Языческие боги и архаичная геральдика Древней Руси. Древнерусские боги и древнейшие геральдические символы Древней Руси V—XVI вв

1.1. Что нам известно о Перуне?

«Перу́н верховное языческое божество в древней Руси, др.-русск. Перунъ (Пов. врем. лет, в договорах 907 и 945 гг.…»

Язычество – это многобожие, но среди всех славянских богов выделяется Перун как главный бог – «владыка над всеми». Об этом писал еще византийский писатель VI века н. э. Прокопий Кесарийский: «Они считают, что один только бог, творец молнии, является владыкой над всеми, и ему приносят в жертву быков и совершают другие священные обряды» [46].

Имя славянского бога Перуна всего несколько раз упоминается в ПВЛ и иных старинных письменных источниках, а сведения, содержащиеся в них, чрезвычайно скупы. В ПВЛ он упоминается пять раз при заключении договоров русов с Византией, когда русы-язычники клянутся оружием своим и Перуном. Перун упоминается также в летописном рассказе о постройке языческих святилищ князем Владимиром в Киеве и Новгороде в 980 г.: «И нача княжити Володимиръ въ Киевѣ одинъ и постави кумиры на холъму внѣ двора теремнаго: Перуна деревяна, а голова его серебряна, а усъ золот… И пришед Добрыня Новугороду, постави Перуна кумиръ надъ рѣкою Волховомъ, и жряхуть ему людье новгородьстии акы Богу» (ПВЛ). Последние упоминания Перуна в ПВЛ связаны с 988 годом, когда князь Владимир снес водруженного им же в 980 году идола Перуна в Киеве, в этом же году снесли Перуна и в Новгороде. Русь приняла христианскую веру.

Практически это вся наиболее значимая информация о Перуне, в остальных русскоязычных источниках он просто упоминается. Более богатую мифологию культа Перуна мы находим у украинцев, белорусов и других славянских народов, в которой Перун представляется могущественным светлым богом добра, борющимся с темными силами «за все хорошее против всего плохого».

В мифах и легендах Украины «Перун – бог наймогутніших божественних сил неба і землі, блискавки і грому. Першим своїм весняним громом воскрешає землю, повертає їй життя проганяючи Мару і холод. Захисник воїв на полі ратної борні» [12]. Я думаю, что эта и следующие цитаты на украинском языке вполне понятны читателю и в переводе не нуждаются.

«Зображувався Перун срібночубим, золотовусим, з вогненними стрілами, золотим луком та важким молотом у руках. За повір’ям, гроза – це битва Перуна з ДИВАМИ та бісами, яких насилають ЧОРНОБОГ, МАРА та інші злі сили. Диви мають замурувати воду в хмарах, заморозити її, не дати впасти їй на землю, аби там утворилася посуха, загинули всі посіви, вимерли люди» [44]. Описание Перуна «срібночубим, золотовусим», вероятно, идет от его описания в ПВЛ: «…а голова его серебряна, а усъ золот…».

Перун в украинской мифологии, в первую очередь, народный, крестьянский бог, к которому обращались волхвы со следующей молитвой: «О милостивий Боже, грізний і добрий Перуне! Молимось Тобі, щоб Ти з’явився о потрібній годині й дарував нам дощу <дождя>, аби дерева, трави й хліба добре росли й квітнула вся наша мати земля. Не завдавай горя, просимо Тебе, непотрібною бурею, громом, градом чи блискавкою; вижени, всемогутній наш Боже, і знищи прокляту МАРУ з ДИВАМИ та іншими слугами чорними їхніми, аби вони не зашкодили нам і нивам нашим…» [44].

Это опровергает широко распространенное утверждение историка русской литературы и фольлора Аничкова Е. В. («Язычество и древняя Русь», 1914 г.) [2] о том, что Перун был не народным богом, а являлся богом только княжеской дружины Владимира («дружинно-княжеский бог»). Добавим к этому еще замечание историка Клейна Л. С., сделанное им в книге «Воскрешение Перуна» (2004 г.): «Одного лишь не сумел объяснить Аничков: как за каких-то 8 лет, прошедших со времени внедрения культа Перуна в Киеве и Новгороде до свержения кумиров тут и там, культ этого чужого бога успел так глубоко внедриться в быт народа, что еще и тысячу лет спустя улавливается, да еще не в Киеве или Новгороде, а в Белоруссии. Странно…» [26]. Странно это не только для Белоруссии, но и для Украины, Польши, Чехии и других славянских стран.

Всем нам хорошо известна идущая из глубины веков русская не персонифицированная клятва Перуном: «Разрази меня гром!». То, что речь идет о Перуне, подтверждается аналогичными выражениями, существующими у других славянских народов. В белорусском языке существует до сих пор выражение «Няхай мяне пярун забье» «разрази меня гром». На Западной Украине сохранилось стародавнее проклятие: «Бодай тебе Перун побив!». По-польски «Niech mie jasny piorun trzasnie» [нех ме ясны пёрун тшасьне] «разрази меня гром» (Polsko-rosyjski słownik slangu i wulgaryzmow).

Гальковский Н. М. в книге «Борьба христианства с остатками язычества в Древней Руси» (1916 г.) пишет: «Память о Перуне осталась в языке у славян. По белорусскому преданию, Перун в левой руке носит колчан стрел, а в правой лук. В Псковской губернии и Белоруссии и теперь ещё слышатся клятвы „Сбей тебя Перун“, „Коб цябе Перун узяв“, или „треснув“. По белорусскому преданию Перун разъезжает по небу в огненной колеснице и бросает с огненного лука стрелы – молнии. В других местностях эти действия приписываются Илье – пророку. Очевидно, Илья пророк смешивается с языческим Перуном. В одном причитании Илья изображается распорядителем грозовых сил природы и прямо называется „громовым“. Иногда слова – гром и Перун являются синонимами: „Перун стрела в тебя“, говорят словаки; а чехи эту мысль выражают так: „Гром в тебя“. Слово Перун в современной живой речи нам не приходилось слышать» [13]. Отсутствие персонификации Перуна в русских клятвах и проклятиях, на наш взгляд, связано с более жесткой практикой борьбы с язычеством в северной Руси, чем в других славянских странах и краях.

Вместе с тем «Перун не лише бог, який дарує життя, але і бог, що карає за провини. Із своїм божим, святим і праведним вогнем, громовержець стоїть на сторожі законів та звичаїв зоряного неба предків. Грім і блискавка Перуна – найстрашніша кара для тих, хто порушує клятви богам і в клятві не дотримує слова. Під страхом смерті охоронявся жерцями незгасимий живий Перунів вогонь, що горів у Священних гаях <рощах>» [12].

Эпитетом Перуна является слово грозный (от гроза). По Словарю Даля: «Грозный, грозящий, страшный, ужасный, угрожающий; кто или что грозит; жестокий, строгий, карательный; суровый, пасмурный и сердитый на вид; встарь, напр. о царях: мужественный, величественный, повелительный и держащий врагов в страхе, а народ в повиновении». Слово грозный на англ. язык переводится словом terrible – «ужасный, страшный, жуткий, внушающий страх, ужас». Привычное нам прозвище царя Ивана Васильевича – Иван Грозный переводится на анг. язык как Ivan the Terrible.

Именно то, что Перун стоит на страже законов и обычаев отцов, сурово карая тех, кто нарушает их, объясняет почему варяги-русь клялись Перуном: «В год 6415 [907]. …а Олега с мужами его водили присягать по закону русскому, и клялись те своим оружием и Перуном, своим богом…» (ПВЛ).

Ключевые слова клятвы варягов-русь содержатся в «Повести временных лет»: «В лѣто 6453 [945] …да не имуть помощи от Бога, ни от Перуна, да не ущитятся щиты своими, и да посѣчени будуть мечи своими, и от стрѣлъ и от иного оружья своего…».

Автор взял на себя смелость реконструировать в стихотворной форме развернутый текст клятвы русских воинов Перуну (2019 г.), общий смысл которой хорошо известен по краткой форме: «Разрази меня гром!».

Клятва князя Олега и мужей его

[Клятва русских воинов – русов]

«В год 6415 [907]. … а Олега с мужами его водили присягать по закону русскому, и клялись те своим оружием и Перуном, своим богом…»

Здесь уместно задать вопрос к тем, кто считает, что варяги-русь были скандинавами: почему «викинги» варяги-русь клялись не скандинавским Одином или Тором, а славянским Перуном?

А также вопрос к тем, кто считает, что князь Владимир был викингом: почему «викинг» Владимир поставил в Киеве и Новгороде идолов славянских богов, а не идолов Одина, Тора и др.?

1.2. Этимология теонима Перун

«Нельзя доказать родство Perunъ с лит. Perkunas, др.-прусск. Percunis „гром“…»

Что касается этимологии теонима «Перун», то в позднелетописном «Сказании о Словене и Русе» (XVII в.) Перун (праслав. *Perunъ) означает гром: «…руским бо языком гром перун именуется…». По Словарю Фасмера Перун по-русски означает «…«молния» (Ломоносов, Державин, Батюшков), укр. перу́н «гром», блр. пярун, чеш. реrun «гром», польск. piorun – то же…» и «…связано с реro’, рьrаti «бить, поражать»; см. переть II и сл….». Поэтому «Наиболее естественно объяснение имени Перун как первонач. «разящий, гром».». Несомненно, родственное «Перун» прибалтийское «Перкун» (Перкýнас, лит. Perkūnas) связывают с другой этимологией (от пра-инд. европ. *perku- «дуб»), так, Фасмер утверждает, что «Нельзя доказать родство Perunъ с лит. Perkunas, др.-прусск. Percunis «гром», лтш. perkuons – то же, которое – с первонач. знач. «дубовый бог»…» (Словарь Фасмера).

На родство прибалтийского Перкун и славянского Перун указывал академик Ломоносов М. В.: «Древние пруссы имели у себя идола, называемого Перкуна, которому они неугасимый огонь в жертву приносили. Сей Перкун именем и жертвою тот же есть, что Перун у наших руссов, которого почитали, в поганстве будучи, российские князья варяжского рода. Сие согласие подтверждает сходство обычаев у варягов-руссов и у пруссов, а следовательно, и ближнее их соседство и почти единство показует» [34].

Существующая этимология теонима Перун от реro, рьrаti «бить, поражать», на наш взгляд, неудовлетворительна по двум причинам:

– в русском, др.-русском, славянских и праславянском языках вообще отсутствуют слова с основой пер- в значении «ударять, бить, поражать». Словарь Фасмера в доказательство этимологии от реro, рьrаti «бить, поражать» отсылает к слову «пере́ть II». Но по тому же Словарю Фасмера «пере́ть II» имеет основные значения «пру, упере́ть, напере́ть, запере́ть, опо́ра, подпо́ра». Др.-русск., ст.-слав. прѣти, пьря «ссориться» (Супр.), др.– русск., цслав. пьря «борьба, спор», др.-чеш. přieti sě, při sě «оспаривать», чеш. přiti «спорить», польск. przeć sie «противиться, ссориться» не являются синонимами «бить, ударять». Ситуацию не спасает и апелляция Фасмера для сравнения к лит. реrti «бить, хлестать банным веником», лтш. рert «колотить»;…» Близко к пьря «борьба, спор» слово пыр (пырнуть, пьрнуть ножом, ударить по мячу пыром – пнуть носком ноги), но оно от перо (нож).

– данная этимология не объясняет лингвистически родство слав. Перун и прибалтийского Перкун, хотя семантически очевидно, что они родственны (когнаты), имеют одинаковое значение «бог-громовержец» и должны иметь единую лингвистическую основу.

По нашей версии, Перун происходит от праслав., др.-рус. перо («Роговое образование кожи у птиц – полый стерженёк с пушистыми отростками по бокам». Словарь Ожегова) с суффиксом -ун (ъ) (колдун, колун, молчун, ворчун и т.д.). Ассоциативный ряд, возникающий к теониму Перун: гром – молния – стрела – перо. Слово перо, кроме основного значения «перо птицы», имеет и ряд других значений. Обратимся к некоторым из них, воспользовавшись статьей «Перо» из Словаря Даля:

– перо – «Зелень лука и чеснока. Съел перышко луку, заел вино»… «Пёр м. [уж. род] кур. [ское] вор. [онежское] зеленый лук, перья луку». – Перо лука никак не связано с пером птицы, по форме и размеру напоминает стрелу, что нашло отражение в широко известном народном выражении «Лук в стрелу (стрелку) пошел». Здесь ясное отождествление слова «перо» со словом «стрела» (интересна пара: лук (репчатый) и стрела (зелень лука) – плюмбата?)).

– перо – «Коленце колосовых или подобных растений. Жито гонит третье перо, растет на третьем пере». – Здесь тоже усматривается связь (аналогия) с древком стрелы, а колоса с оперением стрелы.

– перо – «Железко копья». – Надо понимать, это наконечник копья. Вероятно, так называли и наконечник стрелы.

– перо – «хребтинка, срединный обух двулезого оружия, кинжала, палаша». – Связано с предыдущим. На воровском жаргоне «посадить на перо» – зарезать, точнее заколоть специальной заточкой кинжальной формы, которое у воров называлось «перо».

– перо – «В машинах: колесная спица; маховой полупоперечник; лопасть колеса, а в водяных колесах, также отвесная часть ложки, поперек ее». – Колесо со спицами считается символом Перуна!

– перо – «перо весла, это вся средняя часть его, от валька или детки до лопасти или гребка, и грань, утолщенье посредине корня лопасти». – Здесь аналог древка стрелы.

– перо – «Перо напарья, самое сверло, вставной резец; если оно дудкою [трубочкой], то перко и перочка». – Связано с наконечником стрелы. Особо отметим слово «перко».

– «Пёрка ж. тонкое долотичко трубочкой, полутрубкой, для сверленья дыр; вообще сверла разного вида, вставляемые в напарьи, коловороты, дрели и пр.». – Аналог древка и наконечника стрелы.

– «Пёрко, перышко, умалит.; | вообще, вещь на дудку [трубочку] пера похожая; пёрко зеленого луку; пёрко ткацкое, шпулька, цевка. Пёрко коловорота ставится шилом в точку, резец чертит круг, а нож или подрез выворачивает щепу». – Аналог древка и наконечника стрелы.

Ну и конечно, значения, связанные с оперением стрелы: «Перить мяч, стрелу. А перены оне (стрелы) перьем орла птицы, стар. … Непереная стрела в бок идет. Добрая стрела орлиным пером перена… | переная, пернатая стрела; | …Пернатить стрелы, перить, оперять».

Все вышеперечисленное позволяет сделать вывод о том, что стрела в древности имела второе, на наш взгляд, более архаичное название – перо. Производные формы (деривативы) от перо «перко», «пёрка», «пёрко» послужили основой для образования прибалтийского теонима «Перкун», а само слово перо (стрела) – для славянского «Перун» (буквально означающего «Стрелун», «Стрелец», «Стрелок»). Таким образом, слав. Перун и прибалтийское Перкун имеют единую этимологию, происходя от праслав. перо, перко в значении «стрела», семантически связанную с «…«молния» (Ломоносов, Державин, Батюшков) и «гром». Очевидно, что атрибутом Перуна является стрела (дротик), символизирующая гром и молнию, могущество бога-«громовержца», что отражено в изображениях Перуна на миниатюрах Радзивиловской рукописи и вербально в славянском фольклоре.

Возвращаясь к общепринятой версии этимологии имени Перкунас от пра-инд. европ. *perku- «дуб» следует сказать, что в европейских языках нет названий дуба с основой perku-: алб. lisi, англ. oak, валл. derw, галис. carballo, голл. eik, греч. δρυς, датск. eg, ирл. dair, исланд. eik, исп. roble, ит. quercia, катал. roure, латыш. ozols, литов. ąžuolas, мальтийск. ballut, нем. Eiche, норв. eik, порт. carvalho, рум. stejar, фр. chêne, швед. ek, эст. tamm. В славянских языках: бел. дуб, болг. дъб, босн. hrast, макед. даб, пол. dąb, серб. храст, словац. dub, словен. hrast, укр. дуб, хорв. hrast, чешск. dub.

По нашему мнению, не существовало пра-инд. европ. *perku- «дуб», оно было реконструировано от прилагательного perkuons «дубовый» (Словарь Фасмера). В лингвистике значком (*) обозначается реконструируемое слово. На наш взгляд, прилагательное perkuons «дубовый» образовано от личного имени Perkunas, которое семантически связано с дубом, дубовыми рощами, которые были непременным атрибутом святилищ Перкунаса (и Перуна). Прилагательное perkuons в значении «перунов» и «дубовый» стали синонимами – тождественными. Таким образом, «перунова роща» превратилась в «дубовая роща», а из нее реконструировано *perku- «дуб» (слово, которое не существовало в действительности). Таким образом, в этимологии имени Перкунас от *perku- «дуб» все перевернуто с ног на голову. Не Перкунас от дуб, а дуб реконструировано от прилагательного «дубовый».

1.3. Атрибуты Перуна

«Становись здѣсь Русь сторожить на мое мѣсто; я съѣзжу помѣряюсь съ Идолищемъ поганымъ».

Известна сказка, записанная пермским собирателем фольклора В. Н. Серебренниковым в 1910—1911 годах в пермском крае об «идоле-стороже»: «Идол-сторож – страшный деревянный идол со стрелой железной в руках. Срубил его для царя сельский плотник, чтобы царь уберег свое золото. Только враги соберутся – Идол вопит и стрелу в ту сторону мечет. Царь тотчас войско отправляет. Так и сберег тот царь свое золото» [73].

Автор очерков по истории России и русской культуры Миронов Г. Е. сообщает, что такая сказка об «идоле-стороже» бытовала и на западе европейской части России: «Еще в первой половине XI в. на западе европейской части России бытовала сказка «Идол-сторож». Идола – деревянную скульптуру – срубил, согласно сказке, плотник в крепости, да там его и оставил, вложив в руки ему железную стрелу. Этот языческий идол оборонял крепость силой оружия» [37]. «Сказка ложь, но в ней…», вероятно, есть и доля истины. Языческие идолы защищали, «сторожили» своих адептов. «Страшный деревянный идол со стрелой железной в руках», на наш взгляд, скорее всего, Перун, аналог языческих богов-громовержцев: греческого Зевса, римского Юпитера и скандинавского Тора.

В этой связи примечательны изображения Перуна в Радзивилловской летописи (начало XIII в.), «копировавшие древние образцы X – XII вв.» (Рыбаков Б. А.). В ней трижды изображен Перун в виде обнаженного мужчины с коротким копьем (стрелой) в правой руке и щитом в левой. Два раза это изображение связано с клятвой Перуном русов-язычников в 907 г. и 944 г., а в третий раз с установлением идола Перуна в 980 г. в Новгороде. Миниатюра из Радзивилловской летописи с изображением Перуна, установленного по приказу князя Владимира его дядей Добрыней в Новгороде в 980 г. [47], приведена на рис. 1.