Атрибуция, диссонанс и социальное познание

1.1. Проблема

В определенном смысле человек является таким существом, которое все время ищет причины поведения других индивидов и социальных групп, а в какой-то мере – и собственного поведения. Когда говорят, что каждый человек как член социальных сообществ является спонтанным психологом, то имеют в виду, в частности, стремление каждого как-то объяснить и понять те социальные процессы и поведение людей, которые он наблюдает или о которых каким-либо способом получает сведения. Но такую задачу перед собой поставили также социальные психологи. Если стоящий вне науки человек стремится понять себя и других спонтанно и лишь время от времени, то социальные психологи стремятся к этому с помощью научных методов и целенаправленно.

Однако социальных психологов интересует также вопрос о том, каким образом обычные люди в процессе своей повседневной жизни осуществляют социальное познание, т. е. каким образом они воспринимают и объясняют поведение людей. Решение этой задачи крайне важно, поскольку до появления научной психологии вся мировая культура развивалась на основе подобного любительского социально-психологического познания. Чтобы понять эту культуру, необходимо знать, каким образом люди воспринимают и объясняют свой социальный мир. Другой аспект этой проблемы заключается в следующем: психологи тоже люди, и хотелось бы знать, в какой мере способы социального познания любительской народной психологии проникают в сферу научной социальной психологии и в другие области нашей науки.

Общаясь и взаимодействуя с другими людьми, мы обычно не довольствуемся тем, что непосредственно наблюдаем за их поведением, т. е. за тем, что они делают, какие действия совершают в данной ситуации. Мы желаем знать, почему они поступают так, а не иначе, т. е. стремимся понять причины их поведения, их цели, мотивы, намерения, вообще движущие силы их социальных действий и поступков. Для нас особый интерес представляют личностные черты и мотивы поведения тех людей, с которыми у нас установились активные и существенно важные взаимоотношения.

Когда нам удается выяснить причины поведения человека, у нас в психике возникает состояние понимания этого человека, а отсюда – уверенность, что мы сможем оказать влияние на его последующие поступки.

Взаимодействуя с человеком, мы отвечаем на его действия. То, как мы отвечаем на его поступки, зависит от того, как мы понимаем и истолковываем это поведение, социальные поступки данного человека. Если, например, кто-либо в каком-нибудь важном деле оказывает нам помощь, то наше отношение к нему и ответные действия будут обусловлены тем, какие мотивы мы ему приписываем. Если нам кажется, что он оказывает нам помощь исходя из эгоистических мотивов, тогда наше ответное поведение будет иным, чем тогда, когда мы полагаем, что он действует альтруистически, бескорыстно.

Эти простые наблюдения позволяют нам перейти к более близкому рассмотрению проблемы атрибуции.

1.2. Что такое атрибуция и когда она необходима?

Пытаясь понять причины поведения других людей и особенности их личности, мы исходим из их поведения и речи, хотя жизнь учит нас, что эти действия не всегда являются выражением подлинной сущности человека. Вот почему, даже не будучи психологами-исследователями, мы нередко подвергаем испытанию человека, наблюдаем за ним в различных ситуациях, стремясь понять, в какой мере его слова и дела выражают его подлинные установки, намерения и психические черты.

Но чаще всего нам не удается раскрыть подлинные черты и мотивы личности. Потребность же в понимании и объяснении заставляет нас прибегать к помощи специфических познавательных процессов – атрибуций (от англ. attribution, что означает приписывание). Мы приписываем человеку или группе людей определенные мотивы и черты, и у нас создается представление, что мы их понимаем.

Исследование подобных атрибутивных процессов привело к созданию в рамках социальной психологии особого направления – теории атрибуции. Основной задачей психологов, исследующих эту проблематику, является раскрытие сущности той повседневной любительской психологии, которой люди руководствуются в своих взаимоотношениях, пытаясь истолковать поведение других людей, да и собственное поведение тоже. Главное здесь – раскрытие сущности и разновидностей атрибуции.

В каких случаях человек оказывается перед необходимостью осуществления атрибутивных процессов? Конечно, во всех тех случаях, когда ему необходимо знать, что за люди перед ним и каковы причины их поведения. Имеются в виду следующие ситуации: а) когда человека об этом прямо спрашивают; б) когда происходит какое-либо неожиданное, непривычное событие, в) когда мы затрудняемся решить ту социально-психологическую задачу, которая стоит перед нами; г) в тех случаях, когда, пытаясь решить какие-либо задачи, мы оказываемся в зависимости от других людей. На эти специфические случаи обратил внимание, например, психолог Хасти (Hastie, 1984, p. 44–56).

Можно указать на еще одну функцию атрибуции: она может служить в качестве способа согласования точек зрения разных людей. Один из исследователей этнических культур справедливо отметил, что атрибуции употребляются для того, чтобы согласовать старое объяснение поведения и намерений людей с той новой информацией, которую мы о них получаем (Мацумото, 2002, с. 84).

Например, если я знаю, что Р – честный человек, то, получив информацию о том, что он допустил аморальный поступок, я стараюсь найти такое объяснение, которое позволило бы сохранить мое представление о нем как о честном человеке. Это важная социально-психологическая функция атрибуции.

1.3. Есть ли различие между индуктивным умозаключением простого человека и ученого?

Происходят ли индуктивные и дедуктивные процессы у обычных людей (непсихологов) так же, как и в психике ученых? Более конкретно: когда обычный человек, наблюдая поведение другого, делает выводы о его причинах (т. е. осуществляет причинные, каузальные выводы), то осуществляются ли они в соответствии с той же логикой, что и выводы ученого, или иначе? Существует точка зрения, согласно которой психолог-любитель из народа мыслит по тем же законам индукции, что и ученый, но несколько более упрощенно, поэтому он является интуитивным ученым (Brown, 1986, p. 132).

Я же думаю, что это утверждение верно лишь частично. Я полагаю, что психо-логика процессов социального познания людей в повседневной жизни имеет существенные отличия от формально-логического мышления, которым стремятся руководствоваться ученые. По существу, теория атрибуции, которая рассматривается ниже, доказывает именно точку зрения автора этих строк, поскольку раскрывает целый ряд специфических эффектов, предубеждений, искажающих сущность и причины социального поведения людей и социальных групп. Рассматривая все эти явления, мы попытаемся относительно некоторых из них высказать ряд новых суждений, демонстрирующих, что в этой области социальной психологии существуют еще нерешенные проблемы. Мы уверены, что теория атрибуции имеет еще внутренние возможности развития. На этом пути возможны новые открытия.

1.4. Социальный актер

При исследовании атрибутивных процессов мы будем называть человека, поведение которого другие члены социального процесса желают понять, социальным актером. Это позволяет с самого начала исследования процессов атрибуции использовать теорию социальных статусов и ролей, которая в достаточной степени уже разработана и может стать хорошим подспорьем при создании как общей теории социального познания, так и психологической теории атрибутивных процессов.

Социальными актерами являются как отдельные индивиды, так и различные социальные группы – вплоть до социальных классов, толп и этносов.

Когда мы наблюдаем, например, агрессивное поведение какого-либо человека, то сразу же можем сказать, что это поведение имеет как внутренние причины (агрессивный характер, желание причинить кому-либо зло, фрустрированность, определенные взгляды и т. п.), так и внешние причины (иначе их называют ситуативными: присутствие фрустраторов и других наблюдателей, холод или жара, узость пространства, теснота и др.). Впервые потенциальные причины поведения людей разделил на внешние и внутренние социальный психолог Хайдер (Heider, 1958), тем самым положив начало выделению двух основных видов атрибуции – внутренней и внешней. Как легко понять, каждый вид причин на самом деле включает группу частных, хотя и взаимосвязанных причин. Взаимосвязанность особенно характерна для внутрипсихических причин поведения.

Наблюдая за поведением отдельных людей или групп, вначале мы можем прийти к общему выводу о том, где локализуются причины его поведения: в них самых или во внешнем мире. Это процесс определения места (локуса) причин их поведения. Например, наблюдая за человеком, который ведет себя агрессивно, мы можем заключить: он не виноват, его разозлили. Это внешняя локализация причин поведения данного человека. Но другой наблюдатель может не согласиться с нами, утверждая следующее: «Я знаю этого человека, он очень злой субъект и часто ведет себя грубо и вызывающе». Это уже внутренняя локализация причин поведения данного человека – социального актера. Процессы подобной локализации – атрибутивные процессы, в ходе которых мы приписываем человеку преимущественно внешний или преимущественно внутренний локус причин его социального поведения (Heider, 1958).

Но это лишь первый шаг или этап процесса объяснения причин поведения человека. Мы ведь на данном этапе не определили ни одной специфической причины его поведения. Мы говорили лишь о том, что могут существовать две группы причин его поведения. Но это уже существенный познавательный результат, который, как считается, получается с помощью определенных, но обычно не осознаваемых правил вывода преимущественно индуктивного характера. Эти правила вывода имеются у всех членов общества, даже у детей (Heider, 1958; De Vitto, McArthur, 1978, p. 474–482).

Уже на этапе приписывания (атрибуции) только общего локуса причин у разных наблюдателей появляются существенные разногласия. Если происходили какие-либо социальные процессы, то, спрашивая наблюдателей об их возможных причинах, этих людей можно в первом приближении делить на две группы: 1) на тех, кто считает, что поведение социального актера (или группы актеров) обусловлено главным образом внешними причинами; 2) и на тех, кто считает, что причины поведения актеров локализованы главным образом в их психике, т. е. являются внутренними. У всех людей имеются механизмы и правила выводов о причинах социального поведения людей или о качествах этих актеров, но работа данных механизмов приводит к неодинаковым выводам. Само по себе это явление также требует тщательного исследования.

Итак, мы можем сказать, что основные причины социального поведения могут быть двух главных видов: 1) внешние причины, вызывающие поведение актеров, 2) внутренние причины поведения актеров. Народная психология давно знает об этом и на основе такого знания люди решают свои повседневные задачи. Но они часто заблуждаются и совершают ошибки, а на эти ошибки приводят к неадекватным и несправедливым действиям и т. п. Задача научной социальной психологии – изучить все это и учить людей тому, как осуществить более адекватное социальное познание.

Поскольку в психологии атрибутивных процессов мы говорим о «социальных актерах», то вполне естественно, что должны говорить также о роли и действиях таких актеров. Актер – это действующее лицо. Но нельзя ограничиться лишь узким, бихевиористским пониманием «действия». Надо иметь в виду или учитывать все то, что происходит с актером. Сюда входят его физические действия (двигательные акты), его экспрессия (мимика и пантомимика), речь, проксемическое поведение и т. п. Например, если по выражению лица актера я понимаю, что он взволнован, то у меня возникает вопрос: какую эмоцию он переживает и по какой причине? В широком смысле слова эмоциональное переживание в той мере, в какой оно получает внешнее выражение, также включается в поведенческий репертуар действующего лица.

Ситуация включает как данный сегмент физического пространства, так и все предметы и живых существ, которые в нем присутствуют. Все имеющиеся факторы могут оказать влияние на актера. В ситуацию входят также действия и психические состояния присутствующих лиц (их радость, гнев, зависть и т. п.).

Когда мы осуществляем объяснение конкретных действий реальных людей в реальных ситуациях, то общие понятия теории атрибуции мы должны заменить конкретными «объектами», а именно: схему «актер – действие – ситуация» мы должны заменить конкретной схемой «Петр – агрессия – на стадионе» и т. п.

1.5. Разновидности атрибуции

Атрибуции как сложные социально-психологические процессы могут классифицироваться по разным критериям. При несколько ином подходе, чем тот, который в основном был принят психологами, каждую атрибуцию можно считать механизмом социального познания. Уже выделено несколько разновидностей атрибуции, которые будут рассмотрены ниже. Имея в нашем распоряжении подробное описание основных видов атрибуции, мы получим возможность обсуждать другие, более специфические и глубокие вопросы, касающиеся социально-психологических процессов.

Как мы уже видели и считаем уместным повторить, воспринимая поведение человека, мы в первую очередь стараемся выяснить, является ли оно выражением каких-то свойств личности (мотивов и установок, черт характера и т. п.), или же он ведет себя подобным образом, поскольку этого требует ситуация. В зависимости от того, как мы решаем эту психологическую задачу (дилемму), выделяют два типа атрибуции: внутреннюю, или диспозициональную, и внешнюю, или ситуативную.

1) Внутренняя, или диспозициональная, атрибуция. При осуществлении данного типа атрибуции наблюдатель поведения социального актера приходит к выводу, что актер действует под влиянием своих внутренних мотивов, черт личности и установок. Уже Хайдер считал, что люди приписывают мотивы поведения других в основном их внутренним, личностным свойствам. Это один из аспектов так называемой основной ошибки атрибуции, феномена, о котором у нас предстоит подробное обсуждение.

Выделение внутренней атрибуции сразу же вызывает у нас целый ряд вопросов и проблем. Мы видим, что, во-первых, название «внутренняя атрибуция» намного точнее отражает психологическую реальность, чем часто употребляемое выражение «диспозициональная атрибуция». Дело в том, что диспозиция – не что иное, как установка. Но атрибуция установок – лишь одна из разновидностей целого класса внутренних форм атрибуции. Вполне возможны и частично уже исследуются атрибуция черт темперамента, черт характера, атрибуция определенных способностей, знаний, навыков и т. п. Это уже другие разновидности внутренних атрибуций, которые даже при большом желании собственно диспозициональными нельзя назвать. Причем приписывание установок или черт личности не приводит к одинаковому пониманию человека и к идентичным ответам на его наблюдаемое поведение. Поэтому следует выделить все возможные разновидности внутренних атрибуций и исследовать их: атрибуцию установок; атрибуцию черт темперамента и характера, в том числе психогенетических черт; атрибуция способностей (эту разновидность можно назвать когнитивными атрибуциями); атрибуцию идеологий, политических убеждений и т. п. Все они являются внутренними, но в значительной мере специфичными.

2) Внешняя, или ситуационная, атрибуция. Наблюдая за поведением человека или социальной группы, мы иногда приходим к выводу, что оно является результатом воздействия внешних факторов. Тем самым мы осуществляем внешнюю или ситуативную атрибуцию.

Но и в этом случае есть возможность расширения концепции социальной ситуации. Социальные ситуации, в которых действуют люди, очень разнообразны и многочисленны. Следовательно, имея классификацию социальных ситуаций, мы смогли бы выделить целый ряд подтипов (или разновидностей) внешних атрибуций. Например, отдельными типами социальных ситуаций можно считать те социальные группы, в составе которых человек выполняет определенную роль, т. е. вступает в качестве социального актера. Таковы, например, семейная ситуация, ситуация рабочей группы или коллектива, различные уличные ситуации и т. п. В свою очередь, трудовых групп людей очень много, и каждая такая ситуация по-разному детерминирует поведение человека. Поэтому концепция ситуативной атрибуции имеет большие возможности расширения и развития. Отметим, что неодинаковы этнические ситуации людей, что тоже оказывает существенное влияние на их поведение.

Если при этом иметь в виду возможность самых разнообразных интерпретаций этих ситуаций, то широта данной сферы социальной психологии станет еще более очевидной.

Как мы видим, у человека внутренний мир очень богат свойствами и содержанием, поэтому процессы внутренней атрибуции происходят по-разному, приводя к различным результатам. Самое главное – чему приписывается поведение: чертам характера, мотивам, установкам или другим внутрипсихическим факторам.

Исходя из этого выделяют два широких класса атрибуций: каузальная атрибуция и атрибуция черт (свойств). Рассмотрим их.

1) Каузальная атрибуция (от лат. causa – причина). Можно просто назвать «причинной атрибуцией». При использовании этого типа атрибуции мы стремимся построить догадки о причинах поведения человека, о мотивах его активности. Например, когда мы видим, что кто-либо активно занимается торговлей, то, даже не выясняя деталей, мы догадываемся, что он стремится разбогатеть. Наш вывод: это каузальная атрибуция, т. е. приписывание причины наблюдаемому поведению человека.

Отсюда видно, что каузальные атрибуции, да и другие виды этого специфического познавательного процеса – не что иное, как вероятностные суждения. Во всяком случае определенная часть каузальных предположений состоит из таких суждений.

Поскольку у людей имеется неистребимое желание найти объяснение для поведения других людей (да и для собственного поведения тоже), каузальных атрибуций в жизни каждого человека – великое множество.

Джоунс с соавт., исследуя каузальную атрибуцию, обратили внимание на то, что наблюдатель может делать два вида внутренней атрибуции поведения актера: а) атрибуцию по намерениям и б) атрибуцию по диспозициям. При осуществлении первой из них он пытается выяснить, какие намерения имеет актер, к каким результатам стремится и в какой мере предвосхищает эти результаты. Во втором же случае он пытается понять установку актера и представить себе, что бы сделали другие индивиды в сходной ситуации. Особенно информативны те случаи, когда актер ведет себя не так, как ожидается (Jones, Davis, 1965, р. 219–266; Jones, Nisbett, 1972).

2) Атрибуция личностных черт. Если опять иметь в виду пример энергичного торговца, желающего разбогатеть, то мы, пытаясь объяснить его поведение, обычно не ограничиваемся только догадками о возможных причинах или группе причин его поведения. Мы можем утверждать также, что этот человек, выбрал для себя подобную деятельность, поскольку имеет такие черты характера, как жадность, накопительские тенденции, что он очень любит деньги, что у него нет таланта для того, чтобы заниматься творческой деятельностью в области литературы, искусства или науки, и т. п. Рассуждая таким образом, мы приписываем человеку целый ряд личностных черт. Наши выводы могут быть правильными или ошибочными, но они – результат процессов атрибуции личностных черт.

Отсюда видно, что в процессе восприятия и истолкования поведения человека могут параллельно или последовательно участвовать несколько разновидностей атрибуции.

В логике среди других видов определений принято выделить так называемые генетические определения (от греч. genesis – происхождение). В таких определениях указывается способ образования или способ происхождения определяемого предмета, который принадлежит только данному предмету и никакому другому.

Я предполагаю, что некоторые каузальные атрибуции, используемых как в повседневной жизни, так и в науках, являются генетическими определениями. Ведь в таких определениях указывается, как и почему, по какой причине возник данный предмет. Способ образования является одной из причин появления предмета.

Например, половое сношение мужчины и женщины (родителей ребенка) является тем обычным способом, которым создаются («образуются») новые люди. Это способ-причина. Везде, где определенные предметы создаются какими-либо способами, мы имеем явные или латентные определения, служащие (при необходимости) в качестве материала для осуществления атрибуций.

Эти идеи, как я надеюсь, создают возможность для установления связи между формальной логикой и психо-логикой атрибутивных процессов.

Исследуя различные атрибуции, мы можем заметить, что в них выражаются разные ценности. Следовательно, исходя из аксиологических (ценностных) критериев можно выделить три разновидности атрибуций: положительные (позитивные), отрицательные (негативные) и смешанные или амбивалентные (позитивно-негативные).

1) Положительными мы считаем такие атрибутивные процессы, с помощью которых мы приписываем другому человеку черты и установки, которые в данной этнокультурной среде считаются положительными. Тем самым мы приписываем его личности высокую ценность, такую, которую он объективно может иметь или не иметь. Вполне очевидно, что поскольку имеются ценности различных уровней, концепцию положительной атрибуции можно расширить. Положительные черты личности бывают сильными и слабыми (второстепенными), ведущими и дополнительными и т. п. Поэтому и атрибуции не могут иметь одинаковый вес.

2) Отрицательные атрибуции: совершая такие социально-психологические процессы, мы приписываем другому отрицательные черты и установки. И здесь, имея в виду возможность построения иерархии отрицательных ценностей, мы видим возможность расширения концепции отрицательных атрибуций.

То, какие черты – отрицательные или положительные – мы приписываем человеку, поведение и внешний вид которого мы наблюдаем, зависит от целого ряда факторов: от значения его поведения и личности для нас, от того, что думают о нем другие люди, и т. п. Отметим также, что осуществление атрибуций – разновидность социального поведения, и наблюдающие его люди, в свою очередь, могут использовать различные атрибуции относительно нашего «интуитивного психолога».