- -
- 100%
- +
Я снова попыталась подпрыгнуть, но кусты были метра два, не меньше. Тогда я аккуратно вскарабкалась на свой чемоданчик, вытянула шею и наконец-то разглядела то, что скрывали от меня заросли.
Похоже, они действительно играли роль живой изгороди, потому что по одну их сторону располагался довольно обширный и ухоженный сад, в центре которого красовался роскошный особняк. Я как-то сразу поняла, что это не отель, а именно чей-то дом – огромный, вычурный и наверняка стоит он, как крыло от самолёта, или даже весь самолёт целиком.
По другую же сторону зелёного лабиринта я разглядела дорогу. Кажись, там улица. И, значит, мне нужно туда…
Шикарный домик, конечно, манил, но я же разумная девочка и понимаю, чем может грозить вторжение на частную территорию. Вдруг у них там сторожевые собаки по периметру владений разгуливают.
Словом, подхватив свой любимый розовый чемодан, я стала решительно продираться к дороге и свободе. Ветки, однако же, сцепились так плотно, что я опасалась выбраться из кустов не только без одежды, но ещё и без кожи.
Однако, в конце концов, я победила и буквально вывалилась на мощёный тротуар.
Вот только чемодан – зараза такая! – застрял в кустах. Пришлось вцепиться в него обеими руками, упереться и тащить изо всех сил, как ту репку из сказки. Я пыхтела, шипела, но не сдавалась.
Не собираюсь разбрасываться своими вещами. Где бы я ни оказалась, лишними они не будут.
О том, где я, кто я и зачем я, вообще, здесь… – пока старалась не думать, потому что на этом самом месте мозг немедленно закипал, и меня накрывала паника.
Несмотря на то, что в комплекции и силе я мощным кустам явно проигрывала, упорства и упёртости мне было не занимать. И я всё-таки отвоевала своё.
С победным воплем вырвала свой чемодан из цепких зелёных лап.
И вот тут началось…
Не успела я ещё перевести дух, осмотреться и осмыслить все эти странности, приключившиеся со мной, как за спиной у меня кто-то гаркнул: «Стой, воровка!»
А дальше случилась вся эта чехарда с побегом, преследованием двумя неизвестными, моим фееричным падением и чудесным спасением в объятиях прекрасного незнакомца.
И когда я услышала новый зычный вопль: «Сир, держите её, держите воровку!», первый порыв был броситься со всех ног дальше, а потом уж, в безопасном месте, подумать над тем, что этим двум психам от меня было нужно.
Но, во-первых, я теперь была босой на одну ногу, а так далеко не ускачешь.
Во-вторых, во мне взыграло что-то сродни гордости и оскорблённого достоинства – я же ничего плохого не сделала, как они смеют меня обвинять в воровстве?!
А в-третьих, хотя руки незнакомца уже не лежали на моих плечах, я прекрасно понимала, что ему не составит труда сцапать меня в два счёта. Если, конечно, он этого захочет…
Я подняла лицо, беззастенчиво разглядывая мужчину. И мне показалось, что от него как раз подвоха ждать не стоит.
Я не только не чувствовала агрессии или угрозы с его стороны, но даже словила странное ощущение безопасности рядом с этим насмешливым субъектом. Наверное, дело было в той уверенности и невозмутимом спокойствии, которыми от него веяло за километр, но мне вдруг ужасно захотелось остаться подле, а лучше и вовсе спрятаться за его спину.
Желание, конечно, глупое, необоснованное и иррациональное… Но я отчего-то поверила, что он меня в обиду не даст.
Наивная!
Я трепетно хлопала ресничками, разглядывая статного рослого блондина, совершенно загипнотизированная его взглядом – таким лучистым и в тоже время насмешливо-колким. Прибавьте к этому невероятный оттенок глаз – светло-жёлто-зелёный, кошачий какой-то, – и всё, финиш! Не глаза, а два драгоценных камня – у меня серьги такие есть, с хризолитом, вот точь-в точь.
Эх, недаром говорят: «У беды глаза зелёные…»
Словом, пока я гляделась в эти бездонные очи, ко мне незаметно подобрались те самые злобные бугаи и вцепились в меня аки два коршуна.
– Попалась! – злорадно хмыкнул тот, что справа.
– Благодарим вас, сир, что задержали эту дрянь! – подобострастно затараторил тот, что слева. – Едва не сбежала, воровка бесстыжая!
Я забилась в их руках, шипя и подвывая от страха и возмущения.
– Да не воровка я, не воровка! Чего привязались?
– Рассказывай, ага! – глумливо выдал левый.
Подхватив под белы рученьки, эти гады приподняли меня над землей с явным намерением удалиться и поквитаться со мной, причём неизвестно за что.
Я уже готова была завопить во всё горло, взывая о помощи к этому самому зеленоглазому-блондинистому…
Но тут незнакомец сам остановил моих обидчиков, так холодно и властно, что они разом притормозили:
– Так… Стойте! Будьте любезны сначала объяснить! Собственно, что случилось? Что она украла?
***
– Э-э-э… так… это… – несколько растерянно промямлил мой конвоир, тот, что слева, – вот же… саквояж ваш… украла…
И этот гад нерешительно ткнул пальцем в мой любимый чемоданчик.
Вы только представьте – меня обвиняют в краже собственного имущества!
Под взглядом блондинистого поёжилась даже я. И тотчас почувствовала, как разжались тиски державших меня рук.
Кажется, мои захватчики перед этим красавчиком спасовали. Они по-прежнему стояли по обе стороны от меня, как два Цербера, не давая возможности слинять, но уже не смели хватать столь бесцеремонно.
– Это же… ваш, сир? – смущённо добавил один из этих бравых недоумков.
– Розовый саквояж? Мой? – брови блондина взлетели до предела. – Я что, по-вашему, похож на любителя такой вопиющей безвкусицы?
Кажется, он каждым вопросом пытался дать шанс этим болванам реабилитироваться, но те щедрым предложением не воспользовались. А я про себя только фыркнула обиженно – ещё и вкус мой обос… признали дурным.
– Но… как же, сир… – снова заблеял один из этих «двоих из ларца, одинаковых с лица». – Мы сами видели, как воровка выскочила из вашего сада…
– Из моего сада? – удивлённо хмыкнул блондинистый сир и буквально впился в меня пытливым взглядом.
– Ага, через изгородь пробралась и саквояж за собой волочила. Мы и решили, что она стащила его в вашем…
– Впервые вижу… – брезгливо скривился зеленоглазый красавец. – И саквояж, и эту кару…
– Значит, это не ваше? – ещё раз озадаченно уточнил бугай справа.
– Нет, я же сказал, – блондин, кажется, начинал раздражаться, а ещё нетерпеливо поглядывать по сторонам. И я испугалась, что он сейчас просто уйдет и оставит меня наедине с этими гориллами. – Наверное, это чемодан кары. Да отпустите уже её! Я же сказал, у меня нет к ней никаких претензий.
– И всё же она зачем-то пробралась в ваш сад… – не унимался настырный левый. – Пожалуй, сир, мы с этим всё-таки разберёмся. Может, она и не обокрала вас, но какая-то подозрительная. Вы только поглядите на эти волосы и платье! Ничего, ничего… Обережная служба разберётся… Давайте, кара! Шуруйте в нашу часть! Сир Айр, извините за беспокойство!
Меня тут же грубо толкнули в спину. И пусть я не поняла половину из того, что они сказали, одно уяснила сразу – кажется, я серьёзно встряла.
– Стойте! – резко окликнул нас блондин.
Мы, все трое, развернулись, как по команде. А он, окинув меня хмурым взглядом с ног до головы, тяжело вздохнул.
– Прошу прощения! Кажется… я ошибся. Да, я вспомнил… Это же моя… – он бросил на меня вопросительный взгляд, но я в ответ только молча хлопала глазами, – моя новая прислуга. Я нанял эту кару два дня назад и… ещё не запомнил. Извините за это недоразумение!
Я захлопала глазами ещё интенсивнее.
Прислуга? Я? Что он несёт?
Для него что, все на одно лицо? Он меня перепутал с какой-то другой дамочкой?
Или… это какой-то хитрый ход? Но… зачем?
– Вы… уверены, сир Айр? – теперь уже взлетели на лоб брови одного из громил. – Вы точно знаете эту девицу?
Несмотря на вежливый тон, этот «злой полицейский» сейчас всем своим видом как бы говорил: «Слышь, сир, хорош гнать! Думаешь, мы в твою брехню поверим?»
– Конечно, – невозмутимо подтвердил сир Айр, и даже голос не дрогнул. – Это же…
Кошачьи глаза снова впились в меня, ища подсказки.
Неужели он всё-таки на моей стороне?
– Ма… – одними губами беззвучно произнесла я, – ша…
– Ма… – запнулся мой спаситель, – Марика. Да, кара Марика. Моя садовница. Новая. Она приезжая, ей тут всё в диковинку… Должно быть, подстригала кусты и… слегка… заблудилась…
– Кусты… В таком странном виде? С саквояжем в руках? – хмыкнул въедливый гад.
– У меня там… инструменты… – поспешно влезла я, – садовые…
Ох, что я несу! А если решат проверить…
Оба моих захватчика недовольно поджали губы, оглядели меня подозрительно.
И левый опять начал осторожно, недоверчиво:
– Сир Айр, вы уверены, что… ничего не перепутали?
Не знаю, кто такой этот сир Айр, но красавчик явно тут пользовался авторитетом, ведь никто не смел сказать ему в лоб: «Что ж ты, собака серая, врёшь наглым образом прямо в лицо представителям правопорядка?»
И через миг я поняла почему. Этот милый джентльмен умел осадить так, что хотелось, как страусу, немедленно ткнуться головой в песок, лишь бы не видеть гневно сверкающих зелёных глаз.
– Вы что же, уважаемый каро, подвергаете сомнению правдивость моего слова? – этот вежливый вопрос красавчик-блондин прошипел таким тоном, что по коже пробежал озноб, будто я внезапно из лета шагнула в декабрьский морозный вечер.
– Нет, что вы, да разве я смею! – вздрогнул один из громил. – Раз вы…
– Тогда давайте уже закончим этот пустой разговор! – чуть с нажимом оборвал его сир Айр. – Я опаздываю в Академию, а вы меня тут задерживаете по пустякам. Ещё раз повторяю, это кара Марика, она работает в моём доме, и ничего дурного она не сделала. Со всем прочим я разберусь сам. Вечером поговорю с ней и объясню, как надлежит вести себя в столице, чтобы не привлекать ненужное внимание обережной службы.
– Прекрасно, сир, – фальшиво улыбнулся один из моих конвоиров. – Хорошего вам дня! А кару Марику мы проводим до вашего дома, чтобы она снова по дороге не заблудилась где-нибудь…
Я, кажется, собиралась что-то возразить, но тут случилось такое, что окончательно выбило меня из колеи и заставило онеметь и безропотно подчиниться чужой воле.
Из ворот роскошной усадьбы сира Айра появилось нечто одновременно напоминавшее спортивный автомобиль, карету и лодку. Это без сомнения было какое-то транспортное средство, только без колёс, без впряжённых в него лошадей, парящее в полуметре от земли.
Сия штуковина зависла рядом с нами, боковина её распахнулась, и оттуда выбрался мужчина средних лет с забавными чёрными усами и почти армейской выправкой.
Оглядев всех нас хмуро и удивлённо, он обеспокоенно поинтересовался:
– Что случилось, сир?
– Ничего особенного, Джердан, – спокойно ответил Айр. – Небольшое недоразумение. Проводи, пожалуйста, нашу новую садовницу в дом! – в голосе блондина проскочили особые нотки, но почти незаметно. – Я с ней поговорю, когда вернусь. И позаботься о том, чтобы кара Марика меня дождалась!
Надо отдать должное этому усатому – он смутился лишь на одно мгновение, но тотчас вернул себе лицо и без труда уловил всё, что пытался донести до него хозяин.
– Конечно, сир! – почтительно кивнул. – Идёмте, кара Марика!
– Мы всё же проводим, с вашего позволения, сир… – настойчивые «стражи порядка» никак не желали отступать.
– Всего доброго! – процедил сквозь зубы сир Айр и нырнул в этот странный лётомобиль, всё ещё висевший в воздухе рядом с нами.
И мой спаситель (надеюсь, что всё-таки спаситель) умчался в неизвестном направлении на какой-то неизвестной штуковине, а я в сопровождении почётного эскорта из трёх здоровенных мужиков направилась к особняку.
Пребывая в полнейшем шоке, я пыталась переварить всё, что произошло. Но получалось пока плохо. Всё это казалось каким-то нелепым кошмаром.
Я уже успела отметить, что все эти странные товарищи говорят на каком-то странном языке, который я каким-то странным образом умудряюсь понимать. Ага, ещё и отвечать периодически.
Я также не могла не заметить, что одеты они несколько старомодно, будто мы оказались на съёмках исторического фильма или перенеслись, как минимум, на столетие назад.
Кроме того, рослые мужчины совсем не походили на окружавших меня на Пхукете тайцев. И эти обращения: сир, кара, каро – тоже звучали непривычно и странно.
Наконец, если всё это ещё можно было объяснить каким-то розыгрышем или зловещим заговором вот этих конкретных людей, то чем объяснить мгновенное изменение климата?
Я сейчас брела по каменным дорожкам сада и прекрасно видела, что буйная растительность вокруг скорее подходит для европейского юга, но уж точно никак не для Таиланда. Да и влажная душная жара испарилась вместе с Храмом Белого Дракона.
Здесь было тепло. Но как бывает у нас летом, по вечерам. Градусов двадцать – двадцать пять, не больше. Сухо и ветрено. Не Тай, совсем не Тай.
Всё это наталкивало на определённые мысли. Очень нехорошие мысли.
А если ещё припомнить моё странное видение – исчезающий на моих глазах круг портала, то неутешительный вывод напрашивался сам собой – кажется, я ПОПАЛА.
***
6 Сидит девица в темнице…
Маша
– Эй, кто-нибудь! Люди добрые! Спасите-помогите-освободите! Выпустите меня! Замуровали… демоны… Свободу попугаям! Ай!
Я в сердцах пнула дверь и охнула – так и пальцы сломать можно. Хорошо ещё, что я уже выудила из чемодана лёгкие белые кроссовки и успела переобуться. Но ногу всё равно больно. Ломиться в запертую дверь сразу расхотелось.
Вместо этого я заголосила:
– Сижу за решёткой в темнице сырой[1]… – но меня по-прежнему игнорировали, и я наконец махнула рукой на всё это безобразие, только добавила с досадой и уже не так громко: – Вот гады нехорошие!
На самом деле, я слегка преувеличивала. Темница моя была совсем не сырой, а очень даже комфортабельной. Меня заперли в шикарных апартаментах. И я даже смутно догадывалась, кому они могут принадлежать.
Собственно, поэтому я так легко смирилась со своей участью и перестала предпринимать попытки выбраться на волю.
Если разобраться в ситуации, то рваться мне особо некуда. Я уже успела убедиться, что мир за пределами этого гостеприимного дома полон опасностей и злобных «полицейских». Ну или как они тут… Какая-то там служба по отлову диких попаданок.
Я, конечно, и здесь не была уверена в своей безопасности. Но всё-таки оставался шанс, что сразу не съедят. Иначе зачем было спасать меня и выгораживать?
Долбилась в запертую дверь я больше от скуки. А ещё я порядком проголодалась.
Надеялась выпросить хоть корочку хлеба, но про меня, похоже, напрочь забыли. Хорошо, что у меня в чемодане случайно завалялась небольшая упаковка чипсов. Червячка я заморила, но теперь жутко хотелось пить. Однако чая мне никто не предложил.
Собственно, после того как сир Айр укатил по своим неотложным делам, меня повели под конвоем в его домище.
По дороге те двое недосамураев присели на уши Бэрримору[2] – в смысле, строгому дядьке с забавными усами и именем на букву «Д». Что-то вроде Джорджа… Точно я не запомнила.
Похоже, он здесь был за дворецкого, вот я и окрестила его Бэрримором.
Так вот… «Полицейские» заверили Бэрримора в том, что я особа неблагонадёжная, и за мной нужен глаз да глаз. На что дворецкий пообещал запереть меня до возвращения хозяина.
Я думала, он шутит. Поэтому стойко помалкивала, хотя меня и раздражала их манера разговаривать в моём присутствии так, словно я пустое место.
Когда же эти братья-близнецы наконец удалились, попыталась объяснить, что всё это какое-то недоразумение, и мне, собственно, уже пора…
Но Джорджик оказался упёртым как баран.
– Прошу прощения, кара, но я не могу вас отпустить. Сир Айр имеет к вам какой-то разговор и распорядился задержать вас до его прихода, и я не могу ослушаться его приказа. Не знаю, чего он от вас хочет, но если всё это действительно недоразумение, вам переживать не о чем. Граф разберётся и отпустит. А я обязан выполнять распоряжения хозяина.
Вообще, по-человечески я, конечно, Бэрримора понимала. Мы – офисные работники – тоже люди подневольные. Но подобное раболепие слегка бесило.
В конце концов, успокоила себя тем, что спешить мне особо некуда. На трамвай, идущий по маршруту «Назад, в реальный мир», я наверняка уже опоздала.
Что ж, погостим у графа… Когда ещё такая возможность выпадет.
«Стало быть, граф Айр… – усмехнулась я про себя. – Хорошо, что хоть не король какой-нибудь!»
А то это сир меня как-то сразу напрягло. Но, видимо, у них тут свои традиции.
Потом появилась ещё и тётка – худющая и плоская, как сушёная вобла, и чопорная, как весь английский двор. Они с Джорджиком, опять же полностью игнорируя меня, взялись решать, куда же гостью пока определить. Так, чтобы и не сбежала, и не надо было за мной следить до самого вечера.
Вобла предложила чулан, но милосердный Бэрримор решил, что лучше подойдёт кабинет. Аргумент: «Только там на окнах решётки…» оказался железным, как те самые решётки.
Так я и оказалась заперта в этой комнате. Вернее, в нескольких комнатах.
Я уже успела тут пробежаться и осмотреться, а заодно и поискать запасной выход. Однако в апартаменты графа Айра, если это были они, вела только одна дверь. А на окнах действительно красовались надёжные кованые решётки. Видимо, тут хранилось всё самое ценное в доме.
Первая комната напоминала рабочий кабинет, только совмещённый с гостиной.
Здесь стоял огромный стол, на котором аккуратными стопочками лежали какие-то бумаги, папки, книги.
Книг, кстати, было много. И не только на столе. Две стены занимали стеллажи, от пола до потолка забитые разноцветными корешками.
Ещё в гостиной имелся камин, а напротив него диванчик, пара кресел и низкий столик.
Широкий подоконник украшала ваза с роскошным букетом белых пионов.
По крайней мере, больше всего эти цветы напоминали наши пионы. Такие свежие, нежные, будто их только что принесли сюда из сада – я залюбовалась, несмотря на то, что мысли сейчас были заняты совсем другим.
Из кабинета я попала в спальню. Огляделась с любопытством: комод, кресло, камин… Но больше всего, разумеется, взгляд притягивала широкая кровать.
Она меня отчего-то смутила – всё-таки спальня это очень личное место, и я поспешно выскочила. Но успела между делом отметить, что в апартаментах сира Айра нет и намёка на присутствие женщины. И на этой гигантской кровати он, судя по всему, спит в гордом одиночестве.
Потом я обнаружила ещё одну комнату непонятного назначения – она была почти пустой. Дальше – небольшой чулан или, скорее, гардеробную.
И ванную со всеми удобствами. Вот это меня порадовало.
По крайней мере, если я тут надолго, и мне приспичит… Придётся воспользоваться.
Похоже, сантехника тут от нашей особо не отличалась. По крайней мере, столь нужный предмет как унитаз имелся. И не только он, а всё, что обычно есть в ванной.
Всё да не всё!
Я бы, конечно, после неравного боя с кустами ещё и умыться хотела. Но вот с этим вышли первые сложности.
Нет, здесь имелась в наличии ванна, и раковина, и даже отверстие, через которое, очевидно, должна была течь вода. А вот кранов не было. Никаких вообще.
Я руками помахала, похлопала, постучала. Думала, может тут какая-то мудрёная система, вроде современных сенсоров. Нетушки… Водичка бежать не хотела.
Видно, какой-то хитрый секрет имелся. Может, нужно волшебное заклинание сказать…
Ладно, не беда. Не перевелись ещё влажные салфетки в моём чемодане.
Итак, проведя первый беглый осмотр вражеской (или всё-таки дружеской) территории, я вернулась в гостиную, выглянула в окно, оценила просторный двор и ухоженный сад, а заодно и крепкие решётки.
После чего уселась в кресло, вздохнула, схватилась за голову и тихонечко заскулила.
Пожалуй, мне было о чём поразмыслить. Но пока попытки думать о случившемся вызывали лишь приступ паники и отчаяния.
Я любила на досуге почитать сказочки о девах, внезапно оказавшихся в каком-нибудь магическом королевстве. Да, читать такое и наблюдать за героиней со стороны прикольно.
А вот самой оказаться в такой ситуации…
Совершенно не представляла, что мне теперь делать, что говорить этому блонди-сиру, когда он спросит, кто я такая. Что тут вообще можно, а что нельзя говорить?
Вдруг у них попаданство вне закона.
А уж ответа на главный вопрос: «Как мне вернуться домой?» – и вовсе не было.
Но… пока я жива, здорова и даже весьма неплохо устроилась, а потому унывать рано. Будем решать проблемы по мере их поступления.
Вот, к примеру, не мешало бы подкрепиться. Но кормить меня, очевидно, никто не собирался. Про меня, кажись, вообще забыли.
От скуки я решила посмотреть, что там у меня в чемодане полезного, и нашла те самые чипсы, которыми благополучно перекусила. После чего захотела пить и решила позвать кого-нибудь.
Ну а дальше, вы уже знаете….
Стучалась, стучалась – никого.
Забегая вперёд, скажу, что за несколько часов, проведённых взаперти, про меня так никто и не вспомнил.
В отчаянии я решила отомстить и сгубить чудесные пионы сира Айра.
Ну, на самом деле, губить их я вовсе не хотела, и мне наоборот было чертовски жаль эти прекрасные цветы, но жажда мучила, а единственная доступная жидкость была в вазе.
Я вытащила букет, принюхалась брезгливо. Но вода была кристально чистой и свежей. Похоже, цветы действительно поставили перед самым моим здесь появлением.
Что ж, делать нечего, придётся пить из вазы. Хорошо хоть, не из ночной.
А ничего так пионовая водичка, вкусненькая!
Утолив жажду, но не голод, я, чтобы отвлечься от гневного рычания в моём животе, взялась ещё раз всё разглядывать и обследовать, но, в конце концов, и это мне наскучило.
Я измаялась от безделья, тревожных мыслей, неопределённости своего положения.
В итоге, мне так это всё надоело, что я, свернувшись клубочком, забралась с ногами на диванчик, прикрылась парео и решила вздремнуть.
Была мысль обнаглеть и пойти в хозяйскую спальню, но я так и не решилась.
Впрочем, с моим ростом и на этой бархатной кушетке совсем не плохо.
Хотелось заснуть и проснуться уже в своём мире, но я на это особо не рассчитывала. Однако нервы успокоить всё-таки необходимо. Как говорится, утро вечера мудренее.
В моём случае, ждать нужно было как раз немудрого вечера. Но делать это во сне… как-то спокойнее и приятнее. Особенно, на голодный желудок.
***
Сир Айр
Наконец-то закончился этот безумный день!
Я возвращался домой уже в глубоких сумерках. Столица сияла ночными огнями, но любоваться их блеском уже не было ни сил, ни желания.
С утра всё пошло кувырком.
Начиная с появления этой девицы, которую обережники выловили в моём саду, вернее, в кустах, окружавших усадьбу.
Девицы в кустах – явление редкое, и я, разумеется, не мог остаться в стороне, тем более что она практически сама упала мне в объятия.
Что там, в тех самых кустах, делало это розовое растрёпанное чудо оставалось только догадываться. Вид у незнакомки был презабавный и непривычный. И будь у меня больше свободного времени, я бы, пожалуй, пообщался с ней тет-а-тет и выяснил, кто она такая и откуда. Но, к сожалению, как раз времени мне всегда и не хватало.