Сиреневый эндшпиль

Жизнь Чиро всё еще висит на волоске, и Дамиану, Ансельмо и Джетте втроем предстоит раздобыть последние артефакты. Для того чтобы их получить, троице, раздираемой конфликтами, предстоит проникнуть в древнюю гномью сокровищницу. Оттуда они должны вынести – Сферу Трансформации, мощнейший артефакт, некогда похищенный гномами, чтобы вернуть его эльфам. Казалось бы, задача по силам. Да только Джетте в красках показали смерть каждого из троих в гномьих катакомбах и предупредили, что один из тех, кто пойдет, не вернется. Можно ли обмануть судьбу, если смерть – не самая страшная опасность, которая им грозит?

Ход двадцать шестой, в котором читатель узнает краткую историю Коразон эль Груто, а Ансельмо дель Пьёро – что он осёл

Темные: S/М c2

(Темный Странник-Маг перемещается на поле с2)

Светлые: SN c2

(Светлые Странник и Наемник перемещается на поле с2)

Замок они покинули на рассвете. Дорога предстояла неблизкая. Коней принцесса не пожалела, но нестись галопом не хотелось. Пошли рысцой. Впереди уже светил финал путешествия, а Дамиану казалось, что только вчера он произнес магическую клятву. Странно, но он даже немного жалел о том, что скоро всё закончится. Это однозначно было самое яркое из его приключений. И компания достойная. Минус один в строю оказался болезненным ударом. Именно с Чиро Пусик сблизился больше других. Зато вернулась Джетта. Она как-то неуловимо изменилась. Было ощущение, что талантливый художник подправил чей-то посредственный набросок. Темная была вполне миловидна и обаятельна, но внешность имела неброскую. Теперь она превратилась в настоящую красавицу. Вроде те же черты, а впечатление совершенно другое.

Когда путники остановились передохнуть, девушка рыкнула на обоих:

– Вы решили мне череп прожечь?!

– Джи, у тебя это, – Паладин как-то неуверенно повел ладонями в направлении ее лица, – иллюзия?

– Что у меня не так с «этим»? – она передразнила Сельмо и повторила его жест.

– Всё у тебя так, – поспешил успокоить её Аквилеро. – Просто… как-то это всё… слишком.

– Я тоже думаю волосы подстричь, – неожиданно заявила девушка.

– Зачем волосы подстригать? – испугался Дамиан. Новая прическа девушки ему очень нравилась. – Я не про волосы. Я про лицо.

– Лицо как лицо, – буркнула она.

– Согласен. Но очень красивое. Вот Сельмо и интересуется: не иллюзия ли это? Вполне простительное любопытство, учитывая наш недавний опыт.

– Идите вы к троллям собачьим. Не накладывала я никаких иллюзий. Ради кого?

– Давно меня так не оскорбляли, – рассмеялся Дамиан.

Остальные не поддержали веселья. Сельмо вглядывался в черты спутницы и молчал. Джетта осматривала окрестности.

– Ладно, вы тут можете тешить свое самолюбие, если вам угодно, а я пока вас покину. Когда вернусь, предлагаю обсудить дальнейшие планы, – и она направилась в приглянувшиеся кустики.

Тема для обсуждения и правда была. Выбор пути был как в той сказке: налево пойдешь – навек пропадешь, направо пойдешь – смерть найдешь, а прямо пойдешь – вообще огребешь. Паладин вынул из кармана карту.

– Ты ей веришь? – тихо спросил он и указал взглядом в сторону кустов.

– Почему нет?

– Потому что она менталистка и иллюзионистка.

– То есть ее вина доказана, – уточнил Аквилеро.

– Я не о том, – поморщился дель Пьёро. – Но всё это… – он обвел лицо ладонью.

– Да, я тоже оценил. И – да, я думаю, что она не врет. Нет смысла. Допускаю, что у тебя есть основания для недоверия. Но ведь всё может быть по-другому. Что, если на Джетту была наложена не только магическая печать, но и иллюзия?

– Зачем?

– Ни за что не догадаешься: чтобы скрыть внешность. Мы знаем, что один из ее родителей владел ментальной магией. Вероятнее всего, отец. Мать, видимо, была мастером иллюзий. Она постаралась защитить дочь на случай, если та окажется похожей на отца.

Дель Пьёро на это промолчал, поскольку объект обсуждения приближался. Джетта потянулась к карте.

– А твоя где? – поинтересовался он.

– Оставила, – ответила Темная.

– Ты что?.. – переспросил Паладин.

– Я оставила карту, – повторила девушка твердо. – Это единственный шанс для Чиро меня найти.

– Неизвестно, когда он встать сможет. И мы вполне в состоянии тебя защитить, – возмутился Сельмо, будто не сомневался минуту назад в благонадежности спутницы.

– Может, ты забыл, но нам по пути только до ближайшего города. А потом наши дороги расходятся, – напомнила Джетта. – Так что я очень надеюсь на Слоника и целительские таланты Гешшара. И на чудо, разумеется. Надеюсь, Двухцветный не оплошает. Ну что, будем наводить порядок в здешних лесах?

Острый слух в очередной раз сослужил Темной добрую службу. Подозрительность Паладина была ожидаемой. Она даже думала, что всё будет хуже, и ей придется добираться до Коразон эль Груто в одиночку. А вот отношение Пусика ее порадовало. И идея, им высказанная, показалась интересной. С чего маги взяли, что ее мать была слабой магичкой? Может, ее отец отбирал возможную родительницу наследника, как Алейо – с учетом способностей. Или у него самого иллюзии были слабой стороной, и он рассуждал, как драконы. В любом случае у бедной матушки устоять против него шансов не было. Особенно если истинной внешностью Джетта пошла в него. Мощный менталист и красавчик впридачу. Тут даже Дева Ночи не устояла бы.

Еще недавно Джетта не поверила бы, что будет столько времени уделять мыслям о бросивших ее родителях. Интересно, какие таланты были у них вторыми? Что бы там ни зубоскалил Макс по поводу несовершенства магической Печати, лишившей Темную дара, а продержалась она о-го-го. Учитывая, что Печать – это магическая ловушка, только наоборот, не притягивает, а запирает Силу, это заклинание из разряда пространственной магии. Как минимум мамаша была в ней не полный ноль. А что известно про отца? Он точно не прорицатель. Как рассказывал Макс, дар предсказателя не привык делиться. Или он, или всё остальное. К тому же, будь папаша прорицателем, все уловки с прятками пошли бы прахом. Учитывая те жалкие крохи целительства, которые достались девушке, у родителей оно тоже было не в фаворе. Однако еще оставались таланты медиума, артефактора и стихийника. Какие-то выводы можно было бы сделать из возможностей Джетты, но она пока знала их плохо. Хотя основы владения магией она получила, до полноценного мага ей было, как гному до эльфа – расти и расти. Что ж, будем поспешать медленно. Пока – вперед.

После передышки путники поехали дальше. Пробираться сквозь сиреневое пятно они не решились. В памяти Темной были свежи картины шагающих в ногу мертвецов и искаженное лицо вампирши с окровавленным ртом. Светлые знали о черномагических штучках больше по рассказам, но увидеть их воочию не рвались. Однако дорога через лес, в котором хозяйничали разбойники, тоже развлекательным променадом не была. Даже для компании из двух опытных бойцов и одного мага. Заночевать решили в безопасном месте, а на территорию лиходеев въехать посветлу.

Ночной костер занялся быстро, несмотря на влажные от вечерней росы дрова. Джетта подкормила пламя своей Силой. Красноватые сполохи всегда притягивали ее взгляд. От веселой пляски искр на душе становилось легче.

– Джи, ты же родом из Коразон эль Груто? – спросил Дамиан и разрушил волшебство момента.

– Где родилась, я не знаю, – недовольно откликнулась Темная. – Но выросла там.

– Расскажи, чего нам от него ждать, – попросил он. – Я, к стыду своему, ни разу там не был.

Девушка задумалась. А потом стала рассказывать.

Согласно легенде, Коразон эль Грута построили гномы. В далекие времена, когда в мире существовали только Старшие расы, низкорослый мастеровой народ обжил все доступные горы. Раньше Джетта не очень верила в то, что эльфы и гномы появились в мире раньше людей. Считала эту теорию происками бородатых расистов и длинноухих шовинистов. Правда, теперь, после слов Гешшара про драконов, задумалась: а нет ли зерна истины в этих преданиях?

Так вот. В те далекие времена солнце еще не выжгло бескрайние пространства Степи. На ее месте стояли леса. И в горах, окруженных вековыми дубняками, гномы построили чудесный город, прославивший их мастерство. Она вырубали свои дома прямо в скалах. Но однажды что-то случилось с этим замечательным местом. Почему-то природа отвернулась от него. Жаркие ветра иссушили благодатные земли. И гномы ушли. По другой версии легенды, пришли люди и всех выгнали. До недавнего времени Джетта так и считала. Увы, теперь Темная скорее склонялась к тому, что когда люди пришли, вокруг уже никого и ничего не было. Люди – твари непривередливые, они освоились в скворечниках среди скал. Что бы ни заставило гномов покинуть насиженные места, это не было истощением ресурсов. Человечки огляделись, обнаружили рабочие шахты и занялись добычей руд, самоцветов и горючего камня. Вокруг вырос город. Его назвали Коразон эль Грута – Сердце Пещер. Хотя в самое сердце пещер, вглубь гномьих галерей, люди не рвались.

– Это же город Светлых? Почему тебя отдали в приют Девы Ночи? – спросил Паладин.

– Ты говоришь так, будто это было ошибкой, – возмутилась Темная.

– Во всяком случае, воспитывайся ты среди Светлых, ты бы не связалась с ворами, – с упреком заявил дель Пьёро.

Красивые губы блондина поджались. В отблесках костра он выглядел так, что воровке самой было впору задуматься, а не наложил ли кто на сына Первого советника иллюзию. Жаль, что иллюзии на нее не действовали. А Сельмо действовал. Действовали его долгие взгляды, когда ему казалось, что на него никто не смотрит. И то, как он заводился, когда рядом с Джеттой появился кто-нибудь из драконов, вызывало необъяснимое, злорадное чувство удовлетворения. Но его упертость и уверенность в собственном превосходстве ужасно раздражали.

– Матушка-настоятельница любила говорить, что мы зачастую принимаем за случайность и несправедливость то, что было предначертано заранее, – возразила Темная. – И не вмешательством Богом, а нашим же характером,

– А что ты бы советовала нам там посмотреть? – попробовал разогнать грозу Аквилеро.

Наивный Пусик, похоже, пытался втереться к ней в доверие. Совершенно напрасно. Нет у нее такого органа.

– Пещеры. Библиотеку. Говорят, ее построили еще гномы. Гарантию не дам, но здание весьма необычное. А еще говорят, что там полно древних манускриптов.

– Интересовалась с профессиональной точки зрения? – спросил Ансельмо.

– Я ворую только по заказам, а не ради собственного удовольствия.

– А мой перстень тебе кто заказал? – зыркнул из-под бровей Паладин.

Что это на него нашло? Вечер воспоминаний?

– Никто. Но если тебя это утешит, удовольствия я тогда не получила. А еще, – Джетта перевела взгляд на Пусика, – возле библиотеки есть чудесный Фонтан Истины. Он работает круглый год, даже зимой. Обязательно загляни в воду, Ансельмо, – Темная вновь повернулась ко второму собеседнику. – Ты увидишь в ней отражение осла.

Темная поднялась и пошла готовиться ко сну. Не так уж долго ей осталось терпеть «осла» дель Пьёро. Пару недель, не больше. И они вновь разойдутся, чтобы никогда не встретиться. Нужно радоваться, что скоро всё закончится.

Нужно.

Но почему-то не получалось…

– Что-то Черные молчат, – произнес Игрок Темными, глядя на доску. – Закончились, что ли?

– Это с нашей-то удачливостью? Нет, наверняка пакостят. Но где-то далеко. Пока наш индикатор срабатывал в пределах пары клеток.

– Может, всё же погоняем Странников по доске? Чтобы всех гадов обнаружить.

– А как же игра?

– А какой смысл продолжать? Ты всё равно уже практически проиграл.

– Я проиграл?! – возмутился Игрок Светлыми.

– Сам прикинь. У меня преимущество по фигурам. Даже элементарно, мой Странник может попасть в Замок в три хода, а твоим потребуется минимум пять.

– Четыре. Твоему Страннику требуется четыре хода. Смотри. Иду разбойником i2 на h2, и ты не только теряешь темпы, но и оказываешься под угрозой в Замке. Не забывай, девчонка там не на своём поле. Идти вместе – вот твой единственный шанс.

– У меня еще запасной ход есть.

– Ничего не знаю. Магичка была не моя. За ходы Черных ответственности не несу, – произнес игрок Светлыми и победно взглянул на соперника.

– Ну, раз ты так уговариваешь… – согласился тот и с видом одолжения сделал требуемый ход.

Ход двадцать седьмой, в котором происходит встреча героев с разбойниками, а также с белым и пушистым чудовищем

Темные: S/М d3

(Темный Странник-Маг перемещается на поле d3)

Светлые: SN d3

(Светлые Странник и Наемник рубят Темного разбойника на поле d3)

Паладин скомандовал выезд, едва встало солнце. Очень хотелось пройти опасный участок за день и ночевку устроить в спокойном месте. Шли хорошо, ровно. Молча. Зачем лишний раз привлекать к себе внимание? Вчера они долго спорили: идти основным трактом или окольными тропами? Дорога обеспечивала хорошую скорость, но драка с разбойниками при этом практически неизбежна. Кружные пути вероятность встречи с лиходеями снижали, но отсутствие отнюдь не гарантировали. И во втором случае путники точно не проходили участок за светлое время суток. Не будь с ними Темной, Сельмо, не задумываясь, выбрал бы тракт. Но теперь он был в ответе не только за себя. Дамиан спросил, может ли новоявленная магичка накрыть их невидимостью. Девушка ответила, что даже если сможет, то растратит на это все свои ресурсы и в бою будет бесполезна. Ансельмо хотел сказать, что бой – мужское дело, но вовремя сдержался. Как ни прискорбно было это сознавать, Джетта нынче была более серьезным противником, чем они с Пусиком, вместе взятые. Это очень, очень раздражало.

Раздражало еще кое-что. Ночью возле костра, пока он держал первую вахту, у Сельмо было время собраться с мыслями. До него дошло, что именно смущало его в новой внешности Джетты. Именно так должна была выглядеть, повзрослев, та девушка, с которой он познакомился семь лет назад. Когда Темная заявилась вместе с Чиро, Паладин узнал ее. И порадовался тому, что память сыграла с ним злую шутку. В его воспоминаниях Джетта была сказочно красива. За годы ее черты немного стерлись, оставив смутное ощущение чего-то невозможного. Что ж, подумал дель Пьёро тогда, в таверне. Влюбленным юношам свойственно преувеличивать достоинства своих избранниц, даже если на деле они оказываются подлыми и лживыми тварями. Правда, даже неидеальная Джетта, даже с учетом всего, что Паладин о ней знал, ощутимо задевала его сердце, заставляя ревновать и мечтать. Теперь же он терялся в догадках. Маги утверждали, что на девушке с рождения была магическая печать. Значит, она не могла наложить на себя иллюзию семь лет назад. Сельмо должен был видеть ее такой, какой она была. Но была-то она под иллюзией. Тогда почему он видел ее такой? Или всё-таки иллюзия – то, что он видит сейчас, и магическая печать была иллюзией, и Джетта успешно морочила голову ему тогда, и магам теперь? Всё это очень раздражало Сельмо. К тому же новый старый облик Темной был живым напоминанием о ее предательстве. Ее двуличии. О том, что этой девушке нельзя доверять ни на йоту. А еще он напоминал о том, что между ними было. И будил желание всё вернуть.

В общем, в голове у дель Пьёро была каша. И заварила ее Джетта. И Сельмо за это был на нее очень зол.

Спустя несколько часов скачки, когда осеннее солнце соизволило согреть воздух, путники решили остановиться. Лесок вокруг был не слишком густой, и Темная, в которой вдруг проснулась стыдливость, углубилась в чащу. На слова Сельмо не отходить далеко, она отмахнулась, что будет осторожна. Да пусть идет куда хочет. Он в няньки не нанимался.

– У тебя появились мысли, как искать второй Жезл? – поинтересовался напарник, пока Паладин провожал взглядом тонкую фигурку, укутанную в плащ.

– А? – вернулся из своих мыслей Сельмо и взглянул на Аквилеро. – Сходим в библиотеку. Почитаем манускрипты. В фонтан заглянем, – буркнул он.

– Я серьезно.

– Дами, у меня на этот счет нет совершенно никаких идей. Я, как и Джетта, надеюсь на чудо. Пока эта стратегия себя оправдывала. Давай сначала доберемся, – Паладин огляделся. – Не нравится мне здесь. Куда эта кукла огрова поперлась?

– Не дергайся. Пусть девочка немного успокоится. Ты ее совсем заклевал.

– Я заклевал?!

– Ансельмо, при всём моем уважении, сбавь ход. Я могу понять твое состояние, но сейчас не время и, как ты совершенно точно заметил, не место.

– И что ты можешь понять? – вскинулся Сельмо.

– Только спокойно давай, – примирительно поднял руки Дамиан. – Ты – человек, который привык всё держать под контролем. Любишь, чтобы всё шло так, как ты запланировал. А Джетта не укладывается в эту схему. Ты сам в свою схему не укладываешься, когда она рядом. Расслабься. Отпусти события. Не форсируй.

– Слушай, Пусик…

– Сельмо, за «Пусика» можно и в бубен получить.

– …не кажется ли тебе, что ты снова лезешь не в свое дело? – закончил свою мысль Паладин.

– Дело было бы не моим, если бы мы все не были в одной связке. Тебе не кажется, что Джетте пора уже вернуться? – концовка была не совсем логичной, но очень понятной.

– А как же твой совет расслабиться? – не удержался дель Пьёро и тоже уставился в ту сторону, где не так давно скрылась Темная.

– А в остальном – расслабься. Давай ее крикнем, а?

– И сообщим всем, кто еще не в курсе, что мы уже приехали.

– Может, сходить ее проверить? – предложил Дамиан.

– Хорошо, считаю до десяти, и если не появится, иду проверять.

Он продержался до семи. Нечастые деревья сменились плотными кустами. Продравшись сквозь их колючки, Паладин оказался на берегу небольшого ручья. На примятой траве валялся плащ Джетты. И всё. У Сельмо было ощущение, что в тот момент он из блондина стал седым.

Джетта понемногу начала приходить в себя. Ощущения радовали многообразием. Затылок нещадно болел. Руки были связаны за спиной. Онемевшие пальцы покалывало. Саднило правый бок. Видимо, неудачно упала после удара по черепу. Что ж ей так не везет с головой в последнее время… Наверное, потому что у нее это самое слабое место. Темная осторожно приоткрыла глаза и осмотрелась. Она лежала под кустом. Ее сторожила страшненькая дворняжка. Подставив солнцу тощее, грязное пузико, псинка деловито выгрызала блох. За спиной слышались мужские голоса. Вокруг ни домиков, ни землянок, ни шалашей, ни даже костровища. Довольно тихо. Похоже, не лагерь. Наверное, что-то вроде постоянной засады. Мужики приходят сюда чисто по делу. Раззяв ловить. Таких, как она. Это ж надо было так по-идиотски вляпаться!

Темная не собиралась забредать далеко. Просто хотела отойти за пределы видимости. Но услышала журчание ручья и решила освежиться. Вода была чистая. Ледяная. Темная глотнула из сложенных лодочкой ладоней. Сбросила плащ, чтобы умыть лицо и шею. Тут-то её и стукнули. Ну, ладно раньше. Хотя как раз раньше она всегда настороже была. А теперь расслабилась. Теперь-то она не тяп-ляп, а Великая, огр ее подери, Магиня! Видимо, любой враг теперь должен падать замертво от одного ее светлого – то есть Темного – лика. Тьфу! Да, поставить охранку ей в голову не пришло. Зато прилетело. Ох, и влупит ей Паладин за правила безопасности! И правильно сделает. Он там уже наверняка рвет и мечет. Не хватало, чтобы он или Пусик пострадали из-за ее глупости. Надо выбираться.

Темная попыталась вслушаться в разговор за спиной. Говорили тихо и не очень внятно, а голова болела, так что пришлось очень постараться.

– …Хлыщи оне могёть и хлыщи, да, знаешь, железки-та крепко держуть.

– Чуешь, монетами от них несет? Больши-ими деньжищами!

– …к ограм такие деньжищи. Захреном оне будут тобе безголовому? Почитай, мужички с нами ужо расплатились. Видал, кака краля! У тебя така когда-нить была?

И не будет. Ишь, губу раскатал. Смотри не оттопчи.

– Хороша девка, – согласился второй. – Степняки с руками оторвут.

В голосе второго бандита слышались мечтательные нотки. Он, наверное, уже мысленно кошель взвесил.

– После того, как мы ее в логове… подлатаем, – полуспросил, полупотребовал третий разбойник.

Его поддержали еще несколько голосов. Ох, не делили б вы, братки, прелести недобитой магички.

Джетта закрыла глаза. Нащупала ближайшую нить Силы. Отгородила псину невидимостью. И стала колдовать.

Паладин усилием воли подавил панику. Он выбрался из кустов и крикнул напарника. Теперь таиться смысла не было. О том, что они здесь, разбойники уже знали. Пусик благоразумно подошел вместе с лошадьми. Джетту они в любом случае уже потеряли. Остаться еще и без коней было бы с их стороны крайне неосмотрительно.

– Всё плохо? – поинтересовался Дамиан.

Паладин указал головой в сторону ручья. Напарник отсутствовал несколько минут и вернулся с плащом Темной.

– Их было несколько, – доложил Аквилеро. – Следов борьбы нет. Крови нет. Скорее всего, ее оглушили. Наверное, метали из пращи, поэтому девчонка не услышала. Неподалеку валяется подходящий камень.

– Сама уйти с ними не могла?

– Увы, Сельмо, ее оттуда однозначно унесли.

– Что будем делать дальше?

По части ведения военных действий столь малочисленным отрядом у Дамиана было больше опыта. А события последнего месяца наглядно доказали дель Пьёро, что не стоит пренебрегать чужими талантами в угоду своим амбициям.

– Будь я на их месте, уже бы отсюда свалил, – честно признался Пусик.

– К счастью, на их месте не ты. Но будь ты на их месте, где бы ты устроил засаду?

– Хочешь атаковать в лоб? Поиграть в смертников? Сельмо, она – маг. Она не беззащитна.

– Могу тебе подсказать несколько вариантов того, что можно сделать с магом, пока он без сознания. Особенно если он – она.

Дамиан скривился. Видимо, сам до этих вариантов дошел. Он задумался.

– Я бы… – начал он, но слова потонули в треске ветвей.

Душегубы с криками бежали навстречу, размахивая оружием. Преимущество неожиданности было разыграно очень необычно. Светлые рассредоточились, чтобы не мешать друг другу. Сельмо принял стойку, перехватил меч поудобней и встретил им первого нападавшего. Вскоре стало ясно, что основной целью разбойников были не они с Дамианом, а лошади. Махать мечом пришлось в пару раз активней. А спустя еще несколько минут стало ясно, откуда у лиходеев возникла такая жгучая потребность, для многих ставшая летальной.

Из кустов вывалилось ужасное чудовище. Тварь передвигалась на четырех лапах, цепляясь за жухлую траву выпущенными когтями. Из спины и черепа торчали длинные шипы. Морда и грудь были замызганы кровью. Глаза – узенькие щелки – налились красным. Верхние клыки выступали острыми кинжалами. Монстр оскалил зубы и зарычал. Стало ясно, что нижние клыки у него тоже ничего. Разбойники, которые были еще живы, но усилиями Светлых бежать уже не могли, пытались ползти. Хотя Сельмо в этом смысла не видел. Он мысленно простился с жизнью, хотя на краешке сознания маячила предательская мысль, а не скормить ли твари ржавших на привязи коников. Если его загрызут, пользы от животных все равно не будет. А так, может, чудовище нажрется и отстанет. Хотя трех ему может и не хватить.

Не сговариваясь, Светлые встали плечом к плечу. И в этот момент из кустов выбежала Джетта.

– Ой! – пискнула она и закрыла рот ладонями.

Чудовище растаяло в воздухе, а на его месте появилась колченогая дворняга со свалявшейся шерстью. Собака попятилась, отчаянно лая. Похоже, у Паладина с Пусиком вид был суровый, потому что нервы псины не выдержали, она взвизгнула и рванула назад. Лишь спрятавшись за ноги Джетты, она осмелела и тявкнула напоследок.

– Хвала Богам, не опозорились, – облегченно выдохнул дель Пьеро. Очень-очень тихо, чтобы его услышал только напарник.

– Повезло, – кивнул тот.

– Твоя Золотая Ручка – страшная женщина.

– Это ты мне ее подсунул, – напомнил Игрок Темными.

– Отдай мою Ручку! – внезапно гаркнул его противник, хватая соперника за грудки.

Игрок Темными дернулся от неожиданности.

– Сам ты дурак, и шутки у тебя дурацкие, – буркнул он вырываясь. – Детский сад какой-то. Между прочим, по сравнению с твоими головорезами, – в прямом смысле этого слова, – Джетта – кроткий агнец.