Услышу тебя через тысячу миль

Глава 1

Китти с трудом открыла глаза. Все тело ломило, выбираться из постели совершенно не хотелось. Попросит-ка она завтрак прямо сюда. Девушка дернула шнурок звонка для вызова горничной.

Ох, натанцевалась она вчера на славу. Все же восемнадцать лет исполняется раз в жизни. А бал в ее честь был сказочно хорош! Братья расстарались! Весь день сюрпризы, подарки, представления, вечером танцы… Во сколько же она пошла спать?! Ног Китти почти не чувствовала. Ее танцевальная карта, расписанная от и до, девушку только радовала: она любила шум, фейерверки, обожающие взгляды… А что? Быть принцессой и не пользоваться всеми благами?! По меньшей мере глупо. Да и кто, имея возможность веселиться, стал бы этого избегать?

Вбежала одна из молоденьких служанок – Марго.

– Ваше высочество желает одеваться?

Китти резко села и потянулась.

– Мое высочество желает завтрак в постель! И… целительницу. Ног почти не чувствую.

Марго торопливо кивнула, но почему-то мялась и не уходила.

– Ты что-то хочешь спросить? – догадалась принцесса.

– Эм… простите, а может, я вам помогу собраться и потрапезничаете вместе с вдовствующей герцогиней Валлин в гостиной? Она уже дважды приходила и велела доложить, когда вы проснетесь. И нервничала. Даже пару раз вдохнула нюхательной соли. Вдруг там что-то важное?

– Тетушка приходила? – Китти тотчас обеспокоенно спустила с кровати ноги. – Что же ты меня не разбудила?

Марго потупила глаза и покраснела.

– Вы так сладко спали и улыбались. Прямо как котенок. Мне стало жаль вас тревожить.

Китти фыркнула и засмеялась. Марго если и была ее старше, то совсем ненамного. И откуда у горничных такие «опекающие» манеры? Как будто их специально этому учат.

– Хорошо, давай тогда синее платье, которое прислали последним от модистки, и сделай мне прическу попроще. Второй день подряд носить на голове великую башню Хелиоса я не выдержу.

…Тетушка уже сидела за накрытым столом и выглядела действительно неважно. Черный цвет, обычно выигрышно оттеняющей ее кожу, сегодня лишь добавлял нездоровую бледность. Китти подскочила к герцогине, привычно обняла и расцеловала в обе щеки. А потом чуть отстранилась, заглядывая ей в глаза, и уточнила:

– Тетушка, вам нездоровится?

Вместо ответа леди Валлин проводила долгим взглядом прислугу и, когда наконец они остались в комнате одни, кивнула принцессе на стул.

– Присядь, дитя мое. Думаю, так разговор пойдет легче.

У Китти от такого вступления, наоборот, начали дрожать коленки, однако она тут же подчинилась.

– Его величество распорядился, чтобы уже послезавтра вы отбыли в Штильман для знакомства с женихом.

Принцесса облегченно выдохнула. Всего лишь?! Умеет тетушка раздуть из мухи слона! Хотя… Китти было, конечно, очень приятно, что герцогиня, единственная ее родственница женского пола, так за нее переживает. Но Эрик предупредил сестру еще два месяца назад, что к ней посватался наследный принц соседней державы, и для Форсберга это вполне выгодная партия. Его величество любил сестру и навел о потенциальном родственнике неофициальные справки. Что он в них прочел, девушка не знала, зато сам ответ его величества: «Вот теперь я спокоен» – успокоил и ее. Брат искренне желал ей добра, ну а то, что придется выйти замуж в другую страну, Китти знала с детства. Такая уж у них, принцесс, судьба.

К тому же Эрик подарил ей магснимок с портретом будущего жениха. На нем кучерявый блондин среднего роста опирался локтем на невысокую колонну. Нельзя сказать, что Анжей был красавцем, однако имел вполне приятные черты лица, вот только глаза несколько… высокомерные. Но разве можно верить снимкам? Китти вот на них вообще всегда безобразно получалась: то шея казалась непропорционально длинной, то рот – огромным, как у лягушки. Словом, рассмотрев карточку внимательно, принцесса пришла к выводу, что, пожалуй, сможет такого полюбить. Так что предстоящая поездка в ней скорее вызывала предвкушение интересного путешествия, чем боязнь перемен или горечь расставания. Да и потом, если он ей не понравится, Китти просто найдет подходящий повод и вернется домой. Пока же она едет только на смотрины, со свадьбой можно и не торопиться.

– Так вы мне пришли помочь собраться! – догадалась девушка и, счастливо заулыбавшись, спрыгнула с места и снова кинулась обнимать родственницу. – Тетя, вы такая милая! Что бы я без вас делала! Платьев так много, все не взять… Впрочем, не надевать же дважды одно и то же?! Мне так нужен ваш совет! – тараторила она без остановки.

– Погоди, – сухо проговорила вдовствующая герцогиня, слегка отстраняя племянницу. – Сядь. Платья мы, конечно, переберем, сперва же… – и она опять настойчиво показала Китти на стул.

Девушка в нетерпении села. Раз выезжать уже послезавтра, то дел просто невпроворот! Да и что может быть важнее грамотно подобранных нарядов?! Она же едет покорять целую страну! Ну и сердце одного конкретного блондина, естественно.

– Китти, – снова заговорила леди Валлин, напряженно озираясь по сторонам, словно страшно боялась, что их подслушают, – вообще подобные разговоры обязаны проводить матери со своими дочерями, но, поскольку ваша предпочла затворничество вместо воспитания детей… – тут герцогиня осуждающе поджала губы.

– Не всем дано быть такими мужественными и стойкими, как вы, тетя! – вставила принцесса, воспользовавшись паузой.

Их с Эриком мать после гибели супруга на страшной магической войне много лет назад ушла в монастырь и никакого интереса с тех пор ни к мирской жизни, ни к собственным детям не проявляла.

После комплимента лицо тетушки смягчилось, и даже появилась некая тень робкой улыбки.

– Не всем. Впрочем, я не о том. Не перебивай меня больше. Так вот… Известно ли тебе, дитя, что ждет невесту сразу после свадьбы?

– Э-э-э-э, – опешила Китти, – насколько сразу? Банкет? Свадебный бал? Брачная ночь?

– Вот! – выдохнула с некоторым облегчением тетушка, принимаясь теребить кружевной манжет своего платья. – Что ты знаешь про брачную ночь?

Китти растерялась. Странный какой-то разговор у них получался.

– Ну… что я должна буду лечь с мужем в одну постель…

– Раздевшись, – вставила тетушка и опять приложилась к нюхательной соли.

Так это и кошке понятно! Что же, Китти совсем идиотка, чтобы улечься в кровать в свадебном платье?! Неудобно, конечно, светить перед мужчиной панталонами и нижней рубашкой, но раз все так делают, то и она уж как-нибудь переживет.

– И-и-и? – подбодрила ее родственница, побуждая продолжить ответ.

Китти запаниковала, словно на экзамене. Она что-то упускает? Снять украшения? Принять ванну?

– Разобрать прическу? – произнесла она вслух третий из пришедших ей в голову вариантов.

Герцогиня закатила глаза и едва слышно пробормотала:

– Прости меня, святая Женевьева, но это выше моих сил!

А потом поднялась и, глядя на племянницу, твердо подытожила:

– В общем, доверься супругу и разреши ему к себе прикасаться, – и совсем другим, страшно измученным голосом добавила: – Прости, дорогая, ужасно разболелась голова. Я постараюсь заглянуть завтра, подсказать по платьям.

И она, прежде чем Китти успела что-либо спросить, скрылась за дверью.

Глава 2

Позавтракав и воспользовавшись целительской магией, Китти себя чувствовала здоровой и бодрой, как новорожденная. Первый день ее взрослой жизни! Это, несомненно, надо было тоже отметить, но сперва сборы. Если бы на ее месте оказалась любая другая девушка, из Форсберга бы просто открыли портал к границе, а потом штильманский маг – второй портал напрямую во дворец. И нет проблем! Однако беда в том, что организм принцессы Катаржины Эвелины Лауры Форсбергской категорически не переносил подобный прямой переход.

Крайне редкий случай, надо сказать, поэтому после первого раза, когда Китти стало плохо, недомогания списали на адаптацию в связи с резким изменением климата. Во второй раз, когда Китти потеряла сознание и несколько дней пролежала в горячечном бреду, уже даже и медики сложили два плюс два. Испугавшись за сестру, Эрик категорически запретил ей перемещаться порталами, а всем магам-портальщикам королевства пригрозил чуть ли не смертной казнью, если кто-то из них согласится открыть проход для принцессы. Дух авантюризма Китти совсем не был чужд, но повторить убийственное «приключение» она и сама не порывалась! Ей хватило неприятных ощущений от двух неудач, да и путешествовать же без магии на самом деле намного интереснее! Сколько всего можно посмотреть, узнать, со столькими людьми пообщаться! А если еще чуть-чуть схитрить и не взять карету с родовым гербом, то мир и вообще приобретает новые краски!

Вот и сейчас все существо Китти переполняло предвкушение предстоящего приключения. Она доставала и мерила одно за другим платья, давала Марго распоряжения, что откуда отпороть, что пришить, где заузить и где расставить, а сама витала в облаках. Настроение слегка портил только разговор с тетушкой. Ничего плохого в «довериться и позволить к себе прикасаться» (это же про поцелуи, да?) девушка не видела, вот только ее сильно смущало дерганое состояние родственницы. Было едва уловимое чувство от этой встречи, словно леди Валлин собиралась ей открыть страшную тайну, но почему-то так и не решилась.

Марго записывала все пожелания принцессы в специальный блокнот и без устали о чем-то щебетала. Обычно Китти с большим энтузиазмом слушала болтовню горничной и ее забавные рассказы, но сейчас все это лишь шло фоном к собственным мыслям. Причем радужные картинки предстоящей дороги, фантазии о первой встрече со штильманским принцем и прочие радости начали отодвигаться на второй план, а вот тревога о невысказанном тетушкой только нарастала. Замужних подруг у принцессы не водилось, родственниц тоже. К брату с подобным однозначно не пойдешь…

– Скажи Марго, ты знаешь, что происходит в первую брачную ночь? – неожиданно перебила горничную Китти.

Та осеклась, покраснела и испуганно кивнула. Значит, принцесса права и тайна существует.

– Расскажи мне, – потребовала девушка.

Марго опустила глаза к банту, который принялась нервозно теребить в попытке развязать. Зачем его развязывать-то? Явно же видно, что узел пришит!

– Ну?! – нетерпеливо подбодрила горничную Китти.

– Простите, ваше высочество, я не имею права с вами это обсуждать. Спросите у тетушки.

Легко сказать – у тетушки! Впрочем, и у Марго выпытывать смысла тоже не было – прислуга во дворце вымуштрованная, и если что-то «нельзя», значит, это табу. Настроение ухудшилось еще больше.

– Пойду прогуляюсь в саду, что-то утомилась, – раздосадованно объявила Китти, откладывая в сторону очередной наряд, который держала в руках.

Марго еще сильнее стушевалась, видимо, сочтя себя причастной к недомоганию госпожи.

– Его величество вас очень любит! – словно извиняясь, проговорила она, по-прежнему не отрывая глаз от банта. – Уверена, он подобрал вам отличного мужа, который постарается быть ласковым и не причинять боли.

В этот момент мысль о мистическом страшном ритуале из задворок сознания переместилась на передний план. Вдруг придется разрезать себе руку и смешать кровь, как при братании? Пока ее воображение не нарисовало новых, куда более страшных картин, Китти вместо сада поспешила в замковую библиотеку.

Но и там ничего дельного она не нашла, кроме дикого обычая отхлестать невесту плеткой, чтобы сразу испугать и выгнать всех злых духов, которые могли до свадьбы населять ее тело. Выглядело это полным бредом, хотя холодные мурашки все же начали бегать по коже Китти, а волосы – шевелиться на голове.

Нет уж! Вот только тетушка появится, она ее прижмет к стенке и потребует объяснений!

Но герцогиня Валлин вечером, как обещала, не появилась, прислав письмо, в котором в красках поведала про внезапно сваливший ее приступ мигрени. Постскриптумом в записке шло небольшое дополнение, что, если даже боль не пройдет, тетушка и со смертного одра встанет, чтобы послезавтра утром проводить племянницу. А значит, назавтра ее появления тоже ждать не приходилось.

Так что Китти ничего не оставалось, как ложиться спать со своими страхами. Марго, необычно молчаливая, помогла принцессе принять ванну и переодеться. Уточнила у ее высочества, не погасить ли камин, и удалилась.

Несмотря на очень теплую весну, ночи стояли свежие, а в стенах замка и подавно ощущался холод. С потрескивающим же рядом огнем было не только тепло, но и комфортно. Казалось, пляшущие языки словно отгоняют демонов. Отгоняют демонов… Нет, тот обычай не может быть правдой! Китти обняла подушку. Она всегда так делала, когда старалась заснуть, и тут нащупала, что под ней что-то лежит.

В тусклом освещении от камина Китти извлекла книгу. Небольшая брошюра с названием «Сизая голубка» и картинкой, которая сразу выдавала, что под обложкой один из тех любовных романов, от которых брат ее тщательно оберегал. «Принцессе недостойно интересоваться столь низкопробной литературой», – утверждал Эрик, прививая сестре вкус к классике. Откуда она могла здесь взяться? Китти напряженно огляделась по сторонам – комната была пуста, заперта изнутри, а тепло и полумрак создавали ощущение безопасности. Девушка снова взглянула на книгу и только тогда обнаружила надетую на одну из страниц маленькую картонную закладку.

«…Клодетт позволила мужу снять ее фату и отбросить в угол комнаты. Этот символ целомудрия был ей теперь не нужен. Девушка стояла перед супругом совсем нагая, и даже длинная белая вуаль больше не скрывала ее тела. Горячая ладонь супруга…»

Китти, казалось, за считаные минуты прочитала ближайшие несколько страниц. Испуганно осмотрелась. Еще не хватало, чтобы кто-то ее застал за столь непотребным чтением. Щеки пылали, во всем теле поселилось непонятное напряжение… Какая гнусность! Это же не может быть правдой?!

Принцесса вернулась к закладке и снова медленно перечитала те несколько страниц, пытаясь разобраться, не вложен ли в них иной, тайный, метафорический смысл. Может, она все неверно поняла? Однако буквы складывались в те же вполне чёткие образы. Китти порывисто соскочила с кровати и бросила брошюру в камин, словно откидывая змею, пока та не успела ужалить. Пламя тут же обрадованно охватило добычу. Принцесса опять забралась на постель и, подтянув одеяло до самого подбородка, постаралась настроиться на мысли о путешествии, пикниках по дороге и деревенских ярмарках. Однако в висках, словно набат, стучала лишь одна мысль: «Это неправда. Неправда. Такое не может быть правдой».

Глава 3

К очередному заданию от его величества Серж Дебре отнесся, как всегда, очень внимательно, но совершенно без энтузиазма. И не потому, что командовать войсками было интереснее, чем организовывать банальный переезд принцессы к ее иностранному жениху. Он маршал – и подчиняется главнокомандующему. Повелел бы Эрик хоть улицы патрулировать, Серж бы выполнил приказ. Тут дело было в другом.

В голове сразу всплыл образ хрупкой темноволосой девушки с тонкими чертами лица и искрящимися глазами. Всего на один танец она была в его руках, но, кажется, более счастливым маршал не ощущал себя никогда. Он давно научился держать лицо ничего не выражающим, но чувствовать, к сожалению, не перестал. И позавчера в бальной зале это стало одновременно и величайшим удовольствием, и величайшей же пыткой. Видеть ее улыбку и такой милый полунаклон головы, подчеркивающий нежную шею. Желание припасть к ней в поцелуе разрывало разум. А невесомое ощущение девичьей талии и ладони в его руке? Сержа пробивало мурашками, несмотря на ее и свои перчатки. Единственный момент в жизни, когда Китти была настолько к нему близка, и тот оказался отравлен уже полученным приказом возглавить отряд, сопровождающий принцессу в Штильман.

Если рассуждать логически, этого следовало ожидать. Серж не только принадлежал к очень знатному роду, но и в свои двадцать восемь был уже закаленным в боях офицером и магом-менталистом первого уровня, естественно, принесшим не только присягу, но и магическую клятву верности королю. Сестра у его величества одна, и, кто бы что ни думал, Дебре знал, что Катаржина горячо любима и родным братом, и обоими кузенами. Да и как ее можно не любить?!

Сама чистота и искренность. Китти для девушки ее положения была как трепетный тюльпан, неожиданно выросший среди кактусов. Добрая, оптимистичная, крайне отзывчивая… Складывалось впечатление, что она знала по именам и здоровалась с каждой горничной во дворце и садовником в парке. И даже некоторая капризность и желание тотчас получать все, что она хочет, придавали ее характеру лишь живость и ничуть его не портили. Принцессу обожали все, в этом Серж не был исключением. Ему лишь не повезло, что забравшееся в душу чувство не являлось общечеловеческим. Маршал давно и безнадежно любил ее, как могут любить только свою единственную.

– Ваше сиятельство, не пора ли отправляться? Карета пойдет медленно, не успеем до темноты пересечь Терабор.

«Я никуда и не спешу», – подумал про себя Серж.

Вероятнее всего, он больше не увидит Китти после этого путешествия, ну разве что мельком, когда та станет приезжать погостить в Форсберг. И то, если станет… Но вслух, конечно, произнес:

– Мы ожидаем ее светлость вдовствующую герцогиню Валлин. Принцесса не желает уезжать, не попрощавшись.

Лоре́, маг-огневик и правая рука Дебре, почтительно поклонился и отъехал чуть в сторону. В сопровождение сестры Эрик собирался выделить две лучшие боевые десятки Форсберга, но принцесса возмутилась, что это ее первое путешествие и она хочет ехать как нормальная, пусть и знатная женщина, а не как рьяно охраняемый государственный преступник. Более того, Китти настояла на карете с простым графским гербом и минимумом прислуги, так как вообще не желала афишировать свою поездку.

Его величество уступил девушке, потому что знал: в королевстве спокойно, да и десятки Дебре достаточно, чтобы подавить маленькое восстание. Боевых магов три года готовили в Академии Форсберга, выпуская уже сплоченные боеспособные группы. Если бандиты и водились в лесах по дороге до границы со Штильманом и даже захотели бы напасть на отряд, то очень сильно бы об этом пожалели.

Наконец раздался цокот копыт, и к экипажу подъехала коляска с гербом Валлинов. Принцесса, которая до этого, изнывая, прогуливалась вдоль своих карет (было взято две: одна для ее высочества, вторая грузовая), ринулась к герцогине. Чуть не сбив ту с ног, она ее порывисто обняла.

– Тетушка, вы меня так напугали! Уехать из города, не попрощавшись с вами, не выслушав ваши напутствия, – Китти выделила последнее слово, отчего у Дебре удивленно приподнялась бровь – раньше он не замечал, что принцесса нуждается в чьих-либо советах, – было бы непростительно!

– Мигрень! – простонала вдова. – Опять меня мучает. Я еле вот собралась. Обещала же, что и со смертного одра прибуду тебя благословить.

– Благословить? – принцесса, чуть отстраняясь от родственницы, рассмеялась. – Это еще рано, тетя! Я ведь еду только знакомиться. Вдруг мы друг другу не понравимся? И потом я же вернусь сюда на весь период помолвки!

На лице герцогини промелькнуло легкое недоумение, и Дебре, наблюдавший за этой сценой со стороны, сразу подумал, не знает ли миссис Валлин что-то, во что не посвятили ни принцессу, ни маршала как главу ее охраны. Хотя, возможно, тут имела место простая военная предусмотрительность. На заданиях Серж становился крайне подозрителен, особенно к людям, на чьих сознаниях стоял блок и чьи мысли он не мог прочитать. Впрочем, даже если бы разум герцогини был чист, по закону вторгаться туда без крайне веского основания менталист вне зависимости от уровня не имел права.

Глава 4

В окно кареты Китти видела, как тетушка наконец промокнула глаза платком и стала махать им вслед. Все попытки заманить родственницу в карету и задать ей неудобные вопросы с глазу на глаз провалились. Принцесса и вовсе уверилась, что вдовствующая герцогиня неспроста «подцепила» мигрень и даже проводить приехала в последний момент, словно желая свести общение с племянницей к минимуму. А значит… прочитанное ею правда? Китти уже в который раз отмахнулась от этой навязчивой мысли. Как бы там ни было, она едет всего лишь на смотрины. Погостит, пообщается и назад. В этот раз можно и помолвку еще не заключать. Не зря же она настояла, чтобы ее отбытие из Форсберга никак не афишировалось. Чем меньше людей будут знать, тем проще будет потом замять ситуацию, если она не захочет выходить замуж.

«А что если Анжей тебе понравится?» – пискнул внутренний голос. «А если понравится – тогда и будем думать», – осадила его принцесса. И правда, до того ли сейчас, когда ей предстоит чудесное путешествие?! За всю жизнь Китти из Форсберга выезжала разве что в многочисленные, но очень близкие к столице имения приближенных к королевской семье аристократов. Поездка на паровозе в соседний Зонерберг была самой дальней и увлекательной за все время.

Поэтому сейчас она прильнула к оконцу кареты и воодушевленно рассматривала окрестности, хотя ничего нового вдоль дороги пока и не мелькало. Длинный пригород, перелески, поля и редкие трактиры. Единственным развлечением стала переправа через широкую реку Спокойный Терабор. Все всадники и кареты въехали на огромный паром и вскоре спустились на другом берегу. Так прошел первый день пути.

На второй же Китти всех огорошила, сообщив, что поедет на облучке рядом с возничим. Ее строгое прямое дорожное платье это позволяло.

Маршалу Дебре, главе сопровождающего ее отряда, однако, идея не понравилась.

– Ваше высочество, это несколько… небезопасно, – произнес он шепотом, чтобы остальные сопровождающие не услышали.

Китти подумала, что граф хотел сказать «неприлично», но постеснялся.

И принцессу это развеселило. Она фыркнула и, не воспользовавшись протянутой ей рукой для помощи, резво забралась на облучок.

– Уверена, такое количество магов способно защитить меня от любой угрозы извне. Свалиться же я не свалюсь, не сомневайтесь. Или, может, есть свободный конь? Я поехала бы верхом. В карете очень скучно и даже, – девушка сморщила аккуратный носик, – немного укачивает.

– Нет, – поспешил Дебре пресечь эту идею. – Коня нет, да и дамского седла тоже.

– Ну ладно, – «покорно» проговорила Китти, – на облучке, так на облучке.

Вся процессия снова тронулась, а принцесса принялась вертеть головой по сторонам. Везде, куда ни глянь, снова поля, и поля, и поля. Ничего любопытного. Тогда девушка принялась разглядывать свое сопровождение. Боевые маги все были примерно одного возраста – лет двадцати пяти. Это и неудивительно – принцесса знала, что из академии стараются выпускать сформированными группами, уже слаженными и боеспособными. Так что, скорее всего, окружающие ее воины все учились вместе с маршалом Дебре.

Китти завистливо вздохнула. Хотела бы она учиться в магической академии, но… Всего дара, что ей достался от предков, были ментальные крохи: способности передавать мысли другим хорошо знакомым магам и без проложенного специального канала их принимать. Даже прочесть, что совершенно магически не защищенный человек думает, Китти не удавалось. Да и школу она никогда не посещала – по всем предметам у принцессы были личные учителя, включая магию. Последние, как ни бились, расширить потенциал девушки с едва ощутимой тройки не смогли.

Впрочем, она вполне успешно обходилась и без магии. Это вообще несложно, когда у тебя есть горничные и одаренные в охране. Девушка снова оглядела отряд. Трое магов были весьма симпатичными. Ну ладно, четверо. Дебре, пожалуй, очень даже хорош собой, если бы не этот его сурово-отстраненный вид. Темные густые волосы, идеально ровный нос, четкая линия бровей и волевой подбородок. Что-то общее в лице у них было с Йоханом, ее любимым кузеном, тоже менталистом. Может, магия накладывает какие-то общие черты?

Китти отчетливо помнила, что танцевала вчера с Дебре один из танцев, кажется, он даже улыбнулся тогда пару раз, хотя лиц было так много, легко и спутать, а вот какого цвета у него глаза… Нет, это Китти точно не помнила. Но теперь ее разбирал интерес.

– Маршал Дебре, не могли бы вы подъехать на минутку, – обратилась она к графу и, когда тот выполнил ее пожелание и наклонился, желая расслышать просьбу, задумчиво произнесла: – Ну надо же, синие, словно сапфиры.

– Что, простите? – растерялся глава охраны.

– Глаза у вас голубые. Я просто тут от скуки сама с собой поспорила, какого цвета у вас радужка.

Почему-то Китти думала, что маршал сейчас разозлится, а он неожиданно скупо усмехнулся и спросил:

– Ну и? Выиграли или нет?

– Проиграла, – вздохнула принцесса. – Была уверена, что карие. Нам еще так далеко ехать… Как вы себя обычно развлекаете в пути?