12 презервативов и два свидания

ГЛАВА 1. Коробочка

— Ты что тут назаказывал? — крикнула женщина из прихожей, захлопнув дверь за курьером, доставившим покупки.

— Что просила!.. — отозвался мужчина из комнаты, напряжённо глядя в экран большого телевизора и нервно дёргая маленькие рычажки джойстика.

— Брось эту приставку! Дети пусть играют… Иди сюда! — позвала она, нырнув руками в пакеты.

Мужчина издал нечленораздельный звук, поджимая губы, и продолжил бегать глазами по экрану, внимательно следящими за роботом с оружием нового поколения. Он пускал оранжевые лучи в некий летательный аппарат, явно принадлежавший вражеской армии. Из динамиков раздавались звуки выстрелов лазерного оружия.

— Ну что это, что?.. — не унималась женщина, отставив кверху зад и копошась в пакетах.

— Что… — мужчина вцепился в джойстик, но, промазав мимо цели, ругнулся. Потом раздражённо покряхтел, оборачиваясь в сторону требовательного голоса из коридора.

— Я не буду на всю квартиру орать, иди сюда!.. — потребовала она.

— Да ты и так орёшь, — сказал он себе под нос и выключил приставку, переведя внимание на пульт телевизора. Тот завопил новостями про распространение нового коронавируса и ужасную обстановку в связи с этим в Италии. Мужчина пару раз переключил каналы. Везде что-то сообщалось и обсуждалось про эпидемию, охватившую мир. Он сосредоточенно, но при этом равнодушно пролистал ещё несколько каналов, как бы для проформы, оставил телевизор убеждать оставаться всех по домам, дабы не допустить распространение заразы и, вздохнув, направился в прихожую.

Женщина выкладывала на пол покупки из сумок, попутно протирая упаковки влажными салфетками и опрыскивая их из пульверизатора дезинфектором.

— О… — он поднял брови, увидев обтянутый розовым трикотажем зад жены. Выражение на его лице стало несколько более заинтересованным, и он приблизился к объекту своего интереса, с готовностью вытягивая вперёд обе руки.

— Да подожди ты… — проговорила она почти в одно слово, едва он прикоснулся к её округлостям. Но он не послушался, продолжив сжимать её и слегка пристраиваться сзади.

— Зачем ты это накупил? — она поднялась к нему и заглянула в лицо, отставляя при этом в стороны руки, как будто они были грязными. В одной руке она держала коробочку с презервативами.

— Как зачем?.. — насмешливо спросил он. — Вот за этим… — он недвусмысленно прижал её к себе теперь уже передом, держа за бёдра.

— А остальное… куда столько? — она выпучила и без того крупные глаза на симпатичном лице, махнув головой в сторону раскрытого пакета.

Он слегка вытянул шею, разглядывая содержимое. Поверх продуктов были насыпаны, словно это были коробки с печеньем, разноцветные упаковки презервативов. Мужчина удовлетворённо окинул это взглядом и делано равнодушно, почти скучающе уставился в выпученные на него глаза.

— Куда-куда… туда! — он многозначительно уткнул взгляд в низ её живота, слегка отодвинувшись. — Твои методы не всегда срабатывают… Вон сидит, ошибка природы… самообразованием за третий класс дистанционно занимается, — кивнул он в сторону приоткрытой двери маленькой комнаты после небольшого коридорчика, — старший тоже… Я же не спрашиваю, куда ты столько накупаешь этих… масок для лица и лаков для ногтей…

— Ну мне же надо чем-то себя побаловать в этой… самоизоляции… — оправдалась она, — что ещё делать?

— Ну вот и мне надо!.. Побаловать себя, — он в подтверждение покивал перед её лицом и стал забираться рукой под розовый халат.

Она недовольно повела плечом, уворачиваясь.

— Так много зачем? — ворчливо, но как бы смиряясь, проговорила она.

— Пробовать будем… разные… — предложил он равнодушным голосом и продолжил с гораздо большим энтузиазмом: — Ты знаешь, что в России за последние недели карантина продажи презервативов увеличились на сорок процентов?

— Тише ты!.. — прошипела она и обернулась на секунду на коридор, ведущий к спальням. — А ты решил всю страну обогнать, да? — насмешливо поинтересовалась она, снова поворачиваясь к сумкам и одновременно отмахиваясь бедром от рук мужа. — Дети всё равно не спят по ночам без прогулок и без спорта, — проворчала она, — куда их девать-то?.. Мне надо всё протереть и вымыть руки, не мешай! А лучше помоги!

Он задумчиво постоял над её розовым задом, вздохнул, присел на корточки и, взявшись за салфетки, начал протирать разноцветные коробочки.

— Отнеси их сразу в спальню, — посоветовала она.

Муж размашистыми жестами обтёр упаковки презервативов влажными салфетками и, нагрузив ими обе руки, поднялся.

— Пап!.. — заканючил мальчишка, высовываясь из двери комнаты. — Ну включи интернет, мне там Сашок пишет… и остальные… и в группе…

Папа от неожиданности выронил одну коробочку, пытаясь скрыть в широких ладонях другие упаковки. Коробочка отлетела по коридору к противоположной стене, остановившись у плинтуса.

— Доделывай уроки сначала, потом включу! — ответил он, сверля младшего сына глазами.

— Ну я не могу без интернета доделать, мне там посмотреть надо и у наших спросить… Ну, па-а-ап!..

— Сам давай! — отстранил его папа, проходя в сторону родительской спальни мимо двери детской, на ходу выкрикивая туда: — Денис, помоги брату!.. А то… интернет, интернет… мы сами всё делали… — проворчал он, удаляясь.

Из комнаты сыновей послышался уже вполне мужской, но всё же очень молодой голос:

— Без интернета нам не доделать! У меня тоже затык… Алгебру не могу решить.

— А чего это ты не можешь?.. — возмутился отец, скрывшись в собственной спальне. Послышались звуки от ящиков прикроватной тумбочки.

Отец вышел из двери и сразу наткнулся на старшего сына. Он стоял у родительской комнаты, сложив руки на узкой груди и прислонившись одним плечом к стене, но косил глазами куда-то в сторону и вниз. Однако, сразу поспешил уставиться в глаза отцу, едва тот показался в проёме. Синий взгляд Дениса из-под завитка тёмной чёлки упрямо смотрел в родительские очи. У его локтя с более пухлого, но очень похожего на брата, лица тоже устремился чуть более светло-синий просительный взгляд.

Родитель не уступал им и тоже упрямо сдвинул кожу лба от бровей к коротким волосам, не отводя такого же сине-голубого взгляда.

— Ну что там у вас, показывайте… — сказал он слегка раздражённо и двинулся в комнату сыновей, попутно глянув на зад жены, копошащейся над покупками.

Денис пропустил его вперёд, помедлил пока не пройдёт младший брат и, только проводив их глазами, а затем кинув взгляд на мать, быстро сделал шаг вдоль стены, туда, где у плинтуса припарковалась коробочка презервативов. Он подобрал её и торопливо сунул в карман свободных длинных шорт-бермудов защитного цвета, а затем прикрыл сверху футболкой. Он слегка вытянул лицо, убедился, что его не застукали и, напустив нагловатый вид, двинулся вслед за отцом и братом.

Там они быстро, хоть и не без труда, разобрались с премудростями за третий класс, попутно прослушивая жалобы младшего школьника и ворчание отца про несамостоятельность в учёбе. А потом отец склонился над учебником старшего сына.

— Давай, что там у тебя?.. — спросил он.

— Дискриминант… — односложно отозвался Денис, придвинув себе стул.

— Что?.. — раздражённо спросил отец, заглядывая в тетрадь.

— Отрицательный…

— Ну?.. — отец безуспешно шарил глазами по тетрадным клеточкам, заполненным кривоватым почерком Дениса.

— А должен быть положительный, — отстранённо объяснил Денис.

— Знаю! — раздражался отец. — Почему отрицательный?!

— Хэ зэ… — огрызнулся сын.

— Не выражайся!.. — зыркнул родитель.

— Ну, правда, хрен его знает… — оправдывался Денис, мерно потряхивая коленом, явно не сосредотачиваясь на задаче.

— Это ж восьмой класс!.. — нахмурился отец. — А ты десятый заканчиваешь!.. Где условие задачи?

Денис с недовольным лицом схватил со стола смартфон и, отогнувшись с запасом от родительских глаз, чтобы не показывать экран, набрал код-пароль. Потом, не придвигаясь к столу, всё так же держась на расстоянии, пролистал какие-то приложения в телефоне и открыл нужную страничку. Отец смотрел на его манипуляции с подозрением.

— Вот, училка не из учебника дала, прислала в группу… и там не за восьмой класс! — повысил он голос. — Она сказала, это из ЕГЭ, — он злобно посмотрел на отца, положив перед ним смартфон с заданием.

— Не выступай!.. Умничать будешь вон… в уроках… — кивнул отец и углубился в условие задачи. Придвинув к себе чуть смятый листок, попавшийся на столе, он набросал решение, помогая себе мимикой, и остановился в середине квадратного уравнения, упершись в отрицательное значение дискриминанта. Он поджал губы, изображая недовольный смайл и посмотрел на старшего сына. Тот нагловато ухмыльнулся с выражением лица «я же тебе говорил», но тут же осёкся и просто развёл руками, опуская взгляд в стол.

— Ну, па-а-ап… включи интерне-э-эт… — проканючил младший, пристроившийся рядом с отцом.

— Кирюха, не ной! — рявкнул отец, слегка наливаясь краской над листком в клеточку. Потом он разогнулся, нарочно прогибая спину дугой назад, осмотрел критическим взглядом обоих сыновей и скомандовал: — Ну-ка… разделись оба и на турник! Я для кого вешал?!

— Вообще-то для себя! — напомнил Денис.

— Поговори мне тут!.. Быстро… оба!.. — скомандовал он опять. — А то мать жалуется, что ночью не спите без спорта… — он смотрел на сыновей, нехотя стягивающих футболки, а сам потряхивал злобно листком и делал вид, что обдумывает решение задачи, — не спят они… один порнуху смотрит… другой вообще непонятно что.

— Я ничего не смотрю! — слишком быстро оправдался Денис.

— Ты не смотришь… — угрюмо отозвался отец, — а этот разглядывал там… я сам такое не смотрю, а этот шкет… — отец расширил глаза и мотнул головой в сторону третьеклассника, потом он недоверчиво осмотрел худощавую фигуру старшего сына, — хотя, может, и ты смотришь, кто вас знает с интернетом этим… — он подтолкнул их к тому месту, где за дверью в противоположные стены коридора над головой упиралась перекладина. Сначала подсадили младшего, который беспомощно растянул пухловатое тело в пространстве между полом и потолком. Отец кивнул на него Денису и тот, вздохнув, обхватил брата за ноги одной рукой, слегка помогая подтягиваться. С помощью брата тот преодолел десять повторений упражнения и довольный с грузным звуком спрыгнул на пол. Настала очередь Дениса. Он устало приблизился к снаряду, глянув на отца. Тот нетерпеливо кивнул. Денис, вытянув руки вверх, даже не приподнимаясь почти на носки, легко достал до турника. Худощавые плечи напряглись и проявили-таки слегка имевшиеся мышцы. Старший сын тоже сделал десять повторов упражнения, завершающие при этом были не так безупречны, как первые.

— Теперь дискриминант! — потребовал отец.

— Ну я уже пробовал по-всякому! — взмолился Денис — Включи интернет, я посмотрю…

— Давай-давай! — последовал ответ.

Денис снова взялся за задачу, но сколько ни напрягался, пришёл к тому же отрицательному результату.

— На турник! — снова погнал отец, забирая у него листок с решением. Пока Денис опять подтягивался, папа заставил младшего сына отжиматься от стола, а сам попытался решить задачу, но снова потерпел поражение. Так продолжалось ещё несколько раз: подход к турнику, отжимания младшего, подход к задаче и так далее по кругу. В конце концов было принято решение включить всеведущий интернет под ликование Кирилла.

Отец, убедившись, что младший сын погрузился именно в общение с одноклассниками, стал заинтересованно искать задачу старшего сына на просторах всемирной паутины. Но, в конец разозлившись, бросил это занятие, уйдя на кухню помогать жене с обедом.

— Ну что, нашёл задачу? — спросил он за столом, прощёлкивая пультом телевизионные каналы, пока фильм прервался рекламой.

— Нет, — помотал головой Денис.

— От задают… — проворчал отец, глядя в рекламу, одновременно поглощая борщ, — думают, раз дистанционное обучение, так можно ничего не объяснять теперь… сами… как хотите, так и учитесь.

— Так у нас давно уже… самообразование… — подхватила жующая мама, — ты вспомни… с первых их классов эта морока… до всего самим надо было доходить. А на собрание придёшь, так ещё и дураками всех выставят… Им олимпиадников подавай с первыми местами! А нормальных детей чему-нибудь научить они уже не могут, — убеждённо говорила она.

Сыновья, удовлетворённо поглядывая на родителей, мерно уплетали обед, не забывая косить глазами в смартфоны: младший в игры, а старший, углубившись в переписку.

— Ну, пусть сходит к соседям, — предложила мама, кивая в сторону старшего сына, — у них Дашка в экономический поступила, математику сдавала в том году… поможет с задачкой…

Отец застыл с ложкой, не донеся её до рта:

— Да ты что?! — он в ужасе посмотрел на жену. — Мы же не знаем, как они соблюдают… Я не могу рисковать!

— Да не волнуйся ты, — успокаивающе ответила она, улыбаясь, — всё с тобой будет нормально. Люда давно уже дома, и у дочки, рассказывала, в институте раньше других отпустили на дистанционное, Павел уже года три дома работает, ты же знаешь.

— А… ну да… — он снова начал есть, — пойдёшь к Даше, соседке, — он посмотрел на старшего сына, — задачу покажешь.

— Да не пойду я!.. Мы что-нибудь с пацанами придумаем… — Денис приподнял в руке телефон, в котором была его переписка, и округлил глаза.

Отец равнодушно пожал плечами. Но жена слегка подтолкнула его в бок и многозначительно указала глазами на сына:

— Сходи, Денис… Две недели уже дома безвылазно, надо и отвлекаться. Музыку свою Даше покажешь, поговорите… Ей тоже, наверное, скучно…

— Я тоже хочу в гости, — гнусаво заканючил младший.

— Да мы с ней почти не разговаривали никогда, чего я пойду… — пробурчал Денис, опускаясь ниже над тарелкой.

— Ну как же… — подначивала мама, — ты ей там какую-то музыку скачивал…

— Ну скачивал… давно… ну и что… — ещё ниже опустился Денис.

Отец посмотрел на жену, оценил взглядом всё семейство и резюмировал:

— Доешь и пойдёшь к соседям!

— А я?.. — капризно скривил губы младший.

— А ты в приставку поиграешь и на планшете, сегодня без ограничений, — пообещал отец.

— Ура! — просиял Кирилл.

Денис вздохнул и отвернулся от стола.

После обеда родители, заговорщически переглядываясь, вытолкали Дениса за дверь, снабдив подарочной бутылкой бальзамического уксуса.

— Здрасьте, тёть Люд… — пробубнил Денис открывшей дверь соседке, — это вам мама передала, — он протянул ей винный уксус в красивом пузыре, но так и остался стоять с ним в руке.

Тётя Люда не спешила пускать его на порог. Для начала она внимательно его осмотрела, а потом, не приближаясь и глядя через приоткрытую дверь начала допрос:

— У вас все здоровы, никто не кашляет? — с подозрением в голосе спросила она.

— Угу, — кивнул Денис.

— Температуру мерил?

— Да у меня всё нормально! — поднял он брови.

Она недоверчиво оценила его взглядом:

— А это что? — кивнула она на пузырь в его руке.

— Родители вам передали… уксус бальзамический… из Италии, — объяснил он.

Её глаза вдруг захотели выскочить наружу:

— Из Италии?! — воскликнула она и сделала рывок, попытавшись закрыть дверь.

— Да они ещё летом привезли! — успел вставить Денис в незакрытую пока щель. — А сейчас у нас все дома сидят… уже две недели…

Соседняя дверь приоткрылась, и мама Дениса вставила свои пять копеек:

— Люд, я же тебе всё по телефону объяснила, хватит его допрашивать, пусти на порог-то!

Люда подозрительно поджала губы:

— Кто вас знает с этой… Италией, — проворчала она.

— Тебе же сказали, мы там уже с лета не были, вирус только после Нового года появился… чего ты?! У меня же муж с астмой, мы бережёмся ещё больше вашего!..

Соседка ещё раз смерила взглядом Дениса и приоткрыла дверь чуть пошире.

— Вытирай ноги! — скомандовала наконец Люда. От коврика перед её дверью, обёрнутого тряпкой, исходил густой запах хлорки. Он вытер ноги и уже почти вошёл в предложенную щель, но был остановлен грудью Люды, которая сильно выдавалась вперёд из её крепкого тела.

— Разувайся! — скомандовала она.

— Зачем же я ноги вытирал?!

— Ничего, чище будут!.. — деловито сказала она. — И оставь там! — добавила она, кивком указывая на коврик.

Он послушно снял обувь и шагнул наконец в квартиру, всё ещё сжимая в руке пузатую бутылочку с густым коричневым соусом.

— Иди мой руки! — продолжала командовать соседка.

Он хотел отдать ей коричневый пузырь, но она поручила ему вымыть заодно и его тоже с мылом. Пока Денис мыл всё в туалете, находившемся сразу при входе в квартиру, она неотступно следила за всеми его манипуляциями через открытую дверь.

— Да не урони ты!.. — с досадой в голосе проговорила она, наблюдая за пузатой бутылочкой в его худых руках.

После процесса мытья она приняла подарок и обласкала взглядом тугую коричневую жидкость, разглядывая на просвет.

— Хороший бальзам, густой… у нас такой не купишь… — удовлетворённо проговорила она и добавила, всё ещё разглядывая бутылочку затейливой формы: — Пойду, помою ещё на кухне.

Денис вышел из туалета, раздумывая, куда ему пойти дальше в большой квартире соседей.

— А ты умойся теперь! — крикнула ему с кухни Люда.

— Я же нигде не был, — отозвался он.

— Всё равно умойся, кусок от тебя не отвалится!

Денис вздохнул и вернулся в туалет. Оказавшись снова над раковиной, он уставился в зеркало. Оттуда смотрело слегка смущённое худощавое лицо, обладающее лёгкой природной смуглостью, уже взывающей об обновлении под лучами солнца, которого в конце марта хоть и прибавилось, но понежиться под его лучами мешал коварный вирус, запретивший на время всем выходить из дома. Денис, казалось, на что-то решался, разглядывая своё в целом симпатичное, хоть ещё и неоформившееся лицо. Он находился в том возрасте, когда все черты уже нарисовались, но как бы ещё не утвердились окончательно. Они уже не были нежными как у ребёнка, но ещё и не были окончательными и уверенными как у зрелого мужчины. Больше всего к этой внешности подошло бы слово юноша, но оно бы не понравилось её обладателю, как и миллионам его ровесников.

— Я слышу, что ты не умываешься! — закричала Люда из кухни.

Денис изобразил досадливую усмешку со взглядом в потолок, помотал головой и открыл воду. Он наклонился и не без удовольствия пофыркал над раковиной соседей. А потом снова посмотрел на своё уже влажное лицо. Тёмный завиток, с завидным упрямством спадающий с темени в сторону лба, стал от воды чуть круче и слепился в какое-то единое существо. Денис распределил волосы влажными руками по голове, отчего стал выглядеть как бы посвежевшим.

— Во-о!.. Другое дело! — окинула его довольным взглядом Люда. Она снова встретила его своей нерушимой грудью у двери. Денис слегка оторопел в ожидании новых указаний, но она пропустила его в комнату, которая начиналась сразу же от прихожей без каких-либо переходов и коридоров, просто распахивалась навстречу вошедшему большим угловым диваном у противоположной стены и парой кресел, а также стеллажом с аквариумными рыбками и барометром на видном месте. Этот стеллаж отгораживал часть комнаты, деля её на проход к другим комнатам и собственно зону с диваном и телевизором. У стены напротив дивана телевизор угрюмо вещал о симптомах коронавируса. Недалеко от большого телевизора был ещё широкий проход на кухню.

Люда внутри квартиры заметно отличалась от Люды, встречающей у входной двери, в сторону дружелюбия и бархатистой улыбки. Было видно, что она соскучилась по гостям. И теперь, расслабившись после обязательных для неспокойного времени процедур, она вовсю улыбалась Денису.

— Котлетки будешь? — предложила она, слегка наклонившись в его сторону и глядя снизу вверх на высокого соседа.

Он помотал головой, отказываясь. Он всё ещё не доверял этим улыбкам после того, как подвергся всем её испытаниям. Но она больше ничего не выдумывала и не спрашивала, а просто показала, где найти её дочку, правда горестно вздохнула при этом.

Войдя в комнату Даши, Денис застал её сидящей на столе у окна со свисающими ногами и телефоном в руках. Носком одной ноги она крутила стул, пихая пластмассовое сидение туда-сюда. Она была одета так, словно собиралась уходить, но только без верхней одежды и обуви.

— Вот, — назидательно сказала Люда, — гости к тебе!.. А ты уезжать собралась… непонятно куда и с кем… — беспокойно заметила она и повернулась к двери, с надеждой посмотрев на Дениса.

— Да я уже не еду никуда! — крикнула в закрывающуюся дверь Даша, выглядывая из-за плеча Дениса. Казалось, она была немало раздражена.

— Привет… — тихо сказал Денис, скосив губы на одну сторону.

Даша, не переставая пихать свой крутящийся стул свисающей ногой, глянула на него со злым выражением на лице, но было видно, что выражение это предназначалось не ему. Она снова уставилась в телефон, но разговор поддержала, правда в своеобразной манере:

— Тебя уже вымыли хлоркой три раза? — нарочито громко спросила она.

— Хлорка ей не нравится… — послышалось ворчание из-за закрытой двери.

— Я остаюсь дома! — крикнула громче Даша. — Не парься!

Люда за дверью облегчённо вздохнула и удалилась.

— Только два… без хлорки… — ответил Денис.

Даша удивлённо подняла на него глаза, как будто ожидала, что его уже здесь не будет, когда она перестанет смотреть в экран. Потом усмехнулась:

— Повезло… — и снова опустила глаза, — чего пришёл? — спросила она не глядя.

— Ну так… задача тут… — замялся он.

— Задача?.. — рассеянно переспросила она, не поднимая головы. Потом вроде как прозрела и посмотрела на соседа осмысленно: — Какая задача? Я тебе что, математик?

— Ну ты же в экономическом…

— Я там на юрфаке… ты понимаешь? Никаких задач я не решаю… Право такое, право другое, история, теория государства… и всё в том же духе…

— А-а… — протянул он.

— Козёл… — прошипела она.

Денис невольно дёрнулся с перекошенным лицом, но, глянув на неё, успокоился.

Она ещё раз упомянула название животного, глядя в экран телефона. Потом вдруг вскочила со стола и, обежав его в два шага, устремила взгляд в окно.

За окном стоял солнечный московский март, как назло, даже теплее и приветливее обычного. Глядя на некоторых праздношатающихся горожан, нельзя было заподозрить какое-то злое обстоятельство, нарушающее привычный уклад жизни. Одно только настораживало: с каждым днём беззаботных становилось всё меньше, а вот чем-то озабоченных с медицинскими масками на лицах и с большими сумками в руках, торопливо перемещающихся из припаркованных машин в подъезды, всё больше.

Даша поджала губы, её лицо исказила неподдельная злоба. Она старательно выглядывала вниз, пытаясь разглядеть что-то происходящее у подъезда, и всё больше распалялась лицом, становясь похожей на посетительницу бани. Только очень злую посетительницу. Казалось, ещё чуть-чуть, и от неё повалит настоящий пар. Она и сама в конце концов это заметила и резким движением попыталась сдёрнуть с себя толстовку с капюшоном, но та перепуталась на спине с клетчатой рубашкой, и Даша безуспешно дёргала на себе одежду, нырнув в неё головой.

Денис, какое-то время наблюдавший за ней, подошёл и отсоединил рубашку на её спине от верхней куртки. Но Даша, невнятно кряхтя, всё равно продолжала дёргаться внутри неё, явно находясь в плену своих эмоций. Потом она всё-таки выдернула голову из воротника скорее усилиями Дениса, чем своими собственными, и рассерженно сверкнула в помощника глазами, который стоял, держа её толстовку, вывернутую наизнанку, в руках:

— Ты чего?! — её красное распаренное лицо в обрамлении волос, выбившихся из хвоста, напоминало Медузу Горгону.

— Помогаю… — слегка испугался напора Денис.