- -
- 100%
- +
Глава 1
Загорелая полоса жизни сменилась на белую! Стало холодно. А потом и вовсе наступила попа!
⁂Эх, хорошо-то, как: солнце, море, пляж! Вот самые заветные слова, которые ассоциируются не иначе как с отпуском. Я лежала на золотом песке, млея на солнце. Где-то в высоте лениво парили чайки, спокойные волны тихо шептались между собой. Легкий бриз нежно играл с моими русыми волосами. Впереди было еще десять дней беспрестанной лени, коктейлей и ночных дискотек. Жизнь определенно налаживалась!
Привстав, я дотянулась до пачки сигарет, взяла в руки зажигалку. Рядом с ярким солнечным диском зависла странная переливающаяся точка. На самолет не было похоже, скорее на дирижабль; только как этот цеппелин меняет цвета? Ай, ну его, решила я и закрыла глаза, всякое может быть, скорее всего, просто оптический обман.
Расслабленно плюхнулась обратно, но чуть не завопила от неожиданности. Моя любимая пятая точка опустилась на нечто безумно холодное. Вскочив как ужаленная, я не поверила своим глазам. Вокруг простиралась снежная равнина. Белые сугробы, вздымавшиеся вверх, как горы, блестели на солнце. В пологих низинах вокруг лежал снег. «Это глюк на фоне солнечного удара, скоро нас откачают!» – авторитетно заявил мозг. Но теплее, к сожалению, не стало. Ноги обжигал ледяной снег, холодный ветер моментально заморозил почти голое тело. Так не бывает! Все попаданцы, о которых я так любила почитать, попадали в довольно тепличные условия, их спасали феи или принцы, на худой конец, волшебные олени или безумно развитая интуиция. Набрав в легкие как можно больше воздуха, я отчаянно заорала: «Бахус всемогущий, что здесь происходит?!»
Мне ответил лишь вой зарождающейся метели. Вокруг не было ни одного ориентира, ни малейшего признака цивилизации. Только редкий лесок чуть поодаль.
На извечный вопрос «что делать?» было решено топать туда. Ноги по колено тонули в сугробах, кожа раскраснелась, а ступней я вообще уже не чувствовала. Солнце тусклым багряным пятном тянулось к горизонту. Ледяная пыль слепила глаза, заставляя все время щуриться и оглушительно чихать. Расстояние казалось небольшим, но пройти его было бы легко в сапогах и одежде, а не в сланцах!
Однако! Деревья в этом лесу все до единого извивались на манер кудряшек, их стволы были каким-то странным симбиозом собственно дерева и осьминога, по всему стволу тянулись розово-фиолетовые присоски. Для чего может потребоваться неподвижно стоящему растению подобный орган? Этот вопрос был не самым насущным в данный момент. Что теперь? «Лезь вверх, если ничего не найдешь, хоть согреешься!» – посоветовал мозг. Какой он всё-таки заботливый.
Замерзшие ноги с трудом удерживались на заледеневшем стволе. Битых пятнадцать минут кряхтя и постоянно соскальзывая, я добиралась до середины дерева, а вдали, как и предполагала, не было ничего: бесконечная белая пелена, ни дымка, ни костерка. Я с горечью отвела взгляд. Если в ближайшее время обстоятельства не изменятся, замерзну насмерть, даже врачи не откачают.
Напоследок захотелось – раз уж с таким трудом поднималась сюда – пощупать столь любопытные выпуклости, и я медленно просунула руку внутрь. Присоски оказались довольно прочными с наружной стороны, отдаленно напоминая плотный каучук, а вот ближе к центру становились мягкими как губка. Рука уже погрузилась в отверстие по первые фаланги пальцев, когда оттуда выглянуло маленькое существо с ослепительно синими глазами. Зверек осмотрел нахалку, потревожившую его покой, и… И тяпнул за указательный палец. Миг – и я уже лежу головой вниз, в сугробе. Да что за мир такой? Неужели так бывает: раз – и ты уже снеговик без шансов на спасение… Стало до слез обидно, только плакать было не к месту, так что пришлось, застонав, встать и начать вычерпывать из купальника снег. А потом еще с добрых десять минут искать пропавшую в сугробе пачку сигарет.
– Нашла! – впервые с какой-то радостью и облегчением выдохнула я. Все же есть в словах известной песни доля правды: «Но, если есть в кармане пачка сигарет, значит, все не так уж плохо на сегодняшний день!».
Сзади послышались чьи-то голоса. Ура! Может, меня наконец-то спасут! «Согреют, оденут, денег дадут…» – продолжил мозг. Так, закатай губу, мой наиумнейший, а то мы сейчас до собственного замка со всеми вытекающими размечтаемся!
Взору предстали два всадника на белых зверях, красивых, хоть и не из лошадиной породы: пушистая серебристая шерсть, мордашки чуть заостренные, как у песца, тело – с четкими контурами волчьего. Скакуны – если их можно было так называть – плавно остановились рядом. Наездники не стали долго рассуждать: они перебросились парой фраз, и один из них подхватил меня под мышки и резким движением закинул поперек седла.
Нет, так ехать будет совершенно неудобно! Что за хамское обращение! Могли бы для начала спросить, как я себя чувствую; как меня зовут, на худой-то конец! Или как в сказке «Морозко», помните: «Тепло ли тебе, девица?». Где церемониальное расшаркивание с витиеватыми, мудреными фразами о моем великом предназначении? Вдруг нам не по пути? «Это что же, мы теперь в плену?» – поднял голову страх. (Так, без паники! Без паники, говорю!) Рассмотреть этих двоих полностью не удалось, скверно-то как… Вдруг это гоблины-каннибалы? Одеты они в куртки с глубоким капюшоном почти целиком, скрывавшим лица: подозрительно. Руки в трехпалых варежках: вполне, может статься, что мутанты! Меховые сапоги до колен: ноги две, уже лучше; хотя это с какой стороны посмотреть: если придется от них удирать, я бы предпочла иметь дело с одноногими калеками. С незнакомым возгласом «Зэж!» наездники погнали животных вперед.
Я начала понемногу отогреваться в теплом меху, что было несомненным плюсом. В минусы можно было записать костлявость ездовых зверей, что не мог не почувствовать мой живот, ловя собой каждую кочку. Я заворочалась, пытаясь хоть как-то смягчить удары. На спину опустилась горячая ладонь. «Пятерня!» – благостно прозвучало в голове. Не сбавляя скорости, всадник легким движением, как маленького котенка, подтянул меня к себе, закрыв полой шубы. И тут произошел новый шок: вместо куртки на моем спасителе была длинная шуба. Как? Когда он успел? Мы быстро приближались к просторному тоннелю, уходившему вглубь высокого бархана. Всадник опять попытался уткнуть мою любопытную моську в свою шубу (нет, что здесь за манеры такие?), хотя особо сопротивляться не имело смысла: спрыгивать высоко, идти некуда, дворцы, замки отсутствуют, а в туннеле такая темень, что собственных рук не видно. Возможно, это было от нервов, но, согревшись, я тут же уснула.
Открывать глаза было мучительно тяжело. «Черт побери, это всё-таки не сон!» – мысль прогремела подобно пушечному выстрелу. Высокий белый потолок украшала единственная зеленоватая люстра. В помещении душно пахло лекарствами и медом. Больница, что ли? Стены были покрыты изумрудной краской, на вид казались жесткими, так что мысль о дурдоме можно было вычеркнуть. Плита и огромные кастрюли отсутствовали, значит, с людоедами тоже вышла ошибочка; оно и к лучшему. И куда я попала? Может, у тех сидящих за столом спросить? В мою сторону изучающе смотрели четверо аборигенов (ждали, когда проснусь?). Такое чувство, будто попала на слет моделей-ролевиков. Уж очень внешность у них притягательная: подтянутые фигуры, с правильными чертами лица, даже у той высокой девушки со следами хронической усталости. Одним словом, красавцы.
– Акиль! Акиль!
А вот это мне совсем не понравилось: черноволосый мужчина, приблизившийся ко мне, держал в руке коричневый ошейник с шипами, каждый – длиной с половину мизинца. Во второй руке у него виднелась тонкая серебристая цепочка, пристегнутая к тому самому ошейнику. Столь галантного кавалера тут же отодвинула бледная девушка. Она демонстративно облизала бледноватые губы и протянула небольшую красную палку. «Это банда межгалактических БДСМщиков! Спасайся кто может!» – вскричал мозг.
Я вскочила на кушетку и ринулась к ближайшей двери, сбросив при этом какие-то склянки. За спиной послышалось злобное шипение. «Наверно, в кого-то да попала» – подумала я и со всей силы дернула на себя дверную ручку, но та так и осталась глуха к моим потугам. К спине прикоснулись чьи-то руки, и их ощущение было очень знакомо. «Тише. Успокойся, все будет хорошо», – теплым ветерком зазвучал в голове ласковый голос. Сама поражаюсь, как это сработало, но мне действительно стало легко и спокойно, словно это были объятия близкого и родного человека во всем мире: такие надежные, заботливые… Захотелось прижаться к мускулистой груди, обвив руками стройную спину, чтобы не расставаться с этим мужчиной уже никогда. Медленно развернувшись, я заглянула в синие ледяные глаза прижимавшего меня к себе пшеничного блондина. Он совершенен! Внутри все ликовало (допускаю, что снаружи я просто пускала слюни). Чувства закружили в водовороте немого обожания, голову заметно повело, я качнулась, благодаря чему непроизвольно отвела взгляд. За спиной блондина к нам приближалась перепачканная троица, злобно потиравшая руки. Чую, не к добру это! «Прости!» – простонала я, а потом чуть отвела ногу назад и со всего размаху врезала ему туда… Ну туда, в общем, вы меня поняли. Он, кстати, тоже. Издав вздох неожиданности, блондин вздрогнул и медленно осел на пол.
А я бросилась ко второй двери, в другом углу. Мне наперерез метнулся еще один блондин, только с более короткой шевелюрой и пепельного цвета. Он поскользнулся на случайно не разбившемся синем шарике, а падая, толкнув меня вперед. Не удержав равновесие, растянулась рядом. Через пару секунд на щиколотке стальной хваткой сомкнулись пальцы парня. Недолго думая, я со всей силы ударила пяткой в лоб нахалу. «В укрытие!» – прокричал мозг. Тело рефлекторно нырнуло под стол. Думаю, это была не самая лучшая идея, так как уже через несколько секунд меня оттуда вытащил черноволосый мужчина, держа за обе ноги. Он был очень силен, впрочем, как и красив. (Не понимаю, почему они так влияют на мой мозг. Кажется, я опять начала «уплывать»). Идеальные черты лица, волевой подбородок и глаза цвета предзакатного неба. (А ну, не расслабляться!) Брюнет легким движением закинул меня на освободившийся стол и наконец застегнул этот чертов ошейник.
«Тело, нам придется тобой пожертвовать!» – испуганно заявил мозг. Нет уж, ничем жертвовать мы не будем! Конечно, моя фигура не была примером идеальных форм и даже не имела каких-то особенно привлекательных черт, но она была такой родной… «Мозг, а давай тобой пожертвуем? Ты все равно ничего путного не советуешь!» – я посмеялась сама над собой, а потом уперлась ногой в накаченный пресс мужчины, попытавшись вырвать цепь из его мускулистых рук. Конечно, это был дохлый номер, но что мне мешало попробовать?
– Какое нервное животное! – заключила девушка и откусила край палки.
– Да вы сами звери инопланетные! И какого Ктулху тут… Что здесь… Стоп! А как? – меня ошарашило осознание того, что теперь могу их понимать.
– Успокойся, мы не сделаем тебе ничего плохого… – начал темноволосый.
– Тогда отдай цепь! – заорала я, потянув с новой силой.
– А ты не убежишь?
– Куда? Ты на улице погоду видел?
Мужчина вздохнул, вытащил из кармана маленькую таблетку, вроде тех, которыми мы открываем домофон, и прислонил к основанию замка рядом с моей шеей; раздался тихий щелчок, и цепочка осталась в его руках.
– Меня зовут Сейнил.
– Я Уголек, – сказал пепельный блондин, потирая ушибленный лоб, – а он Ларель, – махнул в сторону второго светленького. Тот все еще стоял, опираясь на стенку и согнувшись пополам.
– Меня зовут Анлирисмикочливринель, – слегка поклонилась девушка.
– Анка? – я попыталась узнать сокращение этого умственного безобразия.
– Какое же маленькое и глупое животное мы призвали! – фыркнула она.
– А для таких зеленых гоблинов я предел мастерства!
– Хм… – усмехнулся Сейнил. – Почти верно, только ее имя кратко звучит как Анкоринель. И она не всегда такого зеленого цвета, – он на минутку задумался, а я почувствовала, будто по моему мозгу побежало стадо тараканов. – Она дриада, и чем дальше от родного леса, тем ей хуже, а сейчас мы очень далеко.
– Уголек? Странное имя для ваших.
– Это кличка. Его раса скрывает настоящие имена.
– И что же это за раса такая?
Сейнил опять задумался. Тот же эффект тараканов.
– Он похож на описание ваших элементалов, только не дух, а вполне плотское создание.
– Ты роешься в моих мыслях?
– Да, по-другому я не могу подобрать правильных слов для описания.
– Понятно, а вы все так умеете? Кстати, почему нельзя было с самого начала объяснить происходящее ментально?
– Нет, телепатией обладаем только мы… Двое, я и Ларель. Мысленно с тобой общаться очень тяжело, даже сейчас, у тебя и сейчас в голове такая неразбериха, а раньше был просто ужас какой-то!
Что-то не понравилась мне его заминка с озвучиванием количества телепатов, но, пожалуй, сейчас не будем блистать своей догадливостью.
– А вы двое кто?
– Я дроу, а он, как правильно поняла, эльф.
– И зачем я вам?
– В целом мы призывали не именно тебя, нам нужна была ищейка, способная видеть магический след и спокойно переносить данный климат, но из-за того, что в этом мире магия работает несколько криво, и из-за того, что кто-то отвлекся… – он злобно посмотрел на Уголька, – мы призвали тебя.
– Мило. Ну раз так, было приятно пообщаться, если как-нибудь попаду в этот мир, обязательно навещу, а теперь отправляйте меня домой.
Вся четверка смущенно замялась, засияв глупыми улыбками. Колдуны фиговы! И магия у них кривая, и кто-то отвлекается все время! Человека чуть не угробили, а стоят, как будто, так и надо!
– К сожалению, это невозможно, мы исчерпали почти все силы на призыв, но через семь дней обязательно это сделаем!
Я застонала, лишь на секундочку представив, как там на залитом солнце юге загорают люди, пьют коктейли, плещутся в теплых волнах… И все это без меня! Гады! Неприятные мысли были подобны ноющей зубной боли. Весь отпуск псу под хвост! За три оставшихся дня основную программу мне не осилить. Захотелось снова начать буйствовать, орать и лить слезы.
Ко мне приблизился эльф и грустно заглянул прямо в глаза.
– Не печалься, пожалуйста… Думаю, открытый в тебе дар компенсирует все потери.
– Какой еще дар, – я устало махнула рукой: сейчас меня мог спасти от грусти лишь дар по воспроизведению денег из воздуха.
– Ты обладаешь магией тени, это, конечно, очень слабый талант, но все же… Он был запечатан, но мы справились.
– И что теперь, я смогу лечить умирающих, летать или из глаз молнии метать?
– Ну, лекарь из тебя никакой, разве что синяк или царапину залечить получится, летать однозначно не твое, а боевых заклинаний в магии тени вовсе нет. Зато ты сможешь создавать иллюзии, видеть магический след, отводить глаза и даже общаться при помощи телепатии с такими же поисковиками, как ты, или магами высшего порядка, конечно, если они этого захотят.
– На кой мне это все в моем мире? В цирк идти работать? Я вот не пойму, зачем надо было тратить все силы на призыв поисковика вместо того, чтобы просто призвать то, что вы ищете?
– Если б это было возможно, мы бы именно так и поступили, но призыв высшего порядка осуществляется только при соблюдении некоторых условий, что в данной момент нереально. Поэтому придется идти, опираясь на магический след. Из нас никто не обладает навыком поиска. В этом мире чем сильнее маг, тем быстрей он расходует свой энергетический запас, а нам нужно существо со слабым магическим уровнем, то есть, низшего порядка. Мы предлагаем сделку: ты поможешь нам в поиске, а мы отправим тебя через семь дней в твой мир.
– Думаю, у меня все равно нет выбора, – выдохнула я. – Согласна.
– Отлично, тогда можешь пойти посмотреть здесь все, Уголек тебя проводит, а мы пока приберемся, – наверняка они просто хотят пошушукаться без свидетелей! Я молча кивнула в ответ. Приблизившись, пепельный блондин вежливо протянул руку. Интересно, у него глаза сами по себе такие, желтовато-красные, как осенние листья, или это все же линзы? Его насмешливая улыбка откровенно раздражала. Не нравятся мне эти товарищи, чувствую, от них будут одни проблемы. Подойдя к двери, он легонько толкнул ее вперед, и та покорно открылась. Я покраснела до кончиков ушей. Элементаль засиял как начищенный пятак. Ну да, маленькое глупое животное… Наверно, самое глупое… Я гордо подняла голову вверх, пройдя мимо Уголька. (Ничего не было. Слышите, ничего! Это не я такая, это двери у них неправильные). Мы протопали по небольшому коридору с низкими потолками; неровный свет от тусклых ламп выхватывал лишь часть каменных стен, покрытых толстым слоем штукатурки. Двери комнат располагались по правую сторону коридора и имели весьма потрепанный вид: краска на дереве потрескалась, местами виднелись неровные сколы.
– Здесь спальни, дальше ванная, а та дверь ведет в смотровую комнату.
Все помещения – как ни странно – были светлыми с минимумом вещей. Небольшие кровати с парой тумбочек – вот и вся мебель. Все это на постоянное жилище не тянет!
– А мы сейчас в подземном городе? – в голове зрел план побега; еще бы узнать, есть ли куда бежать?
– Нет, это зимник – временное жилище. Тут по ночам очень холодно, и путешественникам без таких мест просто не выжить. А город находится дальше на восток, где-то полдня пути.
Дальнее помещение оказалось больше всех предыдущих; там были арочные потолки с дюжиной вмонтированных по всей длине лампочек. Округлые окна в полстены открывали взору печальный вид: за ними, в сумерках, ветер все так же гонял снежную пыль. Я засмотрелась на унылый пейзаж, когда ко мне на плечи опустились теплые руки. Я подняла взгляд на моего сопровождающего. Его глаза с интересом изучали мое тело.
– Позволь полюбопытствовать, что во мне такого интересного?
– Да все! Ты нас не боишься, хотя знаешь, кто мы такие. И у тебя такая странная одежда…
– Кстати, насчет одежды! Конечно, у вас здесь не холодно, но мне бы хотелось надеть что-нибудь потеплее. Поспособствуешь?
Парень замялся, отойдя на пару шагов.
– У нас нет лишней одежды.
– Как это нет? Вы путешествуете в одних и тех же носках неделями? – мое лицо вытянулось от полученной новости.
– Нет, конечно! – обиделся Уголек. – Вот смотри! – он вытащил из рукавов черной рубашки два тонких браслета. – С их помощью мы создаем одежду, любую, какую только захотим, она не мнется, а если запачкается, ее можно будет просто пересоздать или сменить на другую.
– Отлично. Дашь одно поносить?
– Нет, они работают только в паре, по одному не получится.
– И как же я теперь поеду с вами?
Нахальная улыбка озарила лицо.
– Примерно так же, как и сюда.
– За пазухой?
Уголек оценивающе окинул меня взглядом и довольно кивнул.
– Мы так не договаривались! – я двинулась вперед, на что Уголек развернулся и дал деру. – Стой, чучундра пепельная, мы не договорили!
Конечно, здесь особо не побегаешь, и мы просто переместились туда, откуда пришли, где меня и поймал Ларель. С ходу подняв меня на руки, он опять мягко улыбнулся, глядя синими глазами.
– Да что же ты меня все время как кошака малого таскаешь! А ну пусти!
«Тише, я не обижу тебя, прижмись ко мне, я смогу сделать тебя счастливой» – снова раздался голос внутри. Нет уж, второй раз это не прокатит! Нагнувшись к эльфу, я заискивающе посмотрела снизу вверх, стараясь прижаться поплотнее, достав до уха.
– Не трогай мой Мозг! – закричала я что есть силы.
Его руки тут же разжались… Приземление вышло крайне жестким, кажется, я еще пару дней буду садиться с трудом. Длинноухий отошел в сторону, и он, очевидно, был рассержен. Все же в первый раз моя догадка была верна: у него и вправду ледяной взгляд, а остальное лишь игра.
– Да, что же вы все такие… Что за отношение, вы даже имени моего не спросили!
– А зачем? Мы еще до призыва договорились, что тебя будем звать Роши. Так именуют маленькую путеводную звездочку.
– Вы меня за какую-то говорящую дворнягу держите? – всерьез возмутилась я.
– Слушай внимательно, девочка, – холодно отрезал Сейнил. – повторять я не буду! Лишней одежды у нас нет, ты полностью подчиняешься нам, в противном случае мы оставим тебя здесь. Мы и так были чересчур добры к тебе, просто не оставив замерзать в снегу. Роши теперь твое имя, и ты будешь отзываться на него. Ты наш призванный зверь – и точка, а дворняга или кошка, можешь решить сама, но не забывай, мы можем запросто выкинуть тебя за порог!
В глазах потемнело. Я еле смогла удержаться на ногах. Эта сказка полностью перестала напоминать веселые приключения незнайки. У меня было одно железное правило: никогда не рыдать на глазах у людей, а теперь и нелюдей. Я взяла со стола родную пачку сигарет, развернулась и пошла прочь, чувствуя, как набегают предательские слезы. Мне нужно было побыть одной, и я вспомнила, что в смотровой комнате под самым потолком был лаз на чердак. Влезть по прибитым с краю на стене ступенькам было несложно. Повозившись немного с закисшим механизмом замка, я тенью скользнула в маленькую комнатушку.
Потолок здесь был двускатный, и передвигаться можно было только сильно согнувшись. В дальнем углу сифонило небольшое отверстие, наполняя все вокруг холодом, но благодаря теплу, идущему из дома, температура держалась где-то градусов двадцать. Я села рядом с отверстием, достав сигарету, привычно чиркнула «крикетом», вдохнула горький дым. Темное помещение осветил красный огонек.
Теперь можно было сделать первые выводы. Пока я им нужна, они будут сохранять мне жизнь, а потом… Потом, скорее всего, выкинут как ненужную вещь. И выбора у меня нет. Интересно, что сказал бы барон Мюнхгаузен, если бы его также оставили посреди снегов в одних плавках? Я до боли прикусила нижнюю губу: давно научилась плакать, не издавая никаких звуков. Как же это тяжело – осознавать свое полное бессилие. И если в ближайшее время их восхваляемый дар не проявится, я рискую слишком быстро стать ненужной. Надо как можно скорее добраться до города и раздобыть одежду, потом смотреть по обстоятельствам. Смогли же эти призвать, значит, велика вероятность, что другие смогут вернуть домой.
– Эй! Ты тут? – раздался голос из открывшейся двери.
Я тихо спрятала кончик сигареты в ладонь, затаив дыхание. У выхода вспыхнули красные глаза.
– Хватит прятаться, я тебя вижу!
– Тогда зачем спрашиваешь, тут я или нет?
Парень сел рядом. У него был озадаченный вид.
– Меня послали за тобой: пора тебя накормить и уложить спать.
Он осторожно дотронулся до моего плеча. Я фыркнула, сбросив его руку.
– Передай им, что я скоро спущусь.
– Пошли, ты уже замерзла, а у Анкоринель не хватит сил постоянно лечить тебя от переохлаждения.
– Я и не просила, – пробурчав, я снова затянулась дымом.
Блондин посмотрел на меня так, как будто я только что ежика против шерсти в рот засунула. Ну и пусть смотрит, не жалко. Я выдохнула тонкую струйку.
– Зачем ты это делаешь?
– Помогает собраться с мыслями и расслабиться.
– Но это… Это, ты просто не видишь, что оно делает с твоим организмом!
Ну да, теперь только лекций о вреде курения от этой головешки не хватало!
– Отстань, я серьезно.
– Сначала выкинь!
– Вот еще! Если вы решили, что я ваш домашний попугайчик, это не значит, что я откажусь от своих привычек!
Только сейчас я заметила, что кончики его волос слегка загорелись красным. Он с силой разжал мне челюсть, накрыл мой рот своим и тут же выдохнул в меня чертовски едкий дым. Впечатление такое, будто курила горящие покрышки. Согнувшись, я пыталась выкашлять свои легкие, из глаз снова полились слезы. Он даже не стал ждать, когда закончатся спазмы: просто взвалил меня на спину и почти на четвереньках пополз обратно. В зале нас уже ждали: вся троица сидела, скучающе ковыряясь в своих тарелках.
– Сколько можно тебя ждать, Уголек? – возмущенно спросил дроу.
– Да пока эту кошку найдешь… – он сбросил меня на стул и подвинул ко мне тарелку с ароматным рагу.
– Роши, ты не должна прятаться от нас, мы не собираемся тебя убивать. По крайней мере, пока! А с восходом солнца надо будет отправляться в путь, пожалуйста, будь к этому готова, иначе уедем без тебя.
Он и вправду решил, что может напугать меня сильнее, чем есть? Я исподлобья взглянула на мерзавца. Ну, ничего, отольются кошке мышкины слезки.
– Я все поняла, – на лице расплылась одна из сотен вариаций улыбки для начальства.
– Вот и молодец. Спать будешь с Угольком, ночи здесь холодные, а лишних одеял у нас нет.
Он не успел закончить фразу, как я подавилась. Нет, они издеваются! Спать с угольком, ехать с огоньком, а потом в тюрьму с сахарком?!