- -
- 100%
- +
Все персонажи и описываемые события являются вымышленными, за исключением настоящих легенд и самого Барнаула.
Любое совпадение с реальными людьми или событиями является случайностью происками приписного крестьянина Терентия Михайловича, Барнаульского уезда, Томской губернии.
Глава 1. Утро начинается не с кофе
Над городом нависло тусклое небо. Тучи стянуло в тугой комок, хлестанул ливень. Вдалеке загрохотало. Костя задрал голову и зажмурился от шлепающих по лицу капель холодного дождя. Прохожие суетливо вытаскивали зонты из чехлов и сумок, морщились от шквалов ветра и проклинали суровую непогоду.
Но Костя широко улыбнулся, поправив мокрую шапку с оленьими рожками. Женщина за витриной дорогого бутика презрительно вздернула верхнюю губу, оглядев его с ног до головы. Парень шлепал по лужам, засунув руки в карманы, и нисколько не прятался от дождя. Хоть понедельник по праву считался тяжелейшим днем недели, но Костю буквально разрывало от радости. Ведь ему, настоящему счастливчику, наконец удалось найти нормальную работу. На прошлой неделе строгая женщина из отдела кадров строительной фирмы, Вера Игнатьевна, дала ему стопку бумаг и велела расписаться. Должность кладовщика мало привлекала Костю, но за нее хотя бы обещали на удивление хорошую зарплату.
Впору было рвать на себе волосы, ведь стрелки часов упорно ползли к полудню, а Костя так и не явился на работу. Он не отрицал, что радовался дождю и улыбался только оттого, что махнул рукой на беды и смирился с тем, что его уволят в первый же день приема. А ведь какие были перспективы... Ежегодный отпуск, оплачиваемый больничный, белая зарплата. Никаких конвертов, сверхурочки и отработок с температурой тридцать восемь. Правда, он должен был, как штык, стоять у дверей бухгалтерской конторы в девять, но не явился даже к двенадцати. Надежд, что Вера Игнатьевна поверит его рассказу, совсем не осталось. А рассказ бы получился выдающимся. Точно потянет на второй шанс.
***
Дело было даже не в будильнике, хотя и в нем тоже. Костя ненавидел дурацкие современные рингтоны, под которые хочется если не встать с теплой постели, так застрелиться. Вот советский будильник — другое дело. Стоит только часовой стрелке приблизиться к раздражающей красной; стоит только железным язычкам облизать блестящие звоночки — начинается настоящая магия. Костя вскакивал с диванчика, оглушенный грохотом, словно канонадой. Так и хотелось встать по струнке, приставить ладонь к виску и закричать: «Так точно! Я проснулся!»
Перекусив овсяным печеньем с чуть теплым чаем, парень поплелся в ванную, но так и застыл на пороге. В звенящей тишине был слышен стук его сердца. И больше ничего. Ни шороха махрового желтоватого полотенца, соскользнувшего на пол с плеча. Ни скрипа старой деревянной двери, которую, между прочим, давно следовало смазать. Ни дыхания незнакомки, стоящей около зеркала. Темные волнистые волосы разметались по слишком худым бледным плечам. Местами порванная легкая ткань рукавов волновалась от неведомых потоков воздуха. Она шевелилась настолько медленно, словно была под водой. Подол длинного серо-голубого платья едва касался пола, скрывая ступни. Одежда была в красной пыли. Нежданная гостья наверняка долго брела по стройке, нисколько не прячась от густых облаков разрушенного кирпича.
Костя громко сглотнул. Девушка медленно обернулась, и от ее холодного пустого взгляда парень чуть не закричал, как кисейная барышня. На ее лице отразилось удивление и неловкость.
— Вы... что тут..? — только и смог выдавить Костя.
Незнакомка разочарованно вздохнула и раздраженно закинула темную прядь волос за спину. В воздухе только успела мелькнуть ее ладонь, похожая на кисть скелета из лаборантской кабинета биологии.
— Почему не убегаешь? — просто спросила она.
— А должен? — усмехнулся парень. — Это мой дом вообще-то. Ты что тут делаешь? Я думал, что времена форточников давно прошли.
Девушка не ответила, только злобно оскалилась. Отчего-то Костя решил, что она готовится прыгнуть на него, словно разъяренная собака за гаражами. Вокруг ее предплечий разлилась серая дымка. Запахло штукатуркой. Костя цокнул языком, когда понял, что не прогадал. Незнакомка выгнула спину, обнажая заостренные позвонки, и оттолкнулась от кафельного пола. Костя охнул и метнулся в сторону. Он неловко напоролся на этажерку с обувью и кубарем прокатился по коридору. Места было мало, а потому парень попутно чуть не содрал и без того хлипкие обои со стен.
Девушка мигом выросла за его спиной. Ее ногти, мгновенно выросшие на пару сантиметров, устремились прямо в грудь Кости, но он успел перевернуться на бок и изогнуться. В спине неприятно защемило, но думать о стремительно надвигающейся старости и больной пояснице не было времени. Стыдно умереть в двадцать пять лет от рук полоумной девицы! Когти успели прорвать хорошую дырку в футболке. Костя снова перевернулся на спину и увидел, как незнакомка замахивается для очередного удара.
В висках стучало сердце, которое, на счастье Кости, не торопилось ретироваться в пятки. Мозг отчаянно кипел, пытаясь придумать план спасения. Парень чувствовал, что перед ним не человек. Ну не может обычная женщина источать серый дым из предплечий и двигаться с огромной скоростью. Ведь незнакомка выскочила из ванной за какую-то долю секунды и даже не подскользнулась на кафеле! Парень постоянно падал, расшибая локти и колени, а ей хоть бы хны!
Мысли проносились в голове так быстро, что впору было дыму повалить из ушей. В мгновение, когда костлявая ладонь снова устремилась в грудь Кости, он, не особо раздумывая, выхватил с этажерки железную дверцу от ниши с электросчетчиком. Закрывшись ей, словно щитом, парень блокировал атаку. Девушка с разгону вогнала пальцы в толстый металл, покрытый облупившейся краской, и завизжала.
Костя торжествующе хохотнул. Он с содроганием вперил глаза в приличную вмятину от мощного удара и обрадовался своей лени. Целый месяц не мог прикрутить злосчастную дверцу, зато теперь она спасла ему жизнь. После сражения нужно будет засунуть ее в рамку и повесить на стену. На память. Игриво чмокнув облупившуюся поверхность, парень отпихнул тапком агрессивную незнакомку и мигом подскочил. Прокручивая в голове мысль о том, что девочек бить нельзя, он замахнулся и шлепнул ее дверцей по морде. Девушка дернулась и отпрянула, упершись спиной в стену. Ее изящные заостренные пальцы вгрызлись в штукатурку. На пол посыпалась серая крошка из-под слоя бумажных обоев. За одно это Костя приготовился шлепнуть ее еще раз. Это ж надо! Сделать дырки на самом видном месте! Ни стыда, ни совести!
К большому его удивлению, на лице гостьи ничего не напоминало об ударе железной дверцей. Ни царапины, ни синяка. Грубо вытерев нос пыльной ладонью, Костя приготовился к дальнейшей схватке. В голову пришла очередная гениальная идея, а потому, отбросив новоиспеченное оружие, он схватился за два баллончика со спреем для обработки обуви. Ни одним из них он так и не воспользовался после покупки, но надеялся отработать их по-другому. Благо оба слетели с этажерки во время потасовки и валялись на полу возле ног. Костя крепко сжал их ладонями и выставил перед собой, целясь в сторону незнакомки. Длинные баллончики булькнули и послушно изобразили крест. Со знанием дела Костя выкрикнул:
— Сгинь, нечисть! Это мой дом, ясно?! Ищи себе другое жилье!
Девушка замерла и в недоумении выгнула бровь. Парень с замиранием сердца ждал, когда она загорится, расплавится, исторгая черный дым. Как ее суть обратится пеплом и умотает прямиком в ад. Но ничего из этого не произошло. Незнакомка усмехнулась. Впервые в ее глазах потухла странная злоба, а на ее место пришло такое уютное тепло, что Костя чуть не выронил крест из баллончиков.
— Смешной ты, — наконец произнесла она мягким голосом и кокетливо прикрыла рот ладонью, скрывая улыбку. — Мало того, что призраков видишь, еще и не трус. Молодец.
— Чего-чего?..
— Да так. Не обращай внимание. — Девушка перекинула волосы через плечо и принялась не спеша расчесывать их длинными тонкими пальцами. — Значит, съезжать ты не собираешься?
— Почему это я должен переезжать? — Костя рассеянно пожал плечами и опустил баллончики, догадавшись, что от них никакого толку. — Кто ты такая? И учти: если из-за тебя я опоздаю на работу, пеняй на себя. И что ты там говорила о призраках?..
— Будь осторожен, — сказала она вдруг обеспокоенно и растворилась в воздухе.
Костя выронил импровизированный крест. Баллончики с глухим звоном ударились о линолеум и укатились по углам. Парень подскочил к стене, где еще секунду назад стояла незнакомка. На полу покоились небольшие горки серой пыли. Костя задумчиво потрогал пальцами следы от когтей на обоях и печально вздохнул, чувствуя, что случай с таинственной незнакомкой только начал череду странностей в его жизни. В груди заскребло от ощущения надвигающейся беды.
— Кто же ты такая?.. — спросил парень в пустоту. Глухое эхо проскочило по коридору и спряталось в комнате.
Заметив, что стрелки часов почти достигли девяти утра, Костя шлепнул себя по лбу и помчался одеваться. Он наспех накинул зеленую футболку с ананасом, натянул потертые брюки, схватил куртку с вешалки в коридоре и любимую шапку с оленьими рожками.
Застегивать куртку, летя по лестнице, было неудобно. Костя на секунду остановился, пытаясь отдышаться, и принялся скрупулезно хлопать кнопками. Главное, чтобы не продувало. Пыхтя, он невзначай взглянул в подъездное окошко и заметил несколько машин, груженых ломаным кирпичом. Парень выскочил на улицу, хлопнув тяжелой деревянной дверью в тамбуре, и удивленно уставился на соседний дом. Старая кирпичная двухэтажка доживала последние дни. Пустые глазницы окон, казалось, смотрели на мир в панике. Потому и стены стояли прочно под натиском грузного ковша.
Сердце Кости неприятно заныло. Хотелось немедленно прекратить разрушение старенького дома, достроить его и вновь заселить людьми, которые с благодарностью будут мыть подъезды и поливать цветы на подоконниках. Ковш снова замахнулся и со скрипом влетел в перегородку. Посыпался красный кирпич, и взметнулось багровое облако пыли. Той самой, запечатленной на юбке незнакомки из ванной. По коже Кости пробежали мурашки. Так вот, кто пожаловал к нему утром.
— Значит, это ты, — прошептал он самому себе, безотрывно глядя на полуразрушенный дом. — Теперь я все понял. Мне бы тоже не хотелось умирать.
Парень обернулся и задрал голову. Он купил квартиру в соседней пятиэтажке полгода назад. Хозяйка убеждала, что в доме проделан хороший ремонт, на всех этажах отличные жильцы. Новая крыша сверкала, а сайдинговый фасад радовал глаз. Странно, что незнакомка спрашивала о переезде. Дом ведь отличный.
Костя засунул ладони в карманы, как делал всякий раз, когда предстояло разговаривать с людьми, и подошел к одному из рабочих. Тот завидел парня издалека и принялся махать руками в огромных перчатках, преграждая ему дорогу.
— Куда пошел?! Не видишь что ли? Вот прилетит кирпич по башке, тогда сразу думать начнешь! — Он сдвинул седые кустистые брови в выражении недовольства и неприятно зыркнул на Костю.
— Я только спросить хотел. А почему дом сносят? Неужто настолько плох?
— Плох, не то слово! Жильцы его отремонтировать собирались за свой счет, а когда дело дошло до подписей и договоренностей, так потопили идею. Сказали, что нечего держаться за эдакую развалюху. И правда. Через год его признали аварийным, всех жильцов расселили и дело с концом. Теперь вот сносим.
— Выходит, свои же предали... — задумчиво произнес Костя, глядя себе под ноги.
— Чего говоришь?
— Спасибо. Я пойду.
Махнув рукой на прощание, Костя развернулся и пошел прочь, да только все равно обернулся через несколько шагов. Ковш с грохотом врезался в несущую стену и обвалил ее почти до основания. Среди алой пыли и перезвона падающих камней, казалось, был слышен тихий плач. Сердце разрывалось от тоски, а потому Костя крикнул, подняв ладонь:
— Не бойся! Однажды здесь снова построят дом и ты в нем поселишься! Люди будут ценить его и любить всем сердцем! Как раньше! Ты только не бойся и не злись, ладно?
Рабочий в недоумении покосился на парня. Костя смущенно убрал руку обратно в карман, где держал любимую шариковую ручку, и засеменил к пешеходному переходу. Он был уверен, что теперь незнакомка ни к кому в гости не придет и не будет караулить в ванной, желая напугать и выселить из дома. Обидно, когда соседа старательно ремонтируют, а тебя — бросают на произвол судьбы свои же люди. На мгновение он замер, вспоминая, сколько в округе сносят старого жилья. Если ко всем соседним домам будут являться призраки, город этого не переживет. Все дружно сойдут с ума и переедут в другие регионы.
***
Костя с самого детства видел множество откровенной белиберды. Поначалу он думал, что это неокрепшая фантазия подрисовывает к обыденным вещам несусветные каракули. Однажды на пляже он заметил, как прямо из песка торчала голова лысого старика. Можно подумать, что несносные внуки затеяли проказничать и закопали деда. Но стоило на секунду отвернуться, как тот пропал. И ведь даже ямки не осталось! Маленький Костик подбегал к тому месту, где торчал старик, и лично проверял. Ничего не было.
В другой раз, пока ждал друга на детской площадке, видел женщину в белом платье. Она стояла босиком на снегу. В декабре. Мальчишка медленно пошел к ней, чтобы предложить зайти к его родителям или отдать хотя бы шарф, но странная особа растворилась белым маревом. Растаяла, словно снежинка на ладони. Тогда-то Костя и стал подозревать, что всему виной не фантазия. А вот кого он видел — долгое время оставалось загадкой.
Мама ушла из семьи, когда ему было пять лет. Встретила горячего испанца, собрала манатки и улетела. Правда, потом отец обмолвился, что она живет ни в какой не Испании, а в Сургуте. Но и так, и эдак связь с семьей держать не хотела. А строгому отцу, офицеру, идущему широкими шагами по карьерной лестнице, попробуй расскажи, что видишь призраков. Костя подозревал, что без суда и следствия окажется в комнате с мягкими стенами и крепко связанными за спиной руками. Пускать слюни на койке не хотелось, а потому он привык молчать о своих видениях. Даже друзьям не рассказывал.
Вскоре выучился на юридическом, закончил с отличием, поступил на службу. Начинал с участкового, но дальше продвигаться не стал. В ту роковую минуту, когда пьяные разборки и орущие соседи в конец опостылели молодому сотруднику, он... сбежал. Ничего не сказав отцу, быстро написал заявление на увольнение любимой шариковой ручкой и уехал из города. Три года он странствовал, зарабатывал деньги подработками, искал приключения на мягкое место, но все же вернулся обратно. В родной Барнаул.
Ситуация казалась до чертиков странной, ведь за все три года Костя не видел ни одного призрака. А тут — на те! И это в первый рабочий день! Парень и без того нервничал, а потому без устали теребил в кармане заветную ручку. От быстрых шагов на шапке трепыхались оленьи рожки, а прохожие, как и всегда, с недоумением косились на них.
Заскочив в маршрутку, Костя с облегчением выдохнул. Сидячих мест было еще много. Он устало бухнулся на одно из кресел и вытащил из кармана мелочь, заготовленную для оплаты проезда. Мимо проплыли недавно открытый после зимы парк аттракционов, старый дом культуры, который в кои-то веки начали ремонтировать, и памятник с настоящим самолетом. Монеты весело звенели в ладони, пока Костя пытался придумать достойную причину опоздания. А вдруг Вера Игнатьевна сжалится над нерадивым сотрудником и позволит ему остаться? Ну с кем не бывает! Форс-мажор во всей красе! Хотя, ей же не расскажешь истинную причину...
Сзади кто-то невежливо пихнул сиденье, отчего Костя невольно подался вперед. Дав задире шанс, он раздраженно выдохнул и раздул ноздри. Из магнитолы водителя заиграла задорная плясовая музыка, от которой становилось тошно. За окном простиралась серая весенняя тоска, а тут — веселье.
Пассажир снова грубо пихнул спинку сиденья. Да что б ему провалиться на месте! Костя повернулся и с недовольством уставился на грубого соседа. Как оказалось, позади сидел испуганный парень и грыз ногти. От его вида Костю передернуло. Никакой стресс не стоит того, чтоб облизывать грязные руки! Глаза ошарашенного пассажира бегали, словно он только что вынес из музея Мону Лизу, испытывая чувство вины. Правда, никакой, даже самой маленькой сумки, у нарушителя спокойствия с собой не было. Костя уже было подумал, что в этом и была причина, но тот вдруг снова задрал коленку и ударил ей спинку кресла.
— Ты чего буянишь? — не сдержался Костя и на всякий случай пригрозил кулаком.
— С ним все в порядке? — послышалось откуда-то с передних сидений. Наверняка внимательная старушка в платке тоже заметила, что с парнишкой что-то не так.
Нарушитель спокойствия ударил еще раз, даже не поднимая взгляда на Костю, который с плохо скрываемым гневом буравил его глазами. Оленьи рожки на шапке угрожающе качнулись. Парнишка, одетый в плохонькое пальто, испачканное землей, неоднозначно дернул головой. На его груди болталась ромашка, вставленная стебельком в карман. По виду Костя рассудил, что юноша падал в грязь. Не единожды.
— И не говорите, — поддержала разговор другая пассажирка, прижимая к себе пятилетнего сынишку. — С ним точно что-то не так.
В груди Кости екнуло, и он обернулся. Палец старушки в платке, как оказалось, показывал именно на него. Женщина с ребенком укоризненно качала головой, а на ближайшей остановке и вовсе спешно выскочила из маршрутки. Мимо пронесся мост, под которым тянулись рельсы и пролетали быстрые поезда. Костя моргнул. Нарушитель спокойствия в грязном пальто пропал, не оставив ни единого следа. Позади больше никто не сидел, и кроме матери с сыном никто не выходил.
— Чудеса... — рассеянно протянул Костя.
— Водитель! — скрипучим голосом выкрикнула старушка. — Не трогайтесь! Пусть этот наркоман тоже выходит на остановке! Ишь, сидит и сам с собой разговаривает! Да еще и угрожает кому-то! Безобразие!
— Да, пусть убирается, — поддержал ее угрюмый мужик в кожаной кепке, похожей на кастрюлю.
— Может, позвоним в полицию? Или в специальные службы? — Неуверенно отозвалась студентка в огромных очках и неловко поправила ноутбук на коленках. — Ему, наверное, очень плохо.
Лицо Кости густо покраснело. Это ж надо было опростоволоситься на глазах обычных людей! И почему его вдруг понесло болтать с призраком? Неужели не отличил от живого человека? Парень вдруг озадаченно моргнул и выскочил из маршрутки, высыпав мелочь водителю. Тому, казалось, было совершенно плевать, что не могло не радовать.
Шум города вовсю поглотил Костю с головой. В вышине клубились иссиня-серые тучи, грозя залить улицы и проспекты водой и наградить автомобилистов пробками. Только теперь парень понял, что забыл дома зонт, а потому понуро зашагал по тротуару и спрятал подбородок в вороте куртки.
— А ведь и правда не отличил, — виновато пробубнил Костя себе под нос. — Теперь призраки на вид ничем не выделяются. Если только дым с предплечий валить не начнет.
Парень внезапно затормозил, отчего позади гневно запричитала угрюмая женщина. Он вспомнил про девушку в ванной и с удивлением отметил, что призраки стали осязаемыми. Раньше Костя видел, как потусторонние сущности без проблем проходят сквозь стены с едва слышным замогильным воем. Теперь они царапали штукатурку, мяли железо кулаками и пинали кресла в маршрутке. Но разве призраки способны на эдакие чудачества? Парень задумчиво почесал подбородок, поразмыслив, что раньше подобного не случалось.
Справа, за шумной дорогой простирались ряды лавчонок Нового рынка. На перекрестке играл одноногий баянист, а прохожие изредка кидали в пластиковый стаканчик звонкие монеты и мелкие купюры. Тогда косматый старичок, сверкнув беззубым ртом, широко улыбался и начинал играть еще громче. Костя даже залюбовался быстрыми пальцами в обрезанных перчатках, которые ловко бегали по черно-белым кнопкам.
На площади Октября кипела жизнь. По разным полосам, словно горячая кровь в сосудах, бегали автомобили, сигналя друг другу. Мимо тяжело проползали усатые троллейбусы, задерживаясь на остановках. Нещадно чадили черным дымом старенькие автобусы, от одного вида которых Костю начинало укачивать. Со стороны Нового рынка с грохотом катились круглые, как буханки хлеба, трамваи и исчезали за поворотом. Парень с самого детства обожал их. Была в электротранспорте своя волшебная атмосфера, ради которой не грех весь день кататься по городу, вытрясая кошелек кондукторше. А уж если попадался троллейбус с гармошкой... Костя всегда, завидев его издалека, бежал на остановку. Только бы сесть рядышком с проемом и наблюдать, как смыкаются и размыкаются черные маслянистые меха. Оттого и на баяниста засмотрелся. Может, стоило отучиться на музыканта?
Минуты пролетали быстрее, чем обычно. Правда, постепенно Костя смирился с тем, что его уволят, а потому особо не спешил. Может, все-таки простят?.. Костя снова ускорился и спустился в подземный переход. Возле автомата со жвачками кучковались подростки, сутулый мужичок покупал часы в крохотной лавке, мимо прошел велосипедист, ведя рядышком навороченного железного коня. Даже под землей кипела жизнь.
Собираясь выходить по другую сторону дороги, Костя внезапно заметил мужчину, сидящего на корточках около сливной решетки. Тот резко обернулся и забавно пошевелил поистине великолепными усами. Низ темного дешевого пальто безобразно лежал в грязи, отчего хотелось подойти и придержать его, как подол длинного свадебного платья.
— Рогатый... — ошарашенно пролепетал мужик и выпучил глаза. — Черт рогатый! Нечисть окаянная!
Костя возмущенно сдвинул брови. Ведь косые взгляды он еще мог простить, но конкретные оскорбления — ни в жизнь! Не успел парень даже рта раскрыть, как странный усач подскочил и помчался по лестнице к выходу, сорвав шапку с оленьими рожками.
— Опять призрак, что ли?! — воскликнул Костя, рванув следом. — А ну стоять! Стоять, кому говорю!
Лицо и вьющиеся русые волосы обдало холодом. Без шапки было зябко, но это не мешало парню нестись следом за мужиком. Тот крепко сжимал краденую вещицу и, казалось, не собирался с ней расставаться. На ветру трепыхались полы его плотного пальто. Откуда-то пахнуло выпечкой. В животе Кости заурчало, и он постарался отбросить мысли о еде. Сначала шапка. Потом все остальное.
Неутомимый усач мчался по улице, совершенно не привлекая к себе внимание. А ведь это оживленный проспект Ленина! Ну точно призрак, подумал Костя. Неожиданно мужик затормозил и метнулся под высокую арку, скрываясь во дворе. Парень заскочил в сиюминутную темноту, пронесся мимо уродливых граффити и пошлых надписей и оказался возле низкой оградки. Две тетки красили ее кисточками в болотный цвет. Они одновременно обернулись и угрюмо уставились на запыхавшегося парня.
— Вы не видели?.. А, точно. Забудьте, — махнул он рукой и, мельком оглядевшись, помчался вдоль подъездных дверей. — Хорошего дня!
Поначалу усача видно не было. Спрятался, не иначе. Но потом, перепрыгнув через лужу и обрызгав брюки грязью, Костя замер недалеко от детской площадки. Сырой промозглый воздух был разорван противным скрежетом качели. Кач-кач, кач-кач. На сидушке, сделанной из толстой фанеры, разместился злосчастный вор. С понурым видом он теребил оленьи рожки, задрав рукава и обнажив бледные запястья, с которых струилась потусторонняя дымка. Костя подошел ближе, готовясь к реваншу, но усач не собирался сбегать.
— Попался, — выдохнул парень и поднял ладонь, изобразив пальцами пистолет. — Младший лейтенант, Лапкин Константин Сергеевич. Предъявите ваши документы. И шапку верните, уважаемый рецидивист.
— Я... не хотел, — пробубнил мужик и нервно пригладил пышные усы. — Я ведь думал, что вы, сударь — нечисть окаянная.
— Только потому, что рога увидал? Так это же шапка! Они ненастоящие!
— Прошу меня простить, не признал. — Мужик снова опустил голову и смущенно протянул вещицу, старательно пряча глаза. Костя выхватил из его бледных ладоней шапку и тут же нацепил, взметнув оленьи рожки.
— Да и как ты собирался с нечистью бороться?