Елизавета Премудрая, или Ква, босс

Глава 4. Сумасшедший дом

Страшно? Еще как. Елизавета сидела рядом с К.А. и умирала со страха. Что ж ей так не везет-то? Опять на психа напоролась. Не иначе, как есть оно, проклятье-то.

Байку о наследственном проклятье невезения в их семье любили. Ей было очень легко оправдывать и семейные неудачи, и алкоголизм, и лень. Мамка пьет – проклятье. Муж бьет – проклятье. Тетку Наташу лишили родительских прав? Так это не она за детьми не смотрела, водила хахалей и в жизни не убирала свой дом – это оно самое, проклятье! Бабушка Елизаветы умерла от гангрены не потому, что отказывалась принимать лекарства от диабета, да и вообще врачей считала вредителями, а потому, что проклятье.

Надо думать, от Елизаветы все ожидали, что она не будет учиться, начнет гулять – как мать как тетка. А как же – проклятье ведь! Однако Лиза зубами вгрызлась в учёбу, пропадала в библиотеке, к тринадцати годам перечитала все книги, которые смогла найти в поселке. Постоянно побеждала в городских олимпиадах по химии, биологии и математике, ездила в областной центр с научными работами и докладами, выиграла несколько конкурсов. Деньги – а за победу платили небольшие, но всё-таки деньги – копила, прятала в тайнике. В убого обставленной старой квартире, никогда не видавшей ремонта, у Елизаветы был свой угол, отгороженный ширмой с висящими тряпками. Сколько себя она помнила, мать горько пила. И как только Лиза научилась пользоваться электрической плитой, перестала хоть как-то готовить и больше не думала о еде, но на неприкосновенности личного пространства ее всегда клинило. В Лизин угол зайти никому больше не разрешала, вещей ее не касалась, деньги (а Елизавета точно знала, что она в курсе всех этих премий – учительница слила) искать не пыталась.

Отец вообще Лизу замечал только тогда, когда жаждал дурь сорвать хоть на ком-то. Ну и книги его откровенно бесили.

Думала Елизавета, что всем покажет, что нет никакого проклятья.

А оно есть.

Кощей он, поглядите!

А ведь она сама к нему в машину и села!

Так, Лизавета, успокойся и даже слово это на букву "п" не вспоминай. Все ошибки в нашей жизни делаем сами мы, ручками своими кривыми и отсутствием мозгов. Думай вон о новых сапогах и о том, что тебе впервые за много лет тепло и сыто. Подумаешь, псих. Не страшнее, чем завкаф. Не шантажирует, не бьет, даже насиловать не пытается.

В смысле, а жаль? Нет, нет. Ты ни о каких низменных вещах даже не думай. Умный мужик совсем не равно сексуальному. Фи, Лиза, он же старый. И вообще, от мужиков одно зло. Тестостерон этот их одни проблемы создает.

Посмотрим, что у него там за закрытая территория, сбежать всегда можно. А не получится – туда тебе, дурочке, и дорога. Будешь знать, как в машины запрыгивать. Всё равно плакать о тебе некому, разве что завкаф уронит пару слезинок. Если вспомнит, конечно, и память она дыроколом его не отшибла. Тут Лиза злобно усмехнулась.

Ехали долго, чистюля Елизавета уже начала чесаться. Ведь и свитер не постирала перед тем, как надеть, и джинсы поди кто-то на свою задницу примерял. Кто-то, возможно, больной или вшивый. А пыли-то на одежде сколько осело, пока она на складе валялась! А продавцы, говорят, руки после туалета не моют. И после денег. И бомжи могли в отдел заходить. Одно утешение – бомжам 40-й размер одежды не подойдет.

А бельё поменять где – на заправке что ли? На некоторых было сравнительно чисто, опрятно, но вытащить из пакетов чистые трусы прям при К.А. было делом невероятным. А одну он ее в машине не оставлял. Наверное, правильно и делал. Елизавета уже заметила те самые пропавшие книги, из-за которых ее завкаф склонял, когда Бессмертный в багажник зачем-то полез. А могла бы стащить у него кошелек и свалить без проблем.

Впрочем, к моменту прибытия Лизу уже мало интересовало, Кощей он там, или может Дракула, да хоть сам президент, только бы у него в доме душ был. И вода чтобы горячая. На холодную героизма у нее точно бы не хватило.

На минутку глаза вроде прикрыла, а как открыла – уже по лесу ехали. Лиза была девушкой здравомыслящей, потому орать громко сразу не стала. Больно долго вез. Труп и под Челябинском прикопать можно в ближайшем сугробе. Челябинск такой суровый город, что и не найдут ни в жизнь. Если по лесу едут, то к месту, наверное, приближаются.

Постепенно лес начал редеть, а как они переехали мост, так сразу дома появились. Ни поста хоть какого-то, ни колючей проволоки. Скажите пожалуйста, секретность у них! Что-то и не заметно! Наверное, еще деревню надо проехать сначала. Хорошая кстати деревня, чистая, аккуратная. Дома все ровные, покрашенные, и почта есть, и магазин. Вот только огромный черный замок с крепостной стеной оказался полнейшей неожиданностью. Какой-то неправильный замок, несимметричный. Одна башня круглая, другая квадратная, а вообще неплохой замок, готичненький. Черный-пречерный.

Въехали в большие ворота по опущенному мосту, и Елизавета едва удержала смех. Высокая черная стена загораживала проезд только спереди. За замком виднелось большое поле с какими-то постройками.

Елизавете даже в голову пришла бредовая мысль, что замок и вправду Кощеем построен. Да нет, видно, господин Бессмертный не просто реальный псих, а псих с деньгами.

– Ну что, Елизавета, – выбрался из машины К.А. – Приехали. Это мой дом.

– Круто! – восхитилась Лиза, видевшая, что К.А. ждет какой-то реакции. – Выглядит довольно древним. Тут, я надеюсь, туалет не на улице?

– Нет, – засмеялся Бессмертный. – Внутри всё современное. Давай, вытаскивай свои пожитки, поживешь пока в гостевых комнатах.

– А чего тихо так? – спросила Елизавета. – Или вы тут один живете?

Бессмертный поглядел на часы и совершенно по-мальчишечьи ухмыльнулся:

– Так обед же!

– Что, прям настоящий обед? – недоверчиво уточнила Лиза. – С супом? С пюре и котлеткой?

От хотдогов и чипсов у девушки больно крутило живот.

– Самый настоящий. Кидай барахло на крыльце, пошли поедим.

– Ага, щаз, – сурово ответила Лиза. – Так я и оставила во дворе свои книги. Я ради них девичьей честью своей рисковала, размахивая дыроколом.

– Да кому твои книги нужны, – начал было К.А., но посмотрев на неё, всё понял. Вообще очень понятливый мужик.

Молча взял ее книги и рюкзак и понес в замок. Не через большие двери, а через маленький вход в квадратную башню. Поднялись по черной лестнице на второй этаж, прошли по светлой галерее. Красивый замок.

– Ну что, где хочешь жить? – спросил К.А. – Справа, слева?

– Где есть душ, – сказала девушка.

– Везде есть душ, – ответил К.А. – Все для гостей.

– Тогда здесь, – толкнула первую же дверь Лиза.

Бессмертный кинул посередине комнаты ее вещи.

– Жду пять минут и иду жрать, – предупредил он. – Вздумаешь задержаться – будешь искать столовую сама.

Лиза быстро кивнула и, только за ним дверь закрылась, мгновенно сбросила грязные вещи. Придирчиво осмотрела новое бельё, решила, что на один раз сойдет. Джинсы пришлось надеть хоть и чистые очень условно, зато свои. Хорошо, что она не успела их выкинуть. Заглянула в туалет, обнаружив современный ремонт и безукоризненную чистоту, быстро умылась. Нашла в шкафу одноразовые тапочки, как родным им обрадовалась.

Заплетала волосы в косу уже на бегу.

К.А. догнала в коридоре. Гадские белые тапочки ужасно скользили по гладкому полу, но кроме сапог и кроссовок, обуви у Лизы не было.

Бессмертный успел лишь избавиться от дубленки.

Спустились вниз по очередной широкой лестнице, завернули в коридор, в котором чувствовались запахи еды, и, наконец, явились в столовую.

Глава 5. Новый коллектив

В первый момент Елизавете остро вдруг захотелось развернуться и убежать. В огромной (как в универе) столовой сидели одни мужики. И какие мужики! Да это ж армейское подразделение! Десантники! Кремлевский полк! Зал был переполнен тестостероном, и весь этот тестостерон пялился только на них.

Впрочем, они как-то быстренько все отворачивались и утыкались в свои тарелки. Покосилась на Бессмертного и на ровном месте споткнулась.

Как есть Кощей. Куда делся спокойный доброжелательный дяденька-ученый? Рядом с ней был мужик с совершенно зверской физиономией, натуральный крутой мафиози. Как ни странно, это Елизавету весьма успокоило, и она, громко шаркая тапочками, пошлепала за Бессмертным к раздаче еды. Как он, взяла большой деревянный поднос, поискала глазами ценники.

– Всё бесплатно, – тихо сказал К.А.

Ну так это меняет все дело!

Лиза тут же поставила себе на поднос салат с помидорами, сырный суп и вожделенное пюре с котлетой. Размеры положенных порций ее не просто порадовали – искренне восхитили.

Как утенок за мамой-уткой проследовала за новым боссом к столу на подиуме в центре зала, где заканчивал трапезу здоровый мужик с мордой совершенно бульдожьей.

Кощей кивнул мужику, мужик кивнул Кощею.

Лиза на всякий случай поздоровалась.

– Елизавета, наш новый библиотекарь, – представил ее К.А.

– Она обычная, – возмущенно сказал бульдог, неприлично ткнув в ее сторону вилкой.

– Исключение, – пожал плечами К.А.

– Я против.

– Мне наср… – быстрый взгляд в ее сторону, – наплевать.

Мужчины сердито сверлили глазами друг друга. А Лиза просто сидела и ела, наслаждаясь действительно вкусной и горячей едой.

Обратно в комнату пришла сама и замерла от возмущения. Ее вещи уже кто-то трогал! Книги были поставлены на полку, грязная одежда пропала, сапоги и кроссовки вычищены и поставлены на полку для обуви. Рюкзак распотрошен и тоже вычищен. Быстро заглянула в ящики стола – все документы лежали там. На середине стола разложены по номиналам деньги – сдачу К.А. она так и не вернула. Пересчитала – больше пяти тысяч. Для нее деньги приличные. Лиза в месяц за квартиру платила меньше.

Будем считать авансом.

– И где мои вещи? – мрачно спросила Елизавета, на всякий случай заглянув под кровать.

Там, кстати, было очень чисто.

– В стирке, – ответили ей два лохматых существа, появившихся посередине комнаты.

Лиза взвизгнула и позорно потеряла сознание.

***

Очнулась от резкого запаха нашатыря.

– Мало того, что обычная, так еще и больная, – сердито сказал бульдог, стоящий над ней.

– У девочки переутомление и сильный стресс, – мягко возразила пожилая женщина в белом халате. – И острое истощение. Совсем ребенка не кормили.

– Я тут не при чем, – быстро сказал К.А. где-то за спиной у врача. – Она уже такая была.

– Кушай как следует, Лизонька, – посоветовала добрая тетя-доктор. – Побольше спи, почаще гуляй. Тебе надо килограммов десять набрать до нормального веса. А лучше пятнадцать. Я тебе витамины закажу, через пару дней загляни в медпункт, забери.

И уже мужчинам:

– Надеюсь, вы гонять ее не собираетесь?

– Лиза будет в библиотеке работать, – сказал К.А.

– Хорошо, – ответила врач. – Только пусть гуляет почаще.

Врач ушла. Лиза села на кровати, поглядела растерянно на мужчин.

– Извините, – сказала она. – Я никому не хотела доставить беспокойства.

– Нормально всё, – сказал К.А. – Кстати, ты мне сдачу не вернула. Я забрал.

Вот же… Кощей!

Мужики ушли, а Лиза, заперев дверь, оглядела новое жильё. Никогда у нее не было такой красивой комнаты. Кровать с пружинным матрасом, на кровати желтое покрывало и настоящее постельное бельё! Вот прямо как в гостинице или в кино – белое, хрустящее! Сразу две подушки! И одеяло – не тяжеленное ватное, а легкое, пуховое!

Тумбочка возле кровати с бумажным торшером. На полу коричневый темный ковер, мягкий, пушистый. Небольшой туалетный столик с зеркалом у окна, красивый белый стул с гнутыми ножками. Шкаф высокий, до потолка. Как минимум три Лизы в этом шкафу поместятся. Заглянула в ящики и взвизгнула от восторга: есть и полотенца, и махровый халат, и несколько упаковок носков.

Сумасшедший этот Бессмертный или нет, какая разница, если он ей обеспечил такие условия! Обнаружила еще одну дверь, думала, на балкон или еще куда, но нет – оказалось, еще одна комната – кабинет. С книжными шкафами, письменным столом и настоящим ноутбуком на нем. Ой мамочки! До этого Лиза ноутбук только в магазине видела.

А уж ванная, какая тут была ванная! Не душ, а настоящая ванна. И всё такое чистое, такое блестящее! Жаль шампуней нет, только мыло. Но Лизе и этого хватит. Полежала в ванной – кажется, впервые в жизни, покайфовала. Это в самом деле оказалось так круто, как пишут в книжках.

Надела халат, чистые носки, вытерлась полотенцем. Для кого-то может это привычные действия, а Лиза, жившая сначала преимущественно в подъезде, потом в общаге с тараканами, потом в съемной квартире практически без ремонта, была в полном восторге.

На кровати лежали ее джинсы, бельё и свитер – выстиранные, абсолютно сухие.

Лиза присела на пол:

– Слушайте, барабашки, простите меня, пожалуйста. Я немного психованная, но если долго гулять, это точно пройдет. Врач сама так сказала. Я просто никогда таких, как вы, не видела. Покажитесь, пожалуйста, я орать громко не буду.

– Мы не барабашки, – раздалось из угла. – Мы домовые.

Домовые оказались совсем на Кузю из мультика не похожи. Просто какие-то серые лохматики с глазами. И совсем даже не страшные.

– Привет, – сказала им Лиза. – Это вы мои вещи постирали? Спасибо большое.

– Мы здесь работаем, – важно ответили домовые. – Ты не волнуйся, мы – обслуживающий персонал. За это нам от Кощея защита, почет и уважение. Мы тут всё прибираем, моем, стираем. Ежели чаво еще надобно – говори, не стесняйся.

– Бельё свое я сама стирать буду, – сказала Лиза. – Ничего личного, мне так комфортнее. Бумаги или записи мои трогать никому нельзя. Пусть даже на полу валяются, пусть даже в мусорке. Я потом могу передумать и из мусорки достать.

– А ты бумагами не завалишься, красна девица?

– Ну если я на клочки порвала, то уже можно убирать, – задумчиво сказала Елизавета. – А бумагу где взять можно?

– Бумагу тебе принесем, сколько надо, – успокоили ее домовые. – Но ежели чаво сверх нормы – на склад сходи.

– А еще на складе можно одежду взять, – сказал второй домовой. – Вещей-то у тебя совсем нет. Там не ахти какой выбор, но уж футболка да штаны найдутся.

Лиза поняла, что попала в рай.

Окончательно она в этом убедилась, когда спустилась в библиотеку. Книг на полках там стояло огромное множество, а еще было хранилище в подвале со специальными условиями: холодно и сухо. В нем размещались такие издания, о которых она и мечтать не могла. А самое забавное, что Кощей – да-да, увидев эти библиотечные сокровища, Лиза сразу поверила и в Кощея, и в Бабу Ягу, и в полтергейст – так вот, Кощей даже и не знал, что у него есть и где оно все хранится. Тут Лиза и закопалась во все эти нераспаханные поля, систематизируя, переписывая, переставляя. К черту учебу, к черту мир весь вокруг – у нее был свой мир.

Глава 6. Жизненные бонусы

В один далеко не прекрасный день Лиза обнаружила, что джинсы не сходятся в талии, а куртка вообще не застегивается. Взглянула в зеркало, не мельком – просто причесаться, а по-настоящему, и не поверила своим глазам.

Куда делись выступающие ключицы, острые плечи, костлявые ноги? Откуда взялись щечки? Кожа стала белая-белая, глаза горят, волосы блестят, даже грудь появилась откуда-то. А руки? Ведь были как палочки с пальчиками-карандашиками. А сейчас округлились.

Внезапно ей захотелось купить себе очень красивое платье, подстричь модно волосы, сделать маникюр. Раньше таких диких желаний у Лизоньки не возникало. А теперь к пище хорошей привыкла, к спокойной работе, к жизни в чистой и теплой комнате.

А на дополнительные жизненные бонусы, как известно каждому, нужны дополнительные денежные ресурсы. Коих у Лизы почему-то не имелось. Несправедливо? Это с какой стороны поглядеть. Кощей ей ничего, кроме убежища и работы, не обещал. Приютил, так сказать, обогрел. Кормит вон так, что джинсы трещат во всех местах. Да и мужик вообще он грозный и жадный. А ну как выкинет ее за ворота при упоминании о деньгах? И что Лизонька тогда делать будет одна в большом и страшном мире?

С кем бы посоветоваться?

Друзьями она, махровый интроверт, пока не обзавелась. Она вообще понятия не имела, как люди друзей находят. По почте выписывают? В песочнице выкапывают?

Единственный, но зато великолепнейший собеседник, с которым можно было перекинуться парой слов, был… Кот. Огромный, чёрный и говорящий.

Это она потом уже узнала, что у кота в замке и свои апартаменты имеются, и служебные обязанности (отнюдь не мышеловство), и даже дипломы на стенке. А сначала просто обнаружила в библиотеке наглую чёрную морду с зелёными глазищами и почесала морду за ушком. Осторожненько так, ибо зубы у морды отчетливо выступали. И когти.

Морда приняла ласку благосклонно, взмахнула пушистым хвостищем и улыбнулась во все белоснежные зубки:

– Женская нежность в мужском царстве ценится вдвойне.

Лиза села на стул и сосчитала про себя до десяти. А ведь могла бы и сразу догадаться, что тут даже коты говорящие могут случиться. Хотя те, что в деревне ловили мышей – белые, серые и полосатые – благоразумно мяукали.

– Ну чего глаза выпучила? – надменно спросила морда. – Гладь давай. Или я не красив? Или я не пушист? Или ликом не вышел?

– А справка о здоровье у тебя есть? – не удержалась Лиза. – Блохи, глисты там, лишай?

– Ты очумела, женщина? – возопил кот, разом почувствовав себя и лишайным, и блохастым. – Страх потеряла? Быстро бегать научилась? Я тебе сейчас…

– В тапки нагадишь?

– Лицо расцарапаю! – И кот продемонстрировал небольшие кинжалы, вероломно названные когтями.

– А шваброй по толстой заднице?

– А ссанкции на важные документы?

Лиза нахмурилась. Ситуация выходила патовая. Угроза нешуточная. Пришлось отступить.

– Ссанкции на документы крайне нежелательны. Признаю, аргумент. Но я думаю, что такой умный и солидный кот не опустится до плебейства в виде мелких пакостей.

Настала очередь задуматься коту. По морде было ясно, что опустится, и не раз, и план ему этот решительно нравился, но… гордость боролась с чисто кошачьей натурой, мелкой и мстительной.

Нужно срочно закрепить результат.

– Никогда в жизни не встречала говорящих котов. Мне показалось, что вы настолько редки, что боязно лишний раз тронуть. Вдруг оскорблю своей фамильярностью? Я могу, я далека от всяких этих… ваших политесов. Высших светов не видывала.

– Я мужчина! – Выпятил грудь кот. – Но и животное тоже. Объятия прекрасной дамы не могут меня оскорбить!

– Тяжело быть котом и мужчиной одновременно? – посочувствовала Лиза.

И сделала роковую ошибку. Следующие полчаса кот с придыханием посвящал ее в тонкости своей интимной жизни. Ни тактичностью, ни стеснительностью эта скотинка не обладала, а поэтому Лиза познала всю бездну его плотских страданий. Подбор подходящих партнеров, поиск истинной пары… Тернист и бесславен был путь сказочного кота к семейному счастью.