Игра за выживание

– Ты человек… И ты тоже человек… А вот насчет тебя, милок, имеются у меня изрядные сомнения. Хотя и допускаю, что им ты родился, но вот потом явно стал кем-то еще. – Мне не пришлось долго всматриваться в виднеющиеся из-под слоя мусора скелеты, чтобы найти в одном из них серьезные отличия от той картины, которую рисуют в учебниках биологии. Для господствующей на планете Земля разумной расы как-то не характерны когти длинной в сорок сантиметров и частокол клыков, которому волки позавидуют. Да и остальные кости выглядели как-то не так, одни толще, другие тоньше, третьи вообще покрыты множеством отверстий словно губка. – Хм, причиной смерти является дыра в башке, оставленная тяжелым острым предметом. Его, к сожалению, где-то рядом нет. Ладно, переходим к технике…

Осмотр ближайшего автомобиля показал, что движущей его силой являлись пассажиры, поскольку рядом с каждым сидячим местом имелись педали. Мда, на таком со злобными монстрами в догонялки играть мне чего-то не хочется, даже если где-нибудь в гараже найдется полностью исправная машина. Хотя двигатель в капоте все-таки стоял, но выглядел он каким-то мелким и несерьезным. Вероятно, предназначался не то для подъема в гору, не то для компенсации пожилых пассажиров и детей, у которых силы не хватает, чтобы ногами работать. Руль дополнялся двумя рычагами и пятком тумблеров без малейших следов отвечающей за обратную связь приборной доски, намекая на серьезные проблемы с электроникой у создателей данного транспортного средства. Рядом с сиденьем водителя валялся распахнутый ящик с инструментом, откуда безжалостно вытряхнули какие-то тросики, болтики, шайбочки, кусачки, отвертки со стамесками… А вот молотка или топора не завалялось. Если нечто подобное и было, то видимо его давно унес хозяин или те, кто добрался до данной машины первыми.

Где-то вдалеке… Впрочем, куда ближе чем мне хотелось бы, раздался отчаянный человеческий крик, наполненный ужасом. Затем еще один, даже еще более громкий. Неизвестный голосил секунд шесть или семь, а потом вдруг резко оборвался прямо на середине очередного вопля. На открытом месте стало очень неуютно, и я поспешил к ближайшему из зданий, подальше от любопытных глаз и крупногабаритных монстров, которые в дверной проем не пролезут. Внешне это здание представляло из себя практически обычную панельную пятиэтажку на два подъезда. Свежей крови или обглоданных человеческих останков на асфальте у входа в ближайший из них не нашлось, а потому я рискнул подняться по высокому крыльцу на девять ступенек и войти внутрь. Дверь помешать мне не могла, поскольку её кто-то снял с петель и упер в неизвестном направлении. Работающих лампочек, понятное дело, в прихожей не имелось… Хотя какой-то закопченный раструб, наводящий на мысли о газовом освещении, из стены торчал. Рассмотреть его удалось достаточно подробно, ведь света оказалось неожиданно много. Каждая из дверей была распахнута настежь, звезд в небе светила целая куча, а на размере овальных окон строители не экономили. Первый из этажей имел всего три боковых прохода в комнаты, да еще наверх уходила каменная лестница с широкими ступенями и резными деревянными перилами. В одном месте ограждения были проломлены чем-то тяжелым, однако, чем или кем именно, оставалось только гадать.

– Открывали дверь при помощи ломика или чего-то подобного, – мимоходом оценил я, бросив взгляд на вырванный с мясом замок. Тот был довольно массивным с просторной щелью для ключа, куда без проблем удалось бы запустить карандаш. – Значит, тут есть мародеры, которые живут достаточно долго для того, чтобы пользоваться системным подходом при обыске заброшенных строений. Уже неплохо, значит, степень опасности пребывания в данном месте не запредельная.

Один из дротиков покинул болтающуюся за спиной перевязь и оказался взят в левую руку на манер короткого копья. Рогатина была бы лучше, но чего-то не подумал я вовремя о том, чтобы её сделать. Помещение, куда я проник, оказалось большой квартирой из нескольких комнат. Мебели в ней имелось маловато, в основном циновки, ковры и какие-то ныне поваленные ширмы, но чего-то подобного можно было ожидать, учитывая откровенно восточный колорит лежащих на улице останков. Отсутствовали межкомнатные двери и пороги. Из-под поваленного шкафа, по всей видимости единственного на всю жилплощадь, торчали чьи-то относительно свежие кости, и от них пованивало. А рядом с ними лежал и тот, кто по всей видимости грыз эти мослы.

– Гхы-ы-ы… – простонало медленно поднимающееся с пола тело, стоило лишь мне приблизиться к нему метра на три.

И хотя город выглядел старым и заброшенным, мертвец определенно относился к числу свежих. Его одежда в виде светло-синего халата и таких же штанов выглядела лишь чуть-чуть помятой. Если бы не почти лишенный плоти череп, кожи и мяса на котором практически не было, я бы даже мог спутать это двигающееся резкими дерганными рывками существо с нормальным человеком.

– Покойся с миром, – пожелал я неизвестному, а после метнул в его голову дротик.

И не промазал, попав прямо в глаз! Заостренная палка вошла внутрь головы и гарантированно достала до мозга… Но мертвец лишь отшатнулся и расстроено захрипел, вцепившись руками в оружие и вырвав его из раны. А вот чего дальше делать с ним он, по всей видимости, вспомнить не смог, а потому просто уронил вполне пригодный для боя дрын себе под ноги, шагнул вперед и споткнулся о приспособленную мной для битвы ветку, упав на одно колено. Упускать такой удобный шанс было бы глупо, а потому я сделал шаг вперед и вонзил клинок в центр груди зомби. Медленно выпрямлявшийся покойник попытался защититься, но двигался он настолько неуклюже, что начал свое движение уже после того, как мой клинок покинул глубокую рану меж ребер. Не похоже, чтобы полученные повреждения причиняли ему серьезный дискомфорт, но тем не менее движения ходячего мертвеца так и не обрели ни четкости, ни скорости, ни силы. Монстр напоминал нализавшегося до состояния нестояния алкоголика, который боли не чувствует, на ногах не держится, куда его мотнет в следующую секунду сам не знает и все равно лезет драться. Попытку обнять меня от всей широты души, чтобы удобнее было вцепиться зубами куда придется, я пресек пинком в живот. И тот отбросил оказавшегося неожиданно легким противника шага на три.

– Ах ты ж черт…

Атакованный мной мертвец не смог удержать равновесия и завалился на спину, дергая ногами словно жук. Из горла его выходило нечто среднее между стоном и надсадным сипением, а одежда стала медленно темнеть из-за крови, что текла из глубокой ножевой раны. Одного его я бы смог уничтожить без малейших проблем, ну если не считать некоторого морального неудобства. Может быть даже голыми руками при желании бы заломал: клыков или когтей у монстра не имелось, а скорость его движений уступала моим старым скелетообразным знакомым в несколько раз. Вот только многоэтажка стала стремительно наполняться звуками, аналогичными тем, что производило это не до конца мертвое тело при попытках дышать. Идею поискать новые обувь, одежду и другие полезные вещи в данном строении пришлось признать неудачной и сваливать из него во все лопатки. И то я, оказывается, непозволительно замешкался, поскольку на лестничной площадке меня перехватили сразу два ходячих трупа, буквально ссыпавшихся по лестнице, ведущей на верхние этажи. Двигались они заметно шустрее первого зомби и были куда более исхудалыми, однако до состояния ходячих скелетов пока не отощали. От захвата одного из уродов удалось увернуться… А второй, вцепившийся в меня руками и зубами, оказался попросту выволочен наружу.

– Отцепись, тварь! – орал я на пожилого вроде бы дедушку, вместо восточного кимоно неожиданно напялившего спортивные штаны и майку, который отнюдь не стариковскими зубами грыз мое левое плечо, чем причинял чудовищную боль.

Слова сопровождались ударами ножа, вот только этот трухлявый пень несмотря ни на что уверенно выгрызал из меня здоровенный шмат мяса.

– И-и-и! – выскочив наружу, я едва не затоптал какую-то девчонку в легкомысленной сиреневой мини-юбке и рваной белой блузке.

Да еще и покойником её, кажется, стукнул.

– Драпай, дура! – отчаявшись оторвать от себя плотоядного пенсионера обычными средствами, я словно боец реслинга боком прыгнул с крыльца на землю. Только стукнулся о покрывавший прилегающую к дому территорию слой асфальта не своим телом, а обильно истекающим кровью мертвецом. И это сработало! Не знаю уж, какое критически важное место затронуло в результате сотрясения всего зомби, однако руки покойника разжались… Из зубов его я сам вырвался, оставив покойнику утешительный приз в виде энного количества своего родного мяса. – Да вставай же ты! Беги! Их там много!

К счастью, мне не пришлось волочить девчонку за руку подальше от угрозы. Слегка отойдя от шока, вызванного таким резким и неожиданным появлением нашей парочки, она прямо на четвереньках рванула подальше от обманчиво мирного дома. А когда соизволила-таки подняться на две конечности, то уже находилась метрах в десяти от крыльца и высыпавших на него покойников. Ну а я был еще дальше, и останавливаться в ближайшее время уж точно не собирался. Не раньше, чем доберусь до деревьев, среди которых можно будет затеряться! Разорванное чуть ли не в лоскуты плечо драпать во все лопатки от толпы выскочивших из дома зомби ничуть не мешало. Просто удивительно, на какие подвиги тела и духа способен человек, на своем опыте узнавший, насколько это больно, когда жрут живьем! Правда, сильно напрягала снизившаяся подвижность травмированный конечности, взрывающейся агонией при малейшем движении. А также заставлял изрядно беспокоиться остающийся след из капель крови, и пройти по нему сумел бы и охотник средней паршивости, не говоря уж о всяких инфернальных монстрах, у которых должен быть настоящий нюх на человечину.

Стремглав добежав до леса, я оперся о ствол ближайшего дерева здоровым плечом, чтобы перевести дух, и только потом рискнул обернуться. Увиденное не то, чтобы совсем не радовало, но ситуация могла быть и хуже. Из домов высыпали живые мертвецы разной степени упитанности, страхолюдности и одетости общим числом в полусотню хищных морд. Очевидно, обитавшие во втором подъезде и соседних постройках покойники среагировали на громкие звуки. Большая их часть, правда, теперь растерянно слонялась по замусоренному двору туда-сюда, не в силах понять, куда делась добыча или почему вообще вдруг возник такой переполох. Не знаю, какими органами чувств обладали данные создания, но по всей видимости дистанция в несколько сотен метров и ночной полумрак не позволяли им уверенно отличить человека от своего собрата. Увы, к сожалению, штук семь наиболее сообразительных или глазастых покойников топали уверенной рысью вслед за мной и девчонкой, которую я опередил всего-то метров на пятнадцать. Пятеро из преследователей были скелетообразными, один комплекцией напоминал толстого хряка и передвигался на всех четырех конечностях, а возглавлял их процессию потерявший всю одежду кроме обрывков рубашки упырь с вытянутой вперед как у обезьяны мордой и большими когтями на лапах. К счастью, быстрый бег на длинные дистанции определенно не входил в перечень любимых спортивных дисциплин данных монстров. Пожалуй, с ребенком или стариком они бы могли посостязаться, но здоровый и сильный человек точно двигался быстрее. По крайней мере до тех пор, пока не устанет.

– Ты знаешь, что тут вообще происходит?! – несколько истерично я осведомился у своей коллеги по несчастью и получил в ответ сбивчивое захлебывающееся лепетание на неизвестном языке, в котором смешивались ужас, испуг, надежда и черт знает, что еще. Судя по всему, незнакомка была шокирована творящимся вокруг кошмаром не меньше меня… А еще выглядела она как-то не очень хорошо. Вернее, очень нехорошо, раз я рассмотрел это ночью, раненным и с погоней из ходячих мертвецов на пятках. Но, по крайней мере, одета относительно пригодно для бега: на ногах кроссовки, мини-юбка движениям ног не мешает, рваная блузка весит мало и особого аэродинамического сопротивления не создает. – Ладно-ладно, я уже понял, что русского ты не знаешь! Беги! Беги, я тебе говорю, вот туда беги! Да, куда рукой машу! Вдоль деревьев! Догоню потом, после того как попробую притормозить этих шустриков!

– Хорошо, что я правша. – Все самодельные дротики оказались воткнуты мною в землю, дабы облегчить процесс метания второй, третьей и последующей заостренных палок.

Соревноваться в выносливости с врагом лучше в том случае, если он ранен. Шансов на победу больше. Не уверен, считаются ли данные создания живыми или же нет, но кровь у них течет, а от травм они слабеют и погибают. Пусть и намного медленнее, чем должны бы. Ну а то, что твари внезапно продемонстрируют тут чудеса скорости, было очень маловероятным. Примерно такие же монстры, которые наводнили деревню, где жил прапрадедушка Анатолий, бегали не слишком быстро. И я уверен, кто бы ни замыслил убийство моего предка, но на своем пушечном мясе он бы экономить не стал.

Когда расстояние до растянувшихся цепочкой монстров сократилось до полутора сотен метров, я начал действовать. Первым дротиком промазал мимо возглавлявшего преследователей упыря, несмотря на копьеметалку, из которой профессионалы попадали в мишень и на куда большем расстоянии. И вторым тоже. То ли использованные мной палки оказались чересчур кривыми, то ли слишком давно тренировался с данным примитивнейшим оружием, ведь материалы для его создания можно найти везде, где есть дерево. Зато третья заостренная палка попала прямиком в спину чудовища, заставив его сбиться с шага, отвлечься на выкусывание громадной занозы и выпустить вперед шустро передвигающегося на четырех конечностях жирдяя. В него я вогнал два следующих дротика, поскольку по такой мишени было грех промазать, да и особенностей данного монстра я не знал и потому в ближний бой с ним вступать опасался. Процесс укладки новых боеприпасов в играющую роль рычага рогатину из-за травмы левой руки сильно затруднялся и оказался весьма болезненным, что серьезно замедляло работу. Шестой выстрел был практически в упор со смешных пятидесяти метров всажен опять-таки в обладателя вытянутой пасти и больших когтей, а после я развернулся и снова пустился бежать, бросив оставшиеся дротики воткнутыми в землю. Сближаться с кровождаными тварями еще сильнее было неоправданным риском. И так-то проявил степень геройства, граничащую с идиотизмом, чтобы дать девчонке убежать подальше и еще сильнее замедлить погоню.

Монстры во время бега лишних звуков не издавали или были они настолько тихими, что из-за разделявшей нас дистанции оказались не слышны. Я тоже берег дыхание. Таким образом погоня проходила тихо, культурно, в практически абсолютной тишине… До тех пор, пока из-за спины не раздался отчаянный визг, сильно напоминающий верещание напуганного поросенка. Брошенный назад взгляд показал чудесную картину: вновь отдалившийся метров на двести упырь плюнул на столь резвую добычу и решил перекусить своим бывшим товарищем. Бежавший на четырех конечностях жирдяй, в чьей шкуре до сих пор торчали дротики, определенно не ожидал, что союзник резко развернется и кинется кусаться, а потому сейчас пронзительно верещал, истекая потоками темной крови из прокушенной шеи. Два скелетообразных покойника сошли с дистанции и теперь медленно ковыляли в обратном направлении, еще три покуда ковыляли в мою сторону, но делали это практически шагом и разделяло нас почти полкилометра. К тому же существовала вероятность, что они отвлекутся на кровавое пиршество упыря в надежде урвать свой кусок или хотя бы останками пообедать. В общем, я мог с полным на то правом записать себе победу по очкам, пусть и доставшуюся ценой нещадно разодранного плеча… К сожалению, данный триумф не принес трофеев. Или за таковой может считаться спасенная девушка, чья фигура маячит от меня метрах в трехстах? Кстати, а почему она скрючилась в явно неудобной позе, словно разбитая радикулитом бабушка лет восьмидесяти?

– Эй, ты в порядке? – Даже если бы не отсутствие языкового барьера, вопрос был откровенно глупым. Особенно если учитывать тот факт, что пока я до неё дошагал, девушке явно стало хуже, и она легла на землю. Легла и не двигалась даже после того, как я её потряс. Пальцы левой руки незнакомки пробороздили в траве глубокие следы, а правая держалась за грудь… Вернее, за сердце. Из прокушенной губы текла кровь, тело била крупная дрожь, которую, наверное, следовало бы уже называть судорогами. – Ох, кажется, я понял, что с тобой. Слушай, вот тут есть у меня одна штука, возможно, она сумеет помочь…

Буквально за три секунды до того, как я вложил в руку незнакомки трофейный кристалл, её выгнуло дугой, а из распахнувшегося рта ударил фонтанчик крови. Тонкие холодные пальцы, которыми я обжал эту радужную колючку, стиснули её со всей силы, но результата это не принесло. Грудь девушки больше не вздымалась, а поднесенная к губам незнакомки рука так и не ощутила дыхания. Попытка реанимации прямым массажем сердца через грудную клетку успеха тоже не имела. Передо мной лежал труп. Очень свежий, еще теплый… Но мертвый.

– Прости, красавица, но искусственное дыхание тебе делать не буду. Боюсь, что ты внезапно оживешь и кинешься кусаться. – Я забрал кристалл, поморщился от в очередной раз прострелившей мое сердце боли и убедился, что тот по-прежнему предлагает выбор из возможных вариантов использования своему обладателю.

Вдалеке упырь и три скелета обедали неудачливым участником погони и вроде бы проявлять в сторону излишне прыткой добычи агрессию пока не собирались. Но, тем не менее, ситуация являлась слишком тревожной, дабы можно было организовать нормальные похороны.

Только теперь я получил время на то, чтобы как следует рассмотреть погибшую девушку. Её черные длинные волосы, сейчас превратившиеся в беспорядочный колтун, оттеняли чересчур бледную кожу, которую во множестве пятнали следы засохшей грязи, синяки и кровоподтеки. Перед нашей встречей покойная, очевидно, успела как следует пошататься по тому «чудному» месту, где мы очутились. На пальцах усопшей обнаружился обломанный маникюр, покрытый каким-то блестящим перламутровым лаком с блестками. На мизинце левой руки оказался надет перстень с крупным камнем, кажется, зеленым, но точно цвет было сложно определить в царящей вокруг полутьме. Ноги у неё длинные и довольно стройные, на ступнях некогда белые кроссовки… Размеров на десять меньше моего, а то и на все пятнадцать. Изорванная одежда почти не скрывала подтянутое тело. Скорее спортсменка, чем манекенщица, те худые словно палки. Как разденешь, без слез не взглянешь. Плавали – знаем! Черты лица усопшей являлись немного… Странноваты. Где-то плавные, где-то резкие. Но в целом выглядело мило. Дитя смешанного брака азиатской и европейской рас, унаследовавшая с обеих сторон самое лучшее? Или просто над ней хорошо поработал талантливый пластический хирург?

Уже закрыв покойной глаза и собравшись встать, я заметил, что из густой копны черных волос торчит кончик некоего светлого предмета. И рука, потянувшаяся подправить погибшей девушке прическу, дабы можно было получше рассмотреть данную штукенцию, обнажила кое-что очень необычное. Ухо. Длинное острое ухо, чье строение явно отличалось от моего собственного. Мда…Тушите свет, пишите письма! Либо я окончательно сбрендил, либо на земле передо мной лежит мертвая эльфийка.