Патруль оранжевого сектора

Глава 1

Мира шла по космодрому, старательно вглядываясь в номера стоек. Да, вот оно – синяя зона, место триста двенадцать, патрульный катер. Прямо перед ним стояла весьма комичная парочка. Амбал под метр девяносто в берцах и… дурацких пляжных шортах с какими-то рыбками и футболкой с голубой планетой и надписью: «Я» – дальше нарисованное сердечко – «Тигарден-Би», видимо, чтобы все сразу понимали, где он провел последний отпуск. И миниатюрная, не достающая ему даже до плеча девушка-японка с забавными хвостиками-рожками на голове и с огромным чупа-чупсом.

– Здравствуйте, я ваш новый член команды, – как можно вежливее проговорила Мира.

Все-таки ей с этими людьми теперь два года работать, и они же не виноваты, что ее жизнь, еще такая прекрасная позавчера, круто изменилась.

– О, доктор! При виде вас у меня резко заболело сердце, – заулыбался здоровяк и показушно схватился за левую сторону груди.

М-да… Только такого клоуна на ее голову и недоставало! Конечно, официально рейс начинается через восемь часов, и пока вполне можно и быть одетым и общаться неформально, но вот эти идиотские подкаты как-то чересчур.

Видимо, расстроившись, что девушка никак на реплику не отреагировала, амбал продолжил:

– Меня зовут Боб, а это Марлен, – указал он в сторону японки, которая, выдернув леденец изо рта, приветливо помахала рукой с ним в воздухе.

– Лейтенант Кипелова, – официально представилась Мира, чтобы сразу расставить границы. Здоровяк, как будто этого не заметив, продолжил в том же духе:

–У такого прекрасного лейтенанта, должно быть, и не менее прекрасное имя! Дайте угадаю: Надежда? Любовь?

Мира начала закипать, непроизвольно закатила глаза и не слишком приветливо проговорила:

– Мирослава.

– Мирочка! Какое замечательное имя! А вы знаете, Мирочка, что предыдущий доктор ушла с рейса сразу в декрет? – и он пошловато подмигнул.

– Поздравляю, папа! – выпалила девушка. Она была не сильна в таких пикировках.

Здоровяк перестал улыбаться, его глаза округлились:

– Э… так папа не я. Биолог у нас тут работал. Они, вообще-то, супруги.

– Не понимаю, как меня все это касается? – потеряла терпение Мира. – С чего вы вообще взяли, что я медик?

– А кто? – опешил Боб. – Я – механик-стрелок, она вот, – и он снова указал на японку, – биолог по контракту из гражданских. Капитана я в лицо знаю – уже год вместе летаем…

– Я ваш пилот.

– Пи… – только и проговорил амбал, вытаращив глаза еще больше.

***

Еще позавчера у Миры был выпускной. Одна из лучших студенток академии космофлота, красный диплом, перспективы, отличные рекомендации с практик и проявляющий к ней интерес первый красавчик курса. Четыре года Мира держалась неприступной крепостью, посвящая себя учебе, он же время даром не терял и перебрал добрую дюжину студенток, благо их на военном отделении училось не так много. Страшный бабник —да! Но хорош, чертяка! А какие в небе закладывал виражи! Залюбуешься! Ну и потом, может же человек, нагулявшись по молодости, остепениться? Тем более что и ухаживать за Мирой он взялся красиво – прислал два виртуальных букета роз на комм, а потом тайно ночью провел в офицерскую столовую, где они трескали пирожные с чаем, травили анекдоты и целовались. Хм… сейчас это свидание уже положительных эмоций не вызывало.

На выпускном красавчик изрядно выпил и принялся в танцах Миру беззастенчиво лапать. Нет, она не ханжа и рано или поздно собиралась с ним дойти и до интима, но не так же сразу?! Девушка постаралась его аккуратно осадить, но парень начал злиться, больно стиснул ей ягодицу и прошипел, дыша в лицо алкогольными парами:

– Ты что ломаешься, как в первый раз?

Дальше у Миры, кажется, сработал рефлекс самозащиты. Она со всей силы двинула нахалу между ног, вырвалась и убежала. Потом, как дура, плакала в своей комнате в общежитии. Она же думала, что у него тоже чувства, но откуда они у такого кобеля?

Но настоящие неприятности начались утром, на распределении. По всему выходило, что девушку должны взять вторым пилотом на корвет или даже запасным на крейсер, но пожилой сухонький декан достал ее личное дело, вынул оттуда контракт и протянул Мире на подпись. В документе черным по белому было впечатано: «Место службы: патруль планет условно обитаемой группы (ППУОГ), должность – пилот катера».

Мира аж задохнулась от такой вопиющей несправедливости – ППУОГ, или как их в космофлоте пренебрежительно называли –«попугаи», был своего рода штрафбатом, куда ссылали провинившихся или брали особенно никчемных новичков. Ну или папенькиных сынков, которые вроде бы и хотели носить форму военного космофлота и служить, но в то же время находиться в абсолютной безопасности. Окончить академию и попасть в попугаи – это все равно что на гражданке выучиться на адвоката и пойти работать участковым.

– Такого не может быть! – возмутилась она. —У меня красный диплом! Три отличные практики!

– Ну, милочка, у вас же нет опыта! Отслужите пару лет, потом…

– Так у всего курса нет опыта, а ребята выходили с нормальными распределениями! Это… потому что я женщина? – прямо в лоб, разозлившись, брякнула Мира.

– Конечно, нет! Просто положение четыре, параграф два-один…

Девушка быстро вызвала на комме данные. Этих положений существовало столько, что упомнить хотя бы половину было просто нереально.

– Вы серьезно? – вскинула она брови, пробежав глазами по абзацу. – Потому что я единственный ребенок в семье, меня не рекомендовано в первые два года отправлять на миссии выше второго класса опасности?! Если бы это соблюдалось, то все земляне торчали бы во внутренних патрулях!

– Так, юная леди! Не повышайте голос! Ваше распределение всего на два года. Наберетесь опыта, потом пересмотрим. Ну а если не устраивает, гражданка принимает всех.

Гражданка?! Это сейчас снова переучиваться и потом тихо, по прямой, пых-пыхать на рейсовых лайнерах? Ну уж нет, не для этого она четыре года в академии потратила!

Мира схватила ручку и быстро поставила росчерк. Потерпит как-нибудь! В конце концов, четыре месяца рейд – два отпуск не самый плохой график. И она была почти уверена, откуда дует ветер – ее вчерашний ухажер постарался. Мелкая поганая месть, даже папу-адмирала задействовать не постеснялся! За эти два дня Мирина влюбленность улетучилась, как дым от затухающего костра. Самое время сосредоточиться на карьере. Она еще сядет в кресло первого пилота на крейсере, чтобы этот поганец подавился!

Глава 2

– О! А вот и кэп! – счастливо воскликнул Боб и энергично замахал рукой, словно встретил брата-близнеца, с которым его разлучили в детстве.

Мира поспешно обернулась. Она ожидала увидеть седовласого дедка, с которого уже сыплется песок, но за все заслуги руководство космофлота никак не может его насильно отправить на пенсию. Ну а кто еще пойдет на такую работенку?!

Однако вышедший из аэрокара мужчина, хотя и был немолод, лет тридцати, имел отличную военную выправку и идеально тренированное тело. Его волосы, не слишком коротко постриженные, были аккуратно причесаны, а волевые, правильные черты лица позволили бы его использовать в качестве модели для художественных школ. Мира быстро, пока никто не заметил, скрыла удивление и уже готовилась представиться по всей форме, но капитан, произнеся: «Всех приветствую», вызвал с комма открытие шлюза и выпуск трапа.

Боб подскочил к нему сзади, поскольку пойти рядом мешала ширина трапа и массивный капитанский чемодан, и прокричал почти над ухом:

– Кэп, а нам дали пилотом девушку!

– Я в курсе, – произнес капитан механическим голосом и, даже не поведя головой, продолжил подниматься.

– Мы что, с ней прямо полетим? – не стесняясь присутствия Миры и не отставая от начальства ни на шаг, задал второй вопрос механик.

Капитан резко остановился, так что амбал, а следом и поднимающиеся девушки, чуть не налетели на него, и, повернув голову, с каменным лицом проговорил:

– А что, по-твоему, делают с пилотом? В домино играют?

От тона его голоса у Миры пробежал по коже холодок, но Боб только рассмеялся:

– Можно и в домино! – и он, развернувшись, подмигнул девушкам. – Если это хорошенькая куколка – на раздевание.

Мира скрипнула зубами и уже собиралась парировать чем-нибудь едким, но Марлен ее шепотом одернула, пресекая дальнейшую перепалку:

– Не заморачивайся, он безобидный. Просто пошутить любит, – прошептала биолог довольно тонким голоском, вытащив чупа-чупс изо рта.

Вчерашняя выпускница выдохнула, взяла себя в руки и молча продолжила подъем. Два года. Надо продержаться только два года!

… Стивен Браун вошел в свою каюту, поставил чемодан и устало провел ладонями по лицу. Он почти год командовал патрульным катером и надеялся, что его хотя бы тут уже оставят в покое. Но девочка-пилот не могла быть простым совпадением. Нет, против пола капитан ничего не имел, не так мало женщин пилотов, причем со званиями и наградами. Но эта же только после академии! Еще и с красным дипломом на его голову! Знает он эту категорию – считают, что самые умные, все строго по положениям, а чуть ситуация в учебник не укладывается, то все, полный ступор. Сейчас еще до всеобъемлющего счастья пришлют медичку – девочку-выпускницу, и трындец. Какой рейс с таким бабьим батальоном?!

Старт у катера уже через несколько часов, а с врачом ситуация по-прежнему подвешенная. Оно и понятно – кому захочется в патруль? Сейчас вот в списке команды появилась-таки фамилия Ка́пель. И больше ничего. Вот и думай, какого этот медик пола. Ну вот, не приведи господи, напорются на пиратский форпост, и что он станет делать? Капитан недобро пнул неразобранный чемодан под навесную койку и, выйдя в коридор, нос к носу столкнулся со стильно одетым молодым человеком в сером костюме-тройке.

– Вы что тут делаете? – возмутился Стивен. – Это, вообще-то, режимный объект. Кто вас пропустил?

Ну правда! Сил нет как достали эти коммивояжеры! То дешевую межпланетку, то списать кредиты, а то и вступить в церковь какой-нибудь Вселенной Добра предлагают. Вот, ей-богу, как крысы! Везде пробираются.

– А… это же катер М184?

– Это военный патрульный катер! Покиньте сейчас же помещение!

– То есть как? – растерялся парень. – Я к вам… распределен.

И сунул Стивену в руки карточку паспорта.

– Капель Игнат Петрович, – вслух прочел капитан и слегка смутился. – Что же сразу не сказали? Ваша каюта под номером пять, располагайтесь. Планерка будет после того, как ляжем на основной курс.

Глава 3

Мира в своей каюте сонно потянулась и надела пижаму. Первые сутки полета прошли вполне штатно. Капитан провел планерку, если сказанные им четыре фразы можно было так назвать. Дундук он вообще – представился, выдал всем допуск к корабельной базе данных, сообщил, что должностные инструкции, график полета, дежурств по камбузу и ночных постов выложены там. Погрозил заснувшем на вахте тремя нарядами на кухне вне очереди с полной ее уборкой и бросил напоследок:

– Заданий много, надеюсь, сработаемся.

Никакого знакомства с коллективом, индивидуальных собеседований, командообразующих мероприятий, что там еще принято в подобных случаях? Как будто ему совершенно все равно, с кем он полетит. И еще это абсолютно нечитаемое выражение лица. Бабушка почему-то смешно называла такую мимику «покерфейс». Вообще не поймешь, о чем думает – доволен ли, или злится. Но начальство, как известно, не выбирают.

Дальше Мира вытащила комм и по давней привычке открыла в нем личный дневник. Когда-то на первом курсе им рекомендовали вести такой для эмоциональной разгрузки. Девушка попробовала и пристрастилась.

«Отлетала нормально, – скупо записала она. – Держим курс на Глизе 667 Ce. Ориентировочное время прибытия завтра в 19:22 по корабельному времени. Теперь я тоже одна из «попугаев» (и грустный смайлик). Хотя Бобби гордо называет наш экипаж «Патрулем оранжевого сектора». Бобби вообще прикольный. И довольно симпатичный. Когда в форме. В повседневной одежде у него чудовищный вкус»…

…Стивен взял первую ночную вахту на себя, чем вызвал нешуточное удивление среди экипажа. Естественно, все промолчали, но он отлично считал это и по глазам. Капитаны, даже на таких маленьких суденышках крайне редко подобным утруждались. Но у Брауна был какой-то пунктик – хочешь, чтобы команда тебя уважала – сведи все личные привилегии к минимуму. Тем более, он все равно собирался поработать с документами.

Пилот оказалась вполне ничего – довольно грамотная. Красивая, к сожалению. Бобби вокруг нее уже увивается, и наверняка и доктор примется, как только осмелеет. Команде такое соперничество на пользу не пойдет, но тут ничего уже не попишешь. Не паранджу же на нее надевать. Хотя азарт Бобби это бы еще скорее разожгло. Даже биологу целый месяц проходу не давал, а она-то четко дала понять – на Земле ждет жених, шуры-муры не интересуют. Хотя и у лейтенанта Кипеловой, вероятно, есть жених, при ее-то модельных данных. Стоит, наверное, намекнуть Бобби, может, сбавит обороты.

Однако больше всего Стивена тревожил доктор. Весь из себя интеллигентный и правильный. Ширинку, похоже, с ножом и вилкой застегивает. У таких принципы идут впереди здравого смысла. Так и жди, что начнет доносы строчить руководству. Надо с ним держаться поаккуратнее. Нельзя Стивену рисковать, один чих ни в ту сторону – и вообще на гражданке окажется. Был капитан с наградами и знаками отличия, да сплыл. Сиди теперь на катере с молодняком…

За всеми этими раздумьями Стивен не заметил, как наступило утро. Позавтракав и набросав заданий экипажу, он удалился в каюту и погрузился в тревожный сон, для которого, казалось бы, нет оснований.

Глава 4

Глизе 667 Ce перед посадкой облетели четырежды по разным орбитам. Визуально никаких отклонений от ее архивной карточки обнаружено не было. Более детальные исследования предстояли завтра, пока же катер летел ощутимо снизившись, так, чтобы все могли полюбоваться видами.

Мира, например, как завороженная, не отрывая взгляда, смотрела на стоянку карликовых йети вдоль морского побережья. Крайне забавные белые зверьки, размером с крупную кошку, больше всего они напоминали прямоходящих панд с маленьким носиком-пуговкой, круглыми глазами и крайне подвижными, гнущимися на все лады ушками. Животные занимались своим делом – ходили, чесались, спали, дрались, и все это напоминало оживший мультфильм.

Неожиданно от берега отломился небольшой кусок льда и начал отплывать в открытое море. На нем оставалось особей десять – двенадцать, которые стали бегать взад и вперед, суетиться, но сунуться в воду и поплыть к берегу не решались. Остальные же сородичи словно и не заметили начавшей разыгрываться драмы.

– Надо их как-то подцепить и отогнать к берегу, – тревожно подала голос Мира, поворачиваясь к капитану, – я могла бы…

– Ничего с ними не случится. Это их родной ареал, и мы не должны вмешиваться в естественные процессы, – сухо ответил капитан и добавил: – Вылетаем к поляне, которую раньше отметили, там расположимся на ночевку. Завтра предстоит много статистической работы, так что следует выспаться, чтобы не напутать с цифрами.

– Но они же погибнут! – возмутилась пилот и свирепо зыркнула по очереди на каждого члена команды.

Марлен закивала головой:

– Йети – да, они не плавают.

Доктор растерянно пожал плечам и посмотрел на капитана. Боб вообще как будто пропустил разговор мимо ушей. Капитан же чуть повысил голос и, буравя девушку взглядом, произнес с нажимом:

– Я недостаточно четко отдал приказ?

Мира поджала губы. Все внутри нее клокотало от гнева и несправедливости, но катер начал набирать высоту и взял курс на потенциальную стоянку. Приказы, как известно, не обсуждаются.

Ужин прошел в тишине, и даже Бобби не сыпал своими пошловатыми остротами. Мире казалось, что решением капитана подавлена не только она, однако все промолчали. Стивен Браун объявил отбой, и в кабине на ночное дежурство пилот осталась в одиночестве. В катере было тепло и безопасно, а бедные маленькие йети сейчас там, неизвестно где, посреди моря на льдине ютятся. Сколько они там смогут продержаться? А если их так никуда и не прибьет ветром? Девушка устала себя изводить сомнениями, и постепенно их место занял вполне реализуемый план. Но для его воплощения ей непременно нужен сообщник. Выбор пал на Марлен: во-первых, она с ней пока ближе всего познакомилась, во-вторых, та точно зверолюбива, и в-третьих, она гражданская, значит, меньше других рискует огрести крупных неприятностей.

Биолог еще не спала, и Мира ей изложила свою идею – планета мирная, все спят, если они на пару-тройку часов улизнут, вряд ли кто-то хватится. Всего-то надо взять аэрокар, ледоруб и обвязку. Пилот собиралась надеть на всякий случай и костюм для выживания – мало ли что, высаживаясь на льдину, можно же и в ледяную воду свалиться. Марлен в принципе план вполне устроил, кроме одного:

– Аэрокар пилотировать будешь сама. У тебя с этим всяко лучше. А я легкая, прицеплю к лебедке обвязку, и спустишь меня к йети.

Мира согласилась, и обе девушки, взяв все необходимое с катера, буквально на цыпочках пробрались в транспортный отсек и выгнали из него аэрокар. Установленные в его багажнике два блока электролебедки были как раз очень кстати. Путь до моря не занял много времени, дольше пришлось летать над ним, стараясь в тусклом свете местной ночи отыскать сбежавшую льдину. Наконец пропажа нашлась. Малыши умильно дрыхли на ней вповалку, многие друг на друге. Карликовые йети относились к группе разумных животных. Было официально установлено, что их уровень интеллекта вполне сопоставим с земными дельфинами или шимпанзе. Видимо, отсутствие опыта им мешало ощутить опасность в полной мере, или просто уже вымотались до такой степени усталости.

Мира побоялась опускаться чересчур низко – вдруг малыши с испуга кинутся все разом в аэрокар, как бы еще не перевернули машину. Так что поступили строго согласно плану – пилот спустила подругу в обвязке на одной лебедке примерно с двухметровой высоты, а затем скинула вторую с прицепленным к ней ледорубом. Эту конструкцию Марлен использовала как якорь, воткнув ее в лед. Зверьки от шума проснулись и испуганно сгрудились с одного края, чуть накреняя «плот» и делая ситуацию несколько опасной. Но биолог продумала заранее этот момент. Она достала из кармана пакет с бесформенной серой массой из синтезатора. Аппарат ее гордо выдал на запрос «окунь». Внешне каша аппетита не вызывала, но, как ни крути, девушкам настоящей рыбы взять было неоткуда, так что они очень надеялись на природное любопытство зверьков.

Малыши переглядывались, стригли ушами и издавали пищащие звуки разной тональности, словно переговариваясь друг с другом. Затем стоящий чуть впереди, видимо, самый смелый йети сделал осторожный шаг вперед к лежащему пакету. Он опасливо огляделся по сторонам и понимая, что ничего не произошло, сделал еще два и снова остановился. Прислушался, потом быстро добежал до еды, макнул в него лапу и отскочил на пару шагов назад. Замер. Через секунду обнюхал лапку, лизнул и восторженно что-то залопотал, обращаясь к собратьям. Те со счастливым гомоном ринулись к пакету. Марлен усмехнулась и, достав припасенный второй мешочек с приманкой, закинула его в чуть спустившейся аэрокар. Зверята расстроенно проследили за ним взглядом. Тогда девушка нагнулась, взяла самого смелого из них и пересадила в машину. Поняв, что ничего страшного их не ждет, йети, распихивая друг друга, бросились к Марлен. Девушка только и успевала хватать их и запихивать в аэрокар.

Вскоре все «пассажиры», урча и причмокивая, дербанили на заднем ряду пакет с лжерыбой, а Марлен, забравшись на переднее сиденье, облегченно выдохнула. Основная фаза спасательной операции подошла к концу. Через полчаса всю мохнатую братию девушки выгрузили в некотором отдалении от их стоянки. Малыши освоились и вовсе не стремились покидать гостеприимный аэрокар. Не успевали девчата ссадить одних, как другие уже карабкались назад, терлись об ноги, словно коты и всячески выражали свою приязнь. Вконец умотавшись и выдворив обнаглевших йети, девушки полетели назад к кораблю.

– Как думаешь, нас уже могли хватиться? – выразила общее беспокойство Марлен, оттирая «следы преступления» внутри салона.

– Надеюсь, что нет. Прошло всего-то… часа четыре, – прошептала Мира, влетая в багажный отсек.

На катере было тихо. Девушки облегченно выдохнули, выбрались из аэрокара и крадучись направились к лестнице. Собственно, здесь, на ступеньках, их и ждал сюрприз в виде капитана, увлеченно читающего «Дисциплинарный устав военного космофлота».

Глава 5

Обе девушки замерли соляными столбами. Стивен выждал пару минут, не меньше, делая вид, что погружен в книгу, затем медленно перевернул страницу и поднял голову:

– Вам перечислить все нарушения и меры взыскания или можно сразу огласить вердикт?

Японка смутилась, потупила глаза. У пилота от лица отхлынула вся кровь, Мира смотрела на него в упор, как кролик на удава, и лишь часто моргала.

Ну детский сад, ей-богу! За что ему это наказание? Ведь у них военный рейд, не в бирюльки играют! Да, по факту патруль следит за состоянием планет оранжевого сектора – проверяют, нет ли изменений в их жизнедеятельности, климате, животном мире. Нет ли незарегистрированных поселений или, еще того хуже, пиратских гнезд. И вот тут вполне могут быть нештатные ситуации.

– Вы ушли с боевого поста. Бросили своих товарищей, которые на вас рассчитывали. Подвергли их жизни опасности. Подвергли свои жизни опасности…

Пилот приоткрыла было рот, и Стивен даже специально сделал паузу. Пусть скажет сейчас. Да, еще три месяца ему придется ее терпеть, но это лучше, чем иметь ненадежного человека в команде. Однако Мира-таки снова сжала губы и промолчала. Так что капитан продолжил:

– Нарушили приказ капитана. Заметьте, я только самое значимое упомянул. Есть сомнения, что за все это причитается?

Девушка понурила голову и отрицательно ею покачала. Умница. Понимает, что круто накосячила, значит, небезнадежна.

– Это была моя идея, – робко промямлила Марлен, пытаясь выгородить новоявленную подругу.

Капитан ни на минуту не сомневался, кто тут зачинщик, хотя вслух произнес:

– Мне все равно, кто инициатор. Вы гражданская и спрос меньше. А лейтенант Кипелова оставила пост.

Кажется, пилот побледнела до легкой синюшности, и Стивен всерьез испугался, как бы девушка ни хлопнулась в обморок.

– Йети хоть спасли?

Эффект неожиданности сработал подобно разорвавшейся бомбе. На него уставились сразу две пары обалделых глаз, а потом обе девушки как болванчики закивали.

– Неделя дежурства на камбузе. Каждой! И вы, лейтенант Кипелова, на этот период отстранены от полетов!

Стивен начал понимать девушку – с таким дипломом и навыками она тут наверняка не по доброй воле. Здесь, а не на гражданке – потому что хочет летать. Значит, и наказывать надо «сладеньким». Ну, а камбуз, чтобы жизнь медом не казалась.

– А… кто же будет пилотировать катер? – ошалело переспросила Мира.

Некоторое высокомерие, которое капитан слышал в ее голоске с момента знакомства, враз испарилось. Зато и щеки порозовели. Наверное, уже представила себя с позором выгнанной из космофлота. Это полезно. Но не такой уж Стивен на самом деле гад. Сам был когда-то… дерзким. К худу или к добру – пообломали. Не место человеку в армии, если он не может подчиняться приказам. Хотя… если бы та ситуация, возникла не год назад, а сейчас, он поступил бы так же.

– Я. И любое пустяковое нарушение – пишу рапорт, и вылетаете из космофлота. Диспозиция ясна?

– Так точно!

– Возвращайтесь на пост, сменитесь как положено. Изменения в дежурстве на ближайшие две недели я в график внесу.

Он поднялся со ступенек, отряхнул брюки и, не глядя на девушек, стал подниматься наверх. Браун никогда не проводил собеседований с подчиненными. Какой в них смысл? Все ответы заготовлены заранее. Если ты хочешь узнать, что за человек около тебя, единственная возможность – это посмотреть на него в деле.

Инцидент, конечно, досадный. Но девушка добрая, сообразительная, несколько рисковая и способная думать своей головой. Научить бы ее подчиняться приказам, и, авось, сработаемся.

Глава 6

Мира остервенело чистила картошку. Нет, она отлично понимала, что должна быть безмерно благодарна капитану, который не накатал на нее рапорт о несоответствии. Но ведь Браун на это наверняка и рассчитывает – на ее благодарность. Что она теперь будет послушным песиком и в рот ему заглядывать. Вон даже… обед «нормальный» готовить заставил. Она не кухарка, вообще-то! Тем более, на катере есть синтезатор! Да, по основам здорового питания, если группа в рейде дольше, чем на две недели, полагается один раз в день принимать натуральную пищу. Как правило, твердую, чтобы организм не забыл, как жевать. Но кто бы это соблюдал? Вон, выдали всем на завтрак по огурцу, а на ужин по яблоку, и порядок! Но нет же! Стивен Браун приказал на всех жарить картошку и варить сосиски!