Простой курортный роман — 2. Лето. Дэн

На Тенерифе друзья приземлились поздним вечером.

Перелёт сам по себе был долгим и изматывающим. А уж Жене он казался бесконечным. Она была почти уверена, что время специально замедлило ход, растягивая каждую прожитую минуту в длинные часы.

Она дёргалась, нервничала, и ей отчаянно хотелось стать каким-нибудь титаном, чтобы подтолкнуть, раскрутить планету, перевести время вперёд, к тому моменту, когда она будет с Дэном.

Ни горячая встреча с чересчур любезным Фернандо, который встретил их в аэропорту и приветствовал так, словно они знакомы полжизни; ни то, как этот милый испанец всю дорогу до лагеря, владельцем которого он, кстати, являлся, развлекал гостей разговорами — ничего этого Женя почти не замечала, да и не особо слушала. Московская компания должна была прибыть вчера, и она никак не могла унять дрожь, в сотый раз репетируя, как бросится Дэну на шею и что скажет.

Волнение усугублялось ещё и тем, что они не общались уже несколько дней. Последним сообщением её возлюбленный известил, что в ближайшее время будет очень занят и не сможет часто отвечать.

«Увидимся на Тенерифе!» — написал он, и больше Женя ничего о нём не слышала.

Она ждала, переживала и перед вылетом даже отправила ему номер рейса и время прилёта на всякий случай, но Дэн не ответил. Так что теперь Женя так сильно нервничала, что чувствовала неприятное головокружение. Она с трудом дождалась, когда остановится машина, и пулей вылетела на улицу. Вот только все её ожидания разбились в пыль, потому что кроме них в лагере никого не было.

Женя едва держалась, чтобы не расплакаться от разочарования и обиды. А когда Диего — так звали второго инструктора — сообщил, что вся честна́я компания недавно укатила в город и обещала быть поздно, обречённо поплелась в отведённую ей комнату.

— Ты же прекрасно знал и день, и время, так почему не дождался? Почему променял меня на друзей и отправился развлекаться с ними? — бормотала она, вытаптывая колею от окна к двери.

То, что Дэн её не встретил, Женю поразило и смутило. Сразу накатили сомнения и беспокойные мысли: вдруг вся их переписка просто слова, а его симпатия лишь плод её воображения? Может быть, она на самом деле всё неправильно поняла, ошиблась, и он ничего к ней не чувствует?

Измотанная и потерянная, она несколько часов ходила взад-вперёд, но так и уснула, никого не дождавшись.

Женя проснулась от настойчиво-демонстративного покашливания Алины и, сонно моргая, неуверенно осмотрелась, пытаясь сообразить, где находится.

— Дэн?! — она резко подскочила на кровати, с надеждой глядя на подругу, но та лишь сочувственно поджала губы и, опустив глаза, покачала головой.

— Он не приехал. Толик говорит, что его ждали вчера, но, где он и почему не прибыл, да и появится ли, никто не знает.

— Но ведь мы это не раз обсуждали, он же сам говорил, что будет здесь! — Женя схватила в руки телефон и тут же положила обратно. Ей очень хотелось позвонить Дэну, услышать его голос, убедиться, что он вот-вот приедет и всё у них будет хорошо. Но ещё больше она боялась узнать о том, что их долгожданная встреча не состоится.

— Кхм, вообще-то, это ещё не всё. — Алина подсела ближе и пристально посмотрела в глаза подруги. — Тебе что-нибудь говорит имя Марина?

— Слышала пару раз от друзей Дэна и видела от неё вызов в его телефоне. А что? — Женя настороженно нахмурилась и затаила дыхание. Она уже поняла, что ничего хорошего не услышит, и чувствовала, как по телу то и дело пробегает волна неприятных мурашек, сковывая сердце нехорошим предчувствием.

— А то, что мы с тобой не единственные девушки в нашей милой компании. И судя по тому, что я успела увидеть, услышать и понять, пока ты тут отсыпалась, предстоящий отдых будет куда веселее, чем мы представляли. Эта… Марина, — Алина скорчила гневное лицо, — мне сразу не понравилась. Мало того что она весь завтрак висела на шее у каждого, кто проходил мимо, включая инструкторов, потому что, оказывается, все тут вокруг давным-давно знакомы по Франции и приезжают сюда не в первый раз. Так она ещё и отчётливо дала понять, что на общение с нами совершенно не настроена. Она даже разговаривать со мной не стала! Представляешь?! Я ей такая «привет», а она мало того что отвернулась, так ещё и начала кокетничать с Серёжей! Словно меня не существует! — громко и яростно возмущалась Алина. — А когда ребята спросили про тебя, эта мымра даже не пыталась скрыть презрения. В общем, она определённо точит на тебя зуб, потому что как-то связана с твоим Дэном. И боюсь, что не по игре в шахматы. Эта гадюка так на меня зыркнула, когда я о вас упомянула…

— То есть ты думаешь… — еле слышно пробормотала Женя, которая была так поражена новостями, что едва могла говорить.

— Я ничего не думаю. Судя по некоторым признакам, приехала она с Толиком, по крайней мере, он так думает. Но, учитывая, что такие особы запросто могут манипулировать неокрепшими мужскими умами… Видела бы ты её! У неё гонору больше, чем весу! — злилась блондинка. — Только ты это… не расстраивайся и не паникуй раньше времени, ладно? Серёжа сейчас на разведке, так что с выводами спешить пока не станем.

Что ж, Алина была хорошим психологом, и до тех пор, пока Женя не вышла во двор, она даже и не догадывалась, что всё это время подруга просто щадила её нервы и готовила к худшему.

Нахальная и высокомерная спутница москвичей крутилась вокруг своей свиты, словно пчелиная матка, и окинула вновь прибывших таким взглядом, что хотелось схватить что-нибудь тяжёлое и начать обороняться. Но всё это было ерундой по сравнению с тем, что испытала Женя, оценив её внешность. Честно говоря, в тот момент ей даже не хотелось, чтобы Дэн был рядом, потому что такой конкуренции ей было не выдержать. К сожалению, природа очень, очень щедро наградила Марину всем, чем только можно. Она была по-настоящему потрясающе, невероятно красива. Пышная кудрявая грива длинных огненно-рыжих волос, высокий рост, огромные голубые глаза и пухлые губы. И всё это в комплекте с аппетитными формами роскошной фигуры, ногами от ушей и звонким мелодичным смехом, который заставлял всех без исключения людей обращать на неё внимание. Она была настолько привлекательна, что если бы Женя уже не успела её возненавидеть, то наверняка купилась на подобное обаяние.

— Если эта Марина не какая-нибудь близкая родственница Дэна, я нырну и не всплыву прямо здесь! — причитала она, сидя у бассейна. Мысль о том, что её возлюбленный знаком с этой женщиной, заставляла желудок скручиваться в болезненных спазмах. Ведь её любвеобильный брюнет никогда бы не пропустил подобной красотки, а значит, вполне вероятно, что они были близки.

— Погоди пока с водными процедурами, может, ещё и пронесёт. В любом случае, если что, от соперницы мы тебя избавим. Как-никак трое против одной! Зря, что ли, приехали? — попыталась поднять боевой дух подруги Алина.

Вот только весь её оптимизм и старания пошли прахом, потому что уже через пять минут явился Серёжа, и новости, которые он принёс, были просто ужасающими.

Оказалось, что Марина и Дэн действительно встречались. Но в отличие от Жени эта женщина была частью его жизни несколько долгих лет.

— Насколько я понял, они разошлись в октябре прошлого года и с тех пор не вместе, — закончил рассказ Серёжа, но это уже не имело значения. Грустно отшутившись, что ей пора поискать камень покрупнее и верёвку потолще, Женя скрылась в своей комнате и обречённо упала на кровать. Все её надежды и мечты даже не стали с ней прощаться и собирать чемоданы. Они просто в мгновение ока телепортировались куда-то в другую галактику и возвращаться больше не собирались.

Как, почему, с какой стати она решила, что их с Дэном непременно ждёт безбрежное счастье? Да, последнее время они общались намного чаще, чем в начале знакомства. Он писал ей приятности и спрашивал, с кем она приедет, но ведь про себя ничего не говорил. И если быть честной, Дэн ведь ни разу не обмолвился, что едет к ней.

«Увидимся, встретимся, соскучился…», а не «будем вместе» или хотя бы банальное «хочу тебя!»

А что, если она приняла желаемое за действительное? Быть может, вся их переписка значила для Дэна не больше, чем общение друзей, у которых было небольшое приключение? И кто знает, как он поступит, когда приедет? Ведь если его выбор снова упадёт на старую подругу, Женя этого просто не перенесёт!

Конечно же, она не собиралась вот так сразу сдаваться и отдавать своего брюнета кому бы то ни было. На кону стояло слишком много: её любовь и будущее. Но к сопернице, да ещё и такой она просто не была готова.

Плюс ко всему тут было над чем подумать, ведь Марина, как сообщил Серёжа, проживала с ними в одном городе. И то, что она встречалась с Дэном несколько лет, означало следующее: во-первых, иметь с ним междугородние отношения возможно; во-вторых, с ней, Женей, он их не захотел.

«Так! Они расстались в октябре, а со мной он стал — назовём это встречаться — в январе. Она вроде бы звонила ему в марте, когда мы были в баре. А это значит, что они продолжают поддерживать отношения. Но тогда… От таких, как Марина, из-за пустяков не уходят, а следовательно, это она бросила его, но не рвёт связь окончательно. Отсюда получаем, что для Дэна все наши встречи — обычная попытка пережить окончание многолетних отношений». — сделала логический вывод Женя. Однако эта мысль её так напугала, что она ахнула и решила больше никогда об этом не думать. Она и так испытывала к Марине настолько глубокую ненависть и ревность, что сама себе удивлялась, потому что даже не догадывалась, что способна на подобные чувства.

Так что пока по совету Алины нужно было, действительно, постараться успокоиться и решать проблемы по мере их поступления и, прежде всего, дождаться Дэна!

Следующие четыре дня с компанией москвичей девушки почти не виделись. Фернандо c Серёжей возили новичков на тихий, уединённый, немноголюдный учебный пляж, окружённый скалистыми выступами, а остальная группа ездила с Диего на волны побольше.

Однако подруги против этого нисколько не возражали, потому что после первого же дня стало понятно: как бы ни готовились они в теории, на практике всё оказалось не так-то просто. Доски хоть и были учебными и мягкими, «поймать волну» было делом нелёгким. Да и носить их от машины до пляжа и обратно являлось удовольствием сомнительным и требовало не только определённых спортивных навыков, но мышечной силы. К гидрокостюму тоже нужно было привыкнуть, потому что тело никак не соглашалось входить в рассол Атлантики в сухой одежде. Но и до того как намочить штаны, мужчины, можно сказать, изводили подруг тренировками на песке. Они отрабатывали стойки, натирали доски воском, слушали советы и рекомендации и в полной мере ощущали себя героями анекдота, в котором сначала учились нырять, а потом наливали воду.

На второй день занятий Жене снова пришлось вспомнить о существовании мышц, про которые она уже успела позабыть с зимы. Однако были во всём этом и плюсы. Например, о насморке можно было больше не беспокоиться, ведь такого количества солёной воды через её носовые пазухи никогда не проходило. Досталось даже мозгу, потому что, по мнению Жени, он прошёл небольшой курс океанотерапии, после которого пару «тараканов» оттуда точно смыло. Что, между прочим, было очень кстати. К такому «отдыху» и особенно к присутствию конкурентки она готова не была и, когда упорная борьба со стихией вдруг начинала глушить все непрошеные мысли, принимала «лечение» с большой радостью. А уж их график был настолько плотным, что не оставалось ни времени, ни сил, чтобы подумать хоть о чём-нибудь.

Сытный завтрак, сёрфинг, обед, небольшой перерыв для переваривания пищи и снова сёрфинг, ужин, вынужденный так называемый отдых у бассейна, позволяющий хоть немного расслабиться, и провальный сон без картинок. Даже ночные шаманы с барабанами оставили Женю в покое, хотя вот как раз от них-то она была рада избавиться. Женя так уставала физически, что размышлять про Дэна и их будущее не было сил. Правда, она всё равно продолжала вздрагивать от каждой проезжающей мимо машины и сигнала телефона любого из членов их компании, особенно Марины, которая, казалось, вообще никогда не выпускала его из рук.

К счастью, имени Дэн Женя от неё не слышала и, если бы не Алина, каждый раз впадающая в безудержную ярость от одного присутствия этой, как она называла, рыжей заразы, вполне смогла бы научиться соперницу не замечать.

— Нет, вы только посмотрите на меня, я вся такая белая и пушистая, а ещё давно и близко со всеми знакомая! — нервно пыхтела подруга, подражая манерам и голосу Марины. — Шлюха волосатая! Мало ей мужиков, что ли? Сегодня опять навязывала Серёже свои «душевные» беседы и, конечно же, снова не забыла распустить руки. Ей-богу, если она ещё раз к нему прикоснётся, я за себя не отвечаю! И о чём только природа думала, выдавая ей все эти прелести? Серьёзно! Я ещё раз всё проверила, и мне так противно это признавать… Да меня просто бесит, что эта гадина вся натуральная! Нет чтобы что-нибудь себе накачать, ох я бы её поразоблачала. Хотя есть один типа изъян — у нашей мадамы немного оттопырены кончики ушей. Однако, во-первых, за её гривой этого не видно. А во-вторых, она и здесь не прогадала, так как со времён «Властелина колец» это считается невероятно крутым делом, потому как практически приближает нашу ведьму к эльфийской расе.

К счастью, эти приступы гнева заканчивались так же быстро, как и начинались, потому что Серёжа, который, конечно же, всё понимал, быстро и умело успокаивал Алину и скандала не допускал. Да и на приставания новой знакомой он не реагировал, всегда держался спокойно, вежливо и делал вид, что не замечает никаких женских уловок.

Так что, если отбросить полный крах надежд, в общем и целом Женя чувствовала себя вполне приемлемо. И чем больше проводила времени в этом приятном месте, тем спокойнее и лучше становилось её настроение. Как романтичная и мечтательная натура, она просто не могла не обращать внимания на окружающий пейзаж и каждый день с замиранием сердца выглядывала в окно.

Она всегда жила в городе и потому очень ценила уединение. А место было действительно тихим, уютным и милым. Лагерь находился на юге острова, в отдалении от основной туристической части и стоял, так сказать, на отшибе. Небольшой, всего несколько домиков для гостей и хозяйский коттедж, где жили инструкторы и Анна, женщина, отвечающая за еду и хозяйство. Аккуратные каменные дорожки, столики, пара диванов во дворе под пальмами и соломенными навесами, и всё это с бесплатным шикарным видом на бескрайние водные просторы и туманный силуэт соседнего острова. Даже их маленький бассейн был специально установлен так, что у плывущего создавалось впечатление, что он находится на уровне океана.

С другой же стороны лагеря величественно возвышался вулкан Тейде, окружённый своими грозными, почти никогда не исчезающими облаками. Тучи эти, надо сказать, производили на Женю особое, странное впечатление. Они были такого необычного мрачно-сизого цвета, будто нарисованные художником-фантастом. Иногда ей даже казалось, что вот он, Мордор во всей его красе.

И весь этот контраст лета, моря и солнца с вулканом, тёмными тучами и скудным пейзажем, разрежённым только кактусами да редкими пальмами, так впечатлял, что хотелось бросить всё и увековечить это великолепие. К сожалению, рисовать Женя не умела, а множество фотографий, которые она сделала, почему-то никак не желали отражать и малой части того, что она видела и ощущала.

Но самым удивительным в этом царстве спокойствия для Жени являлся воздух. Здесь, на Тенерифе, он был каким-то особенным. Сладкий, мягкий, прозрачный, он словно пах чистотой. Может быть, из-за отсутствия какой-либо промышленности, может, от бесконечного океанского проветривания, в любом случае им хотелось насладиться подольше и изобрести способ увезти с собой.

А ещё Жене всё больше и больше нравился сёрфинг. Он так же, как и местный климат, не давал душе и телу отвлекаться на проблемы. Постоянная многочасовая борьба со стихией формировала характер и укрепляла веру в себя. Тупое упрямство и техника — вот два кита, на которых она сосредоточила всё своё внимание. Женя загорела, окрепла, подтянулась и, как ей казалось, ещё немного похудела. Она действительно была очень довольна своим внешним видом и самочувствием, даже несмотря на переживания из-за отсутствия Дэна.

К концу четвёртого дня пребывания на острове Женя и Алина уже чувствовали себя настоящими профессионалками. Они перестали отмалчиваться и со знанием дела активно принимали участие в разговорах о волнах, сёрфинге и обсуждении наилучших мест для тренировок. Как оказалось, члены их компании относились к этому виду спорта с особой теплотой и завалили подруг всевозможными историями о своих приключениях в поиске лучшей волны в мире.

Участвовала даже Марина, правда, из-за непримиримых жизненных разногласий, когда она вступала в разговор, девушки демонстративно её перебивали или, презрительно фыркая, делали вид, что страдают временной потерей слуха.

Эта дамочка, вообще, вела себя крайне странно с самого утра. Все эти дни представительницы прекрасного пола встречались только вечером и не обременяли себя косметикой и изысканными нарядами. Они не общались и старались держаться друг от друга как можно дальше. Но сегодня Марина, словно специально, крутилась вокруг подруг, не выпуская их из поля зрения. Она присоединилась к ним за завтраком, а уж на вечерние посиделки явилась в таком обмундировании и боевой раскраске, что у Алины отвисла челюсть, и она даже не стала реагировать на то, как присвистнул Серёжа.

Но Марине и этого показалось мало. С самого начала ужина эта рыжая бестия то и дело упоминала Дэна, чего никогда раньше не делала.

Более того, все свои громкие и зачастую не имеющие к разговору никакого отношения замечания она делала с ехидной победоносной улыбкой.

Последней же каплей для Жени стал разговор про Францию, от которого у неё зазвенело в ушах и болезненно сжалось сердце.

— А помните ту смешную вылазку на побережье? Вам-то всем хорошо было в вашем шатре, а мы с Даней со своей манией к уединению тогда многого не учли. Палатку узкую взяли, одеяло забыли, пришлось всю ночь греться естественным образом, — сладко улыбаясь, промурлыкала Марина, кокетливо пожимая плечами.

За столом, конечно же, сразу возникла неловкая пауза, кто-то даже нервно хохотнул, но опомнились ребята быстро.

— Да мы все тогда напортачили, я вообще чуть палец не отморозил. Кстати, о пальцах… — начал переводить тему Виталик, но не тут-то было, потому что сегодня Марина, безусловно, решила дать Жене понять, кто она и что из себя представляет. Договорить ему она не дала и, перебив на полуслове, в красках принялась вспоминать французскую историю. Вот только акценты в ней были расставлены не на пейзажи, спорт или кухню, а, по сути, состояли из описания их с Дэном любовных игр.

«Даня то, Даня сё, я и Даня, Даня и я…» — у Жени от всего этого разболелась голова, и в конце концов, чтобы не взорваться, накинувшись на соперницу с кулаками, она резко подскочила и практически бегом скрылась в своей комнате.

Правда, легче от этого побега ей не стало. Женя тщетно старалась успокоиться, но слова Марины, словно проклятие, отдавали эхом в голове, и она продолжала накручивать себя, как спагетти на вилку. Мысли о Дэне с другой были настолько мучительны, что не хватало воздуха. И дело тут было даже не в Марине, любая женщина из его прошлого, настоящего или будущего сводила Женю с ума.

Чтобы отвлечься, она включала один весёлый фильм за другим, но за сюжетом следила вяло и едва ли хоть раз улыбнулась. Приступы грусти и жалости к себе, ревность и страх перед будущим — всё это с новой силой навалилось на её хрупкие плечи, и, упав от бессилия на кровать, она разрыдалась.

Сквозь сон Женя слышала какой-то шорох, ей даже казалось, что её кто-то зовёт. Вот только в этом ночном переходном состоянии было так тепло и спокойно, что она выразила протест посторонним звукам глухим стоном и поглубже закопалась в одеяло. Однако шум был весьма настойчивым и почему-то никак не хотел исчезать. Более того, он не только усилился, но и стал формироваться в осмысленные фразы.

— Женя, проснись! — говорил он голосом Дэна, отчего она вздрогнула и резко села.

Её прекрасный брюнет сидел рядом с таким серьёзным выражением лица, что она не смела пошевелиться. Да она не смогла бы этого сделать, даже если захотела. Она и моргнуть-то боялась, потому что понимала: если этот невероятно реальный образ вдруг исчезнет, ей придётся признать собственное сумасшествие, и Жене просто-напросто было страшно.

Правда, внешность этого видения была подозрительной. У данной версии Дэна волосы были длиннее и немного завивались, на щеках красовалась приличная небритость. Да и одет он был в джинсовые бермуды и лёгкую белую рубашку, которых раньше Женя на нём, конечно же, не видела. Этот призрак Дэна даже успел где-то сильно загореть и был настолько прекрасен, что пришлось приложить ладонь к сердцу, чтобы оно не выпрыгнуло. Жене так хотелось к нему прикоснуться, хотелось, чтобы этот сон не кончался и Дэн был реальным — что, несмотря на страх и риск, она всё же решилась протянуть к нему руку. А затем всё произошло так быстро, что она ничего не успела понять.

Прекрасное видение вдруг резко обхватило ладонями её лицо и, уложив на кровать, принялось покрывать жаркими поцелуями.

— Я так соскучился! Как же я соскучился! — бормотал такой реальный и тёплый Дэн, но Женя не отвечала. Она молча вцепилась в его плечи и едва держалась, чтобы не разрыдаться от накативших эмоций. Её Дэн был с ней, он приехал, он скучал! Женю просто переполняли чувства, а сердце с каждым своим биением распространяло по телу тягучую блаженную энергию. От всего этого сильно кружилась голова, и от каждого прикосновения предательски дрожало тело. Как же она в себе ошиблась! Нет, она не любила Дэна, она испытывала к нему чувство гораздо большего масштаба. Женя даже не знала, что способна на такое и как это называется. Ведь было достаточно одного его взгляда, как температура тела тут же достигала ста градусов, а в груди всё закипало. Его присутствие, аромат, голос — это всё, что ей было нужно в жизни.

Женя не знала, сколько прошло времени. Ей было жарко, губы горели от поцелуев, но заканчивать этот волшебный момент она не хотела. Так что, когда Дэн немного отстранился, она издала протестующий писк и снова потянулась к нему, не желая больше оставаться без любимого ни секунды.

— Погоди, дай немного отдышаться, — засмеялся он. — Я хочу на тебя посмотреть, полюбоваться, ведь я так давно тебя не видел. Ты у меня такая красивая. Правда, почему-то очень похудевшая. Всё в порядке? — насторожился он, аккуратно убирая выбившуюся прядь с её лица.

«Да я просто безнадёжно в тебя влюблена! Настолько сильно, что самой страшно! Когда тебя нет, я не хочу ни есть, ни дышать, ни чувствовать!» — хотелось закричать Жене, но вместо этого она просто продолжала смотреть на возлюбленного, всё ещё пытаясь осознать его реальность.

— Скажешь что-нибудь? — снова засмеялся Дэн. Вот только говорить Женя не могла. Она отрицательно покачала головой и на всякий случай схватила его за руку.

— Обиделась? Прости меня, милая. Прости, что так опоздал и не предупредил. Я на самом деле был очень занят, с трудом вырвался. Я хотел, правда хотел. Сто раз вертел в руках телефон, но думал, если напишу и ты не ответишь, то я никогда не закончу работу, а если ответишь, то не закончу тем более. Женя, я очень спешил. Девочка моя, ты хоть знаешь, что я не видел тебя шестьдесят дней! Это слишком долго, невероятно долго, бесконечно! Обещаю, никогда больше подобное не повторится.