Приключения Гортензии и её друзей, или Когда мир переворачивается с ног на голову

«И можешь поверить, что рыжий кот приходит в твою жизнь, не случайно».

– Шерлок! Шерлок! Я дома!

В дом, словно вихрь, влетела девушка. Красные туфельки, сброшенные с ног, глухо шлепнулись на паркет. Она устало опустилась на диван, укрытый уютным вязаным пледом. Гортензия окинула взглядом комнату, выискивая рыжего проказника. Заглянула под стол, под диван – Шерлока нигде не было. – Шерлок! Шерлок! Где же ты, озорник? Я принесла твои любимые лакомства! В ответ сверху донеслось тихое, жалобное мяуканье.

Девушка подняла голову и увидела его. На самом верху шкафа, съежившись, сидел Шерлок. Огромный рыжий кот, прижав уши, смотрел на свою спасительницу глазами, полными мольбы.

– Шерлок, хулиган, как ты только туда забрался? Слезай скорее! Давай, давай, не бойся, ты же уже большой мальчик. Хочешь вкусняшку? Слезай.

– Конечно, легко сказать: «слезай»! – прошептал про себя Шерлок. – Я с испугу даже не видел, куда бегу, летел как угорелый от этого чудовища. Хозяйка, спаси! Мяяяяяяуууу! – мяукал Шерлок, точнее, не мяукал, а орал во всю глотку кот.

Гортензия взяла табуретку, придвинула её к шкафу, встала на неё и, потянув руки к коту, схватила его двумя руками, но, не удержавшись на табуретке, они оба рухнули на диван.

– С мягким приземлением нас, – сказала она и, обняв кота, поцеловала его в нос.

Пожалуй, стоит начать с того, как Шерлок вошёл в её жизнь. Впрочем, начнём с самой виновницы наших грядущих приключений. Гортензия – юная особа, едва перешагнувшая порог двадцатилетия. Хрупкая, словно тростинка, с копной рыжих волос, вспыхивающих на солнце, и глазами цвета летнего неба – истинная колдунья! И да, она и впрямь была таковой, только не из тех, что пугают детей огромными бородавками и крючковатыми носами.

Она скорее походила на добрую фею, сотканную из солнечного света и лунных лучей. Но, как шептались её коллеги, у Гортензии была одна странность: «ходячее несчастье». То – как снег на голову – явится на работу, промокшая до нитки, будто небеса разверзлись аккурат над её макушкой. То, позабыв обо всем на свете, засидится среди книжных полок до поздней ночи, и когда звон колокольчика возвестит об открытии, вместо того чтобы встречать покупателей, она спешит домой, уносясь в мир грез. А чего стоило её рассеянное очарование, когда она, погруженная в чтение, могла запросто упрятать чайник в холодильник, терпеливо ожидая кипения. Гортензия обожала свою работу в книжном магазине, куда устроилась полгода назад, сбежав из родной глуши, в этот тихий провинциальный городок. Она поселилась в небольшом, но уютном домике, стараясь ничем не выдавать свою необычную натуру и затеряться в толпе обычных людей. И вот, однажды вечером, проводив последнего посетителя и заперев двери книжной лавки, Гортензия возвращалась домой. Проходя мимо продуктового магазина, она услышала жалобное «мяу». Остановившись, она прислушалась, огляделась, и тут из-за угла донеслось яростное шипение. Сердце подсказало: нужно бежать туда! Завернув за угол, она увидела жалкую картину: рыжий кот, дрожащий от страха, прижимался к стене, вцепившись зубами в сосиску, должно быть украденную или подаренную из жалости сердобольным покупателем. А вокруг него, словно злые тени, надвигались три огромные крысы. Таких чудовищ Гортензия видела лишь на страницах книг. Ей и представить было сложно, что эти мерзкие твари могут быть такими огромными! Крысы медленно, но верно подступали к коту, жадно облизываясь, почуяв лакомый кусок. Кот, всё ещё сжимавший сосиску в зубах, казался не верившим своему счастью. Гортензия, не раздумывая, схватила валявшуюся у дерева ветку и, замахнувшись на крыс, крикнула: «Брысь, поганые грызуны! Убирайтесь прочь!» Крысы, испуганно взвизгнув, бросились врассыпную, и лишь кот остался сидеть, прижавшись к стене, глазами полными благодарности и усталости. У него не было сил даже на слабое «мяу». Девушка осторожно подошла, присела рядом, нежно погладила его грязную рыжую шерстку и бережно взяла на руки.

– Ну что, пойдем домой? Туда, где тепло и тебя будут любить. Кот, всё ещё сжимавший сосиску в зубах, казался не верившим своему счастью.

Открыв дверь, Гортензия вошла в дом, нежно прижимая кота к себе.

– Ну вот, дружок, теперь это и твой дом тоже. Добро пожаловать.

Девушка опустила кота на пол, но он не спешил исследовать новое жилище. Прижав уши и опустив голову, он жадно втягивал носом воздух.

– Что-то в этом доме не так, – думал кот. – Чем-то странно пахнет, не пойму чем.

– И как же мне тебя назвать? – проговорила Гортензия, глядя в янтарные глаза кота. – Шерлок? В честь героя детективных романов? Я обожаю разгадывать тайны… Может, будем разгадывать их вместе? Что скажешь, Шерлок?

В ответ она услышала лишь довольное мурлыканье, но в нем ей почудилось: «Шерлок… Да, мне нравится это имя».

– Итак, мой дорогой Шерлок, первым делом – ванна и ужин. Неси свою сосиску, я положу ее на блюдце, и после купания она станет твоим заслуженным трофеем. Гортензия бережно взяла сосиску из кошачьих лап и понесла на кухню, чувствуя, как новоиспеченный Шерлок преданно следует за ней по пятам. Если честно, кот был настолько измотан скитаниями, что у него просто не осталось сил на сопротивление. Да и хозяйка пришлась ему по душе: милая, с добрыми глазами и рыжими волосами, словно отблеск его собственной шерсти. «Может, в прошлой жизни она сама была кошкой?» – мелькнула у него мысль. – «Ладно, переживу это унижение и смиренно вымоюсь».

Гортензия наполнила ванну теплой водой, добавила немного шампуня, и комнату наполнил нежный аромат лаванды. Шерлок стоял в воде, ощущая приятное тепло, и думал о том, как же хорошо снова быть дома.

– Ты и правда роскошный кот, Шерлок, – проговорила Гортензия, любуясь его грацией. – И, похоже, знатных кровей. И как же ты оказался один на улице?

Водные процедуры закончились, Гортензия завернула Шерлока в полотенце и понесла в гостиную. Положив кота на кресло перед камином, девушка ушла на кухню готовить ужин себе и Шерлоку. Тем временем Шерлок лежал в теплом кресле, смотрел на огонь в камине и довольно мурлыкал. И вдруг, откуда ни возьмись, он повернул голову и увидел, что на него смотрят глаза. Шерлок онемел, остолбенел от страха. Он никогда не видел ничего подобного. Незнакомец смотрел на кота своими огромными глазами, прищурился немного внаглую, пялился на него. Волосы у него стояли в разные стороны, все лицо покрывали веснушки. Тут незнакомец улыбнулся и сказал тихо: – Бу. Тут кот не выдержал и, заорав «МЯУ!!!», подскочив в кресле как ракета, полетел на кухню, чуть не сбив Гортензию.

– Шерлок, что случилось? Что с тобой? Ты весь трясешься, и шерсть дыбом стоит.

Кот схватил за штанину Гортензию и потащил, как мог это сделать кот, в гостиную.

– Ну и что, Шерлок? Что ты здесь испугался?

Гортензия оглядела комнату, но ничего такого, что могло напугать кота, не нашла.

– Нет никого, – сказала она и, погладив кота, поставила перед ним тарелку с сосисками и паштетом. – Ешь, Шерлок, а то тебе с голоду мерещится непонятно что, да и мне поужинать не мешало бы.

Гортензия села на диван, включила телевизор и с наслаждением принялась ужинать, смотря свой любимый детектив, про Шерлока Холмса.

– Пора спать, Шерлок, завтра рано вставать и идти на работу, – сказала Гортензия коту. – Давай уберем посуду и будем ложиться.

Шерлок вылизал всю тарелку и носом стал подталкивать ее вперед, в сторону кухни. Гортензия, увидев эту картину, рассмеялась и, сказав, какой он молодец, пошла на кухню, мыть посуду. И вот, наконец, добравшись до спальни, Гортензия без сил рухнула на кровать, кутаясь в мягкое, как облако, одеяло, и тут же провалилась в сон. Шерлок, грациозно взмахнув хвостом, одним прыжком оказался на кровати. Свернувшись пушистым калачиком у ее бока, он тоже задремал, блаженно ощущая тепло. Но даже сквозь дрему его не покидали смутные образы того странного существа, мелькнувшего в гостиной. "Неужели это просто голодный мираж?" – мелькнула мысль. "Ладно, утро вечера мудренее, а сейчас – в царство Морфея".

Глава 2

Гортензия проснулась от звука будильника. На часах было 7:00 – надо вставать. Рядом лежал Шерлок, такой смешной: развалился на спине и раскинул все лапы в разные стороны, как звезда. Девушка не стала его трогать, тихо встала с кровати и пошла умываться. Лучи солнца, ещё немного гревшие осеннюю погоду, падали на его мордочку. Кот проснулся от яркого солнечного света, пробивающегося сквозь щель неплотно задернутой шторы. Гортензии рядом не было. Кот потянулся, зевнул и спрыгнул с кровати. Девушка зашла на кухню, хотела поставить чайник на плиту, но, подумав, улыбнулась и мысленно про себя проговорила: «Хочу горячий чай и яичницу с колбасой». И тут вдруг, как по волшебству, чайник сам встал на плиту, включился и начал закипать; сковородка сама снялась с крючка на стене и перенеслась на плиту; холодильник открылся, и из него по воздуху полетели яйца и колбаса, и кухня сама заработала, готовя завтрак своей хозяйке. Шерлок, ещё не до конца проснувшийся, прибежал на кухню и ошарашенными глазами смотрел, как летает чайник и как по кухне перемещается сковородка; открыв рот, не мог даже мяукнуть, так и стоял с открытым ртом. Гортензия только посмеялась.

– Здорово, правда, Шерлок? – и аккуратно закрыла коту рот. – Только об этом никому ни слова. Ни одна душа не должна знать, что я так умею делать. – Давай посмотрим, что тебе на завтрак, дорогой Шерлок, – и мысленно приказала: «Завтрак для Шерлока». Холодильник открылся, и из него по воздуху проскользнула баночка рыбки в соусе. Тарелочка переместилась на пол, и сочная, вкусная рыбка легла на тарелку. Шерлок всё это наблюдал, не веря своим глазам.

– Бон аппетит, Шерлок, – сказала, улыбнувшись, Гортензия и села за стол. – Вот это мне повезло, – подумал Шерлок и принялся, мурлыча, есть свой завтрак.

Гортензия ушла на работу, закрыв за собой дверь. Шерлок сидел на подоконнике, провожая её взглядом и размышлял: «Странный дом, странная девушка, его приютившая, и странное существо, которое есть в этом доме. Очень интересно и странно…» И тут он почувствовал, что к нему кто-то прикасается. Шерлок обернулся и увидел это существо.

– Ку-ку, – сказало существо.

У кота шерсть встала дыбом; он подпрыгнул вверх, всеми лапами гребя в воздухе, упал на пол и стремглав бросился под диван. Он сидел там, притаившись, не понимая, что происходит. В комнате стояла тишина; Шерлок, немного успокоившись, стал потихоньку вылезать из своего укрытия, сел, умылся и услышал за спиной: «Привет». Кот обернулся и увидел глазастое существо.

– Ты-ты-ты кто? – заикаясь спросил Шерлок.

– Я? Домовой, Фединий Фединьевич, можно просто Федька. Что, никогда не видел домовых? Чего так шарахался от меня? Боишься? – улыбнулся всеми зубами домовой.

– Кто?! Я боюсь?! – возмутился Шерлок. – Ну да, немного испугался: с такими глазами и волосами – ни здрасти тебе, ни до свидания сначала, а сразу пугать.

Надо сказать, домовой оказался совсем не таким уж и страшным, каким его представляли. И не маленький, и не большой, а какой-то… уютный. Круглые, распахнутые глаза смотрели с детским любопытством, лицо густо усыпано рыжими веснушками, а оттопыренные уши придавали ему вид добродушного проказника. На голове красовалась соломенная шляпа, лихо сдвинутая набок. Облачен он был в красный кафтан с поблескивающими позолоченными пуговицами, темные штаны и, вот сюрприз, на ногах красовались видавшие виды кеды. Кот, разумеется, не знал, какая обувь полагается домовым по штату, но окинул кеды Федьки многозначительным взглядом. Федька усмехнулся и, словно прочитав мысли кота, произнес: – Думал, мы тут все в лаптях ходим? В городе в них неудобно, а кеды – другое дело! Практично! – Он немного помолчал, словно рассматривая свое отражение в зрачках кота. – А что с глазами не так? Глаза красивые, большие… Я, между прочим, довольно привлекательный домовой, меня все наши любят. А волосы… Да гребень куда-то запропастился. Голыми руками причесываться вроде как и не с руки. Да и для кого? Хозяйка твоя меня все равно не видит, хоть и колдунья. Я за ней приглядываю, чтобы чего худого не случилось. Берегу её.

– А что с ней может случиться эдакого? И зачем ты за ней приглядываешь, и кто эти наши, которые тебя любят? – спросил Шерлок.

– Ой-ой-ой, рыжий, не спеши, сколько сразу вопросов? Прям засыпал меня, как конфетами на Новый год. У меня даже голова заболела. Давай лучше сначала поедим, а потом я отвечу на твои вопросы. Я такой голодный, пока следил за тобой со вчерашнего вечера, маковой росинки в рот не брал. Пошли посмотрим, что у хозяйки в холодильнике есть.

– А ты что, ешь человечью еду? – спросил Шерлок у Федьки.

– А ты думал, я пылью питаюсь? – обиженно спросил Федька, топая на кухню.

– Не обижайся, пожалуйста, на меня. Я просто никогда не встречал домовых.

– Ты с какой планеты свалился? Домовые в каждом доме живут. Без домовых людям туго было бы, – сказал домовой и посмотрел на Шерлока. – Тебя-то как зовут? Кажется, хозяйка называла тебя «рыжий», Шерлок?

– Да, меня зовут Шерлок, и мне очень нравится моё новое имя. Я не свалился ни с какой планеты. Я сбежал из питомника элитных котов и кошек. И там никаких домовых не было.

– Элитных, говоришь? По тебе не скажешь… Чего сбежал? Не кормили? Или обижали? – спросил Федька.

– Кормили меня и не обижали, в тепле жил. Даже потолстеть успел. Я вдруг понял, что мне нужны новые ощущения, что жизнь моя скучна. И я сбежал: сначала было всё хорошо, конец лета – было тепло, солнышко грело, бабочки летали. Люди меня подкармливали. Почувствовал себя свободным, но потом началась осень, стало холодать, дожди пошли, и я понял, что я переоценил свободу. Потом на меня крысы напали и хотели отобрать сосиску, но Гортензия меня спасла и принесла домой.

– Крысы?! Отобрать сосиску хотели?! Вот умора! – хохотал домовой, чуть ли не валяясь на полу от смеха. – Ну ты даёшь, Шерлок. – Ладно, давай обедать, есть ужасно хочется.

Домовой засунул морду в холодильник и разглядывал полки. – Таааак! Ага! Ага! Воооот!

– Ну, давай уже быстрее, Федька! Что ты там копошишься так долго? – сказал Шерлок, пытаясь протиснуться между дверцей холодильника и Федькой.

– Готово! Садись за стол, будем обедать, – сказал Федька, доставая блины, молоко и сметану.

– Как за стол? Ты что, Гортензия будет ругаться! – сказал кот.

– А ты что, думал, что домовые на полу едят? Нет! Не будет этого никогда! – начал возмущаться домовой. – Так что садись за стол и давай обедать. Тем более Гортензии сейчас нет дома, – добавил он, жуя блин, – она очень добрая.

Не успели они доесть, как Федька соскочил со стула и побежал на чердак. Шерлок, не понимая, что происходит, побежал за ним следом.

– Федька, ты куда несёшься? – крикнул ему кот, но ответа не услышал. Домовой уже ворвался на чердак, распахнув дверь с такой силой, что удар эхом прокатился по лестнице. Шерлок, не ожидавший такого натиска, врезался в Федьку, и оба замерли, пораженные увиденным. В дальнем углу, словно из самой преисподней, копошилось темное, неопределимое существо, рывшееся в старом сундуке. Чердак напоминал поле битвы: перевернутые корзины, разорванные чемоданы, ящики из старого комода, утварь – всё валялось в хаотичном беспорядке.

– Кто это? – прошептал Шерлок, стараясь не нарушить гнетущую тишину. Но домовой его не услышал. Федька стоял, словно парализованный страхом, взгляд его затуманился пеленой ужаса. "Неужели нас обнаружили? Как такое возможно? Я же замел все следы, сделал всё, чтобы нас не нашли!" Отчаяние сжимало сердце. "Неужели что-то случилось с Герой? Неужели врата открылись снова? Нет, она не могла меня предать… Мы выросли вместе, были неразлучны…" Гера, его верный ризеншнауцер, черная, большая, мохнатая собака, была его единственным другом в том мире, который он считал своим домом. "Нет, с ней что-то случилось, это точно… нужно взять себя в руки," – лихорадочно думал домовой. "Я не боюсь… я никого не боюсь…" Он облегченно вздохнул. "Хорошо еще, что Гортензии нет дома."

И тут это нечто обернулось, и взору кота и домового предстала пугающая картина. Существо медленно поднялось в воздух и, словно тень, поплыло в их сторону. Шерлок завороженно смотрел в его глаза – огромные, как чёрные блюдца, бездонные омуты, в которых отражался сам мрак. Взгляд кота словно приковало к ним невидимой цепью, лишая воли.

– Бежим! – истошно прокричал Федька и, подхватив оцепеневшего Шерлока за шкирку, бросился вниз по лестнице, уносясь прочь от нависшей угрозы.

Вслед за ними раздался пронзительный, леденящий душу вопль, и существо ринулось в погоню. Вихрем пронеслись они через кухню к спасительной гостиной и юркнули под стол, накрытый длинной до пола скатертью. Забившись в темный угол, они затаили дыхание, скованные ужасом.

– Давно я так не бегал, – сказал кот.

– Тише, – шикнул на него домовой.

– Кто это, Федька? – спросил Шерлок.

– Это Чёрный призрак, – прошептал домовой, – я тебе потом расскажу, если выберемся отсюда… живыми…

– Как это, если?! – вскрикнул Шерлок.

Внезапно скатерть взметнулась, обнажив жуткий лик Чёрного призрака. Леденящий душу вопль сорвался с уст друзей. Шерлок, взвизгнув от испуга, подпрыгнул и ударился головой о стол. Живой, но с шишкой на голове, кот вместе с перепуганным домовым бросился наутёк в спальню. Чёрный призрак, словно тень кошмара, неотступно преследовал их, силясь схватить костлявой хваткой. Друзья, лавируя между мебелью, отчаянно уклонялись от его мёртвой хватки.

– Шерлок! – крикнул домовой коту, – беги в гостиную и отвлеки его, надо с этой нечистью разобраться, наконец.

– Как его отвлечь?! – на бегу крикнул кот. – Что мне делать?!

– Пой ему! Черные призраки не переносят кошачьего пения, – крикнул Федька и спрятался в угол.

– Эй ты, страшилище глазастое, лети ко мне. Кис-кис-кис, – позвал Шерлок Чёрного призрака и побежал в гостиную.

Чёрный призрак, опешив от такой наглости, ринулся в погоню за котом. Шерсть полосатого разбойника встала дыбом, дыхание сбилось в прерывистый хрип – что делать дальше? Отчаянный прыжок – и вот он уже на столе, в брызгах воды и лепестках, среди осколков разбитой вазы. Ещё один рывок, едва не сорвался, – и кот юркнул на шкаф. Чёрный призрак, застыв в воздухе, хищно ухмыльнулся. Медленно, словно играя, он поплыл к своему перепуганному трофею, костлявые пальцы тянулись к дрожащей шкурке. Поняв, что отступать некуда, Шерлок издал душераздирающий вопль, кошачий плач отчаяния, резанувший тишину. Призрак, зажимая уши, содрогнулся от этого невыносимого звука и медленно опустился на пол. В этот миг, словно из ниоткуда, возник домовой.

– Тук-тук-тук, – прошёлестел Федька, и призрак, словно почуяв недоброе, медленно обернулся, окутанный леденящим душу предчувствием. – Ку-ку, – проворковал домовой, и в голосе его зазвучали озорные искорки. Он вырвал у себя с головы три волоска, словно три золотые нити, бережно положил их на ладонь и сдунул в лицо Чёрному призраку, словно отправляя в полёт крошечных светлячков. Призрак вскинул руки, пытаясь защититься, но было слишком поздно. Золотой свет, сотканный из магии домового, хлынул на него, словно поток лавы, поглощая тьму без остатка. Чудовищная фигура задрожала, заискрилась и рассыпалась пеплом, оставив на полу лишь мерзкое грязное пятно – уродливое напоминание о своем недавнем существовании.

– Вот это да! – прокричал кот со шкафа. – Федька, как ты это сделал?! – Это волшебное оружие домового от всякой нечисти. Волосы – главное наше оружие, – сказал Федька. И тут они услышали, как поворачивается ключ в дверном замке, и дверь открылась.

– Это хозяйка, – прошептал Шерлок, оборачиваясь к домового, но в комнате никого не было.

– Шерлок! Шерлок! Я дома!

В дом, словно вихрь, влетела девушка. Красные туфельки, сброшенные с ног, глухо шлепнулись на паркет. Она устало опустилась на диван, укрытый уютным вязаным пледом. Гортензия окинула взглядом комнату, выискивая рыжего проказника. Заглянула под стол, под диван – Шерлока нигде не было.

– Шерлок! Шерлок! Где же ты, озорник? Я принесла твои любимые лакомства! В ответ сверху донеслось тихое, жалобное мяуканье.

Девушка подняла голову и увидела его. На самом верху шкафа, съёжившись, сидел Шерлок. Огромный рыжий кот, прижав уши, смотрел на свою спасительницу глазами, полными мольбы.

– Шерлок, хулиган, как ты только туда забрался? Слезай скорее! Давай, давай, не бойся, ты же уже большой мальчик. Хочешь вкусняшку? Слезай.

– Конечно, легко сказать: слезай; я с испугу даже не видел, куда бегу; летел как угорелый от этого чудовища, – думал про себя Шерлок.

– Хозяйка, спасай! Мяяяяяяууу! – мяукал Шерлок, точнее, не мяукал, а орал во всю глотку кот.

Гортензия взяла табуретку, придвинула ее к шкафу, встала на нее и, потянув руки к коту, схватила его двумя руками; но, не удержавшись на табуретке, они оба рухнули на диван.

– С мягким приземлением нас, – сказала она и, обняв кота, поцеловала его в нос. – Ну и бардак у нас! Шерлок, ты, наверное, хорошо повеселился, пока меня не было дома. Ну, теперь давай убирать все на места и ужинать. А после ужина я расскажу тебе удивительную историю, которая произошла со мной сегодня.

Прибравшись, наконец, в доме, Шерлок, вознагражденный заслуженной порцией ужина, поспешил в гостиную к Гортензии, где уже уютно расположился на диване у теплого камина. Гортензия присела рядом, кутаясь в мягкий плед.

– Знаешь, Шерлок, сегодня в магазин заглянула странная старушка. Спрашивала, есть ли у нас книга о домовых. На вид – божий одуванчик, но глаза… Глаза – словно осколки льда, стеклянные, пронзительные. Она смотрела так пристально, будто видела меня насквозь. И вдруг спросила, не замечала ли я у себя дома чего-нибудь необычного. Я ответила, что все как обычно, и поинтересовалась, к чему такой вопрос. Но старушка промолчала, лишь взяла мою руку на прощание. Я невольно отдернула ее – такой от руки исходил могильный холод, будто прикоснулась к мертвецу. Она лишь улыбнулась своей жуткой улыбкой и ушла. Жуть, Шерлок, настоящая жуть… – Ох, не к добру это, Гортензия, не к добру… – проскрипел домовой, внимательно слушавший весь рассказ, сидя на верхушке шкафа. – Плохо дело, чую, плохо… Надо что-то делать!

Глава 3

Ночь окутала землю своим бархатным покрывалом, и полная луна воссияла на небосводе небывалым ослепительным светом. Царила такая тишина, что казалось, будто мир затаил дыхание, и лишь вдали, словно эхо из другого мира, доносилось глухое уханье совы. Все вокруг погрузилось в сон – блаженный отдых после суетливого дня, когда люди, словно обезумевшие, неслись куда-то: одни спешили на работу, другие – на трепетное первое свидание, третьи – в предвкушении встречи с друзьями. Лесные обитатели, предчувствуя приближение стужи, неустанно запасались провизией, готовясь к долгой зиме, а природа щедро сбрасывала с деревьев свой осенний наряд, укрывая корни теплым одеялом, чтобы им было легче пережить холода. Осень – время затяжных дождей, когда так приятно устроиться в уютном кресле, завернувшись в мягкий плед, с чашкой горячего ароматного чая и погрузиться в волшебные страницы любимой книги, уносясь в мир грез и фантазий. А в солнечный осенний день, гуляя по роще, с детским восторгом можно разбежаться и рухнуть в огромную кучу шуршащей листвы, собрать из опавших листьев яркий букет и подарить его близкому человеку.

Осень – это время, когда можно замедлить бег, остановиться, перестать гнаться за ускользающим временем и без спешки насладиться последними изумрудными травинками, согреться в ласковых лучах солнца, которые еще дарят тепло. Федька, погружённый в свои мысли, неподвижно застыл на подоконнике, наблюдая, как безмятежно спит Гортензия. Рыжий кот, Шерлок, свернувшись пушистым клубком у ног хозяйки, мерно посапывал, нарушая тишину комнаты.

– Видимо, это последняя спокойная ночь в этом доме, – прозвучал тихий шепот домового, растворяясь в полумраке.

Утро было пасмурным и холодным. Небо разверзлось, обрушив на землю потоки ледяной воды. Дождь хлестал, словно кто-то безжалостно выливал из ведра. Гортензия, проснувшись в объятиях уюта, сонно чмокнула Шерлока в макушку и направилась в ванную, чтобы прогнать остатки дрёмы. Затем, напевая под нос, принялась готовить завтрак. Шерлок, лениво потягиваясь, не отходил от нее ни на шаг, преданно следуя по пятам. После скромной трапезы девушка уже была готова выйти на работу, но внезапно остановилась в дверях, обеспокоенно осмотрев прихожую.

– Шерлок, ты случайно не видел мой зонт? На улице такой ливень, что без него и носа не высунешь.

Шерлок побежал в гостиную, осмотрел комнату, залез под диван и достал из-под него зонт, потащил его хозяйке.