Развод. Мы сможем без тебя

Глава 11

Катя

Возвращаюсь в квартиру. В место, где я считала себя счастливой женой. Любимой женщиной.

Каждая деталь интерьера отзывается острой болью в области сердца. Сколько счастливых моментов помнят эти стены? Да их при всем желании не пересчитать.

Опускаюсь на колени возле нашей с мужем кровати и вытаскиваю любимый чемодан. Трясущимися руками расстегиваю молнию, раскрывая его на кровати.

Из комода, одна за другой, в него отправляются мои вещи.

Нет. Я не сломаюсь. Не позволю им прогнуть меня под себя. Не буду закрывать рот и молчать. Никому не позволю. Не опущусь до маминого уровня. Если ей нравится, то пусть сама и прозябает в этом болоте. Я протянула ей руку помощи, но она отказалась. Оттолкнула меня. Ей там хорошо, а раз так, то пусть и сидит там одна, а я не хочу себе такой жизни.

Не позволю таким, как моя семья, управлять моей жизнью. У них не осталось ничего человеческого. Они прогнили до самых костей. Как я могла им верить? Как могла считать их теми, на кого стоит равняться?

Застегиваю чемодан и перетаскиваю его в другую комнату. Нужно взять документы. Без них я не смогу обустроиться на новом месте.

Дверь в квартиру открывается. На секунду замираю, прислушиваясь к тяжелым шагам мужа, разносящимся по квартире.

Муж сначала заходит в нашу спальню. Стоит там какое-то время, а потом его шаги направляются ко мне. Они гулко отдаются в области сердца, причиняя мне нестерпимую боль.

Руки продолжают трястись. В груди все немеет от ужаса. Я хотела уйти до его возвращения. До того, как он с презрением посмотрит в мои глаза. До того, как я глядя на него, буду снова и снова видеть то, что случилось в конференц-зале, но не успела.

— О, Катюш, как я погляжу, ты не успокоилась? — с поразительным спокойствием звучит его голос.

Он обходит меня стороной. Игнорирует и тот факт, что я сижу на коленях возле папки с документами и судорожно ищу свои. Проходит дальше и, раскинув руки на спинке дивана, усаживается.

— Я не успокоюсь, Вась. Не в этой ситуации. Хотя, можно вопрос? — в голосе из неоткуда появляется уверенность.

— Смотря какой. Если будешь спрашивать о том, как я до такого опустился и прочее, то нет. Если спросишь про то, люблю ли я тебя, то могу сразу сказать, что да.

— Ни то и ни другое.

— И что же тогда? Ты меня заинтриговала, — он упирается локтями о колени и наконец обращает на меня внимание.

— Вы с моим отцом друг друга…

— Не неси херни! — вскрикивает он, брезгливо глядя в мою сторону. — Откуда у тебя в голове вообще подобные мысли?

— Было бы странно, если бы они у меня не возникли. У вас же на все мои аргументы — один ответ. Ваше коронное: “А что такого?”. Вот я и подумала. Мало ли вы…

— Кать, давай ты перестанешь думать? Ну, не выходит у тебя это дело.

— А знаешь, мне плевать. Трахайте кого хотите. Хоть баб, хоть друг друга, главное, по обоюдному согласию, а то мало ли. Да и вообще это не мое дело.

— Откуда столько уверенности в голосе? Важная стала?

Игнорирую его слова. Не хочу вступать с ним в перепалку. Вася лениво поднимается на ноги. Подходит ближе ко мне. Заглядывает в чемодан и произносит с нажимом:

— Не много ли ты вещей собираешь на несколько дней?

— Несколько дней? — переспрашиваю, поднимаясь на ноги и отправляя в чемодан последние документы. — Кто сказал, что я ухожу всего на несколько дней?

— Неделя?

— Вася, прекрати думать, что все перед тобой должны стелиться красной ковровой дорожкой. Я не буду с тобой жить. В самое ближайшее время я подам на развод. Между нами не будет никаких отношений после того, что я увидела.

— Ты расстроилась, что тебя не позвали на главную роль? Если так, то в следующий раз я могу все исправить и пригласить тебя.

Поражаюсь его словам, но молчу. Мне нечего ему сказать. Здесь слова излишни. Мой муж стал мне омерзительным. Он подходит ко мне так близко, что я улавливаю от него сладковатый аромат парфюма, принадлежащий одной из его баб.

— Отойди. Лучше ничего не говори. Я не в том состоянии, чтобы сейчас тебя слушать.

Открываю шкаф и перебирая вещи, выбираю, что взять с собой. Не хотелось бы возвращаться сюда, после всего…

Муж подходит ближе. Обнимает меня со спины, а у меня в горле застревает ком отвращения.

— Катюш, давай ты не будешь горячиться. Все же можно решить, — его похотливые руки ползут вниз.

Подцепляют края моей футболки и заныривают под нее, касаясь оголенного участка тела. Резко разворачиваюсь в его руках. Он стоит слишком близко. Упираюсь руками в его грудь, в попытке оттолкнуть.

— Да ладно тебе, брыкаться. Я же знаю, как доставить тебе удовольствие. Иди сюда, — он вновь притягивает меня ближе к себе.

Дышать становится сложнее. Хапаю ртом воздух, но его катастрофически мало. Перед глазами все начинает расплываться.

— Катя? Кать, ты в порядке? — спрашивает он с испуганными глазами и отступает.

Опираюсь руками о колени и тяжело дышу.

— Не смей ко мне приближаться! — хриплю я, но перед глазами все плывет. Голова идет кругом. Ноги наливаются тяжестью. В висках пульсирует, словно отбойные молоточки молотят изо всех сил.

Первое, что проносится в голове: Малыш!

Прошу. Не сдавайся!

Держись, умоляю тебя! Не позволяй им нас сломить.

Глава 12

Катя

— Катя! Катя, ты как? — орет муж у меня над головой. — Вызвать скорую? Черт! — он хватается за голову, глядя на меня сверху вниз, а я не могу думать ни о чем, кроме малыша.

Опускаю взгляд вниз. Дышать становится немного легче. Касаюсь ладонью живота. Мой маленький, не пугай меня так. Или может дело в нервах? Я пережила сегодня такой стресс и организм сдался. Осторожно, хватаясь за стену, поднимаюсь на ноги. Колени слегка подкашиваются, но мне удается устоять.

— Вася, уйди по-хорошему с дороги, — говорю через силу.

— Ты с ума сошла? Куда собралась в таком состоянии? Да на тебе лица нет. А если в обморок рухнешь? Давай, ты потом будешь показывать свой характер?

— Заботливый муж проснулся? Не смеши. Ты днем трахал других баб, а сейчас предлагаешь мне остаться здесь? Рядом с человеком, который мне изменяет? Это же насколько я должна не уважать себя?

— Да понял я, что тебе не понравилось то, что ты увидела. Успокойся. Отдохнешь и завтра свалишь раз так мечтаешь понюхать самостоятельной жизни. Все равно вернешься, как миленькая.

— Ну уж нет. Я не останусь здесь ни секундой больше. Я уйду от тебя именно сегодня и на днях подам на развод. Не хочу марать свое имя, будучи женой такого, как ты.

— Екатерина, прекрати! Без меня ты никто! Избалованная девчонка, которая думает, что деньги падают с неба, а по щелчку пальцев решаются все вопросы, — его тон мгновенно становится твердым. Вот тебе и вся забота. Услышал про развод и все переживания о жене стерлись без следа. — Ты пустышка!

— Что ты сказал? — оборачиваюсь, с силой сжимая ручку чемодана.

— Я говорю, развода не будет. Ты останешься моей женой. Подумай хорошенько. Даже твой родной отец четко дал понять, что он против твоей дурости с разводом. Куда ты пойдешь? Ты никому не нужна, кроме меня и своей семьи. Хочешь своей гордостью порвать все отношения с семьей? Хочешь остаться сиротой?

— Я найду, куда пойти, Вась. Ты за меня не волнуйся. Мир не вращается вокруг таких извращенцев, как вы. Порвать отношения с семьей, потому что у меня есть гордость? Отлично. Значит, такова ваша ценность, как семьи. Значит, она равна нулю. Я не хочу иметь ничего общего с такой семьей. Буду сиротой при живых родителях, если понадобится. К этому же ты клонишь?

— Катя, — с тяжелым вздохом он хватает меня за руку. Сжимает ее, причиняя мне дискомфорт, заглядывая в глаза. — Катюш, я знаю, что ты злишься. Хорошо, пусть я буду не прав в твоих глазах, но включи мозги. Куда тебе идти? Отец не примет тебя. Не позволит остаться у них в доме. Он выставит тебя за дверь, как только ты появишься на его пороге. Ты замужняя женщина и должна жить с мужем.

— Он мой отец. Да, он такой же гад, как и ты, но я его дочь, и он не выставит меня за дверь. Тем более если тебе так интересно, то я не собираюсь жить вместе с родителями после всего, что они наговорили. Я только возьму ключи от…

— И куда это ты пойдешь? Возьмешь ключи от второй квартиры? — перебивает он.

— Возможно. Я имею на нее все права. Изначально отец покупал ее именно мне.

— Кать, тебе там не понравится, — как-то странно говорит муж и все тело покрывается холодным потом. Нет, они же не опорочили и мою квартиру своими грязными игрищами?

— Вы же не…

— Кать, эта квартира давно стояла без дела. Я поговорил с твоим отцом, и мы ее сдали.

— Сдали или …

— Сдали. Там живут две подружки.

— Которых ты трахаешь, — догадываюсь я.

— Не на постоянной основе, — говорит он так, словно сейчас это что-то меняет.

Отвращение к мужу становится еще более неконтролируемым. Хочу поскорее уйти и принять горячую ванну. Смыть с себя его прикосновения горячей водой с густой пеной. Вот бы и из головы можно было это все стереть так же легко.

— Вася, прошу. Не говори больше ничего, — поднимаю руку ладонью вверх, заставляя его замолчать. — Удачи тебе со своими игрищами. Постарайся не сдохнуть от какой-нибудь болезни до того, как нас разведут. Не хотелось бы остаться вдовой, хотя… хотя даже это уже не так страшно, после того, что ты вытворял.

— Екатерина, остановись! — чуть ли не рычит он. — Ты уверена, что готова уйти?

— Разве похоже на что-то другое? — крепче сжимаю ручку чемодана.

— Хорошо. Раз ты вынуждаешь меня прибегать к крайним мерам, то… В общем я поговорил с твоими родителями после того, как ты оставила их дом и мы кое-что решили.

— И что же вы могли решить, учитывая ситуацию?

— Если ты хочешь сейчас уйти и поиграть в сильную и независимую женщину, способную свернуть горы, то вперед. Дверь открыта.

Твердой походкой он подходит к двери и открывает ее перед моим носом. Вопросительно смотрю на него и не двигаюсь. Что он хочет этим сказать? Да, я ни за что на свете не поверю, что они так легко меня отпустят.

— Катюш, ты же знаешь, что в этой жизни за все приходится платить? — подозрительно мягко тянет он. — Я честно не хотел прибегать к этому, но ты вынуждаешь меня, — вкрадчиво шепчет он, и от его голоса воздух вокруг нас наполняется напряжением. Он подходит вплотную ко мне и замирает. — Прости, но тебе не понравится то, что ты услышишь.

Глава 13

Катя

Неверящим взглядом смотрю на своего мужа. Запах женских духов, витающий в воздухе, не дает нормально дышать. Что он имеет в виду? Уверенность медленно начинает меня покидать, но я не собираюсь сдаваться его напору.

— Что ты хочешь этим сказать? — спрашиваю, не в силах скрыть взявшуюся из ниоткуда дрожь в голосе.

Его взгляд пугает. Он что-то задумал. Нашел чем может на меня надавить и готов использовать это в любой момент. Нашел вместе с родителями. С теми, кого я так любила. Вместе с самыми близкими он устроил настоящий заговор против меня.

— Если ты собралась уходить, то вперед! Я не буду тебя останавливать или как-то препятствовать. Я не буду тебя держать здесь насильно или устраивать сцены. Я сегодня добрый, правда? Твоя мама отменно меня накормила. Можно сказать все благодаря ей. Кстати, может, и тебе стоит начать стряпать? Она бы дала тебе хороший урок. Да и, может, мозги бы на место вставила заодно.

— Тебя волнуют пироги или то, что наш брак разваливается на части из-за твоих измен?

— Он не развалится. Я знаю тебя довольно хорошо, чтобы заблаговременно представить исход событий. Ты погуляешь, посмотришь на мир другими глазами и вернешься домой как миленькая. Смиренно сядешь у моих ног и попросишь прощения. Я, конечно же, тебя прощу в силу твоего возраста, а ты взамен закроешь свои глазки на то, что происходит и больше никогда не будешь поднимать эту тему, — произносит он с ухмылкой на лице, и в его голосе звучит такая уверенность, что мне становится не по себе.

— Значит, ты не собираешься завязывать со своими блядками?

Задаю риторический вопрос. Прекрасно знаю, что горбатого можно исправить лишь одним способом. Да и меня не волнует больше то, что он будет делать дальше. Достаточно того, что я все узнала и уж точно не буду его прощать.

— Не планировал. Катюш, я же о тебе забочусь. Считай это подарком. Тебе не приходится переступать через себя в моих увлечениях. Не надо утруждаться, когда болит голова или ты устала.

— А ты не думал, что я могу не вернуться? — перебиваю его поток мыслей и с вызовом смотрю в глаза, пытаясь выдавить из себя хоть каплю уверенности.

Я не позволю мужу манипулировать мной, но глупое сердце колотится так, словно хочет вырваться из груди. Отчего-то оно предчувствует что-то нехорошее. Грязное. Еще более низкое.

— Катюш, ты вернешься в любом случае, а знаешь почему? — отвечает он, и в его голосе проскальзывает зловещее предвкушение победы.

— И почему же? — пересиливаю себя, чтобы не дрогнуть. Я не должна показывать ему свою слабость. Он не должен ничего понять.

— Потому что перед отъездом я поговорил с твоими родителями, и мы решили, что в случае твоей упертости, ты можешь пойти погулять, но ты оставишь все дебетовые и кредитные карты дома. Все счета будут заблокированы. Это будет тебе неким напоминанием, благодаря кому ты живешь и ни в чем себе не отказываешь. Я и твой отец пашем, не покладая рук, чтобы ты ни в чем не нуждалась. Все, что ты имеешь - благодаря нам, — говорит он и вытягивает руку вперед, как будто демонстрируя мне свои силы. Свою власть. Свою значимость в том, что мы не бедствуем. — Выбор за тобой. Гордая, но при этом без копейки в кармане, или сделаешь вид, что ничего не видишь и продолжишь жить как ни в чем не бывало? Гордость еще никому не помогала в жизни. Иногда стоит быть более мягкой и покладистой. Кстати, спешу напомнить, что твоя мать прекрасно с этим живет. Не замечал, чтобы она была чем-то недовольна. У неё все есть, и она вполне счастлива. Подумай, прежде чем ответить. И не забывай, что без нас у тебя ничего нет. Готова оставить свою привычную жизнь и пойти скитаться по улицам или все же сделаешь разумный выбор?

Каждое его слово звучит как удар в область сердца. Он уничтожает своими словами все хорошее, что было между нами. Во мне нарастает гнев, смешанный с безысходностью. Он пытается загнать меня в угол, и я это прекрасно понимаю.

— Хочешь сказать, что угрожаешь мне тем, что вы отнимете у меня деньги и все, что я имею? Думаете, это красит вас? Лишить родную дочь, жену средств к существованию? Браво! Ничего лучше придумать не смогли? Может, найдете что-то более веское, чтобы я прям наверняка согласилась, а то пока звучит довольно неубедительно, — говорю я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно, но в глазах, вероятно, читается страх перед неизвестностью, ведь муж самодовольно улыбается, считая себя победителем в этой игре.

— Катюш, я сегодня очень устал и не готов долго ждать твоего ответа, — говорит он с неумолимым спокойствием. — Это тебе сейчас так кажется, что ты с легкостью со всем справишься, но ты ошибаешься. Этот мир не так прекрасен. Он жесток и не терпит тех, кто не имеет власти. Без денег ты станешь никем. Никчемной букашкой. Тебя раздавят, и ты приползешь обратно.

— Ты так в этом уверен или хочешь в это верить? Думаешь, я не справлюсь без вашей поддержки? А ты спросил меня, нужна ли она мне после всей грязи, в которую вы меня окунули?

— Она нужна всем, Катюш. Деньги - главный ресурс для выживания в этом мире, — твердо говорит он, пошатнув мою уверенность в себе.

Пренебрежительно смотрю на мужа, не веря во что он превратился. Возможно ли что так повлиял на него мой отец или он изначально был настолько гнилым, но из-за отсутствия денег не показывал своего истинного лица? А сейчас дорвался до власти и стал тем, кто есть.

Вася бросает взгляд на золотые часы на своем запястье и равнодушно спокойно произносит:

— Время пошло. У тебя минута.

Глава 14

Катя

Его слова - не пустая угроза. Он намеренно говорит все это. Он хочет меня сломать. Хочет, чтобы я сдалась и прогнулась точно так же, как и моя мать. Он думает, что я слабая, что смогу закрыть на все глаза, словно ничего не произошло. Но я не могу позволить себе стать той, кто поддастся этому давлению. Лучше уж без всего, чем в грязи.

— У меня есть минута, — произношу я, стараясь вложить в эти слова всю свою решимость. — Ты даже не представляешь, что я могу сделать за это время.

В его глазах проскальзывает легкое удивление, и я понимаю, что, возможно, именно этот момент может стать началом чего-то нового. Я готова сразиться за свою свободу, даже если это будет стоить мне всего.

С уверенностью на лице, вытаскиваю телефон из кармана. Захожу в приложение, которое есть у каждого в наше время. Ввожу логин и пароль и оказываюсь на главной странице.

— Ты серьезно решила потратить данное тебе время на то, чтобы поиграть в телефон?

— Поиграть? — игриво приподнимаю одну бровь вверх. — Игры закончились, дорогой.

Оформляю заявление на развод и с улыбкой на лице нажимаю кнопку отправить. Поворачиваю телефон к своему мужу.

— Я успела. Больше чем уверена, что у меня еще осталось время.

— Катюша, ты у меня такая наивная. Вроде девочка большая, а все не поумнеешь, — расслабленно говорит Вася и в груди все сжимается. О чем это он? — Я не дам тебе согласия на развод. Тебе придется изрядно постараться, чтобы добиться этого.

— У нас нет совместных детей, и я не претендую на раздел имущества, — стараюсь говорить уверенно, но голос то и дело выдает мое волнение.

Вася ни при каких обстоятельствах не должен узнать про нашего ребенка. Если он узнает, то точно не позволит мне развестись. Еще и до кучи начнет угрожать ребенком, а я этого не хочу.

— Тут ты права, но все же, не так легко получить развод без обоюдного согласия. Да и кто знает, что скажет твой отец, когда узнает, куда ты полезла?

— Это моя жизнь, и я вправе сама решать, с кем мне жить.

— Стоило задуматься об этом до того, как ты согласилась стать моей женой. Сейчас все иначе. Разве ты не заметила, как все изменилось?

— Заметила. Изменилось очень многое, Вась.

— Хорошо. Я утомился. Верни карту и можешь быть свободна. Я устал и хочу спать. Ключи от машины можешь пока оставить себе. Вдруг тебе негде будет ночевать, — усмехается он, словно это не моя жизнь, а какая-то несмешная шутка. Потирает переносицу, а у меня в голове вертится только то, что он так устал от его групповухи, а не от работы.

— Вы с отцом еще пожалеете об этом, — вытаскиваю из сумки карту и вкладываю мужу в руку. — Знаешь, что меня больше всего удивляет во всей этой ситуации, — с вызовом бросаю я.

— И что же?

— Как вы умудрились промыть мозги моей маме, что она так рьяно защищает ваше блядство и готова все это терпеть?

— Катюш, деньги творят чудеса, и ты скоро это поймешь. Постарайся не притащить домой никаких венерологических букетов, после своих гулянок. Все же молодой девушке довольно трудно будет заработать себе на жизнь, учитывая отсутствие опыта.

— Ты так говоришь, словно позволяешь мне трахаться со всеми налево и направо.

— Не позволяю, а предупреждаю, — он подступает чуть ближе. Спиной вжимаюсь в стену. — Если я узнаю, что ты с кем-то трахалась, да еще и за деньги, то тебе же будет хуже.

— В честь чего? Тебе же можно сразу нескольких окучивать. Почему мне нельзя?

— Потому что ты принадлежишь мне.

— Принадлежу? Я, по-твоему, кукла, которой ты вправе распоряжаться как пожелаешь?

— Я оберегал тебя от своих увлечений, но если я узнаю о том, что ты с кем-то спала, кроме меня, то я тебя не пожалею. Ты во всей красе узнаешь о том, что такое групповуха. Уяснила? — рычит он, с силой хватая меня за подбородок и сжимая его пальцами.

Стискиваю зубы, не позволяя себе поддаться эмоциям. Превозмогая боль, отталкиваю его руку от себя.

— Мы еще посмотрим, чем все закончится, милый, — последнее слово, буквально выплевываю ему в лицо.

Оставляю нашу квартиру, с силой хлопнув дверью, и выдыхаю. От страха слезы выступают на глазах. Сердце бешено заходится в груди. Ртом хватаю воздух. Я не могу сдаться сейчас. Я обязана справиться.

Вздрагиваю, когда дверь в конце коридора хлопает. Хватаю чемодан и иду к лестнице. Не хочу сегодня встречаться с соседями. Тем более в моем состоянии.

Глава 15

Катя

Выхожу на лестничную клетку и делаю глубокий вдох. Здесь редко кто ходит, а значит, я могу позволить себе дать волю эмоциям. Руки пробирает мелкая дрожь. Горло сжимает тугими спазмами настолько, что каждый вдох дается довольно тяжело. Мой муж, как я вообще столько времени называла его так?

Спускаюсь на два пролета, едва таща за собой чемодан с вещами и документами, и обессиленно опускаюсь на корточки, скользя спиной по шершавой поверхности стены.

Вдох-выдох.

— Нет. Я не могу сдаться сейчас. Не могу позволить им меня сломить. Пусть одна. Пусть на улице и без крыши над головой, но не там. Не в грязи. Не в болоте, которое утягивает все дальше, — шепчу себе под нос и встаю на ноги.

Они ватные. Мне с трудом дается каждое движение, но я не сломаюсь. Не буду такой же падшей, как моя мать. Не закрою глаза и не позволю вытирать об меня ноги, только потому что у них есть деньги. Выкарабкаюсь. Справлюсь. Они еще увидят, что я смогу встать на ноги.

Поднимаюсь и уверенно смахнув с лица слезы, встаю. Спускаюсь еще на пару пролетов и останавливаюсь. Шарканье ног из перехода между площадкой с лифтом и лестничной клеткой. И я догадываюсь кому они принадлежат.

Ну, пожалуйста! Только не сейчас.

Быстро привожу себя в порядок. Пощипываю за щеки. Промакиваю рукавом слезы и откашливаюсь.

— Ой, Катюша, а ты куда на ночь глядя с чемоданом? — останавливает меня соседка. Да ладно бы обычная соседка. Но нет. Мне просто не могло так повезти сегодня.

— Зинаида Вячеславовна, добрый вечер, — натягиваю на лицо самую искреннюю улыбку. — Да я вот…, — не знаю, что сказать.

Если она узнает правду, то на утро уже весь дом будет гудеть о том, что меня собственный муж выставил из дому. А пытаться донести ей обратное - это то же самое, что биться головой о стену и надеяться, что тебе откроют.

Она всегда считала, что жена не может уйти от мужа. Так же нельзя. Кто такая жена? Да жена и права-то не имеет перечить собственному мужу. Потому что должна делать так, как говорит мужчина. Он же глава семьи! — всегда с гордостью заявляла она, при этом всю жизнь терпит своего. И не любит, а именно терпит. Он пьет до прихода “белочки”, а заскакивает она к нему частенько. Его пьяный бред частенько можно услышать, если открывать окно в квартире. Он не работает добрые года два точно, но она все равно считает, что лучше так, чем одной. Их бы с моей мамой подружить. Точно нашли бы о чем поговорить.