Собрание поучительных историй и изречений. Части четвёртая и пятая

Глава 4.1. Дар бесценный

Жизнь, какая бы она ни была, есть благо, выше которого нет никакого.

Я люблю жизнь. И никакое отчаяние, адские муки и несчастья не заставят меня забыть, что просто жить – это великое благо.

Я сказала: лучше жизни ничего нет; при любых условиях жизнь – это такая интересная наука.

Жизнь сама по себе очень загадочный случай.

С еврейской точки зрения, лучше всех служит Господу не тот, кто отделяется от мира или ненавидит жизнь, данную ему Богом, а тот, кто любит жизнь долгую и все мирское потому, что так он получает возможность творить добро и заслужить жизнь вечную.

Жизнь, ты с целью мне дана!

Цель жизни в том и заключается: жить так, чтобы и после смерти не умирать.

Быть в мире и ничем не обозначить своего существования – это кажется мне ужасным.

Трать свою жизнь на то, что переживёт тебя.

Тайное сознание, что я кончу жизнь ничтожным человеком, меня мучит.

Как хорошо прожитый день даёт спокойный сон, так и хорошо прожитая жизнь даёт спокойную смерть.

К сожалению, наша жизнь пишется без черновиков. Ее нельзя редактировать, вычеркивать отдельные строки. Исправить опечатки будет невозможно.

Хотя человеческой жизни нет цены, мы всегда поступаем так, словно существует нечто еще более ценное.

Жизнь – это то, что люди больше всего боятся потерять и меньше всего берегут.

Тот человек достоин жизни, кто почувствовал, что он в жизни временно.

Жизнь интересна тем, что она конечна.

Жизнь, как пьеса в театре: важно не то, сколько она длится, а насколько хорошо сыграна.

Разве так должны жить люди? Враждуем, ненавидим, завидуем, вместо того, чтобы беречь главное – жизнь… Поверьте человеку, не раз заглянувшему за черту, за которой не светит солнце, не растут деревья и нет зеленой травы… Жизнь – чудо неповторимое… Поверьте…

Солнце прекрасно.

Из всех миров, которые можно представить, бог отобрал и создал наилучший.

Мир не надо оправдывать машинально и бодро; не надо говорить, что он лучший из возможных миров. Он хорош не тем, что понятен и благоустроен, а тем, что непонятен и фантастичен. Он чудесен именно потому, что нам никогда его не выдумать; даже мысль о нем казалась бы нам глупой или слишком прекрасной. Наш мир – лучший из невозможных миров.

Смотрите – как прекрасен мир! Будьте и вы подобны ему. Пусть красотой наполнятся ум и сердце ваше, и тогда не будет ужасов жизни, не будет неправды, насилия, и дни не превратятся в ненавистные сумерки, с нависшими серыми мещанскими буднями.

Мне пришлось пережить клиническую смерть. Долгое время после «возвращения» я не мог наглядеться на человеческие лица. Помню, в палату приходили мастера и возились с аппаратурой. У одного было славянское лицо, другой как будто грузин или еврей. Я смотрел на них, не отрываясь.

Самая занимательная для нас поверхность на земле – это человеческое лицо.

«Нехорошо человеку быть одному», – сказал Б-г, наблюдая, как трудится человек в эдемском саду. Но это наблюдение связано не с садом, не с садовыми работами, хотя и там неплохо иметь рядом живую душу. Человеку надо иметь рядом другого человека, чтобы развивать свою речь, свой ум, делиться наблюдениями, проверять свои выводы, учить другого и учиться у него. Мир одиночества – скудный мир, в котором не востребовано познание, в нем нет цели жизни.

Человечество – вот в чем бессмертие смертного человека.

История человечества есть жизнь одного человека, существующего вечно.

Тому, кто живет ради жизни в веках, смерть не страшна.

Главное в жизни и главное в познании – сама жизнь.

Самое прекрасное, самое дорогое для человека – это сама его жизнь.

Надо любить жизнь больше, чем смысл жизни.

Смысл жизни – в таинстве самой жизни.

Цель – сделать ее лучше, более прекрасной и менее ужасной.

Основной принцип – не навредить.

Жизнь тяжела, страшна и чудовищна, и наша задача совместными усилиями облегчить её.

Как жестока жизнь. Как несчастен человек.

В жизни больше несчастья, чем счастья. То, что она длится не вечно – просто милосердие.

Жизнь – это вообще трагедия, исход которой предрешен.

Повторяю, что я не знаю, жизнь – благо или нет.

Жизнь сама по себе – ни благо, ни зло; она вместилище и блага и зла, смотря по тому, во что вы сами превратили её.

В жизни много веселого, много грустного, но больше всего страшного.

Есть очень много страшного на свете.

Жизнь требует усилия и отваги.

Одна из страшных вещей нашей – а может, и вообще – жизни, которую я лучше знаю, пока что, глядя на других, а не на себя, это то, что мужество человеку требуется на протяжении всей жизни без передышки. Не бывает такого момента, что вот наконец я все прошел – и на свободе, что все кончено наконец, кончено. И голод кончился, и война кончилась, кончились посадки, кончились смерти. В этот момент человек перестает ждать удара, и это момент, когда он, всё выдержав, сдается, – значит, выдержки не хватило. Так что в этой жизни никогда нельзя сказать, что все кончено, чтобы не задать потом обиженный вопрос: «За что?».

Вечная тревога, борьба, труд, лишения – это необходимые условия, из которых не должен думать выйти хоть на секунду ни один человек. Чтобы жить честно, надо рваться, путаться, биться, ошибаться, начинать и бросать и опять начинать и вечно бороться и лишаться.

У Диккенса есть одна замечательная фраза. Запомните её, она стоит этого. Я не помню, как это сказано буквально, но смысл ее такой: нам дана жизнь с непременным условием защищать ее до последнего дыхания.

Нам дана жизнь с непременным условием храбро защищать ее до последней минуты.

Глава 4.2. Ибо никто из нас не живет для себя

Легкой жизни не бывает. Есть лишь легкая смерть.

Зачем умирать? Пока мы живы, мы можем сделать что-то хорошее.

Умей жить и тогда, когда жизнь становится невыносимой. Сделай ее полезной.

Все, что может рука твоя делать, по силам делай; потому что в могиле, куда ты пойдешь, нет ни работы, ни размышления, ни знания, ни мудрости.

Я также не верю в жизнь после смерти, потому что этому нет ни малейших научных доказательств.

Живые знают, что умрут, а мертвые ничего не знают, и уже нет им воздаяния, потому что и память о них предана забвению, и любовь их, и ревность их уже исчезли, и нет им более части во веки ни в чем, что делается под солнцем.

Вот высказывание одной женщины: «Если вы оставляете смятенную в страдании душу здесь на земле, то она будет страдать и там». Короче, отмечается, что те конфликты, которые пытаются разрешить самоубийством, остаются и после смерти, но к ним добавляются и новые осложнения. В бестелесном состоянии люди не могли решать возникших перед ними проблем. Они также видели, какими тяжелыми последствиями завершался их насильственный акт.

Вот, что рассказывал один мужчина, имевший присмертное испытание в результате несчастного случая: «Пока я был там, мне сказали, что две вещи полностью запрещается совершать, – это убивать себя и убивать других… Если я убью себя, то брошу дар Господа ему в лицо… Если я убью другого, то вмешаюсь в деяние Господа в отношении судьбы, уготованной другому человеку».

Нечто подобное несет в себе и древняя теология в отношении к самоубийству, все это можно найти в работах различных философов, начиная от Фомы Аквинского и кончая Локком. Самоубийство есть действие, направленное против целей Господа, оно предстает своей оборотной стороной как бунт против Создателя. Фома Аквинский пишет, что жизнь – это Божий дар и что только Бог, а не человек может взять ее обратно.

Переход от сей жизни к лучшей не во власти человеческого произвола, а во власти Божией.

Совершить самоубийство – значит нарушить правила вежливости, явившись к Господу без приглашения.

Незванным даже в дом божий нельзя идти.

Я бы подчеркнул – ведущие авторитеты мусульманского мира утверждают, что самоубийство строжайше запрещено исламом. Самоубийство является еще более тяжким грехом, чем убийство или причинение увечий невинным гражданам.

Тот, кто убьёт себя, будет мучиться в адском огне.

Человек, сознательно убивающий самого себя, – это самый большой из всех злодеев, как сказано: «… и только вашу кровь с ваших душ взыщу Я». И весь мир был сотворен ради одного человека.

Ибо никто из нас не живет для себя, и никто не умирает для себя; а живем ли – для Господа живем; умираем ли – для Господа умираем; и потому, живем ли или умираем, всегда Господни.

Кое-кто выступает в поддержку так называемой эвтаназии; в настоящее время предлагают убивать только тех, кто самому себе в тягость; но скоро так же станут поступать и с теми, кто в тягость другим.

А насчет того, что сами пациенты инициируют эвтаназию, вопрос спорный. Работая с такими пациентами, я пришла к выводу, что ни один из них не хочет умереть, и все разговоры ро смерти – это скрытый крик о помощи, о продлении жизни, ерик о возиожных методах лечения, которые якобы врачи скрывают от пациента.

Есть право на жизнь, но нет права на смерть.

Так называемое право на смерть скоро превратится в обязанность умереть.

С 1939 года их (неизлечимо больных и наследственно больных в фашистской Германии. – И.К.) систематически уничтожали в газовых камерах. Между этим «убийством больных» и «убийством евреев» существует непосредственная связь – те же самые врачи и тот же самый персонал, который готовил и проводил эту акцию, потом подготовил и первые убийства евреев в газовых камерах.

Первая на территории рейха акция уничтожения целиком еврейской общины непосредственно связана с убийством больных. Евреи Штетина в 1939 году были сначала депортированы, а вскоре после этого включены в акцию убийства больных.

Эвтаназию пациентов психиатрических больниц координировал бюрократический орган, располагавшийся в Берлине на улице Тиргартен в особняке под номером 4 (отсюда акцию по эвтаназии психических больных стали называть «акцией Т 4»). Функционеры «акции Т 4» Франц Штангль и Кристиан Вирт стали впоследствии начальниками лагерей смерти Треблинки и Бежеца.

Во время войны в газовые камеры «клиник эвтаназии» было отправлено большое количество немецких солдат и жертв воздушных налетов, получивших физические и психические травмы. Из всех психиатров только двое – профессора Бонхёффер в Берлине и Эвальд в Гёттингене – отказались от какого бы то ни было участия в эвтаназии. Активный протест против эвтаназии выражали лютеранская и католическая церковь. Наиболее известным противником эвтаназии был мюнхенский епископ Клеменс фон Гален; 3 августа 1941 года он произнес в Мюнстере проповедь, в которой назвал нацистскую программу эвтаназии чистейшим убийством и призвал католиков освободиться от нацистского влияния, чтобы не оскверниться их образом мыслей и безбожным поведением.

Глава 4.3. Главное жизненное благо

Здоровье – это главное жизненное благо.

А самое главное, оказывается, сидит внутри нас и называется здоровьем.

Здоровье до того перевешивает все блага жизни, что поистине здоровый нищий счастливее больного короля.

Лучше бедняк здоровый и крепкий силами, нежели богач с изможденным телом; здоровье и благосостояние тела дороже всякого золота, и крепкое тело лучше несметного богатства; нет богатства лучше телесного здоровья, и нет радости выше радости сердечной.

Здоровье – дороже золота.

Будь куча золота или гора серебра, а если нет здоровья, то всё это ничего не значит.

Здоровье дороже богатства.

Вообще девять десятых нашего счастья основано на здоровьи. При нём все является источником наслаждения, тогда как без него решительно никакое внешнее благо не может доставить нам удовольствия; даже субъективные блага качества ума, души, темперамента при болезненном состоянии ослабевают и замирают. Отнюдь не лишено основания, что мы прежде всего спрашиваем друг друга о здоровьи и желаем его друг другу: оно поистине главное условие человеческого счастья. Отсюда вывод тот, что величайшей глупостью было бы жертвовать своим здоровьем ради чего бы то ни было: ради богатства, карьеры, образования, славы, не говоря уже о чувственных мимолетных наслаждениях; вернее всем этим стоит жертвовать ради здоровья.

Я знаю, говорила одна больная дама, впрочем довольно счастливая, что я счастлива, но не чувствую этого. Разница между ощущением и размышлением.

Здоровье – это еще не всё, но без здоровья всё – это ничто.

Красота – это отменное здоровье.

Гигиена учит, как быть цепной собакой собственного здоровья.

Здоровье – мудрых гонорар.

Стыдно признаться, но ведь из всех живых существ один лишь человек не знает, что для него полезно.

Люди не умирают, а убивают себя сами.

Вся наша фармакология теряет смысл, когда больной начинает действовать в интересах гробовщика.

История болезни человека – это история всей его жизни.

Скрывать не надо своего недуга от двух людей: от лекаря и друга.

Врачебная деятельность может быть очень симпатичной, буде сам доктор не собакой.

Я как-то на сайте «Эха Москвы» прочла плач: «Где вы Гуревичи, Рабиновичи, что так хорошо лечили нас?». Так что уже видят, а сейчас, когда приходит молодое меркантильное поколение, люди старшего возраста вспоминают об ушедших врачах.

Я хорошо знаю, что такое врач хороший и что такое плохой. Первый согревает тебя, как ласковый костер в холодную горную ночь, второй – леденит, как зимняя стужа.

Если же врач отказывается лечить – он убийца, даже если больной может найти себе другого врача, поскольку не от всякого человека может больной удостоиться излечения, и, возможно, на Небесах было постановлено, что именно этот врач сможет вылечить этого больного, и никакой другой. Однако не следует заниматься медициной, не являясь настоящим специалистом, лучше которого в данный момент найти нельзя, поскольку в противном случае этот самозванный врач также будет убийцей.

Медицина – очень легкая наука в глазах шарлатанов и очень трудная в глазах образованного врача.

Хорошо ли жить рядовым врачам? Приятно ли во всякую погоду утром, днем и вечером бегать по визитам, иметь дело со всякими болезнями и немощами, видеть каждый день лицом к лицу смерть, чувствовать свое бессилие, – и брать с больных, подчас, последний рубль?

Но есть у евреев два благословения, которые я произношу с особым чувством: «Благословен излечивающий больных и благословен воскрешающий из мертвых».

Медицина – самое благородное из искусств.

Согласно суфизму, дело исцеления больных считается самым важным из всего того, что дано человечеству Всемогущим Аллахом. И верно то, что ни при каких обстоятельствах не останется без вознаграждения беззаветная служба нуждающимся в исцелении людям. Ни одно другое человеческое деяние не вызывает большей благосклонности Аллаха, чем помощь больным и страждущим творениям Его.

Врачи – это тоже от Бога.

Врач-философ равен Богу. Все, что ищется для мудрости, есть в медицине, а именно: презрение к деньгам, совестливость, скромность, решительность, изобилие мыслей, отвращение к пороку, отрицание суеверного страха.

Быть счастливым счастьем других – вот настоящее счастье и земной идеал жизни всякого, кто избирает врачебную профессию.

Цель медицины – если возможно – вылечить, если нет – облегчить, но всегда – утешить.

Один раз приобретенное Вами доверие больных переходит в искреннюю привязанность к Вам, когда они убеждаются в неизменно сердечном к ним отношении. Только сердце для этого нужно, только искреннее участие к больному человеку. Так не скупитесь же, приучайтесь широкой рукой давать его, кому это нужно.

Пусть он будет по своему нраву человеком прекрасным и добрым и, как таковой значительным и человеколюбивым. Поспешность и чрезмерная готовность, даже если бывают весьма полезны, презираются. Тот врач, который изливается в смехе и сверх меры весел (оптимистичен), считается тяжелым, и этого следует избегать.

Лечение не должно быть хуже самой болезни.

29 октября 1618 года Рэли, как всегда подтянутый и собранный, стоял перед эшафотом. Он попросил палача потрогать лезвие топора и с улыбкой бросил в толпу, что лекарство, которое ему сейчас дадут, острое на вкус, зато помогает от любой болезни.

Врачи прописывают лекарства, о которых они мало что знают, от болезней, в которых они разбираются еще хуже, и пичкают ими людей, о которых им вообще ничего не известно.

Врачи не знают причин заболевания – и соответственно не знают, как и чем лечить, но усердно лечат людей.

Я умираю от помощи слишком многих врачей.

Не надейтесь, что врачи сделают вас здоровыми. Они могут спасти жизнь, даже вылечить болезнь, но лишь подведут к старту, а дадьше, чтобы жить надежно – понадейтесь на себя. Я никак не преуменьшаю могущества медицины, поскольку служу ей всю жизнь. Но также знаю толк в здоровьи – теретически и практически. По этому поводу похвастую: уже полтора года провожу эксперимент на себе – три часа физкультуры с гантелями и бег.

Главные медикаменты – это чистый воздух, холодная вода, пила и топор.

Свежий воздух всегда лучше любого лекарства.

Физический труд только тогда приносит пользу организму, когда он целесообразен в самом широком смысле этого слова и совершается на открытом воздухе. Физический же труд в виде гимнастических упражнений, танцы, фехтование и так далее безусловно вреден, если он совершается в душных помещениях.

Лучший метод снять перенапряжение нервной системы – это физическая нагрузка.

Излишний покой расслабляет тело и бывает причиной многих болезней.

Природа наказывает болезнями не за нагрузки, а за поблажки.

Помните, технический прогресс не только облегчает жизнь, но и ускоряет её прохождение.

Если не бегаешь, пока здоров, будешь бегать, когда заболеешь.

Если хочешь быть сильным – бегай! Если хочешь быть красивым – бегай! Если хочешь быть умным – бегай.

Можно смело утверждать, что человек бегает больше своим сердцем и лёгкими, чем ногами.

Бег на длинные дистанции за счет выработки морфинов, эндорфинов и других гормонов является натуральным наркотиком. Кстати эту особенность хорошо бы использовать в борьбе с курением, например.

Начинать бег или ходьбу надо дыша только через нос, затем постепенно наращивать скорость. Та скорость, при которой вам будет уже тяжело дышать через нос, и является для вас нормальной.

Если пять раз в день всего на пять секунд напрягать каждую группу мышц, то это будет лучшим противодействием потере мышечных клеток.

Ходить по лестнице, да еще перешагивая через две-три ступени – польза огромная.

Исходя из собственного опыта, уверен, что нет лучшего упражнения для занятого человека, даже если у него есть собственная машина, чем подъем по лестнице эскалатора, идущего вверх.

Лестничный тест: 4 этаж, подъём без остановок. Если пульс меньше 100 ударов в минуту – отлично, если больше140 ударов в минуту – плохо.

Всем, кто хочет подрасти, советую висеть на турнике.

В положении стоя или сидя приподнимите подбородок, затем поднимите лопатки и сведите их. В таком положении сделайте глубокий вдох. Опустите лопатки после вдоха и после этого сделайте выдох.

Это и есть осанка – не голову держать, а грудь, голова может быть опущенной, но грудь должна быть впереди.

Ежедневная норма ходьбы для человека, который хочет оставаться здоровым, – 10 километров.

Главное, не путать здоровье и спорт. Спорт, разумеется, сначала укрепляет здоровье, особенно в детском возрасте, а потом разрушает. Гармонии и баланса в спорте быть не может.

Ни насыщение, ни голод и ничто другое не хорошо, если переступить меру природы.

Не насиловать себя диетами, поскольку от них толстеют, заболевают и впадают в депрессию.

Время сна в течение восьми часов есть бронированное время отдыха организма и никто посягать на него не имеет права; отнимать это время – значит обкрадывать человека и притом отнимать самое ценное, чем он располагает.

Сон есть дивное таинство природы, обновляющее все силы человека, телесные и духовные.

Сон – cамая важная медитация для всех.

Сон – источник всех сил, бальзам для больной души.

Сон лучше всякого лекарства.

Товарищи по полку знали, что у маленького прапорщика есть панацея от всех хворей и невзгод – сон. Говорят, что засыпал Глинка мгновенно, стоило ему добраться до постели, а то и прямо на земле, когда объявлялся привал во время походов и учений. Вставал бодрый и свежий, словно испил чудодейственного бальзама.

Здоровье гораздо более зависит от наших привычек и питания, чем от врачебного искусства.

Чем я становлюсь старше, тем больше уделяю времени здоровью. Бросил, например, курить год назад. Далось это непросто. Я поспорил, причем на крупную сумму. Совет читателям вашего журнала: поспорьте на крупную сумму и бросите курить.

Поскольку забота о целостности и здоровье тела относится к путям Б-га, поскольку не может быть, чтобы человек понимал или узнавал что-либо о своем Творце, когда он болен или страдает, – поэтому должен человек отдаляться от того, что портит его тело, и приучить себя к тому, что дает телу здоровье; и так говорит стих: «И берегите себя очень тщательно».

Ничто, приносящее вред, не мудро.

Берегите своё здоровье, как воин бережет свое оружие.

Человек может жить до ста лет. Мы сами своей невоздержанностью, своей беспорядочностью, своим безобразным обращением с собственным организмом сводим этот нормальный срок до гораздо меньшей цифры.

Знай, что, согласно мнению врачей и астрологов, естественный возраст человека составляет 120 лет, то есть большой лунный год, как говорят астрологи.