Гаспар. Происшествие в Киндерсбурге
- -
- 100%
- +
– Приветствую Вас, Почтеннейший из Плюшевых Медведей, Гуззи Вик к Вашим услугам!
Гуззи Вик, очень любил Королевские Манеры и мечтал, что однажды у него появится настоящая Карета, в которой будет ехать Король или, по крайней мере, Принцесса.
Ларсен положил на телегу своей плюшевой лапой конфету, которую ему сегодня оставила Бия.
– Гуззи, будь так добр, доставь конфеты к вазе с цветами, чтобы Феи разделили угощения среди всех поровну.
– Слушаюсь Вас, Ваше Плюшевое Превосходительство! Будет исполнено! Домчу быстрее ветра в целости и сохранности! Гуззи Вик, потянул поводья, лошадка тронулась и телега, поскрипывая, направилась к вазе с Себатанами. Ларсен шел по полкам, по прилавкам, где были расставлены игрушки. Каждая игрушка здоровалась с самым главным Плюшевым Медведем в Мире. Куклы даже пригласили Ларсена к чаю, что, как правило, они делали каждый раз, когда видели кого-либо. Особенно любил пить кукольный чай Извозчик, Гуззи Вик, который был влюблен в Марту, самую прекрасную, как он говорил, Куклу на Свете.
Гаспар сел за свой рабочий стол, включил лампу и стал рассматривать небольшой деревянный брусок. Красивый и ровный брусочек дерева, который невероятно вкусно пах лесом.
– Надо спуститься в Зал Воображения, посмотрим, что мы можем из тебя сделать.
Гаспар часто говорил вслух с будущими игрушками. Ларсен присел на краешек стола и еле слышно болтал в воздухе лапами, пока Игрушечных Дел Мастер настраивался на работу, рассматривая брусочки, кусочки ткани, полоски кожи. Все это должно было вскоре превратиться в новые игрушки. Ларсен тоже с интересом разглядывал заготовки, но больше всего он любил краски. Ему очень нравилось смотреть, как кисточка еле слышным шорохом оставляла яркий след, или наоборот размывала след, создавая нежный оттенок. Медвежонку казалось это волшебством, он всегда внимательно следил за тем движением руки Гаспара. Движениями кисти. Иногда Гаспар, разрешал Ларсену раскрасить простые детали. Плюшевый Медвежонок очень хотел научиться рисовать лица кукол или разрисовывать мундиры солдатов, но плюшевым лапам было нелегко удержать кисть, чтобы рисовать мелкие и тонкие линии.
Снизу из Лавки послышался громкий клич. Гуззи Вик, стоя на бочках, приложив деревянные ладошки к лицу, кричал наверх в Мастерскую, на манер Глашатая.
– Ваше Игрушечное Высочество!!! О, Повелитель Детского Смеха!! Твои Верноподданные ждут тебя!
Гаспар засмеялся в голос, вздрагивая всем телом, утирая всей ладонью проступившие на глазах слезы от неожиданного смеха.
– Ларсен, друг мой, откуда у этого весельчака, Гуззи, такой запас Придворных манер?
– Не могу знать, Гаспар, ведь ты создал его.
– Не я создал, я всего лишь дал форму детским мечтам. Ему решительно необходима Королевская Карета. Встав из-за стола, приняв гордую королевскую осанку, Гаспар, слегка откашлялся, чтоб голос его звучал чище.
– О, достопочтенный, Возница Гуззи Вик, Благодарю тебя за безупречную службу!
Ларсен, спрыгнув со стола, выбежал на ступеньки, которые вели вниз в Лавку, и, вскарабкавшись на перила, провозгласил:
– Его Игрушечное Величество, Король Гаспар!!!
Гаспар, накинув на плечи плед, на манер королевской мантии, гордо вышагивал по ступенькам.
Марта подошла к ступенькам и, застенчиво поглядев на Гаспара, пригласила его к чаю с конфетами, потому что все игрушки очень хотели разделить угощение с Гаспаром.
– Гаспар, игрушки очень хотят, чтобы Вы разделили с нами угощение, мы чай уже заварили из горных трав Изумрудной Долины, как Вы любите.
Гаспару было невероятно приятно, что его игрушки так о нем заботятся и хотят разделить с ним всего несколько конфет. Он решил, что отказывать будет совершенно невежливо, поэтому чаю он с удовольствием выпьет.
– Благодарю тебя, Марта, Благодарю тебя, Гуззи, Благодарю Вас всех, Друзья. Гуззи Вик протянул Марте руку, чтобы помочь ей взобраться на телегу и отвезти ее к кукольному домику, где собрались уже все игрушки. Взяв свою любимую за руку, Гуззи жутко засмущался и его деревянные щёки покрылись румянцем. Румянец растекался по всем щекам и Гуззи стеснялся, что Марта заметит это, оттого улыбчивый извозчик, стал похож на спелый помидор в широкополой шляпе.
Феи поднесли Гаспару чашку чая, но от конфет он любезно отказался. Гаспар очень любил чай из горных трав Изумрудной Долины. Ларсен часто приносил ему чашку этого ароматного напитка прямо в Мастерскую, когда Гаспар, настолько был увлечен работой, что даже забывал поесть. Медвежонок очень любил момент, когда Игрушечных Дел Мастер входил в Зал Воображения, чтобы узнать о детских мечтах.
– Благодарю Вас, друзья, за столь щедрое угощение. Марта, чай был просто бесподобен! Как всегда.
Зал воображения не имел ничего общего с залом, это была та самая каморка под лестницей, где Гаспар днем отремонтировал деревянный паровоз Тима. Здесь хранилось самое главное богатство Мастера – Детское Воображение. Ларсен помогал собирать его отовсюду, а детишки сами приносили его и щедро рассыпали его по полкам вместе со смехом и теми особыми искорками в глазах, которые есть только у них. Ларсен собирал его своими плюшевыми мягкими лапами и относил в каморку под лестницей. Гаспар считал, что называть место, где хранится Воображение каморкой – неправильно, поэтому решил назвать это местечко залом, однако, дом, где располагалась Лавка и Мастерская Гаспара, был очень маленьким, поэтому зала в нем просто не было, да и беречь Детское Воображение нужно было в укромном месте, которым оказалась каморка под лестницей. Игрушечных Дел Мастер каждый день приходил сюда, чтобы узнать о каких игрушках мечтают дети, после этого, зачерпнув полную пригоршню Воображения, он поднимался наверх в мастерскую и создавал новые игрушки, порой, даже не понимая, что именно делали его искусные большие руки. С первыми лучами утреннего солнца Ларсен раскладывал новые игрушки в Лавке, а Гаспар мог немного передохнуть, ведь совсем скоро двери Лавки должны открыться, чтобы маленькие посетители могли радоваться, рассыпая крупицы воображения и смеха по всем полкам, прилавкам и столам.
Выпив чаю, Гаспар откланялся всем игрушкам и отправился в Зал Воображения. Через открытую дверь в лавку вылился яркий белый свет. Огромный белый шар парил в воздухе, внутри него, Гаспар видел все, о чем мечтали его маленькие друзья, в какие игры играли и что представляли себе. Куклы, солдаты, мячи, кубики: все это кружило в шаре, а Гаспар и Ларсен заворожено рассматривали, не переставая удивляться этому чуду. Детскому Воображению.
– Смотри-ка, Ларсен какая интересная вещица, – сказал Гаспару, указывая на деревянную раму с колесами, – на ней можно кататься, оказывается, – удивился Мастер.
– Это самокат, он сам катит или его самого катят, вот уж не знаю, но вещь интересная. В Киндербурге растет изобретатель. Думаю, Гаспар, тебе стоит побаловать этим самокатом, а то только друг на друге верхом катаются.
Гаспар зачерпнул своими большущими руками витающее в воздухе воображение и направился в Мастерскую. Он взял с собой тот самый самокат, клоуна и даже головоломку, и направился вверх по скрипучей старой лестнице. Гаспар, мог бы починить лестницу, но ему так нравился скрип каждой ступеньки, что он попросту не хотел себя лишать этого удовольствия. Ларсен просто обожал этот момент, когда Гаспар поднимался в мастерскую и вскоре, казалось бы, обыкновенные деревяшки превращались в то, о чем мечтали и что воображали дети. Игрушечных Дел Мастер прилаживал, подпиливал и шлифовал детали. Увлеченно сложив трубочкой губы, Гаспар погрузился в работу.
Ближе к утру Ларсен принес Гаспару горячий шоколад с зефиром. Это означало, что Его Игрушечное Величество должен был идти спать. В карман своего фартука он накидал небольших ангелочков, фигурки животных, которых он раздаст детишкам, как только лавка откроется. Больше всего Гаспар был доволен новой игрушкой – самокатом. Он был еще не разукрашен, но уже полностью готов.
Медвежонок Ларсен косился своими пуговками на пузырьки с краской, ему очень хотелось раскрасить это новое чудо, которое Гаспар выловил в Зале Воображения. Ларсен осторожно открыл пузырек за пузырьком и опустил всего лишь самый кончик кисти, которую старательно держал двумя лапами. Медвежонок всего лишь хотел попробовать, что у него выйдет, но в итоге Ларсен расписал весь самокат в яркие цвета. Он рисовал узоры, которые он раньше видел на игрушках. Ларсен, даже пытался сложить губы трубочкой, чтобы быть похожим на Гаспара. Красный самокат с белыми колесами и узорами стоял уже в Лавке на самом почетном и видном месте, ожидая первых посетителей. Утреннее солнце, которое проникало сквозь стекла, заставляло самокат еще более яркими цветами.
Шаги Гаспара заставили Ларсена поволноваться. Ведь он никогда не мешал Мастеру создавать игрушки.
– Эх, мне бы такой транспорт! – сказал Гуззи Вик (где-то позади широко улыбаясь и указывая пальцем на новенький блестящий самокат).
Гаспар спустился в Лавку и поприветствовал все игрушки, но более всего его удивил Ларсен, который смущаясь, прятался на своей полке.
– Ларсен! Ты просто художник! У тебя золотые лапы, мой друг, – сказал Гаспар, увидев самокат который красовался в центре Лавки, – скорее же откроем лавку, чтобы дети увидели это чудо!
Глава 4 Гашек и самокат
Бия очень хотела вернуться в Лавку к Гаспару, к тому самому плюшевому медвежонку, которого она вчера увидела. С утра она помогла Маме Дее, которая решила побаловать всех ягодным конфитюром. Бия тщательно промывала ягоды, представляя, как они растут, быть может, они даже друг с другом разговаривают. Интересно, а разные ягоды могут общаться между собой, например, черника с земляникой; сможет найти общий язык или же они разговаривают на разных языках? Дея всегда смеялась, когда маленькая дочурка задавала ей подобный вопросы, но все же, вопрос был далеко не глуп.
– Пойди лучше спроси Тима, он очень умный и знает ответы на все вопросы, – отвечала ей Мама.
Бия всегда задавала Тиму разные вопросы, на которые он, как правило, отвечал.
– Нуууу, сестренка, теоретически, они могут говорить на одном языке и друг друга понимать, ведь они же ягоды, но могут и не понимать друг друга, разные ведь. Надо их подслушать.
Бия решила, раз ягоды растут в Изумрудной долине, то и разговаривают все на языке Киндерсбурга. Только пришла к этому выводу, как на малышку налетел Гашек. Он уже знал о новом чуде, которое продается в Лавке Гаспара. Дети Киндерсбурга только и говорили о каком-то самокате, но никто не решился опробовать его. Гашеку не терпелось побежать в игрушечный переулок и поскорее посмотреть, что же это такое «самокат». Возможно это то, на чем он когда-то в своих мечтах катался по улочкам Киндерсбурга и других городов.
Дети побежали в Игрушечный Переулок, где детей было даже больше, чем обычно. Гашек, взяв Бию за руку, с нетерпением вошел в Королевство Игрушек. Бия мысленно поздоровалась с Ангелом, который сидел на козырьке, а он опять в ответ показал ей кончик языка и подмигнул ей глазом.
В центре небольшой Лавки Гаспара красовался алый самокат с красивой изогнутой рамой, белыми колесами. Рама и руль были расписаны узорами, которые разглядывал даже Гаспар.
– О! Гашек, друг мой, как я рад тебя видеть! Ты с сестрой! Бия, принцесса моя, здравствуй! Тим, приветствую тебя, мой друг.
Гашек робко подошел к самокату, он был точно таким же, как и в его мечтах и снах, разве что без узоров, которые ему очень нравились. Гаспар будто бы подглядел в его воображение.
– Ну что, Гашек, покажешь как с этим совладать.
Он торжественно, растягивая удовольствие этого момента, взял самокат, поставил ногу на широкую площадку и оттолкнулся второй ногой. Гашек летел по улицам городка вдоль ярких стен домов, утопающих в цветах и все ароматы перемешивались в его носу, создавая аромат счастья. Ему хотелось ехать быстрее и быстрее, пролетая мимо фонтана на Ратушной площади, мимо Бургомистра Штроппа и пекарни своего отца Пекаря Папса. Часовщик Урр с интересом выглядывал из своей башни, пытаясь понять, что же это такое летит по улицам Киндерсбурга, да еще, заливаясь ярким детским смехом. А Гашек толкался сильнее и сильнее, чтобы ветер обнимал его и задорно свистел в его ушах. Вот уже видны Красные Ворота и недоумевающие стражники, которые не могли понять, что же это такое, что несет Гашека, сына Пекаря Папса. Перед самыми воротами Гашек резко свернул на улицу Тихого Часа и пронесся по ней как Ураган. Гашек хотел ехать быстрее ветра, но, увы, у ветра были другие планы. Ободранные локти и коленки сильно болели, а Гашек не мог понять, болят ли сильнее раны на коже, или обида в душе, что он не смог удержаться.
Малышка Бия тоже захотела попробовать самокат, но она была слишком мала, поэтому почти сразу же самокат ее сбросил с себя, оставив ее с грязным платьем и ссадинами на локте и коленке.
Тим был более рассудителен и поэтому старался кататься медленно и плавно, но это и ему не помогло, он плюхнулся, когда остановился, коленки и локти уцелели, но зато ссадина на ладони и шишка на лбу оставили напоминание о первом катании на самокате.
Гаспар промыл ребятам ссадины и смазал их мазью из лечебных трав. Дети по очереди брали самокат, чтобы попробовать прокатиться, бежали друг за другом шумной смеющейся толпой. Ребята менялись и бежали вприпрыжку за самокатом, который оседлал очередной счастливчик. Белые колеса покрылись пылью и превратились в серые.
День с самокатом пролетел очень быстро, ребята сели у Фонтана на Ратушной Площади, чтобы перевести дух. Солнце уже клонилось к Западу, за Снежную Вершину. Гашек смотрел на самокат, алый самокат с белыми колесами. Ему очень хотелось взять его домой, он даже представлял, как каждое утро будет с мамой ездить в Лавку Молочника и в Овощную Лавку, чтобы маме не пришлось нести корзины в руках. Гашек подумал, что Тим и Бия тоже могли бы брать его кататься. В кармане Гашек нащупал монетку, которую нашел как-то, прогуливаясь по Изумрудной Долине. Гашек думал, что теперь эта монета будет его Талисманом, поэтому носил ее всегда с собой в кармане. Гашек достал ее из кармана, повертев на солнце. Монета сверкала своими золотистыми боками, которые были старательно отшлифованы пальчиками до зеркального блеска. Внимательно посмотрев на монету, которая раскидывала по площади золотистых солнечных зайчиков, Гашек, что есть сил, сжал ее в кулак и громко про себя загадал желание, представив, как на этом красном самокате они все вместе с Тимом и Бией будут резвиться и даже помогать родителям. Он так громко внутри загадывал это желание, что его мог услышать не только Посейдон с Дельфинами в Фонтане! Но и все кто мог исполнить искреннее, детское желание. Наверное, даже далеко на Севере Дедушка Мороз услышал маленького Гашека из Киндерсбурга, который очень мечтал о самокате. Монета с ярким и чистым звоном взметнулась ввысь с пальцев Гашека и через мгновение плюхнулась в воду у ног Посейдона, подняв вверх небольшой столбик прозрачной воды.
Гаспар, так отчетливо слышал желание этого мальчишки, который просил у Посейдона в Фонтане алый самокат с белыми колесами, не для себя одного, а для всех троих. Игрушечных Дел Мастер даже услышал звон монеты. Когда толпа детишек принесла новую игрушку обратно в Лавку Гашек был немного грустным.
– Дяденька Гаспар, а можно я завтра еще приду и возьму немного самокат?
– Ну, конечно же, Гашек.
– Спасибо! – Лицо мальчишки озарила улыбка, словно его осветило Солнце,
– А скажите, его сложно смастерить самому?
– Для тебя, Гашек, даже Ковер-Самолет несложно смастерить.. А знаешь, я хочу, чтобы у вас троих был этот самокат, тем более тебе он очень нужен, ведь ты бы мог помочь маме, например, сгонять на нем с утра в Лавку Молочника и в Лавку с Фруктами, так ведь?
– Так..
Второй раз за день Гашеку показалось, что Гаспар слышит его мысли. Его лицо озарилось улыбкой, которая сияла ярче солнца, но тут же погасла.
– Но ведь это слишком дорого, Дяденька Гаспар, и к тому же, несправедливо по отношению к другим детям.
– Ну почему несправедливо? Ты ведь купил его? А цена его была ровно одна золотая монетка, поэтому он твой.
Гашек от радости аж подпрыгнул, хоть он ни на секунду не сомневался, что его желание исполнится, оно исполнилось неожиданно быстро. Он ждал его к Рождеству или к Дню Солнца и Лета, или к Дню Весны, или к Дню Рождения, но никак Гашек не мог ожидать, что его желание исполнится настолько скоро.
– Спасибо Вам, Дяденька Гаспар! – воскликнул Гашек, и выбежал радостный с теперь уже своим, алым самокатом с белыми колесами, расписанным узорами. Если бы он только знал, что этот самокат раскрашивал никто иной, как Ларсен, собственной персоной, которого Бия опять пыталась вызвать на разговор.
Тим нашел для себя весьма интересную игрушку – Глобус, где были нарисованы все Страны Мира, Моря, Океаны, Горы, Реки и Озера. Тим, сразу нашел на Глобусе свой родной Киндерсбург. Вращая Земной Шар,
Тим рисовал себе картину будущего путешествия. Вот – Багдад, здесь Тим представлял себя на Восточном Базаре. Он шел по узким улочкам, которые прокалывали небо острыми минаретами. Улочка была заполнена мужчинами в широких белых штанах и женщинами, чье лицо Тим не мог рассмотреть, потому что они его тщательно скрывали. На улице пахло сладостями и специями. Тим свернул в переулок, который вел к Базару и попал в чудесный Восточный Мир Чудес. На прилавках со сладостями все было забито всякой вкуснятиной. Орехи, сушеные финики, мед, похожая на колбасу – чурчхела. Прилавки с пряностями поражали воображение цветами и запахами. Сюда он обязательно вернется, как только купит то, зачем пришел сюда. Тим с умным видом знатока подходит и интересуется у торговца о цене и качестве, ведь ему нужны только самые лучше пряности для того, чтобы привезти Маме и Папе, самому лучшему Пекарю в Мире. Чуть поодаль, видна Лавка, в которой продают лампы с Джиннами, исполняющими три желания. Такая лампа тоже пригодится Тиму, ведь в случае непредвиденных ситуаций, он сможет обратиться к Джинну, который поможет. Вопрос только в том, чтобы Джинн был добрый, а не какой-то злой и вредный. Надо бы спросить у местных, как правильно выбирать лампу с добрым Джинном. Можно и в Библиотеке почитать об этом. Отовсюду, Тима, зазывают в Лавки, сверкая натертыми до блеска лампами, тарелками и прочей красотой. Но где же ковры? Пройдя еще немного и повернув направо, Тиму открылся целый ряд Ковров. Летающие, Нелетающие, Яркие, Новые, Старинные, Большие и Маленькие – все, какие только можно было себе представить. Тим поправил платок, намотанный на голову и лицо как у всех настоящих путешественников. Чтобы его глаза приняли более грозный вид, он слегка прищурился. Внимательно осматривая каждый Ковер, он сравнивал, где лучше не только сам ковер, но и цена.
– Друг, посмотри какой ковер, ах, как он летит, быстрее ветра, точнее стрелы Саладинна, выше ястреба!
– Слишком маленький, семья моя большая и на него не поместится.
– Друг, купи всем по такому маленькому.
Сестренка Бия и Мама боятся летать, поэтому я с папой и братом должны будем их обнимать, а ведь это невозможно, если мы на разных коврах полетим.
Вот в самом углу, в самой отдаленной лавке, Тим видит то, что он давно искал. Большой разноцветный шелковый ковер.
– Летает ли он, Уважаемый?
– О, как он летает! Быстрее тысячи Арабских Скакунов! Высоко, что можно умыться облаками. Но цена его так же высока как его полет.
– Я проделал длинный путь из самого Киндерсбурга, что в Изумрудной Долине, но твой ковер непомерно дорог, я могу за него дать мешочек монет.
– Друг мой, мешочек монет – это слишком мало за такой ковер, могу тебе продать его тебе за два мешочка.
– Нет, Уважаемый, у меня всего лишь один мешочек и если ты мне его не продашь; то такой дорогой Ковер-Самолет вряд ли кто-нибудь купит, и он будет стоять без дела и пылиться. Продай мне его за один мешочек, чтоб я мог взять семью свою в путешествие.
Торговец задумался, а Тим уже было стал уходить.
– По рукам, путник! Мешочек и две монеты.
– По рукам, Уважаемый.
Тим достал из-под дорожной пыльной накидки мешочек с монетками и громким звоном бросил его на деревянный прилавок, а сверху, словно два гвоздя он кладет еще две монеты! Торговец, которого, наверняка зовут, Али, а может и Али-Баба, туго скрутил и отдал его Тиму. Осталось купить сладости и пряности. За волшебной лампой Тим решил вернуться позже. Тим, расстелил ковер прямо на земле, под цоканье восхищенных прохожих. Сел в самую середину и твердым голосом сказал, – летим в Киндерсбург! Ковер взмыл ввысь, через мгновение, оказавшись выше облаков. Тим успел схватить несколько клочков облака, сквозь которое они пролетали, и умылся ими. Нежная вата облаков с едва уловимым запахом ветра смыла с его лица дорожную пыль и усталость. Тим только успел распробовать вкус облаков, как Ковер-Самолет резко рванул вниз прямо в Изумрудную Долину, сделав, как летчик ас петлю, Ковер приземлился у дома Тима.
– Тим… Тим… Тим!!
Только когда Бия стала теребить его за рукав, Тим вернулся из своего воображаемого путешествия. Малышка попросила брата достать ей с полки того самого медвежонка, ведь она была еще совсем еще маленького роста. Наконец-то Ларсен оказался в руках Бии, а Тим вернулся к глобусу, где было еще столько неизведанных стран.
– Привет, я – Бия! Наверное, не помнишь меня, ведь в Лавку приходит так много детей, что ты не можешь всех помнить. Это только Дяденька Гаспар помнит всех. Ты мне очень понравился, потому что ты очень добрый.
Ларсен внимательно слушал маленькую девочку, которая обнимала его своими теплыми ручками. Ему тоже очень хотелось ее обнять, но он боялся ее напугать, ведь игрушки могут быть живыми только в детском воображении. Добро разливалось и согревало Ларсена, он не смог сдержаться и слегка приобнял малышку Бию.
Гаспар наблюдал за Тимом, который внимательно рассматривал Глобус. Водил по нему пальчиком, тихонько произнося названия стран и городов, которые хотел посетить. В Константинополе он пролетит над Босфором, заглянет в Обитель Дервишей, чтоб насладиться их музыкой и танцем, белоснежным летящим подолом, похожим на вершины Снежной Горы или на водопад Голубой Реки. Вот – Индия, тут он обязательно подружиться со Слоном и погладит Тигра, который покажет им Путь в Тайные Храмы, скрытые в Джунглях.
– Тим, я вижу, ты планируешь кругосветное путешествие?
– Да, Дяденька Гаспар, я очень хочу облететь весь Мир вместе с Мамой, Папой, Гашеком и Бией.
– Тогда тебе понадобится Ковер-Самолет, а купить его можно в Багдаде, там живет мой друг, который продает самые лучшие Ковры-Самолеты, даже сам Алладин некогда покупал у него. Глаза Тима загорелись, и именно ради этих искорок счастья в детских глазах Гаспар жил и создавал игрушки. Бия усадила Ларсена рядом с Гуззи Виком, который все так же широко улыбался из-под своей смешной широкополой шляпы.
Ребята вышли из Лавки, Бия подняла голову, чтобы попрощаться с Ангелом-Задирой, который сидел на козырьке и забавно болтал ногами. Свернув, за угол в сторону Ратушной Площади, Бия вспомнила, что забыла оставить конфетку своему любимому Медвежонку.
– Ой, я всего лишь на секундочку обратно в Лавку и вернусь, – сказала малышка Бия и побежала обратно в Игрушечный Переулок. Тим оседлал самокат, а Гашек ему объяснял премудрости управления. Мальчишки повернули обратно, и пошли вслед за сестрой, чье платьице уже скрылось в Игрушечном переулке.
Глава 5. А ну-ка, Стой! Раз-Два! Или как Бия узнала тайну Лавки
Малышка очень переживала, что Гаспар закрыл Лавку, и она не сможет передать конфету. Колокольчик зазвенел и Бия тихонько вошла внутрь. Она сильно смущалась, что вернулась в Лавку уже после ее закрытия. Внутри царила звенящая тишина, казалось, что здесь замерло все, даже вздохов, которые обычно издают старые дома, не было слышно. В Лавке пахло чудом и Бия застыла неподалеку от двери. Она боялась даже самыми осторожными шагами разрушить эту волшебную тишину. Немного набравшись смелости, Бия решила сделать шаг, как вдруг ее остановил оклик: «А ну-ка, СТОЙ! Раз-Два»! Бия замерла и даже задержала дыхание! Она не видела никого перед собой, глазами она искала, откуда голос. Это не было похоже на бархатный и теплый голос Гаспара.
– Ты кто, девочка?
– Я Бия, я забыла оставить конфету медвежонку, с которым я играла сегодня. Вот и принесла ее. Просто Берген очень любит конфеты. А вы кто?
– Кто такой Берген? У нас таких нет! Значит ты Шпионка, и я тебя арестую и возьму в плен!!! Да-Да!
– Берген – это старенький Медвежонок, который мне очень нравится.
На столе из-за телеги Гуззи Вика появился Медвежонок, который стоял в полный рост.
– Вообще-то меня зовут Ларсен, а не Берген…
Бия, увидев Ларсена, очень обрадовалась, потому что она знала, что Ларсен очень добрый, и он точно ее не обидит, но кто же тогда хотел ее взять в плен. Малышка повернулась, но строгий голос ее резко остановил!