Измена в 40. Справлюсь без тебя

Глава 11

Оля

— Оль, расскажешь, что случилось?

Костя ставит передо мной чашку ароматного кофе. Осторожно делаю глоток горячего напитка и отставляю в сторону.

— Без сахара, — улыбаюсь я.

— Я еще помню, что ты всегда пьешь без сахара.

— Костя, у меня такое дело…, — подбираю слова, не зная, с чего именно начать.

— Витя? Твой муж что-то натворил, не так ли? — сразу понимает он.

— Так и есть. Мне нужна твоя помощь. Подскажи, пожалуйста, как я могу восстановить свой паспорт?

— Погоди. Причем здесь твой паспорт и муж? Он его испортил?

— Не совсем. Костя, пообещай, что этот разговор останется между нами. Я пока не хочу огласки. Это не сыграет мне на руку.

— Как скажешь, — откинувшись в кресле, говорит он, расстегивая верхнюю пуговицу форменной рубашки.

— Если в двух словах, то у нас с мужем некий конфликт. Он попросил оставить мой паспорт, чтобы я не смогла подать на развод, и чтобы я никуда не уехала.

— Это как? Он удерживает тебя? — напрягается он.

— Нет. Костя, давай не об этом. Мне важно сейчас восстановить паспорт, но так, чтобы муж об этом не узнал. А потом так же сделать со свидетельством о рождении.

— Оль, я с твоих слов пока ничего не понимаю. Скажи, пожалуйста, как есть. Я смогу тебе помочь, только при условии, что знаю, в чем суть проблемы.

— Я думаю над тем, как могу уйти от Вити. Он сказал, что если я подам на развод, то он сделает все, чтобы наш ребенок остался с ним. А учитывая его связи и мое положение, это не составит ему никакого труда. Поэтому я хочу сделать новый паспорт и свидетельство о рождении Артемки.

— Чтобы Витя был уверен в том, что твои документы все еще у него. Я прав?

— Да. Пусть он думает, что может удержать меня рядом, пока я не найду способ выбраться.

— Оль, — руки Кости аккуратно касаются моих холодных пальцев. Немного напрягаюсь от столь близкого контакта и высвобождаю руки. — Ты же не собираешься забрать ребенка и сбежать?

— Пока не знаю, — честно признаюсь я.

— Послушай меня внимательно. Если ты поступишь столь неразумно, то в случае развода он точно сумеет оставить ребенка у себя. Но если ты сделаешь все грамотно, то есть большая вероятность того, что ваш ребенок останется с тобой.

— Тогда что мне нужно сделать? Я не хочу оставаться в его квартире. Мне омерзительно даже думать о том, что я вернусь туда.

— Почему?

— Потому что он притащил туда свою любовницу, Костя, — нервно бросаю я.

— М-да, другого я от твоего мужа и не ожидал, — фыркает Костя с циничной усмешкой на лице. — Хотя, честно признаться, я надеялся, что после заключения брака у него все же появится мозг. Не он ли орал на каждом углу, что ты любовь всей его жизни? Что случилось, раз он так быстро переобулся? — взрывается Костя и подходит к окну своего кабинета. Тяжелый вздох и в его руках появляется сигарета.

— Ты так и не бросил?

— Да, бросишь тут. Давай сделаем так, — Костя делает затяжку, выпуская облако белого дыма в воздух. Немного морщусь от неприятного запаха и прикрываю нос рукой. — Прости, вот здесь я забыл, что ты не любишь этот запах, — он тут же тушит сигарету. Открывает пошире окно и возвращается за стол. — Я составлю протокол об утере паспорта. Как будет возможность, отправь мне свои фотографии. Я попробую тебе помочь с оформлением. Сомневаюсь, что, учитывая обстоятельства, твой муж будет рад, если ты будешь часто отлучаться.

— Спасибо. Костя, а если…

— Если ты хочешь сказать, что думаешь о том, чтобы я пришел вместе с тобой, то точно нет. Оль, дело не в том, что я не хочу помогать. А в том, что сейчас надо действовать с холодной головой. Все, что в моих силах, я постараюсь сделать. Дальше будем решать вопросы по мере поступления.

— Ты прав. Все же будет правильнее, если я смогу сделать так, чтобы Витя утратил бдительность.

— Значит, на этом и остановимся. У тебя есть мой номер. Звони, если будет возможность.

— Эм, тут есть небольшая проблема.

— Твой муженек удалил все контакты? — догадывается Костя.

— Это было давно. Когда мы поженились, у него была какая-то навязчивая идея, что меня могут увести. Я на эмоциях стерла все контакты, поэтому и сюда пришла, не позвонив.

— Хорошо, что хоть я не сменил участок, — усмехается Костя. — Давай сюда свой телефон и вот еще, — он протягивает мне визитку. Прячу ее в карман. Лучше перестраховаться.

— Спасибо. Мне больше некуда идти.

— Не городи ерунды. Ты же знаешь, что я всегда готов тебя поддержать.

— Знаю, но все же ты бы мог от меня отвернуться после того, как я вышла замуж за Витю.

— Давай тормози. Я всегда рад тебя видеть. Как будет информация, я сразу тебе сообщу. Протокол оставлю у себя. Как фотки будут готовы сразу отправляй мне и еще…

Костя внимательно смотрит на меня. О чем-то думает, но говорить не торопится.

— Кость, говори как есть.

— Я рад был увидеть тебя спустя столько лет, — искренне слетает с его губ.

— И я. Еще бы не обстоятельства.

— Ты права, но кто знает. Может, все к лучшему?

— Вот об этом мы с тобой узнаем, когда все станет более-менее понятно. А для этого мне надо многое сделать.

И в этом я твердо уверена. Витя вонзил мне нож в самое сердце. Он поступил хладнокровно, а значит, и я не буду ему уступать. И для начала его любовница узнает, каково это жить в одном доме с законной женой.

Глава 12

Глава 12

Оля

— Мама! — счастливый Артемка встречает меня в дверях. — Ты пришла!

— Конечно, пришла. Как твои дела?

— Хорошо. Бабушка приготовила блинчики. Знаешь, как вкусно? М-м-м, — довольно тянет Тема, облизывая пухлые губки, которые достались ему от меня.

— Правда? Тогда ты, наверное, и мне оставил? — подхватываю сына на руки.

— Оставил. Чуть-чуть, — хихикает он, показывая пальчиками всего пару миллиметров.

— Оленька, давай к столу, пока еще горячее.

Мама показывается в дверях, глядя на меня с тревогой. Молча киваю ей в ответ, давая понять, что все в порядке. Она тут же расслабленно выдыхает и принимается наливать мне чай.

— Артем, давай собираться. Нам с тобой пора домой, — говорю, скребя сердцем.

— А бабушка? Можно она поедет с нами?

— Тема, я и так собиралась с вами, — говорит мама.

— Мам, ты серьезно?

— Более чем. Тем более у вас и так гости. Не на тебя же все вешать.

— Правда? А кто к нам приедет? — елозит Артем в ожидании ответа, а мне на ум ничего не идет. Вот как я должна объяснить сыну, что его отец полный урод и собрался притащить в дом любовницу?

— Твой папа все тебе расскажет, — отвечает за меня мама.

— Ну ладно.

Артем скрывается в коридоре. Выглядываю, чтобы убедиться в том, что он ушел, и прикрываю дверь.

— Оль, как все прошло? Костя поможет тебе?

— Да. Только можно я буду через тебя все передавать, ладно?

— Конечно. Что думаешь по поводу…, — мама замолкает, закусывая нижнюю губу. — Устроим ей любезный прием?

— Ты правда собралась ехать с нами?

— А как нет? Артем просит, чтобы я поехала. А я разве могу отказать себе в удовольствии полюбоваться на потаскуху, которую притащил твой муж?

— Мам, — усмехаюсь, глядя на ее воинственный настрой. В кармане вибрирует телефон. Вспомни…вот и оно.

“Такси ждет вас во дворе”, — гласит сообщение от мужа.

В груди нарастает напряжение. Как же хочется верить в то, что мой муж не поступит со мной так подло, но, к сожалению, правда такова.

— Оля, не волнуйся. Я тебя поддерживаю в твоем решении уйти от этого кобеля, а дальше все дело времени. Артем - мальчик смышленный, и несмотря на то, что он безумно любит отца, он поймет и тебя.

— Спасибо, — отправляю один блинчик в рот и иду помогать сыну собраться.

Пока такси везет нас по городу, я успеваю придумать тысячу сценариев, как поведет себя Витя, когда мы вернемся домой.

— Приехали, — через плечо бросает водитель.

Впервые смотрю на наш дом и не хочу туда возвращаться.

— Ура! Мы дома. Баба, пошли скорее, — верещит Артем, отстегивая ремень и выскакивая из машины.

Не разделяю его восторга и нехотя оставляю салон. В гнетущей тишине лифт поднимает нас на нужный этаж. Едва вставляю ключ в замок, как входная дверь открывается, являя нам никого иного, как Анну.

Ее внешний вид сразу бросается в глаза. И, к сожалению, не только мне. Полупрозрачный пеньюар, а поверх накинут легкий шелковый халат. Она заглатывает банан, осторожно откусывая самый кончик, и приторно-сладко говорит:

— Витюша, тут твоя жена пожаловала, — от такого обращения меня едва не выворачивает наизнанку.

Тема стоит в полном ступоре и внимательно рассматривает девицу. Интуитивно прикрываю его глаза.

— Малыш, не смотри.

— Мамуля, это та тетя, про которую ты говорила?

— Да. Твой папа позволил ей жить с нами.

— Зачем? — недоумевает ребенок.

— Разве ты не заметил, что у нее ничего не осталось? Вон почти голая ходит. Сгорело, наверное все, вот папа и разрешил, — бросаю рассерженный взгляд на любовницу мужа.

— Понятно, я тогда пойду к себе в комнату, — тихо отвечает сын, убирая мою руку и опуская глаза в пол.

— Какова же прошмандовка вымахала! — шипит мама позади меня. Вздрагиваю от столь грубого обращения. Раньше за мамой такого не наблюдалось.

— Инга Семеновна? — чуть ли не давится бананом эта стерва, а я нахожусь в легком шоке. Они знакомы?

Глава 13

Оля

— Инга Семеновна, Инга Семеновна! — с неприязнью бросает мама, глядя на шокированную любовницу мужа.

— Инга Семеновна, я вам все объясню, — встревоженно тянет некогда высокомерная Анна.

Ничего не понимаю. Смотрю на них и удивляюсь, как быстро меняется Анна в лице. Прикрывает свой пеньюар халатиком. Завязывает его на узелок и прилежно опускает голову вниз.

— А ну, за мной пойдем. Поговорить с тобой хочу, — цедит с нажимом мама, хватая Анну за руку. Та не сопротивляется и податливо ступает следом. Вот так неожиданность.

— Что здесь происходит? Инга Семеновна? А вы что тут забыли? — недовольство мужа так и сквозит в каждом слове.

Их отношения с мамой не задались с самого начала, и он ни разу не скрывал своей неприязни.

— Анна, вы знакомы?

— Витюш, я тебе все объясню.

— Не понял. О чем ты?

— Витюш, что ж ты сразу не сказал, что твоя теща это Инга Семеновна? — тараторит любовница, не пытаясь освободить свою руку.

Нахожусь не в меньшем ступоре, чем мой “ненаглядный” муженек, и наблюдаю за этой картиной.

— Я сказала, за мной! Пойдем-ка поговорим с тобой, раз уж этот недоносок умудрился притащить тебя в дом, где живут моя дочь и внук.

— Инга Семеновна, — одергивает маму Витя и перехватывает Анну за вторую руку. — Не лезьте куда вас не просят, — скалится он.

— Тебя спросить забыла. Отпусти немедленно!

— Витюш, все в порядке. Мы поговорим, и я вернусь.

— Ладно, но не долго. Я не позволю заниматься самоуправством в моем доме.

Мама утягивает за собой любовницу мужа и прикрывает дверь на кухню.

— Ты что тут устроила? Я по-твоему в игры играю? — с нажимом цедит муж, нависая надо мной и подходя на шаг ближе. — Решила противостоять мне? Не забыла, кто тебя всем обеспечил?

Выдерживаю его тяжелый взгляд, даже не думая отступать или тушеваться перед таким, как он.

— А ты, Витюша, не забыл, что я все еще твоя законная супруга?

— Какого хера ты притащила сюда свою мать? — рычит он сквозь сжатые в тонкую линию губы.

— Не только тебе таскать в дом всех подряд. Тем более она не посторонний человек, в отличие от твоей…любовницы, — говорю я, глядя ему прямо в глаза.

— Хорошо. Как хочешь. Твоя взяла, но чтобы никаких скандалов. И еще. Не смей выносить сор из избы. Мне не будет играть на руку, если некогда любимая жена превратится в больную истеричку.

— Боишься, что твои компаньоны от тебя отвернутся, когда узнают, насколько ты гнилой человек, а не порядочный семьянин? — бью в самое больное место мужа.

С первого дня нашего брака он был помешан на том, что будут говорить о нем, как о мужчине. Для него статус семейного человека всегда был поводом для гордости. Да еще и в жены ему досталась такая, как я.

Это сейчас я “баба с прицепом”, как любят говорить за спиной. В частности, мой муж в кругу таких же друзей, как и он сам. А раньше мой отец имел большое влияние в этом городе. Мы были богаты, и стать мужем такой, как я, считалось успехом. Вот бы еще я знала о том, что мне в мужья достанется такое…

— Оля, прекрати истерить. Я не гоню тебя из квартиры, и мы продолжим жить как раньше. Хватит бубнить одно и то же по кругу. Я сегодня устал и хочу немного отдохнуть. В отличие от тебя, я работаю, а твои истерики нисколько мне не помогают. Еще и Инга Семеновна… Как у тебя вообще ума хватило, притащить ее сюда?

— Поверь, Витюша, ума у меня намного больше, чем ты себе представляешь.

— Ольга! — рявкает он, и его рука с силой хватает меня за шею. — Я сказал: не трепи мне нервы.

— А то что?

Витя сжимает челюсти и, кажется, я улавливаю скрежет его зубов. Он ничего не может мне сделать, кроме как шантажировать сыном. Это все, на что он способен. Даже сейчас он держит меня за шею, но не нажимает так, как мог бы. Не делает мне намеренно больно.

Только если не считать душевную боль. Если забыть, как безжалостно он вонзил нож в мое сердце.

— Папа?

Артем замирает в дверном проходе и внимательно наблюдает за отцом.

— Привет, сын. Как съездил к бабушке? — тут же отступает Витя, пряча руку за спину.

Потираю рукой слегка саднящую шею. Вот же гад. Знает, как хватать, чтобы следов не осталось, а так я бы хоть могла заявление на него написать.

— Хорошо.

— Ну и отлично. Иди на ручки. Я успел по тебе соскучиться.

Витя вытягивает руки вперед. Артемка успевает сделать лишь шаг, прежде чем я его перехватываю за руку и притягиваю ближе к себе.

— Оля, что ты делаешь? — шипит муж.

— Темочка, у нас папа, скорее всего, простудился. Давай, ты пока не будешь играть с ним так близко, — бросаю на Витю злобный взгляд.

— Простудился? Он без шапки гулял, да?

— Да, сыночка. Папа сходит к врачу и тогда с ним можно будет играть, а пока беги к себе. Я скоро приду, и мы с тобой поиграем. Ладно?

— Хорошо. Папа, не болей и носи шапку.

— Как скажешь, — натянуто улыбается Витя.

Сын убегает, оставляя нас наедине. Витя чуть ли не кипит от злости. Его брови сползают к переносице. Между ними залегает глубокая морщина, а скулы активно двигаются из стороны в сторону.

— Оля, что за выкрутасы?

— Это мой единственный сын. Тебе ли не знать, как сильно я его ждала? Он поздний ребенок. Я за него уничтожу любого.

— Материнские чувства взыграли или это чувство собственности? Может ревность?

— Это называется здравый смысл, Витя, но тебе-то откуда знать такие слова?

— Что ты хочешь этим сказать?

— Сначала предоставь мне справку о том, что ты и твоя…любовница ничем не больны, а потом будешь общаться с сыном. Если тебе наплевать на меня, то подумай хотя бы о нем. Он еще маленький и его иммунитет слабый. Я не позволю подвергать его риску.

— Мы живем в одной квартире, Оля!

— Я в курсе, но ограничить общение мне не составит труда. Справки, Витя. Я о большем пока тебя не прошу. Предоставь мне доказательства того, что вы не больны.

— Надо же, а ты, оказывается, умеешь и зубы показывать? — смеется он. — Не замечал раньше.

— Я тоже не замечала, что мой муж обыкновенный кобель, но с возрастом глаза открываются.

— Что ты хочешь этим сказать? — голос мужа дрогнул на последнем слове, и это от меня не укрылось. Он боится развода?

— Скоро ты об этом узнаешь. Я не прощу тебе то, что ты сделал. Если бы информацию о любовнице я восприняла спокойно, то тот факт, что ты притащил ее в наш и дом и сейчас смеешь угрожать мне ребенком… Я не позволю, Витя, — твердо заключаю я, вызывая смятение на лице мужа.

Глава 14

Оля

— Мам, — без стука вхожу в кухню, встречаясь с растерянным взглядом Анны.

Некогда стервозная особа с завышенным самомнением и самооценкой королевы, стоит понуро опустив голову вниз.

— Я надеюсь, ты поняла то, что я тебе сказала? — спокойно говорит мама, не сводя строгого взгляда с любовницы мужа.

— Да, Инга Семеновна. Я пойду?

— Иди.

Девушка бросает на меня недовольный взгляд. Ноздри ее миниатюрного носа приходят в движение. Все же не зря мама столько лет отработала в…

— Не думай, что я отступлю, — тихо проговаривает девица, равняясь со мной.

— А я и не планировала с тобой воевать за такого, как мой муж. С радостью бы отдала, да он прилип как банный лист к одному месту и не отлипает.

— Не лги мне. Ты пытаешься удержать его рядом с собой, ребенком, а он, как полный идиот, ведется на твои манипуляции, — шипит эта гадюка.

— Ты сильно заблуждаешься в своих мыслях. Лучше поговори с Витей начистоту, ради чего он так поступает.

— Анна! — рявкает мама, и девушка тут же замолкает. Сжимает зубы, но молчит.

— Мы с тобой позже поговорим, — фыркает на меня Анна.

— С превеликим удовольствием. Тебе не помешает открыть глаза и посмотреть на все с другой стороны.

Шаркая ногами, она оставляет нас наедине.

— А я вот чай тебе заварила. Будешь? — как ни в чем не бывало говорит мама, передвигая чашку ближе ко мне.

— Буду, но ты ничего не хочешь мне рассказать?

— Да тут и рассказывать нечего. Я знаю эту пигалицу добрых лет пятнадцать, а то и больше. Оль, я не могу говорить твоему мужу, как поступать, но вот то, что он связался с этой…

— Подожди, — останавливаю ее. — Давай с самого начала. Откуда ты ее знаешь?

Мама делает тяжелый вздох. Опускает свою кружку на стол и садится.

— Я знаю ее маму. Мы раньше с ней частенько общались, но в последнее время видимся все реже, по некоторым причинам. А что ж до Анны, то она училась у меня в свое время. Ходила ко мне после уроков, чтобы наверстать программу. Ей тяжело давалось обучение. Я в нее вложила столько сил и времени, что самой страшно вспоминать, а она вон че! Кто бы мог подумать, что она свяжется с женатым мужиком, да еще и чуть ли не вдвое старше нее. Хотя, если посмотреть с другой стороны, то она всегда была немного того, — мама крутит пальцем у виска. — В старших классах за ней парни толпами увивались, а она ходила и хвостом виляла, как профурсетка. Если бы я знала, что она вот так навставляет палки в колеса моей родной дочери. Да я бы никогда не стала ей помогать!

— Мам, ты чего? Разве ты могла знать о подобном? Ты же не можешь нести ответственность за таких, как она.

— Не могу. Мне ее мать больше жалко. Если бы она знала, что ее дочь ведет вот такой образ жизни. Ох, как бы она плакала днями и ночами напролет.

— А где ее мама?

— В доме престарелых. Она отправила ее туда практически сразу после инсульта. Она с трудом говорит и едва ходит. Анне стало сложно, и она приняла такое решение, чтобы не тянуть мать на себе. Когда все случилось, она пришла ко мне и долго плакала, что не справится. Первое время я ходила к ним домой и сама помогала ей с матерью, а потом Аня решила, что устала и с нее хватит. Сказала, что слишком молода, чтобы тратить свою жизнь на беспомощную мать. Если бы я знала, что все мое добро аукнется вот таким образом. Если бы знала, — причитает мама, хватаясь за голову.

— В любом случае, ты помогала своей подруге и уже потом матери Анны. Ты все сделала правильно, мам. Ее мама не виновата, что все сложилось вот так. Разве не ты мне с детства говорила о том, что если бы знать, где упадешь, то соломку бы подложить успела.

— Говорила, но чтобы вот так. Оленька, ты прости меня, ладно? Я же не знала, что эта...развратница может вот так поступить. Так еще же и уходить не хочет. Я ж ее просила. Разговаривала с ней вон сколько, а она рогом уперлась, что любит, и все тут.

— Все хорошо. Пусть упирается. Нам же не это важно. Да, знаешь, я рада, что она здесь. Мы сейчас сумеем показать Вите, что он натворил. Да и кто знает, может именно эта стерва и станет той, кто поможет поставить точку в нашем браке. Тем более, я, кажется, нашла, чего опасается Витя, а значит, и действовать будет куда легче.