В его руках

Глава 1

_______________

Серия: Сила любви

Книга 1: "Под его властью"

Книга 2: "В его руках"

P.S. Можно читать, как одиночные.

_________________

"Всем тем, кто не умеет говорить о любви, но чувствует её каждой клеткой."

~ Элиана ~

В моём иллюминаторе небо поделилось на двое: снизу — сплошные белые облака, плотные, как вата, а выше — безграничная голубизна, в которой хотелось раствориться. Я смотрела в их горизонт и думала, что же меня ждёт дальше.

Четыре года. Четыре года я не была в Италии. Четыре года я не видела родителей, не обнимала их, не слышала голосов по телефону чаще, чем раз в полгода. И знаете что? Мне было всё равно.

Я не чувствовала тоски и боли. Не чувствовала ничего, кроме глухой, ровной пустоты, которая поселилась где-то в груди ещё в тот день, когда я села в самолёт и улетела во Францию, а если быть ещё точнее, то после одного случая. Я тогда сказала себе: «Я не хочу быть частью этого мира».

Папа был единственным, кто понимал меня. Он всегда был спокоен, рассудителен, никогда не давил. В отличие от мамы — весёлой, яркой, слишком громкой и слишком доброй. Она была идеальной и я ненавидела эту её идеальность, потому что рядом с ней я чувствовала себя сломанной. Чувствовала, что никогда не смогу стать такой же.

Мама и папа гении. Их друзья Милена и Алессандро точно такие же. Мафия, власть, деньги, кровь. Всё это было их жизнью, и они жили ею с такой лёгкостью, будто дышали. А я... я просто хотела дышать по-своему.

Я закончила лучший университет искусств во Франции, конечно же с отличием. Мои картины висели в галереях Парижа, Лиона, Марселя. Мне предлагали контракты, выставки, деньги, но потом пришло предложение из Италии. И тогда я поняла пора возвращаться.

Не потому что скучала или не потому что хотела. А это было логично и разумно, ведь Италия — центр искусства, дом и место, которого я избегала четыре года.

Самолёт пошёл на посадку. За иллюминатором показались очертания Милана серые здания, зелёные парки, извилистые реки. Город, который я когда-то ненавидела. Город, который я поклялась забыть. Город, в котором жила моя семья.

Я не знала, что чувствую. Наверное, ничего. Как всегда.

В аэропорту меня встретили. Я увидела их издалека. Мама махала рукой, улыбалась во весь рот, сверкая глазами — теми самыми голубыми, которые я унаследовала от неё. Папа стоял рядом, спокойный, с лёгкой улыбкой. Он не махал, не кричал. Он просто смотрел на меня и в его взгляде было всё: и любовь, и боль, и надежда. Чёрт, только не надежда.

Я подошла, останавливаясь в шаге от них.

— Элиана... — мама шагнула вперёд, протянула руки, чтобы обнять.

— Не надо, — сказала я тихо, но твёрдо. — Пожалуйста.

Она замерла и её руки опустились. В глазах мелькнула боль, которую она тут же спрятала за улыбкой.

— Ты выглядишь... как всегда, — сказала она. — Красивая.

— Спасибо.

Папа подошёл ближе не пытаясь обнять, а просто остановился рядом.

— Рад видеть тебя

— Я тоже рада, пап.

Это была правда и ложь одновременно. Не подумайте, я люблю их, но всё что связано с ними ненавижу до глубину души.

Мы поехали домой и по дороге мама рассказывала про свои новые проекты, про то, как Милена и Алессандро скучали по мне, про то, что Адриан теперь стал главой семьи.

Адриан...

Мой друг детства. Тот, кого я тоже оставила без объяснений. И тот, кто уже давно засел где-то глубоко в моей душе и .... стоп, стоп, стоп. Сказала я самой себе, сейчас не время.

— Он спрашивал о тебе несколько раз.

— Я не хочу об этом говорить, мам. — ответила я и она сразу замолчала.

Дом встретил меня знакомым запахом — деревом, цветами и чем-то ещё, что я когда-то называла домом. Всё было по-прежнему: те же стены, та же мебель, те же картины на стенах.

— Ты не голодна? — спросила мама. — Я приготовила твой любимый...

— Я устала, — перебила я. — Можно я пойду в свою комнату?

— Конечно, — сказал папа. — Мы не будем тебя беспокоить.

Я поднялась наверх. Комната не изменилась, всё было таким же, как в день моего отъезда. Я села на кровать и посмотрела в окно. За стеклом — сад, в котором я когда-то играла. Раньше эти прекрасные цветы приносили мне радость, даже когда мне было до жути грустно, но я уже не была той девочкой.

В дверь постучали.

— Элиана? — голос папы.

— Входи.

Он вошёл и закрыл за собой дверь.

— Ты как? — спросил он.

— Нормально.

— Ты не обняла маму.

— Я не люблю прикосновений, ты забыл?

— Я знаю, — он сел на стул у стены. — Она понимает. Просто... она скучала. Мы оба скучали.

— Ладно.

— Я не буду тебя заставлять, — сказал он. — Но вечером мы едем к Милене и Алессандро. Они ждут тебя и Адриан тоже должен быть.

Я закрыла глаза, глубоко вдыхая.

— Хорошо.

— Спасибо, — папа встал. — Отдыхай.

Он вышел, и я осталась одна. Смотря в потолок и думая о том, что моя жизнь никогда не была моей. Она всегда принадлежала им.

Мафии.

Семье.

Долгу.

Теперь я вернулась и не знала, что меня ждёт, но точно решила, чем меньше буду с ними, тем моя жизнь будет спокойнее.

_____________________________

После того как Элиана поднялась в свою комнату, в гостиной повисла тишина. Камилла стояла у окна, глядя в сад, и молчала. Её руки сжимали край подоконника так сильно, что побелели костяшки. Лоренцо сидел в кресле и смотрел на жену.

— Ты видела её? — наконец сказала Камилла, не оборачиваясь.

— Видел.

— Она даже не обняла меня, Лоренцо. Даже не подошла ближе. Она стояла в шаге от нас, как чужая.

— Она не любит прикосновений, ты знаешь.

— Я знаю, — Камилла повернулась к нему. В её глазах блестели слёзы, но она не плакала. — Она не сказала ни слова. Ни «я скучала», ни «я рада вас видеть». Она просто... стояла.

Лоренцо поднялся, подошёл к ней, положил руки на плечи.

— Она устала. Просто дорога была долгой.

— Дело не в дороге,ты же видишь, что она изменилась. Не внешне, а внутри. Её глаза... они стали пустыми.

— Она всегда была такой.

— Нет, — Камилла посмотрела на него. — Раньше она хотя бы злилась или бунтовала. А сейчас... сейчас я не чувствую от неё ничего. Ни тепла, ни холода.

Лоренцо молчал. Он знал, что жена права.

— Я не знаю, где мы её упустили, — продолжила Камилла, отворачиваясь к окну. — Мы дали ей всё, что могли. Любовь, поддержку, свободу. Мы никогда не давили на неё. Никогда не заставляли быть частью этого мира.

— Мы пытались её защитить. — тихо сказал Лоренцо.

— И это нас и погубило. Мы так боялись, что она повторит нашу судьбу, что забыли спросить, чего она хочет, а она хотела сбежать. И она сбежала.

— Она вернулась.

— Вернулась, потому что ей предложили выставку, а не потому что скучала или хотела увидеть нас. Мы были последним пунктом в её списке.

— Ты не знаешь этого наверняка.

— Я знаю свою дочь, Лоренцо.

Она отошла от окна, прошла к дивану, села, обхватив себя руками.

— Я смотрела на неё в аэропорту, и мне казалось, что я вижу незнакомку. Она стоит, смотрит на меня пустыми глазами, и я чувствую себя виноватой. За то, что мы живём в этом мире. За то, что она выросла в этом доме. За то, что она знает, кто мы.

— Камилла, — её муж сел рядом, взяв за руку. — Мы не виноваты. Мы не выбирали эту жизнь. Мы дали ей выбор.

— И она ушла, не возвращаясь четыре года.

Лоренцо взял её за подбородок, заставил посмотреть на себя.

— Послушай меня, — сказал он. — Она вернулась и это уже шаг. Даже если она не обняла тебя, даже если она сказала пару слов, она здесь. Она в этом доме и будет на ужине. Это только начало.

— А если она не захочет оставаться?

— Тогда мы отпустим её снова, потому что мы всегда её отпускали. Наша любовь это не цепи.

Камилла закрыла глаза, чувствуя, как его рука гладит её волосы.

— Я боюсь, что она никогда не вернётся к нам. — прошептала она.

— Она уже вернулась, — ответил Лоренцо. — И даже если она уедет снова, она всегда будет знать, что здесь её дом. Что здесь её семья.

— Ты так уверен?

— Я не уверен ни в чём, — честно сказал он. — Но я знаю одно она наша дочь. И она нас любит, даже если не показывает.

Камилла открыла глаза и слабо улыбнулась.

— Ты всегда знаешь, что сказать.

— Я не знаю, что сказать, — он улыбнулся в ответ. — Я просто говорю то, что думаю.

— И это срабатывает.

— Только с тобой.

Она рассмеялась тихо, но этот смех был первым за весь день.

— Я люблю тебя. — сказала она.

— И я тебя, Ками. — ответил он.

Они сидели в тишине, глядя в окно на сад.

— Вечером мы едем к Милене, — сказал Лоренцо. — Там будет Адриан. Может быть, он сможет её растопить.

— Ты думаешь?

— Он всегда понимал её лучше всех.

Камилла вздохнула.

— Надеюсь, ты прав.

Наверху, в своей комнате, Элиана сидела на кровати и смотрела в окно. Она не слышала их разговора. Возможно, где-то глубоко внутри она знала, что мама плачет, а папа пытается её успокоить. Она не знала, что чувствовать и не хотела знать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.