Спящая… красавица?

– Может хватит наших попутчиков глазами буравить? Они скоро дымиться начнут от такого внимания, – раздался рядом знакомый голос.

Гектор вздрогнул и поднял глаза, задумавшись он не заметил приближения солигийца. Тот сел рядом и показал смятый журавлик – дурацкая привычка, которую Гектор подметил еще в Дризоре.

Вести от Шерефа, наконец-то.

– И что там? – как можно безразличней спросил Гектор, стараясь скрыть вспыхнувшее любопытство снова уставившись в огонь.

– Да ничего особенного, кроме того, что два дня назад твой Шереф внезапно куда-то спешно засобирался и покинул город, умчавшись в неизвестном направлении, – ответил Рин. – Наши агенты даже след взять не успели, так быстро смылся.

– А что ты хотел, он профи, – пожал плечами ренсиец, все еще пялясь в костер. – Я тебя сразу предупредил, что бесполезно на него давить.

– Может просветишь, что у него на уме? – бумажный журавлик умирающе хрустнул в сжатом кулаке, свидетельствуя о том, что Ригур не в духе.

– Наверное, он мое письмо получил, – предположил ренсиец, все также равнодушно. Плевать ему было на настроение солигийца.

– Так получил или нет? – уточнил Рин.

– Да откуда мне знать? – чуть вспылил Гектор, но тут же успокаиваясь. – Это тебе не дисциплинированная стража, он мне в своих действиях не отчитывается! Да никуда Шереф не денется, уймись. В крайнем случае сами в эту сокровищницу залезем и заберем этот треклятый договор, чтоб ему пусто было.

Солигиец только рассмеялся на такие слова.

– Мне, конечно, приятно слышать, что ты так высоко ценишь мои способности, – с саркастичной улыбкой произнес он. – Но твой приятель Корб был прав, говоря о сокровищнице халифа – ее простыми заклинаниями не взять, тут нужен спец, а у нас кадровый дефицит в этом плане. Где в Акааре мы найдем другого вора, если этот соскочит?

– Шереф прибудет, уверен, – отмахнулся ренсиец. – Не такой он человек, чтобы пропустить такое большое дело, тем более если туда замешан я.

– Даже спрашивать не буду почему, – Рин собрался было встать, но затем вдруг передумал и опять плюхнулся на место. – Вообще-то нет, кое-что спрошу, раз затронули эту интересную тему. Почему ты пошел в воры? Почему выбрал дорогу преступника? Признаться, я был очень удивлен, когда услышал от Игана, что ты отсидел несколько месяцев в акаарской тюрьме за воровство.

Гектор молчал некоторое время, обдумывая ответ.

– Достало быть хорошим, – наконец ответил он. – Меня ведь тоже в свое время отец доканывал тем, какой солигийский принц хороший и правильный. Не один ты такой непонятый. Вот и захотелось в пику отцу и всем остальным воспитателям переметнуться на другую сторону, посмотреть своими глазами на ту жизнь, от которой меня так предостерегали и которой пугали. К тому же самые интересные слухи циркулируют как раз в криминальной среде, там почему-то все самыми первыми узнают. Да и жизнь среди преступников куда веселее казалась.

– В пику всем остальным значит, – Ригур уже знакомо прищурился что-то вспоминая. – Был у нас в Корпусе такой вот субъект, лучший из всего выпуска, я и Тиллиан за ним в тройке лидеров шли, Лагартом звали. Любимец учителей и тренеров, душа любой кампаний и страшный бабник, отличный воин и хороший друг. Ему прочили блестящую карьеру, сам Филин предлагал после выпуска перейти в его подразделение в Особом отделе, да и другие ведомства все норовили парня к себе переманить. С такими способностями, какие были у него, Лагарт мог далеко пойти, сразу взяв высокий старт. А он решил стать обычным шпионом, ему "в поле" удобнее работать было, чем на высоких постах. Причем всегда лез в самое пекло – то он месяц за месяцем в лесах пропадает, на границе разбойников гоняет, то по полгода днем с огнем не сыщешь – работает под прикрытием, то внезапно на несколько дней в столице в самых дрянных кабаках всплывает за одним игорным столом с самыми отъявленными негодяями королевства. Когда Лагарт возвращался с заданий, его потом всем Корпусом ловили, чтобы он им с делами нераскрытыми помог. Он такие преступления за считанные дни раскрывал, над которыми лучшие дознаватели месяцами бились. Корпус Лагарта на руках носить был готов, ему такие должности предлагали в его годы, до которых иным и за всю жизнь не дослужиться. Яркий был парень и мой друг. Ты, Гектор, порой мне его очень напоминаешь.

– А что с этим Лагартом случилось? – спросил заинтересованный ренсиец. Рин редко рассказывал о своей обычной жизни, тем более о своих друзьях. Кроме Чейза Тиллиана Гектор ни о ком и не знал.

– Погиб на задании, – лаконично ответил солигиец, надолго замолчав.

Ренсиец тоже молчал, не зная что сказать. Всякие слова типа "сожалею" и "соболезную" скорее всего прозвучали бы глупо, поэтому парень просто сидел и ждал, изредка подкидывая в огонь хвороста. Вряд ли солигиец подошел к нему просто так.

– Ладно, хватит предаваться унынию, – внезапно встряхнулся Ригур. – Я к тебе не за этим пришел. Раз уж мы получили известия из Дризора, а завтра приедем в Дорст, пора бы подумать о том, что делать дальше. И первый вопрос на повестке – как поступить с орками и Эли? Когда приедет Бравур я не знаю, журавлик я ему отправил, но, черт его знает, когда он долетит? А веры оркам у меня нет, боюсь, как бы не умыкнули девчонку.

Гектор нахмурился, снова взглянув на весело разговаривающую троицу. В отличие от Ригура, у него таких предубеждений против орков не было, он почти не сомневался, что Дайахал и Намба, дав слово, его не нарушат, не то воспитание.

– Успокойся, не тронут они Эли, раз слово дали, – проговорил парень, отведя взгляд от улыбающейся девушки и снова становясь мрачнее. – И иди спать, мы еще не Дорсте, завтра поговорим.

Удивительно, но обычно язвительный солигиец, всегда оставляющий за собой последнее слово, на этот раз не стал спорить.

Со Степными княжествами Гектора связывали приятные воспоминания – после гулянок на Диком Фронтире здесь он зализывал и залечивал свои раны как физические, так и душевные. Нанялся в дружину к князю Чалдру, правителю Восьмого княжества, что находится по соседству с гоблинскими землями, и несколько месяцев гонял зеленошкурых по всей границе. За те полгода, что он отслужил у Чалдра, Гектор зарекомендовал себя только с лучшей стороны – вряд ли кто признал бы в серьезном молодом человеке того самого веселого и острого на язык драчуна и воришку Гато, что за какие-то два месяца поставил на уши весь Риванийский тракт. Замкнутый и вечно хмурый ренсиец никого к себе не подпускал и друзей среди других дружинников так и не завел, поэтому никто особо и не расстроился, когда его контракт закончился и парень покинул пограничный отряд. Отдохнувший душой и телом Гектор с легким сердцем покинул Восьмое княжество и направил свои стопы в Дорст, один из крупных торговых городов Третьего княжества, откуда проще всего можно было попасть Акаару, ожившую восточную сказку, где окопались вечные враги Ренса и Солигии – эльфы. Эльфы есть и в княжествах, но тут под сильным влиянием таких крупных государств как Ренс и Солигия, к остроухим относятся более чем прохладно, не допускают их к свободной торговле и практически душат в зародыше любые поползновения на что-то большее. А вот орков здесь принимают не в пример теплее, с удовольствием с ними торгуют и нанимают в охрану караванов и дружины, так что Дайахал и Намба тут не останутся без работы.

Дорст за три года совсем не изменился – те же шумные улицы, лица горожан разных рас, зловоние трущоб и галдеж большого рынка на площади. Красотой этот город не отличался, но он стоял в удобном месте, и потому о своем облике мог не беспокоиться – на пересечении трех дорог, одна из которых вела в Акаарский халифат, другая в Ренс и Солигию, третья вглубь княжеств, плюс он стоял на реке Намжил, по которой на судне можно было доплыть куда угодно. Рин предложил было именно этот вариант, однако Гектор его сразу же отмел – все еще были свежи воспоминания о том, как он сам соблазнившись этим способом едва не угодил в лапы речных пиратов. Тогда они отбились, но больше рисковать парню не хотелось. Топать по степи с караваном, конечно, дольше, но все же немного спокойнее – не так давно княжества заключили мир с гоблинами, и теперь водить караваны стало куда безопаснее. "Не знаю, в степи и помимо гоблинов есть твари куда опаснее", – ворчал Ригур, но этим и ограничился. Гектор с некоторых пор стал замечать, что оставив за спиной родные леса, солигийский принц стал как будто чуть тише и менее самоуверенным, да еще каким-то более угрюмым. И чем ближе они приближались к Дорсту, тем мрачнее становился Рин. С чем было связано такое настроение Гектор и представить не мог.

– Слушай, а ты случаем не знаешь, в это средоточие степной торговли князья не заезжают? – поинтересовался солигиец, когда их небольшой отряд, заплатив пошлину страже на воротах, въехал в город.

– Бывают и весьма часто, – рассеянно ответил ренсиец, высматривая гостиницу. – А тебе зачем?

– Да так, – неопределенно произнес Рин. – Просто интересно. Я ведь дальше Ставки Первого княжества нигде не был, потому интересуюсь. Здесь все по-другому.

– И не говори, я тоже первое время в княжествах себя неуютно чувствовал, – понимающе сказал спутник. – Это пройдет после пары дней, свыкнешься.

С орками они вскоре распрощались, те в Дорсте были не в первый раз – решили остановиться у какого-то знакомого. Звали и Эли с собой, но девушку не пустил присматривающий за ней солигиец, сердито рыкнув на заартачившуюся было полуорку, чем сразу привел ее в чувство. Умеет он страху нагнать одним движением бровей, даже здоровяки-орки прониклись – без вопросов отпрянули и затерялись в толпе. А Эли вновь стала шелковой как в начале их пути.

Гостиницу отыскали быстро, хозяин заведения – пухлый носатый вердиец и старый знакомец Гектора – с радостью принял новых постояльцев и даже сделал скидку.

– И с чего нам такой почет и уважение? – подозрительно глядя перекатывающемуся вердийцу вслед спросил Ригур, когда хозяин лично препроводил парней и девушку в отведенные для них комнаты.

– Я когда-то помог господину Будхе с одним щекотливым делом, – Гектор подошел к окну, цепким взглядом окидывая двор гостиницы: это все же не мирные Ренс и Солигия, а ведь и там они приключения постоянно находили.

– Надеюсь, ты хорошо следы замел, – проговорил Ригур, садясь за стол и вываливая на него все вещи из походных сумок. В свете приближающегося расставания с Эли требовалось провести небольшую ревизию, да и оружие не мешало бы почистить. Как самый ответственный из них двоих, Рин решил заняться этим сам. Жилет и куртку он бросил на кровать, оставшись в простой рубахе.

– Не хочу снова улепетывать отсюда как это было на Фронтире, – добавил он, раскладывая свое добро.

– Брось, весело же было, – фыркнул Гектор, присоединяясь к солийгийцу. – Старые деньки вспомнил, к тому же репутацию поддерживать надо.

– На поддержание такой репутации никакого здоровья не хватит, до сих пор удивляюсь, как ты еще не спился при таком образе жизни, – Ригур явно был не в духе. – Твои дебоши в Дризоре, наверное, вошли в историю, особенно та вечеринка, когда ты слинял от стражи после похищения. И как только тебе удалось уговорить лучших куртизанок уйти в монастырь?

– Так они все-таки туда ушли? – потрясенно воскликнул ренсиец, едва не роняя шпагу. – Откуда такие интересные сведения?

– Койра в том письме, где сообщал об отъезде Шерефа, написал. Кстати он также отреагировал, – ответил его собеседник. – Также удивлялся и тоже интересовался с какого перепугу все дорогие проститутки внезапно решили оставить прежнее занятие и посвятить себя духовной и праведной жизни? Не просветишь, что ты им там наговорил?

– Честно, не знаю, – признался Гектор. – Я ту ночь вообще плохо помню – исцеляющие заклинания вкупе с большим количеством алкоголя плохо сказываются на памяти, знаешь ли. Это я тебе как целитель говорю.

– Вот и я о том же, – Рин снова вернулся к чистке оружия, потом на мгновение замер и повысив голос проговорил. – Эли, входи, нечего возле двери топтаться.

Проигнорировав изумленный взгляд Гектора, который до сих пор не мог привыкнуть к чуткому слуху попутчика, снова принялся за работу. Прошло секунд семь-восемь прежде чем в комнату заглянула растерявшаяся полуорка.

– Господин Ригур? – робко позвала она, стараясь при этом не смотреть на ренсийца. Тот нахмурился – девушка уже несколько дней его избегала всеми мыслимыми способами несмотря на все его старания поговорить с ней – то за спинами "братцев" пряталась, то от Рина ни на шаг не отходила. А этот чертов солигиец как будто нарочно ее возле себя держал, не реагируя на более чем прозрачные намеки Гектора свалить куда-нибудь в туман и оставить его с Эли наедине. Ренсиец всерьез подозревал, что Ригур таким образом мстил ему за отравленный взвар, который весьма неоднозначно подействовал на потомка гномов.

– Зачем пришла? – недружелюбно спросил Ригур, все еще недовольный выказанным непослушанием девушки при въезде в город.

Эли протянула ему собранный лист бумаги с личной печатью Бравура.

– Прилетел журавлик от дяди, – пояснила она, глядя куда-то в сторону. – Он приезжает в Дорст завтра утром. Пожалуйста, отпишите ему, где мы находимся.

– А самой никак? – ворчливо осведомился Рин, принимая письмо. – С другой стороны правильно, ты же город не знаешь, где почта находится тоже, а его жителям я не доверяю. Умыкнут еще, не дай боги. Гектор, подай, пожалуйста, перо и бумагу, сейчас все напишем. А ты, милая, иди отдыхай, завтра как-никак назад домой поедешь. Иди, иди, отправлю письмо, не волнуйся.

Кивнув, девушка тихо выскользнула из комнаты, так и не сказав Гектору ни слова. А между тем Ригур быстренько настрочил ответное послание гному, щелкнул пальцами, листок сложился в журавлик и вылетел в открытое окно к своему адресату.

– Жаль мне расставаться с ней, – смотря вслед бумажной птице вдруг проговорил он. – Хорошая девчонка, даже скучать первое время может быть буду, – затем перевел взгляд на стоящего рядом ренсийца. – Ну и почему ты до сих пор здесь? Хочешь чтобы она вот так уехала?

Гектор непонимающе посмотрел на солигийца, потом опомнился и, схватив свою походную сумку, выскочил из комнаты.

– А сумка-то зачем? – спросил уже в пустоту солигиец, затем, воровато оглянувшись, снова щелкнул пальцами, предварительно что-то прошептав. Груда нечищенного оружия тут же заблестела чистыми клинками, а Ригур, накинув куртку, спокойным шагом вышел за дверь, закрыл ее на ключ и отправился осматривать город на предмет красивых и не особо морально устойчивых горожанок, которым так скучно бывает долгими вечерами, пока их мужья шатаются где-нибудь в местных кабаках и щупают дешевых шлюх.

***

Эли сидела возле окна в своем номере и отрешенно смотрела на оживленную улицу со снующими туда и обратно людьми. Нельзя сказать, что письмо от дяди было неожиданным, она давно готовилась к такому скорому расставанию с господами Ригуром и Гектором, но все равно было больно. Девушка к ним привязалась всей душой. К немного ворчливому и придирчивому Ригуру, к которому она теперь ничего не чувствовала кроме благодарности. И к Гектору, который оказывается совсем не такой, каким он показался ей сначала. Полуорка улыбнулась, вспомнив как он поддерживал ее в первые дни после ее побега из дома, когда терпеть придирки солигийца уже не было сил, осаживал того, когда считал, что Ригур перегибает палку, веселил своими рассказами, когда становилось скучно, и учил лекарскому делу. Эли многое узнала от него о травах, различных болезнях и способах их распознавания и лечения, легендах их происхождения и многом другом. Она получила столько доброты и участия от этого молодого человека, что не знала как теперь отдариться.

В дверь постучали.

– Войдите, – крикнула девушка, уже зная кого увидит.

Так и есть. На пороге стоял ренсиец – длинные волнистые волосы взъерошены, зеленые глаза сверкают каким-то бешеным огнем, воротник рубашки воинственно приподнят – действительно похож на дворового кота, как часто его называет господин Ригур, когда Гектор не слышит. В руках знакомая сумка – зачем?

– Ты завтра уезжаешь, поэтому я подумал, что лучше сделать это сегодня, – парень прошел в комнату, водрузил свою сумку на стол и принялся увлеченно в ней рыться. – Давно хотел тебе отдать, да только как-то не получалось, то одно, то другое. Вот, – в сумке что-то звякнуло и Гектор наконец вытащил потрепанный блокнот в кожаном переплете. – Держи, это тебе, на память, – он протянул девушке блокнот величиной и толщиной с небольшую книжку.

Та взяла подарок и осторожно открыла.

– Что?! – с листа на Эли глядела ее точная копия. И если оригинал был очень удивлен, то копия на бумаге нежно улыбалась ему. Девушка быстро пролистала весь блокнот – почти на каждой странице был рисунок – и здесь была изображена не только Эли, но и господин Ригур засветился, ее дядя Бравур, здесь был и Корб, трактирщик с Фронтира, даже орки Дайахал и Намба. На каждом рисунке был запечатлен какой-то момент из их жизни на протяжении этих удивительных для Элиоры трех недель.

– Невероятно! Когда Вы только успели? – девушка потрясенно посмотрела на Гектора и едва не отшатнулась – пока она разглядывала картинки, парень подошел слишком близко и сейчас стоял буквально в полушаге от полуорки. – А где тут Вы, господин?

– Ты можешь хотя бы минуту забыть о том, что я аристократ? – Гектор напряженно смотрел на Эли, словно видел ее в последний раз и старался запомнить каждую черточку лица. – Просто назвать меня по имени? Хотя бы раз?

Он медленно приблизился к девушке, мужские руки ласково легли ей на плечи и притянули к себе. Полуорка его не оттолкнула, завороженная зелеными глубинами глаз Гектора, наоборот подалась вперед, почти прижавшись к сильному телу. А потом резко отпрянула, выворачиваясь из объятий, напуганная собственной реакцией.

– Господин Гектор, это лишнее! – вскрикнула девушка, делая шаг назад, к окну. – Вы не должны себя так вести и заберите свой подарок!

– А будь здесь на моем месте Ригур, ты бы вела себя иначе? – Гектор сжал кулаки, но остался на месте.

– Что Вы хотите этим сказать? – задохнулась от возмущения Эли. – При чем здесь господин Ригур?

– А разве не в него ты так беззаветно влюблена, что сбежала ради него из дома? – зеленые глаза ренсийца потемнели от сдерживаемого гнева и ревности. – Разве не так?

– Разумеется, нет! Я сделала это, чтобы вернуть долг, я же Вам говорила! – почти нормальным тоном проговорила полуорка, сердито нахмурившись. – Да и какое это имеет значение?

– А если бы твой отец задолжал мне? – вкрадчиво спросил молодой человек, пристально следя за девушкой. – Если бы на месте этого солигийца был я, ты бы также удрала вслед за мной, наплевав на собственную безопасность и репутацию, только бы ради выплаты долга?

– Конечно, нет! – в запале крикнула Эли и тут же закрыла рот рукой, потрясенная своим же ответом. – То есть…

– Что и требовалось доказать, – Гектор холодно улыбнулся и, изящно поклонившись ей словно какой-нибудь леди на балу, молча удалился, аккуратно закрыв за собой дверь. Альбом с рисунками так и остался в руках девушки.

Рин

Дорст не впечатлял – грязно, душно, какие-то подозрительные личности на каждом шагу, усиленные отряды стражи и ни одной красотки! То есть женщины были и много, но все не в его вкусе – то слишком толстые, то слишком худые, загорелые до черноты либо болезненно бледные, в общем не то. Прошелся по базару, несколько раз у него пытались срезать кошелек, одного воришку парень даже поймал – мальчишка не успел отдернуть руку – и сдал скучающему у ворот рынка стражнику. Поглазел на резиденцию наместника, однако зайти не решился – ни к чему пока. Хотя личность наместника заинтересовала, но Рин решил отложить знакомство до лучших времен.

Да тут к нему еще и хвост привязался! Вот уже час прошел, как Ригур почувствовал за собой слежку. Неприметный худощавый человек, каких только и посылают на такие задания, прицепился к принцу еще на базаре и с тех пор ходил за ним как приклеенный. Рин решил понаблюдать за своим преследователем, поэтому не подавал вида и спокойно наслаждался прогулкой, заглядывая в лавки, переговариваясь с торговцами всякой всячиной и обалдело глазея по сторонам с видом необразованного дикаря, впервые попавшего в столь удивительный город. Правда вскоре ему эта забава надоела и резко свернув за угол какой-то безлюдной улочки (а Рин уже довольно далеко ушел от центра, углубившись в спальные районы) замер в ожидании соглядатая. Человек не заставил себя ждать, послушно свернув за ним.

Ригур не стал нападать на шпика – незачем затевать драку там, где можно разойтись миром – молодой человек просто вышел из своего укрытия и тихо встал за спиной агента.

– Сударь, Вы так усердно меня преследуете, что у меня появилось закономерно желание с Вами познакомиться, – негромко произнес он, тронув того за плечо.

Соглядатай резко развернулся, на ходу вытаскивая припрятанный в полах грязно-коричневого кафтана кинжал, но тут же опустил оружие увидев кто перед ним. "Значит драться мы не будем", – перевел дух солигиец, убирая ладонь с рукояти шпаги и поднимая руки, демонстрируя мирные намерения.

– Я не собираюсь драться с Вами, сударь, – продолжил Рин, отметив реакцию шпика. – Но полагаю, что как представитель знати, о чем свидетельствует мое оружие, я имею право знать, чем вызван столь настойчивый интерес к моей персоне.

Соглядатай чуть прищурился, настороженно всматриваясь в принца, затем улыбнулся и почтительно поклонился.

– Прошу прощения за причиненные неудобства, Ваше благородие, – выпрямившись проговорил он. – И скажу Вам, что мне тоже не с руки затевать с Вами драку.

– Тогда почему Вы следите за мной уже битый час? – снова спросил Ригур уже в более простой манере, немного расслабляясь.

– Это приказ моей госпожи, – ответил соглядатай, привычно оглядываясь и контролируя окружающую среду. – Она заметила Вас на базаре и послала меня проследить, где Вы остановились.

Любопытство Рина разгоралось все больше: при упоминании некой госпожи воображение сразу же нарисовало белокурую дебелую девицу с пышными формами и тупыми коровьими глазами, обязательно богатую и оттого со скуки с жиру бесящуюся. И обязательно голова у такой красавицы должна быть забита романтическими бреднями, иначе зачем ей посылать за красивым незнакомцем? И упускать такую сладкую добычу, саму плывущую ему в руки, Ригур не собирался. Даже если девушка будет страшна как смертный грех, то хоть любопытство удовлетворит.

– Может проведешь меня к своей госпоже? – предложил он своему собеседнику. – Раз уж я ей так приглянулся, зачем знакомство откладывать?

Шпик как-то странно ухмыльнулся и жестом пригласил следовать за ним.

Таверна, куда привел Ригура соглядатай, производила приятное впечатление и явно была рассчитана на богатых клиентов. Расположенная в центре города, относительно чистая, с симпатичными служанками в нарядных передниках и дорогой стеклянной и керамической посудой. Светлые скатерти на столах, вместо лавок стулья и меню, Рин не сомневался в этом, скорее всего изысканное, с заморскими блюдами. В час обеда здесь было людно: богатые купцы и представители высшего сословия, и даже один орк в собольей накидке – и не жарко ему?

Проводник провел солигийца вглубь зала к какой-то девице, попивающей чай в окружении двух мрачных воинов с серебряными нашивками дружинников на плечах. И чем ближе Рин подходил к ней, тем отчаянней он надеялся, что эта девушка не та, о которой он часто вспоминал в пути и чей образ все никак не шел из головы. Но его надежды, как это повелось в последнее время, не оправдались.

– Ваша светлость, – первым склонил голову в приветствии Ригур, когда Денб, как звали шпика, представил его княжне.

– Ваше высочество, – улыбнулась ему Алара и, взглядом отослав охрану, предложила сесть рядом.

"Этот мир действительно слишком тесен", – думал Рин, разглядывая княжну. Ту это совершенно не смущало, она только улыбнулась и снова вернулась к чаепитию. Через минуту ему принесли такую же чашку чая с незнакомым ароматом. Насыщенно-янтарный цвет чая вызвал у парня некоторое опасение, но взглянув на спокойную княжну, он взял чашку и отпил немного. Необычный вкус, немного терпкий, понравился принцу и он, хмыкнув, поставил чашку на стол.

– Необычный вкус, правда? – негромко спросила княжна, все это время незаметно наблюдавшая за принцем. – Он Вам понравился?

– Да, – кивнул молодой человек. – Что это за сорт? Никогда такой не пробовал.

– Называется Акаи, произрастает на горных склонах Верда, далеко отсюда, – ответила девушка, снова делая глоток. – Пить его следует не торопясь, остывая чай приобретает разные вкусовые свойства – от терпкого, когда он горячий, до нежного фруктового, когда он холодный.

"Забавно, это она так намекает, что хочет побыть в моем обществе подольше? Или наоборот, чтобы убирался как можно быстрее?" – Ригур был заинтригован, давно ему такие девушки не попадались.