Восстань и сияй. Глубоко вдохни

© Элина Насибова, 2025

ISBN 978-5-0065-9235-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

– Элина, – услышала я чей-то туманный голос, – все хорошо?

Что происходит? Где я? Почему так больно?

Я смогла лишь слабо кивнуть, пытаясь сохранить содержимое своей головы в черепушке.

– Я не думал, что ты так неспокойно перенесешь портал, – я узнала его голос. Джексон. Он подхватил меня на руки.

– С ней все хорошо? – я приглушенно услышала голоса ребят.

– Отвезем ее ко мне домой, – скомандовал Джексон и начал куда-то идти вместе со мной на руках.

И в этот момент тьма поглотила меня. Снова.

***

Я повернулась и ударилась головой обо что-то. Ауч!

Я простонала, а в ответ услышала успокаивающее «Тш-ш-ш».

– Ты как? – спросил меня Джекс, сидевший рядом с кроватью на кресле.

– Уже лучше, – ответила я и схватилась за голову.

– Странно это как-то, – нахмурился он и нагнулся вперед, ко мне. – У тебя такая реакция, будто ты вспомнила свою прошлую жизнь.

– И такое возможно? – щурилась я, так как солнечный свет с окон слепил меня прямо в глаза.

– Нет, если ты самородок. Самородки – чистые души. У них нет реинкарнации. Поэтому нет, это невозможно, – парень, заметив мой дискомфорт, встал с места и зашторил окна.

Такой милый.

Я смолчала и подумала, что мое мимолетное видение было лишь каким-то нервным расстройством.

Не могла же я когда-то щеголять по коридору и войти в кабинет, где бы он сидел в костюме. Я бы точно это запомнила.

– Что случилось? – простонала я.

– Ты вырубилась на пару дней, – он снова сел на место, закатывая рукава своей толстовки.

Боже, его руки…

– Что?! – я резко встала, что было ошибочным решением, ведь мое состояние было не из лучших.

– Тише, – он встал со своего места, пытаясь меня успокоить. – Ты ничего не пропустила. Можешь быть спокойна.

– Да уж… – вздохнула я, сев. – Не самое удачное начало для знакомства с новым миром.

– Все путем. Как ты сейчас?

– Ну, голова побаливает, а так… вполне нормально, – пожала плечами я.

– Тогда давай завтракать, а потом, когда ты полностью восстановишь силы, мы пойдем в больницу.

– В больницу? – нахмурилась я. – А почему мы сразу туда не пошли?

– Я пригласил в дом Эйду – она моя знакомая целительница. Она сказала, что все в порядке и, возможно, твое состояние связано с тем, что ты пересекла портал, еще даже не обратившись толком ни разу, – он выглядел виновато.

– А зачем тогда нам в больницу? – не унималась я.

– Таковы правила, – он приподнял бровь. – Каждый новенький должен пойти в больницу, там у него спрашивают его недуги и выписывают лекарства. В Сигнум таун не должно быть больных.

– Совсем-совсем? – подняла брови я. – Совсем-совсем.

– А что потом? – с каждым его словом моя душа наполнялась радостью от того, что сегодня меня ждет что-то новое и удивительное.

– Ты же ведь уже определилась с профилем? – он встал с места.

– Буду на общей основе, – уверенно ответила я.

Насколько я помню из рассказов Джекса, общий профиль занятий могли брать лишь те, кто уверен в своих силах и готов учиться. Что ж… С этим проблем не должно возникнуть. Я хочу изучить каждую частичку этого мира.

– Так что мы пойдем в библиотеку и возьмем тебе книги, которые пригодятся в учебе. Потом нам придется расстаться, – когда он сказал эти слова, мой живот скрутило, но я не подала виду. – Ты новенькая, а значит, пойдешь заниматься вместе с новичками.

– То есть с толпой напуганных новым миром подростков? – саркастично подметила я.

– Нет, – отмахнулся он. – Новичками мы зовет тех, кто в школу ходит меньше трех лет. Вас объединяют в общую группу. Как правило, занятия повторяются, так что только прибывшие узнают что-то новое, а другие сидят и повторяют. Система, – пожал плечами он.

– А что делают старики? – намекнула я на него.

– У нас больше практической части. Драки, симуляции, стратегии видения боя и все такое.

– А зелья? Вы варите зелья? – вспомнила я сцену из «Гарри Поттера».

– Это больше женская забава, чем мужская. Она, конечно, тоже преподается, но лично я туда не хожу. Но ты всегда можешь туда записаться. Насколько я знаю, Пел туда ходит. Можете договориться с ней. Занятия по вечерам. День недели точно не помню, – он приподнял голову, думая.

– Классно, – улыбнулась я. – А что еще есть? – я чуть ли не прыгала от радости из-за потока новой информации.

Я в волшебном мире. Ну разве не мечта?

– Давай ты поднимешь свою задницу с кровати и мы пойдем завтракать. Я ужасно голоден, – улыбнулся он.

Стоило ему это сделать, как у меня сразу же потеплело в груди.

Сказав это, он развернулся и вышел из комнаты.

Я оглянулась по сторонам. Это была небольшая спальня с огромной двуспальной кроватью в центре. Думаю, такое соотношение было выбрано неслучайно, если учитывать, что Джекс был почти под два метра. Обои были черного цвета. Мой любимый цвет. Люстры не было, только абажур в форме уличного фонаря на прикроватной тумбе. В комнате лишь одно окно, которое было завешано черной шторой.

В целом вполне неплохо. Особенно для парня.

– Зу-зу! – послышался крик издалека. – Тащись сюда быстрее!

Я закатила глаза. Надеюсь, он не будет называть меня так перед моими новыми друзьями.

Серьезно, это позор какой-то!

При этой мысли у меня сразу же скрутило живот. То ли от волнения, то ли от страха. Как меня воспримет новое общество? Найду ли я здесь единомышленников? Не прекратится ли мое общение с ребятами? А что Джекс? Он сразу же забудет обо мне, стоит ему вернуться к обычной жизни?

– Тебе плохо? – прервал мои мысли Джексон, облокотившейся на косяк двери.

– Нет, а что? – нахмурилась я, не понимая, к чему он ведет.

– Потому что только больные могут отказаться от сэндвичей, которые я делаю, – самодовольно усмехнулся он. – Хотя, – он сделала вид, будто усердно что-то обдумывал, – мои кулинарные шедевры даже больных готовы поставить на ноги. Так что только мертвые остаются обделенными.

– А ты у нас довольно скромный, – закатила я глаза. Боже, такой самовлюбленный!

Хотя я бы тоже любила себя, если бы у меня было такое тело и лицо.

Еще пять минут наедине с ним, и мой план под названием «держись подальше от этого красавчика» пойдет вниз по горе.

– Я просто знаю себе цену. Так что вставай и пошли кушать. Сегодня будет трудный день.

– Даже для тебя?

Я встала с кровати и поняла, что на мне футболка и большие спортивные штаны. Явно не мои.

– Ты… – начала я с подозрением.

– Ага, еще чего! – воскликнул он, улыбаясь. – Чтобы ты мне все глаза выцарапала, когда проснулась? Пел и Вал тебя переодели в мои вещи. Я ждал снаружи.

Чего-чего, а таких действий я от него уж точно не ожидала.

– Ничего себе, – выдохнула я. – Я думала, что ты только и ищешь повод, чтобы залезть ко мне в трусики.

– Ну я же не какой-нибудь кретин, который воспользуется бессознательным состоянием девушки.

– Очень рада, – сказала я и прощеголяла мимо него.

Выйдя в коридор, я поняла, что спальня Джекса – это исключительно его территория.

Коридор был покрашен в бледно-фиолетовый цвет, который был почти белым. Ни картин, ни постеров на стенах.

– Где здесь ванная? – крикнула я ему, попутно поворачиваясь. – О мой Бог! – крикнула я, когда врезалась в него. – Какого черта? Ты меня напугал!

Хотя, признаться, ощутить ему мышцы было тем еще счастьем.

Он лишь улыбнулся мне одной из своих дьявольских улыбок.

– Ты не ожидала встретить меня в моем же собственном доме? – он поднял свою темную бровь так, будто забавлялся моей пугливостью.

– Ты в курсе, что ты бесшумно ходишь? Конечно, я не ожидала тебя у себя за спиной.

– Я охотник. Меня учат быть бесшумным. Скоро тебя тоже научат.

– Надеюсь, это будет до того, как у меня будет инфаркт, – я схватилась за грудь, все еще чувствуя осадок от испуга.

Его взгляд устремился к моей руке на груди.

– Или у меня, – выдохнул он.

Вот же ж…

– Джексон Девенпорт, – строго начала я, – где твоя ванная?

– Ты ее уже миновала, она была в моей спальной. Пошли.

Я проследовала за ним и попала в темную ванную комнату. Она тоже была в черных тонах. Если выключить свет, то будет ощущение, будто ты в пещере.

Я умыла лицо и прополоскала рот. Надо бы купить себе предметы личной гигиены.

У меня не было резинки, чтобы собрать волосы, так что я просто расчесала их руками и сделала вид, будто прическа «а-ля гнездо сороки» сейчас в тренде.

Выйдя из спальни, я сразу почувствовала запах бекона. Не знаю, где у него тут кухня, но буду ориентироваться по аромату, как в рекламе кофе.

Когда я, наконец, добралась до кухни, то меня встретил Джекс с кислой миной.

– Мой желудок уже начал переваривать сам себя, – фыркнул он.

– Мог бы начать без меня, – сказала я, усаживаясь на стул.

– И начать трапезу без дамы? Меня учили дворцовым манерам не просто так, – он взял вилку и нож и принялся кушать.

– А ты у нас прямо-таки король, – закатила глаза я. Он прожевал, а потом ответил:

– Я не король, а принц. А вот мой дед – король, – гордо произнес он.

– Да иди ты, – я положила в рот кусочек бекона.

– Честное слово, – продолжал уверять меня он.

– Поверю лишь только тогда, когда лично увижу это, – вскинула я бровь.

– В это воскресенье, – казалось, он не шутил.

– Заметано.

В следующие пять минут было слышно лишь то, как вилки скребут по тарелкам.

Глава 2

– Так, просто не волнуйся и отвечай на вопросы предельно честно, – Джекс вытянул свои руки на моих плечах и посмотрел прямо мне в глаза. – Они не хотят тебе навредить и не будут трепать о твоих недугах всему городу. Хорошо?

Я лишь покорно кивнула.

Мы повернулись и вошли в здание. Снаружи оно выглядело как современная, хорошо оборудованная больница. Так оказалось и внутри.

Запах хлорки и стерильности сразу ударил мне в нос. Ой-ой…

Мы прошли в регистратуру, и нас там встретила медсестра.

– Привет, Джексон, – она ему коварно улыбнулась. Отлично. Он с ней спал.

– Привет, ты не могла бы записать ее на первый осмотр? – Джекс показал на меня.

Девушка бросила на меня взгляд из серии «если твой рост не метр двадцать, то я не понимаю, почему смотрю на тебя свысока».

Вот же чертовка.

– Ваше имя и фамилия? – ее тон с игривого сменился на деловой.

– Елена Ибрагимова, – сразу же ответила я.

Она что-то набрала у себя в компьютере и снова посмотрела на нас. Точнее, на Джекса.

– Ожидайте. Врач подойдет меньше чем через пять минут.

Мы ей благодарно кивнули (я еще успела послать ей убийственный взгляд) и присели на кресла для ожидания.

Я нервно перебирала пальцами рукава своей толстовки, боясь, что в кабинете меня попросят проглотить какой-нибудь зонт или же вколют мне укол размером с руку Джекса. А она у него огромная!

– Не волнуйся, – Джексон утешительно пожал мою руку. – Это стандартная процедура. Я тоже через нее проходил. Ничего больного в этом нет.

– А там ставят уколы?

Господи, я была похожа на трехлетнюю…

– Да, если это необходимо.

– Отлично, – фыркнула я.

– Нахимова Елена? – позвала меня девушка, вышедшая из кабинета.

Браво!

Та девушка на регистратуре и фамилию мою неправильно записала.

А более взрослого способа мести не нашла, дура?

– Ибрагимова, – поправила ее я, вставая. – Это я.

– Здравствуйте, – она мне улыбнулась. – Будьте добры в кабинет.

Я бросила последний взгляд на Джекса, а он поднял кулаки в воздух в знак утешения.

Ну, если я тут умру, то хотя бы кто-то будет знать, где мой труп.

– Итак, – она уселась за свой стол. – Беспокоит что-нибудь?

– Нет, – мотнула я головой.

– А теперь честно.

– Все, правда, в порядке.

– Если ты не будешь откровенна, то не сможешь приспособиться.

– Почему? – нахмурилась я.

– Здесь очень большая нагрузка на все. Как на мозг, так и на организм в целом. Требуется очень много сил. А где ты будешь их брать, если у тебя будут головные боли или боли в мышцах, а возможно, и психические расстройства?

Я подумала над ее словами.

– Ну, у меня часто болит голова.

– Где именно? – в ее глазах заиграл огонь профессионализма.

– По-разному, – пожала плечами я. – Иногда тут, – я указала на висок. – Иногда здесь, – я указала на затылок. – А иногда тут, – теперь я повела пальцем вокруг головы.

– Хм, – нахмурилась она. – Сколько у тебя специальностей?

– Кого? – удивилась я.

– Ой, забыла, что ты новенькая. Ты ведьма? Или охотница?

– Ну, давайте посчитаем. Я темная ведьма, – от меня не ускользнуло, что она слегка отстранилась от меня. – Охотница. Духи считаются?

Она кивнула.

– Тогда четыре.

– Четыре? Почему?

– Мне сказали, что во мне дух тигра и волка.

Она открыла рот от удивления.

– Не может быть…

– Да, вы не первая. Я какое-то исключение из общего правила.

– Ты самородок?

– Да.

– Родители – люди?

– Да.

– Тогда пять.

– Почему?

– У самородков, чьи родители являются людьми, есть еще человеческая сторона.

– И что она дает?

– Много всего. Тебе об этом расскажут потом на уроках. Не удивительно, почему у тебя болит голова.

– И почему же?

– Все твои пять сторон воюют внутри тебя за право лидерства. И когда внутри тебя идет бой, это отдает в голову.

– А вы точно врач? – скептически спросила я.

– Это сказала сейчас темная ведьма. Грубость, недоверие, сарказм. Все это ее черты.

Я лишь закатила глаза.

– А это внутри тебя сделал человек. Лишь закатил глаза, когда понял, что вести беседу бессмысленно.

– Вы всю меня будете растолковывать?

– Нет. Я лишь хотела спросить, бывают ли у тебя приступы гнева?

– У всех они бывают.

– Я имею в виду другие. Когда выходишь из себя настолько, что все границы размываются.

«Говори лишь правду», – вспомнила я слова Джексона.

– Да.

– Все понятно, – она выдвинула ящик своего стола и достала оттуда упаковку таблеток. – Держи, – она протянула мне таблетки. – Это должно помочь. Кроме них, ничего не пей.

– А я не буду зависима о них?

– То есть?

– Ну, у меня есть друг… – я не стала афишировать имя Джекса.

– Ты имеешь в виду Девенпорта? Нет. Я выписала их Джексону, так как без них он просто Халк. Не может нормально существовать. Ты же должна принимать свои, когда почувствуешь головную боль или злость.

– Это поможет?

– Обязательно.

– Что-то еще?

– Нет, если это все.

– Это все.

Я встала и вышла из кабинета. На пороге меня уже ждал Джексон с рюкзаком, набитым учебниками.

– А вот и ты, Зу-зу, – радостно улыбнулся он.

Было удивительно, как такой красивый и обаятельный парень может совершенно не контролировать себя без таблеток.

– Что там? – спросила я, увидев рюкзак.

– Ты опаздываешь на занятия, так что я сам лично взял тебе учебники.

– Здесь все? – я удивилась легкости рюкзака.

– Только те, что нужны на сегодня. Остальные в машине.

***

Я вышла из машины и онемела. Школа была шикарной.

Она была похожа на готический замок с огромным количеством окон и выступов. Она была в форме буквы «П» и выглядела просто фантастически.

– Нравится? – спросил Джекс со спины.

– Спрашиваешь? Это же просто вау… – с восхищением выдохнула я.

– Успеешь еще полюбоваться, – парень подтолкнул меня слегка вперед. – Занятия через пять минут.

– Что? – удивилась я.

– Да. Поэтому поспеши.

Я прошла за Джексом и вошла внутрь здания. Оно было не менее шикарным внутри. Рядом с каждым огромным окном висели громадные плакаты с портретами людей, которые, как мне показалось, были в стадии обращения, так как их глаза светились и во взгляде не было ничего святого. Всего было шесть плакатов, которые я не успела разглядеть, так как опаздывала.

– Ну, Зу-зу, – Джекс привел меня к двери какого-то класса. – Это твой первый урок, и ты должна проявить себя с лучшей стороны. Так что спрячь свой острый язычок и коготки и слейся с толпой. Профессор Колтон не любит выскочек.

– Ты считаешь меня выскочкой? – с вызовом спросила я.

– Я считаю тебя самой прекрасной девушкой на свете.

– Ты невыносим, – я закатила глаза и вошла в кабинет.

Глава 3

Я вошла в кабинет и обомлела. Это был огромный зал с высоким потолком, огромными длинными окнами с витражами на них и амфитеатром. Не все места были заполнены, и я решила сесть на предпоследний ряд. Не хотелось сидеть впереди и быть у всех на виду.

В зале стоял гул: ребята явно что-то обсуждали. Я выбрала место, рядом с которым никого не было. Я, конечно, хотела познакомиться с новыми людьми, но не сейчас.

Дверь в кабинет открылась, и все сразу же затихли. В помещение вошел мужчина. На вид ему было не больше сорока. Темные коротко подстриженные волосы, худощавое тело, темно-синие брюки, белая рубашка и красный галстук. Он был красивым мужчиной в расцвете сил. Хотя ему с таким же успехом могло быть и сто пятьдесят лет. Я не могла посмотреть ему в глаза, чтобы сказать, был он магом или же колдуном, так как сидела я достаточно далеко.

– Всем здравствуйте, – мужчина положил на стол, который стоял напротив амфитеатра, свой черный портфель. – Для вновь прибывших я представлюсь. Меня зовут Джейсон Колтон. Но для вас я профессор Колтон. Я буду преподавать вам теорию. Мой предмет называется «Теория всего сверхъестественного». Практику у вас будут вести уже другие преподаватели. Если у вас есть вопросы, то смело задавайте. И не забывайте: здесь вы будете учиться не для оценок, а для того, чтобы не умереть и не стать чьей-то добычей. Все понятно?

По залу прошлось общее «да».

– Ну, тогда доставайте свои книги. На них так и написано: «Теория всего сверхъестественного».

Я нырнула рукой и начала искать. Так, что тут такое? Красный учебник «Все о зельях и их рецепты».

Не то.

Синий учебник «Теория всего сверхъестественного. Пятый том».

Их что, пять???

Не думаю, что мы будем начинать с него. Какие-то еще тетради и все.

У Джексона что, проблемы с математикой? Того, что мне нужно, нет.

Класс, в первый же день так облажаться.

– Потеряла чего? – спросил меня кто-то.

Я повернула голову и посмотрела на источник вопроса.

Им был парень лет восемнадцати с большими карими глазами и русыми волосами.

А он красивый…

– Учебник, – я мило улыбнулась.

Надо быть дружелюбной, чтобы тебя не съели в этом мире. Это я еще поняла, будучи человеком.

– Поделиться? – он вскинул свои широкие темные брови.

– Если тебе не трудно.

– Сейчас, – он скользнул на свое место, взял рюкзак и подсел ко мне. – Вот, – он положил между нами учебник.

– Ох, ты спас меня, – поблагодарила я.

– Оборотень Кайл, – он протянул руку для знакомства. Оборотень?

Кажется, Джексон сказал, чтобы я держалась от таких подальше.

Но когда я его вообще слушала?

– Темная ведьма Елена.

– Оу, – кажется, он тоже смутился, услышав, кто я.

– Не бойся, я даже воду вскипятить не могу.

– А я ни разу никого не кусал, – поддержал с улыбкой он.

– Тогда, думаю, мы подружимся.

– Уверена? Никто, кроме оборотней, не дружит с оборотнями.

– Я разрушительница стереотипов.

Он лишь улыбнулся в ответ.

– А почему такие правила?

– В общении?

Я кивнула.

– Никто не хочет попробовать начать.

– Но почему? – удивилась я.

– Оборотни опасны тем, что если они укусят темного или светлого, то обратят его в оборотня или вообще могут убить. А если ты не общаешься с таким, то и риск его выбесить и спровоцировать укусить уменьшается.

– Хм-м-м, – протянула я.

– С другой стороны, и темные, и светлые могут вынести нам мозги лишь движением пальцев. Если они, конечно, хорошо обучены. А даже если и нет, то вас Совет защищает лучше, чем нас.

– Почему?

– Потому что вы не нежить.

Он оглянулась по сторонам, а потом низко склонился, будто бы собрался раскрыть тайну.

– Совет говорит, что в Сигнум все равны. Но это не так. Единственные, кто действительно господствует, так это светлые. Даже темных ущемляют.

– Предпоследний ряд, – услышали мы возглас преподавателя. – Что такого интересного вы там обсуждаете? – он с вызовом поднял бровь.

Мы с Кайлом хором ответили:

– Ничего.

– Нет уж. Вы поделитесь.

По поведению профессора я поняла, что он недолюбливает парня.

– Это просто детские бредни, – вступился Кайл.

– Ты на все так говоришь, Кайл, – сказал какой-то парень с передних рядов.

– Ага, – ответила какая-то девушка с пятым размером. – И на то, когда его брат убил члена Совета и главной команды.

По залу прошелся смех. Что?

Кайл рядом со мной нервно заскрежетал зубами.

Профессор смотрел на нас с каким-то забавным огоньком в глазах. Казалось, будто данное представление его забавляло.

Мне стало обидно за него.

Даже если это и так, то он не виноват в ошибках своего брата.

– А тебе твой парень не говорил, что твоя грудь тоже детские бредни? – вступилась я.

По залу разошлись удивленные «О-о-о».

– Как ваше имя? – спросил учитель. А вот в этот раз он медлить не стал.

– Елена, – я встала.

– Елена, не смейте нарушать дисциплину на занятии, – строго посмотрел он на меня.

– Извините за то, что я разговаривала, но то, что они начали переходить на личности, тоже недопустимо.

– У вас есть дух? – он присел на свой стол и скрестил руки на груди.

– Да.

Это что, что-то объясняет?

– И кто же?

– Тигр и волк.

– Что за черт? Два? – удивился рядом Кайл. Профессор Колтон сразу же встал.

– Ты та девчонка.

Я даже не знала, как на это ответить.

– Э-э-э, да? Это как-то меняет дело?

– Не особо, – кажется, он пришел в себя. – Ты здесь ненадолго.

Чего…

– Почему?

– Ты единственный волк в Сигнум.

– Почему? – ей-богу, меня будто заело. Их что, убивают или ссылают куда-то?

– Все волки уходят отсюда, поджав хвост.

– Ни разу не слышала, чтобы волков считали трусами.

Ух, я тебе сейчас покажу, какие волки трусы.

Я понимаю, что глупо считать, что волки-животные и носители духа волка имели общие черты характера, но сдаваться я тоже не была намерена.

– О, они те еще трусы. Сбегают отсюда, поняв, что здешние правила им не по зубам.

– Расизм и дискриминацию вы считаете правилом? – не сдавалась я, вспоминая слова Кайла.

– Кто вам сказал об этом? – скривился учитель.

Я не могла выдать Кайла, с учетом того, что его тут и так не особо любили, насколько я смогла понять.

– Вы считаете волков трусами, пусть так. Но наряду с этим они очень наблюдательны. За пять минут этой беседы я успела понять, что вы, будучи светлым магом (это я поняла тогда, когда смотрела ему в глаза при нашей беседе), защищаете шайку избалованных детишек, сидящих спереди, и не намерены были прекращать перепалку, в которой обвинили Кайла за поступки его брата. Хотя стоило мне выступить от имени Кайла, так вы сразу же заткнули мне рот. Это ли не дискриминация? – я склонила голову вбок.

Он сузил глаза.

Все затаили дыхание.

– Если вас что-то не устраивает, вы можете уйти.

– И позволить вам закрепить за волками звание беглецов? Я не из тех, кто исполняет чужие желания.

У него заходили желваки от злости. Бесить людей явно мое призвание.

– Тогда будьте добры сидеть на месте и не высовываться.

– А то что? – я посмотрела ему прямо в глаза, вложив в вопрос весь свой гнев. Ненавижу, когда мне приказывают, что нужно делать.

Он минуту обдумывал ответ.

– Вы правы, – он резко выдохнул. – Ровным счетом ничего. Я ничего не смогу вам сделать.

– И это все?

– Я прежде всего учитель, а не ваш друг, с которым вы можете говорить на равных. А значит, я должен всего лишь преподавать и наблюдать за дисциплиной. Извините, что не остановил этого раньше. Теперь вы довольны? – спросил он приторно сладким голосом.

Воу.

Это было слишком легко.