- -
- 100%
- +
— Рита? Все совсем плохо?
— Да как тебе сказать… — выдохнула я. — Не знаю, что делать.
— Может, не будем решать сгоряча? Я тебе еще пригожусь.
— Он дело говорит, — внезапно подала голос птица. — В космосе ему по переговорным навыкам нет равных!
— Господи, говорящий филин, — зажмурилась я. — Какие еще сюрпризы от тебя стоит ожидать?
— Вообще-то не филин, а фильдибурс, — важно поправило меня животное. — Узнаю побольше о вашей планете, тогда и поговорим на равных. А пока подумайте над тем, как моего капитана пристроить. От него точно будет толк.
Явление говорящего филина стало неожиданностью только для меня. У Лешки загорелись глаза, и я поняла, что Двайр точно обладает одним козырем, чтобы найти общий язык со старшим сыном. Младшие — тем просто было забавно смотреть на нового человека, то есть, не совсем человека, поэтому любое дополнение к Двайру они воспринимали положительно. Ну а я…мой голос здесь не играл решающей роли, поскольку на первый план выходили именно интересы детей.
— Хорошо, — я открыла глаза, спуская Машку с колен. — Давайте решать проблемы по мере их поступления. Двайр, в сущности, в своем незнании не виноват. Мое сообщение шло слишком долго. Возможно, если бы донна Роза нашла его быстрее, все сложилось бы немного иначе. Но что есть, то есть. Сможешь занять детей, пока я уберу землю?
Двайр с готовностью кивнул. Хорошо, возможно, мы и сработаемся. По крайней мере, в том, что касается детей.
— Тогда отведи всех в комнату Леши, пожалуйста, а я пока реанимирую Президента. Мы недавно проснулись и нужно будет устроить полдник. Потом поговорим. Или уже вечером. У тебя будут сегодня еще дела?
Двайр оценил мой сарказм, усмехнувшись, и еле заметная улыбка скользнула по красивым губам:
— Я в вашем полном распоряжении.
— Отлично. Тогда вперед, занимать детей играми. Леша, покажи Двайру, где твоя комната. К бабушке не заходите, иначе ее хватит удар, когда вернется.
— Хорошо, — без энтузиазма отозвался сын, спрыгивая с дивана, а затем кивнул в сторону двери в коридор. — Пошли. Все покажу.
— Пойдем.
Двайр отпустил Мишу, радостно побежавшего за старшим братом, и придержал Машеньку, которая собралась устроить у двери столпотворение.
— Спасибо, Рита, — шепнул он, покидая меня.
Я приказала сердцу не стучать быстрее и постаралась выкинуть из головы все мысли о Двайре. Пока дети были заняты, у меня появилось время, чтобы привести комнату в порядок.
— Помощь нужна? — уточнил фильдибурс.
— Тебя как зовут?
— Жорик.
— Нет, Жорик, спасибо. Можешь лететь к детям. А то Дуська уж больно влюбленным взглядом на тебя смотрит.
— Была бы она разумная, мы бы договорились, — вздохнул Жорик. — Но ты зови, если что. Я в клюве могу переносить вещи всякие.
— Спасибо, — улыбнулась я.
И приступила к уборке.
***
Хмурый Леша отвел Двайра в комнатку поменьше. Малышня так и крутилась под ногами, и он, высокий и крепкий форгетонец, все время боялся ненароком придавить маленькую ручку или ножку. Конечно, дети уже не были совсем крохами, но по сравнению с его объемами…
Подумать только! У него трое детей — и от женщины, которая безумно ему нравилась!
Земная зима не слишком испугала Двайра. Когда они с Жориком приземлились на отдалении от города, в котором жила Рита, падающие сверху снежинки даже немного напомнили ему о доме. Он давно не был на Форгетоне. Неплохо бы справиться о здоровье отца… Но такой уж выдалась жизнь Двайра, что он мало когда мог посвятить минутку семье.
Зато теперь… Теперь жизнь в буквальном смысле перевернулась с ног на голову! Ему было боязно появляться у Риты, хотя координаты квартиры он настроил на коммуникаторе сразу. Вдруг она вышла замуж? Вдруг родила еще детей? На каком основании он появится на пороге ее квартиры?
Пришлось действовать хитростью. Жорик был заслан на пятый этаж, чтобы через окна проверить, что происходит в квартире Риты. Когда ошеломленный фильдибурс спикировал ему на плечо и велел скорее подниматься, Двайр не раздумывал ни минуты и рванул в подъезд. И ничего, что дверь была закрыта и с кодовым замком!
На этаже Риты он оказался с выпученными глазами и бешено колотящимся сердцем. Но никак не ожидал, что дверь ему откроет повзрослевшая и донельзя похорошевшая Рита, за спиной которой окажутся три его точных копии!
Вопрос с замужеством отпал сразу. Рита выглядела уставшей и измученной, хотя это нисколько не портило ее красоты. В голове Двайра пока еще не успел созреть план, но в том, что нужно остаться и помогать, он не сомневался.
И вот теперь, когда его увели из комнаты с рассыпанной землей и тяжело вздыхающей Ритой, он потихоньку начал рассматривать ребят. Пока было непонятно, сколько ему разрешат общаться с детьми. На Форгетоне вообще не существовало обычая, чтобы матери воспитывали мальчиков. Их сразу после рождения забирали отцы. Девочки рождались крайне редко, поэтому, в основном, потомство у соотечественников Двайра и рождалось на других планетах. Но мальчиков неизменно возвращали на Родину. Кто был его матерью, Двайр не знал, а отец не желал об этом распространяться.
С Ритой ситуация была совершенно иной. Да и не стал бы он разлучать детей с матерью, тем более что сам повел себя не лучшим образом. Что помешало в первую встречу не послушать ее и хотя бы остаться рядом? Ничего. Но он впервые дрогнул перед решительным женским напором. Теперь нужно было исправлять ситуацию.
— Почему птицу зовут Жорик?
Леша смотрел хмуро, но не уловить ноток интереса в его голосе было невозможно. Вряд ли это стоило воспринимать как мостик к пониманию со старшим, но следовало хотя бы не спугнуть его.
— О-о-о, это долгая и страшная история, покрытая мраком! — взвыл Жорик обиженно.
Он перенял театральность от Двайра почти с самого момента их знакомства и не стеснялся пользоваться своими внезапно обнаруженными актерскими данными. По-хорошему, его и взяли еще птенцом, и множество не самых хороших качеств фильдибурс впитал почти с воздухом.
— Жорик, давай не будем смущать детей, — криво усмехнулся Двайр, аккуратно пристраиваясь на детскую кровать. — Это случилось лет десять тому назад. Или чуть больше.
Было заметно, что это целиком и полностью детская комната. Синие обои с космическими кораблями, какие-то бумаги с информацией по айдеанцам — Леша, похоже, всерьез увлекался первым контактом с инопланетянами. Если допустить, что у парня такой же пытливый ум, как и у Двайра, то он давно мог сложить два и два и выйти на внеземную природу своих генов. Интересная получалась картина: в детях Двайра воплотилась мечта многих союзников заполучить гены новой неизведанной планеты. А он почти не прикладывал к этому руку…
— Когда ты маму повстречал? — насупился Леша еще больше.
— Да, пожалуй, что так, — кивнул Двайр, стараясь не подпитывать детскую ненависть. Успеется еще. — Я собирался отлетать с Земли, когда повстречал в переулке местного пьяницу. Он сказал, что он бывший художник и зовут его Жорж. Но местные почему-то стали звать Жориком. Мне запомнилось имя, и когда я подобрал на одной из планет еле живого фильдибурса, то назвал его Жориком. Этот Жорик оказался очень умным и даже стал моим навигатором. Чудес от него, конечно, ждать не стоит, но он очень способный.
— Я еще и легко обучаемый! — важно заявил Жорик. — Вот подключусь ночью к информационному полю планеты, и к утру уже почти все буду знать!
— Брешешь! — не поверил Лешка, однако подозрительность с него слетела.
Почти двенадцать лет, а велся, как маленький. Жорик свое дело знал. А Двайр про себя хмыкнул.
Зимние вечера были темными, сын включил в комнате свет. Стоило Двайру присесть на кровати Леши, как Маша и Миша тут же начали выяснять, кому из них должно достаться больше папиного внимания. При этом дочка так и норовила залезть в нагрудный карман скафандра, чтобы достать оттуда коммуникатор. Умная малая! Запомнила, где лежит интересная штучка, которая показывала дядю и тетю в большой комнате.
— Я могу тебе что-нибудь включить, Маша, — сказал ей Двайр. — Если пообещаешь не ломать папину игрушку. Как ты на это смотришь?
Маше все было очень интересно. А вот Леша опять включил буку.
— Только недолго, — фыркнул он. — Мне еще уроки делать и двойку по математике исправлять. А то Витальна худо сделает. Мама в комнате уберет — показывай у нее там, что хочешь.
— Витальна — это кто? — уточнил Двайр.
— Классная моя, — поморщился мальчик. — Увольняется на старости лет и подарочек на новый год всем подкинула.
Двайр незаметно переглянулся с Жориком, и тот пообещал к завтрашнему утру узнать, что такое «на старости лет», «классная» и «новый год». Сам же он сделал вид, что задумался.
— Давайте-ка попробуем сгладить различия между цивилизациями. Могу показать вам научный фильм о том, как устроена жизнь во Вселенной.
Леша, конечно, очень пытался не показать своего интереса. Но возраст брал свое. Двайр только мысленно улыбнулся тому, насколько похожим становился на него старший сын. Младшим пока было просто интересно движение вокруг, хотя по хитрым глазкам Маши он начинал догадываться, что она все мотает на ус и затем обязательно использует в своих интересах. Миша же был более спокойным, но от этого не менее любопытным. Он чем-то напоминал Двайру отца. Хотя и внешне все они, даже самый старший из теплой компании, походили именно на Ардайна Нори.
— Валяй, — неприязненно заявил Леша, и по его тону Двайр понял, что ему только что выдали высокое разрешение.
Ну, ничего, вопросами отношения к взрослым они займутся позже. Сейчас стоило просто снизить градус напряжения.
Он достал коммуникатор и устроил его на полке над столом Леши, усыпанном тетрадками и ручками. Двайр видел такое раньше только на обучающих материалах, которые рассматривал при подготовке к высадке на Землю. Это выглядело, словно привет из далекого прошлого, которое он все время изучал, но применительно к его маленьким детям ощущалось как что-то родное и безвозвратно утраченное. Не разойдись они с Ритой, он бы, возможно, и сам мог помогать Леше с уроками. Теперь предстояло все это очень быстро наверстать.
ГЛАВА 3
Когда Двайр увел детей к Лешке в комнату, мне сразу стало легче дышать. С большим трудом пришлось признаться самой себе, что он до сих пор продолжал волновать меня. Дуся — и та смотрела на меня с изумлением во взгляде. Тоже, видимо, не узнавала в этой раскисшей тряпке свою хозяйку. От расстройства кошка даже перебежала от шкафа к окну — и прыгнула на подоконник. Почуяла, видимо, что в противном случае придется туго.
Я принялась за рутинные действия: собрать землю детским совочком, который пока не успели спрятать под диваном Машуня и Мишаня, посадить Президента ровно, присыпав спасенной с пола землей. Поставить его повыше, в нишу на шкафу, чтобы шаловливые пальчики двойняшек хотя бы первое время туда не тянулись. Потом должны были забыть о существовании гортензии.
По крайней мере, я очень на это надеялась.
Оставшуюся землю убрала мокрой тряпкой, а когда руки оказались свободными, я поняла, что они мелко дрожат. Чтобы хоть как-то унять волнение, я присела на диван и спрятала лицо в ладонях. Подумать только, все мои страхи оказались реальностью!
Двайр действительно прилетел с другой планеты. Двайр действительно неосознанно мог воздействовать на меня. И Двайр, похоже, не собирался больше исчезать из нашей жизни…
Что же я натворила? Сама, своими же руками все разрушила три года назад, когда могла остаться рядом с ним. А вместо этого подумала о том, что личный комфорт гораздо важнее, чем информация о Лешке. Или все случилось не так?
Я потерла виски, пытаясь вспомнить события трехлетней давности, которые подарили мне Машу и Мишу. И отключилась от реальности, убаюканная монотонным бормотанием Двайра в соседней комнате.
Примерно за три года до описываемых событий
— У вас все хорошо, мам?
Я отправила своих на дачу, пока погода позволяла. Нечего им было сидеть в душном городе. У Лешки только начались каникулы, но он ужасно не любил любое упоминание о школьных лагерях и предпочитал просиживать штаны за энциклопедиями. Мы с мамой все время переживали за его зрение, но, как оказалось, зря. Здоровье у него оказалось отменным. Да и на даче он бегал со своими друзьями — только так можно было оторвать его от чтения.
Я не переживала, когда они уезжали туда. Наше садоводческое товарищество было тихим и спокойным, с речкой неподалеку и сплошь хорошими соседями. Если и забегал ребенок куда-то далеко, его быстро возвращали в родные края — то есть, на наш участок. А со временем уже и привыкли, что у Светловых есть любознательный мальчишка.
— Все хорошо, не волнуйся, — заверила меня мама. — Мы уже разместились, скоро начнем ужинать. Пока отдыхай от нас, через недельку приедем помыться.
— Договорились.
Я улыбалась, заканчивая разговор. Вышла из дома после работы, надоело сидеть в четырех стенах. Отправилась в центр города, а там набрела на тихое и небольшое кафе. Внутри — атмосфера для девочек: все розово-песочное, бариста в строгом коричневом фартуке улыбался всем посетителям. А я очень любила кофе, особенно — если его варил кто-то за меня. Поэтому и не смогла пройти мимо.
Столик у большого панорамного окна был свободен, и я прошмыгнула к нему, пока никто не оказался шустрее. Кофе сделали довольно быстро, а еще я заказала пирожное и теперь с удовольствием сидела и жмурилась.
По улице разливались лучи теплого солнца. Я откинулась назад и утонула в мягком сиденье кресла. А спустя некоторое время почувствовала на себе чужой взгляд. И не поверила собственным глазам, обнаружив с другой стороны стекла Двайра. Зажмурилась и снова посмотрела — он никуда не исчез!
Он вообще не изменился. Остался таким же высоким, стройным и излучающим очарование. Правда, в отличие от нашей первой встречи, на меня оно больше не действовало. Но и Двайр вел себя не в пример лучше: смотрел на меня, улыбался и не решался сделать ни шагу. Разве я могла отказать ему в разговоре?
Когда я жестом пригласила его присоединиться, он все равно шел очень осторожно. Будто так же, как и я, боялся спугнуть мгновение и не верил, что действительно увидел меня. Одет он был, кстати, весьма по-земному: в темные джинсы и заправленную в них черную рубашку. Только все равно выглядел так, словно сошел с обложки глянцевого журнала. Конечно, внимание красивого и эффектного мужчины ожидаемо льстило. Только вот я уже не была той наивной девушкой, которая поддавалась его чарам.
— Рита? Это действительно ты?..
— А ты кого ожидал увидеть? — смех все-таки удержать не получилось. — Разгневанную фурию?
— Мы как-то…плохо расстались в прошлый раз.
Почти слово в слово повторил мои слова из послания, которое я записала для донны Розы. И мне отчего-то сразу понятно: сообщение до него не дошло. Или затерялось, или…не нашелся адресат. Стоило ли сейчас возвращаться к прошлому?
В пользу моего сомнения говорил также тот факт, что Двайр не спешил раскрывать свое инкогнито. Видимо, надеялся, что я не догадаюсь насчет его внеземного происхождения. Поэтому и говорил на отвлеченные темы и поражался, насколько сильно я расцвела. И шутил, конечно. Юмор и Двайр Путешественник шли по жизни рука об руку. И во вторую встречу я смогла оценить все это по достоинству.
Мне было хорошо, Двайр появился, словно из воздуха…а дальше случилось то, что случилось. Только вот я понимала, что он не из тех мужчин, которые могут надолго задержаться рядом. Поэтому и попросила на следующее утро больше со мной не встречаться.
***
Зато теперь мы, кажется, окончательно и бесповоротно были привязаны друг к другу. Я достала из холодильника творожки для мелких, поставила их в раковину, чтобы разогрелись, нарезала бутербродов и фруктов и отправилась в комнату Лешки. Идти старалась как можно тише — хотелось послушать, о чем детям рассказывает Двайр на фоне монотонно бубнящего голоса, доносящегося из коммуникатора. А когда услышала, в сотый раз укорила себя в слабости.
— А как айдеанцы находят червоточины? — задумчиво спрашивал Лешка.
— У них особый состав крови с повышенным содержанием железа, — отвечал Двайр. — Поэтому электромагнитные колебания они почти видят. И для расширения червоточин даже придумали специальное оборудование, которое работает подобно их организму. Но гораздо более сильное.
— Покажешь?
— Если мама разрешит нам смотаться на Айдэ, — хмыкнул Двайр в ответ.
— Это называется подкуп должностного лица с вымогательством, — изобличающе заявил мой старший сын.
— Кто кого пытался подкупить? — изумился Двайр, но я услышала в его голосе плохо скрываемое веселье.
— Ты. Только что пытался склонить меня на свою сторону в конфликте с мамой. Но я не поддамся. Я еще не решил, какие у меня с тобой счеты.
— Космос с тобой, парень, — я почти вживую представила, как Двайр отмахнулся. — Нам с твоей мамой не воевать нужно, а наоборот — сплотиться. Сколько детей общих, это же здорово. Плохо, что я так поздно о вас узнал. Но сам виноват — не нужно было улетать в свое время. Не захочешь со мной общаться — навязываться не буду. Мама помоет пол — пойду с малышней на кухню. Но и пытаться выглядеть в твоих глазах лучше, чем я есть, тоже не стану. Уж каким уродился.
— А у тебя что? — внезапно спросил Лешка.
— В смысле? — растерялся Двайр.
Да, мой мальчик умел, когда хотел, сбивать с толку!
— Ты — тоже с особым составом крови?
— Можно и так сказать. У форгетонцев есть определенные феромоны, которые воздействуют на представителей другого пола.
— Ты так маму и заарканил?
— Мама мне понравилась сразу, не передергивай. Просто я не смог себя контролировать в нашу первую встречу.
Дальше я не стала слушать — зашла внутрь. Маша с Мишей ожидаемо пытались дотянуться до новой игрушки, которую принес им Двайр, Лешка с угрюмым видом сидел на компьютерном кресле за столом и прожигал взглядом Двайра. И только Двайр пытался делать вид, что у него пуленепробиваемая броня от Лешки.
— Пойдемте есть. Мы и так задержались с полдником.
Я старалась говорить строго, чтобы Лешка понял, что время упрямства прошло. Требовалось хоть как-то пережить этот день, а ночью все обязательно бы наладилось. Двайр подхватил двойняшек на руки и последовал за мной. Старший замыкал шествие. Говорящий филин решил остаться в комнате.
На кухне мое лидерство никогда не оспаривали. Ничего не поменялось и сегодня. Двайр согласился послужить Машеньке вместо стульчика, Миша, как более дисциплинированный товарищ, занял свое место за детским столом. Да, с Двайром пространства стало гораздо меньше, но выглядело это…как будто он жил с нами всегда. Поэтому я старалась не отвлекаться и заниматься своими делами.
Присутствие Двайра не напрягало, он и сам старался не мешаться под ногами, как бы смешно это ни звучало при его габаритах. И он хорошо прочувствовал момент, когда нас нужно было оставить одних.
— Я могу прийти завтра? — осторожно спросил он.
— Можешь попробовать.
— Мам, завтра не получится, — с досадой пробормотал Лешка.
— Что случилось?
— Витальна зовет всех на собрание. Нужно будет, чтобы ты пришла.
— Может, я смогу помочь? — предложил Двайр. — Попробую найти подход к твоей загадочной Витальне. Что нужно делать? Что за собрание?
Стоило внести ясность. Двайр все-таки вряд ли был в курсе тонкостей земного образования.
— Классный руководитель Леши решила уволиться из школы под новый год. Она хорошо преподает математику, Леше с ней очень нравилось. Но характер у нее не самый приятный, если уж быть честной. И она перед увольнением почему-то поставила всем двоек. Видимо, устроила какую-то контрольную. Нужно понять, что не так, и попытаться разобраться в ситуации. Но наша бабушка уехала на дачу — и тоже под самый новый год. Мы — шумные, Двайр. Она тоже устала. И поэтому я не могу пойти на собрание, не с кем оставить детей.
— Там нужно применять какие-нибудь научные знания? — осведомился наш бедовый папа на всякий случай.
— Вряд ли. Судя по всему, она попытается воздействовать на психику.
— С этим я смогу справиться, — хмыкнул Двайр.
— Тогда попробуй понять причины ее решения поставить всем плохие оценки, — попросила я. — Потом вернетесь и расскажете.
— Хорошо. Жорик, нам пора, — повысив голос, позвал Двайр филина.
Хотя он как-то по-другому назывался. Кажется, фильдибурс!
— Лечу, капитан! — донеслось из комнаты Лешки. — У меня тут такой план на ночь созрел, столько всего изучить предстоит!
— Птица говорун отличается умом и сообразительностью… — пробормотал себе под нос Лешка.
Жорик посмотрел на него так, словно и происхождение этой фразы собирался узнать.
— Давай Машку, я провожу вас, — потянулась я к дочери.
— Зачем? — удивился Двайр. — Я занес координаты твоей квартиры в коммуникатор. Мы телепортируемся прямо отсюда.
Выражение лица Леши надо было видеть. На нем происходила колоссальная борьба между упрямством и желанием все узнать о перемещениях из дома. И Двайр, кажется, это понял точно так же, как и я, поскольку лучезарно улыбнулся, передавая мне Машу, поднялся, подставляя плечо для того, чтобы туда сел Жорик, и нарочито медленно принялся доставать коммуникатор из кармана.
Но Леша не был бы сыном своего отца, если бы не вставил свои пять копеек:
— Только в школу в таком виде нельзя. Тебе бы прибарахлиться, старик.
— Прибарахлиться — это значит поменять одежду, — с умным видом перевел Жорик слова нашего старшего.
Вот уж кого было не смутить подколками!
— Хм-м, — Двайр почесал в затылке. — Во сколько нужно завтра прибыть? Чтобы я успел сходить на ваш рынок.
— У нас магазины, — поморщился Лешка. — Тоже мне, представитель высокоразвитой цивилизации…
— Леша, хватит вставлять палки в колеса, — вмешалась я. — Во сколько собрание?
— В шесть, — нехотя отозвался сын.
— Значит, подходи к пяти. Точнее… — замялась я, вспоминая, что у него более совершенное устройство телепортации.
— Я понял, — кивнул с улыбкой Двайр. — Буду в пять.
С этими словами он прошел в прихожую, надел абсолютно чистые сапоги, выглянув из-за угла, затем нажал что-то на коммуникаторе, а потом его образ поплыл. Спустя мгновение мы остались на кухне с детьми.
— Мам, что делать будем? — вздохнув, спросил Лешка.
Сам он сидел за столом и ковырял вилкой в варениках. Кажется, неожиданное появление отца напрочь отбило у мальчика аппетит.
— Жить, Леш, — неуверенно отозвалась я. — А там посмотрим.
***
Они вернулись не на сам корабль. Двайр задал точку перехода на какую-то городскую набережную, которая сейчас была заметена снегом, а вода давно скрылась подо льдом, судя по пейзажу. Форгетонец шумно выдохнул, и его навигатор не спешил усложнять его и без того круто изменившуюся жизнь. С сарказмом он подождет. Надо сначала привести все в порядок.
— Ты ж папка теперь, — осторожно начал Жорик. — Трижды. Поздравляю?
— Жорик… — тихо выдохнул Двайр. — Ты их видел? Сын — взрослый, все понимает, младшие — почти взрослые, но мне было страшно держать их на руках. А вдруг сломаю?
— Два года почти, — фыркнула птица. — Чего там ломать-то?
— Ты видел, Жорик? — продолжил, будто не слыша, Двайр. — Какие у них ручки…какие ножки. Пальчики такие пухлые. А Миша еще и в меня — крепенький. Отец показывал старые записи — я был точно таким же. А Леша любознательный, совсем как я. Ты видел его комнату?
— Конечно, видел. Ты, вот что, — осторожно начал фильдибурс. — Завтра с мальцом сходи на это собрание и разведай обстановку. Может, оно и не так все плохо окажется.
— Я тоже думал об этом, друг. Но я пока еще не на той стадии. С Ритой бы поговорить, чтоб дети не слышали. Спросить, как им все это время жилось. Может, им деньги нужны.
— Деньги нужны совершенно точно. Только предлагай аккуратно, чтоб не завернули. Она у тебя с тремя детьми справляться научилась — еще один большой ребенок сейчас точно ни к чему.
— Понимаю, Жорик. Но башка кругом совсем.
— Давай так. Я сегодня сторожу корабль — ты попозже отправишься к Рите. Поговоришь об этих десяти годах. Сделаешь выводы. Ты мне скажи — мы здесь остаемся или просто проездом?
— Я от них теперь никуда.
— Отлично. Если что — с собой на Форгетон заберем, деда порадовать. Хоть ненадолго. А то совсем он у тебя заскучал.
— Хорошая идея, Жорик. Попробую попозже Риту уговорить.
— И подумай над тем, как им жизнь облегчить. Я пока в инфополе нырну — надо узнать, что за новый год и что тут вообще творится. Хотя, судя по тому, что есть вокруг, у них тут вполне мило. Может, с проблемами разберемся гораздо быстрее. Бабушка у них же куда-то уехала. Рите одной тяжело. Может, наймем телохранителя?
Жорик пытливо смотрел на него, сидя на ограде, за которой начинался спуск к берегу. Двайр опирался на нее локтями и задумчиво смотрел вдаль, на другой берег, где сияли огни невысоких и одиноко стоящих домов. У Риты был не такой — больше, крупнее, в несколько этажей. Как у них на Форгетоне, в его городской части — со скидкой на уровень развития. Здесь, похоже, любили частную территорию.