РБ #рысьбарс#. Есть ли любовь еще до первого взгляда?

– Да, хакер ты недоделанный! Что не мог мне сказать, как все сделать, чтобы все нормально было? – Я редко злюсь, а тут я просто кипел. А может, просто передавал эстафетную палочку «Втык сверху», хотя я не был его начальником.

– Так там файл был с описанием, там целая статья моя есть о том, как делать рассылку. Ты что, не читал? Я, понимаешь, корячился, писал для одного интернет-журнала, все по полочкам разложил, любой ламер разберется, не то, что ты! Ты-то умный мужик! Как ты сам не догадался, что это ж незаконное дело? Надо быть осторожным, прокси-серверов кучу настроить, специальный ящик завести, зарегистрировать специальные домены. Есть в некоторых странах доменные зоны, которые не доступны для наших борцов со спамом. Они их все равно вырубают, но проходит как минимум сутки, а то и двое! А ты что? Свой ящик домашний указал! У тебя его, небось, вырубили сразу! Так?

– Да, утром первый звонок оттуда! – Мой ругательный запал спал. А пыл – сплыл.

– Вот видишь! Читать надо было все внимательно! Или мне дать. – Мне показалось, что в его голосе нарисовались лукавые нотки.

– А что там, серьезное что-то? С сетью?

– Да нет, не волнуйся! Я уже договорился, у меня есть свои люди у наших провайдеров! Все уже замяли!

– Да как не волноваться! Меня же на ковер как вызовут! Приятного мало.

– Вызовут, а как ты думал? Пить на работе?

– Чего? – Я вообще перестал понимать что-то! – Ты о чем? Ничего не путаешь?

– Да, ладно, – он явно смеялся! – Все тут понимают, что такую ахинею, какую ты рассылал, трезвый никогда даже не напишет!

До меня только сейчас дошло, что все теперь знают! Господи! Как это неприятно! Я же не для того душу изливал, чтобы все теперь надо мной смеялись! Вот уроды! Им смешно!

У меня внутри волна негодования хлынула на берег разочарования, сметая все на своем пути! Да, что там! Все равно ничего живого на моем острове не осталось! Одни обломки и щепки!

– Слышь, – Гейма, видимо, почувствовал то, что у меня происходит внутри, – не бери в голову! Ладно? Я поговорю, постараюсь уладить все.

– Спасибо, Гейма, – сказал я отстраненно, – спасибо.

Я повесил трубку, и некоторое время просто сидел, смотря в одну точку. Это в принципе интересное занятие. Надо только долго смотреть и не моргать. Дети хорошо об этом знают, а взрослые, как правило, – нет. Через несколько минут привычную реальность начинает размывать: она вся извивается, как змея, которую поймали за хвост, появляются разные странные круги, спирали. Того и гляди, выскочишь за привычные рамки. И окажешься в неизвестном месте! Что мы в принципе знаем о том мире, в котором живем? Да почти ничего! Вдруг, это все – большая иллюзия!

А может, это только у меня такие мысли? Я ни с кем не обсуждал это, вдруг не поймут!

Кружка кофе со сливками вернула меня в состояние, когда все становится до фонаря. Пусть смеются! Над кем они вообще могут смеяться? Надо мной? А где я? Внутри меня нет! Это точно! Я уже искал. Так что им не добраться до меня, не затронуть!

Пустота! Одна пустота!

– Иван! – я вошел без стука в его небольшой директорский кабинет. – Отпусти меня сегодня! От меня все равно толка никакого! Я немного приду в себя, и завтра буду как огурчик!

Иван в это время говорил по телефону. Он зажал пальцем трубку, сказав в нее: «Минутку», посмотрел на меня как старший брат на провинившегося меньшого, помолчал немного и ответил:

– Хорошо! Чтобы завтра не опаздывал! Сезон зимних чудес на носу!

– Спасибо! – Я вяло улыбнулся.

– И… смотри, не пей!

Вот гад! И он туда же! Я б ему ответил! Да… Бог с ними со всеми! Пусть им будет! Я просто вышел и все. Нет, не из себя, из кабинета, из меня уже никто не выйдет. Некому выходить!

Я вышел на улицу. Холодный воздух мне был сейчас в самый раз. Жаль, что уж больно серо все вокруг, мокро. Видимо тому дракону, который проглотил солнце и разлегся как раз над моей головой, тоже не весело. Может это его слезы вокруг? Ведь Драконы – огромные, и если уж они начнут рыдать, то слез наберется достаточно, чтобы целый город покрыть лужами.

Бродить в такую погоду по столице, постоянно смотря себе под ноги – удовольствие сомнительное. Мне оно опротивело уже через десять минут, хотя отчаянно хотелось идти вот так, без всякой цели, просто переставлять ноги. Это как-то успокаивало, вселяло мнимое ощущение цели. Раз мы куда-то идем, значит нам что-то надо. Следовательно, все нормально – жизнь продолжается! А остановка – смерти подобна.

Но, окончательно промочив ноги – я ж не в резиновых сапогах хожу! – я спустился в метро. И чтобы не ездить просто так по кругу какой-нибудь кольцевой, я решил сделать хоть что-то, пусть мнимо, но полезное. Например, съездить в офис моего провайдера, чтобы мне включили дома интернет. Все можно будет чем-то заняться ночью, имея окошко во внешний мир! Пусть вот такое виртуальное.

Метро встретило меня своим вечным бессмысленным движением эскалаторов вверх и вниз. Потоки людей напоминали какие-то кровяные тельца, текущие в плазме, только вместо кислорода они переносили всякие сумки и портфели. А уж о сравнении с лейкоцитами и вообще никакой речи быть не могло! Если что, они не бросятся на помощь! Никогда! Хороши бы были лейкоциты, если бы они были как люди! Я представил себе, что рассматриваю под микроскопом лейкоциты и вдруг вижу, как один из них толкает другого: «Ты чего толкаешься!» «А ты куда прешь!» «Борзый очень?» «Давно не получал?»

Одна остановка на метро осталась как бы незамеченной, как это иногда бывает, когда из жизни выпадают целые годы. Ты себе просто ставишь цель – доехать до такого-то места, и дальше включаешь автопилот, который незаметно тебя приводит к точке назначения. В этом плане пространство и время странным образом похожи: можно выпасть из того и другого очень легко. Это как бывает с долгожданным отпуском, ожидание которого способно сожрать целый год. А вот вернуться обратно под силу не всем.

Стеклянные двери провайдерской конторы гостеприимно распахнулись передо мной, впустив меня в просторное фойе. Я быстро нашел нужный кабинет и того человека, который должен был решать мой вопрос. К моему удивлению, я не затратил на все эти выяснения и объяснения много время. Все оказалось несложно: я просто написал объяснительную записку, и подписал стандартную форму, что обязуюсь впредь никогда не оказываться замешанным с спамовых рассылках. На меня даже никто и не взглянул, как будто вместо меня приезжал мой клон. Ну, и к лучшему! Хотя чего было тогда панику устраивать? Вот уж у нас страна чудес! Хотя, что удивляться, если в моей жизни был случай, когда я оказался владельцем Мерседеса с перебитыми номерами, и на меня завели дело, отправили автомобиль на экспертизу. Каково же было мое удивление, когда экспертиза спокойно подтвердила факт перебивки номеров, и мне закрыли дело, и разрешили поставить машину на учет. А зачем тогда весь сыр-бор? И так во всем.

Через буквально полчаса, не больше, я снова оказался все в том же водовороте, который называется метро. Нет, все же на кровеносные тельца мы не похожи: ну, в самом деле, у них есть цель, благородная миссия – выживание целого организма, о существовании которого, правда, они даже и не догадываются. Но, тем не менее, чтобы они там себе не думали, совершая свой бесконечный вояж по венам и капиллярам, они несут жизнь, они кому-то очень нужны! А мы? Мы же не кислород несем с собой, а бог знает что! Вон та бабуля, например, бережно сжимает в руках авоську со своими старушечьими потрохами. Тот молодой человек, что надулся как индюк, держит кейс с какими-нибудь дерьмовыми документами, которые годятся… Нет, даже для этого не годятся.

Вот где настоящее броуновское движение! Абсолютно хаотичное, бесцельное и никому не нужное, даже самим двигающимся, только им так, почему-то, не кажется.

Единственное, что меня порадовало, это то, что в подземном переходе я услышал знакомую до боли песню из Уэбберовского мюзикла «Jesus Christ – Superstar». Кто-то играл на простой шестиструнной гитаре, но здесь она звучала просто по-королевски! Может быть это благодаря особой акустике? А может моя душа просто так резонировала.

I only want to say

If there is a way

Take this cup a way from me for

Я, как прожженный меломан, не мог не остановиться и не оценить эту превосходную вещь. Играл молодой парень, типичный хиппи, откуда они только еще берутся? Старые джинсы, длинные волосы, а голос! Я думаю, что ему аплодировал бы сам Ян Гиллан, до того он проникновенно выводил:

I don’t want to taste its poison.

Feel it burn me, I have changed I’m

Not as sure as when we started

Никогда не имевший привычки бросать деньги уличным музыкантам, я подошел к нему и вывалил не глядя все, что было у меня в кармане. Пару сотенных там точно было, и много десяток. Просто мне в какой-то момент показалось, что в нем я вижу себя. Вот я точно также мог стоять и играть, просто так, от всей души, ни мало не заботясь о том, что я буду с этого иметь. Даст бог – буду сытый! А нет, так и ничего! Жаль, что я плохо играю, да и не стоял я в очереди, когда голоса раздавали. Но, пожалуй, вот это бы мне подошло.

Я даже не сразу заметил, что песня как будто исполнялась специально для меня! Как раз под мое настроение, под мои вкусы, ведь никто даже не реагировал на нее, один я оцепенел и остановился! Видно, меня так и будет преследовать тема смерти, куда бы я ни шел!

Why I should die?

Would I be more noticed than I ever was before?

Would the things I’ve said and done matter any more?

Я все смотрел, как его рука скользила по грифу, последовательно переводя барре с нижних ладов на верхние, как будто в этом было какое-то магическое действие, способное гипнотизировать. А он, не обращая на меня никакого внимания и на меня, ни на всех остальных, продолжал играть и петь. Мне казалось, что он точно также как и я, очень глубоко переживает всю бессмысленность бытия, и своим пением цепляется за жизнь, находя в этом если не смысл, то хотя бы повод прожить еще один день. А может быть, это мне просто кажется. Но я чувствовал его страдание, когда он взывал к Господу и вопрошал его, зачем он должен умереть.

Пока я стоял и слушал, подошли двое серых бесформенных представителей, так сказать, власти на земле, один из них молча пихнул моего гения в бок, и жестом пригласил проследовать за ними. Тот мгновенно замолк и покорно сдался, гордо зашагав рядом с ними. Все деньги из небольшой картонной коробки, лежавшей около его ног, в том числе и мои, немедленно перекочевали в карман одного из блюстителей порядка. И вся эта процессия медленно скрылась за поворотом.

А я еще некоторое время стоял на месте, пытаясь понять, как устроен этот мир, если он уничтожает в зародыше ростки, в которых есть хоть что-то живое и настоящее. Но кто я такой, чтобы быть в состоянии что-либо изменить? Я даже в своей простой жизни не могу разобраться, куда уж мне лезть и учить других как жить, если я сам вот только что смотрел на нож и отнюдь не картошку им резать собирался.

Но это же кошмар! Это все как-то так печально символично! Человек вышел, чтобы просто спеть то, что у него творится в душе! Он же не пел в угоду толпе какой-нибудь среднестатистический шлягер или стандартную жалобную песню из популярного фильма, он именно выражал свою суть. И надо же так совпасть, что эти нелюди его увели как раз во время исполнения арии Христа, да еще обращающегося к Господу! Как это показательно: каждый день, уже третье тысячелетие происходит одно и то же: мы предаем себя! Каждый день тысячами способов, в тысяче местах очередной Христос, которого никто никогда не замечает, пытается нам вернуть себя! А мы? В лучшем случае, молча сажаем его в кутузку.

Домой я попал в насквозь промокших ботинках и совсем расстроенных чувствах, когда понимаешь, что все вокруг фатально запущено, и, похоже, исцелению не подлежит. А дома ситуация оказалась не лучше: жена уже забрала сына из садика, поскольку он подкашливал. И не мудрено: такая поганая на улице погода! Она ни о чем меня не спросила, просто прошла мимо, даже не удостоив взгляда, а это всегда гораздо больнее, чем если бы она просто меня обругала.

В доме витал призрак распадающейся семьи, когда люди уже все сказали друг другу, и им незачем жить вместе. Хотя был один единственный мотив для нас обоих – дети, которых мы очень любим! И не хотим им того, что они никак не заслуживают: жить без одного из родителей.

А может, все у нас еще образуется? Ведь это не первый раз, когда обстановка накаляется до предела, быть может и не последний.

Сын бросился ко мне, обрадованный, что я сегодня пришел очень рано и, мы принялись играть с ним во все его буйные игры, в основном связанные с драками на мечах. Вот кто может вдохнуть жизнь! Как мне все же повезло, что у меня есть сынок и дочка! Что вообще у меня есть семья! И жена у меня замечательная, просто последнее время я сам веду себя как последняя свинья: опаздываю с работы, хожу дома мрачнее тучи, конечно, ко мне и подходить никому не захочется, не только ей! А она тем более ждет от меня внимания, цветов, наверное. Когда это я, дайте вспомнить, покупал ей цветы в последний раз? Кроме дня рожденья, это не в счет, а просто так? Э-э-э?

Вот! Сам во всем виноват, как всегда! Что у меня не жизнь, а просто – полный бардак! И работа могла бы быть совсем другой, если бы не испугался тогда и не стал соглашаться на первое попавшееся предложение. А теперь засосало в эту трясину, вроде как-то живем, и то ладно! А что-то искать уже и не надо. А ведь если бы нашел что-то такое, что было бы по душе, то жили бы явно не беднее, но зато внутри была бы гармония, и шансов на то, что выйдет что-то путное из работы было бы намного больше! А сейчас что, какие перспективы? Никаких! Ну не обладаю я такими навыками управленца, как тот же очкастый Иван! И не стать мне ни директором, ни кем-то еще! Все, потолок! Если и оттуда не попрут. Я вспомнил сегодняшний скандал, который сам же и устроил вчера. Вот я все же идиот! Нечего сказать!

Я набрал номер Геймы.

– Привет! Как там? Улеглось?

– А, это ты! – Он, похоже, был в приподнятом настроении. – Да все улеглось, я договорился. Сказал, что это все шутка одного из хакеров, с кем ты недавно поссорился. Я его, мол, знаю, все уже замяли, больше не повторится, беру под свою ответственность, все такое! Можешь спать спокойно!

– Гейма! Ты меня поражаешь! Под свою ответственность?

– Да ладно, это такие мелочи! Тем более, что я немного чувствую и свою вину. Все же мог тебе все на пальцах объяснить. И такого бы не было.

– Я даже не знаю что сказать! Ты меня поразил! – Я плюхнулся на диван.

– Давай так: с тебя пиво! Идет? Сходим, выпьем. Я кафешку тут знаю, там отличный Будвайзер!

– Гейма! В любое время!

– Ну, давай, а то у меня тут такой момент! Я тут новую гейму скачал: улет! Пока не пройду, на работу не выйду!

– Удачи тебе, Гейма!

– Все давай! – Он явно был полностью поглощен своим процессом, заменяющим ему реальную жизнь. Что ж, это его выбор, может быть, далеко не такой идиотский, как может кому-то показаться на первый взгляд.

Он уже давно отключился, и в трубке неприятно капали короткие гудки, а я все еще не мог прийти в себя! Ну, хоть что-то сегодня произошло хорошее! Вот стоило мне подумать более позитивно, как тут же стучится приятная новость! Хотя… это не все! Мне же включили Интернет!

Как я мог забыть про это? Сначала этот хиппи выбил меня из колеи! Еще бы: мне тогда казалось, что это меня забирают и сажают в тюрьму! Это мой голос звучал там, в переходе, моя душа вопрошала о том, о чем она давно хотела спросить. Потом эта тихая игра-молчанка дома, которая сведет с ума кого угодно.

Я чуть ли не бегом кинулся к компьютеру. Как же долго он у меня грузиться! Давно пора форматировать! За это время можно в магазин сходить! Ну, давай же! Еще не зная, все ли работает, я терзался в нетерпении перед абсолютно индифферентным ко мне монитором, который вечно зевал во всю свою прямоугольную пасть.

Да! Все заработало: связь восстановлена! Я затаил дыхание в ожидании количества загружаемых писем. В самом деле, я не знаю, сколько писем ушло, может быть пару сотен, а может десятки тысяч! И уж угадать, сколько может придти ответов – невозможно!

Но я не мог поверить: мой родной компьютер показал мне, что новых писем нет! Я несколько раз нажимал кнопку «Доставить почту», служа ярким примером человека, свихнувшегося на компьютерах, но мой железный друг с маниакальным упорством продолжал показывать, что писем нет! Ни одного! Ни даже половины!

Некоторое время мы с монитором молча смотрели друг на друга, как бы продолжая игру, популярную сегодня в моем доме. А потом до меня дошло, наконец: «Новых сообщений нет». А что я, собственно говоря, ожидал? Я и сам не знал, просто мне как-то показалось, что мир в этот момент рухнул. Ведь все, на чем я держался до сих пор – сплошная фикция, ложная уверенность в каком-то чуде, которого не бывает.

Мне опять захотелось чего-нибудь выпить, но я точно знал, что ничего нет, можно даже и не искать. А идти и покупать сейчас – себе дороже! Никто не любит пьяных, и моя жена не исключение. Зачем же тогда усложнять все? Но почему-то мне казалось, что только это мне и надо – забыться до утра.

Вот, значит, как люди спиваются. Тихо, мирно, не говоря никому ни слова. Просто в один прекрасный момент, они понимают, что это самый лучший выход их игры. Быстрый переход на последний уровень, хотя и болезненный для близких, но все равно самый мягкий. Они не так страдают из-за твоего ухода, вернее перехода. Ты как бы мертвеешь постепенно. Еще официально жив, но для всех уже нет.

Странный мир, где все так устроено! Ведь должно быть по логике все наоборот! Но, видимо, это основное правило нашей жизни, которое соблюдается неукоснительно и верно для любой ситуации: все всегда наоборот! С ног на голову и с головы обратно.

Я все еще сидел за компьютером и как мой друг Гейма играл в одну очень увлекательную игру: нажимал одну и ту же кнопку: «Доставить почту». Как будто я пытался запустить чье-то сердце, а оно никак не запускалось. Странно, но результат в моей игре всегда оставался в пользу компьютера, он мне неизменно сообщал: «Новых сообщений нет».

Ну нет, и не надо! Все! Надоело! Идите все…

Я почувствовал, что разозлился на всех, на все, на самого себя. И не знал, что мне с этим делать, как успокоится. Меня охватило полное отчаяние, оно покорило меня, забралось ко мне под кожу, растворилось в крови и проникло в каждую клетку, отравив весь организм. А может даже пробралось и в спираль ДНК, где уже успокоится навек.

И… я сдался.

Отдался ему на растерзание, как кусок мяса, брошенный голодным тиграм. Ешьте меня! Мне уже все равно! По телу какой-то неуверенной волной пробежало тепло, даже жар. А потом торжественным маршем двинулся холод… А по щекам покатились слезы…

Я, чтобы как-то спастись, пошевелился, решил встать, выключить компьютер, и пойти все-таки в ближайший магазин, уже не важно что со мной потом будет, выйду я завтра на работу или нет, что скажет мне жена. Скорее всего скажет, и это даже лучше, чем молчание! И с работы если выгонят – это тоже к лучшему! Все, что ни делается – все к лучшему!

Черт! Вместо того, чтобы выключить этот дурацкий компьютер, я машинально опять нажал холодными пальцами: «Доставить почту». Все, что ни делается – все делается не так! С ног на голову! В этом перевернутом мире!

Бог мой! Я не мог поверить своим глазам: неожиданно появился серый прямоугольник с синенькой полосочкой, которая пробежал слева направо, и все исчезло.

Мне пришло письмо! Я даже перестал дышать. Не может быть! Проглотив слюну, которая, проваливаясь, наделал столько шума, что мне показалось, «Титаник» треснул пополам, я набрал полную грудь воздуха, и навел мышью на письмо.

В графе «от» стояли очень редкие цифры 123. Да, это о многом говорит! А в там, где указывается тема, было написано просто «Re». Да, я же не написал тему сообщения, когда делал рассылку! Поэтому просто «Re», возникающее само по себе, когда кликаешь: «Ответить».

Медленно я нажал кнопку мыши, как будто она запускала космический корабль на Марс. Опять я на что-то настраиваюсь? Я неисправим! Но я чуял, что это действительно очень важное! Внутренним чутьем, которое в этот момент открылось полностью.

И вот, что я прочитал:

«Наконец-то! Ты нашел меня! Я так рада! Я столько ждала! Где ты? Что с тобой? Как ты жил все это время? Что делал? Расскажи мне все-все о себе! Скорее, я жду! Если ты в чем-то сомневаешься, в том, что я – именно то, что тебе нужно, то спроси у своего сердца, оно все знает! И чтобы больше не пропадал! Обещаешь? Я не вынесу! Жду тебя завтра утром на Поляне в десять. Твоя Душа».

Я прочитал несколько раз.

Это что – шутка? Или бред моего воспаленного воображения? Скорее всего, кто-то пошутил. Но почему меня так колотит? И почему мне так радостно стало? Как будто это все на самом деле? Главное, не брать в голову! Все хорошо!

Я постарался немного успокоиться, встал, походил по комнате, сел, просчитал еще раз, снова встал. Опять походил. Посмотрел на время и даже не обратил внимания на то, сколько часы показывали. Сел снова. Опять прочитал.

Определенно, даже если это все шутка, но написано так, как будто я сам написал! Как будто тот, кто мне ответил, знает меня очень хорошо и понимает! Если бы хотели надо мной посмеяться мои друзья, вернее не друзья, а сокамерники по работе, тот же Гейма, я бы почувствовал это! Они обязательно бы выдали себя чем-то, словом или знаком. Тут что-то другое! И мне казалось, что во мне говорит именно сердце, а не ум.

И что это еще за поляна такая? Я посмотрел внимательно на письмо, и тут только заметил, что слово «Поляна» несколько отличается от всего текста. Я навел на него мышкой, и оказалось, что это ссылка на какой-то Интернет-ресурс. Машинально я нажал на эту ссылку и стал ждать, когда загрузится сайт.

Оказалось, что это обычный чат – место, где общаются люди, которым то ли делать больше нечего, то ли они думают, что найдут себе тут кого-то. Я никогда не понимал такого времяпрепровождения. Я некоторое время почитал то, что тут пишут. Какая-то галиматья полная! Все же это все от большого безделья, не иначе! Да еще тут собрались все из флоры и фауны. «Одинокий волк» разговаривал с «Перелетной птицей», «Гусь» клеился к «Малинке», периодически появлялись сообщения от «Ягодки», «Колибри», «Ленивца». А уж всякий кошечек тут было просто огромное количество! Целый зоопарк! Вероятно, что это все дети лет пятнадцати.

Причем явно кто-то следил за порядком тут, я видел, как удалили за безобразное поведение некого участника, скрывавшегося под псевдонимом-ником «зЫбучий заяц», который на самом деле всех достал.

Неужели вот именно тут мне предстоит завтра встретиться с таинственной собеседницей своей? И что я ей скажу? Как представлюсь? И, кстати, как узнаю? Она же не написала мне как ее зовут?

Тут я вспомнил, что на работе меня теперь на километр не подпустят к компьютеру, подключенному к сети. Посадят за отдельный ящик, и заставят сводки оформлять, остатки подбивать, заказы составлять. Как же я тогда? Никак! Нужно выкинуть все это из головы, вот как!

Я решительно выключил компьютер, прыгнул на кровать как пловец с вышки и накрылся подушкой, словно это могло спасти меня от моих же безумных мыслей. Но, как ни странно, это помогло: буквально через несколько минут я крепко спал.