Вкус твоей крови

Глава.7

«Я родился в этом городе, вырос среди серых стен и дымящих труб. Но теперь я чувствовал - я больше не часть этой картины. Я стал другим. И мир, который раньше казался мне домом, теперь душил меня»

Зима пришла в наш промышленный городок, как всегда - неожиданно и безжалостно. Снег выпал за одну ночь, укрыв улицы белым одеялом, которое быстро стало серым от заводской сажи. Дни стали короткими, словно кто-то обрезал их ножницами, оставляя лишь несколько часов тусклого света между бесконечными сумерками.

На заводе всё шло своим чередом. Гул машин, скрежет металла, запах масла и ржавчины - привычная симфония, которую я знал наизусть. Но теперь я слышал её иначе. Каждый звук казался слишком громким, каждое движение слишком медленным. Я смотрел на людей вокруг - на их уставшие лица, на их стеклянные глаза, на их бесконечную покорность - и не узнавал себя в них.

Я был другим.

Моё тело изменилось. Плечи стали шире, мышцы налились силой, которой у меня никогда не было. Я чувствовал, как под кожей перекатываются тугие жгуты, как каждое движение даётся легко, почти играючи. Раньше я уставал от одной смены. Теперь я мог работать сутки и не чувствовать усталости.

Но дело было не только в теле. Что-то изменилось внутри. В груди поселился огонь, который требовал выхода. Он жёг меня изнутри, не давал покоя, заставлял искать что-то, чего я сам не мог назвать.

Я стоял у станка и смотрел в мутное окно. За стеклом - серое небо, серые трубы, серый дым. Всё одноцветное. Всё одинаковое.

«Всё это не для меня», - пронеслось в голове.

Я не знал, откуда взялась эта мысль. Но она была чёткой, ясной, бесповоротной. Я больше не хотел быть частью этого механизма. Я не хотел быть шестеренкой, которую можно заменить в любой момент. Я хотел вырваться.

В обеденный перерыв я вышел на улицу.

Холодный воздух ударил в лицо, обжёг лёгкие. Я вдохнул глубоко и почувствовал, как внутри разливается странное спокойствие. Запах снега, металла и дыма - привычный для нашего города. Но теперь я слышал в нём что-то ещё. Что-то живое, что звало меня.

Я пошёл. Не знаю куда. Просто пошёл, позволяя ногам самим выбирать дорогу.

Улицы были пустыми. Только редкие прохожие, закутанные в шарфы, торопились по своим делам. Они смотрели под ноги, прятали лица от ветра. Никто не смотрел по сторонам. Никто не замечал меня.

А я замечал всё.

Я слышал их сердцебиение. Их запахи врезались в ноздри - дешёвые духи, табак, пот, страх. Я видел их глаза - пустые, уставшие, сломленные.

Я не хотел быть как они.

Я свернул за угол и пошёл дальше. Здания становились ниже, улицы - уже. Город заканчивался, уступая место пустырю.

Я остановился и посмотрел вокруг.

Когда-то здесь располагалась передвижная фабрика. Но годы прошли, и от неё остались лишь ржавые балки, обломки бетона и покосившиеся стены. Снег укрывал всё вокруг, сглаживая острые края, превращая разруху в странное, почти красивое зрелище.

Здесь было тихо. Не было слышно ни машин, ни голосов. Только ветер шумел в обломках металла и где-то далеко каркали вороны.

Я стоял и смотрел на этот пустырь. И вдруг понял - я нашёл его. Место, где можно быть собой. Место, где никто не смотрит на меня с удивлением или страхом. Место, где я могу выпустить то, что живёт внутри.

Я скинул куртку.

Холод коснулся моей кожи, но я почти не чувствовал его. Внутри меня горел огонь, и он согревал лучше любой одежды.

Я подошёл к ржавой балке, которая когда-то была частью какого-то агрегата. Ухватился за неё руками. Металл обжёг ладони холодом, но я не отпустил.

Я начал подтягиваться.

Раз. Два. Три.

Моё тело двигалось легко, будто я не весил ничего. Мышцы работали без устали, и я чувствовал, как в них пульсирует жизнь. Я не считал. Я просто двигался вверх и вниз, позволяя телу делать то, что оно хотело.

Я спрыгнул и начал отжиматься. Снег хрустел под ладонями, холод уколол пальцы, но я не чувствовал боли. Только силу. Только энергию.

Я отжался раз, другой, третий. Снова и снова, пока счёт не потерялся в ритме дыхания.

Потом я побежал.

Я оббегал пустырь по кругу, чувствуя, как ветер бьёт в лицо, как снег летит из-под ног, как сердце колотится в груди. Я бежал быстрее, чем когда-либо. Быстрее, чем мог бы бежать раньше. И я не уставал.

Я был зверем, которого выпустили на свободу. Хищником, который долгие годы сидел в клетке и наконец вырвался.

Я остановился только когда лёгкие начали гореть, а сердце - колотиться так сильно, что я слышал его гул в ушах. Но это была не боль. Это была жизнь.

Я стоял посреди пустыря, тяжело дыша, и смотрел на небо.

Оно было серым. Таким же серым, как и над заводом. Но здесь оно казалось другим - бесконечным, свободным, настоящим.

Я улыбнулся.

Впервые за долгое время я улыбнулся по-настоящему.

* * *

С того дня пустырь стал моим тайным убежищем.

Каждый день в обеденный перерыв я уходил туда. Скидывал одежду и тренировался до тех пор, пока мышцы не начинали гореть, а лёгкие - задыхаться от холодного воздуха. Я подтягивался на ржавой балке, отжимался на снегу, бегал по кругу до тех пор, пока ноги не начинали дрожать.

Но я не уставал.

Тело работало как хорошо смазанный механизм. Я мог бежать всё дальше, подтягиваться всё больше, делать всё больше и больше. Казалось, у моей энергии нет предела. И это пугало меня так же сильно, как и радовало.

По ночам я лежал в кровати и смотрел в потолок, чувствуя, как мышцы гудят от напряжения. Я боялся этого тела. Боялся того, что оно может сделать. Но я не мог остановиться. Оно требовало движения, и я подчинялся.

Я бы мог так же ходить и в спорт зал, но это всё было не то. Мне нужен был воздух, простор, свобода. Я хотел чувствовать снег под ногами, ветер на лице, холод в лёгких. Я хотел чувствовать себя живым.

И чем больше я тренировался, тем сильнее становилось ощущение, что внутри меня просыпается кто-то ещё.

Просто ощущение. Будто кто-то смотрит на мир моими глазами, чувствует моими чувствами. Будто в груди живёт что-то древнее, дикое, голодное.

Я не знал, что это. Но я знал - оно ждёт.

* * *

Внезапно изменилось всё.

Не только моё тело. Моя жизнь.

Девушки начали замечать меня. Раньше я проходил мимо, и никто не смотрел в мою сторону. Теперь же на меня оглядывались. Улыбались. Подходили сами.

Я не понимал, почему это происходит. Я не изменил свою внешность намеренно. Я просто стал тем, кем стал. Но что-то во мне притягивало их, как огонь притягивает мотыльков.

Я не сопротивлялся.

Секс стал моей одержимостью. Почти каждую ночь я просыпался в чужой постели, рядом с новой девушкой. Иногда я запоминал их имена. Чаще - нет.

Я хотел этого. Мне нравилось это чувство - власть, сила, контроль. Моё тело было неутомимо. Я мог заниматься сексом часами, и не чувствовать усталости. Я мог удовлетворять нескольких девушек за одну ночь, и утром просыпаться свежим, полным сил.

Это опьяняло меня. Но в глубине души я знал правду.

Это был не я.

Этот голод, эта неутомимость, эта жажда - они не были моими. Они приходили оттуда, из глубины, от того, кто жил внутри меня. И я боялся, что, если не научусь его контролировать, он возьмёт верх.

Я пытался не думать об этом. Я заглушал страх музыкой, шумом, компаниями. Я пил, но алкоголь не действовал на меня как раньше. Я пытался убежать от себя, но себя не обманешь.

Однажды я проснулся в чужой квартире и не мог вспомнить, как сюда попал.

Вокруг меня была знакомая картина: теснота, полумрак, запах смешанных духов. Я лежал на спине, чувствуя, как кто-то дышит рядом. Я повернул голову - и увидел девушку. Она спала, уткнувшись лицом в подушку.

«Ничего нового», - подумал я.

Я уже хотел встать, когда заметил движение, с другой стороны. Одеяло зашевелилось, и из-под него показалась ещё одна голова.

Я замер.

Их было двое. Я переспал с двумя девушками за одну ночь. И я не помнил, как это случилось.

Я сел на кровати и попытался вспомнить. Вчерашний вечер - кафе, компания, смех. Вспомнил, как мы сидели с ребятами, как к нам подсели девчонки. А потом - пустота.

Только обрывки ощущений. Тепло. Музыка. И кто-то другой, кто управлял моим телом.

Я чувствовал его. Оно было там, внутри. Оно смотрело моими глазами, двигало моими руками, говорило моим голосом. И оно хотело большего.

Я закрыл глаза и сжал кулаки.

«Кто ты?» - спросил я мысленно.

Тишина.

Но я знал - оно слышит. Оно ждёт. Оно готовится.

Я открыл глаза и посмотрел на спящих девушек. Я встал и начал одеваться.

Надо было уходить. Надо было понять, что происходит. Надо было найти ответы.

Потому что я чувствовал - это только начало. И если я не разберусь с тем, что живёт внутри меня, оно однажды вырвется наружу.

И тогда будет слишком поздно.

Глава.8

«Я проснулся и не знал, где нахожусь. Я не помнил, как сюда попал. И я не узнавал себя в зеркале. Кто-то другой жил в моём теле. И я боялся, что однажды он не захочет уйти»

Встал, чтоб собраться и одеться, и даже уже схватил джинсы, но остановился и сел на край кровати, закрыл глаза и откинулся на спину. Полежав так несколько секунд, открыл глаза и просто смотрел в потолок. Белый. Гладкий. Чужой. Мне не была знакома эта комната. Не знал, как я сюда попал.

Тело было тяжёлым, будто я спал сутки, но внутри пульсировало странное тепло - не то возбуждение, не то тревога. Девушка лежала рядом, уткнувшись лицом в подушку. Волосы разметались по подушке, спина обнажена, простыня сбилась у бёдер. Я смотрел на неё и не мог вспомнить её имени. Не мог вспомнить, как мы оказались здесь. Не мог вспомнить, была ли она той, с кем я ушёл из кафе, или я встретил её позже.

Я снова встал и уже точно хотел одеться и уйти, но в этот момент она зашевелилась.

- Ты проснулся уже? - голос хриплый, сонный, и кажется она улыбалась.

- Ну да, и пытаюсь понять, сколько нас тут всего, - ответил я и сам не узнал свой голос. Глубокий, низкий, чужой. Я говорил так во сне? Или это говорил кто-то другой?

Она приподнялась на локте, убрала волосы с лица. На её шее - красные следы. Мои. Я смотрел на них и не мог вспомнить, как они там появились.

- Ты нас ночью чуть до смерти не затра, - недоговорив стала она кашлять, так как голос сильно хрипел. Голос сорвался, будто она кричала всю ночь. - Как будто озверел в какой-то момент.

Она сказала это с непонятной интонацией. Обижена? Или ей понравилось? Я не мог понять. Я вообще ничего не понимал.

- Бешеный мужик, - прозвучал глухой голос, с другой стороны.

Я резко повернул голову. Вторая девушка лежала рядом, не открывая глаз. Она говорила сонно, словно комментировала чужую жизнь.

- Телефончик не забудь оставить..., - продолжила она.

Я сел обратно на кровати. Голова была ясной - слишком ясной. Ни похмелья, ни тумана. Будто я не спал, а просто выключился на несколько часов, и теперь включился снова. Я посмотрел на свои руки. Они были сильными, спокойными. Но внутри них - что-то другое. Какое-то напряжённое, готовое к действию.

- Так! Я ничего не понимаю, - сказал я строгим тоном. - Одну чуть не убил, вторая телефон просит. Что не так?

- Всё так, милый, - первая девушка подалась ко мне, закинула руку на шею, прижалась грудью к моему плечу. Горячая, мягкая. От неё пахло духами и потом. - Ты просто был так хорош, что мы до сих пор под впечатлением.

- Да, да, сладкий! - вторая открыла глаза и забралась на меня сверху, обхватив ногами. - У меня ещё такого ни с кем не было. Ты просто космос!

Я смотрел на них. Голые, растрёпанные, с уставшим лицом. Обеим лет по двадцать, не больше. Худенькие, стройные. На бёдрах у одной - красные следы от пальцев. Губы у обеих припухшие, и на шее у второй тоже засосы - мои. Я смотрел на эти следы и не мог вспомнить, как они появились.

«Я не помню эту ночь», - пронеслось в голове.

Я не помнил, как я оказался здесь. Не помнил их имён. Не помнил, что говорил им, как трогал их, как они стонали. Только обрывки: тёплое тело, влажные губы, чей-то смех. И всё.

А потом - темнота.

Они стали ласкаться. Пальцы скользили по моей груди, по шее, по рукам. Одна целовала ключицу, другая водила губами по животу. Тело откликалось мгновенно - внутри разгорался жар, кровь приливала к паху, сердце начинало биться чаще. Я закрыл глаза и позволил им делать всё, что они хотели.

Но внутри меня рос холод.

«Почему я не помню? Почему я ничего не помню?»

Я чувствовал их руки, их губы, их дыхание. Они хотели меня. Они были готовы продолжать. Но я смотрел на них и не видел лиц. Я слышал их стоны и не знал, кто из них, кто. Я касался их тел и не мог вспомнить, как я оказался в их постели.

А потом я не выдержал.

Я перевернул одну из них, поставил её на колени, вошёл резко, глубоко. Она вскрикнула, выгнула спину и схватилась за край кровати. Я начал двигаться быстро, жёстко, почти грубо. Девушка застонала, но я не слышал её голоса. В ушах пульсировала кровь, и всё, что я слышал, - это собственное дыхание. Тяжёлое, низкое, звериное.

В какой-то момент из моей груди вырвался звук. Глухой, горловой рык. Такой низкий, что я сам не узнал его. Он вырвался наружу помимо моей воли, словно внутри меня заговорило что-то, что не было мной.

«Что это?» - промелькнула мысль. - «Откуда этот звук?»

Я чуть не остановился. Но тело продолжало двигаться само. Я не мог его контролировать. Оно работало как механизм, который запустили и забыли выключить.

Вторая девушка подползла ближе, обхватила меня за плечи, впилась губами в шею. Её руки скользнули по моей груди. Я чувствовал, как её дыхание касается моей кожи, как её пальцы вплетаются в мои волосы. Но я не чувствовал себя. Я был где-то далеко - наблюдал за собой со стороны и не мог вмешаться.

Когда всё закончилось, я сел на краю кровати и смотрел на свои руки.

Они были сильными. Твёрдыми. Уверенными. Но они сделали то, чего я не хотел. Я смотрел на красные полосы на бёдрах девушки, на её разбитые губы, на укус на её плече - и понимал, что сделал это я. Но я не помнил этого. Я вообще ничего не помнил.

«Я потерял себя. На сек унду я перестал быть человеком» - мысли путались в голове.

Я встал, начал одеваться. Натянул футболку, джинсы застегнулись почти без усилий. Я чувствовал пустоту внутри - не ту, что после голода, а ту, что после того, как ты сделал что-то ужасное и даже не можешь вспомнить, что именно.

Они лежали на кровати, улыбались, потягивались. Я поцеловал каждую в сосочек, улыбнулся и направился к двери.

- А телефоооон...? - крикнула одна из них.

- В городе ещё как-нибудь пересечёмся, - ответил я, не оборачиваясь.

Я вышел в коридор и прикрыл за собой дверь.

В коридоре было холодно. Пахло стиральным порошком и сыростью. Я шёл к выходу, чувствуя, как каждый шаг стучит в висках.

«Я кажется теряю себя, - подумал я. - Кто управляет мной?»

Я вышел на улицу. Ветер ударил в лицо, и я остановился, чтобы вдохнуть. Холодный, колючий, он обжигал лёгкие. Я посмотрел в серое небо и чувствовал, как внутри меня - здесь, в груди - пульсирует что-то чужое. Оно словно улыбалось. Оно ждало.

«Я не хочу никому врать», - думал я, идя по улице. «Я не хочу давать обещания, которые не смогу сдержать. Я не хочу быть тем, кто использует людей».

Я знал, что в глубине души я всё ещё тот парень. Тот, который не умеет разговаривать с девушками. Тот, который боится своей тени. Тот, которого никто не замечал. Я изменился снаружи, но внутри я всё ещё был прежним.

Проходя мимо парикмахерской, я остановился.

В витрине я увидел своё отражение. Длинные, густые волосы падали на глаза. Чужое лицо. Чужой взгляд. Я смотрел на него и не узнавал себя. Скулы стали острее. Глаза - ярче. В них появился холодный блеск, которого раньше не было.

Я толкнул дверь. Внутри было пусто. Только мастер, мужчина средних лет, стоял у кресла, протирая ножницы.

- Что будем делать? Стрижка, бритье?

- Стрижка! - уверенно ответил я.

- В каком стиле? - рассматривая длину и форму волос спросил мастер.

- Давайте под ноль!

- Вы уверены? У вас отличные волосы, длина. Форма лица подходит под многие прически. Можно сделать полубокс, фейд, андер...

- Нет! Под ноль! Машинкой! - не дав ему договорить, перебил его.

Он разочаровано кивнул и взялся за работу. Секунды и машинка зажужжала, а густые пряди волос полетели на пол.

Я смотрел на своё отражение в зеркале. Чёрные, густые, они падали на белый кафель и казались живыми. Я смотрел на это и чувствовал, как вместе с ними уходит что-то старое. Слабый Роман. Роман, который боялся просыпаться по утрам. Роман, который смотрел на других и завидовал. Роман, который не знал, кто он и зачем живёт.

Когда мастер закончил, я посмотрел на себя. Голова была гладкой, и это было странно, но я чувствовал - правильно. Результатом я был доволен. Будто избавился от всего старого, отжившего. Я стал легче. Но внутри меня - там, где пульсировало что-то чужое, - ничего не изменилось. Оно осталось. Оно ждало.

Я вышел из парикмахерской и остановился на улице. В груди поднималась странная волна - не злость, не тревога, а что-то другое. Живое, голодное, требовательное. Я не хотел домой. Я не хотел на завод. Я хотел туда, где мог быть собой. Или хотя бы попытаться понять, кто я теперь.

Ноги сами понесли меня к пустырю.

Я стоял там, где холодный ветер играл с пожухлой травой, оставшейся после долгой зимы. Небо надо мной было глухим и серым, как неумолимый свиток зимней истории, однако дальний горизонт уже начинал приобретать лёгкие оттенки весны. В воздухе ощущался свежий, чуть сладковатый аромат тающего снега, смешанный с ненавязчивым запахом земли, которая начинала пробуждаться от спячки. Уже пришла весна.

Каждый мой шаг по утоптанной грязной тропинке отдавался во мне эхом несбывшихся мечтаний и смелых намерений. Когда я поднимал руки, чтобы схватиться за балку, мои мышцы напрягались, и я чувствовал себя так, словно наконец выпустил на волю зверя, скрытого в моей душе и которого мог успокоить только физической нагрузкой. Снег под ногами шуршал, а порой, пробиваясь сквозь остатки зимы, издавал звук, похожий на треск хрупкого стекла.

Я поднял руку к лицу и ощутил, как холодный воздух наполняет мои лёгкие, словно я вдыхаю саму жизнь. Мои чувства обострились до предела: я слышал, как воет ветер, шепчет о переменах, которые несёт с собой весна. Каждое лёгкое движение природы - взмах крыльев пролетающей птицы, шорох трав, пытающихся выбраться из-под снега, - вызывало во мне глубокое внутреннее оживление.

Почувствовал, как тёплое солнце, пробивающееся сквозь облака, коснулось моего лица, словно нежное прикосновение надежды. В моей груди разгорелось пламя решимости - я больше не хотел тратить время на переживания и сожаления.

"Уже весна", - подумал я, обводя взглядом окрестности, и моё сердце громко забилось, чувствуя, как пульс природы совпадает с пульсом моей жизни. Это была не просто смена времён года, а начало новой главы, полной возможностей и надежд.

«Почему я не могу просто наслаждаться моментом?» - вопрос вертелся в голове. - «Почему я не могу быть как все? Почему внутри меня кто-то живёт?»

Я сел на траву и закрыл глаза. Где-то вдалеке каркали вороны. Где-то журчал ручей. Я слушал эти звуки и пытался успокоиться, но огонь внутри разрастался. Он жёг меня изнутри, требуя выхода.

Громко треснула упавшая рядом ветка, и, открыв глаза, я увидел, как провалился в какой-то туман. Я был окутан им и не понимал где нахожусь, ведь буквально секунду назад светило яркое солнце. Минута колебания и поиски выхода, как вдруг я почувствовал, как очнулся ото сна.

- Что это было? Обморок? Галлюцинация? - сказал сам себе шепотом.

Я встал, почувствовал, как резкий порыв ветра заставил меня содрогнуться, и в этом странном симбиозе страха и радости в моей груди разгорелось желание. Взгляд устремился в небо, словно в ожидании ответа, и вдруг я услышал:

«Это я - твой внутренний зверь».

- Кто здесь? - крикнул я, вскакивая.

«Не враг. А тот, кто жаждет свободы. Ты не можешь подавить это чувство. Ты должен принять меня».