Если фея входит в дом…

«…место преступления. Формально, местом преступления следовало бы считать всю квартиру, но тело было обнаружено именно в спальне. Здесь же были следы крови, а еще беспорядок…, опрокинутая, поломанная мебель, разбросанные повсюду вещи. Обычно это говорило о борьбе, ну или как вариант, о слишком буйном сексе, который в силу неведомых пока обстоятельств, обернулся жестоким преступлением…

– Думаю, это из-за пространства…

– Чего?

– Слишком много свободного места, – пояснил Виктор, обращаясь к коллегам, – ох уж эти свободные планировки. Обратите внимание, спальня самая большая комната в этой квартире, все остальные значительно меньше.

– Вызывает много разных мыслей…

– Много, – недовольно фыркнул Виктор, – нет никаких много, мысль всего одна – денег много, а вот с фантазией большие проблемы…»

Рука писателя замерла над самой клавиатурой, точнее, над клавишей delete – текст ему не нравился. С одной стороны, это было только начало осмотра, так сказать, самое первое впечатление, а с другой стороны…, настроение. Вот с ним и была беда, это настроение не соответствовало всему тому, что было написано раньше.

– Нет. Не так…, иначе это должно быть, по-другому, – пробормотал мужчина, потом махнул рукой и без всяких сожалений снес фрагмент целиком.

Это было последнее, и в определенном смысле, ключевое преступление романа, положительные герои уже знали, кто преступник, но им, как обычно, не хватало доказательств, впрочем, отрицательный герой знал, что его личность практически раскрыта, однако, останавливаться не собирался. Он бросал вызов…, это последнее преступление должно было увязать все в единое полотно, а значит…

– Отлично…, теперь мне уже все не нравится, – вздохнул мужчина, облокачиваясь на спинку кресла и пытаясь отгородиться ладонями от монитора и клавиатуры компьютера, – поскорей бы уже разделаться с этим…, чтобы потом можно было нормально работать. И осталось вроде немного, может, страниц семьдесят. Пожалуй, за семьдесят страниц я точно уложусь…, а может и еще быстрее…

– Милый, надеюсь, ты не собираешься писать их прямо сейчас, – Маша подошла поближе и поцеловала мужа в затылок, а потом еще и волосы ладошкой пригладила.

– Не сейчас. Точно не сейчас…, у меня там заминка, ты же понимаешь, детективу необходим, по сути, еще один маленький фрагмент, но его нужно именно найти, понимаешь. И вот тут-то и заминка, не могу сообразить, что это будет…, кровь, может отпечатки…, а может…

– Фу, Андрей, перестань, – женщина оттолкнула себя кресло вместе с супругом, – ты же знаешь, я органически не перевариваю эти твои убийства, а уж тем более их подробности.

– Прости-прости, Машунь…, побочный эффект творчества.

– Фу-фу…, и кстати, вперед, к дочери, она уже меня поцеловала, так что, с тебя сказка.

– Уже десять?!

– Уже одиннадцатый, вперед, не расстраивай режим ребенка…, – женщина взялась за кресло, выкатила его из-за стола, и развернула его по направлению к двери.

– Иду-иду, сейчас только водичкой в лицо плесну…

– Обязательно умойся, а то дочь как-то сказала, что у тебя глаза красные, как у вампира и она тебя боится.

– Сочиняешь…, – улыбнулся писатель, заходя в ванную комнату, и уже оттуда продолжая, – и кстати, вампиры, это твоя тема, а не моя.

Но и в этом жена была права, не стоит сначала приучать ребенка к распорядку дня, а потом, самому же его разваливать. А кроме того, сегодня и правда была его очередь тешить сказкой дочурку…

– Машунь, – выглянул из ванной мужчина, – ты не сказала, какую сказку хочет Аська?

– Она тоже не сказала, – пожала плечами женщина, – возьми пару книжек, пусть сама выберет.

– Ты ведь знаешь, что она выберет самую длинную.

– А нечего опаздывать, сам же и виноват.

– А-а-а, знаю-знаю, это ты, небось, ее подговорила…, – Андрей погрозил пальцем жене.

– Кто опоздал, тот и расплачивается, – Маша состроила смешную рожицу, и даже язык показала, после чего скрылась за дверью кухни.

– Вот оно, коварство близких женщин…

Аська и правда была в пижаме, и даже уже возлежала в кровати, высоко подняв подушку, чтобы можно было более сидеть, нежели чем лежать. Одним словом, малолетняя барышня была настроена на очень долгую историю.

– Эй, Аська, это что за дела, почему сидя, – Андрей пристроился на край кровати и потянулся к дочери, надеясь погладить по голове.

– Не надо, я только что причесалась, – отказалась от проявления отцовской нежности Настя.

– А ты в курсе, что ты сейчас будешь спать, и вся твоя прическа превратиться во что-то такое…, – Андрей взъерошил собственные волосы, девочка прыснула, но тут же вернула себе серьезное личико.

– Ну и что, во сне, это ведь…, тело оно как бы само по себе ворочается, а пока я хочу быть вот такой…

– Упс…, – фыркнул в ответ мужчина, – даже и не знаю, что можно тебе сказать на это.

– Сказку, – быстро нашлась Анастасия.

– Ладно, какую хочешь, – Андрей показал по сборнику в каждой руке, – наши или иностранные, выбирай…

Барышня Анастасия пододвинула к себе сначала левую руку, потом правую…, а потом обе вернула родителю.

– Не понял, – удивился Андрей, – это что еще за дела, или ты уже приготовила книжку…, только пусть это будет не «Незнайка», мы же его несколько дней назад читали.

– Я уже в первом классе, – серьезно напомнила Настя, – захочется мне «Незнайку» я сама могу его прочитать.

– О, как…, что же тогда, может, «Войну и Мир»?

– Это которая такая толстенная…, нет…, к тому же это не сказка, это про войну.

– Сдается мне, – прищурился Андрей, – эта маленькая девушка морочит мне голову и просто не хочется укладываться спать. Говори быстро, на какую сказку нацелилась…, могу сказки Бажова принести, но учти, это последние предложение.

– Не-не, у Бажова нет про фей.

– А-а-а, нужна сказка про фей…, Андрей потянулся за сборником иностранных историй…

– Да, точно, – быстро подтвердила Анастасия, – про фей, но с элементами нежесткой сада-маза…, мазы.

Андрей опешил, то есть, он бы предпочел пожаловаться на то, что не расслышал, но он видел, как складывались губы дочери, а они выговорили как раз то самое, что уловил слух…

– А…, – потребовалось вдохнуть и выдохнуть, прежде чем продолжить, – а что так?

– Ну…, я не очень уверена, что правильно смогу это понять, – пробормотала Настя.

– Что именно?

– Жесткое сада-маза…, мазо… с феями.

– А мягкое, значит, представляешь?

– Ну…, там…, ремни, связывание…, маски, – все тише и все с меньшей уверенностью, явно пытаясь, что-то припомнить пробормотала Настя. А еще, ее почему-то очень интересовало выражение лица Андрея, – они ведь маленькие, феи-то.

– Ух…, это… да, в общем, маленькие…, приблизительно вот такие, – Андрей приподнял руку от пола сантиметров на двадцать, а потом зачем-то прибавил еще сантиметров десять-пятнадцать.

– Такие здоровые, – свесившись с кровати, удивилась Аська, – а я думала они совсем…

– Есть и совсем маленькие, но это обычно, дюймовочки.

– А их разве много, дюймовочек, а я всегда думала, что она одна…, – искренне удивилась Настя.

– Ну…, я…, наверное…, то есть, немного…, мало…, но не одна. Уф…

Неожиданно возникла пауза. Дочь, по большому счету, высказала свое пожелание, осталось только…

– Настя, а откуда вообще…, то есть, почему именно эта сторона жизни фей тебя заинтересовала?

– Это все Люська Фомина, – призналась со вздохом дочь.

– Твоя соседка по парте?

– Да.

– И что она?

– Ну…, она сказала, что читала сказку, где…

– Феи?

– Нет, это сада…, а что это вообще-то такое?

– Это такие особенные отношения между близкими людьми…

– Секс?

– Да и он тоже, но там еще присутствует боль, кому-то нравиться причинять боль, кому-то нравиться…, когда боль причиняют ему…, ну а потом уже…

– О-о…, а так бывает на самом деле?

– Да…, но это бывает нечасто. Настя, это очень взрослая игра, там свои особенные правила…, честное слово, она не для всех.

– Понятно, – кивнуло не по возрасту просвещенное дитя, но тут же огорошила следующим вопросом, – а как у вас с мамой с такими играми?

– У нас никак, мы этого не любим. Нам не нравиться…

– Это хорошо, – сделала вывод Настя и даже немного сползла с подушки.

– Слушай, давай я тебя нормально положу, – предложил Андрей, – так лежать вредно.

– Кровообращение нарушается?

– Оно самое, – не удержался и улыбнулся мужчина.

– Чего смеешься, я же правильно сказала?

– Я просто порадовался, что ты у меня такая умная.

– Ладно, но теперь сказка…, про фею, и чтобы я никогда раньше такой сказки не слышала.

– Аська, ну и где же я тебе найду такую сказку?

– Ты у меня писатель…, про убийства пишешь, про маньяков, фантастику даже…, вот и придумай для родной дочери сказку, про фею. И кстати, можно даже совсем без этого…. Не хочу я ни мягкого, ни жесткого…, еще не известно, что после этого сниться будет.

– И то ладно, – согласился Андрей, все еще пытаясь переварить эти несколько фраз сказанных дочерью, – слушай, Аська, а что должно происходить с этими феями…, в сказке, я ведь не специалист по таким историям.

– Па…, – девочка укоризненно посмотрела на Андрея, – обыкновенная сказка, то есть, все как в жизни, только немного чудес…, понял?

– Ну вот, так бы сразу и сказала, а то…, так может, ты и сама начнешь?

– А то, да запросто…. В одном небольшом городе, жила одна семья, мама, папа и девочка, а еще у них была кошка, породистая, но не слишком пушистая. И не сиамская, они, конечно, красивые, но я их почему-то боюсь…

В одном городе, жила семья, мама Оля, папа Юра, девочка Элеонора и еще была кошка, которую все домашние называли Миска…, хотя, у нее были настоящие документы, и там было написано, что никакая она не Миска, а настоящая Мессалина фон Штайнгерфауэр. Там еще и порода была ее написана, и откуда она родом, и кто ее родители. Впрочем, Миска была добрая и спокойная кошка, и уж если всем нравилось называть ее именно так, она была не против, мало того, она даже на имя это откликалась.

На самом деле, это был маленький город, но что еще было важно…, это был секретный город. Точно, это был секретный город, потому что в этом городе был завод, на котором делали… танки. Оля и Юра, точнее, мама и папа девочки работали как раз на этом заводе. Мама была бухгалтером и на работе все называли ее Ольга Васильевна, а папа был строителем…. Конечно, можно спросить, а зачем на танковом заводе строители, и не один, а целая бригада. Но все дело в том, что рядом с заводом был полигон, на котором испытывали танки, а чтобы испытания были как настоящие, на полигоне строили специальные дома. Конечно, в тех домах никто не жил, но Юра, точнее Юрий строил их на совесть, к тому же, он был старшим, точнее, бригадиром и все называли его не иначе, как Юрий Владимирович. Справедливости ради следует добавить, что и большинство жителей этого секретного города тоже работали на танковом заводе. Хотя, остальные жители нас не очень интересуют. А что же касается Элеоноры, то она училась в школе, этой осенью, она как раз перешла во второй класс…

Такие вот маленькие секретные города очень сильно напоминают поселки…, в хорошем смысле этого слова, конечно. Дома в них многоэтажные, дороги в них асфальтированные, есть разные магазины, и даже несколько кафе. Но при этом, большинство жителей знают друг друга. Может быть, не по именам, потому что им не обязательно дружить и разговаривать друг с другом, но они точно знают друг друга в лицо, потому что очень часто встречаются на улице. Когда идут на работу или с работы, встречают друг друга в магазинах или, например, в местном кинотеатре, или в Доме культуры, на редких концертах, особенно если в город приезжает какая-нибудь знаменитость…

– Па…, это не похоже на сказку, – вмешалась Элеонора.

– Ты сказала, чтобы это было как в жизни, напомнил мужчина.

– Да, сказала, – не стала оспаривать девочка, но добавила, – но при этом, я сказала, что это должна быть сказка, забыл?

– Нет…, просто я не успел дойти до того момента, когда начнется все сказочное…

– А…, тогда ладно, – зевнула девочка, – только не затягивай, а то я могу и уснуть.

– Я знаю…, только ты не забывай, я же не читаю сказку, я ее придумываю…, поэтому и получается дольше.

– Если получится хорошая сказка, ты ее потом запишешь?

– Посмотрим…, слушай дальше…

На самом деле, в таких городах хорошо жить, спокойно…, некоторые так привыкают друг к другу, особенно, к своим соседям, что даже двери на ночь не закрывают. Но есть у таких городов и свои проблемы…, в них очень редко случаются чудеса. То есть, конечно, в таких городах есть волшебство…, но оно обычное, к нему люди привыкают, и даже удивляются, когда не находят его в других местах. А вот с чудесами, настоящая беда…

С другой стороны, многие этого не замечают, вернее, отлично обходятся без них. Они как бы и ни к чему им…, все остальное ведь в порядке, к чему же тогда еще и какие-то чудеса. Но все-таки…, все-таки, кое-что происходит и в этих городах. Вот только случается это редко и неожиданно, даже и не угадаешь, когда это случится в следующий раз. А еще, чтобы какое-то чудо произошло, надо чтобы определенным образом сложились обстоятельства…

В то утро директор завода вызвал к себе Юрия Владимировича. Предложил ему присесть и сказал следующее:

– Уважаемый Юрий Владимирович, тут такое дело, по плану мы должны будем выпускать новый танк. Совсем новый, ни у кого больше таких танков нет.

– Это хорошо, – кивнул Юрий Владимирович.

– Да, это очень хорошо, но дело в том, что это совершенно секретная техника, пока мы его делаем, никому его показывать нельзя.

– Это я понимаю.

– Хорошо. Так вот, нам нужно сделать новый полигон. Я уже нашел место, теперь вам надо туда съездить, осмотреться, составить список того, что надо и потом приступать к работе, и как можно быстрее.

– Я все понял, – Юрий Владимирович поднялся, пожал руку директору, и пообещал, – не волнуйтесь, все будет сделано как надо…

Юрий Владимирович был человеком ответственным, и уж если он пообещал директору, это означало одно, он сделает все, чтобы сдержать данное слово. Первым делом, он, конечно, проинформировал своих подчиненных, выбрал двоих ребят, посметливее и отправился с ними на место, где должен быть новый сверхсекретный, танковый полигон. Схема схемой, описание описанием, а своими глазами, непосредственно на месте, оно всегда вернее выходит.

Место это и впрямь было замечательное. Огромная поляна, окруженная лесом. Много травы, а кое-где, островками, кустарник. Не высокий, в человеческий рост, зато плотный. А самое главное, поляна не была ровной как стол, растительной скрывала многочисленные овражки и канавы, а еще, почти по центру располагалось настоящее болото и несколько ручьев, достаточно глубоких. Скорее всего, для нормального строительства это было бы хлопотно и неудобно, другими словами, совсем даже неподходящее место, зато для танкового полигона оно подходило практически идеально…

– Ну что, Юрий Владимирович, как обычно, – поинтересовался Миша, подразумевая обычное начало работы.

– Да…, – согласился бригадир, – приборы с вами, давайте разойдемся и посмотрим что тут к чему…, хотя, стоит признаться, мне здесь нравиться…

– Па…, ты мне что, еще и схемы рисовать будешь, – ехидно поинтересовалась Настя.

– Что?

– Схемы, говорю, будешь рисовать?

– Какие схемы?

– Я сказку хотела, а ты мне про секретный танковый завод рассказываешь и про полигон…, а сказка-то где, с феями?

– А ты меня не торопи лишний раз, я, между прочим, прямо на ходу сочиняю. И раз я пообещал сказку, значит так и будет…

…они провели на полигоне целый день, фотографировали, делали различные зарисовки, снимали данные, а потом, ближе к вечеру собрались возле машины, чтобы ехать домой…

– Ну, как, все успели, – поинтересовался Юрий Владимирович, укладывая вещи в багажник.

– Да, бригадир. Теперь денек-другой посидим в бюро, и будет у нас настоящая схема…, и кстати, Юрий Владимирович, гляньте, какую я красавицу нашел возле леса…, ума не приложу, как она сюда попала. А бросать что-то жалко…

Мужчина оглянулся и увидел, что Миша держит в руках большую, почти полуметровую куклу.

– Ух ты, это что же такое?

– Говорю же, я как раз вдоль опушки шел, гляжу, лежит. Правда, в первый момент я подумал, что это живой ребенок, уж больно она классно сделана.

Миша был прав, кукла выглядела как настоящая. Мужчине даже не по себе стало…

– Она даже теплая.

– Это, наверное, из-за того, что она прямо под солнцем лежала, вот и нагрелась, – предположил Миша.

– Наверное, – не очень уверенно согласился Юрий Владимирович, – однако, она, небось, дороженная, как крыло от самолета. Гриша, ты как думаешь?

Третий участник поездки, Григорий осторожно коснулся волос куклы, провел аккуратно по кукольному личику и добавил к общему мнению, свое:

– Или как целый самолет, ты ведь почувствовал, как кожа проминается…, наверное, какой-нибудь специальный силикон…, или что-нибудь в этом роде.

– Похоже на то…, – опять же с сомнениями в голосе согласились остальные мужчины, – только что теперь с ней делать?

– Бригадир, ты странный какой-то, отвези дочери…, у нас-то с Мишкой детей нет, а сами мы, вроде как из кукольного возраста вышли.

– А Гришка прав, возьми домой, покажешь своей Элеоноре, а если вдруг ей не понравиться, просто на улицу вынесешь да и положишь на лавке, уверен, кто-нибудь да подберет.

– Конечно, подберет, – согласился бригадир, – она же по всему импортная, и явно не китайского или там, турецкого производства.

– США…

– А может, Франция, в Европе тоже могут или Япония, костюмчик-то у нее какой-то восточный, вроде кимоно.

– Ладно, уговорили, – согласился Юрий Владимирович, – покажу Норе, может ей понравиться…. Хотя, чего тут огород городить. Еще как понравиться, даже если уж взрослые мужики на такую красоту западают.

Мужчины посмеялись, докурили сигареты и полезли в машину. Надо было возвращаться домой. И только уже на подъезде к городу бригадир озвучил один интересный вопрос…

– Я вот только одного не могу понять, как эта игрушка оказалась на поляне…. Дорога туда одна, вокруг-то бурелом да болота.

– Может, кто из сельских, какой-нибудь медвежьей тропой сюда забрел, – предположил Миша и посмотрел на спутников.

– Может…, только зачем с собой ребенка брать в такую дорогу, это же ведь точно, детская игрушка. Зачем их брать в лес, если вдруг по грибы или по ягоды собрался, да еще и с таким вот довеском?

– Логично…, а с другой стороны, если дитя закапризничало, мол, не пойду без куклы…

– Ага, а потом прямо посреди леса раз, кукла ей разонравилась, и она ее бросила, – не согласился Григорий, – она, небось, не одну нашу зарплату стоит…

– Так может ее на место надо вернуть, – высказал предположение Юрий Владимирович, только было не понятно, серьезно он говорит или это у него такой юмор.

– Это вряд ли…, но ты знаешь, бригадир, ты, прежде чем, куклу эту Элеоноре показывать, потолкуй с женой, бабы все-таки, в этих делах лучше мужиков разбираются. С ней вместе и решите.

Что тут сказать, бригадир, конечно, был суровый мужчина, сам принимал решения, и сам же за них отвечал, но в тоже время, от полезных советов не отмахивался, как и от справедливой критики, кстати. Поэтому, перед тем, как идти домой, находку он упаковал в чистую тряпицу, чтобы дочь раньше времени не увидела, и аккуратно уложил в рюкзак. А потом, когда на дворе было за полночь, вытащил куклу на свет и предъявил супруге, чтобы посоветоваться с ней…

– Юра…, – воскликнула в первый момент женщина, – да ты с ума сошел! Только не говори, что ты ее купил, она же…, я даже и не знаю, сколько она может стоить…, Юра, ты ведь не купил ее?

– Нет-нет, о чем ты говоришь, – отмахнулся бригадир, – просто мы сегодня были на выезде, полигон собираемся расширять…, вот ребята там ее и подобрали…

– Мама дорогая, – женщина, если честно, даже глаз не могла отвести от находки, – до чего же красивая…. Только ведь, это ведь не обыкновенная игрушка…

– В каком смысле?

– Юра, она коллекционная, думаю, ручной работы, видишь, как сделана, ни одного шва не видно, каждая самая маленькая деталь…, она ведь точь-в-точь копия настоящего человека!

– Тогда, выходит, она еще дороже стоит, – пробормотал глава семейства.

– Да любая девчонка…, да что там девчонка, иная взрослая тетка душу за нее выложит, лишь бы себе оставить. Я в своем детстве даже и мечтать не могла о такой красоте, – со вздохом призналась женщина, – проще было настоящего ребенка завести…

– Так что будем делать?

– Так…, – Оля призадумалась, а потом решила, – оставим пока дома. А я завтра напишу объявление, мол, нашлась кукла, коллекционная, вернем хозяину. Еще, надо будет у девчонок, на работе, поспрашивать, может, кто видел такую. Например, у знакомых. Главное, чтобы Элеонора ее пока не видела, иначе слез и истерики не избежать…

– Па, а какая она была?

– Кто, Элеонора?

– Причем здесь Элеонора, кукла какая была, а то ты говоришь красивая, а как выглядела, так и не сказал…

Андрей внимательно посмотрел на дочь, которая вместо того, чтобы засыпать потихоньку навострила ушки и развернулась поперек кровати.

– …что, па?

– Что значит, что? Тебе засыпать полагается, а ты вовсю гляделки свои таращишь

– Фу, па…, так нельзя говорить.

– Ну-ка, бегом в исходное положение, под одеяло и засыпать.

– Ладно-ладно, только ты не останавливайся, рассказывай…, вот теперь уже интересно становиться.

Решение было принято. Ольга Васильевна сочинила объявление, распечатала его и даже развесила несколько штук на улицах города, а заодно и у коллег поспрашивала, как и обещала, но увы…. То ли объявление не сочли серьезным, то ли оно не попалось на глаза хозяину, что же касается коллег, то они только послушали, головами покачали, да языками поцокали, особенно когда Ольга Васильевна показала фотографии сделанные на телефон…

– …девчонки, вы даже не представляете какая это красота! Каждый пальчик, каждый ноготок, все сделано идеально. Я ей платьице задрала, там даже пупок присутствует…

– Умеют же делать, буржуи…

– Ну, тут ты Оля права, наверняка ручная работа, а значит, и стоит она столько, что не выговоришь…

– И еще одна особенность, она все время теплая, касаешься ее, а она такая же, как и я, представляете?

– А может она говорящая? Может, у нее кнопка какая имеется или пульт?

– Вот уж не знаю, – пожала плечами женщина, – но я не рискнула нажимать на нее сильнее, сломаю еще, а там вдруг, и хозяин объявиться…

Время ожидания…, один день, второй, третий, потом неделя, затем еще одна, но ничего не изменилось, то есть, хозяин необыкновенной куклы так и не пришел и не позвонил. Зато у Ольги Васильевны вошло в привычку, перед тем как укладываться спать, она обязательно шла в кладовку, где в специальной коробке лежала кукла. Доставала ее, смотрела, осторожно гладила…, каждый раз удивляясь нежности материала, иногда ей даже казалось, что если подержать ее еще чуть-чуть, она обязательно оживет в ее руках. А один раз и вовсе, она достала массажную щетку и аккуратно начала расчесывать длинные, черные как смоль, волосы куклы. За этим занятием ее и застал муж.

– Оль, ты чего? Ты уже целый час сидишь в кладовке…, – поинтересовался Юрий, а потом увидел, что делает жена, и рассмеялся, – ты что это, в детство впадаешь, еще немного, и будешь платья для кукол шить.

Женщина смутилась и даже покраснела.

– Юр, ты просто посмотри на нее, она же, как живая. Не кукла, а настоящее чудо природы! Я даже представить не могла, что такие бывают!

– Это да…, – пожал плечами мужчина, – что тут сказать, танки мы делать умеем, космические корабли тоже, а вот всякие такие мелочи…

– Я тут подумала, а представь ту девочку, чья это кукла, она же ее должна любить просто до безумия, а тут, раз и она пропала?

– Оль, перестать забивать голову, – отмахнулся Юрий, – и вообще, пошли уже спать, завтра всем на работу, тебе кстати, тоже.

Элеонора была девочкой самостоятельной. Сама просыпалась по будильнику, умывалась, ела оставленный мамой завтрак, мыла посуду и отправлялась в школу, благо, идти было недалеко. Кстати, она еще и в школе хорошо училась, не на одни пятерки, конечно, иногда и четверки бывали, но пятерок все равно выходила больше. Учителя частенько отмечали Элеонору за хорошее поведение и хорошие отметки…, любили или не любили, это совсем другой вопрос, зато, точно, уважали. А вот с одноклассниками у нее отношения как-то не очень складывались. Вроде и не случалось никаких ссор, а все равно, чаще Элеонору можно было видеть одну, особенно на переменах…. После занятий девочка оставалась в группе продленного дня. Там она делала уроки, обедала, часто ходила в библиотеку, а в четыре часа собиралась и шла домой, благо, что до дома…, хотя об этом мы уже говорили.