженного противостояния решил играть грязно. И применил магию. Ощущаемый где-то внутри огонек доступной энергии колыхнулся, уменьшаясь на едва заметную каплю, и реальность дрогнула, сгибаясь покорно моей воле. Не вся, конечно, лишь маленькая её частичка. Та, которая соответствовала одному из крыльев комара-переростка, переломившемуся у самого основания. Сорвавшийся в штопор летучий кровопийца по кривоватой спирали устремился к земле, пока не шлепнулся на дорогу. Возможно, он бы и смог когда-нибудь оправиться от подобного увечья – разумные и неразумные обитатели данного измерения подчас демонстрировали настоящие чудеса выносливости, живучести и регенерации, в которые на Земле никто бы попросту не поверил. Но через пару секунд после аварии спущенное с небес насекомое громко хрустнуло под копытом животного, напоминающего гибрид кролика и быка. И покрытая коротким белым мехом зверюга, размах рогов которой уступал лишь длине её же ушей, явно специально сделала шаг на обочину ради уничтожения доставучей жужжащей крылатой пакости, несмотря на гневный вопль погонщика и щелкнувший в воздухе кнут. Ну, оно и понятно – редкий шанс расквитаться с одним из своих извечных мучителей. Пусть весящее не меньше полутора тонн животное обладает просто неимоверной силой и выносливостью, который день без всяких видимых усилий таща за собою здоровенную телегу с несколькими центнерами грузов и семеркой пассажиров, но его могучие толстые ноги совершенно не подходят для того, чтобы воевать с комарами, хоть обычными, хоть подобными переростками. А те этим и пользуются, регулярно впиваясь в те места, где шкура потоньше, а чувствительность – выше.

Дул приятный легкий ветерок, светило вполне себе ласковое солнышко, телега, в которой я ехал поверх каких-то тюков, не слишком сильно тряслась, несмотря на отсутствие амортизаторов, и, в общем-то, имелись все поводы для того, чтобы смотреть в будущее с осторожным оптимизмом. Настроение даже не сильно портили периодически встречающиеся свидетельства идущего в стране военного конфликта, вроде полного разумных ящеров блокпоста, сгоревшей деревеньки, хмуро бредущих куда-то по своим делам беженцев или очередного старательно обгрызенного костяка в обрывках одежды. Несмотря на царящую вокруг разруху, жестокость и изрядную безумность этого мира, наполненного представителями разных рас, чудовищами, магией и уровнями, присваиваемыми стоящей над всем Системой, на душе в кои-то веки было хорошо. Впервые за довольно долгое время я позволил себе как следует расслабиться, задвинув куда подальше мысли о долговых обязательствах перед божественной сущностью и обещание оной же сущности выкрутить душу спасенного ею человека как половую тряпку, если запоздаю с возвратом кредита. Уж больно много имелось поводов для улыбки! Во-первых, линия фронта уже находилась далеко позади. Во-вторых, в карманах звенело не такое уж и маленькое количество золотых монет, имеющих очень даже высокую покупательную способность. В-третьих, не бояться встреч с солдатами Республики Драконов и слишком пристальных проверок личности позволяли официальные документы отряда наемников. В-четвертых, если уж вдруг чего, то между собой и опасностью можно поставить не только восемь недоумков-призывников, ранее входивших в ряды уличной преступности, но также четверку вполне опытных рубак и одну младшую жрицу, вполне себе умеющую не то в боевую магию, не то в маленькие повседневные чудеса сугубо практической направленности. Да и про караванщиков, являющихся соплеменниками моей подчиненной, забывать не следовало. Два десятка разумных опоссумов пусть и не являлись воинами, но ради своего добра нож в спину каким-нибудь дорожным разбойникам воткнут не задумываясь, а есть у них не только короткие клинки, но также пусть слабенькие, но все-таки луки. И пусть физической силы представителям расы ниссов недоставало, причем даже на довольно высоких уровнях, но зато с ловкостью и меткостью не имелось ни малейших проблем. Количество же зачастую само по себе может считаться определенным качеством, и потому оголодавшие до потери любых моральных ориентиров обыватели или идейные охотники до чужого добра лишь провожали задумчивыми взглядами наш караван, уверенным шагом топающий себе по дороге в сторону города, где у разумных опоссумов имелось не просто «скромное» торговое представительство на пару тысяч постоянных обитателей, а целый клановый квартал.

– Движение в овраге! – Вдруг рявкнул с идущей впереди телеги один из моих сержантов, а именно полукровка по имени Тырн. Гибрид орка с гномом был даже не уродлив, а по-настоящему страшен. Его обильно покрытая шрамами физиономия с разрезанным уголком рта, отсутствием правого уха и оплавленным обрубком вместо носа, в моем прежнем мире могла бы среднестатистического обывателя до заикания напугать. А уж вкупе с практически двухметровым в ширину, высоту и толщину телом – стать поводом для истерики, депрессии и длительных визитов к психотерапевту. Вот только увечья пришли к обладающему внушительным пузом бывалому наемнику не просто так, а в компании с немалым количеством честно заработанных уровней и боевого опыта. А потому к его словам, особенно таким, стоило прислушаться…Если, конечно, есть желание подобно самому Тырну дожить до первых седых волос. – Приготовиться к бою!

К своему стыду, я далеко не сразу понял, а про какой вообще овраг идет речь, хотя и считался наиболее опытным и опасным человеком среди всей охраны каравана. Лишь секунд через пятнадцать, когда за оружие схватились все кто только мог и дружно выставили его в одну и ту же сторону, то до меня дошло, что опаску у бывалого наемника вызвала едва заметная узкая впадина, расположенная у нас прямо по курсу и метрах в десяти от дороги, которую я обыкновенной канавой посчитал. Длина – метров десять, ширина – всего два, какие-то кусты обильно покрыли собою один из склонов. Нет, разумеется, в подобном природном укрытии спрятаться при большом желании кто-нибудь бы сумел. Но этот кто-то вряд ли имел шансы оказаться слишком уж большим и многочисленным, иначе бы мы их уже заметили. Стая из пяти-шести одичавших собак, стихийно поднявшийся мертвец, ну в крайнем случае десяток бандитов…В общем ничего такого, ради чего стоило бы останавливать движение. Вроде бы. Но спрыгнувший на землю полуорк явно считал иначе, умудряясь одновременно и материть своих бестолковых подчиненных, никак не способных толком выстроить жидкую стену щитов, и заряжать вполне достойный его габаритов арбалет, и не отрывать взгляда от потенциально опасного места.

– Чего там у тебя? – Спросил его собрат по несчастью, ну то есть дрессировщик пехотинцев номер два, отзывающийся на имя Зак и имеющий вид записного упыря. Бледная кожа, белые волосы, алые глаза…Впрочем, как и у большей части рядовых солдат нашего маленького отряда. Риамцы, проживающие в стране Риам и под властью своего бессмертного владыки Риама же, на увидевшего их в первый раз производили воистину незабываемое впечатление. Даже у меня, человека вроде бы не сильно пугливого, до сих пор руки иногда тянутся к оружию, а глаза начинают выискивать в округе осину, дабы выстрогать кол понадежнее. И ведь точно знаю, что это у них просто внешность такая: видел я и красноглазых стариков, разбитых артрозом, радикулитом и прочими возрастными болячками, и беловолосых детишек, клянчивших подаяние, и невероятное множество трупов с подобным фенотипом, которые будучи убитыми лежали себе как нормальные люди и лишний раз не дергались…А все равно где-то в глубине души чего-то екает предостерегающе.

– Вон, видишь, пара серебряных монет на обочине блестит? И еще штук пять у самого края оврага? – Монеты я тоже не заметил, пока в них рукой не ткнули. Вернее, глаз-то их видел, но сознание на отражающих свет кусочках металла не фокусировалось. Все-таки я всё вокруг до сих пор воспринимаю по меркам Земли, где шага нельзя ступить, чтобы не наткнуться на осколок стекла, обрывок целлофана или прочий техногенный мусор. А вот по меркам этого измерения, довольно плотно населенного, но все-таки не настолько развитого в промышленном плане, любой блестящий предмет в жарких тропических краях, где снега и льда иначе как благодаря магии отродясь не видели, являлся довольно примечательной аномалией… – Похоже на ловушку. Видел я уже такое, когда деньгами заманивали под удар…А вы как считаете, мастер Ван?

– Надо бы проверить, только аккуратно. – Отозвался я, заканчивая заряжать уже свой арбалет и поправляя под подбородком застежки шлема. Проклятая металлическая шапка была жутко неудобной и жаркой – хотя в местном климате жарким было все тяжелее панамки на голову, однако без неё меня могли бы прикончить одним удачным ударом. Да и с ней, в общем-то, тоже могли, как и с оттягивающими плечи доспехами, но все-таки вероятность выйти из боя живым для одоспешенного была намного выше. А боль от ран у меня получается терпеть просто великолепно, пусть даже подвергать себя подобным испытаниям ну просто очень не люблю! – Деньги на дорогах действительно просто так не валяются. Если у кого-то порвался кошелек во время похода в кустики – хорошо. Но скорее всего в той канаве лежит обладатель серебра, которого какая-нибудь тварь убила и уволокла с дороги, чтобы без помех сожрать. И она все еще где-то здесь, ведь бесхозным монетам приделали бы ноги первые же путешественники.

– Логично, – согласился со мной Зак, который как пусть и очень-очень бедный, но все-таки аристократ, получил вполне приличное по местным меркам образование, а потому в отличии от полуорка мог поддерживать беседу на отвлеченные темы или оперировать в разговоре сложными терминами. – Полагаю, эта тварь достаточно разумна, раз мы видим только монеты, но не обрывки одежды, куски тела или обгрызенный труп. Самое-то, чтобы подманивать всяких алчных глупцов к краю канавы без опаски, что они сбегут. Бандиты, конечно, тоже могли бы выложить серебром путь в засаду…Но не здесь. Не на обочине оживленного торгового тракта, где хотя бы раз в час мимо места засады пройдет большая группа путешественников, и периодически проезжают военные патрули.

К сожалению, я не ошибся – серебро и впрямь принадлежало какому-то бедолаге, которого сожрали живьем. И Зак тоже был прав, ответственность за приманку в виде монеток нес вполне себе развитый разум, пусть даже и не имеющий ничего общего с человеческим. Только вот засаду в канаве у дороги организовал не один единственный монстр, а целый выводок тварей, которые свой относительно небольшой размер компенсировали скоростью, прочностью и бесконечной злобой. А еще они то ли подслушали нас и поняли, о чем идет речь, то ли просто атаковали слишком близкую добычу под влиянием терзающего их голода, но в любом случае, выплеснувшийся из канавы рой существ, отдаленно похожих на крупных насекомых, не дал времени на то, чтобы еще лучше подготовиться к стычке с противником. Не меньше двух-трех сотен бледно-белых тварюшек, меньшие из которых едва достигали в размерах человеческого кулака, а большие были вполне сравнимы с крупной собакой, живым потоком выползали из своего природного укрытия при помощи длинных лап, либо выкапывались прямо из земли. Причем хорошо замаскированные укрытия нападающих, смахивающих на муравьев или термитов, находились не только рядом с оврагом, но также и чуть ближе, и дальше, и вообще с другой стороны дороги за нашими спинами…В общем, они надвигались на караван буквально со всех сторон! Но куда хуже было то, что шли они не одни. В потоке мелюзги, с которой мы бы точно справились, возвышался десяток куда более крупных созданий серого цвета, напоминающие одновременно и своих младших родичей, и богомолов ростом с человека, поскольку их передний сегмент тела был вертикально приподнят, а верхняя пара лап трансформировалась в ужасающие косы. А впереди всех неслось как ветер существо антрацитово-черного цвета размером с быка, у которого вдобавок к шести лапам отрос скорпионий хвост, а от спины отслоилась парочка острых даже на вид надкрыльев, напоминающих серпы и хищно растопыренных в разные стороны.

– Анты! – Заорали за спиной испуганным женским голосом моей то ли рабыни, то ли все-таки помощницы и секретарши, а после по приближающейся к нам хитиновой волне хлестнуло небольшим облачком ледяной картечи, возникающей прямо из воздуха и падающей вертикально вниз. Круглые шарики смерзшейся воды были не очень велики, но били они вниз словно пули, брызгая во все стороны крохотными, но очень острыми осколками после ударов о землю или насекомовидных тварей. Против плотной группы целей, напрочь лишенных брони, данная атака оказалась бы крайне эффективной, но плотные покровы напавших на нас монстров неплохо держали режущий урон. Покрытая черной броней насекомовидная тварь с десятком своих клевретов, несколько отстающих от лидера, но тоже передвигающихся очень даже шустро, этот дождик даже не заметила. И лишь там, где прямое попадание градины приходилось прямо на личинку, желательно молодую и с еще толком не затвердевшим панцирем, брызгал в стороны чуть зеленоватый ихор, заменяющий кровь этим бестиям, считающимся обитателями данного мира чем-то средним между разумной расой, демонами и сошедшим с нарезки биологическим оружием.

Жиденький залп из стрел, выпущенный карванщиками, особых результатов не принес. С десяток личинок оказались убиты или ранены, благо по такой толпе промазать еще надо было умудриться, но более развитые формы антов оказались коротким и слабым лукам ниссов банально не по зубам. Возможно, имейся среди них профессиональные охотники или воины, обладающие соответствующими умениями, и результат оказался бы совсем иным…Однако пусть торговцы и взяли в руки оружие, чтобы защитить себя, но умений и талантов боевой направленности у них от этого не прибавилось. Стальные острия отскакивали от гладкого хитина, оставляя после себя лишь царапины разной степени глубины, однако на подобные мелочи противнику оказалось начихать. Прямо на бегу черный лидер тварей и следующая за ним толпа молоди распахнули свои пасти, дружно выплевывая в людей ядовитую слюну, одновременно обладающую свойствами вполне серьезной отравы и слабенькой кислоты. Или не очень слабенькой. Большая часть тварей метила в Тырна, которого видимо сочли наибольшей угрозой сугубо из-за физических размеров, и хотя многоопытный полуорк успел прикрыться щитом, помогло ему это лишь частично. Окованные металлом доски попросту стали плавиться и стекать вниз под действием силы тяжести, не выдержав контакта с той дрянью, которая вырабатывалась организмом еще даже не совсем взрослого монстра. Если не ошибаюсь, своих сородичей вел так называемый юный ант, который хоть и представлял из себя большую проблему, но еще не дорос до тех стадий, когда он сможет представлять угрозу населенным пунктам, драконам или даже младшим богам.

Арбалетный болт ушел в сторону напоминающей богомолов молоди, и я даже попал примерно туда, куда целился, поскольку хвостовое оперение короткой толстой стрелы выросло из левого плеча существа…Хотя метил вообще-то в середину груди. Но и так сойдет, перезаряжаться некогда, да и бессмысленно. Устроившую засаду на караван хитиновую лавину оперенными палками с острыми наконечниками в любом случае не остановить ни мне, ни ниссам, уже пустившими в дело свои короткие луки. Слишком уж многочисленны анты, и слишком уж наплевательски они относятся к собственному здоровью и жизни. Необходимо пустить в дело магию…И молиться, чтобы моих сил хватило на задуманное.

Магия во мне всколыхнулась, когда сразу три четверти имеющегося запаса оказались пущены в ход, а зубы со всей силы вцепились в язык, безжалостно его кромсая и едва не разрывая на две неравные части. Сформировавшаяся во рту заряд из крови, слюны и волшебной энергии был выплюнут с криком гнева и боли, алой молнией устремившись вперед с почти неразличимой глазом скоростью. Чары вонзились в крохотный фасетчатый глаз черного монстра и прошли навылет через его башку, разбрасывая в разные стороны куски хитина, обильно покрытая зеленоватым ихором и бледными студенистыми мозгами. Но после этого заклинание не рассеялось и не усвистало куда-то вдаль к горизонту, а стегануло по ногам молоди, перерубая кому одну лапку, кому две…А кого и просто разрезая на две части, поскольку точно прицелиться по двигающейся цели было не так-то просто! К сожалению, рано или поздно все хорошее в жизни кончается, кончился и мой контроль над выпущенной магической энергией, заставив алый разряд на последних крохах вложенной силы лишь слегка надломить природную броню очередного насекомого. Однако шестеро богомолов из десяти покатились кувырком, давя своих личинок и почти лишились подвижности, ибо ковылять на оставшихся конечностях им будет совсем непросто. Да, они еще представляют опасность, если смогут до людей доползти или собрать яд для нового плевка, но все-таки на таранную кавалерийскую атаку уже попросту не способны.

Стена щитов, которую благодаря матюгам сержантов и их же подзатыльникам еще до начала драки сколотили насильно завербованные в отряд бандиты, дрогнула и распалась…Даже несмотря на то, что самые большие и опасные твари почти все выбыли из игры. И сделала она это на пару мгновений раньше, чем оставшаяся целой и невредимой молодь до них вообще добежала. Парочка преступников, принудительно переквалифицированных в наемников, побросала оружие и пустилась наутек. Еще один пытался последовать за ними, но Тырн взмахнул массивным загнутым клинком, очень органично смотревшемся в лапище полуорка, и голова дезертира полетела в одну сторону, а все остальное – в другую. Оставшиеся четверо пехотинцев вместе с двумя сержантами пытались сохраняя строй пятиться назад, чтобы прижаться спиной к телегам, но маневр получился у них только частично. Сильно мешала наседающая молодь, старающаяся взмахами своих хитиновых кос дотянуться до людей или выбить древки выставленных в их направлении копий. А еще тащившие повозки животные тоже понимали, что такое анты, может не разумом, но инстинктами, и потому смирно стоять на месте не собирались, несмотря на все усилия своих хозяев. Покрытые белой шерстью рогачи рванули кто куда, стараясь оказаться как можно дальше от демонических насекомых…И поскольку враги оказались со всех сторон, то тут же начали сталкиваться друг с другом, путаясь в постромках, переворачивая телеги и засыпая дорогу грузами вперемешку с истошно вопящими хозяевами, которые чисто физически не могли удержаться на положенных местах…Вот только это нас по большому и спасло, поскольку сползающиеся со всех сторон личинки особой разумностью тоже не отличались. И бросались они на ту добычу, которая ближе, спеша вонзить в неё покрытые ядом хелицеры, бодро подпрыгивая на высоту нескольких своих ростов и норовя вцепиться в горло. Ну, или хотя бы куда-нибудь поближе к нему. А укушенное животное или разумное существо от действия сей довольно медленно действующей отравы испытывало просто ужасающую боль и только больше начинало метаться и издавать громкие звуки, привлекая к себе новых противников.

– Чуть раздвиньте щиты, чтобы я этих тараканов смог прищучить! – Слегка переведя дух после первой магической атаки, я решил, что не стоит просто стоять столбом за спинами собственных солдат, тем более, когда есть возможность не просто помочь им, но и немного восполнить просевшие энергетические резервы. Сорвавшееся с моего кулака аморфное облачко, прошедшее между головами пехотинцев и впившееся в грудную пластину молоди, маячившей у самой границы досягаемости копий казалось совершенно безобидным даже после того, как полностью впиталось внутрь организма существа. И, в принципе, оно действительно было таким. Пока я не потянул обратно в себя магию, над которой до сих пор сохранял некоторый контроль, попутно корежа всю внутреннюю энергетику анта и осушая его запасы жизненной силы. Вероятно, эффект был похож на внутренний взрыв гранаты в организме, но делать вскрытие упавшей на землю туше никто в любом случае не собирался. Гораздо актуальнее было заняться оставшимися её собратьями, а потом переключиться на личинок, пусть относительно мелких и хрупких, но все равно смертельно опасных. Особенно в больших количествах и если под рукой нет хороших лекарей или хотя бы противоядий…Пусть отрава с их зазубренных хелицер действует достаточно медленно, но если с ней ничего не делать, она убивает.

Один за другим твари падали, нарвавшись либо на мои чары, либо на удары сержантов. Насильно завербованные в отряд бандиты, к сожалению, так ни одного серьезного врага убить и не смогли, но хорошо хоть, что своими копьями и щитами сдерживали натиск молоди. Монстры определенно не испытывали особого страха за свою жизнь, но и самостоятельно насаживаться на длинное прочное древко с поперечной перекладиной не желали. И, возможно, караван еще можно бы было спасти, ведь ниссы не только кричали от боли и страха, но и весьма оперативно отстреливали личинок, а также в случае рукопашной кололи их короткими мечами и кинжалами хотя бы просто затем, чтобы насекомые перестали их грызть. Да и тащившие повозки гибриды кроликов с быками записали на свой счет не один десяток врагов, кого растоптав, а кого и забодав длинными развесистыми рогами…Но тут на ноги поднялся тот, кого лично я уже успел списать со счетов и практически забыть. Юный ант. Как оказалось, громадная сквозная дыра в голове эту тушу не убила, а просто на время выбила из неё дух. Пришедшее в себя гигантское насекомое жаждало расквитаться за свои раны и убитых сородичей, а также накопило кислотно-ядовитой слюны на новый выстрел. Вот только выпустило оно его не единым комком, а скорее уж мелкодисперсным облаком, накрывшим середину нашего строя. И плоть, на которую попали разъедающие все и вся мелкие отравленные капельки немедленно начала сползать с когтей под истошный вой ослепших и умирающих людей, поронявших оружие и напрочь утративших любую боеспособность.

– Бля! – Только и мог сказать я, падая спиной на землю, чтобы спастись от перекусывания на две половинки огромной клешней, без труда разбросавшей в сторону сразу двух пехотинцев. Под лопатками громко хрустнула личинка, намеревавшаяся видимо не то запрыгнуть на человека сзади, не то просто куда-нибудь в колено его укусить. Не став ждать, пока орущие от боли люди, у которых напрочь сожгло неприкрытые одеждой и броней лица, а может и легкие, окончательно подохнут, тварь рванула вперед, разбрасывая в стороны остатки наемного отряда. Да не просто разбрасывая, а пытаясь их прямо на месте на ноль помножить всеми своими многочисленными конечностями. К счастью, по-настоящему мультизадачным юный ант все-таки не являлся, а может по причине дырки в голове тупил по-страшному, но подпиравшие нашу фалангу с боков Зак и Тырн смогли уйти от его лап и метавшегося туда-сюда хвоста с ядовитым жалом, на котором кстати уже болталась тело одного из невезучих пехотинцев. – Да сдохни ты уже! Ай, бля!

Еще одна незамеченная вовремя личинка прыжком подобралась ко мне поближе и вцепилась в руку, которой я опирался о землю. И был это ну весьма солидный экземпляр размером с овцу или очень крупную собаку, видимо почти уже заматеревший для линьки в следующую стадию. Зазубренные хелицеры пусть и не полностью смогли пробиться через рукав кольчужной рубахи, но кончики их все-таки впились в плоть, распространяя во все стороны обжигающее ощущение распространяющегося по венам кислотного яда. Вот только вряд ли насекомое успело порадоваться своей удаче, даже если и имело для этого достаточно мозгов. Выплеснувшаяся по моей воли из раны кровь не только вынесла с собою отраву, но оторвала голову личинке, а после обернулась тонкой и не слишком-то длинной, но невероятно прочной и острой иглой, которая влетела в уже имеющуюся дыру, а после принялась на огромной скорости раз за разом изнутри тыкаться в мозги юного анта, пытаясь нащупать там нечто критически важное. Раза после пятнадцатого монстр снова запутался в своих ногах и рухнул, а не исчерпавшая покуда даже половину запаса прочности игла вылетела наружу, чтобы начать гоняться за всеми личинками, которые попадались мне на глаза. Магия могла работать и без материальной основы, но с ней работала все-таки лучше. Особенно когда в качестве катализатора заклинатель использовал часть себя, у меня даже имелся навык под названием: «Тауматургическое топливо», помогающий инстинктивно понимать, к какому повышению коэффициента полезного действия приведет расставание с той или иной частью тела…Пусть даже такой легкозаменяемой, как пригоршня крови, кусок кожи или там кусочек печени, которая у людей – единственный внутренний орган, способный к самостоятельной регенерации. Главное не увлекаться, а то и никаких врагов не потребуется – сам себя до могилы доведешь подобным донорством, если вдруг сознание потеряешь, и некому перевязать раны будет. А конкретно сейчас терять сознание вообще было строго противопоказано, ведь противников-то осталось еще с сотню, если не больше, а вот соратников в зоне видимости на ногах стоял от силы десяток. И то если посчитать одного единственного кролебыка, которому пока горло не перегрызли.