- -
- 100%
- +
– Нет… там… рядом с зоопарком… – туманно ответила Лена, не собираясь делиться деталями своей странноватой жизни.
– Так… ты серьёзно, что ли… про зоопарк? – озадаченно крякнул дед, задумчиво посмотрел вдаль, за спину Лене, почесал седую бороду. – Ладно… ежели так… поедем в зоопарк! Садись давай! Докину тебя… Тут же недалече, я сейчас мимо этого поворота проезжал.
– В смысле? Вы обратно поедете? – удивлённо переспросила Лена.
– А что мне ещё делать? Не боись, мне не сложно! Всё равно бессонница спать не даёт. Вот и таксую иногда вечерами… Всё к пенсии прибавка. Да и общение хоть какое-то. Лучше, чем в ящик пялится. Я тут сейчас одних в посёлок отвозил, в Кедровку. Обратно еду, домой уже. Так что пятнадцать минут погоды не сделают. Садись, Снегурочка! Домчу с ветерком! А потом уж домой…
– У меня денег нет, – с опаской предупредила Лена.
– Дак понятно! Если бы деньги были, ты бы тут одна не гуляла, – хмыкнул «Добрый Дедушка Мороз». – Ну… чего глазами хлопаешь? В машину прыгай!
– Знаете… я лучше всё-таки сама… – снова упёрлась Лена.
– Ох, дурёха упрямая! – хлопнул себя по бокам пожилой таксист. – Ну, чего ты боишься? Я что, на маньяка похож?
– Не знаю, я с маньяками не знакома… – побурчала она.
– Я тоже. Слушай, у меня внучка, такая как ты! Вот мне уже совсем не до девок молоденьких, – с укоризной покачал головой дедуля. – Я ж просто спать не смогу спокойно, если сейчас уеду. Буду всю ночь гадать – дошла ты до своего зоопарка, или волки дорогой съели… Ну! Мы пока тут спорим, уже бы доехали…
Лена с тоской посмотрела на побитую жизнью иномарку, манящую светом фар. Желание поддаться на уговоры и наконец оказаться дома боролось с недоверием к постороннему человеку и ожиданием подвоха…
Дед, и правда, выглядел так, что ему хотелось довериться. А вот брести и дальше в одиночестве вдоль ночной дороги совсем не улыбалось.
– Ладно, – наконец кивнула она. – Поехали! Спасибо вам большое за помощь!
И, мысленно ругая себя последними словами за глупость и доверчивость, Лена направилась к машине.
***
Нырнув на заднее сидение, Лена выдохнула с облегчением – словно разжалась тугая пружина внутри. Уютное тепло машины окутало мягким облаком. На миг оно было потревожено волной морозного воздуха, когда водитель уселся за руль и гулко хлопнул дверцей. Но потом на душе вновь стало спокойно.
Они, наконец, тронулись.
На лобовом стекле болтался из стороны в сторону ароматизатор в виде новогодней ёлочки, распространяя по салону тонкий запах хвои. И Лена улыбнулась – выходит, в итоге ёлочка сработала, она отправляется домой.
Лена огляделась. Машина хоть и старенькая, была чистой, ухоженной. Видно было, что эта старушка дорога хозяину.
Музыку «Дед Мороз» не включал, зато буквально через секунду принялся болтать без умолку:
– Тебя как звать-то, Снегурочка?
– Лена, – откликнулась она, немного расслабившись.
– А! Так ты, стало быть, не Снегурочка, а Елена Прекрасная? – рассмеялся старик.
– Откуда вы знаете? – Лена мгновенно напряглась обратно.
– Что знаю? – не понял водитель.
– Неважно, – она мотнула головой, сообразив, что это просто шутка.
– А я Петрович, – не сбиваясь, продолжил «Дед Мороз». – Так зачем тебе в зоопарк-то ночью?
– Я там работаю. И живу тоже там… рядом… – всё-таки призналась Лена.
– А тут-то как оказалась? – вскинул кустистые седые брови Петрович.
– На автобус опоздала… Пришлось идти пешком.
– Как же ты так? Загулялась? Время не заметила? Небось, на свидание бегала?
– Ага, вроде того… – вздохнула Лена.
– А что же тебя кавалер домой не отвез?
– Да… мы как бы… поссорились…
– И он тебя одну бросил? – возмутился Петрович. – Вот паршивец! А ты тогда его бросай, вот прямо сразу бросай! С таким кашу-то не сваришь, точно говорю.
– Я… уже… – вздохнула Лена.
– Вот и молодец! Эх, не на тех вы, девки, время тратите! Не цените себя. А жизнь-то проходит… Вот раньше-то по-другому было... Я, знаешь, как на моей Катюшеньке женился… С армии пришёл, такой… весь из себя – орёл. А тут мой друг закадычный говорит: «Пойдём, я тебя со своей невестой познакомлю! Она у меня в торговом центре работает»…
Лена вытаращила глаза – неужто этот добрый дедушка когда-то отбил невесту у друга. Но оказалось, она поспешила с выводами.
– И вот, значит, пришли мы в конце смены, – продолжал свой рассказ Петрович. – В отдел зашли. Друг мой чуток отстал, а я прямиком к девушке-продавцу подхожу, обнимаю, поздравляю с предстоящей свадьбой и в щеку целую. А она покраснела, глазёнками хлопает, смотрит так на меня испуганно… Тут и друг мой подлетает и говорит: «Это не моя Наташа! Это Катя, подруга её». Ну, посмеялись, конечно. Я извинился сперва, а потом говорю: «После такого конфуза, Катерина, я обязан на вас жениться. Ну, или хотя бы на свидание позвать…» Так мы вчетвером в тот вечер и пошли гулять в парк. И вот… уже скоро юбилей будет, пятьдесят лет, как вместе… Внучка уже замуж собирается…
Лена слушала милый рассказ таксиста Петровича, улыбалась, радуясь его счастливой судьбе.
Да, у кого-то действительно бывало вот так – всё легко и правильно. Жаль, что это не про неё…
Безмятежный голос старика баюкал не хуже колыбельной, печка грела так, что Лена не просто отогрелась после морозной улицы, а уже разомлела и начала клевать носом.
Но спать было нельзя, да собственно и некогда. Тут ехать-то минут пять…
Она всё поглядывала в окно, чтобы не пропустить нужный поворот, но видела лишь тёмный хвойный лес, припорошенный снегом.
Петрович вдруг резко притормозил, так что Лена едва не ударилась. Сон с отяжелевших век мигом стряхнуло.
– Что случилось? – тревожно уточнила она.
– Да, не пойму… – Петрович напряжённо всматривался в ночь. – Проскочили мы поворот твой, что ли? Там же рядом было… Уже бы приехать давно пора…
Лена промолчала, но мысленно согласилась. В самом деле, ехали слишком долго.
– Вот же, дурак старый, заболтался с тобой и, видать, не заметил в темноте! – посетовал Петрович. – Ничего, сейчас найдём…
Он торопливо развернулся и двинулся обратно в сторону города.
Теперь Лена уже не дремала, смотрела во все глаза…
Но от этого напряжения со зрением и вовсе стали твориться какие-то чудеса. Разделительная полоса, ослепительно белая в свете фар, вдруг начала двоиться и разбегаться на несколько…
Лена моргнула пару раз, сфокусировала взгляд, тряхнула головой – всё прошло. Но буквально через пару секунд дорога снова начала раздваиваться у неё на глазах. Словно над асфальтовым полотном, параллельно с реальным шоссе, появилась ещё одна дорога, сияющая, фантомная лента света…
Лена опять потёрла глаза, но в этот раз не помогло.
– Что это такое? Вы… вы видите? – испуганно вцепилась она в кресло, указывая Петровичу на странную светящуюся ленту.
– Что? Где? – оглянулся на неё старик-водитель.
Очевидно, его ничего не смущало.
Лена открыла было рот, чтобы объяснить причину своей паники, но сделать это так и не успела
Призрачная дорога замерцала ещё ярче, словно в лицо Лене ударил луч мощного прожектора. Белая вспышка ослепила. Она закричала от ужаса. А через миг… ухнула в беспросветную черноту.
***
7 Ау! Ау! Ау!
Лена проснулась от холода. Она так закоченела, что её уже потряхивало. Просто невыносимо замёрзла. Особенно, лицо, да и руки тоже.
Спросонок не могла понять, отчего ей так зябко. В маленькой комнатушке, где она обитала, всегда было тепло, порой даже жарко. Коморка Елены располагалась в подсобном помещении рядом с кухней и столовой, так что ей доставалось и общее тепло, и проникающие всюду ароматы готовящихся блюд.
Но вот сейчас едой не пахло, скорее уж, морозной свежестью.
Лена распахнула глаза. Вернее, попробовала это сделать. Но сначала ничего не вышло.
Она попыталась поднять голову и… ощутила, как руки проваливаются всё глубже в нечто рыхлое и очень холодное… Это точно не подушка!
Снег! Это же снег!
Осознание накрыло волной цунами. Лена забарахталась в панике, пытаясь выбраться из глубокого сугроба. Наконец ей удалось хотя бы сесть и отдышаться.
С ума сойти! Как её угораздило уснуть в снегу?! Да ещё и… посреди леса!
Лена ошарашенно покрутила головой. Ну, точно – кругом деревья, и ни одной живой души!
Ау, люди добрые! Ау!
Может, она всё ещё спит? Как иначе объяснить всю эту чертовщину?
Но снег и мороз были слишком уж натуральными, чтобы оказаться просто кошмаром.
Очевидно, она действительно пролежала какое-то время, уткнувшись лицом в пушистую гору чистейшего белого снега, вот поэтому и замёрзла так, что зуб на зуб теперь не попадал.
Лена стянула шерстяную перчатку, попыталась вытереть и согреть щёки и нос – так ведь и отморозить недолго!
Одновременно с этим она мысленно старалась разобраться с тем, что же с ней произошло. В голове медленно восстанавливалась цепочка событий этого странного вечера.
Так… Она была в городе со Славиком, потом опоздала на автобус, пошла пешком, потом появился этот таксист… Петрович…
Потом вспышка, свет, темнота, и… вот. Итог – она одна в сугробе посреди леса.
Первая мысль, пришедшая ей в голову – авария. Может, они столкнулись с машиной, нёсшейся навстречу. Что если фантастическое сияние, которое ей примерещилось, было светом фар огромной фуры?
Версия получалась довольно правдоподобной, но принять её мешало несколько «но»…
Во-первых, Лена не помнила удара и столкновения. И у неё ничего не болело, никаких травм она не ощущала. Только промёрзла уже вся насквозь.
Возможно, конечно, она потеряла сознание… Возможно, её выбросило из машины, и она отлетела с дороги куда-нибудь в кювет… Возможно…
Да ничего подобного! Всё это невозможно!
Лена досадливо фыркнула, кое-как поднялась на ноги, ещё раз оглядываясь.
Ночь выдалась ясной. Полная луна заливала своим магическим светом уснувший лес. Отражаясь от белого полотна снега, это лунное сияние неплохо озаряло окрестности.
И Лена отчётливо видела, что местность вокруг ровная, пологая. Никаких пригорков, с которых можно было скатиться вниз, рядом не наблюдалось, как и дорог, и перевернувшихся машин.
Более того… не обнаружилось даже её собственных следов, которые точно должны были остаться в глубоком снегу.
Можно подумать, она в этот сугроб рухнула прямо с неба.
– Эй! Кто-нибудь! Ау! – Лена всё-таки решила покричать на всякий случай.
Правда, в успех не очень-то верилось. Лес вокруг казался совершенно безлюдным, глухим. Мёртвая тишина зимней ночи проглотила её одинокий зов, и запал у Лены сразу же прошёл.
Она попробовала покричать ещё раз, но уже как-то робко, сдавленно, без особой надежды:
– Помогите! Ау! Петрович! Где вы? Эй…
Лена зябко поёжилась, ощущая себя Робинзоном на необитаемом острове.
Нет, определённо Добрый Дедушка Мороз, который вызвался её подвезти, пропал бесследно. Вместе с машиной. И дорогой. И всё это… более чем странно.
А, может быть, всё гораздо проще? И исчезло не вот это всё, а сама Лена?
На миг она представила, какой будет шок у бедного Петровича, когда пожилой таксист не обнаружит свою пассажирку на заднем сидении. И даже рассмеялась. Правда, не очень весело. Во-первых, доброго дедушку было очень жаль, во-вторых… себя Лене было жаль ещё больше. Она даже предположить не могла, куда её занесло, и что всё это значит, и как отсюда выбираться.
Однако странности преследовали Елену Прекрасную по жизни… И к ним уже выработался некий иммунитет. Наверное поэтому сейчас Лена не билась в истерике, не рвала на себе волосы и не металась в поисках спасения.
Вернее, собственным спасением она как раз собиралась заняться, но всё-таки взвешенно и спокойно. Стоять на месте и ждать чуда бесполезно. Так и замёрзнуть насмерть недолго.
Значит, надо попытаться выбраться из леса, выйти к людям. Это, конечно, сделать очень сложно, когда ты вообще не представляешь, где находишься, и где все эти люди, которых нужно отыскать.
Хорошо, что ночь лунная, видно всё, почти как днём. С такой подсветкой «свыше» можно спокойно идти по лесу. Нужно только как-то сориентироваться…
Поскольку выбирать направление Лена могла только наугад, оставалось одно – придумать себе какую-то заметную точку отсчёта и двигаться к ней. С навигацией по звёздам Лена не очень дружила. Но всё-таки приметила очень яркую крупную звезду у самого горизонта и решила пока взять курс на неё. Ну и конечно, поглядывать на собственный след, который остаётся за спиной, чтобы не начать ходить по кругу.
Идти было невероятно трудно, ведь здесь ей приходилось пробираться по настоящим сугробам, это тебе не обочина асфальтированного шоссе. Время от времени, Лена просто падала на снег там, где стояла, и пыталась отдышаться.
Ужасно хотелось пить. К тому же она порядком замёрзла. Ноги уже гудели от неравной борьбы с сугробами. Слёзы так и подкатывали. Но Лена не сдавалась, и упрямо ползла вперед.
В конце концов, её усилия были вознаграждены. Нет, к людям она не выбралась, но, по крайней мере, нашла в лесу некий просвет. Возможно, это была какая-то старая, заброшенная дорога или просека, но здесь деревья расступались, и меж ними петляла едва различимая тропа.
Лена даже не уверена была, что её проложили люди. Возможно, снег так притоптали животные. Если здесь есть олени, козы или кабаны…
О ком-то более опасном, вроде, стаи её любимых волков, Лена старалась не думать.
В любом случае, здесь, по плотному снегу, хотя бы идти было чуть легче и быстрее.
Кроме того, на фоне тёмных небес Лена различила ещё более чёрный силуэт горы, в нарядной белоснежной шапке. В лунном свете пик вершины сиял, словно серебряный венец. И выступала отличным ориентиром.
Теперь дело пошло быстрее. Лена хоть и устала уже так, как ни разу в жизни, но сейчас бодро зашагала по лесной тропе, держа курс на величественную природную крепость.
А потом… ей почудилось какое-то движение, справа, в лесу, шагах в двадцати от неё.
Лена приостановилась, с опаской вглядываясь в сумрачный ночной лес.
Нет, всё тихо и спокойно.
Она двинулась дальше, но буквально через десять шагов ей снова показалось, что в лесу кто-то есть, и этот кто-то крадётся меж деревьев параллельно её тропинке.
– Эй… Кто там? – позвала она дрогнувшим голосом.
Стало так страшно, что сердце на пару секунд замерло.
Но лес ответил тишиной. Лена, взяв себя в руки, продолжила путь.
Однако не прошла она и несколько метров, как отчётливо услышала странный шорох позади. И это точно был не скрип снега под её ногами. Это были шаги, чужие шаги…
***
8 Ау! Ау! Ау!
По спине пробежали мурашки. Чего ожидать от того, кто молча идёт следом? Хотелось бы надеяться на лучшее, но…
Лена резко обернулась и застыла на месте, растерянно глядя на сонный ночной лес и оставленную её ногами тропку.
Позади никого не было. Ни человека, ни зверя. Увы, никто не пришёл к ней на помощь. Единственное, что радовало – нападать тоже никто не собирался.
И всё-таки Лена никак не могла успокоиться, тревога так и зудела внутри. Ей чудился чей-то взгляд, будто кто-то невидимый следил за ней издалека, сверлил спину.
Неужели это её собственное воображение так шалит, что мерещатся шаги и слежка? Может, то было лишь эхо её собственной поступи, какое-то причудливое искажение звуков в этой лесной тишине?
Лена продолжила путь, честно пытаясь убедить себя в этом и тем успокоить, но с каждым новым шагом, её всё больше охватывала нервная дрожь.
Конечно, всё тело и так уже знобило от холода, но теперь зубы ещё и от страха стучали.
Желание припустить бегом всё нарастало. И, наверное, будь сейчас лето, а не зима, она бы так и сделала. Но по снегу и морозу далеко не убежишь. Да ещё и в незнакомом ночном лесу. Не хватало свалиться в какой-нибудь овраг или напороться на сучья под снегом.
И всё-таки скорость Лена прибавила, с трудом подавив желание дать дёру, она просто перешла на очень быстрый шаг. Она даже мороз уже не замечала.
Внимательно вслушиваясь в тишину ночи и скрип снега под ногами, вскоре снова отчётливо услышала шаги позади. Нет, ей определённо не мерещилось. Звуки выбивались из её собственных. Лена шла быстро, но тот, кто её преследовал, переступал ещё быстрее.
Набравшись смелости, она снова обернулась, в этот раз просто молниеносно, настолько быстро, насколько смогла. И успела увидеть, зацепить взглядом… нечто странное.
Нет, никто не стоял сейчас на тропе, не шёл по ней, но Лене почудилось, что она успела заметить какой-то белёсый полупрозрачный силуэт. А может, это просто облако снежинок осыпалось с ближайшей ветки и растворилось в лесу, подхваченное ветром.
Угу, а ещё эти снежинки умеют топать и, возможно, оставлять следы.
Вопреки всем доводам рассудка, который подсказывал, что пора брать ноги в руки и бежать куда-нибудь подальше, Лена двинулась назад, решив всё-таки разобрать в этих необъяснимых странностях и обследовать то место на тропе, где ей привиделось нечто непонятное.
Она осторожно приблизилась, не забывая бросать взгляд по сторонам. И отчётливо рассмотрела в лунном свете очень странные следы, перекрывавшие её собственные – они походили на оттиски крупной четырёхпалой лапы. Лена не могла понять, какому зверю они принадлежат, но ей стало откровенно не по себе.
Что же это за животное с такими большими конечностями и таким невероятным проворством? Лена, работая в зоопарке, знала, что многие его обитатели – существа весьма и весьма шустрые. На миг отвернёшься, они уже успеют что-то стащить, опрокинуть или выскочить из вольера. Но всё-таки сейчас она даже вообразить не могла, с чем столкнулась…
Ни волк, ни рысь не смогли бы спрятаться так мгновенно, да и поступь у них должна быть полегче. Ага, и лапы поменьше…
Лена поёжилась, с каждой секундой тревога внутри неё нарастала, грозя перерасти в панику. Мало того, что она оказалась неизвестно где, без связи, без еды, замерзая всё больше, так теперь ещё и это.
Она ещё раз настороженно оглядела занесённые снегом окрестности и попятилась назад. Поворачиваться спиной к тому, кто шёл за ней, а теперь бесследно исчез, было страшно.
Однако новый шорох по правую руку заставил её всё-таки развернуться. Привстав на цыпочки, Лена вытянула шею, пытаясь разглядеть что-то в заснеженном лесу, там, в стороне от тропы, снова что-то мелькнуло.
И вдруг в ближайшем сугробе словно что-то взорвалось. Снежная взвесь прыснула во все стороны как брызги шампанского. И из-под снега взметнулось нечто, чего Лена испугалась раньше, чем успела рассмотреть.
Это был зверь… кажется… Только таких Лене прежде видеть не доводилось. Странное существо было крупнее волка, но поменьше медведя, передвигалось на четырёх конечностях, и покрыто было белым мехом. Вернее, так показалось Лене сначала.
Но, присмотревшись, она поняла, что всё тело существа покрыто инеем и шипами остроконечных сосулек. Словно ожила самая снежная стихия, обернувшись этим странным созданием. А вот огромная башка, с выпирающей челюстью и зубастой пастью, напомнила Лене голову пираньи. Чудовище уставилось на Лену светящимися фосфорно-зелёными глазищами.
Заверещав так, что с ближайшей ветки посыпался снег, Лена бросилась вперёд по тропе. Понимание, что по снегу она далеко не убежит, и её настигнут в два счёта, нисколько не притупило её жажду выжить и оторваться от погони.
Лена слышала, что жуткая ледяная тварь несётся за ней. Но оглядываться было некогда. Как и думать о том, каким образом вообще может бегать существо, которое целиком состоит из снега и льда. По крайней мере, производит такое впечатление.
Сейчас Лена могла думать лишь о том, что не хочет закончить свою жизнь в мерзкой пасти этого снеговика-мутанта.
Но самым ужасным, как выяснилось, было то, что страшный снежный зверь оказался не один.
Лена так резко остановилась, что едва не покатилась кубарем, когда дорогу ей преградило ещё одно столь же жуткое существо. Обернулась, с ужасом узрев, как первый, притормозив, теперь неспешно надвигается на неё. Она заметалась, не зная, куда бежать.
Из леса, петляя меж тёмных стволов, показалось ещё несколько ужасающих белых созданий. Лена не пыталась сосчитать, сколько их всего – ей казалось, что её взяла в кольцо уже целая стая этих снежных монстров.
Лена даже кричать не могла – горло жгло от морозного воздуха, а голос от ужаса пропал начисто. Она могла лишь, оцепенев от ледяного страха, смотреть, как со всех сторон к ней подбирается неизбежная мучительная смерть.
***
9 Ау! Ау! Ау!
Самое ужасное, что у Лены под рукой не было ничего, что можно было использовать как оружие. Только маленькая сумочка через плечо, которую она умудрилась до сих пор не потерять. А в заснеженном лесу невозможно было даже быстро найти камень или палку.
Она оказалась абсолютно беззащитна перед целой сворой кошмарных существ, намерения которых не вызывали никаких сомнений. Злобные твари кружили вокруг неё, будто примеряясь с какого бока начать трапезу, рычали утробно и, казалось, издевательски ухмылялись широкими зубастыми пастями. Сейчас она станет ужином для этих снежных клыкастых чудищ. И никто никогда даже костей её не найдет.
Да и, будь у Лены в руках хоть что-то, вряд ли она смогла бы отбиться от этих свирепых хищников. Слишком уж внушительными были эти странные звери, а ещё их было так много.
Лена затравленно озиралась, пытаясь не упустить момент, когда монстрам надоест просто пугать её. Но первый бросок всё равно вышел слишком неожиданным.
Она с вскриком отскочила от ринувшегося в её сторону чудища, ударила по белой сплюснутой морде сумочкой, которую теперь раскручивала за ремешок как пращу. Кажется, попала в нос или глаз, потому что неизвестное науке существо с обиженным визгом отскочило.
Тут же за спиной у неё возникло второе. Лена едва успела отскочить, но тварь всё-таки зацепила её – затрещала плотная ткань пуховика. Хорошо ещё, что острые клыки не достали до тела.
Лена крутилось юлой, ускользая от нападок жуткой стаи. Вблизи она убедилась в том, что этих странных и страшных зверей действительно покрывал снежно-ледяной панцирь. Возможно, они боялись тепла или огня, но, к сожалению, у Лена не было с собой даже зажигалки или спичек.
Ещё несколько раз ей удавалось отбить враждебную атаку собственной крохотной сумочкой. Но, в конце концов, одна из тварей просто вцепилась в клатч зубами и вырвала из рук Лены её единственную защиту, а вместе с ней и последнюю надежду.
Сразу два зверя бросились на Лену, и та лишь успела инстинктивно закрыть лицо руками и развернуться спиной, понимая, что это, в любом случае, конец.
Удар в спину сбил её с ног. Лена упала на снег, сжалась в комочек.
Злобное рычание раздалось у самого уха. Её обдало каким-то нереальным, замораживающим кровь холодом. Одна из тварей вцепилась в куртку на спине, вырывая здоровенный клок ткани и синтепона.
И Лена с ужасом представила, что сейчас и от неё самой вот так…
Но тут по ночному лесу прокатился такой заунывный, жуткий, пронзительный вой, что у Лены окончательно душа ушла в пятки. Вроде бы, дальше уже и пугаться было некуда, но сейчас её просто парализовало от страха.
И кажется не только её.
Жуткие голодные монстры внезапно потеряли к ней интерес. Лена осмелилась чуть приподнять голову… и увидела, что все чудища развернулись в сторону леса, ощетинились своими иглами-сосульками и стали похожи на сердитых дикобразов. Глухо рыча, чудища сбивались в кучу, жались друг к другу.
Что же их так могло напугать? Ведь они сами страшнее самых кошмарных кошмаров!