- -
- 100%
- +
– Ого! – изумлённо воскликнул Дар. – Отродясь столько богатства не видел.
– Да, разбойнички нынче не бедствуют, – хмыкнул Бран.
– Особенно некоторые, – Рагнер задумчиво разглядывал сокровища у своих ног. – Киран, вот с этим же ты дрался?
Ратник кивнул.
Рагнер продолжил, уже обращаясь к Ильме:
– А ты сказала, что этого прежде не видела...
Девица, нахмурив красивые брови, тоже кивнула.
– Выходит, вся казна была у того, кто тебя забирать явился. Стало быть, эти самые деньги похитителям обещаны были, как награда за тебя. Не поскупился тот, кто тебя заполучить желал…
Рагнер пристально смотрел в синие глаза, ждал, что Ильма ответит, но та привычно молчала. А его так и подстёгивало в лоб спросить: «Чем же ты так ценна, молчунья моя? Ведь не за одну же красоту твою девичью кто-то столько серебра отсыпал…»
Но тут его отвлёк глазастый Дар:
– Глянь, Рагнер, а это там ещё что такое? Письмо, что ли…
Рагнер вытянул из-под горки монет намокший от снега клочок – всё же насыпалось немного внутрь кошеля и в тепле сразу растаяло. Письмом это, конечно, сложно назвать, так обрывок какого-то послания. Ещё и чернила растеклись, начало не разберёшь…
Но и того, что осталось, хватило. Это явно было указание, куда явиться, или послание, в котором обговаривалось место встречи.
– У Белого озера держитесь левого берега… Тёплый ключ… На юг, прямо через лес… Седая гора… Лисий брод… Где дорога на Медвяну с дорогой на Лунь встречаются… – Рагнер выхватывал из неразборчивых, потёкших строк только самое главное. Дочитав вскинул голову, снова глядя лишь на Ильму: – Знаешь, где это? Далеко отсюда?
Лебёдушка растерянно пожала плечами, и Рагнер снова разозлился не на шутку. Сколько можно таиться да скрытничать? Разве не доказал он уже не раз, что ему доверять можно?
Хорошо, что не успел вспылить. Ведь через мгновение выяснилось, что Ильма медлила с ответом по другой причине.
– Не знаю, – призналась она. – Я пока не поняла точно, где мы сейчас. Если верно эти места признала, то до Седой горы отсюда пара дней верхом. А до дороги на Медвяну и того больше. Это ведь уже Земли Снежных Барсов. А Лунь наша, но она на самой-самой границе. И…
– И по всему выходит, что нужна ты была не этим лиходеям, а ещё кому-то…. – перебил Рагнер. – Увезти тебя должны были из Лебяжьих Земель. И хоть тут вот послание обрывается… Я так думаю, именно к Барсам.
– Ты, Рагнер, думаешь верно, да смотришь не туда, – подсел к нему Киран. – На сам кошель-то погляди! Ишь, какие узоры причудливые! У нас мастера такие не бьют. И руны, руны-то…
– Такие руны у Снежных Барсов в ходу, – подтверждая слова наблюдательного ратника, кивнула Ильма.
– Ну… хоть на одну загадку ответ нашли, – невесело усмехнулся Рагнер. – Знать, везли тебя к Барсам. Теперь бы ещё понять… зачем… Вы как, вообще, с Барсами соседствуете? Уживаетесь?
– А то ты не знаешь! – фыркнула Ильма. – Всем известно, что дружбы промеж нас нет. Сейчас хоть не воюем, и то ладно. И ведь сам, поди, знаешь, что миру этому ваш князь посодействовал. На его слове и власти меж нами договор пока держится. Да только… где тонко, там и рвётся. В открытую, конечно, пока никто не рискует нападать, но если вдруг…
– В открытую не нападают, а исподтишка гадят, – скривился зло Рагнер. – Девок воруют, лиходеев подсылают. Однако же… вот одно не пойму… На что ты им сдалась? Именно ты! Ну, ограбили бы какой-нибудь обоз или селение на окраине подожгли, вот и вспыхнула бы сразу заваруха… А зачем им девица? Ради чего столько хлопот? Лиходеев нанимать, деньги им немалые платить, тебя из города выманивать… Ведь могли попасться на этом, рисковали. Странно всё это. Что-то ты, Ильма, не договариваешь?
– Откуда мне знать?! – вспыхнула тотчас Лебёдушка. – Я тебе уже десяток раз отвечала. Мне эти душегубы про свои затеи не сказывали, передо мной не отчитывались, зачем я им, и к кому меня везут. Пристал, как репей к собачьему хвосту!
– А ты чего расшумелась? – не остался в долгу Рагнер, уж больно задела его эта речь девицы. Думал, изменилось что-то между ними. А она опять за своё. – Не хочешь говорить – так не говори! Выпытывать не буду. Только за дураков нас держать не надо! Ради тебя же тут сейчас загадки эти разгадываем. А ты помочь не хочешь.
– Сказано тебе – не знаю я ничего, – насупилась Ильма, но гонор свой немного поумерила. – И вообще… я спать хочу.
Поднялась спешно и отправилась в свой закуток.
– Иди, иди! Спи… – пробурчал ей в спину Рагнер. – Самое время…
Тишину, повисшую в воздухе, нарушал лишь треск пламени. Рагнер чувствовал устремлённые на него взгляды дружины, но молчал.
– Темнит что-то девка… – первым не выдержал Бран, озвучивая то очевидное, что сейчас у всех в мыслях крутилось.
– Темнит… – со вздохом признал Рагнер. – Знать бы ещё в чём… Ну ничего, рано или поздно, проговорится…
***
11 Вопросы без ответов
Рагнер
Выспаться в эту ночь Рагнеру так и не удалось. Нет, больше ничего необычного, к счастью, не случилось. До рассвета их больше никто не потревожил.
Но после стычки с разбойниками внутри всё так и звенело от напряжения, а назойливые мрачные думы и вовсе лишали покоя и сна. И, видно, не только предводителя их небольшой дружины. Все нынче дремали вполглаза.
Да ещё приходилось сменять друг друга каждый час. В дозор по-прежнему заступали по двое. Рагнер не ждал повторного нападения этой ночью, но лучше уж проявить излишнюю осторожность, чем попасть впросак. Тем более вопросов до сих пор было больше, чем ответов. Выяснить, что нужно лиходеям от Ильмы, так и не удалось.
А, значит, всего можно было ожидать.
Сама вздорная Лебёдушка занимала в мыслях Рагнера ещё больше места, чем её обидчики. И это тоже крепкому сну мешало. Рагнер то жалел её и оправдывал, то злился за скрытность и скверный нрав. Ведь от души помочь хотел, жизнями своих дружинников рисковал ради этой девицы, а она…
Знать бы, о чём она молчала, чем так упрямо не желала поделиться. Может, тогда удалось бы и весь остальной узел распутать.
Эх, жаль, что с ними нынче нет форинга Ильда! Хитрый Лис с его удивительной наблюдательностью и умением видеть людей насквозь мигом бы разгадал все эти загадки.
В памяти вспыли их летние приключения в Огнеже. Тогда Рагнеру вместе с Ильдом и Виром довелось выискивать злодея, который пакостил Рысям, да так всё преподносил, что вина на Волков падала. И ведь едва не стравил меж собой два могущественных Рода…
Может, и здесь что-то подобное творится? Мир между Лебедями и Барсами тонок, как паутинка. Кому и зачем нужно его рушить? Кому это может быть выгодно?
Рагнер тяжело вздохнул. Он был далеко не глуп, но со смекалистым рыжим Ильдом ему, конечно, не тягаться. Рагнер, простой вояка, слишком далёк от всех этих заговоров и хитрых уловок, которыми, не стыдясь, пользовались те, кто стоял у власти. Ильд, конечно, тоже не знатных кровей, но всё же к ярл-князю поближе, насмотрелся на всякое.
Однако сейчас Лиса рядом нет, а значит, придётся обходиться без помощи друга и самому искать все ответы: кто, зачем и почему.
***
Наконец стало светать. Закончилась эта бесконечная ночь. Пора было в путь выдвигаться. И этому, кажется, все обрадовались. Несмотря на то, что нынче утром все ратники выглядели сонными и уставшими, поднялись бодро, даже будить не пришлось.
Рагнер их понимал. Самому не терпелось скорее и эту пещеру с мертвецами покинуть, и безлюдный зимний лес, и уже куда-нибудь на тракт выбраться, где жизнь кипит, народ снуёт. А ещё лучше быстрее до столицы добраться, на новогоднюю ярмарку посмотреть. Да просто отмыться, выспаться, поесть, отдохнуть. Рагнер к жизни походной с малолетства привык, но в этот раз тяжко ему это странствие давалось.
Вскоре показалась и Ильма. Такая же сонная и хмурая, как все прочие. Да и ратники нынче её куда прохладнее приветствовали. Без грубости, разумеется, но и без улыбок.
Даже Вальд, который вечером соловьём заливался, утром лишь кивнул, сосредоточенно жуя вяленое мясо. Видно, всем не по душе была настороженность и молчание девицы.
Ильма эти перемены, конечно, тоже сразу заметила. Но и полшага навстречу не сделала. Наоборот, ещё выше нос задрала. Взяв немного мяса и взвара, нарочно отсела подальше и упрямо глядела лишь на почти догоревший костёр, ни одним взглядом или словом не удостоив своих спутников.
Словом, расположение духа сегодня у всех оставляло желать лучшего. Но, так или иначе, пора было в дорогу.
Вскоре лошадей оседлали, пожитки собрали, костёр затушили и выдвинулись.
Ильма снова ехала на Беляне, Рагнер шёл рядом, чуть впереди. На неё почти не глядел, хоть порой и хотелось, особенно, когда чувствовал пристальный девичий взгляд, бьющий в спину или затылок.
В волка он сегодня не обращался, сил на это не осталось. Брёл по рыхлому снегу медленнее, чем хотелось бы, но и попутчики Рагнера особо вперёд не рвались.
Впрочем, лёгкий морозец и вновь проглянувшее солнце как-то всех взбодрили. Ратники даже зевать перестали.
Ещё больше дружина оживилась, когда впереди показалось небольшое поселение. Потянуло дымом, послышался далёкий лай собак, голоса. Словом, повеяло обычной человеческой жизнью. После лесного безмолвия окунуться в эти знакомые, привычные звуки было так отрадно.
У ближайшего подворья Рагнер остановил всех, а сам свернул к дому. За забором слышались шаги, скрип, шарканье – должно быть, хозяин дома чистил снег. Рагнер постучал в ворота и заглянул во двор. Бородатый крепкий мужик, отставив лопату, уже спешил к нему.
Поприветствовав хозяина, Рагнер стал расспрашивать, где тут можно раздобыть съестного и купить лошадь. Оказалось, что в поселении был свой рынок. И сейчас, в предпраздничные дни, торговля на нём шла каждый день.
Обрадованный такими новостями Рагнер вернулся обратно к своим.
Вскоре они действительно добрались до шумных торговых рядов. Рынок здесь, конечно, не мог похвастать размахом, далеко ему было до столичных, но всё необходимое Рагнеру удалось найти.
Самое главное, что повезло купить неплохую лошадку для Ильмы, седло и сбрую, а ещё тёплый плащ.
А после они все вместе заглянули в небольшую таверну – подкрепились наваристой грибной похлёбкой и горячими пирогами.
Вот теперь можно было продолжать путь. Покидая это гостеприимное селение, вся дружина Рагнера лучилась улыбками. Посветлела даже злючка Ильма.
***
– Не замёрзла? – заботливо осведомился Рагнер, придержав Беляну и поравнявшись с Ильмой.
Дорога уже пару часов шла по лесу, по обе стороны от неё высились огромные сугробы, приходилось ехать гуськом, друг за другом. Рагнер, разумеется, держался впереди, Лебёдушка за ним, дальше Киран, и все остальные.
Но вот сейчас наконец-то выбрались на открытую прогалину: здесь и снега было поменьше, и дорога пошире. Чуть в стороне, справа, виднелись заснеженные заросли.
А пока по просторной поляне можно было ехать рядом и разговаривать. Или даже устроить здесь небольшой привал.
Рагнер надеялся, что ему всё-таки удастся разговорить Ильму. Сейчас, пока они вдвоём, а все остальные пусть немного, но отстали. Вечером в пещере она ведь тоже не стала откровенничать при всех, а ему о своих злоключениях рассказала.
Но, кажется, сегодня Лебёдушка не была настроена на беседы. Только головой качнула.
– Нет, что ты! Плащ очень тёплый. Благодарю!
– Может, отдохнуть хочешь? – не унимался Рагнер.
– Не стоит из-за меня время терять, – холодно отозвалась девица.
– Как хочешь, – пожал плечами Рагнер, – но лошадям всё-таки нужен отдых. Спускайся!
И сам первым спрыгнул с Беляны, поймал под уздцы лошадь Ильмы, протянул руки, чтобы помочь с седла сойти.
Думал, не примет гордячка его помощь, но она неожиданно соскользнула прямо в его объятия, так что у Рагнера на миг сердце с такта сбилось, когда её тёплое дыхание его щеки коснулось. Коснулось-то щеки, а тепло стало душе, будто солнышко в груди засияло.
Но радость была недолгой. Ильма поспешно отстранилась.
А через миг, не глядя на него бросила, как милостыню:
– Благодарю, Рагнер! За всё благодарю! И за помощь, и за лошадь, и за плащ этот. Ты не думай, я в долгу не останусь. Отец за всё это тебе деньги вернёт. К награде в довесок. За добро твоё, и мы добром отплатим.
– О! Вот как… Благодарю за щедрость! – взъярился Рагнер. Нагнал её в два шага, дёрнул зло за плечо. И выпалил в лицо: – Да не нужны мне твои деньги! И награда не нужна! Думаешь, я с тобой ради серебра нянькаюсь? Думаешь, не будь твой отец богачом, я бы тебя там, в лесу, в сугробе, бросил? Ну и дура же ты тогда, Ильма! За тебя тут каждый жизнь положить готов… А ты всё звонкой монетой меришь. А мне от тебя одна награда нужна… Чтобы верила мне, чтобы врать в глаза перестала!
– Я тебе верю, я тебе… не лгала! – Почему из всей его гневной речи, Ильма обиделась лишь на последние слова. Раскраснелась мгновенно, синие глаза от слёз заблестели.
– А как это называть? – чуть сбавил накал Рагнер, но бил словами по-прежнему хлёстко. – Ты ведь знаешь, почему именно тебя выкрали, знаешь… Разве это не ложь?
Рагнер скрипнул зубами и развернулся обратно к лошадям.
И тут ему в спину долетело:
– Ладно… Я скажу. Хочешь правду – будет тебе правда! Знаешь, кто я такая?..
***
12 Нежданно-негаданно
Рагнер
Рагнер сперва не поверил в то, что услышал. Обернулся, шагнул ближе, не сводя с Ильмы глаз. Ничего не спросил – ждал, что Лебёдушка дальше скажет, лишь брови вскинул – мол, ну, говори!
Но она, испугавшись собственного порыва, тоже умолкла. Шумно вздохнула, будто вместе с воздухом смелости набиралась для признания.
И Рагнеру вдруг стало не по себе. Нехорошее предчувствие в груди закопошилось.
Что же такое поведать хочет эта несносная девица, отчего такую великую тайну из этого делает?
На миг Рагнер даже усомнился, а нужна ли ему эта правда. Может, пусть лучше всё так остаётся, как есть? Как говорится: «Слово, что птица, упорхнёт – обратно не воротишь». Вот откроется она ему сейчас…
А вдруг это признание навсегда разведёт их с Ильмой в разные стороны? Не зря же она молчала всё это время. И так между ними всё непросто, а если…
Рагнер горько усмехнулся и мысленно отвесил себе оплеуху: «Вот же дурак! Разведёт в разные стороны…» Будто сейчас они с Ильмой вместе!
Кто он ей? Лишь случайный попутчик, которого она вынуждена терпеть до поры до времени. Выбора у неё нет, вот и терпит. А после… Забудет его Лебёдушка, едва домой, под отцовское крыло воротится.
А вот он… он, кажется, её забыть уже не сможет…
Сердце сдавило болезненно от этой безрадостной мысли, и в какой-то миг Рагнер уже готов был малодушно отступить.
Но вопреки его желанию с языка само собой сорвалось:
– И кто же?
– Я… – Ильма ещё раз судорожно втянула воздух. И вдруг, вместо долгожданного ответа… испуганно вскрикнула: – Рагнер!
Синие глаза Лебёдушки широко распахнулись. Она метнулась к нему, вцепилась в плечи и дёрнула в сторону. Да с такой силой, что они с Ильмой ненароком поменялись местами.
От столь резкого разворота Рагнер едва устоял на ногах, непроизвольно схватился за девку… И тотчас ощутил, как она вздрогнула, глухо охнула, побледнела и вдруг стала медленно оседать в снег.
В первые мгновения Рагнер даже не понял, что произошло – лишь неловко пытался удержать внезапно лишившуюся чувств девицу. Не вышло, и они повалились вместе в сверкающий белый снег.
Но зимнего холода Волк сейчас не чувствовал – разве эта стужа могла сравниться с тем леденящим ужасом, что сковал его тело и душу?!
Рагнер осел на колени, бережно прижимая к себе Ильму. Обнимая одной рукой, чуть отстранился, заглянул в побелевшее лицо, с тревогой окликнул несколько раз. Но Ильма даже глаз не открыла. Напрасно Рагнер пытался её расшевелить…
Вдруг рука наткнулась на что-то чужеродное, неуместное. Рагнер приподнял немного Лебёдушку и в недоумении уставился на стальное острие, торчащее из её плеча.
Не стрела, не болт. Скорее тонкая игла. Однако смертоносное жало вонзилось в девицу с такой силой, что прошило и плащ, и шубку, и… неизвестно, как глубоко вошло в тело.
Взгляд Волка невольно метнулся в сторону заснеженных кустов. Враг мог таиться только там. Но зоркие глаза ратника по-прежнему не замечали ничего подозрительного.
Сонная тишь. Правда, благодать тотчас была нарушена топотом копыт и шумным дыханием лошадей. К Рагнеру как раз подлетели все остальные.
– Что стряслось? – ещё не спешившись, крикнул Вальд.
– В Ильму стреляли, – прорычал Рагнер. Сейчас он готов был убить себя за то, что допустил такую оплошность, не уберёг Лебёдушку. Обещал защищать, а сам… – Проверьте там! Осторожнее! Не знаю, что это за… Похоже на заговорённые иглы…
О таком оружии Рагнеру слышать не доводилось. В обычных арбалетах использовали болты намного толще и больше, и увечья от них оставались серьёзнее. Однако, даже получив стрелу из лука или болт из арбалета, далеко не всегда раненый вот так сразу в забытье впадал. Так что сейчас Рагнер в первую очередь подумал о яде или магии.
Игла явно была непростой.
Рагнер слышал, что князю Аррдену от отца в наследство нечто такое досталось. Ледяная игла с особыми чарами – коснувшись кожи или волос, она на время превращала человека в неподвижного истукана. Очень полезная вещица, если рядом вдруг окажется враг.
Может, Ильму настигла такая же заколдованная иголочка?
Рагнер без раздумий выдернул опасную находку, с ненавистью глядя на испачканное кровью стальное остриё. Боялся ещё хуже сделать, однако, в нём жила надежда, что чары спадут, если от иглы избавиться.
Но и это не помогло. Оставалось только надеяться, что яд на игле не смертельный, что Ильму ещё можно спасти. Нужно срочно найти лекаря…
Волк поднялся, прижимая к груди безвольное девичье тело. Ноги вязли в рыхлом снегу, но он упорно шёл к лошадям.
Тут снова подлетела дружина. Кто-то из ратников тут же соскочил с сёдел, намереваясь помочь своему предводителю.
– Рагнер, нет там уже никого, – зло бросил Вальд. – Ушёл стервец!
– Следов много натоптано, но успел убраться, мерзавец! – поддержал его Бран.
– Может, попробуем нагнать? Далеко же уйти не мог… – Дар горячился больше всех.
– Следы только людские? – хмуро глянул на них Рагнер. – Звериные есть? Или лошадь была?
– Нет, не видали, – качнул головой Дар.
– А если этот подлец из Лебяжьего Рода? – остудил его пыл Рагнер. – Сделал своё черное дело, крыльями взмахнул и улетел… Нет, некогда нам погони устраивать. Сейчас Ильму надо спасать, к лекарю поскорее отвезти. Не знаю, что это за игла была такая… Но мне это всё совсем не нравится.
– Она что же, всё ещё в беспамятстве? – Дар встревоженно пытался разглядеть несчастную Лебёдушку.
– Да, дело скверно, – нехотя подтвердил Рагнер. – Помогите мне в седло забраться и её пристроить!
***
13 Нежданно-негаданно
Рагнер
– Бран, ты говорил, тут неподалёку ещё одно поселение должно быть? Как думаешь, лекаря там сыскать можно? – обратился Рагнер к темноволосому ратнику, который лучше всех знал Лебяжьи Земли. – Или быстрее будет вернуться туда, где мы лошадку покупали?
– Лучше вперёд ехать, – лишь на миг задумавшись, ответил Бран. – Если верно прикидываю, то не больше часа езды, и будет Белогорка. Селение, правда, небольшое, но уж, поди, имеется свой целитель или травница.
– Тут не абы какой целитель нужен… – встрял в разговор разом пасмурневший Вальд. – Ясно же, что или отрава была на игле, или чары. С таким простая травница не совладает.
– А что делать прикажешь? Стоять тут и ждать, пока она к предкам отправится? – огрызнулся Рагнер и тут же об этом пожалел.
Понимал ведь, что всем за Ильму тревожно, не только ему одному, но не сдержался. Злая мысль, что Лебёдушка может умереть, пока они тут языками чешут впустую, отравляла душу сильнее всякого яда. Будто и ему прямо в сердце вот такую же заговорённую иглу воткнули.
Кстати, проклятый стальной шип выбрасывать, пожалуй, пока не стоило. Нужно с собой прихватить. Вдруг это целителю поможет понять, чем Ильму лечить, как спасать.
Однако обращаться с иглой надо осторожно, как бы ещё кого не сгубила.
– Дайте-ка что-нибудь! – велел Рагнер, по-прежнему держа на руках Ильму. – Тряпицу какую-нибудь, что ли… Гадость эту завернуть.
Дар тотчас выудил из дорожного мешка кусок узкого белого полотна, которым обычно перевязывали раны, и подскочил к нему. Принял иглу осторожно, будто живую змею голыми руками брал, и тщательно завернул несколько раз, чтобы точно сквозь тряпку не уколола.
– Сюда мне в кошель положи! – развернулся к нему боком Рагнер.
А сам уже прикидывал, как бы ему теперь на Беляну взобраться с такой ценной ношей на руках. Пожалуй, придётся отдать раненую Лебёдушку Дару на время. Прежде самому сесть в седло, а потом уж принять и устроить рядом Ильму.
Но выпускать её из рук даже на миг не хотелось. Чудилось, что пока он её держит вот так, у самого сердца, и смерть к ней не подступит.
И всё же пришлось преодолеть глупый страх, ведь каждый миг был дорог.
Рагнер уже почти решился передать Ильму Дару, как тот вдруг посетовал:
– Вот же беда какая свалилась! Нежданно-негаданно… Эх, жаль, Эрики с нами нет! Она бы мигом Ильму излечила.
Рагнер на это только вздохнул тяжко. Да уж, если бы рядом была Эрика, эта дивная, смелая девица с её необычным даром!
Мигом излечить, конечно, и у неё бы не вышло. Увы, Лисичка ведь лишилась большей части той удивительной силы, которой её наделили Великие. Отдала сама, добровольно, ради того, кто был ей и дара, и самой жизни дороже. Рагнер собственными глазами видел, как это произошло. И ту страшную ночь ему до конца своих дней не забыть.
Однако даже теперь умению Эрики исцелять можно было позавидовать. Она бы точно придумала, чем помочь Ильме.
Но Эрика, увы, была слишком далеко, в столице Волчьих Земель. А до Снежени он Лебёдушку довезти вряд ли успеет. Не то сразу бы развернулся и помчался домой, даже княжеский наказ не выполнив.
Аррден простил бы, узнав причину, наверняка, простил бы. А даже если бы не простил, Рагнер и наказание готов был принять, лишь бы спасти эту колючую вредную девицу с глазами цвета зимнего неба.
Да, Эрика была слишком далеко. А без неё помочь Ильме могло только чудо...
Чудо… Рагнера вдруг осенило. Он вспомнил нечто такое, отчего наверняка подпрыгнул бы на месте, если бы не держал на руках бедную Лебёдушку.
Чудо… Ну, конечно, чудо! Вот же дурень! Как он мог забыть!
Да, Эрика сейчас далеко, но помочь она всё равно сможет. По крайней мере, только на это сейчас и оставалось надеяться.
– Кажется, я знаю, что делать… – мигом приободрился Рагнер. – Скорее, надо её уложить! Давайте пару плащей на снегу расстелите! Ну, быстрее же! Чего замерли?!
Недоумение на лицах всей дружины читалось отчётливо, но Рагнеру сейчас некогда было объяснять, что он задумал. Сами увидят. Если, конечно, получится.
Вальд и Дар тут же скинули свои плащи, спешно растянули, соорудив из них подобие лежанки. Рагнер уже собирался опустить на это ложе так и не очнувшуюся от колдовского сна Ильму, как вдруг…
Сперва он услышал знакомый шум: топот копыт, скрип снега, негромкое позвякивание сбруи и оружия. Кто-то стремительно к ним приближался. И это явно был не один всадник.
Дружина тотчас пришла в движение…
Неведомый враг ещё не успел показаться из-за приспанных снегом кустов, а ратники уже с тонким звоном выхватывали мечи, уже, вскочив в седла, выстраивались в круг, готовясь отражать атаку. Один только Рагнер стоял истуканом, бережно прижимая к себе спящую Лебёдушку.