ДРАКОНиЯ тайна
- -
- 100%
- +
– Поздравляю. Предлагаю это отпраздновать. Ты как?
– Я за! – Она подняла руку.
– Давай куда-нибудь сходим?
Празднование не вязалось у меня со столовой. Никак. Хотя она была красивой и готовили там неплохо. Но это столовая. Душа жаждала уютного праздника, подальше от «банды де ла Ньетто», в частности.
– Пошли!
Мы шли по аллее, и Марта делилась впечатлениями – точнее, восторгами, – от сдачи долга. Рассказывала, какие вопросы ей достались и как она на них отвечала. Моё внимание привлёк гогот, который раздавался впереди. Я приложила палец к губам, соседка понятливо кивнула, и дальше мы шли молча.
Они собрались на поляне: знакомая мне разноцветная пятёрка и тот самый паренёк, которого я видела в дверях приёмной комиссии. Парень пытался подняться с земли. Чешуйчатые ублюдки считали это невероятно смешным.
– …твой папочка… – говорил чернявый предводитель как раз тогда, когда я вышла к ним.
– Какая приятная встреча, – заметила я с улыбкой, вставая между парнем и драконами.
– Иди отсюда, малявка! Тебе что, больше всех надо? – ухмыльнулся Диего де ла Ньетто, и его красивое, породистое лицо в этот момент стало противным до отвращения.
– Да, мне больше всех надо. А вы всегда всей толпой нападаете? Мне казалось, что драконы – одиночные хищники, а не стайные, как… шакалы. Ну, я так раньше считала по недоумию.
– На тебя, выскочка, толпой нападать – слишком много чести.
– Разумеется. Разумеется, любой из вас с лёгкостью справится со мной. Вы же драконы. Уже практически выпускники, к тому же. Мужчины, так-то. Ну, то есть самцы. Тем меньше чести вам делает победа. А если не победа, так и вообще, – намекнула я на их сегодняшний провал.
– Ути-пути, Рикки мамочку нашёл, – просюсюкал второй боевик в компании, обращаясь к парню, который уже поднялся и отряхнулся.
– А тебе завидно, де ла Санс? – неожиданно показал зубки парнишка.
– Да забирай. У меня таких на каждом этаже по десять штук, – фыркнул тот. – Надоест, можем поменяться.
– Какая щедрость. И главное – небрезгливость, – влезла я. – Меня зовут Бьянка Лара. Пойдём? – Я мотнула головой в сторону дорожки, где меня поджидала Марта.
– А я – Рикардо де ла Мора. – Надо же, он тоже дракон! – Пойдём! – Парень оказался не промах и предложил мне взяться за согнутую в локте руку. – А куда?
– Праздновать, – поделилась я, когда мы покидали поляну.
– Отличная идея, – поддержал Рикардо и предложил второй локоть моей соседке. – А вас как зовут, прелестница?
Та смутилась, но представилась:
– Марта. А за что они тебя?
– Я – бескрылый, – запросто признался парень. – Знаете, когда…
– …Дракон рождается нормальным человеком, – закончила я. – Особенно это заметно по сравнению с некоторыми крылатыми ублюдками.
– И что, даже не будете кривить носы, типа: «фу, неудачник»? – легко поинтересовался он.
– Тю! Я такая всю жизнь, – улыбнулась я.
– Это другое, – с горечью выдавил парень. Представляю, как ему живётся с таким клеймом.
– Крылья – это не главное в жизни. Главное – то, что у тебя внутри. Я так считаю.
– А что у тебя внутри? – поинтересовался Рикардо.
– Любящее и всепрощающее сердце, – широко улыбнулась я.
– Врёшь, – угадала Марта.
– Конечно, вру.
– А на самом деле? – настаивал дракон.
– На самом деле там очень много ненависти к крылатым ублюдкам.
– Какая ты кровожадная, – хохотнул наш новый знакомый.
– У каждого свои недостатки. Наша задача – обратить их…
– В свои преимущества, – закончила Марта.
– …против наших врагов, – поправила её я.
Мои спутники посмеялись, посчитав это хорошей шуткой.
– А ты не боишься вот так открыто выступать против де ла Ньетто? – поинтересовался Рик.
– Вообще-то нет.
– Думаешь, они тебе ничего не сделают, потому что ты девушка?
– Нет, потому что я ничего не боюсь… – Рик на мои слова недоверчиво усмехнулся. – Я правда ничего не боюсь. У меня почему-то отсутствует страх. Вообще. Ну родилась я такой. Как со мною в детстве мучились, вы не представляете даже…
– Да ты опасный человек! – воскликнул парень.
– В основном – нет. Но всё-таки лучше иметь меня среди друзей, чем среди врагов, – призналась я. – Чисто профилактически.
За болтовнёй мы подошли к калитке. Как объяснила Марта, днём здесь можно проходить свободно, а вечером, после отбоя, она магически запирается и проникнуть на территорию кампуса можно только через центральные ворота. Стражей на них служили студенты старших курсов боевого факультета. Я правильно поняла, что дармовую рабочую силу в Академии любили и использовали. Понятно, что опоздавших в таких условиях практически не было. Кто захочет стать мишенью для придирок со стороны едких на язык студентов? Мне так меньше всего хотелось бы встретиться с бандой де ла Ньетто при подобных обстоятельствах.
Из калитки мы вышли на дорожку, которая какое-то время попетляла в лесу, а потом вывела к окраине городка.
– По темноте тут не очень ходить. Особенно в одиночестве, – посетовала я.
– Ты же ничего не боишься, – напомнил Рикардо.
– Не боюсь. Но это не значит, что у меня нет мозгов и я не в состоянии определить потенциальную опасность для жизни и здоровья.
– Да тут спокойно, – уверила меня Марта. – И к тому же это просто короткая дорога. Можно было пойти через главные ворота по городским улицам. Но там дольше выходит, нужно весь кампус огибать, чтобы сюда добраться.
Стоило пересечь всего пару улочек от первых домов, как мы увидели вывеску «Два дракона». На вывеске была изображена пара чешуйчатых, чокающихся кружками с элем. Сомневаюсь, что сюда наведывались приличные драконы. Разве что загульные студенты. Сам домик был слегка покорёженным, и даже относительно свежая покраска не могла скрыть его преклонный возраст. Но пахло вкусно.
Я бросила беглый взгляд на нашего спутника. Не побрезгует ли? Но нет, он шёл, спокойно болтая с Мартой. При более близком знакомстве Рикардо показался мне вполне приятным молодым человеком, хотя и был драконом. Недодраконом. Он был высок и ещё по-юношески нескладен. За четыре года учёбы он накачает мускулатуру не хуже, чем у парней из компании Диего. Но и сейчас был вполне симпатичным со своими веснушками и курчавыми каштановыми волосами.
Внутри таверны было уютно, но шумно. Мы оказались не единственными, кто пришёл сюда отдохнуть. Все без исключения посетители были студенческого возраста, большинство из них – в форме или по крайней мере в факультетских цветах. Шустрый паренёк в переднике и колпаке протянул нам листок. Он был заклят от ветшания и магии. Видимо, перечень блюд здесь менялся не часто.
– Что празднуем? – поинтересовался Рикардо, пялясь в меню.
– Я – сдачу последнего экзамена и восстановление в числе студентов, – поделилась Марта.
Рик протянул ей меню, но она отмахнулась, подтверждая догадку о неизменности ассортимента.
– А на каком ты курсе? – поинтересовался парень.
– Теперь на третьем.
– Надо же. А я думал, что мы ровесники. – Он вроде даже расстроился.
– Считай, что ровесники. – Марта ему подмигнула.
– Договорились. А ты что празднуешь? – обратился он ко мне.
– У меня целых два повода. Чудесное поступление и день рождения.
– Врёшь ты всё, – улыбнулась Марта. – Я точно помню, что у тебя день рождения на Новый год. Я ещё удивилась, что так не повезло получать подарки всего один раз в году, а не два, как всем нормальным людям.
– Меня не сразу записали. Так получилось. Честно говоря, я не знаю, какого именно числа я родилась, но в маминых рисунках мой самый ранний портрет был отмечен именно сегодняшним днём.
– Твоя мама была художницей? – удивился Рик.
– Не совсем. Но она неплохо рисовала. Мы с доньей Антонией решили считать этот день моим истинным днём рождения.
– А почему тебя не записали сразу? – удивилась Марта. – Это же бесплатно.
– Думаю, у мамы были на то основания. Или просто было не до того. Так или иначе, у неё уже не спросишь.
– А что с ней случилось? – полюбопытствовала лекарша.
– Да, в общем-то, она погибла по глупости. У нас в приюте была эпидемия огнёвки. Она выложилась досуха и сама свалилась. Городской маг не успел. Сгорела буквально в считаные часы.
– Она у тебя героиня! – восхитилась Марта.
– Не нужно путать героизм с несоблюдением техники безопасности.
Наверное, мама хотела как лучше. Она спасала и меня тоже. Но я до сих пор винила её в том, что тогда она сделала всё не так, как правильно, а так, как могла.
– Ну ладно, мы же сегодня празднуем. Давайте не будем о грустном. Я угощаю, – предложил Рикардо. – Если вы не против.
Марта кивнула, я пожала плечами. Он явно может себе позволить. А от меня не убудет.
Парень сделал заказ и, пошептавшись о чём-то с мальчишкой-разносчиком, извинившись, вышел. Дела житейские. Ничто человеческое драконам не чуждо. Марта поинтересовалась, как мне Рик. Слово за слово, мы разболтались. А потом внезапно в таверне потухли светильники, и из кухни вынесли светящийся именинный пирог.
– С днём рожденья тебя, – запел Рикардо, сопровождавший разносчика, и песенку подхватил хохочущий от неожиданности зал. – С днём рожденья тебя, с днём рождения, Бьянка…
И этот шикарный момент испортила распахнувшаяся дверь, в которую ввалилась банда старшекурсников под предводительством Диего де ла Ньетто.
Глава 5. Хороша дева к обеду
– …И, конечно, теперь она будет думать, что мы – банда кладбищенских упырей и отбираем игрушки у младенцев, – возмутился я, наблюдая, как троица удаляется по дорожке и теряется за кустарниками.
– С каких пор тебе не всё равно, что о тебе думают? – фыркнул Эстебан.
– Мне абсолютно всё равно, что обо мне думают, когда обо мне думают хорошо, – уточнил я. – Но ведь он сам на меня с кулаками бросился! Я что, должен был стоять и смотреть? Я всего-то толкнул. Кто виноват, что малыш Рикки таким хлипким оказался?
– Если быть до конца честным, ты его спровоцировал, – похлопал меня по плечу Никки.
– Если быть до конца честным, Выскочка тоже кого угодно спровоцирует. На неё же никто с кулаками не бросается, правильно?
– Но дверь к девчонкам мы вчера всё же зачаровали, – напомнил Тино.
– И что? Мы же не причинили им реального вреда? Покричали бы в окошко в крайнем случае. Их бы открыли. Там дел-то было… Что, ей прямо сильно влетело за опоздание? – Я обратился к Матео.
– Она не опоздала, – ответил тот и стал глухо хехекать, пытаясь сдержать смех.
– Да ну! – не поверил Эстебан.
– Да чтоб мне не взлететь! – поклялся природник. – Представляете, я выхожу в холл – нужно же сделать вид, что мы ни когтем, ни клыком в деле не завязаны. Выхожу, значит, раз зову. Второй. Третий… Как положено. Уже следующего вызывать собрался, и тут появляется…
В конце рассказа мы чуть не валялись на поляне от смеха.
– Что, она серьёзно смогла нарастить плющ и по нему спуститься? – не поверил Эстебан.
– За что купил, за то продал.
– Айда смотреть? – предложил Никки.
Мы гурьбой потопали к первому женскому общежитию.
– В общем, деканы там из-за неё чуть не передрались! Даже уважаемый дон Игнасио с первого раза запомнил, как её зовут! – закончил рассказ Тео.
– Видите, она нам благодарна должна быть за то, что мы из неё звезду зажгли. А она на нас обзывается, – пожаловался я, и парни рассмеялись.
– К слову, малыш Рикки тоже от ситуации больше получил, чем потерял, – поддержал тему Матео. – Я в его возрасте прямо мечтал закружить с двумя красотками постарше.
– А теперь? На молоденьких потянуло? – подколол Валентино.
– Не, я и сейчас предпочитаю поопытней. Но теперь я знаю, что, во-первых, с двумя опытными красотками в постели нужно вкалывать в четыре раза больше, чем с одной. А во-вторых, если выбрать страшненьких, то вкалывать вообще не надо. Те от счастья всё сделают за тебя, – поделился Матео с подрастающим поколением.
– Выскочка же первокурсница, – влез я.
– Так-то да, но она ровесница Тино. Я в документах обратил внимание, – пояснил наш магистрант.
– А почему она сразу не поступила? С таким даром?
– Слушай, ну тебе интересно, ты и спроси, – отбрехался тот. – Полагаю, у комиссии были вопросы поважнее этого. Например, почему у неё в метрике указали неправильный индекс Силы.
– Сильно завысили? – уточнил я.
– Занизили, Диего. Занизили. На целых четыре пункта.
– Ого!
Я слишком увлёкся разговором, и только возглас Эстебана вернул меня к действительности: перед нами показалось здание общежития. Его стена и правда была украшена несколькими побегами плюща, разросшегося в проёме между рядами окон.
– Девчонки с нижних этажей сегодня ночью озолотятся, – пфыкнул Никки.
– Падшая Тень, ничего себе… Это она реально с самого верха по ним спускалась? Она же отбитая на всю голову, – почесал затылок Эстебан. – Может, она всё-таки дракон?
– Если бы она была из драконов, я бы на ней женился, – самодовольно заявил Тео.
Скажем прямо, очень самонадеянное заявление. Матео был лёгкого нрава, но не блистал ни родовитостью, ни красотой. Физическая нагрузка в его жизни ограничивалась переносом манускриптов от шкафа до стола и обратно, и это отразилось на поплывшей фигуре. С другой стороны, наследство, полученное от недавно почившего дядюшки, делало его для многих желанным женихом.
– Но у неё такой высокий уровень Силы, – заговорил наш артефактор.
– Крылатые рождаются только от крылатых, – отрезал Матео.
– Но есть гипотеза, что у сильнородков…
– И ты туда же, Тино? – простонал Никки. – Все знают, что это псевдонаучная чушь. Дон Игнасио закрыл эту тему. Каждый должен работать в своей области, а не ковыряться дилетантской лапой в соседнем поле. До сих пор ещё не было зафиксировано ни единого случая рождения дракона от неравной связи.
– Слушайте, – поспешил я перевести разговор с опасной для мира в компании темы. – А эта вторая девчонка мне смутно знакомой показалась…
– Ну ты и вправду кладбищенский упырь, – буркнул обиженный Николасом Валентино. – Ты уже забыл, как с нею гулял? Она была самой красивой на балу первокурсников!
– Не, ну вкус у меня хороший. Тут спору нет. Но их столько было… Разве всех упомнишь за последние два года? Так, полюбовались? Мы, между прочим, собирались отметить встречу, а не Выскочку обсуждать!
То, что Выскочка подружилась с девчонкой, с которой я когда-то давно кружил, было некстати. С другой стороны, у неё тоже за эти два года могло парней смениться целый обоз. Может, она уже и забыла… К тому же какая разница, что обо мне думает какая-то соплюшка с первого курса?
Стоило наложить вето на разговоры о нашей новой знакомой, как в компанию вернулись мир и взаимопонимание. Мы обменивались последними слухами и сплетнями о брачных союзах, обсуждали политические новости и вести с границ, недавние столичные матчи по крылоболу, в общем, у приятелей, которые не виделись три месяца каникул, было что обсудить.
Когда мы ввалились в «Два дракона» и дверь за нами захлопнулась, я, честно говоря, слегка потерялся. Внутри было темно и громко, а посередине что-то светилось. Будь я третьекурсником – мой файербол уже летел бы в неопознанное сияющее пятно. Нас так учат: сначала бросать не задумываясь, а уже потом – задумываться перед тем, как бросаешь. Но я уже был студентом-выпускником. Поэтому нашёл в себе силы остановиться и прислушаться.
В таверне праздновали день рождения. Причём, судя по тому, кто тушил призрачный огонь именинного пирога, этот праздник отмечала Выскочка.
– Обманщица, – возмутился Тео, когда мы добрались до свободного столика.
– Почему? – полюбопытствовал Николас, хотя я тоже не отказался бы узнать.
– Потому что я видел, когда она родилась – на Новый год. Не знаю, с какой целью она устроила это представление. Возможно, охмуряет малыша де ла Мора.
– Мы должны его спасти, – предложил я. – Крылатый или бескрылый, но он наш брат.
К тому же он мешал моим вызревающим планам. Выскочку нужно было поставить на место. Пока я не придумал, как сделать это, не нарушив запрет отца, но был уверен, что найду решение. И что бы я ни придумал, Рикки де ла Мора в качестве ухажёра будет в нём лишним элементом.
– К тому же она нам задолжала, – напомнил Никки. – Как вспомню этого таракана…
– Ты же лекарь, с чего это вдруг тебя стали пугать кишки? – рассмеялся Эстебан.
– Как лекаря они меня не пугают, – возразил Николас. – Но и не сильно радуют, когда оказываются у меня в тарелке. А учитывая, что наше возмездие за сцену в столовой дало обратный эффект, оно таковым не считается.
– Поддерживаю.
Я вытянул руку, предлагая голосовать. Эстебан был за любую проделку, если за нею не следовало административное наказание. Ник и Тео уже высказались за. Лишь наш артефактор медлил.
– Только без членовредительств, – наконец положил он руку сверху. – Это должна быть безобидная шутка.
– Возражений нет.
Спустя какое-то время разносчик принёс к столу Выскочки и её приятелей блюдо, накрытое крышкой. Обзор был прекрасный, и даже привычный шум позволял если не расслышать, то легко додумать диалог за столом.
– Сьерры с того стола прислали вам в качестве подарка, – произнёс парень заученную фразу и показал в нашу сторону.
Выскочка бросила на нас настороженный взгляд. Мы отсалютовали почти полными бокалами с элем. Наша компания и без него изрядно повеселилась, продумывая каверзу.
Марта, которой я действительно какое-то время оказывал внимание, – да, я припомнил этот факт, – освободила место на столе и сняла с блюда крышку. Над тарелкой с фруктовой нарезкой один за другим расцветали бутоны. Марта смотрела на них с восторгом. Взгляд мнимой виновницы торжества был полон скепсиса. Реакцию де ла Мора я не видел, поскольку тот сидел к нам спиной.
В следующий момент фрукты зашевелились, и среди них появилась усатая голова нашего знакомого таракана.
– Фу! – скривилась Марта.
За соседним столом завизжали девчонки-абитуриентки. В общем-то, старшекурсники всех факультетов на подобные находки реагируют спокойно. Лекари после курса «Хвори животного происхождения» будут обсуждать, что там можно подхватить. Природники потренируются в управлении. Зельевары – вообще страшные существа. Эти, скорее всего, приберут тварь в платочек для дальнейшего использования. Недаром состав большинства зелий держится в строжайшей тайне. Ну а мы, боевики, в походах сталкиваемся с таким, после чего тараканы кажутся милыми домашними питомцами.
– Закрывай! – скомандовала сообразительная Выскочка, но её подружка продолжила пялиться на мерзкое насекомое.
Бьянка вытянула руки чашей, и в следующий момент таракан взорвался, растекаясь внутренностями по невидимой преграде. Де ла Мора согнулся и выбежал из дверей. Бледное месиво на стенах полусферы растаяло – таракан был такой же вещественной иллюзией, как и розы. Марта запоздало закрыла тарелку крышкой.
– М-да, Рик оказался слабоват желудком, – заметил Эстебан, поворачиваясь к столу и подхватывая вилкой кусок жаркого.
– А как она это сделала? – Тино повторил жест Выскочки.
– Или сгустила воздух, или создала щит из чистой Силы, – предположил я.
– Не, девчонка – молодец, – в очередной раз восхитился Матео, также возвращаясь к трапезе. – Нервы железные! Думаю, это Силовой щит. Вряд ли она сумела бы так виртуозно сработать воздухом. Силой проще. Но какова скорость реакции!
– Вам просили вернуть. – Разносчик поставил блюдо на наш стол.
Парень был бледен с лица. Получив компенсацию в виде пары банкнот от Тео, он поспешил скрыться в кухне.
– Открывать будем или сразу выкинем? – спросил Эстебан.
– Будем, конечно. У меня там универсальный носитель, – возмутился Тино.
– Хорошо. Тео открывает. Я ставлю блок. Эстебан, на тебе атака, если оттуда что-то вылезет. Раз, два, три!
На тарелке лежали фрукты. Мирно, замысловато, красиво. Как их разложили на кухне.
– Тино, забирай, – скомандовал я, лишь немного ослабляя защиту. Совершенно непонятно, чего ждать в ответ от непредсказуемой девчонки.
Валентино стал копаться в тарелке с помощью ножа и вилки.
– Нету, – расстроился он.
– Значит, забрала в качестве трофея, – рассмеялся Тео, опуская крышку, и только после этого я расслабился.
– И шутка не сыграла, и основу потеряли, – хохотнул Ник. – Удача прямо на нашей стороне!
– Ну как не сыграла? – возразил я. – Сыграла. Просто не по нашим нотам.
Краем глаза я отметил, что де ла Мора вернулся за свой стол. Бьянка что-то озабоченно ему говорила, но тот отмахнулся и положил себе на тарелку кусок пирога. Желудком слабоват, но волей не обижен. А потом Тео стал рассказывать о последнем заседании учёного совета Академии, и я увлёкся.
– Ваш заказ, – вмешался в рассказ разносчик.
– И от нас ответный презент, – произнёс у меня над ухом радостный голос Выскочки.
В её руках была бутылочка эля, точь-в-точь такая, какие стояли на подносе.
– Давайте я вам помогу, – обратилась она к парню, и теперь в её руках было три бутылки, и опознать, какая из них была подарком, уже не представлялось возможным. – Приятного вечера, – с ехидной улыбочкой добавила она, снимая с подноса чугунок с едой, и, помахав рукой, вернулась к своим приятелям.
– Что будем делать с элем? – напрягся Николас.
– Давайте возьмем ещё две и сыграем в рулетку, – предложил Эстебан.
– Может, просто взять взамен? – внёс встречное предложение Тео.
– Так неинтересно, – поддержал я сокурсника. – Давайте проверим, кого Тень коснулась крылом?
Тень коснулась своим крылом всех. Бутылка с элем выполнила роль отвлекающего манёвра. Зелье было не в бутылке, а в чугунке. На обратном пути мы едва успели добежать до комнат и полночи провели в сортирах.
Эстебан прав, девчонка реально отбитая на всю голову.
Глава 6. Самый долгий путь начинается с первого взмаха крыльев
Следующие два дня прошли в подготовке к началу учебного года. Подгонка формы, покупка канцелярии, оформление читательского билета в библиотеку и получение учебников. И главное событие – заселение в общежитие.
Я боялась, что после зачарованной двери и представления в «Двух драконах» Марта с радостью от меня избавится. Но, к моему удивлению, она предложила поселиться вместе. Меня такая компания радовала как нельзя больше. Очень удобно, когда рядом кто-то, кто знает больше тебя. Отмеченное доном Игнасио отсутствие усидчивости у Марты относилось исключительно к дисциплинам, связанным с драконами. А в остальном она училась вполне успешно. К тому же соседка получала другую специальность, что открывало доступ к дополнительной информации. И вообще она оказалась классной девчонкой. Во всяком случае, не шарахалась от меня, как от прокажённой, что уже подвиг.
После того как я высушила плющ и развеяла его по ветру на глазах у доньи Мануэлы, та заявила, что готова оставить нас с Мартой у себя. Но при условии, что я возьму на себя общественную нагрузку по прополке всяких сорняков и борьбу с мелкими вредителями. Мелкими вредителями у доньи Мануэлы считались все, кроме студентов. Студенты были вредителями крупными, и борьбу с ними комендантша не доверяла никому.
Как объяснила Марта, такие работы считались в Академии чуть ли не постыдными, поскольку входили в противоречие с интересами студенческого сообщества. На роль козла отпущения избиралась какая-нибудь первокурсница, которая сразу становилась мишенью для насмешек.
– Однако в твоём случае, на фоне противостояния с бандой де ла Ньетто, подумают дважды, прежде чем пошутить, – добавила она. – Но у этой обязанности есть жирный бонус: надбавка к стипендии.
Надбавка к стипендии перевешивала все любые другие потенциальные минусы. А уж насмешки студентов были минусом настолько ничтожным, что стремились к нулю.
В суете я совсем забыла о своих крылатых противниках. И, что самое приятное, они забыли обо мне. А может, просто наши пути не пересекались.
В день начала занятий я проснулась пораньше – специально, чтобы проверить, сможем ли мы выйти из комнаты. Но дверь открывалась и закрывалась. Либо компания драконов не повторялась в своих выходках, либо всё же сочла меня неудобной жертвой. А может, им было не до меня, что скорее всего. Я надела новенькую, с иголочки, оранжевую форму. Не могу сказать, что этот цвет мне сильно шёл. Я казалась слишком бледной на его фоне. Поэтому пришлось тщательно уложить волосы и нанести макияж, чтобы выглядеть поярче. Всё же мне знакомиться с новой группой, нужно постараться произвести приятное впечатление. Хотя бы на парней.
Марта ускакала первой, у неё сразу начинались настоящие учебные занятия. А у нас первый день был ознакомительным. Сначала поточная встреча с ректоратом, потом час декана. Торжественную речь ректора нам предстояло слушать в огромной аудитории, построенной амфитеатром. Первокурсники образовывали пёструю массу, пока ещё не разделённую по факультетам. Я вошла и стала оглядываться, куда бы присесть, когда увидела Рика, машущего мне рукой. Убедившись, что я его заметила, он показал на пустующее место рядом. Ничего страшного не случится, если я устроюсь рядом с ним.