Все дороги ведут на Север...

Глава 14. Большие хлопоты…

Следующая неделя проходит, так же как и предыдущая. Сбор трав и кореньев, обработка, сушка. Огород, стирка, уборка, мытье посуды, готовка. А ещё пошив одежды для моего нового гардероба. Днем каллиграфия. Затем перепись рецептов лекарственных средств, накопленных годами практики опытных травниц, старушки Холлис и самой Агаты.

Но самое главное, мне удаётся осуществить свою задумку. А придумала я, изготовить обезболивающий пластырь с камфорным маслом. Нужно же его куда - то использовать. Охлаждающий пластырь с камфорным маслом, отличное обезболивающее средство, так же, как и маркетинговый ход, по крайней мере, так думаю я.

Утром я тщательно выстирала небольшой льняной лоскут, который купила на ярмарке. Вечером прогладила горячим утюгом, набитым угольками. Затем разрезаю ткань на квадраты разных размеров. Это мой будущий чудо - пластырь. Теперь мне предстоит заняться самим составом.

Добрая травница помогла мне усовершенствовать рецептуру обезболивающего состава для пластыря, который я собираюсь разработать и внедрить в продажу.

Именно для этого мне понадобился заранее собранный мак.

Следующим утром, я готовлю густой маковый настой, смешав его с камфорным маслом. Затем добавляю немного предварительно растопленного воска. Перемешиваю полученную смесь, наношу кисточкой на разрезанную ткань. Так получается обезболивающий пластырь. Теперь мне требуется пациент, чтобы опробовать препарат. И начать я решаю с матери Рамоса.

Вечером отношу один пластырь свекрови Селесты. Денег требовать не стала, сказав, что если средство поможет, то тогда и поговорим об оплате.

Агата готовит ужин, пока я старательно зарисовываю в тетрадь очередные лекарственные растения. После ужина мы пришиваем тесьму к корсажу моего нового платья.

На следующий день я решаю приготовить новую партию мыла и шампуня.

Марыся помогла мне правильно раскроить новое нижнее платье из белого льна. Я отблагодарила девушку, подарив большой горшочек шампуня и пару кусочков мыла, а еще облепиховый лосьон для лица. Девушка с радостью принимает дары. Заметно, что подарками дочка мельника не избалована. Хорошая девчонка, жаль только, что отец не замечает ее золотой характер. Я не могла удержаться, и дала Марысе обезболивающий пластырь для её мамы. Попросила, чтобы девушка следила за состоянием здоровья Маизы. Мне хочется понять, есть ли побочный эффект у моего продукта?

Вечером приходит Рамос. Выкладывает на стол пять медяков и требует три пластыря для своей матери. Агата разводит руками, сообщив, что товар не её. А я смеюсь над скаредностью гончара, указав, что малый пластырь стоит 4 медяка, а большой и вовсе 6 медяков. Если согласен - покупает, если нет - идет с миром домой. Рамос кричит, что я совсем потеряла совесть и решила нажиться на больных соседях. Но вот парадокс, на свой товар он цену не сбавляет.

Рано утром мы уходим в лес. На опушке, возле зарослей малины, меня поджидает знакомый белый волк. Вот уже в третий раз красавец приносит мне пушистые, мясные подарки. Меня ожидают две крупные тушки кроликов. Как бы я не любила животных, но от подарков отказаться никак не могу. Глупо разбрасываться мясом, которое мы с Агатой не можем себе позволить купить. Я благодарю своего зубастого дарителя и отправляюсь собирать малину. Волк нерешительно топчется со мной рядом, и через несколько минут удирает в чащу леса.

После обеда приходит Селеста, жена Рамоса. Женщина приносит несколько флаконов с сосновыми пробками, разного размера. Флаконы темно - коричневого цвета, крепкие, прямоугольной и овальной формы.

- Ради всех святых и троллей, Агата дайте этого пластыря, - с надрывом в голосе просит женщина, - Эта старая ведьма никому покоя не дает. Помог ей очень пластырь этот... Два дня топталась по дому, помогала по хозяйству. А потом опять слегла.

- Я предлагала вашему мужу купить его, но он отказался, - с усмешкой в голосе, говорю я, - Цена его не устроила. Видимо не так уж сильно и печется о здоровье матери!

- Девочка, сейчас не время разбрасываться деньгами. Знаю, прижимист муж мой, - скороговоркой отвечает женщина, - Но и ты пойми... У нас четверо детей. Мал, мала меньше. А я просто не успеваю всё по хозяйству делать. На мне и огород, и скотина, и дети, и готовка, и стирка. А еще я гончарным делом занимаюсь.

- Это ваша работа? - удивленно спрашиваю я, - Аккуратно сделано, а пробки кто делал? Выстругать мог только мужчина.

- Мы уже несколько лет так работаем. Я посуду леплю, разрисовываю. Муж в печи обжигает. Пробки строгает. Да вот продать весь товар не удаётся. Приходится менять, - продолжает увещевать женщина, - Когда на продукты, когда на шерстяные нитки.

- А коли деньги, появляются, ткань на одежду берём, масло да свечи, зерно и крупу покупаем на ярмарке. Свекровушка без пластыря или стонет, или от боли кричит. А с пластырем твоим, она ходить может и за детишками приглядит, а похлёбку сварит, и квашню на хлеб заведет, пока я работаю.

Мне жалко старушку, которая мучается от боли, да и жену Рамоса тоже жаль. Нелегкая жизнь у женщин в деревне. Ничего просто так не достается. Везде нужно гнуть спину. В поле, в лесу, в огороде, дома....

Флаконами сыт не будешь, но они всёравно нужны для шампуня, лосьона, настоек и микстур. Я начинаю торговаться с Селестой. Один флакон взамен на один средний пластырь. Два маленьких флакона с пробками взамен на один большой пластырь. На этом и сошлись. Я выбараю флаконы, соседка получает пластыри вместе с травяным сбором. Разошлись с миром, хотя я снова осталась без денег.

Вечером погода стала ухудшаться, подул сильный ветер. Начал накрапывать дождик. Агата говорит, что огород поливать не будем. Стирку тоже решено отложить на завтрашний день. Я занялась шитьём нижнего белья. Вчера травница помогла раскроить отрез мягкого белого льна, купленного в галантерейной лавке на пару коротеньких маек и несколько коротких панталончиков.

Через полчаса приходит наш сосед Гордей. Мужчина чернее тучи. Он долго шепчется о чём – то с Агатой, а затем уходит. Травница выглядит обеспокоенной и мрачной. Я спрашиваю, что же произошло у соседей?

- Утром мужики повезли ячмень из Заряницы к нашему мельнику в Карповку, - мрачно начинает рассказывать она, - На дороге наткнулись на обоз…. Разграбленный. Обоз с запада шёл. Везли ткани, специи и книги на продажу…

- На обоз напали? Кто? – понимая, что изменить уже ничего нельзя, но от этого людям не легче, - Пострадавших много?

Травница мрачнеет еще больше. Кажется, что ей очень трудно подобрать слова…

- Все пострадали. Выживших нет, - горечь, ядом разливается в её голосе, - Мужиков убили. Над двумя бабами поглумились и порубили. Девку и детей увели в лес! Один старик раненый рассказал, что Одичалые на них напали. Гордей с Рамосом старика ко мне везли, да не успели. Помер по дороге…

Тягостное молчание давит на нервы. Хочется плакать и кричать от неизвестности и несправедливости этой жизни. Немного помолчав, я спрашиваю:

- Что будет с девушкой и детьми, которых захватили? Их будут искать?

Агата с тоской смотрит на меня и качает головой.

- Лучше не думать об их судьбе. Рабский ошейник и ад их ждут. Тебе не надо знать, что с ними будет. Если повезет, то сами с обрыва спрыгнут или утопятся. А если нет….

Слёзы текут по лицу травницы. А мне становится жутко. Страх закрадывается в душу. Удушливый страх проникает под кожу, вызывая озноб. Но моя жалость к пленным ничего не изменит, ни их страшной судьбы, ни боли потери близких.

- Нужно ждать, когда пойдёт большой обоз в Корсунь. И чтобы охрана была, с оружием, - тихо говорит Агата, - Только в этом случае, я тебя в город смогу отправить. Буду бояться, постоянно думать, как бы чего плохого не случилось. А лучше всего ждать, когда драконы с севера погонят обозы с мехами. Лучше охранников не найти. Эти не бросят в беде…

Я и сама понимаю, что на дорогах опасно. Поездка по Восточному тракту может плачевно для меня закончиться. Ну уж нет! Я только начала новую жизнь! Эта жизнь и так не сахарная! Но заканчивать её в сточной канаве с перерезанным горлом я не собираюсь. Не дождутся! Ни Одичалые, ни драконы, ни полукровки.

Ночью мне снова снится тот кошмарный сон. С участием моего белого волка. Я снова в том жутком лесу. Измученная, голодная, уставшая. И я вижу зверя в обличии человека, накинувшегося на меня…. У него ярко – алые глаза… Одичалый. Именно он меня убьёт….

Глава 34. Император умер. Да здравствует Император!

г. Аркона. Столица Большой Гардарики.

Шамборгский замок, резиденция Воланда Бескрылого.

Наследник - Владос Справедливый, бастард Воланда Бескрылого.

Я смотрел на красивую молодую женщину, которая вошла в гостиную, и не понимал, чего ей в этой жизни не хватало?
У Ядвиги было всё. Или почти, что всё. Любящая мать, даже не смотря на то, что брак моего отца и мачехи был крайне неудачным. Не смотря ни на что, отец по-своему любил своих дочерей. Он редко показывал любовь и нежность, и уж точно не был верным мужем, но, тем не менее, любил свою семью.

Моя мама когда-то сказала, что Воланд Бескрылый любил всех, и никого кроме себя. Он никого не хотел огорчать, при этом бегал от одной женщины к другой, пока не потерял крылья.
Ядвига была молода, здорова, красива, умна и образована. У неё был добрый и заботливый муж, к тому же родовитый и богатый. Она родила прекрасную и здоровую дочь. Чего ей не хватало?
Неужели властолюбие, амбиции, высокомерие и гордыня стоят того, чтобы потерять всё что имеешь?
Принцесса Ядвига сделала величественный реверанс, как будто склоняла голову перед императором и обратилась ко мне словами:

- Дорогой брат...
Мне стало даже смешно. Ещё несколько лет назад, она не желала признавать меня братом и не назвала бы дорогим родственником. Типичное двуличие, каким обладала её мать и бабка, думается мне.

Я задал Ядвиге вопрос, чем обязан такой высокой чести принимать её в своём замке?
В свойственной ей высокомерной манере, сестрица напомнила мне о том, что это замок нашего отца. Она имеет полное право находиться здесь.
Любезно улыбнувшись, я проглатываю раздражение и мысленно готовлюсь отражать очередную ядовитую атаку. Сестрица напоминает о своей просьбе, в решении вопроса о её скорейшем разводе с Эриком Родригсом.
Настал тот час, когда я должен спросить за все её мерзкие дела и преступления.
- Дорогая сестра, напомните мне, почему сорвались дипломатические переговоры в Корсуни? - издевательским тоном спрашиваю я, - Последние дни я ломаю голову, что же пошло не так? Как такой блестящий дипломат как вы, не смог убедить бургомистра и Городской Совет принять условия драконов?
Ядвига изо всех сил старалась держать лицо, не показывая раздражения.
- Дорогой брат, боюсь ваше воспитание не позволяет вам понять некоторые аспекты общения дворян и аристократов, - громким тоном, стараясь сохранить хладнокровие, говорит моя сестра, - Также как и условий ведения дипломатических переговоров. Здесь требуется очень тонкое понимание основ этикета и правильный подбор людей для проведения миротворческих переговоров.
- Хотите сказать, что у вас не хватило ума и дипломатических способностей, чтобы убедить бургомистра провинциального городка в наших с вами мирных намерениях?

- Дорогой брат, боюсь вы не поняли. Дело вовсе не во мне, и не в моих дипломатических способностях, - продолжает вещать Ядвига, теперь уже развалившись в кресле, - Вы приставили своего представителя, выбрав человека низкого происхождения. У генерала Райтона не хватило ни воспитания, ни хороших манер, чтобы достойно представить вас, как наследника Большой Гардарики на дипломатических переговорах.
- Вы хотите сказать, что это Эдвард Райтон, виноват в том, что переговоры были сорваны? - удивляться коварству этой змеи, - Вы считаете, что генерал Райтон не достоин был представлять интересы наследника Империи? И тем не менее он достоин согревать вашу постель?
Ядвига шире распахивает глаза, стараясь предать своему лицу удивлённое выражение.
Она пытается лепетать о том, что это наглые оговоры, принцесса крови никогда бы не опустилась до прелюбодеяния, тем более до любовной связи с человеком низкого происхождения.
Через минуту графиня Родригс пыталась разыграть очередную роль невинно обвинённой несчастной женщины, которую стремится опорочить муж. Теперь камни полетели в огород Эрика Родригса.
Я устал слушать этот бред, и предъявил последнее письмо покойного Вария Линца. В донесении было подробно изложено, где и когда моя сестра и генерал Райтон встречались и уединялись во время путешествия в Корсунь.
Следующим действием, я зачитал показания, которые дала одна из фрейлин моей сестрицы, леди Ирен Форст.
Ядвига меняется в лице, понимая, что попала в ловушку.
Она пытается кричать, потом начинает выдавливать слёзы, жалуясь на безразличие и холодность мужа. А после сама обвиняет беднягу графа в супружеской измене.

Дескать, Эрик Родригс не пропускал ни одной юбки на своём пути. А подлая леди Ирэн являлась в прошлом любовницей графа.
Если честно, я уже устал от этой дурной трагикомедии, которую упорно продолжает разыгрывать Ядвига.

Я достаю из почтовой шкатулки, те два письма которые написал по приказу самой Ядвиги, её секретарь. Тот самый, на которого позже она сама и объявила охоту.

Я зачитал письма сестре, наблюдая за её реакцией. Стоит отдать должное, она умеет держать лицо, даже когда проигрывает.

Я ожидаю услышать поток оправданий и очередной лжи, или оговора на Эдварда или Эрика. Но она молчит. И её молчание буквально давит на уши и разум.

- Зачем ты использовала Эдварда, в своих грязных играх? - грозно спрашиваю я. Хотя уже догадываюсь, каким будет ответ, - Только не ври, что действительно любила его. Никогда в это не поверю.
Сестрица открыто смеётся и отвечает:
- Твой друг такой наивный дурачок, что соблазнить его было проще простого, - издевательским тоном произносит она, - Молодой, глупый увалень, без воспитания, быстро поверил в то, что я заинтересовалась им! Затащить его в постель было ещё легче!
- Зачем тебе это было нужно?
- Я думала, что смогу привлечь его на свою сторону! - не стесняясь, говорит она, - Думала, что смогу убедить его избавиться сначала от Эрика, а потом от тебя!

- Чего тебе не хватало? - хрипло спрашиваю я, - У тебя было всё...

- Всё? Всё? - рассмеявшись, спрашивает Ядвига. Её смех перешёл в истерический рёв.

- Благодаря тебе, у меня не было ничего! - перешла на крик она, - Моя мать рыдала от досады и сожаления, в тот день, когда я родилась! Потому как я была девочкой. В очередной раз она не смогла подарить мужу долгожданного сына!

- В том нет твоей вины, - начал было оправдываться я...

- Нет! Ты виноват! Ты бессовестный и мелкий ублюдок, как и твоя бродяжка, ткачиха мать, - орёт дурным голосом сестра, - Ты виноват в том, что моя мать не любила меня, а отец не замечал даже моего существования!

- Не смей оскорблять мою мать, - угрожающе спокойным тоном говорю я, - Ты не сообщишь мне ничего нового. Я всегда знал, что ты меня не выносишь. Зачем ты пытаешься подставить Эдварда? Что этот бедолага тебе сделал?

- Не выношу тебя? - сестрица вновь издевательски расхохоталась, - Да я ненавижу тебя больше, чем нашего отца, больше чем этого верного пса Эрика! Больше, чем кого бы то ни было в этом мире!

- Что я тебе сделал? - тихо спрашиваю я. Стараюсь сам успокоиться, - Я никогда не стремился перейти тебе дорогу.

- А я ненавидела тебя! И сейчас ненавижу! - гневно вещает она, - Даже больше чем моя мать, и бабка Жаклин. Она ведь пыталась несколько раз отравить тебя. Но не вышло. Этот святоша, твой наставник Гарт Краймс мешал. А в последний раз, бабка использовала меня, когда велела подлить яд в десерт, который ты ел на празднике, посвящённый рождению драконицы нашей сестры Гертруды!

Красивая маска спала с её лица, обнажив ужасное, гнилое нутро.

После её последних слов мне стало плохо.

Мысленно я переношусь на одиннадцать лет назад....

Мы находимся в этом самом замке. Сегодняшним вечером здесь отмечается праздник. Становление на крыло драконицы моей сестры Гертруды.

И действительно на празднике я хотел съесть бланманже, которое обожал с детства. Но едва я поднёс десертную ложку ко рту, как рядом со мной оказалось Гертруда, и перехватила вазочку с десертом у меня из рук.

Гертруда с детства была страшной сладкоежкой, и так же как и я любит бланманже.

Выходит, что Гертруда съев мой десерт, приняла яд, который предназначался мне. Через час все присутствующие на празднике выйдут на террасу, а отец велит средней дочери продемонстрировать всем гостям свою драконицу.

Гертруда пройдёт оборот и сумеет взлететь. Однако через несколько минут её драконица не совладает с воздушными потоками и упадёт вниз.

Наша сестра упадёт прямо на скалы и разобьётся. Отец и мачеха, а с ними ещё несколько придворных поспешат вниз. Но когда они доберутся до Гертруды, то услышат лишь её последние предсмертные хрипы.

Никто тогда так и не смог понять, почему моя сестра упала и разбилась?

Ядвига пыталась отравить меня, а в итоге отравила свою родную сестру Гертруду....

- Это не ты.... Это происки твоей проклятой бабки ведьмы Жаклин Готсбей, - неуверенно говорю я.

Я смотрю в её лицо и пытаюсь найти на нём следы хоть какого-то сожаления. Пытаюсь оправдать её страшный поступок.

В конце концов, Ядвига была ребёнком. Она всего на четыре года старше, чем я. Она не могла желать смерти своей родной сестре. Это был несчастный случай. Роковая случайность. Это вина чёрной ведьмы Жаклин Готсбей, которая ненавидела всех вокруг и отравила разум своей младшей внучки.

Ну да, конечно, это случайность, - говорит ехидно мой внутренний дракон. Случайность, которая стоила жизни нашей сестре.

- Твоя мать знала об этом? - тихо спрашиваю я.

Теперь до меня начинает доходить, отчего же моя мачеха покончила с собой. Глядя на потухшее лицо Ядвиги, я понимаю, что прав.

Изабель Флеми узнала, что её мать пыталась отравить пасынка, то есть меня, руками своей младшей внучки. А в результате отравили её среднюю дочь, только что пережившую оборот.

Ядвига убийца. Она убила не только Гертруду. Она отдавала приказы убивать других. Вария Линца. Эту девчонку Элен, адептку Академии в Корсуни. Она отдала приказ убить своего секретаря. Я почти уверен, что она пыталась убить Эдварда, когда поняла, что тот не станет интриговать против меня.

Она пыталась избавиться руками Эдварда от своего мужа.

- Почему ты пыталась избавиться от Эрика? - глухо спрашиваю я, - Он твой муж, всегда хорошо и заботливо относился к тебе. Он отец твоей дочери.

Ядвига смерив меня брезгливым взглядом, только усмехается.

- Муж, которого я не выбирала! Отец даже не позволил мне дождаться своего Истинного! - громко чеканит она жестокую правду, - Неужели ты думаешь, что я урождённая принцесса крови достойна стать простой графиней малюсенького графства на задворках Империи? Ты думаешь, я об этом мечтала?

- Так и не выходила бы замуж, если не хотела!

Сестрица вновь издевательски смеется, а затем напоминает мне о том, каким твердолобым и безкомпромисным был наш отец.

Когда-то старый граф Стефан Родригс спас ему жизнь, помог пережить тяжёлое ранение. Наш отец после нападения Одичалого, лишился крыльев, и если бы не помощь сильной магички, покойной жены графа, принц Воланд, ставший Бескрылым, умер.

Через несколько лет после этого, отец решит, в качестве благодарности роду Родригс, оказать честь и организовать свадьбу его младшей дочери, принцессы Ядвиги и сына достойного графского рода Эрика.

Да, отец заставил сестру выйти замуж за нелюбимого. Однако после его смерти, она вполне могла развестись с Эриком Родригсом. Но Ядвига этого не сделала. А через два года родила Адель.

- Почему не развелась с Эриком раньше? - грубо спрашиваю я, - Он ведь тоже не стал интриговать против меня! Ты же наверняка пыталась подбить его на измену? Не получилось? Поэтому ты решила опоить его, с помощью мейстера Яроша? Чтобы муж набросился на тебя и отколотил? Тогда у тебя появился бы повод для развода, или, чтобы попросить у меня принести его голову в качестве компенсации?

Сестрица вновь закатила глаза, давая понять, что считает меня полнейшим дураком и ядовито ответила:

- Если бы я первой попросила развод, то не смогла бы потребовать вернуть моё приданое, которое разбазарил во время войны этот добрый дурак Эрик. Не смогла бы потребовать половину земли и капиталов графов Родригс, - вещает сестра, понимая, что терять ей уже нечего.

- Я не смогла родить наследника, как и моя мать, - ядовито продолжает сестра, - Очевидно Богиня- мать наказала меня за сестру. И меня ждало проклятие матери и бабки Жаклин.

- Это не Богиня-мать тебя наказала, - заорал я, взбешённый тем, что она так легко открещивается от малышки Адель.

Боги, неужели она совсем не любит своего ребёнка? Кто она? Я несколько лет жил и воспитывался рядом с этой женщиной. Я видел все её недостатки. Знал, что она вздорная, упрямая, высокомерная и хитрая змея. Но, я даже представить не мог, что она настолько порочна, коварна и жестока.