Спящая… красавица?

Кстати о девице – пока шли к дому господина Гриса Гектору удалось выведать у Ригура, что воровка была не человеком, а оркой с "дивными серыми глазами". Ригур хорошо ее рассмотрел – смуглая кожа, родинка на левом виске, клыки, черты лица правильные, хотя учитывая родство орков с эльфами это не удивляло – Гектор в Орочьих землях встречал экземпляры и покрасивее этих рафинированных эльфиек, о красоте которых слагают песни (ничего особенного – замухрышки такие, что соплей перешибешь и не заметишь). А вот орчанки были воплощением самых смелых мечтаний мужчины – высокие, стройные, хорошо развитые вследствие постоянных занятий с оружием, но при этом не утратившие женственных форм. Красота их была скорее звериной, чем человеческой и порой не сразу воспринималась и отталкивала, но ведь и тигра сначала боишься, а потом не можешь отвести взгляд от этого величественного и грациозного создания, в котором в равной степени сочетается опасность и красота, сила и грациозность. Так и с орчанками – они напоминали этих опасных больших кошек, к которым меж тем тянуло с непреодолимой силой. Оркские женщины в большинстве своем были черноволосы, часто сбривали пряди на висках, но сзади отпускали длинные волосы, заплетенные в косу или собранные в конский хвост. И еще одна особенность – природный цвет глаз орков варьировался от черного до золотисто-карего или зеленого, но никогда синего или серого, а потому Ригур спас не орку, а полукровку – только они сохраняли самые яркие черты обоих родителей – человеческие глаза и орочьи клыки. Квартероны же рождались либо людьми, либо орками, в зависимости от того, кем был супруг полукровки. Солигиец этого мог не знать, учитывая то, как здесь относились к оркам, но Гектор в свое время повидал достаточно орков и полукровок, чтобы начать разбираться в этом вопросе. Однако что здесь делает полукровка, тем более вполне взрослая, без опеки клана и промышляющая воровством? Как такое вообще возможно, ведь для орков женщина священна и девушка, пусть и полукровка, без разговоров принималась в клан, несмотря на ее происхождение – любой носитель оркской крови был необычайно ценен для клыкастого племени, ведь их было так мало в сравнении с более многочисленными людьми и другими расами. Каждый год, как только моря становились безопасными для судоходства, орки отправлялись на Тарн не только для торговли, но и поиска таких вот незаконнорожденных детей, которые могли родиться в результате какой-нибудь случайной связи между человеческой женщиной и оркским воином. Такое было редкостью, но тем не менее было…Но чтобы взрослая полукровка, которую могли убить еще при рождении либо обнаружить еще до исполнения ей трех лет (орки могли чуять родную кровь на сотни километров), оказалась так близко от столицы страны, где ее родичей сторонились, да еще и в компании людей? Хотя в жизни и не такое бывает, а Гектор прожил не так много лет на свете, чтобы что-то утверждать наверняка. Принц тряхнул головой, стараясь избавиться от назойливых мыслей о странной воровке и сосредоточиться на предстоящем деле, а именно – поиске трактира этого проклятого Ресто, до которого он никак не доберется.

Трактир нашелся за следующим поворотом. Большой двухэтажный каменный дом стоял прямо на развилке двух центральных улиц и привлекал к себе внимание вывеской в виде двух скрещенных топоров и говорящим названием "Два топора". "Гномы", – недовольно подумал Гектор и, вздохнув, открыл дверь. Не то, чтобы парень недолюбливал гномов, просто интересующую его информацию он вряд ли получит – орки наверняка здесь не останавливаются, неприязнь между этими народами вытравить невозможно. С другой стороны, старый тракт все же популярен среди орков – что-то трактирщик должен знать в любом случае. Очень уж заинтересовал ренсийца рассказ Розы об убитом отряде.

Трактирщиком оказался относительно молодой рыжий гном, стоящий за стойкой и что-то старательно записывающий в огромную амбарную книгу. Услышав звон колокольчика при входе, он оторвался от своего интересного занятия и воззрился на подходящего к нему человека. Парень лет двадцати пяти в поношенной одежде шел по залу так, будто находился не в обычном придорожном трактире (пусть и очень приличном), а на королевском приеме ни больше ни меньше. Идеальная осанка, легкая походка искусного воина, гордый взгляд зеленых глаз и аура власти, которая всегда окружает человека из высшего света – все говорило, что перед ним кто-то из благородных и никакой маскарад не мог этого скрыть. А раз благородный, значит, есть в карманах золотишко, что просто просится осесть в кассе самого Ресто. Гном уже почти чуял запах наживы, но чем ближе подходил благородный тем слабее становился запах и Ресто начал беспокоиться – что-то в этом посетителе было не так, раз его чутье сбоит, а своему чутью трактирщик доверял. Он пристально всматривался в лицо парня, но не мог понять, что же его так беспокоит. А парень тем временем подошел к стойке и присел на свободный стул аккурат напротив гнома.

– Доброй прибыли Вам, почтенный, – вежливо произнес он традиционную приветственную фразу и улыбнулся, выкладывая перед гномом две серебряные монеты. – Будьте добры кружку прохладного пива.

Ресто прошиб холодный пот – он вспомнил, откуда знал этого паренька и от этого знания ему ощутимо поплохело. А парень меж тем вопросительно смотрел на гнома. Спохватившись, что пауза слишком затянулась, трактирщик растянул одеревеневшие губы в самой радушной улыбке и выдавил:

– Будет сделано, благородный господин, – Ресто кликнул одну из своих служанок и наказал принести самого лучшего пива из его подвала, а также небольшую миску соленых орешков к пиву, да побыстрее.

Заказ выполнили молниеносно. Глотнув холодного пива Гектор обвел взглядом помещение. Посетителей с утра было немного – крестьяне и ремесленники сюда подтянутся только вечером, купцы у себя в лавках, а гости еще не спустились из своих комнат. В большом зале в углу сидело четверо крепких парней с оружием, видимо наемники, у окна попивал чай богато одетый крупный мужчина в летах, в котором можно было узнать купца, рядом сидели молодая очаровательная девушка и смуглый коренастый парень, тихо переговаривающиеся между собой. Красавица весело улыбалась своему собеседнику, и Гектор невольно позавидовал счастливцу – нечасто он видел такие вот простые и счастливые лица, освещенные обычной человеческой любовью. А в том, что парень и девушка влюблены, ренсиец не сомневался.

– Купец из столицы с сыном и невесткой, – объяснил трактирщик, заметив заинтересованный взгляд Гектора, направленный на девушку. – А те четверо, что у стены, его охрана, – добавил он, видя, что его визави и не думает отводить взгляд.

Внимательные зеленые глаза наконец-то посмотрели на гнома. Убедившись, что в зале вряд ли кто заинтересуется предметом их разговора, Гектор перешел-таки к делу.

– Уважаемый Ресто, – начал он. – Я ищу своих друзей, которые возможно проезжали через вашу деревню и делали здесь остановку месяц назад. Трое орков из клана Черного Волка, может вы видели их?

Ресто весь подобрался. Гномье чутье на золото вновь проснулось и настойчиво зашептало, что появился шанс немного подзаработать и подзаработать неплохо. Он знал, о ком говорит посетитель, но интуиция подсказывала гному, что этот парень не имеет с теми тремя орками ничего общего, а потому решил повременить с ответом.

– Господин, – улыбнувшись обратился он к Гектору. – Месяц назад в деревню действительно заезжали орки, но я ведь гном и понятия не имею те ли это ребята были или нет. По старому тракту в это время их много путешествует. Простите, но вряд ли я могу Вам помочь.

– Может это поможет тебе вспомнить кое-какие детали? – перед Ресто мелькнула золотая монета.

Цапнув заветную монету и похвалив себя за предусмотрительность гном начал "вспоминать".

– Господин, я действительно не знаю кем были те трое, – повторил он. – Но на груди у каждого висел серебряный медальон в виде головы волка. И их было действительно трое.

– Ты знаешь, у кого они останавливались? – последовал вопрос.

– Так у меня и остановились, – ответил Ресто.

Брови Гектора сами поползли вверх. "Орк в доме у гнома?" – он подозрительно взглянул на рыжего трактирщика – не издевается ли? Но гном был невозмутим, однако по поблескивающим карим глазам было видно, что тот явно наслаждается произведенным эффектом.

– Уважаемый, – решил уточниться Гектор. – Орки останавливались у Вас месяц назад, я правильно понял? Не возле Вас, не по соседству, а именно в Вашем трактире?

– Да, – утвердительно кивнул Ресто и позволил себе сдержанную улыбку. – Именно у меня.

– Ясно, – кивнул парень, хотя и мало в это поверив. – А случаем не знаешь, куда они направлялись? Зачем? Ничего об этом не слышал?

– Господин, Вы должны, наверное, знать, что мы не имеем права раскрывать кому-либо какую-либо информацию о наших постояльцах. Это противоречит нашей этике, – замялся, набивая себе цену, трактирщик. – Вот если бы у Вас были какие-нибудь документы, удостоверяющие, что те орки были Вашими друзьями, я бы мог…

Перед глазами Ресто появился еще один золотой.

– Они шли в Забытую Пустынь, благородный господин, – пряча золотой проговорил довольный гном. – Искали какой-то амулет, который там спрятан.

– Что за амулет? – Вцепился в последние слова Гектор. Если орки ищут то, что он думает, значит времени осталось еще меньше, чем ренсиец рассчитывал.

– Да магический, – презрительно скривился гном. – Который якобы весь род их возвысит до небес. Дурость, – сплюнул он под конец. – Никакими амулетами род свой не возвысишь, как ни старайся – хоть с ног до головы ими увешайся. Эльфячьи это сказки все. Род только своими поступками можно возвысить, да деяниями своими, по-другому никак. И никакая магия здесь не поможет.

Гектор улыбнулся на такие слова.

– Верно говоришь, гном, – согласился он и осушил кружку вкуснейшего пива, которое могут делать только гномы. – Магия только для слабаков, а настоящие подвиги совершаются честным оружием в твердых руках и с горячим сердцем.

– Истинно, – кивнул трактирщик и налил хорошему гостю еще пива. За те деньги, что он получил от Гектора, это было самое меньшее, что тот мог сделать.

Узнав все, что ему нужно было, Гектор хотел было пройти в зал и устроиться за одним из столиков, как вспомнил о недавней воровке. Взглянув на Ресто, он решил поинтересоваться и насчет нее. Трактирщик явно был вполне вменяемым и терпимым к клыкастому племени, а потому мог бы знать и о девушке.

– Орка, да еще и полукровка? – рыжий гном отрицательно покачал головой. – Благородный господин, если бы такая и была, то здесь давно бы собрались орки со всей округи. Они ведь чуют родню, а с возрастом зов крови только сильнее становится, да и мимо меня такое чудо не проскользнуло бы. К тому же это ведь Солигия, здесь полукровки скорее миф, чем реальность. Девчонку давно бы сдали или целителям, или страже с последующей транспортировкой на родину. Ошиблись вы, наверное.

– Может и ошибся, – не стал спорить Гектор и, захватив кувшин с пивом и кружкой, сел за ближайшим столиком. Следующие два часа он провел в раздумье как быть дальше.

Так вышло, что принцу из Ренса было известно, что ищут орки в таком гиблом месте как Забытая Пустынь, но он до последнего отказывался в это верить. Причем поиски "амулета", как назвал эту вещь трактирщик, начались как раз триста лет назад, когда оркские корабли впервые причалили к берегам Тарна. В сущности, из-за него и вынужден был прекратить свою изоляцию этот народ.

Тысячу лет назад орки и люди заключили между собой мирный договор, по которому все орки должны были отправиться на северный континент Норт и отказаться от всех их владений на Тарне, которых, впрочем, никогда и не было. Этот договор был написан на искусно выделанной телячьей коже, подписан властителем старой империи Алдэром Милосердным и запечатан магической печатью на крови самого императора и первого вождя орков из клана Черного Волка. Договор был сделан в двух экземплярах – один увезли с собой орки, другой остался у императора. Позже по высочайшему повелению Алдэра договор с печатью был перенесен на золотую пластину, а оригинал сожжен. Император посчитал, что кожа, как и бумага не самый лучший носитель информации и имеет свойство быстро разрушаться, чернила стираться, а вот золото сохранит его мудрость и милосердие в веках. Драгоценный договор был помещен в специально сделанную для него шкатулку с магическим замком, также завязанным на крови императора, и отправлен в императорскую сокровищницу. Шли годы, старел Алдэр, а вместе с ним слабела и империя. Будучи хорошим командиром и полководцем, сумевшим одержать верх над Темным властелином, Алдэр оказался плохим правителем. Не пожелавший заниматься обустройством разоренной войной страны (большая часть которой до этого была под властью Властелина) и взвалив все на таких же как он советников, плохо разбиравшихся в управлении государством, все свое время правитель проводил в бесконечных пирах, балах и всяческих увеселениях. Эльфы, достигшие небывалого влияния после победы над общим врагом, только способствовали падению Алдэра. Им вовсе не с руки было усиление людей, к которым перворожденные относились с затаённым презрением. Пока император развлекался в своей резиденции, а его советники разоряли страну, остроухие интриганы переписывали историю. Так, официальной версией стало, что доблестный император с боем прогнал полчища злобных орков с Тарна и наказал им никогда сюда не возвращаться. Мирный договор был забыт и стал еще одной байкой, рассказываемой ночью у костра. Эльфы хотели и вовсе его уничтожить, но тут одурманенный вином и постоянными развлечениями Алдэр проявил твердость – его милость должна была остаться в веках. Доверенные люди императора надежно скрыли драгоценную шкатулку, и эльфам оставалось только тихо шипеть от досады.

Тем временем империя и мир, с таким трудом отвоеванный у темных сил, приходили в упадок. Гномы ушли в горы, заново отстраивать потерянное царство, до людей им уже не было дела. Эльфы хозяйничали на всем материке, как у себя в родном Лесу, грабили людской народ и предавали его смерти за любую провинность. Война с Властелином опустошила почти весь континент, людей оставалось мало, старые королевства были уничтожены, новые еще не созданы, а Империей – единственным на тот момент оплотом человечества – негласно правили перворожденные. Разумеется, такое положение дел устраивало не всех – нашлись при дворе Алдэра Милосердного люди, несогласные с проэльфийскими настроениями в стране и ориентированные на более дружественного союзника. Достаточно влиятельные, им удалось сохранить хоть какое-то подобие порядка на собственных землях, не вызывая гнева истинных хозяев положения. Во многом благодаря этим людям Империя сумела выстоять в то нелегкое послевоенное время. Их имена увековечены в названиях трех королевств, расположенных на территории Старой Империи – Солигия, Ренс и Алессия, ныне прозванная Забытой Пустынью.

Двести лет резвились остроухие на останках Империи, но всему приходит конец. Темный властелин, искренне ненавидевший эльфийскую расу, умудрился навредить перворожденным даже с того света. Искусно составленное им заклинание, спящее двести лет, внезапно активировалось в эльфийских лесах. Там началась чума – перворожденные стали терять свою связь с лесом и утрачивать способности к магии. Заклинание заражало их естественную среду обитания, быстро распространялось и вскоре захватило весь Тарн. Среда вытягивала из перворожденных всю их силу, оставляя лишь обглоданный скелет. Напуганные этими обстоятельствами эльфы спешно вынуждены были переселиться на Норт. Он был менее гостеприимен, чем Тарн, но туда зараза не успела добраться. Была только одна проблема – вот уже двести лет на Норте хозяйничали орки. Как перворожденные сумели договориться с ненавидящими их орками история умалчивает, но факт остается фактом – эльфы обосновались на северном материке и несколько столетий жили в такой обособленности от окружающего мира, что их почти забыли. Как оказалось позже, зря. Остроухие мечтали вернуться на Тарн и снова занять там свое место. За тысячу лет заклинание Властелина ослабло и эльфы вновь стали задумываться о возвращении потерянного влияния и власти. А первым шагом к этому стало бы покорение Норта и выдворение оттуда мерзких орков, этих выродков и предателей крови.

"И единственное, что удерживало их – этот чертов договор, который орки удачно так прошляпили на радость лесным зайцам, – мрачно думал Гектор, смакуя пиво и рассматривая прибывающих посетителей трактира. – Ведь согласно ему люди должны предоставить оркам помощь при возникновении какой-либо угрозы жизни как оркам, так и жителям Тарна. Если ушастые сметут орков, мы будем следующими. Заклинание Властелина ослабело и эльфов не остановит". Вот только о договоре на Тарне стараниями остроухих давным-давно забыли, и даже если оркам удастся откопать его – вряд ли правители Тарнских государств ему последуют. Об орках здесь остались не самые лучшие воспоминания со времен войны. И хотя за триста лет они зарекомендовали себя только с лучшей стороны (отдельные стычки не в счет), многие относились к ним с опаской. Как же, ведь когда-то они были цветом армии Темного и обладали поистине разрушительной силой. Если верить легендам, опять же. Особняком тут стояли разве что Ренс и Солигия, да и то не факт.

Время шло, пиво стремительно заканчивалось, а в голову Гектора не пришло ни единой дельной мысли. Нужно было собираться и разыскивать Ригура, если не прийти вовремя, этот идиот может снова вляпаться в какую-нибудь историю, но перед уходом надо бы узнать у трактирщика нет ли какого обоза или каравана в сторону Пустыни. Не хотелось отправляться в такой далекий путь только вдвоем.

Гектор заглянул в кувшин с пивом, убедился, что пива там уже нет, и со вздохом встал. Пора было возвращаться к своему попутчику и господину Грису. Уже перевалило за полдень. Но не успел он подойти к трактирщику как произошло сразу несколько событий. Резко открылась входная дверь и в зал ввалился какой-то гном, такой же рыжий как и трактирщик. Не разбирая дороги кинулся к Ресто, на ходу задев столик Гектора, опрокинув пустой кувшин из-под пива и толкнув замешкавшегося ренсийца. Чтобы удержать равновесие тот инстинктивно ухватился за гнома, случайно повалив его и не удержав равновесия свалился сам. Расценив это как нападение гном наугад ударил Гектора и случайно заехал парню в челюсть. Принц в долгу не остался, ответив ударом в живот противнику и прилично отбив руку – под обычной с виду курткой рыжего оказался панцирь. Гном ухмыльнувшись и воспользовавшись заминкой человека ловко вскочил на ноги и застыл в боевой стойке.

– Ресто, у тебя же вроде приличное заведение, чего тут всякие кулаками машут без разбору? С каких это пор честного гнома здесь встречают зуботычинами? – Весело глядя на сидящего на полу Гектора осведомился он у трактирщика.

Побледневший Ресто цыкнул на новоприбывшего и подбежал к ренсийцу. В отличие от приятеля он прекрасно видел, что все произошедшее было чистой случайностью и недоразумением, случившейся исключительно по вине нежданного гостя.

– Благородный господин, с Вами все в порядке? – засуетился он вокруг человека, про себя высчитывая сколько тот сдерет с него. Хорошо если деньгами, но ведь и голову может оттяпать в качестве моральной компенсации. И ничего не скажешь – у знати свои законы и своя мораль. "Что ж за день такой?" – горестно подумал Ресто, мысленно прощаясь с недавно заработанными двумя золотыми.

Гектор поднялся с пола, рассматривая правую руку. Костяшки на глазах наливались синевой, а в душе клокотала ярость. Он перевел сердитый взгляд на своего противника.

– Ну чего вылупился, пьяница? – не унимался гном. – Или сдачи дать хочешь? Так вот он я, прямо перед тобой! Я даже буду добрым и не буду тебя сильно ка…

Гектор не дожидаясь конца фразы ударил левой, целя в лоб нахальному коротышке. Не ожидавший такого гном не успел отклониться и плюхнулся на пол.

– Вот теперь, сударь, думаю, мы в расчете, – спокойно проговорил парень. – Это вам за мою челюсть. Надеюсь, мой удар что-то сдвинул в Вашей небольшой черепушке и в следующий раз Вы будете повнимательнее при входе в помещение.

– Ладно, ладно, был неправ, – добродушно пробурчал гном, встав с пола и потирая шишку на лбу. – С пьяницей я погорячился. Ух и силен же ты! До сих пор в ушах звенит. Я, кстати, Бравур.

– Гектор, – представился ренсиец и пожал протянутую руку гнома.

Глава третья

Гектор

Разобравшись с Бравуром и принеся взаимные извинения, Гектор хотел уже выйти из трактира, но был остановлен громовым окриком:

– Ку-у-уда?!

К нему спешил новый знакомый с кувшинчиком вина, за ним следовал грустный Ресто с двумя подносами, заставленными различными яствами.

– А выпить за знакомство? – Бравур схватил Гектора за локоть и насильно потащил к тому самому столику, у которого произошла их маленькая потасовка. – Я тя так просто не отпущу. Пшли за мной – пить будем!

Кто ж от халявы в здравом уме отказывается? Вот и Гектор не был таким дураком, да и интересно стало с кем это свел его случай. Опять же, сведений можно было каких-нибудь получить.

Бравур оказался неплохим малым. За потасовку сразу извинился, просто он так давно не видел своего старого друга и по совместительству родственника Ресто, что от радости ничего и никого не замечал. Они выросли вместе, но четыре года назад трактирщик покинул родные пещеры и переехал в Солигию, где обзавелся прибыльным делом. Сам же Бравур продавал вина, в том числе и жутко дорогое алессийское, производившееся только здесь. Услышав про алессийское вино, принц навострил уши – торговля этим напитком была строго ограничена и немногие гномьи дома имели соответствующую лицензию. Сделал на всякий случай зарубку на память – контрабанда здесь сурово каралась, вплоть до виселицы. С другой стороны, если Бравур смело говорит это человеку, с которым знаком всего лишь несколько минут, значит опасаться ему нечего. В Солию купец с обозом кузнечных изделий из гномьих мастерских приезжал на летнюю ярмарку, где неплохо заработал, а сейчас направляется в Грантское графство за бочками алессийского вина и собственно самой алезией.

– Алезия, она же только две недели как ягода живет и вкусна аки нектар богов, – объяснял Бравур ренсийцу ценность своего будущего товара. – В остальное время это яд любому – хучь человеку, хучь гному, хучь остроухой образине, чтоб этим ельфам пусто было! У нас в горах за плоды алезии полновесным золотом платят, а лицензия, лицензия только у меня! Я ее уже два года вожу, королю местному налоги отсыпаю, конечно, да Подгорному нашему царю, но и мне что-то остается. Хи-хи! А другим ни-ни! Я один такой, ну то есть наш род, но все равно без меня ничего бы у этих старперов из Совета старейшин не вышло бы. Это я придумал покупать алезию и только потом делать из нее хорр-рошую такую гномью настойку! Чтоб до пяток пробирала!

Бравур еще что-то говорил о горах, о Старейшинах рода, которым всегда что-то надо от честного торговца, о гоблинах, постоянно сующихся к ним с другой стороны гор, но Гектор не особо прислушивался, вежливо улыбаясь, кивая и поддакивая в нужных местах. Он терпеливо ждал окончания словоизлияний гнома, чтобы озвучить свою просьбу взять его и Ригура с собой в графство Грант. По удачному стечению обстоятельств им было по пути.

Словоизлияния Бравура закончились только когда было выпито вино в кувшине. Настала пора уходить, чем Гектор незамедлительно воспользовался. Просьбу его гном воспринял благосклонно, согласившись подвезти ренсийца и Ригура за весьма символическую плату. Правда и парни должны были кое-что для него сделать – купец возвращался из столицы Солигии с крупной суммой денег и хотел, чтобы молодые люди отвечали за безопасность обоза. Две боевые единицы в охране лишними не будут, а дороги по старому тракту всегда были опасными – сказывалось старое наследие Темного, чьими владениями когда-то были земли королевства. Гектор не раздумывая согласился, он в любом случае не намерен стоять в стороне, если будет грозить опасность и не сомневался, что солигийский принц рассудил бы также. Тепло попрощавшись и договорившись встретиться уже утром человек и гном разошлись по своим делам.

***

В потайной комнате трактира "Два топора" за крепким дубовым столом сидели два гнома – один помоложе, другой постарше, но одинаково рыжие. На столе в граненом хрустальном графине поблескивала родниковая вода из самых глубоких пещер Гномьих гор. Как хороший знаток вин Бравур никогда не пил в придорожных заведениях, знал что даже самое лучшее будет дрянью в сравнении с тем, что он предпочитал. Разве что в самом крайнем случае, как сегодня при разговоре с человеком. Налил в бокал воды, выпил и снова вперил тяжелый взгляд в понурившегося Ресто. Они действительно были родственниками, правда дальними, но это не мешало Бравуру считать его своим младшим братом, за которым нужен постоянный пригляд и которого у него никогда не было. Боги не дали родителям Бравура еще детей, а отец с матерью всегда хотели большую семью. Они с радостью приняли рано осиротевшего Ресто к себе и окружили заботой и любовью. Как ни странно, но это не вызвало детской ревности у Бравура, обладавшего дружелюбным и открытым нравом, и он также сердечно отнесся к новому члену семьи. Мальчики сдружились и стояли горой друг за друга, деля и радости, и горести, а также наказания за свои шалости. Вот из-за одной такой шалости четырехгодичной давности и особо крупной и приехал в Сухово Бравур, дабы как-то попытаться разгрести сложившуюся непростую ситуацию.