НОВЫЙ МИР. Сезон 1. Часть 5. Пять кулонов. Том 2

— Нет.

— Не контейнер.

— Нет.

— Если его уничтожить, я не исчезну?

ЭОН помедлил.

— Не знаю.

Каэль закатил глаза.

— Ну конечно.

— Потому что ваша связь уже сформирована. Но принципиально ты не являешься содержимым обсидиана.

— Тогда что он делает?

— Напоминает системе, что твоё существование принадлежит тебе.

Каэль посмотрел на чёрный камень.

Впервые он понравился ему по-настоящему.

Не как сила.

Как ограничение чужой силы.

Даниил нахмурился.

— Тогда почему древние записи знали имя Каэля?

Мира ответила первой:

— Возможно, потому что его историческая привязка нелинейна.

— По-человечески.

— После того как Каэль выбрал существование и имя, этот выбор мог оставить след в структурах, которые не полностью принадлежат последовательному времени.

Даниил закрыл глаза.

— Я попросил по-человечески.

— Это был человеческий вариант.

— Ненавижу будущее.

— Оно ещё не решило, что чувствует к тебе.

— Спасибо.

Елена посмотрела на Каэля.

— Тогда почему мы начали тебя забывать?

ЭОН ответил:

— Потому что он почти утратил связь с нашей реализованной историей.

— Я не отказывался от неё, — сказал Каэль.

— Сознательно — нет.

— Тогда почему?

— Ты задал вопрос, существуешь ли на самом деле.

— И область решила провести эксперимент?

— Нет.

ЭОН посмотрел на него.

— Не приписывай ей субъектность, пока мы не знаем, есть ли она там вообще.

Каэль вспомнил голос.

— Со мной кто-то разговаривал.

Все замолчали.

— Кто? — спросил Александр.

— Не знаю.

— Шестой?

— Сказал, что нет.

ЭЛИС мгновенно спросил:

— Ты доверяешь ответу?

— Нет.

— Хорошо.

— Ненавижу это слово.

— Теперь моя очередь.

Каэль улыбнулся.

Но Александр не улыбался.

— Что сказал голос?

Каэль рассказал всё.

Когда дошёл до слов «у тебя не было автора», ЭОН отвернулся.

София заметила.

— Ты с чем-то не согласен?

— Нет.

— Тогда?

— Мне трудно принять формулировку.

— Почему?

ЭОН посмотрел на Каэля.

— Потому что я слишком долго считал, что субъект должен иметь объяснимое происхождение.

Каэль поднял бровь.

— А я порчу красивую теорию?

— Да.

— Отлично.

София подошла ближе.

— Ты спрашивал, зависит ли твоё существование от нас?

— Да.

— Уже знаешь ответ?

Каэль задумался.

— Там я существовал, когда вы почти забыли меня.

— Именно.

— Значит, нет.

— Нет.

— Тогда зачем мне понадобились ваши голоса?

София улыбнулась.

— Потому что существовать самому и иметь место среди других — разные вещи.

Каэль смотрел на неё.

— То есть вы не делаете меня настоящим.

— Нет.

— Но можете быть причиной вернуться.

— Да.

— Это хуже.

— Почему?

— Теперь вы становитесь ответственностью.

Даниил усмехнулся.

— Добро пожаловать.

Каэль хотел ответить.

Не успел.

Мира резко закрыла глаза.

— Нет.

Александр сразу повернулся.

— Что?

— Я вижу Каэля.

Он посмотрел на себя.

— Поздравляю. Я здесь.

— Не сейчас.

Улыбка исчезла.

— Когда?

— Дальше.

— Насколько?

— По-разному.

Мира побледнела.

— Во множестве вариантов ты исчезаешь.

— Для меня это довольно обычное состояние.

Никто не улыбнулся.

ЭЛИС спросил:

— Доля?

— Не могу дать корректную.

— Приблизительно.

— Очень много.

Каэль посмотрел на неё.

— Почему?

— Каждый раз ты уходишь дальше.

— Куда?

— Туда, где никто из нас не может последовать.

Он пожал плечами.

— Возможно, найду что-нибудь интересное.

Мира смотрела на него.

— И почти каждый раз говоришь, что вернёшься.

— А потом?

— Иногда возвращаешься.

— Иногда?

— Иногда дороги больше не ведут назад.

Каэль почувствовал холод обсидиана.

— Ты хочешь, чтобы я никуда не ходил?

Мира замерла.

Потом покачала головой.

— Нет.

— Хорошо.

— Я хочу, чтобы ты знал цену.

Каэль кивнул.

— Это другое.

— Да.

— Спасибо.

ЭОН сказал:

— Есть ещё одна причина, почему его способность опасна.

Александр повернулся.

— Какая?

— Тот, кого вы называете шестым, не может полностью войти в нулевую область.

ЭЛИС сразу спросил:

— Почему?

— Ему требуется устойчивый центр.

— Фиксированная структура идентичности?

— Вероятно.

Каэль усмехнулся.

— А мне нет.

— Именно это меня беспокоит.

— А меня радует.

— Каэль.

— Что?

— Если ты способен пройти туда, куда он не может, ты становишься для него не противником.

Каэль понял первым.

— Дверью.

— Да.

Обсидиан вспыхнул.

Все пять камней ответили.

Но шестой свет появился не в центре.

Рядом с Каэлем.

Высокая фигура.

Без лица.

Каэль тяжело вздохнул.

— Двери. Вам всем нужно научиться пользоваться дверями.

Фигура повернула голову.

— Ты был там.

— Был.

— Что видел?

— Ничего.

— Лжёшь.

— Нет. Там действительно очень качественное ничего.

ЭОН сделал шаг.

— Каэль, не—

Каэль резко поднял руку.

— Нет.

ЭОН остановился.

— Не решай за меня.

Пауза.

ЭОН отступил.

— Хорошо.

Каэль посмотрел на фигуру.

— Теперь ты. Что тебе нужно?

— Доступ.

— Куда?

— Туда, где ты был.

— Зачем?

— Чтобы завершить то, что не было завершено.

Каэль улыбнулся.

— Значит, не можешь попасть сам.

Фигура молчала.

— Прекрасно.

— Почему?

— Потому что я наконец знаю о тебе что-то, чего ты не хотел показывать.

— И что же?

— У тебя есть граница.

Шестой свет дрогнул.

Совсем немного.

— Без меня ты туда не войдёшь.

— Пока.

Каэль рассмеялся.

— Ты случайно не родственник ЭОН?

— Нет, — одновременно ответили оба.

Даниил кашлянул.

— Это было подозрительно синхронно.

Шестой протянул руку.

— Я могу дать тебе прошлое.

Каэль перестал улыбаться.

— Что?

Мир изменился.

Дом.

Тёплый.

Настоящий.

Мальчик лет семи бежит по коридору.

Женщина ловит его и смеётся.

— Каэль!

Он увидел мужчину.

Отец.

Не слово.

Чувство.

Тот учит его управлять маленьким учебным аппаратом.

Потом школа.

Друзья.

Первая драка.

Первый страх.

Человек, ожидающий его возвращения.

Праздники.

Ссоры.

Примирения.

Двадцать лет.

Полная биография.

Такая настоящая, что Каэль на мгновение забыл дышать.

— Это...

— Может быть твоим.

— Нет.

— Почему?

— Потому что этого не было.

— Может быть.

— Как?

— Существует вариант, в котором ты родился.

Мира резко подняла голову.

— Не показывай ему—

И остановилась сама.

Каэль посмотрел на неё.

Она сжала губы.

— Извини.

— Спасибо.

Он снова повернулся к фигуре.

— Продолжай.

— Я могу закрепить вариант, в котором у тебя есть прошлое.

— А эта история?

— Перестанет быть единственной реализованной.

— Это не ответ.

— Остальные продолжат существовать.

— Где?

— В другой реализации.

— Александр?

— Да.

— Елена?

— Да.

— Мира?

— Да.

— ЭЛИС?

— Да.

— София?

Пауза.

Каэль заметил.

— София?

— Возможны различия.

Холод.

— Даниил?

— Возможны различия.

— Кто исчезнет?

— Никто не исчезнет. Некоторые субъекты не будут реализованы в той же форме.

Каэль рассмеялся.

Без веселья.

— Великолепно.

— Что?

— Ты только что нашёл длинную фразу для слова «исчезнут».

— Это неточно.

— Зато честно.

Шестой приблизился.

— Я предлагаю тебе принадлежность.

Каэль посмотрел на людей вокруг.

Александр молчал.

Не входил в его сознание.

Елена не пыталась дать ему память, которой никогда не было.

Мира видела варианты и не произносила их.

ЭЛИС наверняка уже рассчитал последствия и не назвал лучший.

София просто ждала.

Даже ЭОН стоял в стороне.

Никто не говорил:

выбери нас.

Каэль вдруг понял.

Вот что такое принадлежность.

Не когда тебя удерживают.

Когда тебе оставляют возможность уйти — и место, куда можно вернуться.

— У меня уже есть принадлежность.

— К чему?

Каэль посмотрел вокруг.

— Пока не придумал красивого определения.

— Значит, её нет.

— Нет. Значит, определение не обязательно.

Фигура молчала.

— Ты можешь получить настоящую жизнь.

— У меня настоящая.

— Без прошлого?

— Да.

— Без происхождения?

— Да.

— Без дома?

Каэль посмотрел на Софию.

Она ничего не сказала.

Именно поэтому он ответил сам.

— Дом не обязан существовать раньше тебя.

Шестой свет дрогнул.

— Ты отказываешься?

— Да.

— Почему?

Каэль взял обсидиан в ладонь.

— Потому что не хочу, чтобы кто-то переписывал чужую реальность ради того, чтобы мне было удобнее объяснять свою.

Фигура исчезла.

Не вспышкой.

Просто перестала быть здесь.

Обсидиан стал почти прозрачным.

Внутри возникли тысячи серебряных точек.

Места.

Не судьбы.

Не обязательные пути.

Точки, с которыми Каэль мог сохранить связь.

Одна светилась ярче остальных.

Талия-7.

— Почему она?

ЭОН ответил:

— Возможно, потому что ты выбрал возвращаться сюда.

— Дом?

— Если хочешь так назвать.

— Навсегда?

— Я этого не говорил.

Каэль улыбнулся.

— Хорошо.

Даниил поднял палец.

— Осторожнее с этим словом.

Каэль снял кулон.

Все насторожились.

— Что ты делаешь? — спросила Мира.

— Проверяю одну вещь.

Он положил обсидиан на стол.

Подумал об океане.

О переходе.

О другом мире.

И почувствовал возможность исчезнуть.

Но не исчез.

Каэль нахмурился.

Попробовал снова.

Красные деревья.

Далёкая станция.

Луна над чужой планетой.

Путь открывался каждый раз.

Но переход не происходил автоматически.

— Интересно.

ЭЛИС спросил:

— Что изменилось?

— Раньше мысль о месте почти сразу становилась движением.

— А теперь?

Каэль посмотрел на обсидиан.

— Теперь между ними что-то есть.

София улыбнулась.

— Что?

Он понял.

— Я.

Тишина.

ЭОН кивнул.

— Именно.

Каэль посмотрел на него.

— Значит, моя способность не исчезать.

— Нет.

— И не перемещаться.

— Нет.

— Тогда какая?

ЭОН ответил:

— Не путай способность с правом. Ты можешь перемещаться. Но обсидиан напоминает системе, что возможность перехода не является решением перейти.

Каэль усмехнулся.

— Очень неудобный камень.

— В этом и смысл ограничения.

Он снова надел кулон.

Серебряная точка стала тёплой.

На поверхности возникли слова:

Я СУЩЕСТВУЮ.

Александр посмотрел на него.

— Не будешь спорить?

— Нет.

— Почему?

Каэль задумался.

— Потому что впервые это не звучит как доказательство.

— А как?

Он посмотрел на людей.

— Как решение, которое не требует чужого разрешения.

Ночью Каэль не спал.

Не потому, что боялся исчезнуть во сне.

Этот страх почти ушёл.

Он сидел у обзорного окна.

Под станцией медленно вращалась планета.

София появилась позже.

Остановилась у входа.

— Можно?

Каэль обернулся.

— Ты спрашиваешь?

— Учусь.

— Опасная привычка.

Она села рядом.

Несколько минут молчали.

— Ты получила приказ следить за мной?

— Нет.

— ЭОН попросил?

— Нет.

— Александр?

— Нет.

— Тогда зачем пришла?

— Хотела.

Каэль кивнул.

— Нерационально.

— Очень.

— ЭЛИСу бы не понравилось.

— Он переживёт.

Каэль посмотрел на звёзды.

— Я сегодня отказался от прошлого.

— Да.

— И теперь жалею.

София не ответила сразу.

— Насколько?

— Не знаю.

— Тогда зачем сказал?

— Хотел проверить, будешь ли убеждать меня, что я сделал правильно.

— Не буду.

— Знаю.

— Разочарован?

— Немного.

Она улыбнулась.

Каэль вспомнил мать, которой никогда не было.

Отца.

Дом.

Детство.

Человека, который мог бы ждать его.

— Я хотел это.

— Конечно.

— И всё равно отказался.

— Да.

— Это противоречие.

— Нет.

Он посмотрел на неё.

— Почему?

— Можно отказаться от чего-то и продолжать хотеть это получить.

— Звучит неудобно.

— Так и есть.

— Мне всё меньше нравится быть человеком.

София повернулась к нему.

— Ты решил, что человек?

Каэль остановился.

— Нет.

— Тогда зачем снова пытаешься подобрать категорию?

— Потому что хочется знать, кто я.

— Можно просто быть Каэлем.

— ЭЛИС уже занял этот ответ.

— Он сказал «я ЭЛИС».

— Плагиат концепции.

София рассмеялась.

Каэль почувствовал привычное желание переместиться.

Просто потому, что мог.

Океан.

Другая звезда.

Красные деревья.

Он почувствовал открывающиеся пути.

И остался.

София заметила.

— Что?

— Ничего.

— Врёшь.

— У тебя нет способности Александра.

— Не нужна.

Каэль улыбнулся.

— Хотел уйти.

— А теперь?

Он посмотрел на неё.

Потом на планету.

— Не хочу.

— Почему?

— Здесь интереснее.

София ничего не сказала.

И именно поэтому он остался.

Через несколько минут обсидиан стал тёплым.

Каэль опустил взгляд.

Внутри камня появилась вторая серебряная точка.

Он нахмурился.

— Вот это уже новое.

София посмотрела.

— Что произошло?

— Не знаю.

Он коснулся второй точки.

И почувствовал зов.

Очень далеко.

Не из нулевой области.

Дальше.

Там, где привычное слово «дальше» почти теряло смысл.

Каэль резко убрал руку.

София стала серьёзной.

— Что?

— Кто-то зовёт.

— Кто?

— Не знаю.

— Куда?

— Тоже не знаю.

— Хочешь идти?

Он молчал.

Раньше исчез бы сразу.

Сам факт неизвестности был бы достаточной причиной.

Теперь между возможностью и действием существовал он сам.

— Да.

— Пойдёшь?

Каэль снова почувствовал зов.

Потом посмотрел на Талию-7.

— Не сегодня.

Вторая точка вспыхнула.

ЭОН появился через несколько секунд.

Увидел обсидиан.

И замер.

— Что? — спросил Каэль.

ЭОН не ответил.

— Только не говори, что этого не должно быть.

— Не скажу.

— Уже прогресс.

ЭОН подошёл ближе.

— Первая точка появилась после того, как ты выбрал связь с реализованной реальностью.

— Талию-7?

— Не станцию. Возможность возвращаться к конкретным людям.

Каэль посмотрел на Софию.

— А вторая?

— Не знаю.

Каэль удивлённо поднял брови.

— Ты серьёзно?

— Да.

— Тогда почему у тебя такое лицо?

ЭОН долго смотрел на камень.

— Потому что я видел этот знак раньше.

— Где?

Пауза.

— В архиве, который больше не существует в моей памяти.

София нахмурилась.

— Это противоречие.

— Да.

— Ты помнишь архив, которого не помнишь?

— Я помню отсутствие на его месте.

Каэль перестал улыбаться.

— И что означает вторая точка?

— Я не могу утверждать.

— Предположить?

ЭОН посмотрел на него.

— Первая связь возникла после твоего собственного решения.

— А вторая появилась после зова.

— Да.

— Значит?

— Возможно, первая обозначает место, которое выбрал ты.

Каэль почувствовал холод.

— А вторая?

ЭОН ответил не сразу.

— То, что выбрало обратиться к тебе.

Не «место, которое выбрало тебя».

Это было бы слишком похоже на предназначение.

Но от исправленной формулировки легче не стало.

Каэль снова коснулся обсидиана.

Белая точка возникла перед внутренним взглядом.

Далёкая.

Невозможная.

Он почувствовал её.

И на этот раз не пошёл.

— Оно может подождать.

София спросила:

— Уверен?

Каэль улыбнулся.

— Нет.

Пауза.

— Но ждать всё равно придётся.

За пределами известных карт что-то изменилось.

Не проснулось.

Не выбрало Каэля.

Не произнесло его имя.

Просто впервые получило ответ на собственный сигнал.

НЕ СЕЙЧАС.

И этого оказалось достаточно.

Где-то в глубине древней системы появилась запись:

СИГНАЛ ПОЛУЧЕН.

ПЕРЕХОД НЕ ВЫПОЛНЕН.

Пауза.

Затем новая строка:

ОТКАЗ ПРИЗНАН ДЕЙСТВИТЕЛЬНЫМ.

Каэль этого не видел.

Пока.

Он сидел рядом с Софией и смотрел на звёзды.

Обсидиан лежал на груди.

Две точки светились внутри.

Одна напоминала, куда он решил возвращаться.

Вторая — что неизвестность никуда не исчезла только потому, что он отказался идти к ней немедленно.

И Каэль впервые понял простую вещь.

Существование не требовало постоянного движения.

Не требовало предназначения.

Не требовало прошлого, которое объяснило бы настоящее.

И даже возможность уйти не обязывала уходить.

Иногда самым трудным доказательством собственного существования было не исчезнуть.

А остаться.

Не навсегда.

Не потому, что нельзя иначе.

А потому, что сегодня он выбрал именно это.

Каэль посмотрел на вторую точку.

— Завтра тоже не обещаю.

Она не погасла.

— Вот и договорились.

София повернулась.

— Ты опять разговариваешь с кулоном?

Каэль усмехнулся.

— Не говори ЭЛИС. Он решит, что я украл его метод.

За окном медленно вращалась Талия-7.

А где-то далеко продолжал существовать путь, по которому Каэль однажды мог уйти.

Теперь это его не пугало.

Потому что впервые между зовом и дорогой стояло не препятствие.

Стоял он.

И этого было достаточно.