О жизни всерьёз и с улыбкой. Пока липа цветёт

Я вскочила и заметалась по комнате. После умывания и то ли позднего завтрака, то ли раннего обеда, замерла перед распахнутым шкафом и осознала: мне нечего надеть. Нам с сестрой настолько надоели в детстве одинаковые наряды, что, повзрослев, выбрали каждая свой стиль. Алиска — «романтическая барышня», я — «свой парень». Соответственно платья-рюшечки против шортиков-джинсов. И когда доводилось шутки ради меняться местами, снабжали друг друга и шмотками. Хотя, где-то одно платье завалялось. Мама уговорила нас с Алиской на папин юбилей одеться одинаково, порадовать отца. Платье нашлось минут через десять, висело на вешалке в дальнем углу. У, моя прелесть, даже гладить не нужно, не зря столько стоило.

Определившись с одеждой, зашла в электронную библиотеку, глянуть, что там на третьем курсе филфака изучают. Так увлеклась, что чуть не опоздала. Пришлось вызывать такси. Перед выходом критически осмотрела себя в зеркале. Внешностью нас с Алиской природа и папа с мамой не обидели: средний рост, стройная фигурка, волнистые русые волосы. Лица слегка кукольные, благодаря чему выглядели мы не на свои двадцать пять, а как первокурсницы. Особенно в платьицах! Ничего, один день переживу. Главное не забыть: я сегодня — девочка-ромашка.

Расплатившись с таксистом и выйдя из машины, я замерла перед первым корпусом. Ну, здравствуй, родной Универ. Целых три года тебя не видела. С тех пор, как диплом получила, и не видела. Что же, знал меня студенткой, принимай теперь преподавателем, пусть и липовым. Вздох вырвался сам собой, как бы не хорохорилась, всё равно страшновато. А, была не была, это Алиска пусть переживает. Хотя, могу поспорить, близняшка, свалив на меня проблему, и думать о ней забыла.

Я вошла в здание, поздоровалась с охранником — новенький, при мне здесь не работал, — и легко поднялась на второй этаж. Нужная кафедра располагалась именно там. В конце коридора толпились студенты. Похоже, мои клиенты, вон как в учебники и тетради уткнулись, учат, что не доучили. Ну-ну, самое время.

К секретарю проскользнула никем не замеченной. Женщина средних лет в строгом костюме, мне обрадовалась и вышла из-за стола.

— Ой, Алиса Игоревна, вы сегодня даже не опоздали. Всё готово, билеты разложены. Вот возьмите ведомость и список вопросов. Пойдёмте, открою вам аудиторию.

— Давайте, я сама, — предложила, оценив замотанный вид секретаря.

— Нет-нет, Алиса Игоревна! Прошлый раз вы ключик заиграли, чуть пара не сорвалась.

Я пожала плечами, взяла ведомость и направилась за семенящей на высоченных шпильках женщиной. Не понимаю, зачем такое орудие пыток обувать. Или дресс-код тут такой? Алиска тоже каблуки уважает.

Студенты оживились, шумно со мной здороваясь и толпясь у двери. Отметила про себя — группа небольшая. Очень удивилась, обнаружив экзотику: двух парней. Это на традиционно чисто женском факультете. Да, что-то в Универе явно поменялось. Разглядеть никого не удалось. Толпа рванула внутрь, не обращая внимания на шиканье секретаря. Создалось впечатление, народ знает порядок, в каком лежат билеты. А ладно, не моя забота. С невозмутимым видом прошествовала к преподавательскому столу в центре и устроилась за ним. Секретарь, как-то странно на меня глянув, удалилась. Наверное, Алиска ведёт себя по-другому, ух, хоть бы ещё где не проколоться. Хорошо, что я в разведчики не пошла.

Студенты, взяв билеты, разбредались по аудитории. Я глянула в ведомость. Пятнадцать человек, нормально. Следом пробежалась по вопросам. Сплошная драматургия. Шиллер и Шекспир, Лопе де Вега и Бернард Шоу. Странно, мне казалось, должно быть: литература восемнадцатого века, литература девятнадцатого века, а тут все эпохи вперемешку. От размышлений оторвал шелест, кто-то ушлый листал под столом учебник.

Я отложила вопросы и, не спеша, оглядела своих подопечных. Умилилась. Уткнулись в свои листочки, старательно пишут. Вид невинный. Списывать? Да как вы могли такое подумать? Помочь что ли бедолагам? Я достала из сумочки смартфон, глянула на дисплей, поднялась. Сказав в пространство: «Староста, проследите за порядком, я на минуточку», должен же в каждой группе быть староста, — вышла за дверь. Краем уха успела услышать оживлённый шепот, шорох и шелест. Старайтесь, детки, старайтесь. Мне нужны хорошие ответы, ведь указать на ваши ошибки, я при всём желании не смогу.

Выждав около десяти минут, я вернулась, медленно-медленно открывая дверь. Молодцы, шпоры и учебники оперативно спрятали. Расположившись за столом, небрежно бросила в сумку смартфон и оглядела аудиторию. Пора разглядеть подопытных, особенно экзотику. Так, студентки обычные, к удивлению, все скромно одеты. Ни одна не рискнула нацепить рваные джинсы, например. Скучно. А вот парни зачётные. Один ну типичный ботан: очки а-ля Гарри Потер, костюм с галстуком — с галстуком, Карл! Отличник, точно. Второй... Да это же ожившая моя мечта, будь я не на месте Алиски, а он на пяток лет старше. Не смазливый красавчик, не брутальная груда мышц, а всего в меру: спортивности в теле, нарочитой небрежности в одежде, нахальства во взгляде. Во взгляде? А ведь кто-то к зачёту готовиться должен, а не препода глазами раздевать.

— Вы уже готовы отвечать? — задала ему вопрос. Почти моя мечта отрицательно помотал головой и уткнулся в листок. — А кто-нибудь готов?

Готовой оказалась девушка с видом серой мышки и с умным лицом. Отвечала она — заслушаешься. Я и заслушалась. Правда, на втором вопросе не удержалась и включилась в обсуждение пьес Мольера. Особенно «Скупого», которого недавно ставил наш драматический театр. Мы с мышкой, оказавшейся клёвой девчонкой, сошлись во мнении, что минимализм в искусстве годится не для любых спектаклей. Отсутствие декораций — строительные леса посреди сцены не в счёт — и костюмы-рубища из мешковины не сочетаются с Мольером. И даже хорошая игра актёров не спасёт. Нет погружения в эпоху. Мы бы ещё поговорили, но меня насторожила неуместная тишина. Вся группа внимательно нас слушала. Причём вид у студентов был слегка ошалевший. А «почти моя мечта» в открытую что-то искал в планшете. Неужели запись спектакля? Ладно, пусть ищет. Но мне не стоит отвлекаться, если я на каждого отвечающего буду столько времени тратить, мы до конца недели не закончим. Похвалив мышку, с удовольствием расписалась в её зачётке и пригласила следующего.

Типичный ботан оказался совсем не отличником. Я чуть не заснула, пока он выдавливал из себя крупицы знаний. Валить никого не собиралась, поэтому поставила зачёт и ему, но велела в следующий раз готовиться лучше. Как будто мне не всё равно, надо же, как в роль вошла. Главное вовремя выйти, а то буду друзьям и родным нотации читать, засмеют же. Алиске подобное прощают, но я-то ни разу не учитель.

Следующие несколько ответов выслушивала, одобрительно кивая. «Коварство и любовь», «Король Лир», мой любимый «Пигмалион», эх, обсудить бы. Но я стойко подавляла желание поговорить. Сорвалась на «Кукольном доме» Ибсена. Мне не понравился презрительный тон, с которым отвечающая студентка отозвалась о героине. Я даже речь в защиту произнесла. Суть речи состояла в том, что нельзя судить Нору с точки зрения современности, а нужно исходить из реалий того времени. И вновь была остановлена тишиной.

Я ужаснулась: мало того, оставшиеся полгруппы внимательно слушали, так и уже ответившие заглядывали из коридора в приоткрытую дверь. Неужели спалилась? Спокойно, вряд ли. Выгляжу я один в один Алиска, если что, спишут на странности сестры. Почти моя мечта переводил взгляд с меня на планшет и обратно. Как только не окосел, бедненький. Отвечать он явно не рвался. После речи в защиту Норы я вновь взяла себя в руки, и остаток зачёта принимала молча.

Почти моя мечта дождался, пока выйдет последняя студентка, и тоже направился к выходу. Я только открыла рот, поинтересоваться, куда это он, как студент выглянул в коридор, сказал: «Меня не ждите», прикрыл дверь и развернулся. Походкой ленивого кота он прошествовал к столу и сунул мне под нос зачётку со словами:

— Расписывайтесь.

— С фига ли? — Вопрос вырвался у меня прежде, чем я сообразила, что преподаватели так не разговаривают. Исправилась: — На каком основании, ведь я не слышала ещё ваш ответ.

Моя почти мечта улыбнулся.

— На том, что вы не Алиса Игоревна. — Он показал мне планшет с фоткой со странички Алиски. Мы вдвоём. И подпись близняшки: «Мы с Леськой. Я та, у которой родинка на шее справа». — У вас родинка слева.

— Не аргумент, — я ответила со смешком, хотя внутри всё звенело от напряжения. — Мы с сестрой специально всех запутываем, прогоняя дезу.

Шантажист доморощенный улыбнулся ещё шире, полистал планшет и показал ещё несколько фотографий. Я замерла, почувствовав, что куда-то испаряются все слова за исключением нецензурных. На такое способна только Алиска. Додуматься выставить свои фотки на фоне моря с восторженными надписями. Там же дата и время. Сегодняшняя дата.

Наверное, что-то в моём лице изменилось, потому что парень, имя я так и не посмотрела в ведомости, явно испугался. Куда только нахальство делось.

— Олеся, вы не переживайте, это закрытый альбом. А у Алисы Игоревны только я в друзьях, как староста группы. Никто больше фото не увидит, но пусть она лучше удалит. Олеся, не молчите. Хотите, отвечу вам на этот дурацкий билет? Я же просто пошутить хотел.

Я взяла зачётку, молча расписалась в ней и опустила на край стола. Дверь открылась, впуская секретаря.

— Вы ещё здесь, Алиса Игоревна, — сказала секретарь с явным облегчением. — А я уж думала, забыли ведомость отдать, как в прошлый раз. Позвольте напомнить: послезавтра в двенадцать вы принимаете зачёт по старославянскому языку. Когда освободитесь, обязательно зайдите, покажу вам билеты.

Секретарь вышла, а я вдруг поняла, почему такой популярностью пользуется жест «рука-лицо». Издав короткий стон, я уткнулась в ладонь. С той стороны стола послышался шорох. Моя бывшая мечта, оказывается, не ушёл и даже попытался привлечь внимание.

— Олеся, вам плохо?

Ну что ты, обалдеть, как хорошо! Это я подумала, вслух же изрекла:

— Изыди, сатано. Дай растечься мысью по древу.

Раздался короткий смешок и следом:

— А вы забавная.

Казалось безобидная фраза, но меня взбесила и вывела из ступора. Я вскочила, обогнула стол, схватив парня за грудки, хорошенько тряхнула и прошипела:

— Слушай сюда, пацанчик! Забавный клоун в цирке. Понял?

Он понял и решительно заткнул мне рот самым надёжным способом. Притянул к себе и поцеловал. Качественно так, крышесносно. Во всяком случае, когда в голове прояснело, я обнаружила себя сидящей на коленях своей мечты, пылко отвечающей на поцелуй и обвивающей крепкую шею обеими руками. И тут мысль о том, как конкретно я подставлю Алиску, если кто-нибудь зайдёт, активировала опцию «Разум». Я отскочила от Моей почти мечты как ошпаренная и опёрлась о стол, переводя дыхание. Парень, интересно, как его зовут, надо в ведомости потом посмотреть, тоже встал и двинулся ко мне. Остановила жестом, взяла его зачётку и вручила со словами:

— Сдал. Поцелуй зачётный. А теперь с вещами на выход.

Кивнула в сторону двери, подхватывая ведомость и сумочку.

— Олеся, мы ещё встретимся?

Интересный, конечно, вопрос.

— Однозначно. Зачёт послезавтра.

— Да я не о том.

А то я не поняла. Улыбнулась и ответила:

— Подумаю до послезавтра.

Моя почти сбывшаяся мечта просиял и скрылся за дверью. А я подалась к секретарю. Занесла ведомость. Просмотрела с умным видом билеты, одобрила, знать бы ещё, что одобряю, и только после этого покинула кафедру. Возвращаться сюда послезавтра или вообще когда-нибудь я не собиралась. И меня совершенно не волновало, что Алиска не успеет вернуться к следующему зачёту даже при огромном желании. Пусть выкручивается, как хочет. Пора взрослеть. И ей, и мне.

Я знала, как отрезать себе пути к отступлению, если сердце всё-таки дрогнет. Поэтому направилась в ближайшую парикмахерскую. Надеюсь, короткая стрижка и рыжий цвет мне пойдут. Спустя двадцать минут я вышла из парикмахерской в том же виде, что и вошла. Если бы мастер был свободен, клянусь, я бы осуществила задуманное. Но за время ожидания много чего вспомнилось. И как родители метались в поисках нужных связей, чтобы устроить Алиску в аспирантуру. Как радовались, когда получилось. Вспомнилось, как у мамы частенько прихватывает сердце. А ведь Алиска все свои неприятности всегда вываливает на неё в первую очередь. Близняшка, безголовая, безответственная, но всё-таки сестра. С меня не убудет, поиграю в преподавателя. Но это будет в последний раз. И я ведь так и не узнала имя своей мечты. Тоже повод.

Да уж, отпуск у меня получается во всех смыслах зачётный. За тобой должок, Алиска!