- -
- 100%
- +
«Похвальная преданность, да не тому человеку», – продолжал размышлять Николай. Молодой парень про себя устало вздохнул и проговорил:
– Отрадно видеть такую преданность, лорд Мол, вы должны гордиться своими подчиненными, лорд Краун.
– Конечно, ваша светлость, – скрипя зубами проговорил граф, сдерживая весь свой гнев, направленный на герцога.
– Отлично, тогда отправьте письмо барону Стар, чтобы просить разрешения возделывать купленную им землю, думаю вы отлично с этим справитесь, – лениво улыбнулся Николай. – У вас еще есть какие-либо вопросы мои лорды?
Молчание было ему ответом. После него герцог продолжил:
– Тогда на этом, сие совещание предлагаю считать оконченным, – торжественно объявил Николай, не меняя своей ленивой позы. – Ах, да, чуть не забыл. Граф Краун, пожалуйста, передайте своей второй дочери, леди Анжелике Краун, чтобы она явилась в резиденцию Вуд. Понимаю, что путь до вашего города Краун может занять некоторое время, поэтому вы можете не спешить обратно, я в любом случае буду дожидаться её тут. Так же, передайте вашей первой дочери, леди Анастасии Краун, мои искрение поздравления с приближающейся свадьбой с первым сыном лорда Исао, графа Вольф. Говорят лорд Киоши – достойный молодой человек и ваша дочь будет по-настоящему счастлива.
Граф Краун замер на этих словах и словно слегка побледнел, но потом продолжил свой путь на выход вместе со своей небольшой свитой в виде барона и виконта. О свадьбе его старшей дочери с семьей Вольф мало кто знал, учитывая, что он об этом договаривался через королевскую семью Кроу, но это полбеды. Зачем этому ленивому герцогу понадобилась его младшая дочь? Примерно все эти мысли Николай мог считать лишь по одному выражению лицу графа. Этим людям старой закалки, которые всю свою жизнь прожили на этой земле, не хватало умения контролировать свои эмоции.
Николай был рад, что отец в свое время отправил его в Королевскую Академию Кроу в научный корпус. Там молодой человек смог познакомиться с тем, как ведут себя благородные сыновья и дочери других знатных и не очень семей. И именно там он познакомился с ней. Она была неземной красоты и просто пленила молодого человека одним своим взглядом. Николай, которые был третьим сыном в своей семье, никогда не смог бы прикоснуться к такому прекрасному цветку. Именно она сказала ему, что из него выйдет прекрасный герцог, на что лишь Николай тогда нервно посмеялся, но ответом ему была нежная улыбка. Было ли это сродни пророчеству? Или их судьба была предопределена свыше? Или может это была любовь? Николай не знал ответы на эти вопросы до сих пор, но встреча с ней научила его лучше читать эмоции людей и прятать свои, а она была слишком хороша в этом.
Поэтому, почти все его подчиненные в герцогстве были для него открытой книгой, особенно такие старые люди, как граф. Николай точно знал, как нужно себя вести и что говорить, чтобы вывести таких людей из себя. Все его поведение, ленивая поза, простая одежда, неучтивость – было сделано лишь для одного, чтобы старый граф сорвался на него, чтобы дало герцогу возможность официально сместить старого дурака с его поста, а узнать о свадьбе дочери графа он смог с помощью нее.
Проще говоря, план удался.
Через неделю, может две приедет Анжелика Краун и тогда Николай сделает её графиней Краун, лишив Петра власти, и не придется терять такого талантливого человека, как виконт Мол, ведь он все так же будет служить семье Краун, а такие недальновидные люди, как старый граф, лишь вредят развитию герцогства и королевства.
Когда наконец граф и его люди покинули приемный зал резиденции Вуд, Николай наконец мог позволить себе встать с дико неудобного деревянного трона, хотя бы тут ему не пришлось играть неудобство, потому что это место для пытки сидящего действительно было сущим кошмаром.
– Алена, пойдем, – позвал к себе служанку, которая все это время стояла за троном. У нее были длинные рыжие волосы, которые были собраны в аккуратный хвост, и светлая кожа, которая словно отдавала очень слабым оттенком зеленого, а одета она была в простое коричневое платье с зеленым передником. Девушка слегка поклонилась герцогу, а затем направилась за ним.
Они шли куда-то в глубь резиденции Вуд, пока не оказались возле ствола дерева, который рос прямо в доме, вернее сказать, что это сам дом был построен вокруг этого дерева. Николай коснулся рукой коры и в его рука почувствовала тепло, словно он касается живого человека. Через несколько секунд, словно отзываясь на зов герцога, ствол слегка задрожал, а затем кора разошлась в разные стороны, открывая небольшой проход в стволе дерева, который вел вниз.
Герцог сделал уверенный шаг вперед в темноту и его служанка последовала за ним, а после послышалось небольшое движение, что закрыло проход за ними, погружая туннель в полную темноту, но в этом мраке глаза Николая словно горели зеленым светом. Молодой парень делал уверенные шаги во тьме, не на секунду не замедляя свой темп ходьбы. Что удивительно, служанка так же следовала за своим лордом, ни разу не споткнувшись или замедлив шаг, даже не схватившись за впереди идущего человека.
Их путь не был слишком долгим. Минут через пять они оказались в небольшой земляной пещере, полностью окутанной древесными корнями. Посреди этой пещеры росло небольшое деревце с корой белого цвета, которое слегка сияло золотым свечением, разгоняя мрак вокруг. За деревцем можно было увидеть такой же деревянный трон, как и в приемной. На троне восседал человек, который словно был деревянной статуей, но как только Николай вошел под своды этого небольшого подземелья, глаза у статуи медленно открылись и в них еще было видно небольшое мерцание. Его губы медленно задвигались, произнося:
– Т-т-т-ы-ы-ы.
– Здравствуй, отец, – произнес Николай, не замедляя своего шага, двигаясь к светящемуся дереву.
Деревянный лорд Григорий, бывший герцог Вуд, молча наблюдал за своим сыном. Он не мог пошевелиться, кроме как изредка подвигать своими губами, да шевелить глазами, наблюдая за происходящим.
Когда наконец Николай достиг своего пункта назначения, девушка, что следовала за ним, тоже остановилась. Парень присел на колени и начал слегка разрыхлять землю рядом с маленьким деревцем, пока наконец его руки не откопали небольшой деревянный, узорчатый нож. Он больше был на игрушку, которой играли дети, только расписную и искусно сделанную.
Герцог начал что-то говорить на неизвестном обычным людям языке, и как только он произнес первые слова, свечение слегка потухло, а его отец закрыл свои деревянные глаза. Во время его речи было ощущение, что словно сам мрак пробирается в это подземелье, стараясь поглотить все в свои темные объятия. Через несколько минут Николай закончил свою речь и узоры ножа, который он держал в своей правой руке, начали гореть зеленым светом. Парень провел деревянным лезвием по своей ладони левой руки, оставляя порез из которого тут же начала литься кровь. Юноша встал и начал ходить вокруг деревца, поливая корни того своей кровью. Через пару минут он прекратил это действие и обратился к девушке, которая до этого стояла и молча наблюдала за ним:
– Этого достаточно?
Вместо ответа она кивнула. Николай полил кровью, которая никак не останавливалась, узоры ножа, покрывая зеленое свечение своей красной жидкостью, и тот через несколько секунд потух. Сжав свою левую руку в кулак, а затем разжав, герцог посмотрел на нее и убедился, что от раны не осталось ни следа, даже намека на шрам. Он снова закопал нож у подножья дерева, когда женский голос сзади отвлек:
– Чего ты хочешь, юный господин?
Николай знал, что сейчас еще рано давать ответ, надо сначала завершить ритуал. Усевшись на колени, он вновь начал говорить на незнакомом языке, закрыв свои глаза, стараясь абстрагироваться от реальности и в его уши хлынуло бесчисленный поток звуков: чьи-то голоса, постукивание колес телеги о мостовую, карканье вороны, шелест листьев, удар кузнечного молота о метал и многие другие. Сквозь всю эту какофонию шумов, парень по чуть-чуть начал отсеивать ненужные, концентрируясь на голосах людей, до тех пор, пока голос графа Крауна не стал звучать так ясно, словно Николай находился с ним в одной комнате.
– Этот мелкий засранец, – говорил Пётр, к сожалению, герцог не мог видеть лица графа, но по одному лишь его тону было понятно, ка сильно он недоволен. – Да что он о себе возомнил?! Он стал герцогом лишь потому, что его старший брат Арсений пропал без вести, а другой брат Ярослав был казнен.
– Тише, ваша светлость, – раздался голос барона Бак, который до этого на собрании произнес ни единого слова. – Это все-таки наш герцог…
– Да заткнись ты, Филипп, – рявкнул старый граф. – Без тебя тошно, так и ты еще сыпешь соль на рану. Вот скажи мне, какого хрена ты вообще продал часть своих территорий без моего ведома?
– Но герцог…
– Ты не понял, Филипп, сначала надо было идти ко мне, а потом я бы уже обратился к герцогу. Ты почему вообще решил, что твой господин – пустое место? И разве не моя семья дала тебе право править частью МОИХ земель? Если бы не это все, то не было бы этой тупой проблемы с проданной землей, с которой мы ничего не можем поделать, и которую в ближайшее время вообще никто не будет трогать.
– Простите меня, ваша светлость, – уныло произнес барон Бак.
– Ладно, хрен с тобой. Ты что думаешь, Василий? – отмахнулся Пётр от барона, обращаясь к своему помощнику.
– Я бы хотел это обсудить по прибытию в ваше поместье. Говорят сами деревья шепчут семье Вуд, – тихо произнес виконт Мол.
– Да, господи, Василий – это всего лишь старые присказки и суеверия. Ты же сам видел, как Григорий посылал шпионов подслушивать разговоры вокруг, а этот мелкий засранец не догадался сделать даже этого, – отмахнулся рукой Пётр. – Лучше, чем верить во всякие сказки, скажи, что думаешь.
– От нового герцога надо избавиться, – очень тихо произнес виконт. Николай услышал, как барон ахнул от удивления. – У семейства Вуд еще есть младшая дочь, леди Елена, она как раз сейчас проходит обучение в Королевской Академии Кроу и после смерти своего брата сможет стать герцогиней. С ней будет вести дела гораздо удобнее, чем с этим человеком. Ваша светлость, граф, я вообще не понимаю, что в голове у этого герцога. В отличии от своего отца, он ведет себя как-то по детски и ему просто все равно на всех вокруг. С таким человеком мы не сможем процветать.
На некоторое время возникло молчание и Николай из-за всех сил пытался слушать именно это отсутствие звуков, не смотря на то, что все то сборище шумов было где-то недалеко. И вот, граф наконец продолжил говорить:
– Это слишком радикально, но в целом, я поддерживаю твою идею. Надо заручиться поддержкой леди Елизаветы, графини Рут. Надо подойти к делу чуть более деликатно, поэтому обратись к её виконту, лорду Владимиру. Думаю он сначала обдумает это предложение. Можно даже не убивать паршивца, а просто заставить его отказаться от титула герцога. Дерзкий мальчишка.
– Но что делать, если герцог догадается? Нас всех могу казнить за измену! – испуганно произнес барон Бак.
– Это я тебя казню за измену, если ты не заткнешься, Филипп, – снова рявкнул граф. – Вот, господи, попридержи свой поганый язык в своем рту. Этому мелкому поганцу все равно, что происходит вокруг, поэтому когда он догадается, будет слишком поздно.
Было слышно, как икнул барон, но больше не произнес не слова, не смея перечить разгневанному графу.
– И так, – продолжил говорить Пётр. – Василий, тогда по возвращению в свой город, пиши письма виконту Баттерфляй, а я займусь этим дурацким делом, что поручил нам герцог. Видимость работы мы все же должны создать. А ты, Филипп, будешь мне помогать, и не дай бог ты что-то снова от меня утаишь.
После этого граф переключился на разговоры о насущных делах графства и Николай прекратил их слушать, возвращаясь в бездну безграничных звуков. Он снова начал говорить неизвестные людям слова, и звуки начали отдаляться, погружая окружающий его мир в тишину.
– Слушай и следи, за всем тем, что делает виконт Мол, – устало произнес герцог, вставая с колен, но все еще не оборачиваясь к своей служанке.
– Мне можно будет его сожрать ? – произнесла та, кого парень называл Аленой, довольно зловещим голосом, словно он исходил не из уст молодой девушки.
– Его – нет, но кого-то другого, чтобы его запугать – да, кого – решай сама, – устало отмахнулся Николай, а затем медленно потянулся в сторону деревца и губами коснулся его. Он почувствовал, словно стареет на несколько лет, но визуально – это никак не проявилось, а после он встал и развернулся встретившись взглядом с мило улыбающейся служанкой. Она ему ничего не ответила, лишь отвесила небольшой поклон и направилась в сторону выхода из пещеры. Когда он тоже собирался уже покинуть это небольшое подземелье, то услышал голос из другого конца этого помещения:
– У-у-у-б-б-б-е-е-е-й-й-й и-и-и-х-х-х в-в-в-с-с-с-е-е-е-х-х-х.
«Конечно, отец, они обязательно поплатятся за то, что решили противостоять семье Вуд», – подумал про себя Николай и покинул помещение.
Глава 4. Ричард Орандж
Огромный, портовый бар был наполнен звуками веселящихся и пьяных людей. Среди всей этой гудящей толпы, выделялся лишь небольшой столик в самом углу заведения за которым сидело несколько довольно ярких личностей: один из них был одет в фиолетовый костюм, на голове красовалась большая, вычурная шляпа из которой торчало несколько перьев и волосы ярко синего цвета; второй был одет в наряд скомороха и его одежда прям пестрила вышивкой ромбами различных кислотных оттенков зеленого, даже диву даешься, как вообще можно было такие цвета вышить на одежде, а волосы были покрашены в ярко красный цвет; последний из них выглядел вполне обычным, но на фоне двух других это его скорее выделяло – непримечательный серый фрак, на спине которого было вышито два герба: семьи Стар и семьи Скай, белая рубашка, небольшая, серая федора, что лежала на столе и его шевелюра блистала короткой, блондинистой стрижкой.
– Леон! – радостно воскликнул тот, что был в фиолетовом костюме. – Как же я рад тебя видеть, голубчик мой. Сколько мы же не виделись? Как минимум все лето! Как ты поживаешь, мой хороший? Я слышал какое несчастие постигло тебя, прими мои искрение соболезнования.
Этим говорящим мужчиной был никто иной, как лорд Ричард, барон Орандж, импозантный молодой человек и еще друг Леона, барона Стар. В отличии от своего товарища, который получил титул после смерти семьи, Ричард добился его сам. Сначала он был баронетом – этот титул он получил за выдающиеся заслугу перед королевской семьей. Именно тогда, молодой пацан в возрасте примерно восьми лет нашел в портовых трущобах еще маленького Артура IV Кроу, который сбежал от людей, которые напали на него и его стражу во время прогулки по городу. Он помог молодому принцу добраться до дворца, за что предыдущий король Артур III даровал ему титул и назначил главным защитником своего сына. Так продолжалось до тех пор, пока оба парня не пошли в Королевскую Академию Кроу, где Ричард уже проявил коммерческую жилку и смог договориться с боярином Козловским из Царства Высь, который так же поступил в учебное заведение, как зарубежный ученик, на торговлю шёлком, и на этом его деятельность не заканчивается. Ричард был тем, кто смог через бояр Царства Высь договориться о переселении инженеров из Вольных Городов в Королевство Кроу. За это достижение ему даровали титул барона и фамилию Орандж, а имения и земли ему достались от уже покойного барона Ерс в графстве Ворм.
И сейчас этот успешный молодой человек с улыбкой смотрел на своего старого друга. Знакомство с Леоном тоже произошло в детстве, когда барон Стар прибыл на бал в столицу, и там уже десятилетий парнишка познакомился с Артуром и Ричардом. Эта команда сорванцов так же включала в себя молодого лорда Адриана, старшего сына лорда Бад, графа Клауд. Четверо детишек быстро нашли общие цели, такие как доставать местных юных леди, а так же познавали мудрость Ричарда, прожившего на улице, возможно из-за этого Леон вырос таким, как и другие двое, но теперь они все являются взрослыми мужами, которые представляют свои семьи, что порой не мешает им собираться вместе и творить дела, которые заставляют дам краснеть от стыда, а мужей от злости.
– Спасибо, Ричард, – слегка грустно улыбнулся Леон. – Но я теперь стараюсь идти дальше.
– Голубчик мой! – снова импульсивно вскрикнул бывший баронет. – Если тебе нужна будет какая-либо помощь, обращайся, ты же знаешь!
– Конечно, Ричард, конечно…
– Тебя не достает этот старый хрыч Говард, виконт Лайнз? – не дал договорить Леону Ричард. В свою очередь барон Стар слегка нахмурился и недовольно посмотрел на своего друга.
– Лорд Говард – прекрасный человек, не смотря на свой престарелый возраст. Он мне очень сильно помог, после гибели моей семьи, – произнес Леон, смотря на старого друга с небольшим укором.
– Ладно-ладно, – взмахнул в стороны руками барон Орандж, словно сдаваясь под словами своего друга.
– У меня есть парочка более важных вопросов, на самом деле, – произнес Леон посматривая в сторону третьего их собеседника. – Но начну пожалуй с того, который меня сейчас больше всего волнует. Что за голубчик мой?
Ричард призадумался и посмотрел на своего друга, словно он уже стал отставать от всех происков моды, хотя проведя столько времени в таком захолустье, как городишко Стар, то действительно забываешь о такой роскошной жизни в столице. Поэтому Ричард почти всегда был в столице, а не в дарованных ему землях Орандж. На самом деле управление городом и его внутренними делами он доверил бастарду мертвого барона Ерс, Джаду. Парень и так рос в этих землях и лучше понимает внутренние устройство всего происходящего и нужды жителей города. Учитывая еще то, что Ричард решил сохранить именем города фамилию бывших правителей этих земель, что так же добавило пару пунктов для его уважения местных жителей.
Вот таким и был правителем барон Орандж и его поданные были крайне довольны этим фактом, учитывая, что все внешние заботы своего баронства молодой человек забрал на себя, а решать их в столице было гораздо проще и оперативнее. У него уже было небольшое поместье во Внутреннем район города, который находился за второй стеной города.
Всего в столице Кроу было девять районов и три стены: первая – это Внешняя стена, вторая – это Внутренняя стена и третья, последняя – Королевская стена. Перед Внешней стеной был первый район города – Внешний район, который включал в себя различные зерновые поля, постройки к ним и дома жителей, а так же кладбище, но еще в нем были загородные поместья различных знатных и других богатых особ. Внутри Внешней стены располагались следующие районы: Портовый район, который отвечал за доставку грузов по морю, где так же находились дома для моряков и склады для хранения товара; Купеческий район, где располагались дома торговцев со всего королевства и других стран; Торговый район, где находился самый большой рынок в стране, а так же дома менее успешных торговцев, таверны и прочее развлечения; Промышленный район, в котором находились различные предприятия, где делали вышивку, кузницы, а так же сейчас в нем строились заводы для различного производства; Жилой район – обычный спальное место для простолюдинов с не дорогими гостиницами и тавернами; Район казарм, где находилось, спало, отдыхало и тренировалось войско столицы королевства, а так же кузнечные цеха для изготовления оружия для этой самой армии.
За Внутренней стеной был всего один район – Внутренний, где уже обитала различная знать и успешные люди, владеющие различными предприятиями или же актеры, выступающие для этой самой знати, собственно сам театр и другие развлечения для знатных особ находились там же.
За Королевской стеной расположился Королевский район, где уже был сам замок Кроу, Королевская Академия Кроу и другие государственные учреждения.
Так как бар, в котором сидели друзья, находился в Портовом районе, то и контингент здесь был в основном из моряков и девушек легкого поведения, которые не прочь заработать на слабостях мужчин, которые по несколько месяцев могли находиться в плаванье. Одна из таких девушек крутилась возле их столика, но все никак не могла набраться смелости, чтобы подойти к необычной и пестрой компании.
– Ричард? – отвлек Леон от размышлений молодого человека.
– Ах, да, сейчас, – барон Орандж быстро опомнился и рукой позвал к себе ту девушку. Одета она была в простое облегающие платье, которое подчеркивало её фигуру, но так же по этому платью можно было заметить отсутствие нижнего белья на ней. Девушка радостно подошла к их столу и Ричард усадил её на свои колени, даже не спрашивая имени, приобнял её, и продолжил. – Это так выражаются бояре из Царства Высь, выражая свою признательность, наверное. Честно, я до конца даже не уверен, что это значит, но зато как звучит! Голубчик мой! Разве не прелестно?
Леон слегка скривился, а Ричард наоборот улыбнулся, заползая своей рукой под платье девушки. Манера общения Ричарда видимо сильно поменялось, когда он начал ближе общаться с боярами.
– Ладно, – отмахнулся от ответа своего друга барон Стар. – Вернемся к более важным вопросам. Это кто?
Конечно, вопрос был обращен к третьему человеку за столом, а не к даме, что сидела на коленях у барона Орандж, который до этого не вмешивался в разговор двух друзей. Тут уже молодой человек как-то недобро улыбнулся.
– Позволь мне представить моего делового партнера в столице. Я думаю ты весьма наслышан о них. Его зовут Рябой и он лидер группировки Цвета, – произнес Ричард и Леон слегка побледнел.
Барон Орандж так же почувствовал, как заволновалась девушка на его коленях, начиная активнее ерзать на них, но явно не от возбуждения, которое ей дарила рука барона. Он наклонился вперед, шепча на ухо:
– Если кому-нибудь расскажешь, что видела сегодня, то следующего лета ты уже не увидишь, а пока просто получай удовольствие и радуйся жизни.
Девушка слегка кивнула, но явную нервную дрожь убрать не смогла. Тем временем уже к Ричарду наклонился Леон, стараясь говорить, как можно тише:
– Ты что сдурел?! Это же самые известные убийцы и бандиты!
– Леон, голубчик мой, – обычным голосом проговорил Ричард, продолжая трогать девушку где только ему вздумается. – Неуважительно так шептаться перед гостями! Я же говорю – деловой партнер.
– Ричард! – барон Стар был одновременно вне себя от злости и немного напуган не смотря на то, с кем сидит. – За такое тебя могут лишить титула барона, да и меня заодно! Это же нарушение законов королевства!
«Слава богу, он хотя бы не кричит об этом на всю таверну. Ну вот что за дурак? При девочке то мог о титулах не говорить, мои слова теперь для нее будут пустым трепом», – подумал про себя Ричард, а в слух ответил:
– Дорогой Леончик, не мог бы ты быть потише? Ты пугаешь даму, а трогать прелести испуганной женщины мне не по себе, такое ощущение, что это делает меня насильником.
Леон непонимающе посмотрел на своего друга, и барон Орандж понял, что его слегка наивный друг намека не понял. Он отпустил девушку, кинул ей золотую монету и рукой помахал отойти, чтобы она не мешала их разговору. Она радостно отошла, только неизвестно чем было вызвано её счастьем: тем, что её дали щедрую суму денег или тем, что она ушла от опасной компании.
Ричард грустно посмотрел в след уходящей девушке, а потом перевел свой взгляд на старого друга, и печально вздохнул.
– Вот из-за тебя я вдоволь не насладился её прекрасным и юным телом. Думаешь такие прекрасные девушки часто встречаются? Да как бы не так! Дамы из Внутреннего района берут в три дорога даже за то, что ты просто её слегка потрогаешь! Да, конечно, в них можно быть уверенными, что скорее всего ты не подцепишь никакой болячки, но я же не собирался её трахать! Мне просто хотелось потискать женские прелести!…
– Да это тут причем? – злобно проговорил барон Стар, перебивая своего друга.
– При том, Леон, – спокойно ответил Ричард. – Ты все так же не умеешь читать ситуацию. Ну зачем ты при девушке начал титулы упоминать? Даже золотая монета не сдержит её прелестного ротика от распускания слухов.
– Ты же не собираешься… – тут уже побледнел Леон.
Ричард расхохотался, а Рябой впервые за время разговора улыбнулся.
– Нет, конечно же, дружище, убивать её за сущий пустяк – мы так не работаем. Тем более, мы здесь встречаемся не просто так. Это мой бар, хотя местный персонал не знают, что он принадлежит мне, – прекратив смеяться произнес барон Орандж. – Так или иначе, есть множество способов заставить человек о чем-то промолчать и убийство – просто один из них, хоть и не самый эффективный.
– Ладно-ладно, – успокоился Леон пародируя своего друга, так же разводя руки в стороны. Ричард оценил этот момент. – Но все же зачем ты позвал меня и этого человека?