Общая теория публично-правовой обязанности

Рецензенты:

В. А. Юсупов, доктор юридических наук, профессор

Н. И. Грачев, доктор юридических наук, профессор

А. Н. Ильяшенко, доктор юридических наук, профессор

© А. Н. Жеребцов, 2013

© ООО «Юридический центр-Пресс», 2013

Вместо предисловия

Методические основания исследования юридической обязанности

«Теория тем лучше (научнее), чем больше она рискует быть опровергнутой».

«Некоторое время назад президент Чехии Вацлав Гавел просил меня выступить на конгрессе, посвященном правам человека. Я отказываю всем подобным просьбам и рекомендую организовать конгрессы, которые обсудят ”обязанности человека“, а не права его. Потому что человек просто обязан обуздать себя».

Обязанность – весьма важная социальная и юридическая категория общественной практики, науки и современной действительности, однако ее изучению не уделялось достаточного внимания ни в истории политико-правовой мысли, ни в современных философской и социологической науках. Проблему обязанности изучала и юридическая наука, но ее исследования ограничивались рассмотрением обязанности как элемента содержания правового отношения. Позиция юридической науки о «юридической обязанности» как элементе содержания правоотношения, элементе правового статуса личности,[1] способе правового регулирования общественных отношений, а также одного из элементов метода правового воздействия на общественные отношения показывает весьма скромную роль, которая принадлежит данной категории.[2] Исследование проблем «обязанности» как понятия,[3] категории, важного явления права (в особенности права публичного) требует исследовать данное явление в соответствии со сложившимися и формируемыми в настоящее время методологическими подходами в познании явлений действительности, применяя различные методы, принципы и объективные стадии такого познания.

Что же такое «обязанность»? Ответить на этот вопрос весьма непросто. Общественные науки определяют обязанность по-разному.[4] Так, В. Даль указывал, что «обязать – заставлять или нудить, принуждать, приневолить… связывать, налагать долг, бремя, службу, работу, образ действия».[5] «Обязанность – круг действий, возложенных на кого-нибудь и безусловных для выполнения».[6] Указанный источник помимо понятия «обязанность» рассматривает и другие понятия: «обязанный», «обязательный», «обязательство», «обязать», «обязаться» и «обязываться».[7]

Юридическая наука трактует «обязанность» как меру долженствования субъекта права,[8] что также вызывает определенные проблемы его понимания в контексте современной юриспруденции.

Перечисленные обстоятельства требуют серьезного изучения данного явления во всем многообразии его проявлений с использованием современных методологических концепций познания.

Следует отметить, что познание «обязанности» как объективного явления социальной действительности лежит в плоскости эмпирического восприятия данного явления, что позволяет перейти от эмпирического уровня познания (на уровне описания и классификации) к теоретическому обобщению изучаемого явления и формированию категориальной составляющей знания об «обязанности». Данный подход известен в классической науке как диалектическая (линейная) методология познания процессов и явлений действительности. На чем он основан? Философская наука отмечает, что указанный путь познания действительности формируется на основе принципов, методов и уровней познания исследуемого явления. Подобный подход к исследованию социальных явлений совершенно недостаточен и опасен своей линейностью и однозначностью. В связи с этим могут показаться обоснованными высказывания современных ученых, утверждающих, что диалектический метод познания действительности изжил себя и нужна новая методологическая база для дальнейшего исследования социально-правовых явлений.[9] Представляется, что хоронить теорию познания, основанную на диалектических методах исследования, рано. Наоборот, диалектический метод в системе методов познания и в настоящее время является синтезирующим методологическим началом, лежащим в основе иных методов, которые используются при исследовании государственно-правовых явлений. Существующее многообразие мировоззренческих подходов к познанию права позволяет углубить имеющиеся знания о данном социальном явлении, но исчерпать диалектическую методологию познания действительности невозможно. «Методологические проблемы юридической науки в современный период являются делом самой юриспруденции и не могут решаться путем простого переноса исследовательских средств из философии, метатеорий и других наук».[10] Современное развитие философской науки дает новые знания, позволяющие развивать сформированные ранее методологические установки. «Любое новое научное знание может быть получено только в том случае, если исследователь изучил все, что было сделано его предшественниками».[11]

Дискуссия о понимании такого явления, как методология, ведется достаточно давно и практически всеми науками. Некоторые авторы отмечают, что содержание методологии структурно складывается из совокупности методов, средств и организации познания.[12] Другие считают, что метод и методология – совпадающие понятия: «метод есть теория, обращенная к практике исследования» и включает в себя способы, приемы и средства изучения.[13] Третьи определяют методологию как совокупность знаний о методе и принципах их применения, или как знание о всеобщих принципах познания и системе методов познания.[14] Четвертые (и их большинство) определяют методологию как учение об организации деятельности[15] (например, «методология является дисциплиной об общих принципах и формах организации мышления и деятельности»).[16] Существует мнение, в соответствии с которым «в сфере методологии социального знания на смену классическому этапу пришел неклассический, возникший под влиянием эволюции культуры, фундаментальных изменений в науке, а затем последовал постклассический этап».[17] Научные подходы к определению методологии познания правовых явлений можно продолжать. Они могут основываться на различных мировоззренческих подходах, коих бесчисленное множество, но мы не ставим себе такую цель. Прав В. П. Малахов, указывающий, что «методологическим значением обладает все то, что позволяет реализовать наш познавательный интерес и достигать поставленные цели, а также то, что способно организовать исследовательский процесс сообразно избранному предмету и корректировать его всякий раз, как только это окажется необходимым».[18] Здесь нельзя не упомянуть мнение И. В. Блауберга и Э. Г. Юдина: «…как показывает история науки, познание обычно остается удивительно индифферентным к навязываемой ему извне методологической помощи, особенно в тех случаях, когда эта последняя предлагается в виде детализированного, скрупулезно разработанного регламента».[19] Это не значит, что процесс исследования должен быть хаотичным, беспредметным, основанным на интуиции и иррациональности исследователя. Обладать знаниями методологии исследования необходимо и полезно.

Представляется, что методология познания государственно-правовых явлений выступает организацией целенаправленной деятельности субъекта, основанной на определенных знаниях (учении) о принципах, методах и уровнях познания явления, в результате которого путем исследования объекта приобретается новое знание об исследуемом явлении (предмет исследования).[20] В науке указывается, что не всякая деятельность ученого включается в структуру содержания методологии, а лишь продуктивная. «Как известно, человеческая деятельность может разделяться на деятельность репродуктивную и продуктивную. Репродуктивная деятельность является слепком, копией с деятельности другого человека, либо копией своей собственной деятельности, освоенной в предыдущем опыте… Другое дело – продуктивная деятельность, направленная на получение объективного нового или субъективно нового результата. Любая научно-исследовательская деятельность, если она осуществляется более или менее грамотно, по определению всегда направлена на объективно новый результат».[21]

Таким образом, целенаправленная деятельность субъекта как элемент содержания методологии должна быть продуктивной деятельностью. Методология исследования государственно-правовых явлений в своем содержании складывается из функциональных и инструментальных элементов, объединенных учением о познании исследуемого явления. Функциональными элементами содержания методологии следует признать организацию и непосредственную деятельность субъекта (исследователя). Инструментальными элементами являются принципы, методы и уровни познания исследуемого явления. Совокупность функциональных и инструментальных элементов образует методологические основы познания, включающие: а) исходную эмпирическую основу – множество зафиксированных в данной области знания фактов, требующих теоретического объяснения (т. е. накопленные фактические данные об объекте исследования); б) исходную теоретическую основу – множество первичных допущений, постулатов, аксиом, общих законов, описывающих идеализированный объект теории; в) логику теории – множество допустимых в данной теории правил вывода и способов доказательства; г) совокупность выведенных в теории утверждений с их доказательствами, составляющими основной массив нового теоретического знания (предмет исследования).[22] Именно такой методологический подход, по нашему мнению, учитывает как линейность, так и нелинейность познания социально-правовых явлений, их исторический, антропологический и метафизический аспекты.

Изучение «обязанности» как социально-правового явления необходимо осуществлять с учетом целого комплекса факторов объективного и субъективного свойства, методов, способов и мировоззренческих подходов в познании этого явления. В связи с этим следует признать, что изучение «обязанности» не может осуществляться с «нуля», ни одно новое знание не возникает вне связи с уже имеющимися знаниями об исследуемом объекте. Все это позволяет отметить, что в основе исследования предмета лежит накопленная в процессе исторического развития духовно-практическая и исследовательская деятельность, система знаний об исследуемом объекте.

Изучение «обязанности» должно основываться на системе методов познания, складывающейся из философских, общенаучных и специально-юридических (частнонаучных) методов. Многообразие методов исследования позволяет формировать их комплексы, на которые оказывают влияние объективные и субъективные факторы.[23] С одной стороны (объективный фактор), необходимо использовать только объективно необходимые методы познания предмета и исключить недопустимые или излишние методы познания. С другой стороны (субъективный фактор), в процессе исследования необходимо избрать требуемые средства познания.[24] На данный фактор влияют качества исследователя, степень его подготовленности к проведению исследовательской работы. Здесь серьезное влияние оказывают гносеологические принципы и мировоззренческие подходы к исследованию объекта.

Известнейший ученый-философ В. П. Кохановский выделяет следующие принципы материалистической диалектики: «объективность, всесторонность, конкретность (восхождение от абстрактного к конкретному), историзм, противоречие, единство качественной и количественной определенностей, детерминизм, причинность, отрицание отрицания».[25] Вместе с тем в рамках иных мировоззренческих систем формируются и иные гносеологические принципы; например, синергетическая концепция познания основывается на принципах самоорганизации сложных открытых социальных систем, обратных связей социальных систем, многоканального механизма детерминации и т. п. Кроме того, нельзя не отметить коммуникативную мировоззренческую концепцию. «Акцент в понимании права должен делаться не на совокупности норм права и рациональности воли законодателя, а на практике правовых коммуникаций, в единстве с которой эти нормы и получают свой правовой смысл. Причем сама юридическая практика отнюдь не рассматривается как простое «применение» существующих государственно-организованных норм. Поэтому такое право следует понимать как ”процедурное“ право».[26] Хотя эта концепция формируется на основе синергетического подхода, вместе с тем он дает возможность формировать новое направление в понимании правовых явлений.[27] Нельзя не отметить, что применение того или иного метода познания в процессе исследования объекта основывается на принципах использования метода в процессе познания объекта, которые являются необходимым ориентиром для объективности использования данных инструментов в процессе познания объекта. Так, исследование научных аспектов теории систем позволяет выделить следующие принципы системного исследования: 1) принцип анализа системообразующих связей и форм явления; 2) принцип разработки стратегии исследования; 3) принцип разработки формально-аналитических аспектов исследования; 4) принцип телеологического (целевого) описания системы и некоторые другие.[28]

Значение принципов познания объекта весьма полно охарактеризовал Н. Стефанов, отмечая, что: а) они являются средством, с помощью которого реализуются требования научного анализа, направленного на решение данной задачи, б) теоретическое обоснование подобных принципов выходит за границы, задачи и возможности соответствующей науки, в которой они используются, и в) каждый такой принцип представляет то или другое теоретическое знание, которое играет роль метода».[29]

Изложенные положения позволяют признать, что процесс познания социально-правовых явлений и «обязанности», в частности, могут основываться на различных методологических основах, формируя при этом «интегральную методологическую основу познания».

Кроме методов познания и философских (мировоззренческих) принципов познания правовых явлений в структуре методологии познания выделяется элемент организации познания или стадии процесса познания объекта. Методология в сущности воспринимается как некий процесс движения от знания меньшего объема к знанию большего по объему, т. е. ключевым в понимании методологии следует признать направление и последовательность такого движения. Это значит, что процесс движения к познанию объекта включает в себя, во-первых, его функции – направления исследования и, во-вторых, стадии (этапы) познания исследуемого объекта. Функции процесса познания являются ключевыми явлениями, которые предопределяются характером исследуемого объекта, позволяя сформировать систему необходимых методов его познания. В свою очередь функции процесса познания не исчерпывают саму организацию данного процесса. А. М. Новиков и Д. А. Новиков отмечают, что «организовать деятельность означает упорядочить ее в целостную систему с четко определенными характеристиками, логической структурой и процессом ее осуществления – временной структурой. Логическая структура включает в себя следующие компоненты: субъект, объект, предмет, формы, средства, методы деятельности, ее результаты. Внешними по отношению к этой структуре являются следующие характеристики деятельности: особенности, принципы, условия, нормы».[30] Далее указанные авторы, рассматривая исторические типы культуры организации, отмечают, что современным типом культуры организации является проектно-технологический тип, который складывается из «трех фаз: – фазы проектирования, результатом которой является построенная модель создаваемой системы и план ее реализации; – технологической фазы, результатом которой является реализация системы; – рефлексивная фаза, результатом которой является оценка реализованной системы и определение необходимости либо ее дальнейшей коррекции, либо ”запуска“ нового проекта».[31] По своей природе данные фазы есть не что иное, как модернизированные в соответствии с историческим типом культуры организации стадии процесса познания исследуемого социально-правового явления.

В связи с этим, по нашему мнению, процесс познания складывается из:

а) стадии описания (или фазы проектирования) исследуемого явления, которое осуществляется на эмпирическом уровне его восприятия и фиксации полученной информации (здесь необходимо отметить, что описание явления может начинаться с учетом уже имеющихся знаний о явлении, накопленных наукой ранее);

б) стадии классификации (или технологической фазы) исследуемого явления, т. е. определения его места в системе сходных и несходных, но связанных с исследуемым явлением иных явлений. Данная стадия также характеризуется эмпирическим уровнем познания явления и выступает важной основой перехода к теоретическому уровню процесса познания объекта;

в) стадии определения (или рефлексивной фазы), позволяющей сформулировать сущность явления, определить его теоретическую модель, дать обоснование исследуемого объекта;

г) стадии критики (или фазы проектирования) знаний об исследуемом объекте. Она может быть начальной стадией процесса познания, когда исследуемый объект ранее исследовался в науке. Критика – стадия, позволяющая непрерывно двигаться в процессе познания объекта от знания меньшего объема к знанию объема большего, и, как следствие, не прерывает процесс научного познания объекта. Стадия критики не имеет соответствующей новой фазы организации и либо порождает новый уровень организации познания, либо лежит в начале организации познания исследуемого социально-правового явления, представляя собой фазу проектирования.

Существует и иной подход к уровням (стадиям) методологии познания. Так, Э. Г. Юдин указывал на следующие четыре уровня познания объекта: «Высший уровень образует философская методология, определяющая общие принципы познания и категориальный строй науки в целом. За философской методологией следует уровень общенаучных принципов и форм исследования, специфика которых состоит в относительном безразличии к конкретным типам предметного содержания отдельных наук, вместе с тем обладающим некоторыми общими чертами процесса научного познания в его достаточно развитых формах. Следующий уровень составляет конкретно-научная методология, в которую входит определенная совокупность методов, принципов исследования и процедур, применяемых в той или иной специальной научной дисциплине. Наконец, низший уровень методологии образуют методика и техника исследования, которые представляют собой набор процедур, обеспечивающих получение единообразного и достоверного эмпирического материала и его первичную обработку, после которой он только и может включаться в массив наличного знания».[32] Данный подход представляется весьма аргументированным, но он не противоречит изложенному. Разница видится лишь в подходах к их формированию: в первом случае имеет место функциональный подход к познанию объекта, во втором – инструментальный. Данная интерпретация методологии предполагает ее понимание как системы методов и способов познания и ранее нами уже рассматривалась.

Специфический подход к уровням методологии изложил Д. А. Керимов. По его мнению, они должны выглядеть следующим образом: «диалектико-мировоззренческий, определяющий главные направления и общие принципы познания в целом (высший уровень); общенаучный (междисциплинарный), используемый при познании особой группы однотипных объектов (средний); частнонаучный, применяемый в процессе познания специфики отдельного объекта (низший уровень), и, наконец, переходный от познавательно-теоретической к практически-преобразовательной деятельности, вскрывающей общие пути и формы внедрения результатов научных исследований в практику».[33] Данные уровни характеризуются видом объекта познания и потребностью практического использования полученных знаний в практическо-преобразовательной деятельности субъектов и основываются совершенно на ином понимании методологии как системы методов познания действительности. Вместе с тем все эти подходы направлены на решение единой задачи и достижение одной цели – познание исследуемого объекта, движение от знания меньшего объема и качества к знанию большего объема и качества.

Изложенный методологический подход к исследованию государственно-правовых явлений может быть применен и к изучению частных правовых явлений. В нашем случае такими объектами исследования являются «обязанность» как социальная категория и «юридическая обязанность» как правовая категория. Представляется, что изучение данного явления должно осуществляться по следующим направлениям с учетом высказанных методологических основ:

1) рассмотреть сущность «обязанности» как философской и юридической категории. Причем здесь следует учесть многообразие методов исследования, существующее мировоззренческое изобилие подходов к изучаемому вопросу и имеющееся множество подходов к раскрытию сущности социальной обязанности и места в нем юридической обязанности. Эти положения представляют собой фазу проектирования, которая должна сформировать основу для дальнейших фаз исследования юридической обязанности;

2) проанализировать юридическую обязанность в контексте существующих основных подходов к правопониманию, ее роль в системе частноправовых и публично-правовых отношений;

3) исследовать сущность юридической обязанности и ее внутреннюю организацию (строение), выделив многообразие видов юридической обязанности, значение юридической обязанности в структуре и составе публичной обязанности. На этом технологическая фаза должна быть завершена;

4) определить роль и значение юридической обязанности в системе публично-правовых отношений, а также пути совершенствования правового воздействия на общественные отношения. Здесь должна осуществиться рефлексивная фаза процесса познания публичной юридической обязанности.

Представленный методологический подход, по нашему мнению, позволит наиболее полно изучить сущность, функциональную природу, видовое многообразие и значение правовой (юридической) обязанности в механизме публично-правового регулирования общественных отношений.

Глава 1

Социальная обязанность в системе общественных отношений