- -
- 100%
- +
Ева
Шесть часов.
Шесть непозволительно долгих, мучительных часов я нахожусь в больничном коридоре детского реанимационного отделения и не могу найти себе места.
Я перепробовала всевозможные способы для успокоения собственных нервов, но ни один из них не помогает должным образом.
Когда твой ребенок там, в палате реанимации, подключен к десяткам приборов, а ты стоишь по другую сторону закрытой двери и ничем не можешь ему помочь, твой мир трещит по швам. Рушится. Разваливается, как сраный карточный домик, который ты строил всю свою жизнь.
Наворачиваю сотый круг по пустому больничному коридору, заламывая пальцы рук от волнения.
Мой маленький. Мой самый дорогой в мире человечек борется за жизнь совершенно один. В гордом одиночестве. Без меня. Без родного отца. Только он и бригада врачей.
— Ева Альбертовна? — разносится по пустому коридору мужской голос с хрипотцой.
Из реанимационной выходит врач. С замиранием сердца подхожу к нему на ватных ногах и забываю, как дышать в ожидании вердикта.
— Как мой сын? С ним все в порядке? Он будет жить?! — тараторю я, пока руки пробирает мелкая дрожь. Я так ждала появления нашего врача, но сейчас боюсь услышать хоть одно слово из его уст.
— Мы стабилизировали вашего сына, но он все еще находится в крайне тяжелом состоянии. Ему потребуется пересадка печени. Советую вам подключить всех своих родственников, чтобы ускорить поиск донора. В нашем случае это крайне важно.
— Что? — отшатываюсь в сторону, едва удерживаясь на ногах и не веря собственным ушам. — Пересадка печени? Лечение больше не помогает, но ведь мы…
— Ева Альбертовна, это единственное, что может спасти вашего сына на данном этапе. У него дискинезия желчевыводящих путей. Мы должны сделать пересадку печени, пока состояние не стало еще хуже.
— А если у нас с ним никого не осталось из родственников? — голос оседает. Тугой ком стальными тисками сжимает горло, не позволяя не то что говорить. Я не могу сделать банальный вдох. Как такое могло произойти?
— Все же вам стоит вспомнить всех, кто у вас есть. Любые дальние родственники. Тети, дяди, бабушки, дедушки, сестры, братья. Как с вашей стороны, так и со стороны отца ребенка. Любой из них может быть потенциальным донором для вашего мальчика, — произносит врач, и мои конечности немеют от страха.
— У нас никого нет. У нас нет родственников, — твердо отвечаю я. — Разве больница не помогает с органами для пересадки?
— Мы можем поставить вас в своего рода очередь, но подходящего донора придется ждать очень долго. Ваш сын может не дожить до трансплантации. Обычно очереди растягиваются на несколько месяцев из-за многих факторов, которые нужно учитывать при пересадке. Родственники — лучший вариант в вашем случае. Постарайтесь найти хоть кого-то, кто смог бы вам помочь, чтобы повысить шансы на спасение вашего сына.
— Возьмите анализы у меня. Я стану донором для своего сына! — произношу твердо, совершенно не зная последствий такой операции, но разве это имеет значение, когда жизнь твоего ребенка находится под угрозой?
Разум отказывается верить в происходящее. Этого не могло произойти. С кем угодно, но только не с нами. Мой малыш не может покинуть меня в столь юном возрасте. Ему ведь еще только год. Он совсем кроха. У него вся жизнь впереди, а тут этот страшный диагноз, как приговор.
— Мы уже проверяли вашу совместимость. Вы не подходите. Советую вам разыскать отца ребенка и уговорить его сдать анализы на совместимость. Это значительно повысит его шансы на спасение. Прошу прощения, но другие пациенты тоже нуждаются во мне, — врач оставляет меня одну в пустом коридоре.
За окном глубокая ночь. Опускаюсь на корточки, спиной прижимаясь к больничной стене, и не знаю, как мне быть.
Слова Яра. Отца моего малыша все еще крепко сидят в моей памяти. Не знаю, сколько времени должно пройти, чтобы я смогла их забыть.
— Выметайся прочь! Мне не нужна ни ты, ни твой выродок! — с красными от ярости глазами кричал мой любимый мужчина, когда я протянула ему заветный тест с двумя полосками.
— Яр, как ты можешь такое говорить? Это же твой ребенок. Внутри меня зарождается жизнь. Ты же говорил, что хочешь детей. Что изменилось? — слезы ручьями стекали по моим щекам, а разум отказывался слышать то, что он говорит.
В тот момент мой идеальный мир рухнул. В тот день, когда Яр собрал мои вещи и выставил меня за дверь будучи беременной.
— Я тебе четко дал понять, что ближайшие три года не хочу связывать себя обязательствами. Ты совсем тупая? Что непонятного в моих словах? — он подходил все ближе, словно одна я виновата в том, что в моем животе зародилась жизнь.
Я еще никогда не видела его в подобном состоянии, отчего становилось ещё страшнее. Я прикрывала руками живот, в надежде, что он нам ничего не сделает. Плакала. Кричала, но ему было плевать.
— Яр, но ведь мы…, — в последний раз я хотела вразумить его, но он разбил мои мечты своими резкими словами.
— Нет никаких мы! — безжалостно выдал он в тот страшный день. — Я женюсь через неделю. Больше не появляйся мне на глаза. Я люблю другую, и она родит мне достойного наследника. Возьми деньги и сделай аборт. Не хочу, чтобы этот выродок ходил по земле.
Когда в мое лицо прилетела кучка оранжевых купюр, а перед носом хлопнула стальная дверь, я поняла, что совершенно не знала этого человека.
А сейчас я должна разыскать его и каким-то образом сообщить о ребенке. О нашем ребенке. Рассказать о том, что я не послушала его и не сделала аборт. Яр будет вне себя от злости, но я обязана это сделать.
Ради своего сына. Ради своей кровиночки, которая сейчас борется за жизнь. Потому что кроме этого предателя у нас больше не осталось родственников. Вот только я далеко не та наивная девочка, которую он выставил за дверь в тот роковой вечер. Суровая реальность научила меня жить и бороться за то, что мне дорого, а значит, я сделаю все, чтобы мой ребенок жил полноценной жизнью.
Глава 2
Ева
На ватных ногах покидаю стены больницы, оглядываясь в пустые окна палат. В одном из них остается моя крошка. Мой маленький ангелочек. Он все еще там, а я обязана найти способ, чтобы спасти ему жизнь.
Хочется обессиленно рухнуть на землю и предаться эмоциям, которые разрывают мою душу на куски, но нельзя.
Я не могу быть слабой. Не здесь и не сейчас. Сначала я поставлю сына на ноги, а потом буду думать об остальном.
Трясущимися руками вытаскиваю телефон из кармана джинс. Впервые за эти неполные два года, я готова набрать номер Яра. Номер того, кто растоптал мое сердце и мою любовь. Того, кого я до сих пор не могу простить.
“Абонент временно недоступен” — отвечает автоответчик, и я нисколько не удивляюсь.
Скорее всего, Яр сменил номер в тот же день, как прогнал меня. Наверное, думал, что я буду ему звонить, умолять вернуться, просить поддержки, но нет. Я ни разу не набрала его номер до сегодняшнего дня, потому что такое не прощают. Потому что те слова, что он сказал, невозможно забыть.
Сажусь на скамейку в парке, сожалея о том, что не взяла с собой ничего из теплой одежды. Хотя куда уж там? Разве я думала об этом в тот момент? Когда Матвею стало плохо, единственное, что я видела перед своими глазами, — это его бледнеющее лицо.
Собираюсь с мыслями и лезу в интернет. Такая известная личность, как Миронов Ярослав, обязательно должна была появиться на страницах интернета.
Вбиваю его имя, и первая же ссылка сопровождается его свадебной фотографией.
Сглатываю тугой ком обиды и нажимаю на ссылку.
“Известный предприниматель…”
Бла-бла-бла… Мне абсолютно наплевать на те сказки, что он напел журналистам про свою долгожданную свадьбу с любимой девушкой. Меня интересует другое. Меня интересует, где я могу его найти?
Сайты сменяют друг друга, в глазах начинает рябить от переизбытка информации. Надежда на то, что мне удастся его найти, тает с каждой секундой, пока мой взгляд не цепляется за миниатюрную девушку рядом с Яром.
“Миронова София Александровна — любимая жена известного предпринимателя…”
Кликаю на ее профиль, и на моем лице расцветает довольная улыбка. Еще никогда в жизни я так не радовалась тому, что девушки любят все рассказывать о своей “счастливой” семейной жизни.
“Ярослав подарил мне дом мечты!” — гласит один из постов в социальных сетях, а снизу стоит геолокация.
Сверлю взглядом экран и не знаю, как поступить. Рвануть прямо туда или еще попробовать поискать номер Яра? А ответит ли он мне? Что скажет, когда услышит мой голос? Конечно, отправит в пеший тур в известном направлении, а значит…
Мимо пролетает машина реанимации, и решение приходит моментально.
Я не могу ждать.
Пока отец моего ребенка живет роскошной жизнью, наш сын стоит на пороге жизни и смерти.
Делаю глубокий вдох и вызываю такси на адрес, который четко отпечатался в моей памяти.
Такси останавливается возле огромного дома. Да что уж там. Это настоящий особняк. Огромный и роскошный. Не то что наша однушка на окраине города.
— Вам точно сюда? — водитель с недоверием рассматривает настоящее произведение искусства.
— Если вы приехали на верный адрес, то да, — отвечаю я, а у самой чуть ли челюсть на пол не валится от масштабов.
— Тогда вам можно только позавидовать.
— Было бы чему.
Покидаю теплый салон, чувствуя себя крошечным тараканом на фоне стальных откатных ворот. По всей видимости, Ярослав стал зарабатывать намного больше. Надеюсь, это не повлияло на его человечность.
Глава 3
Ева
Мужчина в строгом черном костюме и с наушником в ухе, вольяжно выходит из-за угла.
— Добрый день, вы к Софии Александровне? — безразличным тоном спрашивает громила.
— Эм, да. Я договаривалась с Ярославом Дмитриевичем о личной встрече с его супругой.
— Впускай! — командует он, и ворота с характерным звуком приходят в движение.
Что я скажу Яру? Я не сделала аборт, а сейчас наш сын нуждается в твоей помощи. Будто он станет меня слушать. В прошлый раз он чётко дал понять, что ни я, ни наш ребёнок ему и даром не сдались.
Делаю шаг, но тут же отступаю назад. Это идиотская идея, но…
Я должна попытаться. Наплевать на свою гордость, я пришла попросить о помощи для нашего сына.
Набираюсь смелости и прохожу в просторный двор. Стоит мне приблизиться к дому, как дверь в дом открывает прислуга.
— Добро пожаловать. София Александровна ждёт вас в зале.
— Спасибо, — мой голос предательски дрожит.
Прохожу внутрь, растворяясь в роскоши обстановки. У Ярослава полно денег, надеюсь ему не составит труда сдать анализы для своего ребёнка и поделиться крошечным кусочком печени.
Дура! Наивная дура! Ты сама прекрасно знаешь ответ на этот вопрос.
— Здравствуйте! — восторженный крик молодой девушки слегка пугает. — Я София — жена Ярослава. Вы из агентства? Верно?
— Из агентства? — переспрашиваю, недоумевая от ее слов.
— Ну да. Ярослав сказал, что нанял девушку, которая будет помогать мне готовиться к материнству. Вы такая молодая, я правда не думала, что может быть такой молодой сотрудник в этом вопросе.
— Мне двадцать три. О какой подготовке вы говорите?
— Ой, в двадцать три, и все знаете о материнстве! Это прекрасно! Мне двадцать пять, и я до ужаса боюсь. Проходите. Я вам всё расскажу.
Следую за ней по просторному залу. Она останавливается возле одной из дверей и в её глазах загорается странный огонёк.
— Вот, хочу вам показать, как мы обустроили детскую комнату для малыша.
— Простите, я совсем не понимаю, о чем вы говорите, — прерываю её я.
— Это вы простите. Я же сама ничего не сказала. Я хочу, чтобы вы научили меня всему, что касается детей. Уход, пеленки, как кормить, одевать! У нас с Ярославом какая-то там несовместимость и мы не можем иметь своих деток, поэтому и решили взять малыша из приюта. Вы же мне поможете?
От её слов впадаю в полный ступор. Ярослав не может иметь детей?
— Я… простите…
Теряюсь, не зная, как подобрать слова. И как я сейчас должна ей сообщить, что пришла вовсе не из агентства, а потому что сын Ярослава нуждается в пересадке органов? Ребёнок, которого у него не получается родить с законной супругой. С той, на кого он променял нашу семью, вышвырнув меня из квартиры.
— Извините, я кое-что забыла. Мне нужно вернуться в машину, — торопливо отступаю спиной назад.
Я не смогу. Не смогу разрушить чужой брак, но ребенок… он же ни в чем не виноват… Я должна была поговорить с Ярославом наедине, прежде, чем вламываться в его дом.
— Любимый, ты вернулся?! — верещит девушка, и я врезаюсь спиной во что-то крепкое.
Точнее, в кого-то, и мой внутренний голос подсказывает, что это Яр. Бессердечный и бездушный Яр. Мужчина, от взгляда которого когда-то у меня подкашивались коленки. От которого трепетало мое сердце, пока он не разрушил всё своими словами.
— Ярослав, ты как раз вовремя. К нам пришла девушка из агентства. Она совсем молодая и всему меня научит. Мы с ней точно поладим, — тараторит его жена, а я боюсь не то что шевелиться. Я боюсь даже сделать вдох, задыхаясь от собственных чувств.
— Здравствуйте, — грозно разносится над моей головой стальной рык.
На закостенелых ногах разворачиваюсь, встречаясь с пустым взглядом Ярослава.
Буквально секунда, и он всё осознает. Его взгляд темнеет. Ежусь, но не выдаю своего волнения. Как же давно я его не видела.
— Ева, — шепчет он одними губами.
— Яр, — вторю ему и замолкаю.
Между нами огромная пропасть после всего, что он натворил. Но между двух этих отвесных скал пролегает крохотный мостик. И этот мостик - наш сын, которому требуется срочное лечение.
❤ Мои самые прекрасные читатели! Не забывайте добавлять книгу в библиотеку и радовать автора своими звездочками. Благодаря вам и вашей поддержке, я набираюсь вдохновения, чтобы творить дальше.❤
Глава 4
Ева
— Яр, я же говорила, что в этом агентстве самый лучший подход к клиентам. Вот и девушку отправили моего возраста. Я так рада, что это не престарелая женщина с совдеповскими замашками, — радостно излагает его жена, пока я смотрю в некогда любимые глаза и не двигаюсь.
— Софа, я просил тебя не называть меня подобным образом, — рубит с плеча Яр, не оглядываясь на свою супругу.
— Прости, никак не привыкну, что тебе не нравится подобное обращение, — говорит она, вызывая у меня легкую усмешку.
Уж я-то знаю, что ему нравится подобное обращение. Сколько себя помню, я всегда обращалась к нему подобным образом и ни разу не получила от него замечание.
— А как вас зовут? Что-то я так переволновалась, что совершенно забыла спросить имя. Простите меня за невежество. Начнем сначала? Я София. А вы? — лучезарная девушка протягивает мне изящную ладонь с идеальным маникюром.
С трудом отрываюсь от пугающего взгляда Ярослава и мило улыбаюсь девчонке. Да, она старше меня, но у нее в жизни еще столько наивности. В отличие от моей. Я давно разбила свои розовые очки. Точнее, мне помогли разбить их и увидеть жизнь такой, какой она является на самом деле. Жестокой и беспощадной.
— Ева Альбертовна, но для вас Ева, если вы не против, — с вызовом смотрю на своего бывшего мужчину.
— Конечно! Я только за! Не люблю всю эту историю с обращением на “вы”. Как же я рада, что ты мне поможешь всему научиться! А у тебя есть дети? — в лоб спрашивает София, выбивая остатки кислорода из моих легких.
Перепуганно поднимаю взгляд на Яра. Он непрерывно сканирует меня в попытках узнать правду.
— Милая, приготовь, пожалуйста, чай нашей гостье, а я пока проведу с ней беседу. Не уверен, что она подходит нам. Кажется, она слишком легкомысленна, работа с детьми требует особых навыков, — больно колет меня словами Яр.
— Ну, Яр…Ярослав, пожалуйста. Давай согласимся на нее. Я чувствую, как легко нам будет с ней сработаться, — гнусавит его жена, пока я держу непроницаемое лицо из последних сил.
— София, чай, пожалуйста. Мы поговорим в кабинете и вернемся. Хорошо?
Ярослав подходит ближе к своей супруге и касается губами ее виска. Неприятно морщусь от столь нежной картины. Меня он никогда не целовал с такой нежностью.
— Прошу вас, Ева Альбертовна, в мой кабинет. Нам есть что с вами обсудить, — холодно говорит он, избегая смотреть мне в глаза.
— Я буду надеяться, что вас примут, — поднимая руки вверх, говорит София. Усмехаюсь ее наивности. Знала бы его, милая, кто я на самом деле.
Ярослав держится довольно беспристрастно, пока мы петляем по коридорам его особняка. Он молчит, но его напряжение прекрасно видно сквозь тонкую ткань белоснежной рубашки. Широкие мышцы спины перекатываются от каждого его шага.
— Входи, — бездушно бросает он, когда мы останавливаемся у самой дальней двери.
— Хозяин дома, вперед. Не хочу, чтобы меня сочли невоспитанной, — бросаю я, выдерживая его строгий взгляд.
— Как хочешь.
Он проходит внутрь. Следую за ним, но стоит нам оказаться наедине в его кабинете, и в легких заканчивается кислород. Этого пространства слишком мало для нас двоих.
Яр ослабляет галстук, располагаясь в кожаном кресле своего кабинета. Он не торопится задавать вопросы, и я следую его примеру. Молча стою перед ним, рассматривая все, что нас окружает.
Элитная мебель. Изделия из натурального дерева. Дорогие детали интерьера. Все кричит о его достатке. Он хорошо живет, в отличие от нас.
— Ева, к чему этот цирк? Зачем ты здесь? — откинувшись на спинку кресла, проговаривает он куда-то в потолок. — Только не говори, что это случайность и ты реально работаешь в агентстве, — вот сейчас он удостаивает меня своим вниманием, хотя лучше бы продолжал сверлить потолок.
— Нет, я там не работаю и узнала о том, что вы кого-то ищете совершенно случайно.
— Тогда зачем ты здесь? Хочешь претендовать на мои деньги? Увидела, что я поднялся и решила урвать лакомый кусочек? — он вперивает в меня свой пустой взгляд.
Хочется высказать все, что я о нем думаю, но я засовываю свой язык настолько глубоко, чтобы не сорваться и не наговорить гадостей. Он мне нужен. Без него наш сын умрет, а я не могу этого допустить.
Наступаю на горло собственной гордости и подхожу ближе к столу.
Его зрачки мгновенно расширяются. Я знаю эту реакцию его организма. Он хочет меня. Я все еще пробуждаю в нем животные инстинкты. Раньше меня это возбуждало, а сейчас вызывает отвращение. В соседней комнате его супруга заваривает чай, а он думает лишь о сексе.
— Ева, — выдыхая мое имя, он встает со своего места. В два шага оказывается возле меня.
Хочу отстраниться, но не позволяю себе такой роскоши. Тело пробирает озноб от его присутствия. Коленки подкашиваются от страха. Я должна собраться с силами и сказать ему истинную причину своего появления, но мне безумно страшно. Я боюсь его реакции, потому что понятия не имею, как он отреагирует.
Слегка отстраняюсь и выпаливаю на одном дыхании.
— Яр, наш ребенок нуждается в срочной операции, и ты — его единственный шанс на спасение.
Зрачки Яра мгновенно сужаются. В глазах появляется пугающая ярость. Тяжело сглатываю, отступая назад. Он не посмеет мне навредить. Не посмеет же?
Глава 5
Ева
Тугая боль сковывает сердце, пока Яр молча всматривается в мои глаза. Если бы не мой ребенок, то я бы никогда в жизни не переступила порог его дома. Ни за что и ни под каким предлогом, но…
— О каком ребенке ты говоришь? — рычит он мне прямо в губы. — Разве я не дал тебе тогда денег?
От его взгляда хочется исчезнуть, но я держусь. Держусь изо всех сил, потому что только я могу уговорить Яра согласиться помочь нашему ребенку.
— Я… я не сделала аборт, — с трудом проговариваю, выдерживая его строгий взгляд.
— Кто тебе разрешил ослушаться меня?
Всего один шаг и Яр становится ближе ко мне. Улавливаю нотки его геля для душа и морщусь. Он приятно пахнет морозной прохладой, но мне мерзко стоять рядом с ним, зная, что он хотел убить нашего малыша.
— Яр, я ничего не просила у тебя все это время. Я ушла. Отступила, когда ты выставил меня за дверь, и если бы не необходимость, то я бы никогда сюда не пришла.
— Значит, я был прав. Хочешь моих денег? — ухмыляется он, отступая на шаг назад. — Думаешь, раз я поднялся на ноги, то ты имеешь право использовать меня в качестве кошелька?
— Мне не нужны твои деньги. Ни копейки. Даже если ты предложишь, то я их не возьму.
— Тогда что? Хочешь разрушить мой брак? Рассказать, кто ты есть на самом деле?! — выкрикивает он, пугая меня до чертиков.
— Н-нет, — от страха голос предательски срывается. — Я прошу тебя только об одном. Сдай анализы на совместимость с моим сыном и помоги спасти его жизнь. Если ты подходишь в качестве донора и согласишься на трансплантацию, то мы навсегда исчезнем из твоей жизни и никогда больше не появимся. Твоя жена не узнает правды. Я никому ничего не скажу.
— Так я тебе и поверил, — фыркает он, подходя еще ближе и оглядывая меня плотоядным взглядом. — Пройдет годик другой, и ты опять заявишься ко мне на порог. У тебя всегда найдется повод таскаться сюда. Знаешь, а ведь тебе не будет всегда везти подобным образом. Как будешь выкручиваться в следующий раз?
От его взгляда становится не по себе. Стараюсь прикрыться, хотя это мне точно не поможет, и он об этом знает. Он видит меня насквозь.
— Нам с Матвеем ничего от тебя не нужно, кроме крошечного кусочка твоей печени. Помоги спасти ему жизнь, и мы исчезнем.
— Красиво говоришь, но что мне с этого будет?
Еще шаг, и он оказывается практически вплотную ко мне. Его ноздри втягивают мой аромат возле яремной впадинки.
— Ты все еще так вкусно пахнешь, — шепчет он, вызывая приступ тошноты. — Какие твои встречные предложения, если я соглашусь сдать анализы?
— Сначала требуется провести диагностику на совместимость. Не любой орган подходит для трансплантации. Если бы все было так просто, то я сама с радостью пожертвовала бы ему свою печень.
— Значит, у тебя не так много вариантов, чтобы спасти свое дитя?
— У меня их нет. Ты единственный шанс, — с трудом признаюсь я. — Если ты откажешься, то он может умереть, не дождавшись подходящего органа. Яр, я обещаю уйти, если ты не подойдешь для трансплантации.
— Ну уж нет. Я не занимаюсь благотворительностью. У меня будут встречные условия.
— Какие?
Переступаю через себя, выдерживая игривый взгляд Яра. Я обязательно дам ему отпор, но сперва Матвейка.
Хищный оскал искажает его ухмылку.
— Я подумаю, что ты можешь дать мне взамен, — цедит он.
— Ярослав, — тело сковывает от ужаса, когда за дверью раздается голос Софии.
— Не бойся так. Она знает нормы приличия и всегда слушается меня. В отличие от тебя.
Последнее он бросает так хладнокровно, что я с трудом сглатываю.
— Входи! — разносится по его кабинету, и дверь тут же открывается.
— Любимый, я принесла вам чай. Ева, надеюсь, мой муж не напугал вас? Иногда он бывает слегка строгим, но на самом деле его сердце всегда горит добрыми намерениями. Разве суровый человек согласился бы взять ребенка из дома-малютки? — болтает она без умолку, а мне стыдно посмотреть в ее глаза. Она такая чистая и искренняя. Так похожа на меня, что становится не по себе.
— Не напугал. Все в порядке. Спасибо за заботу, — нагло вру я, а у самой поджилки трясутся от страха.
— Милый, значит, ты позволишь ей остаться в нашем доме и помочь мне с подготовкой к появлению малыша?