Мангуста

Глава 1. В город!

Сначала Мангуста даже не поверила глазам. Она обыскала весь дом, непрерывно мяукая и принюхиваясь, затем прошлась по опустевшему двору и, наконец, уселась на молодой травке, чтобы хорошенько обдумать создавшееся положение.

Одно было совершенно ясно – её бросили. Бросили, а сами уехали в Город.

Мангуста, рассердившись, больно укусила себя за пушистый хвост. И надо же было дать провести себя как маленького котёнка! А ведь Хромая Марта предупреждала её об этой опасности и Мангуста с самого утра сторожила своих хозяев, лёжа на прохладной лавочке. А как, скажите, не отойти на полчасика от наблюдательного пункта, если за сараем прокралась толстая крыса? Мангуста была порядочной кошкой и ей пришлось выполнять свои обязанности. Но в этом-то и вся загвоздка, оказывается люди только того и ждали, стоило Мангусте отлучиться, как они тут же уехали.

Мангуста презрительно фыркнула и поводила острыми ушами. Бросить честную кошку на произвол судьбы! Ну, нет! Она сегодня же доберётся до Города и выскажет этим людям всё, что о них думает!

Мангуста быстро вскочила, но тут же села и, лизнув лапу, задумалась. Легко сказать – доберусь, а не так это просто…

Где он, этот Город, если Мангуста никогда его не видела? Всю свою недолгую кошачью жизнь прожила она в небольшой деревне и не мыслила себе какое-то другое существование. Но недавно она услыхала, как Большой хозяин говорил Маленькому о том, что надо съездить в Город, навестить родных. Они как раз обедали, и Мангуста всё очень хорошо расслышала, потому что сидела под самым столом. Она даже жевать перестала и затаила дыхание.

– Неплохо бы… – ответил Маленький хозяин.

– Значит в пятницу и поедем. – решил Большой.

Мангуста тихонько выбралась из-под деревянного стола и со всех ног помчалась к своей подруге, Хромой Марте. Хромая Марта родилась в Городе и поэтому пользовалась уважением среди деревенских кошек.

– В Город!? – поразилась Хромая Марта.

Мангуста гордо кивнула. Хромая Марта закатила зелёные глаза и мечтательно подпёрлась лапой.

– Го-ород… – протяжно вздохнула она. Затем хитро покосилась на счастливую Мангусту и добавила:

– Наверное, тебя не возьмут…

– Почему ты так думаешь? – возмутилась Мангуста, готовая кинуться на обидчицу.

– Не знаю… – смутилась Хромая Марта, – но ты на всякий случай поглядывай за ними, а то ведь люди, сама знаешь…

И Марта многозначительно подмигнула Мангусте.

Самое обидное было то, что она оказалась совершенно права. Люди действительно уехали сами, и Мангуста оказалась одна в пустом доме…

Прежде всего, надо было узнать, как, собственно говоря, можно добраться до этого Города.

Мангуста вспомнила, как Хромая Марта говорила, что её везли на автобусе. Так…, значит, автобус…

Кошка забежала в большой дровяной сарай и достала из дырявого резинового сапога припрятанную на чёрный день сосиску. На первое время хватит, решила она.

Недолгие сборы были закончены. Мангуста заботливо притворила скрипнувшую калитку и, быстро перебирая разноцветными лапками,

выбежала за околицу.

Шоссе, по которому ездили автобусы, проходило недалеко от дома.

Минут через пятнадцать, Мангуста, громко чихая от серой дорожной пыли, сидела в редких кустах у автобусной остановки. Мимо неё с рёвом проносились какие-то страшные звери, но Мангуста так ловко спряталась, что они не замечали её.

Вдруг, один из них, шумно отфыркиваясь, подбежал к остановке и из него, совершенно неожиданно для Мангусты, стали выходить люди.

Мангуста от изумления открыла рот, не в силах отвести глаз от такого чуда. И как будто что-то толкнуло её в бок: – да ведь это автобус, о котором говорила Хромая Марта!

Мангуста захлопнула рот, в два больших прыжка оказалась у железной подножки и, ловко вспрыгнув внутрь, забилась в угол под сиденье. И вовремя! Автобус устало вздохнул, двери закрылись, Мангуста качнулась, и они поехали.

Первые пять минут Мангуста лежала с крепко зажмуренными глазами, ей просто-напросто было страшно. Но потом, немного привыкнув к ровному гудению и тряске, Мангуста решила оглядеться и приоткрыла один глаз.

Она лежала рядом с каким-то пузатым тюфяком. Такой был и у них дома. Она вспомнила, что тюфяк называли « чемоданом». «Чемодан» не проявлял к ней никакого интереса и Мангуста, окончательно успокоившись, открыла второй глаз. Впереди виднелись чьи-то ноги в резиновых сапогах, а немного поближе них лежала тряпка. Замечательная мягкая тряпка, из которой можно было соорудить себе неплохую постель. Мангуста тихонько подкралась к тряпке и, подталкивая её лапой, утащила в свой угол. Здесь она быстро сложила себе что-то вроде матраса и с удовольствием легла.

Жизнь начинала казаться не такой уж плохой. Мангуста решила подкрепиться. Съев ровно половину сосиски, она довольно закрыла глаза.

«Подремлю немного…» – подумала кошка и уже через мгновение крепко спала.

Глава 2. Чёрный кот

Город, видно, был очень далеко, так что Мангуста успела поспать несколько раз. Вообще-то, честно говоря, она только и делала, что спала, но иногда, для порядка, устраивала перерыв. Тщательно умывшись розовым язычком, Мангуста снова закрывала глаза. Неизвестно ещё, что ждёт её впереди, а поспать, вдоволь, никогда не помешает.

Монотонное гудение убаюкивало кошку, от тряпки, служившей ей постелью, почему-то пахло салом, и Мангуста мирно спала, доверившись страшному зверю-автобусу.

Неожиданно она проснулась будто от толчка. Автобус останавливался.

Гудение стало прерывистым, он взревел несколько раз и, дёрнувшись, затих.

Тряска прекратилась. Зашипели, открываясь, двери, и сапоги, стоявшие впереди, затопали к выходу.

«Приехали…» – поняла Мангуста. Дождавшись, когда последние пассажиры стали выходить из автобуса, Мангуста разноцветной молнией прошмыгнула между чьими-то босоножками и, спрыгнув на горячий асфальт, пустилась наутёк. Проделав несколько обманных виражей, кошка юркнула за большой, железный ящик и, тяжело дыша, стала умываться.

– Хоть мойся, хоть не мойся, всё равно ничего не получишь! Поняла? —

– неожиданно услышала она над головой и невольно посмотрела вверх.

На самом краю ящика сидел, сгорбившись, худой чёрный кот с поцарапанным носом. Он, не мигая, смотрел на Мангусту жёлтыми злыми глазами, и продолжал цедить сквозь обвисшие усы:

– Можешь убираться…. Ходят тут всякие вшивые, только воздух загрязняют!

Мангуста обиделась.

– Было б зеркало, посмотрел бы на себя, кто из нас вшивый! – ответила она, стараясь держаться с достоинством, – Если потревожила, извини, я просто по ящикам никогда не лазила.

– А! Домашняя! – злорадно захохотал кот. – И как я сразу не догадался! Ещё извиняется… Вот я тебе задам! – пообещал он, но неожиданно не удержался на краю и, царапая железо когтями, свалился внутрь ящика. Мангуста фыркнула и, гордо переставляя лапки, пошла по тротуару.

– Это тебя спасло! – орал кот из ящика. – Если б я не свалился, показал бы тебе! Ещё извиняется, ишь ты!

Вопли кота становились всё тише и тише, и вскоре Мангуста, завернув за угол, совсем перестала их слышать.

– Да, дела… – подумала она, перебегая через широкую улицу. – Ящик мусорный пожалел… Ну и кот! Голодный, наверное…

Мангуста покачала головой и вспомнила, что забыла в автобусе свой пищевой запас – полсосиски. Это так поразило её, что Мангуста остановилась как вкопанная. В следующую минуту резко завизжали тормоза, и только природная прыгучесть спасла её от неминуемой гибели. Через мгновение Мангуста лежала на крыше странной, громыхающей телеги и от ужаса не могла открыть глаза, потому что всё вокруг с неимоверной быстротой мчалось назад. Крыша оказалась твёрдой и гладкой, так что ей даже не было за что зацепиться, и она потихоньку съезжала к краю. Ветер дул в уши, ерошил шёрстку. Мангуста начала уговаривать себя не трусить, наконец, рассердилась, решительно открыла глаза, одним броском подалась вперёд и, вцепившись когтями в передний край гладкой телеги, стала осматриваться вокруг. Сначала у неё немного кружилась голова, но вскоре это прошло.

Город, как поняла Мангуста, был больше её родной деревни раза в два или даже в три. Пролетающие мимо дома показались ей очень странными, и Мангуста удивилась, увидев, что у людей, живших на первом этаже, имелось ещё много чердаков, отчего дома были огромного размера.

Город шумел, обрушиваясь на неё разнообразием звуков, и Мангуста подумала, что в таком шуме, пожалуй, трудно будет услышать, как в сарае скребётся мышь.

Она покосилась налево. А природа-то, мамочки родные! Куда ж они траву подевали? Вытоптали, наверное, – вздохнула Мангуста. И не мудрено…

Куда ни посмотри, везде люди и эти, как их…, автобусы, и большие и поменьше. Тут, поди, своих хозяев и не найдёшь… Ну, ничего, как говорит Хромая Марта, – « Взялся за ловлю мышей, не говори, что не кошка!». Ещё посмотрим!

Жаркий ветер обдувал её со всех сторон. Кошка, распластавшись на кабине автомобиля, мчалась по улицам города.

Глава 3. Зоопарк

Поплутав по окраинным кварталам, телега въехала в прохладный, зелёный лес и остановилась у нарядно раскрашенного домика. Мангуста успела спрыгнуть на землю и спрятаться в траве.

Из телеги вылезли люди и, громко разговаривая, вошли в дом. Мангусту, кажется, никто преследовать не собирался. Она облегчённо вздохнула и, оглядываясь по сторонам, побежала по траве, прикрываясь сорванным лопухом.

Через несколько метров Мангуста наткнулась на высокую железную решётку и остановилась, навострив уши. За решёткой виднелся чисто вымытый деревянный пол и каменная стена, а возле этой стены, в огромной выщербленной миске, лежало мясо. Настоящее мясо! Мангуста услышала, как у неё заурчало в животе, и почувствовала сильный голод. Конечно, что такое полсосиски, да ещё с самого утра? Вокруг не было никого, чтобы спросить, чей же это обед, и Мангуста, помедлив, решилась.

– Съем маленький кусочек, – прошептала она, бросив лопух и протискиваясь между толстыми прутьями клетки. – Малюсенький такой кусочек…

Она подкралась к миске по приятно прохладному полу и, выхватив лапой небольшой кусочек мяса, быстро принялась за еду.

– Ха! – неожиданно услышала она за спиной. – Ещё одно дитя!

Мангуста чуть было не подавилась, но быстро повернулась на голос и обмерла от испуга.

Рядом с ней сидел громадный полосатый кот. (Если вы соберёте в одну кучу тридцать нормальных котов и кошек, то, как раз, получите представление об этом коте).

Мангуста дрожала, прижавшись к стене, а кот, между тем, удивлённо разглядывал её из-под мохнатых бровей.

– Жена! – вдруг рявкнул он громовым голосом. – Почему ты не сказала мне, что у нас не один, а два ребёнка?

– Ты что, с ума сошёл? – послышался ответ, откуда-то из-за стены. – У нас один милый малыш…

– Нет, два! Нет, два! – упорствовал кот. – Иди сама посмотри!

Послышался томный вздох и возле кота появилась кошка, немного пониже ростом, но тоже огромная и полосатая. Она оторопело уставилась на потерявшую дар речи Мангусту.

– Ну? – самодовольно спросил кот. – Что я тебе говорил?

– Но это не мой сын! – запротестовала огромная кошка. – Посмотри, какого он цвета, и вообще, маленький какой-то!

– Да, действительно, на меня он не похож. – согласился кот и подозрительно посмотрел на жену.

– Смешно! – сказала она. – Мы же в клетке…

– Смешно… – опять согласился кот и, угрожающе приблизившись к Мангусте, спросил:

– Ты кто? А ну-ка, отвечай!

– Мангуста… – пролепетала Мангуста.

– Кто-кто?

– Мангуста…

Кот уставился на жену.

– Он – мангуст.

– Врёт! – решительно заявила та. – Мангусты не такие!

– А какие?

– Мангусты…, одним словом другие, вот и всё! – почему-то обиделась большая кошка и отвернулась.

– Тогда придётся съесть, – решил кот и облизнулся.

– Стойте! – закричала Мангуста. – Не ешьте меня! Я – кошка! А зовут меня Мангуста! Это люди выдумали! Я же не виновата!

Кот оглянулся.

– Он говорит, что он – кошка, и что он не виновата, что её зовут Мангуста.

– Кто он и кого её? – не поняла полосатая жена кота.

– То есть она говорит, что он – кошка, нет, он говорит… Тьфу ты, совсем запутался! – недовольно сказал кот.

– Вспомнила! – вдруг радостно закричала Мангуста. – Вы – тигр! Я вас на картинке видела и ещё в телевизоре!

– В чём? – спросили кот и кошка одновременно.

– В телевизоре! Это ящик такой, маленький, а в нём всякие люди и животные сидят!

– Сроду никогда ни в каком ящике не сидел, – сказал кот. – А вот то, что я тигр, это точно! – приосанился он. – Так сказать, царь природы!

– Ну да! – продолжала тараторить Мангуста, опасаясь, что её перебьют и съедят. – Царь природы, и живёте вы в этой самой…, ну как её…

– В тайге, – подсказал тигр.

– Вот-вот, правильно, в тайге!

– Верно, – согласился тигр. – Всё сходится. Мне сторож Семёныч каждый день про тайгу рассказывает. Вот бы тебя, говорит, Феня, это меня так зовут, – пояснил тигр. – Так вот, тебя бы, говорит, Феня, в эту самую тайгу! Вот бы ты там…

– Всё равно всё врёт! – недовольно сказала тигрица, перебив размечтавшегося Феню и повернувшись, гордо удалилась, подрагивая длинным рыжим хвостом.

– Ты на неё не обижайся! – дружески подмигнул тигр Мангусте. – Она недавно мамой стала, её беречь нужно.

– Да я и не обижаюсь, – весело сказала Мангуста. Страх её уже прошёл и она с интересом разглядывала полосатого тигра Феню.

– А почему же вы не в тайге? – спросила она с невинным выражением на мордочке, но тигра не смутил этот явно не простой вопрос.

– Я в служебной командировке, – гордо сказал он. – Изучаю людей в их, так сказать, естественной среде обитания. Видишь, мне даже клетку поставили, чтобы они на меня не напали.

– Да, тяжёлая у вас работа, – посочувствовала Мангуста и, смущённо почесав нос, вздохнула: – Ну что ж, погостила, пора и честь знать.

– Уже уходишь? – огорчился тигр Феня. – А то посидели бы ещё, поговорили…

– В другой раз, – извинилась Мангуста. – Мне ещё хозяев своих найти надо.

– Потерялись? – ахнул тигр.

– Ага.

– Ты, главное, не волнуйся, не переживай, найдёшь! Может, поешь на дорожку?

– Нет, спасибо, я наелась, – вежливо отказалась Мангуста и, пожав, огромную как автобус, Фенину лапу, выбралась между железными прутьями назад, на свободу.

– Заходи, не забывай! – крикнул ей вслед тигр Феня и горестно подпёрся рыжей лапой. Да, не по душе видно была ему эта затянувшаяся командировка.

Мангуста твёрдо решила теперь ни в какие клетки не заходить, ни с кем не говорить, и побыстрее покинуть этот странный лес, где кошек сажают за решётку, и где тебя могут слопать ни за что ни про что. Юркнув в высокую траву, она доползла до забора, отыскала в нём подходящую дырку и, выскочив на шумную улицу, что было духу, бросилась бежать.

Глава 4. Котёнок

Впрочем, бежать Мангусте пришлось недолго. Буквально на следующем углу она остановилась, широко раскрыв глаза. Увиденное поразило её до глубины души. Лохматый здоровенный мальчишка лупил котёнка. Котёнок был маленький, худенький, а мальчишка – большой и толстый. У Мангусты, в деревне, никому бы и в голову не пришло издеваться над беззащитным существом, и она решительно бросилась на мальчишку. Её острые коготки вцепились в спину обидчика. Мальчишка отчаянно заревел и, сбросив кошку, помчался прочь. Мангуста сильно ударилась об асфальт, и, застонав, схватилась за заднюю лапу.

– Тётенька! – подбежал к ней котёнок. – Спасибо, тётенька! Вам не больно?

Мангуста с трудом улыбнулась и, вытерев ему слёзы мягким пушистым хвостом, спросила:

– За что он так с тобой?

– Я не знаю, – судорожно вздохнул котёнок. – Я шёл, шёл, а он схватил и стал бить.

– Чей ты, малыш? – ласково спросила Мангуста.

– Ничей…

– Как, разве котята могут быть ничьими? – изумилась Мангуста.

– Не знаю, тётенька, – уныло сказал котёнок. – У меня нет ни мамы, ни папы. Возьмите меня к себе, тётенька Кошка! Я для вас что хотите сделаю!

У Мангусты перехватило горло, и она отвернулась, закусив губу. Котёнок посмотрел на её стремительно распухающую лапу.

– Ой, тётя Кошка, вам же к врачу надо!

– К какому врачу? – повернулась Мангуста.

– К нашему, кошачьему, – пропищал котёнок. – Я знаю, он здесь недалеко живёт. Его дядя Мурзик зовут. Пойдёмте, тётенька, я вам покажу.

Мангуста встала и, ковыляя на трёх лапках, захромала по двору. Они прошли возле желтой квадратной песочницы, перелезли через ограду и побрели по невысокой зелёной травке. Котёнок быстро оправился от пережитого испуга.

– Дядя Мурзик – очень хороший врач. Он вас, тётя Кошка, в два счёта вылечит. Я его знаю, мы с ним друзья! Дядя Мурзик мне даже один раз кусочек колбасы дал…, – болтал он без умолку, радостно поглядывая на Мангусту. Она тихонько улыбалась, осторожно передвигая больную лапку.

Так Мангуста с котёнком добрались до тротуара и, вдруг, сзади раздались громкие крики.

– Вон они! – визжал чей-то тонкий голос. – Видишь?! Бей их, папа! Они бешеные! Они меня всего искусали!

Мангуста обернулась. Их догонял очень сердитый мужчина с палкой в руке, а из-за его широкой, как шкаф, спины, грозил камнем тот самый толстый мальчишка, который издевался над котёнком.

Котёнок присел и задрожал. Мангуста вздыбила шерсть и прижала уши, что служило признаком крайней раздражительности.

– Беги! – быстро сказала она, подталкивая котёнка. – Я задержу их…

– Нет, тётенька… – прошептал котёнок. – У них палка, они же вас убьют! Бежим скорей на крышу! За мной! – и котёнок рванулся, было, к подъезду, но тут же вернулся и, помогая Мангусте, стал подталкивать её маленьким худым боком. Топот раздавался всё ближе. Мангуста как могла быстро подковыляла к входу, и они юркнули в открытую дверь.

Котёнок быстро устал прыгать через высокие ступеньки, но держался и ещё успевал помогать Мангусте.

Сзади слышалось злое пыхтенье, преследователи нагоняли их. Мангуста и котёнок вылезли на тёмный пыльный чердак.