Спящая… красавица?

– Подойди и возьми указанную стрелкой папку, – приказал Вирад Рину.

Молодой человек молча встал, направился к шкафу и вытащил объемистую папку. Стрелка тут же растаяла.

– Каталог 9/2, Орки, Орочьи земли, магик Алдэр, бериллы, – прочел принц название папки. – Это?

– Да, – кивнул хранитель. – Иди в девятый читальный зал, там будет все, что тебе нужно. Не забыл еще как пользоваться библиотекой и поиском?

– Как такое забудешь, – фыркнул Рин. – Сам же это все столько раз настраивал и перенастраивал, пока у тебя учился. До сих пор кошмары снятся.

– Не бреши, – Вирад поморщился. – Я еще мало тебя гонял, раз ты в свое время не смог справиться с гномьей системой безопасности несколько лет назад.

– Я уже вырос из этих шалостей, – смутившись, сказал Рин.

– Неужели ты провернул что-то посерьезнее? – предположил хранитель и увидев, как дернулся при этих словах принц, хмыкнул. – Ты совсем не изменился, мой мальчик.

– А ты, Вирад, до сих пор видишь меня насквозь, – вздохнув Рин рассказал о своей проделке в банке сегодня утром.

– Бирут это заслужил, – выслушав своего воспитанника, проговорил Вирад. – Я не одобряю месть, но видят боги, этот гном заслужил наказание. Сегодня же выбью у Гобзуса приказ о проверке системы защиты в его банке, а завтра как самый сильный маг в этой области ею займусь. Надеюсь, за сутки Ночная гильдия успеет там вволю развлечься. Надо им весточку послать, их смотрящий как раз мне кое-чем обязан, вот и потешит старика.

– Я отключил защиту только на верхних двух этажах, – уточнил Рин степень своего вмешательства в охранную систему банка.

– А почему не на всех? – удивился хранитель. – Испугался за более крупные вклады? Так ведь банк несет за все ответственность – ему все возвращать, а у гномов на это средств хватит с лихвой.

Рин взъерошил волосы и снова вздохнул.

– У меня на большее времени не хватило, – признался он. – Не я все-таки был лучшим выпускником Особого отдела.

– Не переживай, – отмахнулся Вирад. – И того, что сделал, хватит чтобы втоптать Бирута в грязь, от которой он никогда не отмоется. Как только о грабеже станет широко известно, Бируту ни за что снова не подняться, он навеки сгинет в подземельях Гномьих гор. Гномы такой халатности не прощают.

– Жаль, что Кардасу и его жене это ничем не поможет, – тихо сказал Рин, на что Вирад только нахмурился.

Сам собой разговор как-то стих и наставник с учеником несколько минут провели в тягостном для обоих молчании. Случившееся по вине Бирута несчастье с их другом несколько лет назад было запретной темой, к которой они оба пообещали никогда не возвращаться.

– Ладно, не будем о грустном, – первым нарушил молчание Вирад. – Иди работай, не раздражай меня своим виноватым видом – случившееся с Кардасом не твоя вина и забудь об этом. Дальше жить надо.

– Как скажете наставник, – Ригур быстро поклонился и, пока не получил от хранителя волшебного пендаля, выскользнул за дверь с папкой в руках.

Глава двенадцатая

Без труда найдя указанный зал и познакомившись с работающим здесь библиотекарем Шианом, недавним выпускником местной Академии наук, Рин отправил его за нужными ему материалами, сам же остался стоять возле рабочего стола парня дожидаясь, пока тот принесет требуемое и оглядывая читальный зал на предмет каких-либо изменений со времен его учебы. По сути все осталось тем же: ровные ряды парт с жутко неудобными скамьями, до которых все никак не доходили руки у руководства, стеллажи с книгами, ставшие уже традиционными декоративные глобусы на полу и картины на стенах. Только вон тот портрет на дальней стене между двумя стеллажами, посвященных судя по надписи на них таинственной фауне Норта, он что-то не помнил. Заинтригованный, Рин подошел поближе, полагая, что Шиан не скоро появится с ворохом документов, а если и появится, то подождет – все же он принц как-никак и имеет право на некоторые вольности.

Из-за бликов солнечного света с прежнего места картину трудно было нормально рассмотреть, поэтому когда молодой человек подошел к интересующему его портрету, то был приятно удивлен. С холста на парня слегка высокомерно взирала красавица в одежде простой девушки-степнячки, коею, разумеется, не была. Девушка сидела в старинном кресле, странно знакомом, гордо выпрямившись и не сводя с наблюдателя внимательного серьезного взгляда, чинно сложив руки на коленях. Одета она была в простое зеленое платье без всяких украшений и знаков рода или клана, однако это не давало усомниться в том, что девушка из знати. Не бывает у простых девушек таких властных глаз и столь гордой, явно тренированной годами, осанки. И портреты простых девушек точно не вешали на стенах знаменитых библиотек. Ригур с интересом разглядывал незнакомку: узкое породистое лицо в обрамлении длинных темных локонов, высокие скулы, прямой и аккуратный нос, совсем не характерный для жителей Степи, тонкие красиво очерченные губы, острый подбородок упрямицы. И большие необычного цвета глаза, какие солигийский принц еще ни у кого не видел – светло-карие, почти золотые, с зелеными крапинками, очень красивые.

– Вот Вы где, – засмотревшись на красавицу Рин не заметил приближения Шиана и от неожиданности вздрогнул. – Я все приготовил, может, взглянете? – молодой библиотекарь указывал в сторону одной из парт, на которой уже лежали несколько книг и свитков.

– Да, конечно, – Ригур все еще смотрел на портрет. – Кто это? Раньше я не видел эту картину.

– А, это княжна Саглара, младшая дочь третьего князя Степи Севара, – ответил Шиан, вместе с принцем любуясь княжной. – Три года назад она приезжала в Дризор, чтобы передать в дар нам кое-какие древние свитки, по которым давно умирал наш главный хранитель. В знак благодарности он попросил у нее позволения повесить ее портрет в одном из читальных залов. Портрет написали за три дня – видите, это кабинет хранителя Вирада. Помнится, княжна была очень смущена этим, потому даже не улыбнулась. Спохватилась только когда все уже было закончено, а времени исправлять уже не было – очень спешила в Солию.

– Так она и в столице была? – Ригур нахмурился. – Почему тогда мне не доложили? Я бы с удовольствием познакомился с такой интересной девушкой.

– Ваш отец с ней встретился, – Шиан пожал плечами. – Видимо девушка сочла это достаточным для первого посещения нашей столицы.

– Жаль, – Рин в последний раз бросил взгляд на портрет княжны и пошел вслед за Шианом к ждущим его внимания документам.

Количество найденных библиотекарем документов удручало.

– Почему так мало? Папка ведь толстенная, – недоумевал принц сверля Шиана недовольным взглядом.

– Все остальные материалы Вы в свое время уже изучили, – ответил тот, поеживаясь от холода синих глаз.

– Когда это я успел? – удивился Ригур, не сводя с парня взгляд. – Я в Дризоре года четыре не был!

– Но три года назад Вы сами потребовали отправить в Солию копии имеющихся документов по периоду Алдэра, – возразил библиотекарь. – А эти свитки новые, их, кстати, как раз и привезла княжна. Хранитель Вирад хотел их отправить Вам, но к тому времени как он их сам изучил, Ваше увлечение историей прошло, и необходимость в этом отпала.

– Их привезла княжна? – переспросил Рин, садясь за парту и разворачивая один из лежащих перед ним свитков.

– Да, – кивнул Шиан. – Княжна знала, что именно этой темой интересуетесь Вы, и надеялась, что Вы их прочтете.

– Ну да, о моем увлечении кто только не слышал, – проворчал принц, просматривая документ.

– Княжна вообще очень интересовалась Вами, – продолжал тем временем молодой человек, но заметив, что Его Высочество уже не слушает, полностью сосредоточившись на чтении, замолк и тихо ушел в свой уголок. Весь Дризорский Архив в этот день был закрыт для посещений на ревизию, чтобы никто и ничто не мешало работе солигийского принца.

"…После смерти Темного и победы над ним Светлых сил орки потеряли свои владения на севере, что когда-то отдал им в дар Властелин за службу ему. Оставшись без дома и средств к существованию вождь орков по прозвищу Черный Волк оставил свою гордость и повел остатки своего племени в людские земли на поклон к императору людей – Алдэру, позже прозванным Милосердным. Вопреки мрачным ожиданиям орков Алдэр принял их со всем уважением и добротой. Он освободил орков от их клятвы верности роду Темного, к которому принадлежал сам, и отпустил на все четыре стороны, взяв с Черного Волка только одну клятву – не причинять вреда жителям молодой Империи. Также император вознамерился вернуть оркам их владения, но Черный Волк отверг это любезное предложение. Вождь орков понимал какую они приобрели славу пока были под началом у Властелина, и знал, что орков так просто не оставят в покое несмотря ни на какие указы от императора. Если люди и могли еще примириться с таким опасным соседом, то не эльфы и гномы, которые были не в пример твердолобей. Черный Волк попросил у Алдэра корабли и безопасный проход к морю – на северном материке его народ мог начать новую жизнь, не опасаясь, что какому-то соседнему племени взбредет в голову отомстить за обиды предков…

Алдэр и Черный Волк заключили договор о перемирии и взаимопомощи между их народами и скрепили его магическими печатями – каплями крови самих правителей, в чьих жилах еще текла умирающая магия. К тому же, зная мстительный характер вчерашних союзников-эльфов и их ненависть к родичам-оркам, Алдэр, унаследовавший магический дар отца, наложил на договор заклинания защиты огромной силы, почерпнутые из записей самого Темного. Заклинания были вложены в три колдовских камня – берилла, украшавших договор, и имеющих свойства сохранять запитанную в них силу долгое время. Два столетия спустя орки открыли еще одно свойство этих камней – ни один эльф не мог подойти к договору на расстояние двадцати шагов, но это никогда не останавливало попыток остроухих завладеть ими. Бериллы таили в себе огромную силу – даже с помощью трех не самых крупных камней можно было при должном магическом умении разбить и уничтожить небольшую армию. Тем более, что со времен Войны у самих эльфов бериллов не осталось – Властелин каким-то образом умудрился в свое время проникнуть в сокровищницу Владыки и выкрасть все колдовские камни…" – на этом Ригур прервал чтение и глубоко задумался.

За окном уже смеркалось, в читальном зале зажгли свечи, Шиана сменил другой библиотекарь – старый гном с длинной белой бородой и слезящимися глазами за толстыми стеклами очков. Принц окинул взглядом просмотренные документы и вздохнул. Он перерыл практически их все и только в последнем свитке нашел даже не ответ, а только намек на ответ. Быстро собрав свитки и сдав их гному, молодой человек попрощавшись с Вирадом ушел из Архива. Надо было срочно найти Гектора и готовиться к уходу из города. Увы, но оказалось, что с мастером Бравуром им не по пути.

По привычке не стучась Ригур вошел в комнату Гектора и застал весьма живописную картину – ренсиец стоял в окружении двух потенциальных трупов, угрожавших тому оружием. Не мешкая солигиец выхватил из ножен кинжал и бросился на того, кто стоял ближе к нему, Гектор занялся вторым "гостем". На упаковку двух незваных гостей ушла пара минут и вот уже двое связанных парней корчатся перед ними на полу.

– И кто вы? – присев рядом с тем, что постарше, спросил Рин.

Парнишка лет восемнадцати только сердито зыркнул и демонстративно сжал губы, второй последовал примеру старшего. Ригур вздохнул и легонько ударил мальчишку по лицу, не для того, чтобы причинить боль, а скорее унизить. Тот резко выдохнул, но продолжал молчать.

– Я ведь и по плохому могу, – предупредил принц, занося руку для нового удара.

– Прекрати, – перехватил его кулак Гектор. – Это ни к чему.

– Вот как? – Рин встал и нахмурившись взглянул на него. – И что же с ними делать? Эти ребята явно не разговоры вести с тобой собирались.

Гектор покосился на связанных мальчишек.

– Я знаю их и к нашему делу эти "гости" не имеют ни малейшего отношения, – проговорил он, рассматривая ребят. – Лучше вызови стражу и пусть она ими займется.

У Рина на языке вертелась куча вопросов, но он промолчал – в конце концов у Гектора на вопросы по поводу ограбления гномьего банка было прав гораздо больше, но тот все же не стал интересоваться его причинами. Потому Ригур не стал допытываться, а черкнул пару строк Койре и велел хозяину гостиницы запереть пойманных ребят в подвале до прибытия стражи.

– Ты по ходу жить не можешь без приключений, – проворчал он вернувшись в комнату. – Ни на минуту нельзя оставить одного – обязательно что-нибудь случится!

Гектор отвернулся от окна и слабо улыбнулся, выглядел он огорченным, но Рин не обратил на это внимание.

– Ладно, я не за тем пришел, чтобы снова ссориться, – продолжал он. – Мы завтра уезжаем из города, на рассвете.

– Ты с ума сошел? – воскликнул Гектор, вся апатия мигом слетела с ренсийского принца уступив место злости и беспокойству. – У тебя магическое истощение, ты не сможешь и пальцем завтра шевельнуть, не то что верхом ехать!

– Я чувствую себя превосходно, – Рин привалился плечом к стене и скрестил руки на груди. – А за ночь приду в норму.

– Ты нормально себя чувствуешь из-за моей магии, – возразил Гектор. – Завтра весь эффект от нее исчезнет и наступит мощный откат, который ударит по всему организму.

– Это не обсуждается, – отрезал солигиец. – Поэтому советую тебе смириться и собираться.

– А как же Бравур? – напомнил об их общем попутчике ренсийский принц. – Надо бы его предупредить, что мы выходим раньше задуманного.

– Бравура и правда предупредить надо, – согласился Рин. – Но в Пустынь мы не пойдем.

– Как не пойдем? – удивился Гектор. – А договор? Или ты передумал?

– Не передумал, и про договор не забыл, – развеял его сомнения Ригур. – Просто появилась новая информация. У меня к тебе вот какой вопрос – пока ты гостил в Цитадели, что тебе Тар рассказал об этой краже? Подробностей я так и не услышал.

Немного успокоившийся ренсиец сел за стол и ненадолго задумался.

– Тар рассказывал, что попытки выкрасть договор были всегда, просто об этом никогда не говорили, – и года не проходило, чтобы какой-нибудь остроухий идиот не попытался пробраться в Цитадель и не нарваться на охрану драгоценной реликвии. Но все всегда заканчивалось одинаково – даже обойдя бдительную охрану и защитные заклинания, идиота настигала скоропостижная смерть за двадцать шагов до объекта похищения. Бывало, что эльфы нанимали людей для кражи, но людские воры обычно до зала, где хранился договор, не доходили.

– А тойарре? – вспомнил о недавнем мальчишке-полукровке Рин.

– На тойарре магия договора действует также как и на остроухих, – пояснил Гектор и продолжил. – Но незадолго до моего появления на Норте договор все же украли. На месте преступления обнаружили следы эльфийской магии и отпечаток ауры орка, а спустя два дня ищейки нашли преступника, точнее то, что от него осталось в одном из дальних поселений, на границе с нейтральными землями, а вместе с ним обрывок договора с одним-единственным колдовским камнем, который рассыпался пеплом едва его взяли с трупа похитителя.

– Гектор, ты понимаешь, что вся эта история шита белыми нитками? – вкрадчивым тоном спросил Ригур. – Договор невозможно уничтожить – нет сейчас в нашем мире такой силы, чтобы развеять заклятья сына Властелина!

– Возможно, – не смутился ренсиец. – Но орки так не считают – они на полном серьезе верят, что договор уничтожен, а вместе с ним и защита против остроухих. Хоть Тар Черный Волк и не выглядел особо обеспокоенным, но для него Договор священная реликвия, последнее, что осталось от так почитаемого ими Властелина. Без Договора власть самого Тара под вопросом, простые орки уже начинают роптать, дескать что это за правитель, который достояние рода не смог сберечь, как же он страной править будет?

– Потому и обратился к тебе, человеку, – язвительно проговорил Рин. – Своим он не доверяет, а какому-то чужеземцу душа нараспашку? А потом ты так удачно попадаешься на глаза Арроганте, спираешь у него письмо к Владычице, и эльфы начинают на тебя повсеместную охоту. Кстати, как старик выглядел, когда тебя у себя принимал? Болезным наверное?

– Не знаю, – пожал плечами Гектор. – Вроде обычно, разве по этим эльфам поймешь? А что?

– Просто подозреваю, что на момент твоего прибытия к нему договор был у герцога, а магия, заключенная в бериллах, которыми украшен договор, плохо влияет на эльфов, – Рин задумался и некоторое время молчал. – Возможно в ту же ночь в доме Арроганты была совершена еще одна кража, но попался только ты. Если так, тогда становится понятно, почему от тебя никак не отстанут и даже посылают за твоей головой любимые игрушки. Кто помимо тебя был тогда еще в гостях у Арроганты?

– В доме у Арроганты кроме меня никого не было, – ответил Гектор.

– А в самом городе? – допытывался Рин. – Караванов не было каких?

– Было несколько, – Гектор щелкнул пальцами. – Наш, на чьем корабле я прибыл на северный материк, гномий – они за рудой какой-то особенной приплыли, и торговый караван из Аккаарского халифата. Эти с некоторых пор ведут активную торговлю с эльфами.

– Вот и ответ, – Ригур поменял позу. – Всем известно, что акаарцы лучшие воры на всем Тарне.

– Бред, – покачал головой Гектор. – Зачем им красть Договор?

– Затем, что за новостями нужно следить, – Рин отлепился от стены и сел на кровать. – Акаарский халиф мало того, что извращенец, так еще и любитель диковинок, и давно мечтает видеть в своей обширной коллекции столь древний документ как Договор. Акаарцы просто не могли устоять перед искушением порадовать своего повелителя, тем более, что украсть его у престарелого эльфа гораздо проще, чем из Цитадели, не так ли?

– Особенно если там уже отвлекает на себя внимание один идиот, возомнивший себя великим вором, – Гектор со злости саданул ногой по рядом стоящему табурету и запрыгал по комнате, шипя от боли. – Тар ведь на уши всех своих воинов поставил, шум такой устроил, что на следующие сутки разве что глухой не знал о пропаже, и эти обезьяны сразу обо всем смекнули. У орков и эльфов и так напряженные отношения и любые обвинения со стороны орков могут привести к войне…

– А Тар всего лишь три десятка лет у власти, не слишком большой срок, чтобы укрепиться на троне и быть уверенным в своих людях, – колко закончил за него Рин. – Поедешь в Акаару?

Гектор

Нет, он когда-нибудь придушит этого солигийца! Уже во второй раз Ригур сдергивает его с насиженного места и тащит за собой непонятно куда почти не объясняя зачем! И ведь снова Гектор ему слова против сказать не может! Этот хитрюга самого Властелина заболтать сможет и сделать так, чтобы все было именно по его разумению. Аа, как раздражает! Чтоб его черти в загробный мир унесли!

Ренсийский принц тряхнул головой, испугавшись последней мысли. Вот чего-чего, а смерти Рину он не желал, незаметно привязавшись к несносному солигийцу за несколько прошедших дней. А упомянутый солигиец все еще сидел на его кровати и чего-то ждал. Да, Гектор же ему не ответил.

– Да поеду, поеду, куда деваться-то, – горестно вздохнул он, вспоминая темные казематы акаарской тюрьмы. – Только давай хоть денек подождем? Ты же завтра никакой будешь! И магией своей я воспользоваться не смогу – только хуже сделаю.

– Я же сказал: выступаем завтра! – безапелляционно заявил Ригур.

– Жаль, я как раз завтра хотел в Орочий квартал наведаться, – продолжал гнуть свою линию Гектор. – Ведь если мы отправляемся в Акаару, то плакало мое расследование.

– Как будто оно тебя и раньше волновало, – его спутник оставался глух ко всем его доводам. – Не бойся, путь в Акаару не близок, мы все равно повстречаем орков – либо в Ренсе, либо в княжествах – вот и расспросишь.

– Но ведь местные-то больше знать должны, – не сдавался ренсиец. – Тем более завтра тех двоих орков, с которыми я пил, отпустить должны, Глода и Ракса. Может с ними я что-нибудь новое узнаю.

Ригур прищурился, внимательно изучая что-то за спиной Гектора.

– Я тебе говорил, что со мной не надо ходить вокруг да около? – спросил он, не отводя взгляда от точки за спиной парня. – И что врать ты совсем не умеешь?

– Было дело, – Гектору стало не по себе от этого мертвого взгляда в никуда. – Ты это к чему?

Ригур перевел взгляд на ренсийца, в синих глазах мелькнула насмешка и также быстро исчезла, сменившись зимним холодом.

– Так какого демона ты мне сейчас лапшу на уши вешаешь? Нельзя по-человечески сказать, что у тебя свидание завтра с милой девушкой, так хорошо знакомой нам обоим? – солигиец нахмурился – он терпеть не мог когда с ним начинали юлить.

– А это что-то изменило бы? – вскинул брови Гектор.

– Нет, – отрицательно покачал головой Ригур. – Но это избавило бы тебя от необходимости придумывать глупые отговорки, а меня от траты лишнего времени. К тому же я не просто так тороплюсь – в этом городе у тебя недругов много, и кто знает, кто тебя будет поджидать здесь завтра? Сегодня тебе попались безусые юнцы, но кто гарантирует, что завтра тебе повезет также?

С этими словами Рин вышел из комнаты и насвистывая какую-то похабную песенку покинул гостиницу, оставив Гектора в самых мрачных раздумьях.

В чем-то Ригур был прав – то, как беспечно Гектор вел себя в последние три дня, ни в какие ворота не лезет, и он сам это прекрасно понимал. Дать себя похитить какому-то тойарре, подвергнуться пыткам, а потом как ни в чем ни бывало веселиться дальше и приходить в себя после веселой ночки в чужих апартаментах – отец, узнав о таком, ему голову с плеч снесет и будет прав. Принцы так себя не ведут. Принцы не волочатся за простолюдинками и не напиваются до беспамятства, и уж точно они не дают никому помыкать собой. Ты вернулся, Гектор. Длительные и веселые каникулы закончились, пора принимать суровую реальность. А реальность такова – если уж дал слово найти этот треклятый договор, то изволь выполнять его и не отвлекаться на глупости.

Гектор тряхнул головой, прогоняя неприятные мысли, и направился к двери – уезжать из города не повидав Эли он не желал. Купив небольшую корзинку фруктов и букетик полевых цветов ренсиец пошел разыскивать дом их недавнего попутчика.

Адрес, по которому остановился Бравур с племянницей, парень нашел быстро, дверь ему открыла симпатичная пышнотелая гнома, кажется Бравур называл ее Лайдой.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровался Гектор, пряча за спиной корзинку с подарками, и белозубо улыбаясь.

– И ты здрав будь, господин, – улыбнулась гнома, с любопытством разглядывая посетителя. – Ищешь кого?

– Да, – кивнул парень. – Мастера Бравура. Он здесь?

– А где ж ему быть, – хмыкнула хозяйка и приглашающе распахнула перед гостем дверь. – Подожди пока в горнице, а я его сейчас кликну.

Ждать долго не пришлось, не успел Гектор сесть на лавку, как в комнату ворвался Бравур и сгреб его руку в медвежьем пожатии.

– Гектор! – басил он. – Дружище! Как же я давно тебя не видел!

– Да всего три дня и не виделись, – стараясь не кривиться от боли в по ходу сломанной руке пробормотал ресниец. – Это кстати хозяйке твоей, – он протянул Лайде заглянувшей вслед за Бравуром, уже ставившей на стол перед мужчинами большой кувшин холодного пива, купленную корзинку с гостинцами и букетик. Девушка с благодарностью приняла подарок и выскользнула из горницы, оставляя мужчин одних. А Бравур тем временем продолжал разглагольствовать.

– Три дня говоришь не виделись? Да за эти три дня ты столько проблем городу принес, сколько отряд пьяных в дупель гномов за три года не приносит! – посмеиваясь говорил гном, садясь за стол и наливая себе и гостю домашнего пива. – Трактир Мевдина чуть не разнес, хотя до тебя много кто это пытался сделать, его любимую стойку порубил (за что спасибо), кичливых сынков почтенного Бирута (хотя какой он там почтенный, дитя вонючего шварха, чтоб его черти в аду гоняли) за решетку отправил да еще и с орками, лучший бордель чуть по миру не пустил, а их лучших куртизанок едва в монахини не обратил!

– Про монахинь не помню, – честно признался Гектор, глотая пиво и тихо приходя в ужас от своих "подвигов".

– А и хорошо, что не помнишь, – махнул рукой Бравур. – Иначе куда же мужику будет податься после трудного похода? Ну да ладно, рассказывай зачем пришел.

– Да я попрощаться зашел, – ренсиец еще глотнул вкусного и забористого напитка. – Завтра с Ригуром уезжаем на рассвете из города.

Раздался грохот упавшего подноса с посудой, удивленные мужчины обернулись на шум и увидели бледную Эли, стоящую на пороге. У ног ее лежал поднос с перевернутым блюдом с солеными гусиными крылышками.

– Господин покидает город? – спросила она, глядя только на Гектора расширившимися серыми глазами.

– Да, Эли, – подтвердил парень. – Уезжает.

– Надолго? – полуорка не сводила с ренсийца напряженного взгляда, под которым тот почувствовал себя неуютно.