Книга / Сезон аниме. Структура из трёх глав / арок: Культ Бездарности Проклятие Нулевой Серии

Глава 1: «Пилот, который не смог»

Тишина в крошечной квартире Сакоси Накомоды была не мирной, а густой, как кисель. Она давила. Он лежал на татами и смотрел в трещину на потолке, повторяя её извивы уже семьдесят третий раз. Сегодня закрыли его проект. Вернее, закрыли пилот его проекта. В очередной раз. «ИхуроТануки: Легенда о Вороватом Боге» – смесь фэнтези и социальной сатиры. На презентации продюсер долго чесал подбородок, а потом сказал: «Накомода-сан, это… недостаточно исключительно». Универсальная отговорка. Ему тридцать, а его профессиональное кладбище насчитывало уже двенадцать надгробий в виде пилотных серий.

Он встал, и его отражение в темном экране монитора показалось ему чужим: тусклые глаза, вечно помятая рубашка офисного планктона мелкой студии «Мидори Анимейшн». Мечтал рисовать ключевые кадры, а вместо этого треть жизни исправлял «полет» меча в тридцать третьем фоне пятого эпизода ситкома про говорящих хомяков.

Работа была пыткой. Его стол стоял рядом с кофемашиной, и он стал невольным слушателем всех разговоров успешных коллег. Их речь пестрела словами «виральность», «таргетинг», «иммерсивность». Сакоси же думал о том, как в детстве плакал, когда умирал герой в старом ОВА, и как бумага пахла под карандашом, выводящим первую, корявую, но его собственную линию.

Вечером, возвращаясь с работы под назойливым осенним дождем, он решил зайти в «Раменную №8». Это было его маленькое ритуальное место поражения – съесть дешевую лапшу после очередного провала. Он заказал обычный, поставил на стойку мокрый зонт, который тут же сложился пополам с жалким хрустом.

– Опять? – привычным жестом протянул ему чашку хмурый хозяин Осаму.

– Опять, – кивнул Сакоси.

Он потянулся за палочками, рука дрогнула, и он уронил их на пол. Просто уронил. Банальная, бытовая неудача. Но в тот миг что-то щёлкнуло. Не в ушах – в самой реальности. Воздух завибрировал, как плохо закрепленный холст. Лампочка над стойкой моргнула, и свет стал неестественно ровным, «нарисованным». А потом из динамика старого телевизора, висевшего в углу, повалил белый шум, сменившийся навязчивой, зацикленной на одном такте пилотной заставкой какого-то забытого аниме.

– Эй, что с твоей лампой? – буркнул Осаму.

Но Сакоси уже не слышал. Мир вокруг треснул. Не физически – визуально. Края предметов поплыли, зазубрились, как в плохом цифровом арте. Чашка с раменом перед ним начала неестественно, рывками, наклоняться, будто кадр залипал и прыгал. Он инстинктивно потянулся её поймать.

Касание.

Чашка не просто упала. Она взорвалась. Не огненным шаром, а взрывом мультяшного, ярко-оранжевого супа, который разлетелся, как конфетти, обдав всех и всё в радиусе пяти метров. Лапша зависла в воздухе гирляндами. Телевизор завизжал, и экран заполонили артефакты – огромные цветные квадраты, попиксельно заменяющие лица дикторов. Кофемашина на стойке издала звук, похожий на детский синтезатор, и выстрелила в потолок струёй кипятка, которая, изгибаясь вопреки физике, залила именно и только дорогую куртку менеджера из соседнего офисного центра.

Наступила мертвая тишина, нарушаемая лишь тихим, цикличным джинглом из телевизора. Все в зале были в шоке, покрыты супом и лапшой.

– Что… что это было? – прошептал Сакоси, разглядывая свои ладони.

В дверь раменной постучали. На пороге стояла девушка в длинном, потрёпанном плаще, с огромным планшетом в руках. Её глаза горели не безумием, а фанатичной, исступлённой надеждой.

– Накомода-сан? – её голос дрожал. – Мы вас нашли. Мы почувствовали сигнал. Проклятие Вечной Первой Серии. Пилот, который никогда не станет сериалом. Абсолютный, кристаллизованный провал.

– Кто вы? – Сакоси отшатнулся.

– Мы – те, кого система отбросила. Мы – «Культ Бездарности». И вы, – она сделала шаг вперёда, и Сакоси увидел за её спиной ещё две фигуры: высокого тощего парня с безумными глазами и девушку, всё время что-то чертившую в блокноте, – вы наш Вечный Пилот. Тот, чей провал может достичь такой величины, что сломает шаблон. Пожалуйста, идите с нами.

Сакоси хотел отказаться. Кричать. Бежать. Но он посмотрел на свои руки, на этот сюрреалистический беспорядок, который он создал одним неловким движением, и почувствовал не страх, а жгучее, давно забытое чувство. Причастность. Пусть к разрушению. Но это было его разрушение. Не безликое «недостаточно исключительно», а личное, громкое, абсурдное.

Он кивнул.

Их штаб-квартира оказалась в подвале заброшенного кинотеатра «Гэнда». На стенах висели постеры провальных аниме и манг, ставшие своеобразными иконами. В воздухе пахло пылью, краской и старой бумагой.

– Меня зовут Хикару, – сказала девушка с планшетом, сбрасывая плащ. Под ним оказалась одежда в пятнах краски. – Я мангака с «Проклятием Кривых Рук». Мои линии не слушаются. Иногда они… сбегают. Искажают то, на что смотрят.

Она показала рисунок на планшете – стул. Но линии стула на экране извивались, пытаясь сложиться в нечто иное. Реальный стул в углу комнаты скрипнул и слегка изогнул ножку.

– А я – Гэн, – представился тощий парень, поправляя очки. – Проклятие «Бесконечного Филлера». Я не могу остановиться. Любая моя история обрастает ненужными деталями, сюжетными петлями, которые никуда не ведут. Когда я начинаю говорить, люди теряют нить. А иногда… теряют и время.

Он вздохнул, и его вздох показался Сакоси неестественно долгим, растянутым на несколько секунд.

– Мы все – бракованный товар, – тихо сказала Хикару, разливая чай по треснутым кружкам. – Но мы думаем, что брак – это не ошибка системы. Это её побочный продукт. И если собрать достаточно «брака», можно собрать новый агрегат. Не для производства успеха. Для производства… альтернативы.

Сакоси молча слушал. Их речи были смесью паранойи, подросткового максимализма и глубокой, неподдельной боли людей, которых много раз ткнули лицом в их «недостаточность». Они цитировали любимые сцены из классики, спорили о том, почему финал «Евангелиона» всё ещё режет душу, и тут же горько шутили, что их собственные жизни – это сплошной филлер без катарсиса.

В эту ночь, сидя на ящиках с катушками от старых плёнок, Сакоси впервые за годы говорил. Не отчитывался. Говорил. О своей первой нарисованной манге в школе, о восторге от первой увиденной саги, о том, как по кадру разбирал сцены, плакал над смертями героев. И как потом это всё закопал, потому что «недостаточно исключительно».

– Они боятся не нашего бездарности, – вдруг сказал Гэн, его голос на мгновение потерял привычную тянучку. – Они боятся нашей искренности. Она непредсказуема. Её нельзя упаковать в таргетинг.

Внезапно свет в подвале погас, а потом замигал аварийной краснотой. На единственном работающем мониторе, подключённом к уличной камере, они увидели фигуры в чёрных, стилизованных под кибер-доспехи костюмах. Эмблема на груди – «Студия "Какуэй"». Их конкурент, штампующий идеальные, как пластиковая еда, хиты.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.