Отбор демона, или Тринадцатая ведьма

То, что нужно! Я же еще не купила учебники! Вот был бы номер, появись я в академии без книг!

Неуверенно толкнула дверь. В голове мелькнула мысль: может поискать магазин подешевле, с подержанными книгами?

И так поголовно должна ковену за все, что сделала для меня верховная.

Но как только в моих глазах отразились забитые до отказа полки, я не смогла повернуться и уйти.

По вечернему времени магазин был пуст. Только где-то справа среди стеллажей маячил дорогой дорожный плащ, явно принадлежащий столичному щеголю, да возле стойки дремал мальчик-рассыльный. Хозяина не было видно.

То тут, то там тематические выставки на отдельно стоящих столиках заманивали меня вглубь магазина.

Самая богатая подборка книг. Розово-красные обложки, гирлянды из роз и шипов. Фолианты стоят веером, а в центре котел с пылающим варевом, над которым вьется дымок, его спирали скручиваются в причудливые фигуры, отдаленно напоминающие сердца. Меня привлекла одна книга.

«Заговоры на любовь и привороты». Это то, что нужно, если мне необходимо влюбить в себя демона!

Я зашуршала страницами. И буквально в первой трети книги встретила знакомое заклинание.

Открыв несессер, достала из него потрепанный сборник рецептов Макги, не заметив, как из него на пол посыпались листки. Сравнила бабушкин приворот с тем, что написано в книге. Да, отличия были. Но какие чары эффективнее? В соблазнении я полный ноль, и магия подобного рода мне незнакома. Я вообще мало осознавала, какой ужас ждет меня впереди, знала только то, что «этого» должна бояться, как… как огня того развратника, волшебных жезлов и… Всего, что связано с ночной местью.

Передумав тратить лишние деньги, с сожалением положила фолиант на место и повернулась к выходу.

- Девушка! Девушка, стойте! - Мужчина в странной шляпе нелюбезно схватил меня за руку и дернул на себя. - Мне жизненно необходима эта книга! - Мой сборник рецептов оказался в стальном захвате.

- Отпустите! - настаивал мужчина. - Я вам дам две тысячи, нет, три!

Я схватилась за свое сокровище, но цепкий лавочник не стремился разжимать пальцы и тянул книгу на себя.

- Леди, вам нужна помощь? - Мы с книготорговцем одновременно завертели головами, ища обладателя надменного голоса, но вокруг никого не было!

Внезапно из-за стеллажей вышел лощеный тип с тростью, я и не думала, что франт еще в магазине. Под мышкой у щеголя стопка книг и еще одна раскрытая в руке.

Он подошел к стойке, возле которой мы с торговцем спорили. Почувствовав поддержку, я рывком отняла сборник рецептов семейства Макги.

В это время столичный красавец небрежно нагнулся и поднял с пола оброненный клочок бумаги с заклинанием.

Я кинулась следом - собирать разрозненные обрывки. Последний клочок, испещренный бабкиным подчерком, вырвала из цепких рук хозяина магазина. На глаза уже наворачивались слезы обиды. Разве можно быть таким настойчивым и назойливым, не понимая, что вещь дорога ее хозяйке?

- Хм-м… - протянул столичный незнакомец, коснувшись своей груди, и поморщился, будто почувствовал что-то неприятное. - Хозяйственные чары, многие из них редкие и старинные, некоторые давно забыты современными магами и чародейками. Это будет весьма популярная книга среди современных женщин. Трех тысяч маловато. Вы ведь собираетесь перепечатать их и продавать? - Красавец строго взглянул на чуть не обманувшего меня ушлого торгаша.

Хозяин книжной лавки насупился.

Рука важного господина схватила меня за подбородок и подняла мою заплаканную мордашку к свету.

- Барышня, меньше чем за двадцать не соглашайтесь! Плюс проценты за каждый проданный экземпляр. И требуйте, чтобы на обложке стояло ваше имя! - С этими словами щеголь бросил мешочек с монетами на стол… - Сдачи не надо! - Оплатив книги, вышел, не взглянув на хозяина.

Я перевела дух, хлюпнула носом и утерла рукавом слезы. Даже и не знала, что на свете бывают такие красавцы.

Почему-то в присутствии излишне прекрасных мужчин впадаю в ступор и готова пялиться на них, открыв рот. А еще от ненавязчивой защиты я почувствовала себя смелее и лучше.

- Двадцать тысяч так двадцать тысяч! И на проценты согласен! - проснулся книготорговец. - Плюс любые фолианты и рукописи в течение вашей учебы бесплатно! По вашему юному возрасту я догадываюсь - вы первокурсница? Просто пришлите сову со списком книг! И через день полета они будут у вас! Мой книжный - самый большой в столице и всегда к вашим услугам!

Я посмотрела на свою доморощенную книгу, на разрозненные клочки пергамента и кожи… Жалко было расставаться с такой полезностью. С другой стороны - наш старый разрушенный замок, уничтоженная мной башня. Штопаные платья сестер, стыд за нашу бедность. Я и не подозревала, как нищенски живет моя семья, пока не увидела разодетых в пух и прах столичных барышень. Все это да плюс еще долг ковену чародеек и верховной ведьме лично за одежду, обучение и прочее. Нашей семье вовек не расплатиться!

- Эх! Идет! По рукам! - ослабив бантик капора, я столкнула непривычный головной убор за спину. Поплевав на ладонь, протянула руку торговцу. Из деликатности сделав вид, что он делает так же, книготорговец с почтением взял протянутую руку.

- Магический контракт! - Ладони сомкнулись. Полыхнула магия. - Вы не пожалеете! Через несколько лет вы, барышня, станете знамениты и богаты. Это просто кладезь женской мудрости и опыта. Такая книга обязана лежать на полке каждого очага во всей стране!

Торговец еще долго распинался, нахваливая мой выбор, а я гадала, правильно ли поступила.

Спустя некоторое время я вышла из книжного магазина в яркую столичную ночь.

Некоторые магазины были уже закрыты, многие продолжали работать всю ночь напролет, озаряя улицы пестрыми витринами, город Хад`дагмарн никогда по-настоящему не спал. На смену дневным жителям из всех домов и подъездов, позевывая, взбадриваясь кофе на ходу, выходили ночные, столица продолжала свой бесконечный праздник.

На моей ладони светился свеженький магический контракт, к следующей ночи знак потухнет. Под юбкой, засунутый за резинку чулок, натирал ногу мешочек с деньгами на первое время. Я уже жалела, что не засунула деньги в корсаж, потому что при каждом шаге я смущающе приятно позвякивала.

Вернувшись, написала несколько писем. Во-первых, с коридорным пажом отправила список учебников в магазин О'Брайена, к моему приезду в академию Глактонберри подоспеют и они.

Во-вторых, письмо с денежной распиской верховной ведьме. Одним махом отдав весь долг и чародейке и ковену.

Третье письмо домой в родной замок, с мешочком денег, этого хватит, чтобы поставить новую крышу и отремонтировать стены у снесенной моим колдовством башни.

Себе же оставила горсть медяков и одну золотую монету.

Отправив последнего почтового голубя, я легла спать, утром у меня ждет караван и долгий путь до академии.

Сознание, что я поступила правильно, запылало подобно солнцу. Тяжесть долга и зависимости упала с плеч.

Теперь я никому ничего не должна и свободна.

Страшные сны не прекращались, мешали спать, мучили всю ночь напролет, я заснула только под самое утро и, конечно же, проспала. Чтобы успеть на поезд, приходилось вставать засветло, а я забыла поставить магический будильник. Благо мой верный найденыш разбудил меня жалостливым плачем.

В страхе, что опоздаю, я вскочила и в рекордное время оделась. Сундук на колесах был собран с вечера, мне оставалось только схватить билеты, оставленные для меня верховной, и бежать на площадь. Но на столе еще лежали письменные принадлежности, которые я вчера оставила. Схватив перья и пергаменты, не глядя, запихала их в дорожный сундук.

Времени не оставалось ни на что, даже про завтрак пришлось забыть. Ничего, перекушу что-нибудь, когда уже сяду в поезд.

В расстегнутом пальто с болтающимся на спине капором я выскочила из своих покоев. Малыш бежал за мной следом на своих маленьких кривых лапках, держа в зубах билеты.

Ко мне подлетели пажи-коридорные, подхватили багаж. Мы выскочили в предрассветный мрак, на небе еще горели звезды, а улицы, как всегда, утопали в принесенном с реки тумане.

Я остановилась. Широкая арка вела на площадь. Темень - хоть глаз выколи и белесая непроглядная стена водяной дымки. Пажи поставили багаж у моих ног и в буквальном смысле слова растворились.

Черный проем подобно порталу засасывал в себя струи речной пелены.

Мимо меня пронеслась фигура, мелькнула и исчезла, целеустремленно вышагивая в сторону площади. Я успела разглядеть только очертания черного плаща, прямые волосы и гордый профиль.

В груди запекло. Больно! Я согнулась, приложив руку к горящему месту. Это все от быстрого бега в корсете. Обновка для меня, свободного деревенского жителя, словно стальная клетка, но это был обязательный атрибут академической униформы, так же как ботики на каблучках, чулки с вышивкой и перчатки.

Запрокинув голову, несколько раз глубоко вдохнула сырого тумана. Стало легче, жар и боль в груди отступили. Медленно двинулась вперед.

Когда я проходила сквозь тоннель, порыв ветра подхватил меня и толкнул в неизвестность.

Громадное пространство не пустовало.

Впереди слышались голоса, смех и возгласы, но говоривших не было видно.

Я бодро шагала к центру площади. От недосыпа глаза ощущались, как горящие угли, вставленные в глазницы и посыпанные песком, ноги были ватными, а пальцы леденели от прохладного утреннего ветерка. Я зябко куталась в тонкое форменное пальто с нашивками академии.

За спиной вспыхнул яркий свет. Кто-то тяжело вздохнул и громко фыркнул. Я продолжала пробираться на ощупь в этой белой каше, вокруг мелькали неясные тени.

Мне уже виделась далекая вереница огней каравана, отправляющегося в Глактонберри. Яркие прожектора отмечали место посадки, они били в небо, рассеивая толщу тумана.

Внезапно сбоку зазвенела упряжь, и я услышала вопль:

- Осторожно! - В тот же миг меня снесло ударом.

Очнулась я уже на земле, капор, упав на глаза, закрывал весь обзор. Я барахталась, судя по ощущениям, в грязи, и некто придавливал меня своей тушей. Сотрясающий землю удар заставил меня в страхе замереть.

Раздалось уже знакомое фырканье, огненное дыхание опалило нас жаром, осветив ночь и выхватив из тьмы гигантские очертания. Зазвенела сбруя, и размеренный титанический топот стал удаляться от нас.

Я приподняла с глаз орудие женских мучений, чтобы разглядеть того, кто вдавливал меня своим твердым телом в грязь.

- Хеллоу! Красотка! - Рыжий бесстыжий наглец оказался в моем поле зрения. Более того, он был конопатый и с лопатой.

В шоке оглянувшись, я увидела длинный чешуйчатый хвост, исчезающий в тумане.

- Вставай-вставай! - завопил рыжик. - Не стоит такой симпатичной барышне валяться на земле. И давай отойдем в сторону. Драконы дальнозорки и неповоротливы, когда на земле. Перед своим носом ничего не видят, невзначай наступят, и останется только мокрое место. - Парень тянул меня в сторону, а мимо, переваливаясь, как бочонок на коротких лапках, пофыркивая дымом скользил следующий ящер, а за ним еще один и еще…

Открыв рот, я стояла и наблюдала проползающие мимо лоснящиеся чешуйчатые бока. Драконы пыхали дымом и огнем, и я заподозрила, что не весь туман на площади был дыханием реки, к стойкой непроглядной завесе приложили лапы древние ящеры, вернее ноздри, клыкастые пасти и обжигающее дыхание.

- Это еще что! Огненные лошади Одина во сто раз круче драконов! - Босоногий парень, постояв немного, положил свою лопату на плечо и шагнул в сторону. Мне удалось разглядеть в белесой взвеси телегу, груженую с верхом.

В бронированную повозку, битком набитую сундуками и баулами, действительно был впряжен пылающий конь.

У шестиногого тяжеловеса был… был… жезл. До меня смутно начинало доходить, что имела виду верховная.

У этого коня был не просто жезл, а целый колдовской посох. Мне не оставалось ничего, кроме как покрыться густым румянцем, словно маков цвет.

«Интересно, а у деревенских парней там тоже волшебные причиндалы?» - мелькнула в голове шальная мысль.

Как любая сельская девушка, я, конечно, знала, откуда берутся дети. Сначала выходят замуж, а потом они заводятся, вероятно, от сырости. Только сам процесс создания их был спрятан за закрытыми дверями и плотно прикрытыми ставнями, из-за этого заслона доносились только обрывки информации, клочки намеков. У кур и домашних животных все так же. Петух и курица женятся, у них появляются цыплята.

Отговорка про капусту-аистов - это иносказательное преуменьшение, способ не говорить откровенно на такие интимные темы.

Меня накрыло осознание, что глава ковена, рассказывая о жезлах, сама нещадно стеснялась, поэтому и путала меня своими афоризмами.

Также я поняла, что меня тщательно оберегали от этой информации: ни сестры, ни мама с бабушкой никогда не говорили об этом открыто. Более того, каждый раз прогоняли меня прочь, стоило зайти речи о чем-то подобном.

Оставалось задаваться вопросом: зачем и почему? А главное, как быть дальше? Я должна опасаться того, сама не знаю чего?!

Получалось, чтобы выжить и сразиться с демоном на равных, я должна знать об этой стороне жизни все-все! А я полный бездарь в подобном вопросе! Ужас-ужас-ужас! И спросить не у кого, и прочитать негде.

Здоровый мерин ярился в оглоблях, нетерпеливо бил копытом, пыхал огнем сквозь зубы, втягивая широким носом воздух. Он косился налитым кровью глазом на стройненьких лошадок. Но кованая железная упряжь не пускала его, и от этого жеребец бесился еще больше.

Вконец обозлившись, он, подняв хвост, опростался на мостовую, да не обычными конскими яблоками, а расплавленной магмой.

Рыжий парень невозмутимо сгреб все лопатой и закинул в металлическое ведерко, притороченное к задку кареты.

Я с интересом рассматривала тягловое животное. Поодаль, впряженные в повозки поменьше, томились кобылки. Их гривы пылали, словно ацетиленовый факел, они били брусчатку своими тонкими ножками и искоса поглядывали на громадного мерина, время от времени томно вздыхая. У них тоже не было возможности подойти к мерину.

Хоть и закованные в упряжь, животные все равно были редкими и очень интересными. В деревне магических существ мало, в основном только мелкая нечисть.

Резкий гудок оторвал от созерцания волшебных созданий.

- Трубы! - вскричала я. - Объявили посадку!

- Посадку? Нет, это третий гудок - отправление. Резко мотнув головой, разглядела только далекое движение. Резкий порыв ветра прогнал завесу тумана и открыл нашему взору пустующее пространство.

Я в шоке стояла посреди голой площади, провожая взглядом огни уезжающего каравана. Все адепты и адептки были на борту… кроме меня.

«Опять ты отличилась, Луиза!» - в сердцах топнула я ногой, а на самом деле хотелось разреветься. Испуг, перемешанный со стыдом, был настолько силен, что мозг сразу же заработал на бешеных скоростях. - Что делать? Что делать? Если найти ведьмовскую метлу и догнать вагоны, отчалившие в академию? Но как я смогу поднять на метле сундук? Мне никогда не догнать поезд!»

Видимо, ужас отразился на моем лице. Потому что незнакомец с сочувствием спросил:

- Опоздала? - Я обернулась на голос.

Парень был одет очень просто: рубашка навыпуск и подвернутые до колен штаны, а стоял он босиком прямо на брусчатом площадном покрытии.

«И как ему не холодно?» - удивилась я. В тонких непрактичных ботиках по утреннему холоду начинали отмерзать пальцы.

Он стоял, скрестив ноги, положив руки и подбородок на черенок лопаты. На веснушчатом лице зажглась бесовская улыбка.

- Между прочим, эти повозки едут следом за караваном и везут багаж адептов.

Я посмотрела на шестиногого конягу, на ступенчатые горы сундуков, на них так удобно сидеть и ехать.

- Конечно, эти повозки не предназначены для пассажиров и мне запрещено брать попутчиков… - Рыжик накручивал огненную прядь на палец и ковырял босой ногой дорожный камень.

Я сложила ладони перед собой в знаке мольбы.

Рыжий бесстыжий навис надо мной.

- Подари поцелуй, тогда подвезу! - В его лице было столько пылающих чувств, что я не разобрала этот клубок эмоций.

Парень не медлил, порывисто сжав мои плечи в объятиях, наклонился и почти что коснулся своими губами моих губ… но…

- А ну отойди от леди! - раздался строгий, до рези в ушах и очень неприятный голос. Этот вопль заставил меня вздрогнуть, спуститься с небес на землю и прекратить думать о чародейских штуковинах и поцелуйчиках с деревенскими ребятами.

Противный резкий голос принадлежал стоящему за мной парню.

Высокий, с орлиным носом и челкой, спадающей на глаза, он стоял поразительно прямо, словно кол проглотил, выставив ногу вперед и скрестив руки на груди. Взгляд его, пылал безжалостной холодной яростью.

- Отойди сейчас же, деревенщина! - При этом возгласе я опасливо сделала шаг назад, все еще пытаясь понять, что это за незнакомец? Но окрик касался не меня.

- Жаль, не вышло. - Лицо рыжего накрыли тени, оно помрачнело, вмиг превратившись из сияющего и задорного в какое-то злое, насупленное. Я угадала написанную там эмоцию: жадность и голод! – Вас, адепток, слишком хорошо охраняют! - Рыжий ретировался к своим телегам.

- Подвезешь багаж барышни, - не глядя, скомандовал высокий незнакомец. В его голосе приказ причудливым образом сочетался с презрением к рыжему. Меня схватили за локоть и потянули, я попыталась пискнуть, но не тут-то было! Меня волокли вперед, да еще не забывали отчитывать.

- Не смей позорить герб Глактонберри. Как тебе пришло в голову якшаться с прислугой, низшей нечистью?

Я запоздало поняла свою ошибку: так вот кто это был! Огненный элементаль, а вовсе не деревенский парень. Ну конечно же! Раннее утро, предрассветный час, а ему не холодно. Иномирные животные слушаются его. И самое главное: я чудом от него спаслась. Из меня только что чуть не высосали всю энергию. Поняв, какой участи избежала, я бессильно осела на землю, просто ноги подкосились.

- Что еще такое?! - недовольный возглас надо мной.

Пушистый найденыш подскакал ко мне, оперся лапками на колени и сунул в руку уже ненужные билеты. Все было кончено, в академию я не попаду. Машинально взяла малыша и засунула за подкладку муфты, висевшей на шее.

Мускулистая рука схватила поперек тела и больно рванула вверх.

- Отпусти! - завопила я, не понимая, куда меня тащат, но на мои вопли не обращали внимания.

- С характером! - отметили про себя, пробираясь сквозь ошметки тумана.

- Кто ты вообще такой? - с неприязнью спросила я.

- Твой ночной кошмар, - отрезал наглый незнакомец.

- Если ты не отпустишь, я буду сопротивляться! - Пригрозила я, порядком сатанея от наглого беспринципного обращения.

- Угу, испугался. Очень. - Парень рыскал в тумане, ища что-то.

Последние струи тумана улетели прочь, и передо мной предстало прекрасное животное, сияющее в лучах восходящего солнца. Челюсть сама сбой отпала от удивления.

Каждая чешуйка пылала радугой.

Грифон - животное гордое, суровое и страшное. Половина тела волшебного существа покрыта защитной броней, шея, голова и крылья - перьями.

У создания орлиная морда с мощным костяным клювом, чешуйчатые ноги ящера, зад порос шерстью. Созданное магами при помощи чар животное кончалось львиным хвостом. На спине грифона крылья, способные поднять в воздух его самого и добычу, превышающую вес хищника в два раза.

Только наделенные особым мастерством маги могут приручить этих диких и необузданных созданий.

И к этому дикому ужасу меня тащили, а я сопротивлялась, как могла, упиралась каблуками ботиков в мостовую.

- Зачем ты это делаешь?

- Я ей жизнь спасаю и девичью честь, а она… - возмутился мучитель, подхватывая меня под мышки.

- Жизнь? Подтаскивая к этому существу? – Рывок, и я взлетела.

- Он не кусается, если не выщипывать из него шерсть и перья!

«Ну уж нет!» Я решительно отказывалась ехать верхом на диком звере, ботики уперлись в седло с намерением не дать усадить меня на опасного грифона. Волшебное существо, почувствовав удар пятки, недовольно переступило на месте.

- Форменная неблагодарность! - возмутился моими действиями наглый похититель опоздавших адепток.

Он что, действительно думает, что я так просто отправлюсь с ним неизвестно куда после того, как мою силу чуть не выпил элементаль?

- Благодарность? Да ты меня попросту пытаешься украсть!

- Не украсть, а позаимствовать на время. Будь уверена - избавлюсь при первой возможности!

Усилие, и меня все-таки водрузили на грифона.

Не мешкая, пока я не улизнула, парень вскочил позади, и несчастное животное получило серию поторапливающих пинков. Присев на задние лапы, в один гигантский прыжок зверина оторвала нас от земли. Взмах крыльев, рывок, и мы летим. Земля где-то уже далеко в виде кривых линий улиц.

- Отпусти меня, я должна догнать караван! - Резкий визг заставил грифона «споткнуться» в полете.

Меня не стали слушать, просто прижали к себе, закрыв ладонью рот.

- А что мы, по-твоему, делаем? - разъярился светлоглазый. Я могла только мычать в ответ, но краем глаза заметила нашивку на красной куртке наглеца: щит с гербом Глактонберри.

«Он тоже адепт?» - пронеслась мысль в голове, а после… После грифон провалился в воздушную яму, и меня вывернуло наизнанку, более думать я не могла. Только сильные руки не давали мне свалиться вниз.

Грифоны очень умные животные. Когда мне совсем поплохело, зверь «встал на одно крыло», и все лишнее полетело вниз.

Хорошо, что я была голодная, позавтракать-то не успела, и из меня много не вышло. Но тошнота отняла все силы, и когда меня перестало выворачивать наизнанку, я в бессилии облокотилась на моего похитителя.

- Это с непривычки, держись!

«Почему его голос стал таким нежным, не без смешинки, конечно, но уже не таким злым, как был вначале?» - подивилась я.

- Несколько полетов, и станешь как огурчик! - Яд и ехидство, так и сочится неудержимым потоком! Да он издевается! До чего же неприятный тип! Пока меня мотало и подбрасывало в воздухе, я могла быть только того же цвета, что и огурец - зеленая и в пупырышку от небесной холодрыги.

Вот зачем они такую академическую форму придумывают? Тугой корсет: чтобы получить кислород, нужно глубоко дышать, так что стиснутая и выставленная напоказ грудь ходуном ходит в глубоком вырезе спереди лифа. Туда уже косится шальной глаз адепта. Так и подмывало сказать: смотри еще куда-нибудь, а то косоглазие заработаешь!

Еще чулки эти, неудобные на подвязках, вечно сползают, и нужно искать укромный уголок, чтобы поправить их, приподняв подол.

Пышные юбки, которые задираются от любого ветерка до самого исподнего, выставляя напоказ коленки, бедра и все, что выше…

Я судорожно одной рукой хватала метры ткани и пыталась натянуть на коленки, но сил после того, как меня укачало, не было, а еще этот сырой холод, задувающий в подъюбочные щели! Я захныкала от бессилия. Лучше б я этого не делала, а тихо и безропотно превратилась в кусок льда!

Адепт расстегнул на себе куртку, обнажив голую грудь.

Притянул меня к себе, прижал, словно в тисках стиснул, запахнув форменный пиджак крест-накрест, обнял руками.

Да вдобавок еще и подбородок на плечо положил, прижимаясь к моей щеке своей!

Плюс еще и прихватил с обеих сторон коленями. Мне показалось, что он везде, вокруг меня, я словно жемчужинка в раковине в его объятьях.

А руки и вовсе безобразничали, елозя по всему телу, ощупывая бедра, стискивая колени и…

Нет, спасибо, грудь у меня не замерзла! Я попыталась ударить нахала по руке, но промазала, он был шустрее.

- Быстрее! - короткая команда, и грифон заработал крыльями активнее. Нас замотало сильнее.

Если бы не спасающий от окоченения жар здорового тела и не страх свалиться вниз, я бы оттолкнула этого не в меру сердобольного согревальщика!

Правда, его тепло как-то странно передавалось мне. Начинало ползти снизу, подобно огненной волне, распространяясь по всему телу и зажигая каждую клеточку, а в самом конце концентрировалось в краснеющих щеках и ушах.

Впереди в лучах восходящего солнца блестела золотая змея. Она медленно ползла навстречу восходу. Спустя какое-то время до нас долетели и звуки. Грохот колес, дрожь земли под лапами драконов, крики погонщиков.

Мы догнали караван!

Грифон лег на крыло и, описав круг над поездом, устремился вниз.

И меня замутило снова. Несколько резких взмахов крыльев, серия выворачивающих рывков, и мы приземлились на задок самой последней повозки. Там было нечто вроде широкой веранды, нависающей над дорогой.

С крылатого скакуна я спрыгнула сама.

На крыльцо выскочила потрепанная старуха. Меня прямо на ее глазах вывернуло, и я повисла на решетчатой ограде, любуясь дорогой.

- Господи, девонька, что случилось? - подскочила ко мне женщина, поддерживая за плечи.