Гаспар. Происшествие в Киндерсбурге

Малышка Бия – младшая сестричка Тима и Гашека, поэтому и была она самая любимая и обласканная. На Языке Киндерсбурга, Бия означает «Любимая». Гашек, впервые увидев крошечную сестричку в яслях, затрясся всем телом от умиления и с такой нежностью произнес ей: «Бия», что это и стало ее именем. Тим, будучи старшим, внимательно следил, чтоб Гашек в порыве нежности не навредил крохе Бие, пока родители крутились по хозяйству. Мальчишки с радостью показывали ей свои мальчишечьи игрушки, давая малышке с ними играть, совершенно не переживая, что Бия по неосторожности может их сломать или даже, погрызть.

Обычно младшие сестры растут избалованными принцессами, но только не Бия, она росла среди мальчишеских забав и игр. Будучи совсем крохой, она все время пыталась уловить своими круглыми, как блюдца глазами своих братьев, если они, заигравшись, забывали о своей маленькой сестренке. Бия пыталась выглянуть из своей колыбельки, которая благоухала травами, собранными в Изумрудной Долине и на склоне Зеленой Горы. Тим, старший брат Бии и Гашека очень хорошо знал какие травы нужно собрать, чтобы положить под подушку Бии, например трава с острым, похожим на саблю листом, придавала сил малышке, а другая, которая росла в тени, с круглыми листочками, приносила сладкие сны. Тиму это рассказал его отец, пекарь Папс, с которым они подолгу гуляли по долине, собирая разнообразные цветы и семена растений, которые, Папс, замешивал в хлеб в своей пекарне. Тиму очень нравился цветок, с очень сложным названием Себатанан или как его еще называли в Киндерсбурге, «Следы Слона». Название он это получил из-за своей необычной формы. Четыре его круглых белых лепестка с фиолетовыми прожилками, были похожи на следы слона, будто какой-то слон наступил на ромашку всеми четырьмя ногами. Тим долго учил это слово и всегда с большой гордостью произносил «Себатанан», потому что никто из его друзей не мог его выговорить. Он всегда приносил букет этих цветов и дарил их сестренке, которая почему-то, пыталась их тут же съесть. Гашек же, сколотил для сестренки лесенку, чтоб, став постарше, она могла вылезать из кроватки и залезать в нее. Он даже расписал ее красками, чтобы Бия радовалась, каждый раз, становясь на лесенку.

Бия росла, полностью соответствуя своему имени. Она была любима всеми и любила всех, став постарше она старалась помочь своей маме по хозяйству. Дея, видя, как ее маленькая дочурка старается ей помочь, расцветала и от умиления начинала петь. Ее голос, чистый как воды голубой реки, ласковый как прохладный ветерок, который спускался со Снежной Вершины в жаркие летние дни.

Дети очень любили моменты, когда их мама начинала петь, казалось, даже Солнце замирало и слушало, как льется голос Деи из открытого окна по переулку.

Гашек любил мастерить, поэтому любимым местом в доме у него была небольшая каморка, где отец хранил инструменты. Он всегда с интересом наблюдал как Пекарь Папс, чинил что-то, используя разные инструменты. Гайки и винты он закручивал рогатым ключом, или другим затейливым ключом, который задорно трещал в мускулистых руках Папса. Отвертки, стамески, рубанок, коробочки с винтиками и гайками разных размеров и форм: все это было разложено на полочках или развешано на стенках и Гашек знал все их наизусть и для чего каждый инструмент нужен. Он с нетерпением ждал момента, когда мама попросит его починить, хоть что-нибудь, пока Папс в пекарне. Дея и Папс, знали это и поэтому иногда Папс, специально мог выкрутить винтик откуда-то, чтобы днем Дея попросила Гашека починить. Он подходил к этой просьбе очень серьезно, внимательно выбирал инструмент после тщательного осмотра поломки. Усвоив золотое правило «Класть инструменты на свое место», Гашек получил доступ в сокровищницу и теперь, наряду с Тимом, мог ремонтировать отцовскими инструментами.

Бия любила наблюдать, как братья слаженно, словно один организм могли сделать все что угодно, будь то починить или наоборот похулиганить. К ее дню Рождения, Гаспар, подарил ей Куклу-Фею, которую сшил специально для малышки Бии. Это была любимая игрушка Бии, она и по сей день ее бережно хранит. Став постарше, она играла уже вместе с братьями, Тим сажал куклу на свой любимый паровоз и катал ее по железной дороге, которую прокладывал Гашек. Она росла, окружена любовью и заботой, и излучала эту заботу и доброту. Никто не мог сдержать улыбку, когда смотрел в эти большие круглые глаза и на эти непослушные кудряшки, которые постоянно падали ей на глаза, будто бы сами хотели посмотреть в них. Бия не могла справиться с этими непослушными волосами, в моменты крайнего возмущения могла зарычать, как маленький котенок, воображающий себя тигром, и даже топнуть своей маленькой ножкой.

Больше всего она любила слушать рассказы Тима о дальних странах и великих путешественниках. Тим очень любил читать о путешествиях и представлял как он, побывает во всех странах Мира и в каждой найдет себе друзей. Он с упоением рассказывал малышке об Африканских Саваннах, Восточных Базарах, Северных Льдах, Горах и Океанах. Он рассказывал это настолько живо, как будто бы находился там в этот момент и видел это все своими глазами. Этому он научился у своего папы, который так же живо рассказывал о том, что в Африке можно покататься на настоящем слоне, а если залезть на шею Жирафу, то можно достать до облаков. А если у берега моря выкопать ямку и крикнуть в нее, а на другом краю моря кто-то выкопает такую же ямку, то он может услышать то, что крикнули на другом берегу. Тим наметил даже план путешествия, куда он обязательно хотел отправиться с мамой, папой, Гашеком и Бией. Он даже решил, что первым делом он поедет в Константинополь или в Багдад, чтобы купить там, на Восточном Базаре – Ковер-Самолет, о котором ему рассказывал его отец. Он даже собирал монеты в копилку, чтобы купить это чудо, ведь ему нужен был достаточно большой Ковер, чтобы на нем уместилась вся его большая и любящая семья, а такой большой Ковер-Самолет, стоил, как он полагал, дорого (купив Ковер-Самолет, путешествовать по Миру стало бы гораздо проще). Тим представлял, как торгуется с продавцов на Базаре, и потом, купив огромный пестрый Ковер, оседлает его, и прилетит в Киндерсбург, чтобы забрать своих самых любимых людей в путешествие. Он прилетит на ковре, нагрузив его всевозможными восточными сладостями: Пахлавой, Лукумом, Щербетом и угостит всех жителей Киндерсбурга на Ратушной Площади в Воскресный день.

Гашек, желая помочь брату, пытался смастерить Ковер-Самолет из ковра, который лежал. Он выслушал и прочел множество сказок, где упоминался летающий ковер, изучал разные схемы, наблюдал за птицами и падающими осенними листьями. Сколько раз, проводя новый эксперимент, Гашек выбрасывал их пушистый ковер из гостиной с чердака на головы прохожих, но так и не смог его заставить полететь. Однако, он не отчаивался и повторял попытки раз за разом и однажды Гашеку, даже показалось, что ковер все-таки немного полетел. Стоит ли говорить, что с тех пор Гашек стал экспериментировать чаще и разнообразнее, при этом, как настоящий изобретатель, заносил результаты экспериментов в блокнот.

Бия старательно помогала братьям во всем, и даже, разрешала взять любую куклу, кроме балерины, чтобы та, побывала в качестве пилота на Ковре-Самолете.

Первый раз, она попала в лавку Гаспара, когда у Тима отлетело колесо на деревянном паровозе и они с Гашеком, не смогли отремонтировать эту поломку. Конечно, Тим был очень расстроен, но он знал, что Гаспар, сможет починить любую игрушку. Бия, взяв руку брата своей маленькой теплой ручкой, шагала по улочкам Киндерсбурга, рассматривая яркие дома, утопающие в цветах на фоне голубого неба. Она радовалась тому, что сейчас она идет по такому красивому городу рядом со своим братом, который ей казался самым красивым, самым сильным и самым умным братом в Мире. По дороге Бия здоровалась с прохожими и желала им прекрасного дня, не удивительно, что дойдя до Игрушечного Переулка, у Бии были полные карманы конфет.

Над входом в Лавку Гаспара, под кованым козырьком висели две деревянные лошадки, которые, Гаспар, раскрасил «в горошек». Это выглядело очень забавно, ведь таких Лошадей не было в природе, хотя если существует Ковер-Самолет, то и лошади «в горошек» также должны быть, тем более, Тим, ей рассказывал о лошадях «в полоску». Лошадки покачивались на ветру, слегка поскрипывая цепочками. На козырьке, свесив ноги, сидел фарфоровый Ангел, который наблюдал над всем, что происходило в переулке. Бия подняла глаза, улыбнулась и поздоровалась с ним, ей, даже показалось, будто Ангел задорно подмигнул и шутливо показал ей кончик языка. Вход охраняли два деревянных солдата. В красных мундирах и темных иcсиня-черных, штанах с золотыми лампасами. Стражники выглядели весьма приветливо, поэтому и с ними, Бия, тоже поздоровалась. Старинная дверь с потемневшей от времени ручки скрипнула, а колокольчик над ней разлился звоном по тишине Лавки.

Войдя внутрь, Бия, ахнула от удивления, столько игрушек она не видела никогда в своей, совсем еще недолгой, жизни. (Паровозы, куклы, аэропланы, солдаты, лошади, медвежата, извозчик в широкополой шляпе на смешной двухколесной телеге, феи, парившие в воздухе: глаза малышки не могли охватить всего этого великолепия). Детишки, рассматривали и играли с игрушками в лавке, снимая их прямо с полок. Гаспара, Бия, не помнила, потому что была совсем еще крохой, когда он принес ей ее любимую балерину. Вдруг она увидела, как по лестнице спускается могучий великан с пышной бородой и густыми бровями, она даже слегка испугалась и схватила Тима за руку из всех сил.

– Здравствуйте, Дяденька Гаспар, – крикнул Тим и махнул ему рукой, в которой он держал поломанный паровоз.

– Тим! Здравствуй, мой друг! Ох, да ты не один! Привет, малышка Бия.

Бия, немного засмущавшись, стала прятаться за брата. Нет, она не боялась, а скорее смущалась того, что она испугалась, как только увидела этого доброго великана. Белоснежная улыбка из-под густой бороды излучала добро и любовь ко всему Миру. Выглядывая из-за спины Тима, Бия, тихонько поздоровалась и расцвела улыбкой, потому что не улыбнутся, увидев улыбку, Гаспара, было просто невозможно.

– Ой, а у меня есть кое-что для тебя, – сказал Игрушечных Дел Мастер, запустив свою могучую ладонь в передний карман Фартука, достал оттуда маленького Ангела, похожего на того, который сидел на козырьке. Он был настолько маленький, что умещался в маленькой ладошке Бии. Малышка внимательно рассматривала белого Ангелочка, рассматривала его лицо и руки, сложенные в Молитве. Она удивлялась, как такими большими руками можно сделать такого маленького Ангела? Бия сжала его в ладошке, прижав ее к груди и тихонько прошептала: «Спасибо, Дяденька Гаспар, я буду его очень-очень беречь».

– А знаешь, скажу тебе по секрету, – Гаспар, наклонился прямо к ее маленькому ушку, – он умеет исполнять желания, но только самые-самые заветные, поэтому по пустякам его не тревожь.

Бия, кивнула, глядя своим детским добрым взглядом на Игрушечных Дел Мастера.

– Дай-ка, Тим, я погляжу, что с твоим паровозом…

– Мы пытались с Гашеком починить, но не получилось, – Тим грустными глазами смотрел то на свой любимый паровоз, то на Гаспара.

– Нет в жизни ничего не поправимого, что нельзя починить. Обожди меня здесь, Тим, покажи сестре мою Лавку. Гаспар удалился в небольшую дверь под лестницей. Глаза Бии, не могли охватить всего, что было в этой небольшой Лавке. Такое огромное количество игрушек просто не могло уместиться в такой крошечной лавке! Тим с интересом разглядывал деревянные Аэропланы и Корабли, подумывая об альтернативе Ковру-Самолету. Однако, Аэроплан его не устраивал, потому что, туда не помещалась вся его большая семья, а на Корабле можно передвигаться только по морям, что существенно ограничивало возможности. Хотя, если бы Гашек придумал, как сделать летающий корабль, то это был бы лучший транспорт, пожалуй, даже не хуже, чем Ковер-Самолет!

Бия рассматривала Фей, которые кружили над вазой с Себатанами, она даже слышала, как жужжали крылышки у этих летающих принцесс и как смеялись они, играя в салки. Неподалеку от полка деревянных солдат куклы в богатых платьях пили чай из маленьких чашечек. Они любезным жестом пригласили Бию, к чаепитию. Малышка выпив чаю с молоком, сделав легкий книксен, пошла вдоль полки с Плюшевыми Медведями. Они казались совсем еще малышами, как она сама. Поэтому они внимательно рассматривали Бию, несмотря на то, что давным-давно уже привыкли к детям, которые все время играли с ними в лавке Гаспара; а кто-то, даже забирал их себе домой. В самом дальнем конце полки, она увидела старенького Медвежонка, с заплатой на лапке и разными глазами. Шкура этого Медведя была потертая, во многих местах, зашитая, залатанная. В отличие от других Медведей на полке, которые были малышами, этот казался старым, и почему-то, очень мудрым Медведем. Он прятался в самом дальнем конце полке, будто бы прячась от детей. Бия, став на носочки, попыталась дотянуться именно до старого Медвежонка, но будучи совсем еще маленького роста, она не смогла дотянуться.

– Привет! Я Бия, а тебя как зовут?

Но Медвежонок молчал, но Бия, уловила своим детским цепким взглядом, что Медвежонок шелохнулся, чего даже он сам от себя не ожидал. Бия махала ему своей маленькой ручкой, но Медвежонок застыл и безучастно наблюдал своими пуговками за малышкой.

– Я знаю, что ты меня слышишь. Давай дружить, не надо прятаться, – сказала ему Бия. Не получив ответа, она улыбнулась Медведю, пожала плечиками и пошла дальше знакомиться с лавкой Гаспара. Мальчишки выстраивали Солдатов и железные пушки, отдавая своим армиям команды громкими отрывистыми голосами. «Вррррр!» – пробежал мимо Бии рыжеволосый мальчишка с Аэропланом в руке, едва не сбив кукольный домик вокруг которого петляла железная дорога. Смешной извозчик в широкополой шляпе вез на своей двухколесной телеге несколько бочек и напевал веселую песенку. Бия слегка толкнула крупную лошадь-тяжеловоза, и она зашагала, цокая всеми четырьмя механическими копытами по столу. Кажется, этого не ожидал даже сам извозчик, который чуть не опрокинулся назад в свою телегу.

– Тим, – послышался голос Гаспара, – Паровоз снова готов встать на рельсы.

– Спасибо, Дяденька Гаспар!

Радости Тима не было предела, он вертел паровоз в руках, на котором даже и следа не осталось от былой поломки, а краски, будто бы стали даже ярче, чем были. Дерево хранило тепло рук Гаспара, согревая теперь руки Тима, который от радости прижимал паровоз к груди. Тим взял Бию за руку.

– Подожди, Тим, – она вытянула свою ладошку из руки брата и побежала к куклам – феям, чтобы оставить по конфетке им. Потом, она подбежала к полке с плюшевыми медведями, туда, где прятался Старый Медведь.

– Возьми конфетку, Медвежонок, ты ее съешь и улыбнешься.

Медведь так же хранил молчание, но, казалось, что на его плюшевой мордашке появилась еле заметная улыбка. Потом малышка положила конфетку на двухколесную телегу и попросила извозчика отвезти ее тем, кто сейчас грустит или кого она очень-очень обрадует. У нее в кармашке осталась еще по конфетке для братьев и по одной маме с папой. Гаспар видел, как малышка ходит по лавке, делится конфетами с игрушками, и ему было радостно от того, что в Мире так много таких добрых людей, как Бия.

Выходя из Лавки, Бия подумала, что когда они с мамой испекут булочки с розовым вареньем, она обязательно угостит Гаспара.

– Тим, а что на самом деле Гаспар все эти игрушки делает сам?

– Конечно, сестренка, он же Гаспар!

Старый медвежонок глядел на конфетку, которую ему оставила малышка на краю полки, ему было очень-очень радостно. Гаспар подошел к полке и положил конфетку поближе к Медведю.

– Она просто чудо, не правда ли, Ларсен?

Ларсен плюшевой лапой пододвинул к себе конфету. И на мордашке его расцвела улыбка. Ему очень понравилось имя малышки, он еле слышно шепотом повторял: «Бия, Бия.. Биечка».

– Знаешь, Ларсен, это очень необычные, я бы даже сказал особенные дети. Их воображение поражает своей чистотой и силой. Тим настолько мечтает о Ковре Самолете, чтобы облететь весь Мир на нем, что меня едва не унесла циновка, которую я постелил в Мастерской. Воображение Гашека построило железную дорогу и аэропланы.

Медвежонок Ларсен, внимательно слушал Гаспара. Он очень хорошо понимал то, о чем говорил Игрушечных Дел Мастер, ведь он был хранителем секретов Лавки.