Герцогиня и спортсмен

Глава 1

После звонка с пары студенты быстро освободили аудиторию, и теперь Маша Горская привычно вытирала доску. Вот казалось бы, что сложного? Выброси окурок в урну, смой за собой в туалете, сотри записи после лекции. Утром встал – убери свою планету. То ли встают не с той ноги, то ли планета для них чужая. Хотя, по мнению Маши, чужую тем более нужно убрать. В гостях пакостить в два раза хуже. Ан нет. Доска исписана в три слоя, туалет можно найти по запаху, а мусор – первое, что встречает тебя по возвращению на родину.

Лавируя среди студиозусов и здороваясь на каждом шагу, она наконец добралась до заветной двери. В кафедральной каморке обнаружилось всего две единицы профессорско-преподавательского состава. И это к лучшему. После трех лекций и одного семинара на общение не тянуло. Вообще.

– Привет, звезда! – помахала ей рукой Галка, жизнерадостная блондинка.

Маша улыбнулась и направилась в сторону чайника. Только глоток чая может спасти смертельно уставшего Бегемота в ее лице. Валерка предусмотрительно щелкнул рычажком, стоило ей войти. Подружка тоже подтянулась к чайному столику.

– У тебя, говорят, сегодня второй курс заочников-менеджеров, – проговорила она, взяв в руки горячую кружку с пакетиком Хэйлиса инсайд.

– Соболезнования принимаются, – согласилась Маша.

– Эх, глу-упенькая, там же Вереин, – мечтательно произнесла Галка.

– Это какая-то звезда местного разлива или просто очередное воплощение Бреда Питта на земле? – оторвался на мгновение от проверки работ Валера, который знал вкусы блондинки не хуже Горской.

– Темнота! Андрей Вереин – лучший бомбардир нашей команды. Именно он вывел ее в премьер-лигу несколько лет назад! – восторженно прощебетала Галя. – И да, он воплощение Бреда Питта на земле, – подмигнула футбольная фанатка. Кто бы мог подумать.

– То есть мне нужно готовиться к худшему? Меня ждут не просто заочники, меня ждут спортсмены. Мать моя женщина!

– Мария Петровна, – укоризненно произнесла приятельница, – не поминайте всуе проректора по учебной работе. Накликаете…

– Эх, не любите вы начальство, – вздохнула Маша и потянулась за печенькой.

– Мы любим, – быстро возразила Галка. – Издалека. Чем дальше начальство, тем крепче любовь.

– Я как-то читал на физвосе, – свернул неполиткорректную тему Валера. – Мысль, не долетая до первой парты, натыкалась на стену безумия, падала и билась в агонии. Полный интеллектуальный вакуум. Не поверите, я прямо чувствовал, как IQ утекает из мозга. Непередаваемые ощущения…

– Умеешь ты утешить, Лерик, – Маша специально назвала его именем, которое тот терпеть не мог.

– Мусечка, – ответил коллега той же монетой, – крепись. Может, всё еще обойдется. Насколько я помню, на моих занятиях в прошлом семестре эта персона так и не появилась.

– Но автограф в зачетку получила?

Не то чтобы Маша жениха и коллегу (в одном флаконе) осуждала. Ее мучало любопытство. Давить на Залесского было бесполезно. По меткому выражению Галки, на него где сядешь, там вокзал. Значит, кто-то попросил. Точнее, нет: КТО-ТО попросил. Вопрос – кто?

– Проректору по экономике, трепетно сжимающему в руках экзаменационный лист, отказать невозможно, – признался Залесский.

Хм, проректор по экономике… Серьезное лобби.

– У Маши он точно появится, – радостно возвестила Галя. – Я этого красавчика только что видела в коридоре.

– Ты этого… – как его?.. – еще и в лицо знаешь? – Горская чуть не подавилась чаем.

– Конечно. И ты сейчас будешь знать!

Блондинка шмыгнула к своему столу и, к ужасу Маши, вынула из ящика фотографию А5-го формата. С изображения смотрел одетый с иголочки красавчик.

– Гм. Всё еще хуже, чем я думала. Спайс-бой[1], – поставила диагноз Горская. – А тебе, Гала, я так понимаю, не дает покоя слава Виктории Бэкхем.

– Выдающиеся познания в мировом футболе, – хохотнул Валерка.

– У тебя просто нет старшего брата, который часами о нем рассказывает. Даже если никто не слушает, – буркнула Маша. – Только бы Евгений автограф выпрашивать не стал. Впрочем, теперь ему не до того.

– Он разлюбил футбол? – Галина всегда живо интересовалась Женькой, паршивой овцой в ученом семействе Горских; плейбое, носящем говорящее прозвище «Змей». Тому тоже до Бреда Питта было недалеко.

– Нет, ты не поверишь, но он полюбил детей.

– Да ну?! – не поверила блондинка, широко раскрыв глаза.

– Ну да! Как неожиданно выяснилось несколько месяцев назад, Змеюшка наш Горыныч занялся исправлением демографической ситуации в стране. И теперь сутками напролет рассказывает об Асеньке. Даже если его никто не слушает.

– Жаль, – искренне огорчилась коллега. – Такие кадры теряем!

– Кто-то теряет, а кто-то находит, – философски заметила Маша. – Ты бы лучше дисер дописывала, а не вьюношами сомнительной интеллектуальной ценности интересовалась.

– Евгений, насколько я понимаю, ныне не вьюноша, но муж, – возразил Валерка, вновь оторвавшись от работ, и подмигнул.

– А место мадам Вереиной пока вакантно, – в голосе Галки слышались мечтательные нотки: – Эх, будь у меня Вереин, разве нужна мне была бы диссертация?..

Горская перевела взгляд на фотографию, лежащую на столе. В глазах мужчины не было ни намека на мягкость или теплоту. Это был взгляд бойца. С таким взглядом киллера нужно играть. Князя, ведущего в бой дружину. Главную роль в фильме «Спасти рядового Вереина». Хотя нет, рядовой – не его профиль. Даже в анфас видно.

– Галочка, четверть ставки мадам Вереиной – максимум, на что здесь можно рассчитывать. Если повезет, то треть. На сдельной оплате, – вынесла приговор Маша и сменила тему: – Залесский, ты над чем там хихикаешь?

Валера полностью развернулся:

– Проверочная по статистике. Попытка обнаружить разницу между средним арифметическим и средним арифметическим взвешенным.

– И?..

– И оптимизм только что проиграл бутылку коньяка жизненному опыту.

Уровень знаний необучаемых обучающихся – любимый конек преподавателей всех стран и времен. За обменом последними студенческими перлами пролетела перемена. В коридоре прозвенел звонок. Горская сделала последний глоток, откопала на столе бегунок заочки с расписанием занятий и печально взглянула на Валеру.

– Иди, я тебя пожалею, – предложил он и раскрыл объятия. Маша не стала отказываться от моральной поддержки. – Держись, малыш. Осталась всего одна пара, – сочувственно прошептал ей в макушку Залесский.

Девушка подняла к нему лицо и получила привычный «чмок» в кончик носа.

Андрей в очередной раз перелистал каталог и усилием воли заставил себя закрыть его и отложить на край стола. Велосипеды подождут. Перед смертью не надышишься. Всё равно рано или поздно занятия придется посетить. Так почему бы не сделать это в первый день сессии, как все нормальные студенты?

Нет, можно, конечно, и не посещать. Закрыл же он первый курс, так ни разу и не появившись в аудиториях? Но там же не было ничего важного, напомнил себе о смягчающих обстоятельствах Вереин. Он же не ради естествознания с иностранным пошел учиться.

Однозначно, согласился с Андрей с внутренним голосом. Но как человек честный и не обремененный свидетелями, Вереин мог признаться – он трусил. Смешно, правда? Так уж сложилось, что учеба никогда не была его сильной стороной. В детстве Андрюше было скучно сидеть за столом и выводить в тетрадке ровненькие строчки букв и цифр. Нет, его неудержимо тянуло на улицу. Остановить не могли ни ругань матери, ни ремень отца. То, что не удалось родителям, оказалось по силам тренеру. Когда тот поставил условие, что с двойками на тренировки пускать не будет, пацан всё же собрался и стал твердым троечником. Кое-где даже четверки появились. Но уверенные слова математички, химика и завуча, что Андрей – «необучаемый дебил», навсегда отпечатались в его мозгу.

Позже, когда Вереину самостоятельно – и довольно успешно – пришлось штудировать учебники по анатомии и физиологии, вера в непререкаемость школьных авторитетов в нем пошатнулась. А когда футбольные комментаторы приписали ему талант стратега, Андрей вполне уверился в собственных способностях. Его спортивный блог приобрел славу на пике футбольной карьеры автора, но и теперь не страдал отсутствием посетителей… Но… Оказалось, этого мало.

Потому что стоило Андрею подумать об учебе, как в глубине души оживал мальчишка-троечник, который застывал под строгим взглядом учителя, будто бандерлог перед Каа, мысли начинали путаться и прятаться друг за друга, а язык отнимался, приклеившись к нёбу.

Так, напомнил себе Вереин, ты уже давно взрослый, успешный мужик! И если какая-нибудь грымза, возомнившая себя пупом земли с правом определения уровня интеллекта по юзерпику, рискнет на тебя вякнуть, ты найдешь, что сказать ей в ответ. А на занятия пойти действительно нужно.

Покидая футбольный небосвод, Вереин точно знал, чем займется. Разрабатывая коленный сустав после первой травмы, выбившей его с поля на полгода, Андрей основательно «подсел» на велосипед. В детстве свой велик был для него несбыточной мечтой. На чужих он гонял с удовольствием. Но разве на чужих накатаешься? Выяснилось, что, будучи взрослым, крутить педали также увлекательно, как и в детстве. Одного он не мог понять: почему на велосипедах у нас в России ездит так мало народа? Почему взрослому кататься на велосипеде чуть ли не постыдно? И уже тогда, восемь лет назад, Вереин решил, что сделает всё, чтобы показать, что велосипед – это не детские бирюльки. Это здОрово, здорОво, это круто, черт подери! Поставщиков для задуманного спортивного магазина он подбирал заранее. Деньги у него были. Связи в администрации – тоже. Пробивного характера имелось – воз и тележка. Большая. И сам он, такой умный.

Мечта воплотилась в реальность. Только почему-то в реальности всё оказалось совсем не так, как в мечте. А всё почему? Потому что в мечтах Вереин занимался велосипедами. А в реальности пришлось иметь дело с людьми – сотрудниками и покупателями. «Дебилы, кругом одни дебилы», – крутилось в мозгу новоиспеченного предпринимателя день и ночь. Андрей пожаловался на свою беду местному олигарху Тяжелкову – владельцу команды, в которой Вереин «отфутболил» шесть своих лучших лет. Тот лишь утешающее потрепал его по плечу и сказал, что если вокруг все бабы – суки, может всё дело в том, что ты – кобель? Эта мысль засела в голове у Андрея, заставив признать, что, наверное, денег, связей, поставщиков и пробивного характера для того, чтобы управлять своим делом, недостаточно. Нужны знания. Вот ради знаний Андрюха и собирался сегодня посетить университет, в котором уже год как «учился» по направлению «Менеджмент», профиль «Управление малым бизнесом». Дело оставалось за малым: дать себе пинок под зад, встать, надеть велосипедный шлем, и, смывая встречным ветром последние сомнения, направиться в альма-матер.

Впрочем, кому матер, а кому и мачеха.

Глава 2

Вереин пришвартовался к пандусу главного входа, включил обе сигналки – одну «пугалку» с сиреной, вторая была сделана на заказ, – и двинулся внутрь здания. Он заглянул к декану факультета и паре проректоров – для поддержания связей с сильными мира сего периодически требуются легкие дозы признания их достижений. Получив ответные заверения, что «и ты…, и тебе…, забегай почаще», Андрей направился к расписанию.

Первой стояла «Теория организации». Лекция была поточной, и в аудитории сидело порядка сорока человек. Он смутно припомнил троицу парней, с которыми встречался на оргсобрании после зачисления. К ним-то Вереин и присоседился. Андрею хватило пяти минут, чтобы влиться в мужской коллектив. Компания оккупировала две задние парты возле самого выхода из аудитории.

– Разве так можно начинать?.. – пожаловался самый молодой, Игорёша.

– А в чем проблема? – полюбопытствовал Андрей поддержания разговора ради.

– Так это… Примета есть: как сессия начинается, так и закончится, – ответил Игорь.

– Ну тебя с твоими приметами! Накаркаешь еще, – недовольно пробурчал второй сокурсник, Сашок.

– И что же такого страшного нас ожидает? – спросил Вереин, выкладывая на стол тетрадь и ручку.

Мужики переглянулись и, будто репетировали, хором произнесли:

– Черная Герцогиня!

– Это какой-то элемент местного фольклора вроде «Гроба на колесиках» или «Неприкаянной Халявы»? – хохотнул Андрей.

– Ты что?! Ты что, не знаешь, кто такая Черная Герцогиня?! – воскликнул экспрессивный Игорёша. – Это же Мария Петровна Горская!

Перед мысленным взором Андрея предстал образ Синего (Черного, поправился он) Чулка неопределенного возраста с воротничком под горло, пучком на затылке и почему-то учительской указкой в руках.

– И чем знаменита эта женщина? – ему даже интересно стало.

– Она не женщина, – проговорил Игорь преувеличено нейтральным тоном, глядя куда-то в сторону. – Она инопланетянка. У нее зеленая кровь, и питается она мозгом студентов.

– Что, прямо так зверствует?

– Судя по слухам, в данном случае слово «зверствует» – уменьшительно-ласкательное, – согласился Павел Васильевич – четвертый, старший из «мушкетеров».

– Да ладно! «Инопланетянка», – передразнил Андрей. – Тетка наверняка страдает традиционным заболеванием стерв – недотрахитом.

– Желаете предложить свои услуги по врачеванию? – раздался за его спиной саркастический голос, и по тишине в аудитории Вереин понял, что принадлежит он той самой «Черной Герцогине».

Андрей развернулся. Стоявшая позади высокая, тонкокостная девушка обладала безупречными чертами лица. Экстремально короткая стрижка иссиня-черных волос, элегантный брючный костюм черного цвета – всё только усиливало аристократизм ее облика. Более того, преподавательницу окутывал плотный кокон харизмы, которая притягивала внимание аудитории. И организм Андрея потянулся к Герцогине, удлиняясь и уплотняясь в процессе. Такая внешность со стороны Природы была чистым расточительством. Для того чтобы пожизненно не страдать вышеназванным заболеванием, девице и харизмы хватило бы.

– М-да, с такой реакцией у вас никаких шансов, – скривила губы Мария Петровна и поплыла в сторону доски.

Истинная женщина может получить всё, что захочет, констатировал Андрей. Даже недотрахит при такой внешности.

– Зачем же вы так плохо думаете обо мне и моей реакции? – возразил футболист преподавательнице в спину.

– Вынуждена вас разочаровать, – ответила Черная Герцогиня из противоположного конца аудитории и, на секунду взглянув ему в глаза, продолжила: – Я о вас вообще, – она взяла паузу, – не думаю. Итак, друзья мои, как вы уже знаете, зовут меня Мария Петровна Горская, и я буду вести у вас «Теорию организации».

Преподавательница просканировала аудиторию цепким взглядом, проверяя, все ли осознали важность сказанного. Убедившись, что студенты смотрят только на нее, а не в окно/сотовый/тетрадку соседа, она продолжила:

– Курс наш насчитывает целых двести восемьдесят восемь часов. Из них на аудиторные занятия – страшно сказать, – в этом семестре вынесено четыре. «Куда же ушли остальные?» – спросите вы. А я отвечу: на самостоятельную подготовку. И, что самое страшное, вам их придется отработать, – речь Горской сопровождалась практически отеческой (материнской?) улыбкой. – Полагаю, в прошлом году вы уже освоились с нашей электронной системой…

Вереин осознавал, что всё это пока совершенно бесполезная информация. Без посторонней помощи он в электронную систему даже не попадет. А потому просто наблюдал за Черной Герцогиней, дали ж добрые студенты прозвище. Девушка была умопомрачительно красива. Большую часть ее фигуры сейчас скрывала кафедра, но на память Андрей не жаловался, и та любезно предоставила великолепный вид Герцогини сзади. Во всех ты ракурсах, голубка, хороша. Звук бы только отключить. И убрать из глаз сарказм. Вереин принципиально не понимал, что Горская тут делает. Он припомнил фразу Олега, своего капитана: «У Шерон Стоун фигура 90-60-90 и IQ 160. Зачем ей столько?» Такие «штучки» должны сидеть дома, воспитывать детей, ходить по бутикам, салонам и фитнесс-клубам. Всё, что нужно красивой женщине – надежный мужик рядом.

Наверное, Андрей чем-то выдал свои нерабочие мысли: Горская обратила на него укоризненно-негодующий взгляд. Звук включился.

– … И к следующей лекции вы самостоятельно ознакомитесь с темой, – услышал Вереин, – «Организация как сложная система», – она сделала паузу и еще раз повторила название.

– А может, как-нибудь по-другому договоримся? – с намеком поинтересовался сидящий за второй партой бугай. – Мы всё-таки заочники.

– И-и-и? – преподавательница жестом предложила развить тему.

– …люди занятые… – послушно продолжил мужик, как муха, ступая на обманчиво гостеприимную дорожку липкой ленты.

– И-и-и?

– Давайте, мы дружно к вам на лекции походим, рефератики напишем, а вы нам троечки автоматиком? – совсем успокоившись, закончил парламентер.

– Позвольте у вас поинтересоваться: а в дипломчике, который вы получите, будет написано, что вы троечки автоматиком за рефератик получили? – пугающе вежливым тоном поинтересовалась Черная Герцогиня. – Нет? Или дипломчик у вас будет точно такой же, как и у очников?

– Все же понимают, что мы, по большому счету, пришли просто за корочкой, – поддержали бугая с задней парты соседнего ряда.

– Так и купите ее себе где-нибудь в подземном переходе. Какие проблемы?

– Ну что вы утрируете. Это же всего лишь менеджмент, – продолжал мужик. – Не бухучет, не анализ финасово-хозяйственной деятельности, не маркетинг.

В душе Андрей был с ним полностью согласен. Но преувеличенно спокойное выражение лица Горской говорило о том, что самолету этого камикадзе оставалось лететь метров десять. И только Премия Дарвина скрасит его родственникам горечь утраты. Нужно же хоть какое-то чувство самосохранения иметь…

– Скажите, пожалуйста, – перехватил «мяч» Вереин, пока не грянул взрыв, – а вот этот пресловутый «материал», он нам где-нибудь когда-нибудь пригодится?

Мария Петровна одарила Андрея Взглядом. Именно так, с большой буквы. Описать выражение ее лица можно было словами: «Оно что, еще и разговаривает?!» Вот же стерва!

– Я затрудняюсь ответить на ваш вопрос, – честно призналась преподавательница, и это Вереину не понравилось. – Понимаете, есть люди, которые не пользуются и таблицей умножения. Потому что не выучили. А есть те, кто выучил, но всё равно не пользуется. И ведь никто не может заставить их это сделать, что самое интересное.

И всё это снисходительным тоном.

Ну и что?! Он тоже постоянно забывает, сколько будет семью восемь. Разве это в жизни главное?

– Вообще-то, – Андрей начал заводиться, – если вы не знаете, человечество уже давно изобрело калькуляторы. Они значительно удобнее таблицы умножения. А еще люди создали Интернет, я лично проверял. И знаете, там можно найти практически всё. Зачем же нам сейчас нужно зубрить этот, безусловно, очень важный предмет, если мы сможем найти в нужный момент ответ на любой вопрос?

– А кто сказал, что нужно зубрить? – Андрей каким-то шестым чувством понял, что попал своим вопросом в «девятку»: девушка за кафедрой вдруг как-то внутренне расслабилась. – В Интернете действительно можно найти ответ на любой вопрос. И даже не один ответ. Так уж вышло, что в менеджменте, как и психологии, на один и тот же вопрос можно дать двадцать разных ответов. И все они будут правильными. Потому что управленческая ситуация вроде одна, а оттенки разные.

– Пятьдесят оттенков менеджмента, – схохмил Игорёша.

– Где-то так, – согласилась преподавательница с улыбкой. – И только с полноценным высшим образованием вы сможете научиться думать, как менеджер.

– И вы нас этому научите? – не без сарказма поинтересовался Андрей у девчонки, которая на вид была моложе его лет на пять, а то и больше. Тоже мне, гуру…

– Человека нельзя ничему научить, – неожиданно заявила Черная Герцогиня. – Как вы думаете, в чём главное отличие человека от остальных животных?

– У него есть интеллект? – предположил кто-то из студентов.

– У птиц и млекопитающих тоже есть интеллект, – возразила преподавательница.

– Я бы не сказала этого про собаку своей свекрови, – произнесла женщина с первого ряда, вызвав очередной взрыв смеха. Горская реплику проигнорировала.

– Человек способен на чувства? – версия был озвучена чьим-то девичьим голосом.

– Чувства по природе сплошная биохимия и инстинкты, – не согласилась Горская. – Животные не только способны испытывать чувства, они только этим и занимаются.

– А человек занимается не только «этим», – фраза прозвучала двусмысленно, вызвав смешки, чего Вереин и добивался. – В смысле, человек по природе своей животное, но с возможностью выбора: хочет – следует инстинктам, хочет – разуму. В общем, делает, что хочет.

На самом деле, Андрей просто озвучил свои мысли. Инстинкты требовали от него получить эту женщину, а разум – держаться от нее подальше. Опять же, вдруг ее «заболевание» заразно? Не простой выбор поставила перед ним природа…

– И это – правильный ответ! – обратилась к нему преподавательница, всем своим видом демонстрируя, как глубоко она удивлена услышать его от Вереина. – У человека всегда есть выбор. Лошадь можно привести к водоему, но заставить ее пить невозможно. Это я сейчас не жеребцом вас обозвала, а попыталась иносказательно донести мысль, что научиться чему-то человек может только сам. Но я, в меру своих сил и учебной программы, могу вам в этом помочь.

– Так, может, уже начнем? – недовольно проворчал лысоватый тип с первого от окна ряда.

– А я уже начала. Что нужно сделать, чтобы задача, поставленная руководством, была выполнена? Нужно четко сказать, что необходимо сделать; объяснить, что будет в противоположном случае, и гарантировать своим авторитетом выполнение обещанного. Судя по обсуждению моей сексуальной жизни, доказывать, что я своё слово сдержу, не требуется. Теперь выбор за вами: хотите – работаете, хотите – нет. Еще вопросы есть? – уточнила Горская.

– А вы всегда в черном ходите? – не удержался Вереин.

– Да. Я в трауре, – ответила девушка без улыбки, и Андрей мысленно дал себе подзатыльник за бестактность. – По системе российского образования, – закончила она. – Итак, записываем первую тему…

Глава 3

В целом, лекция прошла довольно спокойно. Маша ожидала худшего – после такого-то сомнительного дебюта. Аудитория отзывалась на вопросы вяло, но ведь всё-таки отзывалась. Пара как пара… Если бы не навязчивое внимание к ней со стороны этого звёздного – не сказать, звезданутого, – футболиста. И внимание к его особе.

Интуитивно Маша всегда могла определить в толпе лидера. По позе, положению головы, взгляду, интонациям, кучкованию «свиты» вокруг. Было заметно, что футболист только появился в этом коллективе. Однако с первых же минут группа, не крякнув, прогнулась под него. Горская шесть раз мысленно дала себе по губам, когда сама (дура!) попросила его публично представиться. С той минуты в сторону красавчика-спортсмена нет-нет, да поворачивалась чья-нибудь голова. Ей даже несколько раз пришлось делать замечания, что уж совсем из рук вон. Новый повелитель второго курса направления «Менеджмент» поклонение принимал благосклонно, но сам, практически не отрываясь, смотрел на нее тем «я-слежу-за-тобой» взглядом, от которого волосы на затылке встают дыбом.

Ничего, она привыкла. Бывало и хуже. Например, в первый год работы. Маша была гордостью матери. Пошла в школу с шести, потом один класс сдала экстерном. В итоге университет она заканчивала с ребятами, как минимум на два года старше ее. Маленькая, худенькая. «Вундеркиндер», как ее звали. Потом сразу поступила в аспирантуру. И в первый же год, из-за того, что посреди осени одна из преподавательниц ушла в декрет, ей дали часы. В том числе, на заочке. Лекции. Ведь Маша – гордость факультета, что ей стОит прочитать шесть часов?

Она готовилась. Перекопала все учебники. Вызубрила лекцию и дважды рассказала ее перед зеркалом. Но это всё равно не помогло справиться с паникой.

Тогда, вечером, в ожидании шестой пары, она сидела на кафедре и пыталась согреть трясущиеся руки кружкой чая. Со звонком вошел Валера – тогда для нее Валерий Владимирович. Как ни странно, он сразу увидел то, что не желали замечать остальные. Он опустился перед Машей на корточки и сжал теплыми ладонями ее кисти:

– Ты всё равно знаешь больше, – сказал Залесский, глядя ей в глаза. – И даже если в чем-то ошибешься, они этого не поймут. Просто помни, что это ты ставишь им оценки, а не они тебе. Выше нос, – закончил он и подмигнул: – Так меньше шансов захлебнуться. Всё у тебя получится.