Любовь великих. Истории знаменитых пар

© Ярошенко Н., 2026

© Дикер Л., иллюстрации, 2026

© Оформление: ООО «Феникс», 2026

© В оформлении обложки использованы иллюстрации по лицензии Shutterstock.com

Николай Рерих

Имена Николая и Елены Рерих в истории культуры навсегда соединены узами не только брака, но и глубокого духовного союза. Николай Рерих – фигура титанического масштаба: живописец, философ, сценограф, путешественник, автор Договора об охране художественных и научных учреждений и исторических памятников, известного как «Пакт Рериха».

Николай Рерих родился в 1874 году, Елена появилась на свет пятью годами позже.

Художник безоговорочно признавал, что все созданное им было плодом их общего горения. «Творили вместе, – писал он о роли своей жены, – и недаром сказано, что произведения должны бы носить два имени – женское и мужское» [82]. Свое глубокое почтение к жене Николай Константинович воплотил на знаменитом полотне «Ведущая», запечатлев ее образ как символ вдохновения и внутренней силы, «ведущей искателя подвига к сияющим вершинам».

Именно под влиянием Елены, с юности увлеченной мистическими учениями и философией Востока, Николай обратился к исследованию древних культур Азии. Начинал он свой путь с изучения славянской старины, древних городищ и создания монументальных христианских произведений, таких как знаменитый Пермский иконостас.

Судьба распорядилась так, что после многих лет жизни в Индии Рерихам не суждено было вернуться на родину. Николай Константинович скончался в 1947 году в долине Кулу, в Наггаре.

Елена Ивановна пережила мужа на восемь лет. Место ее упокоения в священной гималайской долине отмечено белой ступой – буддийским памятником. На каменной плите высечена лаконичная эпитафия: «Елена Рерих, жена Николая Рериха, мыслитель и литератор, давний друг Индии».

Ураганный ветер срывал палатки, и они кубарем катились в сторону ледяной пропасти. Из одной из них буквально в последнюю минуту перед падением выскочил мужчина, крепко держа за руку хрупкую женщину. Пытаясь устоять на ногах, он сквозь рев ветра прокричал выбежавшим из других палаток людям: «Спасайте ящики с надписью “Артефакты”!»

Поднявшаяся ледяная буря отнимала последнюю надежду дойти до того места, куда многие годы были устремлены все его мысли.

На подготовку экспедиции мужчина потратил три напряженных года. Чтобы снарядить караван, понадобилось убедить чиновников департамента сельского хозяйства США выделить средства для покупки больше ста животных, обеспечить всех питанием на несколько месяцев и нанять местных монгольских проводников.

Когда караван с людьми и животными в пустынной горной долине чудом вырвался из засады бандитов, то казалось, что самые страшные злоключения остались позади и главная цель экспедиции – Тибетская Шамбала – все-таки подпустит к себе и, возможно, приоткроет свою великую тайну.

Многие считали, что Шамбала – прекрасная мифическая страна, где можно достичь состояния внутреннего просветления. Они верили, что в чудесном будущем эта гармония ожидает все человечество. Наш герой был убежден в том, что такое место реально существует в виде скрытой от посторонних глаз деревни и находится либо на Алтае, либо среди гор Центральной Азии в одной из долин Гималаев. Именно там, согласно легенде, осуществляется земная связь с небесами, обитают великие махатмы прошлого и настоящего в ожидании того, что правитель Шамбалы соберет армию и направит ее против вселенского зла. После победы армии добра на всей земле воцарится эпоха красоты и истины.

Когда после тяжелого перехода через Сибирь и Монголию свет Шамбалы, казалось, был уже так близок, в дело вмешались земные силы в лице коварного англичанина. У резидента британской разведки вызвало подозрение то, насколько быстро удалось решить вопросы с проездными визами экспедиции в Советском Союзе. Куратор экспедиции полковник Бейли обвинил ее руководителя в шпионаже для СССР и дал негласное распоряжение властям отказать каравану в праве пересекать границу с Тибетом. Караван оказался запертым на зимнем перевале; для движения в любую сторону необходимы были продукты и теплые вещи. Но китайцы специальным приказом запретили всем проходящим караванам продавать продукты несчастным людям, а местным жителям – даже разговаривать с членами экспедиции. Выжить в пустынной горной местности на высоте четыре с половиной километра, с ураганными ветрами и при морозе ниже 40 градусов удалось не всем. От голода и холода погибли пять проводников, а из ста двух животных осталось только десять.

Вы думаете, я пытаюсь поспорить в изобретательности со сценаристом Джорджем Лукасом и набросать новый сюжет к бесконечным голливудским приключениям Индианы Джонса? Отнюдь. Тем более что обаятельный Харрисон Форд, исполнявший роль авантюрного и самого известного археолога в мире, отказался участвовать в дальнейших съемках. Русским Индианой Джонсом по праву называют художника, путешественника и мыслителя Николая Рериха. В начале этой главы я пыталась описать лишь один из реальных эпизодов его насыщенной приключениями жизни. Во всезнающей онлайн-энциклопедии он описан как русский художник, сценограф, мыслитель, писатель, путешественник, археолог, общественный деятель и академик Императорской Академии художеств. Что же касается личной жизни, там есть только одна строка: жена – Елена Рерих. Но, на мой взгляд, именно женитьба на этой женщине главным образом повлияла на его судьбу. Вряд ли с любой другой избранницей его жизнь была бы наполнена таким количеством приключений, авантюр, мифов, почитателей и критиков.

Хочу напомнить известную фразу, которую приписывают супруге 32-го президента США Франклина Рузвельта, Элеоноре. Как-то, гуляя в саду, Франклин увидел садовника и сказал жене: «Если бы ты вышла замуж за садовника, то была бы сейчас женой садовника». На что супруга достойно отреагировала: «Если бы я вышла замуж за садовника, то он сейчас был бы президентом США». Это вроде бы шутливое высказывание первой леди имело вполне серьезное основание.

Опытные психологи, для того чтобы разобраться в неудачах жизни и карьеры мужчин-клиентов, хотят встретиться с их женами. После знакомства зачастую становятся понятны причины мужских неудач. Женщины способны стимулировать к взлету своих партнеров, но часто случается, что погруженные в быт жены каждый день выдергивают по перышку из крыльев мужей, а по выходным обрезают их целыми пучками, лишая мужчину возможности мечтать о чем-либо великом. Началом проблемы является то, что женщины заранее соглашаются на брак с серыми личностями без всякого потенциала. С другой стороны, партнерство с талантливым мужчиной вовсе не гарантирует райской беззаботной жизни, на этом пути поджидают свои трудности. Как раз в них мы и попробуем разобраться в этой книге.

Встреча с Еленой полностью изменила жизнь Николая Рериха. Эта женщина сделала все, чтобы он максимально взлетел, причем в том направлении, которое ей самой казалось единственно верным. Елена была начитанной и хорошо знала цитату Антуана де Сент-Экзюпери: «Любить – это не значит смотреть друг на друга, любить – значит вместе смотреть в одном направлении» [90]. Сама она с юности увлекалась Востоком и эзотерикой, муж же смотрел в сторону русской древности и православной веры. Тогда Елена решила приложить все силы, чтобы изменить вектор его внимания и направить туда, куда устремлялся ее собственный взгляд.

Некоторые особенно рьяные поклонники Николая Рериха считают, что слова Рерих и Рюрик имеют общий готский корень, и из этого делают вывод, что его далеким предком является не кто иной, как «князь русских» Рюрик. Когда самому Николаю задавали этот вопрос, он многозначительно молчал, и в комнате повисала атмосфера таинственности. Ему льстила даже призрачная возможность принадлежности к высокородному семейству: отсутствие титула сказывалось на отношении к нему не только на службе, но и в личной жизни. В сословном российском обществе человек не из дворянского рода чувствовал себя второсортным, даже если добивался больших высот в профессии и на государственной службе. Александр Островский в комедии «Не в свои сани не садись» образно показал, как нищий ничтожный дворянин, отставной гусар Вихорев, цинично объяснял купеческой дочери Авдотье Максимовне причину своей женитьбы на ней: «Кому нужно даром-то вас брать! Можно было, я думаю, догадаться. <…> Видимое дело, что человеку деньги нужны, коли он на купчихе хочет жениться!» [72]

Стоит ли удивляться тому, что родители Елены, внучки Кутузова, дальней родственницы Мусоргского, дворянки из древнего рода, вписанного в «Бархатную книгу», были категорически против брака дочери с простым художником?

В начале лета 1899 года Николай Рерих, интересовавшийся археологией и русской древностью, отправился в путешествие по следам торгового пути «из варяг в греки». Его воображение рисовало богато одетых заморских гостей, плывших по реке вдоль древних славянских поселений на кораблях с носами-драконами. По берегам кипела жизнь: стучали топоры, поселенцы строили жилища и корабли, а после работы девушки и парни водили хороводы в расшитых одеждах. Все это художественно одаренный молодой человек красочно переносил на холст.

Когда в Третьяковской галерее проходила ретроспективная выставка Николая Рериха, то я не могла поверить, что там находятся картины одного автора – настолько разнятся ранние его работы с тем, что мы знаем о художнике по его позднему, восточному, периоду. Они написаны маслом, крупным, уверенным пастозным мазком, в них автор живо и точно передает все детали древнерусского быта. По его словам, «первые картины написаны толсто-претолсто». От корпуса строящейся ладьи буквально исходит запах древесины, а от пейзажей веет утренним ветерком. Знаток живописи Третьяков сразу оценил талант молодого художника и, как только увидел дипломную картину Рериха «Гонец. Восстал род на род», тотчас приобрел ее в свою коллекцию русского искусства.

Имя Николая Рериха известно в основном по многочисленным тибетским сюжетам, светящимся вершинам Гималайских гор и философскому осмыслению восточных легенд. Это увлечение Востоком относится ко второй половине его жизни, проходившей главным образом вне России. Но начинал Николай свой путь художника с изучения древнерусской живописи и считался рьяным ценителем всего русского. «Слава богу, – радовался он любому новому артефакту, – слепота прошла: иконы собирают; из-под грязи возжигают чудные, светоносные краски. <…> Наконец мы прозрели; из наших подспудных кладов добыли еще чудное сокровище» [83].

Когда Николай решил поступать в художественную академию, то отец, всю жизнь проработавший в кабинете нотариусом, сказал ему: «России нужны не рисовальщики, а общественные деятели!» – и поставил сыну условие: он может заниматься в Академии художеств только параллельно с обучением на юридическом факультете Петербургского университета. Отказаться от любимого дела – рисования – Николай не мог, поэтому пришлось одновременно учиться на двух факультетах. Он блестяще сдал выпускные экзамены и в университете, и в художественной академии. Диплом юриста юноша торжественно показал отцу и положил в самый дальний ящик семейного шкафа, а кисти и холст сопровождали его везде и всегда.

Его любимый учитель в Академии художеств Архип Куинджи часто повторял своим ученикам: «Хоть в тюрьму посади, а все же художник художником станет». Он знал, о чем говорил, потому что сам стал художником вопреки обстоятельствам жизни, а не благодаря им.

Архип Куинджи родился в семье бедного сапожника в Мариуполе, маленьком городке Малороссии, в то время бывшей самой что ни на есть окраиной Российской империи. В шесть лет ребенок потерял родителей и познал все тяготы сиротской жизни: пас гусей, прислуживал за столом, чистил сапоги, а в свободное время рисовал на всем подряд. Художественные способности добросовестного талантливого мальчика приметил хозяин и отвез его в Феодосию к своему знакомому, в то время уже знаменитому художнику-маринисту Ивану Айвазовскому. Мальчишке несказанно повезло попасть в настоящую мастерскую художника – правда, обучение в основном сводилось к покраске забора и перетирке красок, но зато он находился рядом с мастером! Позже, когда Архип Куинджи сам стал учителем Николая Рериха, он передал ему не только свое художественное мастерство, но и отношение к жизни. «Нужно, чтобы преподаватели были водителями в жизни», – написала в «Живой этике» Елена Рерих [68].

Таким и был А. И. Куинджи для своих учеников – не просто руководителем мастерской, но именно руководителем жизни.

Ко времени своего путешествия Николай Рерих уже закончил обучение и громко заявил о себе как о перспективном художнике. Его картина «Гонец. Восстал род на род» в 1897 году была представлена на выставке в Императорской Академии художеств. Для образованного Петербурга того времени считалось хорошим тоном посещать все выставки академии, побывали на ней и Елена со своей матушкой. Они хорошо разбирались в живописи и не могли не обратить внимания на работу талантливого молодого художника. Позже Николай Рерих так писал о семье жены: «Традиции рода способствовали развитию устремлений к искусству. Были большие исторические познания, был особый глубокий поэтический дар».

Когда молодой человек попал к ним в дом, Елена сразу вспомнила ту его достойную картину, и это обстоятельство расположило их к тесному общению. Родители девушки сначала не замечали взаимной симпатии молодых людей, считая, что дочери интересны только интеллектуальные разговоры с умным юношей. Когда они поняли, что эти беседы могут закончиться браком их дочери с человеком без дворянского титула, то приложили все усилия, чтобы разлучить их. Но девушка уже тогда проявила решительный характер и настояла на браке с любимым.

Отец Елены был успешным архитектором, по семейной легенде, его род получил говорящую фамилию Шапошников не просто так, а лично от Петра I. «Прадед отца моего, – рассказывала Елена своему жениху, – приехал в Россию при Петре Великом. Во время посещения Петром Прибалтийского края прадед состоял бургомистром города Риги и преподнес Петру великолепную шапку Мономаха, шитую драгоценными камнями и отороченную бобром. Император остался доволен оказанным ему приемом и пригласил прадеда приехать в Россию и принять русское подданство с новым именем Шапошникова, намек на полученный дар. И тогда же император подарил прадеду свой походный кубок, вернее серебряную стопу, с привинченной ко дну походной чернильницей. При стопе была и жалованная грамота» [47].

В роду Шапошниковых потом было много славных дворянских имен. Семья по линии матери Елены была еще родовитее. Полководец Михаил Кутузов приходился девушке прадедушкой, близким родственником был и великий композитор Модест Мусоргский. Эта ветвь семьи в 32-м колене шла от Рюриков. А вот дед композитора внес в дворянский род бунтарские гены, которые ярко проявились в знаменитом композиторе, а затем и в Елене. Он, вопреки традициям, отважился жениться на крепостной; «блестящий офицер… влечение сердца… поставил выше карьеры и женился на простой крестьянке…», – записано в одной из книг о роде Мусоргских [104]. Возможно, именно благодаря этому романтическому мезальянсу дворянская кровь наполнилась крестьянской удалью и явила миру неистовую музыку композитора. Модест Мусоргский не только не скрывал своего происхождения, но и часто с вызовом утверждал: «Соединение крепостной с аристократом-помещиком на благо россиянам».

Елена хорошо знала эту пикантную историю своей знаменитой семьи и, чтобы убедить родителей дать разрешение на ее брак с Николаем Рерихом, привела ее в качестве весомого аргумента.

Женщины в семье Шапошниковых вообще отличались сильной волей и твердым характером. Отец Елены в молодости мечтал стать художником, но по настоянию жены всю жизнь занимался более конкретным делом – архитектурой. Материнскую программу влияния на супруга Елена унаследовала в полной мере и тоже смогла резко изменить направление деятельности своего мужа. Благодаря ее усилиям Николай Рерих отказался от увлечения древнерусским искусством и посвятил свою жизнь Востоку настолько безраздельно, что и сам стал считать себя махатмой, да и выглядел как настоящий восточный учитель.

Одну из своих картин Рерих называл «Ведущая». На ней он символически изобразил себя и жену. На крутом горном склоне мужчина идет над пропастью, держась за край одеяния женщины. Она повернута к нему вполоборота, ее уверенная динамичная фигура устремлена ввысь, она вся какая-то необыкновенная, будто сотканная и из земного, и из эфирного. Мужчина на картине выглядит вполне земным, он полностью доверился женщине в их опасном пути по горной круче и следует к той цели, к которой она его ведет. Пожалуй, одной этой картиной можно было бы объяснить все нюансы взаимоотношений в паре.

Внешне хрупкая Елена смогла стать путеводной звездой для очень умного и сильного мужчины. Без оглядки на прошлое Николай пошел за ней и посвятил жизнь тому делу, которым была увлечена его жена. Художник считал: ко всему, что он создает, причастна его супруга.

Можно по-всякому относиться к тем поступкам, на которые приходилось идти этой паре, чтобы достигать своих целей. Многие осуждают Елену и Николая за то, что их восточные философские труды спорят с верой по рождению. Но тот факт, что они пронесли через много лет верность друг другу и тому делу, которому посвятили себя, вызывает огромное желание разобраться в их жизни.

Пытаясь вникнуть в хитросплетения судьбы семьи Рерихов, я все время задавалась вопросом: насколько они сами верили в те теории и идеи, ради которых отправлялись в смертельно опасные экспедиции, жили вдали от родины и пускались в финансовые авантюры? Мне так и не открылось в полной мере, каким был этот союз. Признаюсь, я упорно искала факты, свидетельствующие о каких-либо размолвках или недовольстве друг другом в этой паре, но так и не нашла. Все как-то до подозрительности идеально и складно. Очень хочется в конце концов поверить, что так бывает, если люди объединены одной целью и живут общими интересами.

Но вернемся в начало ХХ века и попытаемся понять, откуда у молодой девицы того времени, воспитанной в дворянских традициях, где роль женщины сводилась к роли хозяйки благопристойного семейства, появились навязчивые мысли об индийских махатмах и восточных учениях.

Здесь можно вспомнить вездесущую генетику и предположить влияние прапрабабки Елены по линии Голенищевых-Кутузовых. Она вышла замуж за касимовского царя и уехала за ним в далекое Казанское ханство, впитав на всю оставшуюся жизнь новую для себя культуру. А возможно, корни этого странного для девушки увлечения крылись в том, что Россия начала ХХ века бурлила самыми разными идеями. Финансовый мировой кризис перерастал в экономический и политический, за этим следовала рефлексия общества в виде новых философских теорий и культурных предпочтений. Одна часть вдохновлялась романтизмом революционных теорий, другие с головой уходили в оккультизм и проводили время в многочисленных эзотерических салонах, третьи впадали в меланхолию и писали декадентские стихи. Елена была девушкой активной и от рождения не совсем обычной. Ее не слишком интересовали увлечения барышень ее круга, основной целью которых было удачное замужество. Елена с большим энтузиазмом и всей горячностью молодости бросалась то в революцию, то в изучение оккультных практик. Ее сын писал: «В молодости она была несколько революционной. Дед боялся, что пойдет по пути революционеров». Но опасения отца Елены были направлены не в ту сторону, в итоге дочь избрала другую крайность. Общение с духами и спиритизм настолько увлекли девушку, что родители стали опасаться за ее психическое здоровье.

В то время балы и поэтические вечера наскучили высшему обществу и в Петербурге появился новый вид развлечений – загадочные спиритические кружки. Там можно было не только пообщаться с потусторонними силами и без труда узнать простой ответ на сложные вопросы, но и провести время с необычно мыслящими людьми.

Невольно напрашивается сравнение с сегодняшним днем. Но только сейчас ассортимент услуг расширился и кроме гаданий появилась мода на всякого рода тренинги и поездки в ашрамы, где адепты надеются получить успокоение. Только в 2024 году россияне потратили услуги на гадалок и магов 2,4 триллиона рублей. Огромное количество людей чистят чакры, снимают негатив и подключают колдунов к делам любовным. Появились даже официальные учебные заведения, готовящие специалистов в этом направлении. Недавно Прокуратура РФ проверила и лишила статуса вуза Международный университет магии и колдовства в Ивантеевке. В Госдуме довольно поздно отреагировали на эту проблему, но все же внесли на рассмотрение закон о запрете рекламы тарологов и колдунов. Со всеми этими гадалками и ворожеями пока пытаются бороться административными методами, хотя все гораздо сложнее и корни кроются в плоскости психологии общества в смутные времена.

В начале ХХ века тоже была создана комиссия по разоблачению спиритических опытов во главе с известным ученым Дмитрием Менделеевым. В помощь ему в Россию пригласили самого известного фокусника, американца Гарри Гудини, имя которого тогда гремело во всем мире. Он разоблачал один за другим трюки спиритов, показывая, как именно обманывают публику. Но количество медиумов и магов только увеличивалось. В Москве в 1906 году действовало 160 спиритических кружков, издавался журнал «Спиритуалист» в 30 тысяч экземпляров и даже проходил съезд спиритуалистов.

Такой масштаб деятельности мистиков в России во многом объяснялся тем, что император Николай II с супругой, боясь за судьбу наследника из-за его болезни, особо покровительствовали всякого рода медиумам. Русский царь считал, что промыслу божьему не противоречит вера юродивых, пророков и мистиков. Причем некоторые из этих «божьих людей», например Григорий Распутин, напрямую влияли на политические процессы. Церковь и православные ценности даже в императорском окружении не могли противостоять новым течениям, что уж говорить об обществе в целом!

Как писал Михаил Булгаков, «колдовству, как известно, стоит только начаться, а там уж его ничем не остановишь». Когда привычный мир рушится, человеку необходима под ногами хоть какая-то почва, пусть даже в виде греховной веры в потусторонние силы. Совсем не случайно в периоды социальных потрясений появляется огромный спрос на разного рода лжепророков.

В конце XIX – начале XX века в Россию потянулись предсказатели из разных стран, особенно экзотичными были ясновидцы с Востока. Еще начиная с Марко Поло, путешественники привозили оттуда фарфор, богато вышитые шелка, но в это время из Китая пришла мода на опиумные курильни с их обволакивающими мозг дымами. Это повальное увлечение как нельзя больше соответствовало эстетике декаданса. Посетители богемных салонов под воздействием дополнительного стимулятора получили возможность видеть яркие мистические образы и ощущать некую запретную свободу. Размывались границы между реальностью и сновидениями, жизнью и иллюзиями.

Сначала опиум и морфий использовались как медицинское обезболивающее средство, без всяких инструкций по его применению. Со временем стали появляться опиекурильни и специальные курительные комнаты при пивных, харчевнях и продуктовых лавках. Особенно эта беда распространилась во время Первой мировой войны среди военных. Михаил Булгаков, сам употреблявший наркотические средства, в рассказе «Морфий» так описал свое состояние: «Спасибо морфию за то, что он сделал меня храбрым. Никакая стрельба мне не страшна. Да и что вообще может испугать человека, который думает только об одном – о чудных божественных кристаллах» [22].

В таком общественном климате политического и морального хаоса взрослела необычная девочка Елена Шапошникова, которой и без того с раннего детства во сне приходили разные видения. В семье вспоминали, что она предсказала пожар в доме и смерть отца, а лет с двенадцати в этих снах стал постоянно появляться образ Учителя, который владел неограниченными знаниями о мире и бытии. Вместо того чтобы общаться со сверстниками, она часами просиживала одна в библиотеке, читая книги по истории и философии. Боясь, что дочь в студенческой среде увлечется революционными идеями, родители запретили ей поступать на Высшие женские (Бестужевские) курсы при Санкт-Петербургском университете, куда она хотела пойти после того, как окончила с золотой медалью Мариинскую гимназию. Елене пришлось перейти на домашнее обучение. Из-за этого девушка не только не имела возможности социализироваться, но и не получила полноценного высшего образования. Родители, оберегая дочь от одной напасти, в действительности способствовали тому, что взрослеющая девушка с головой погружалась в мир своих страхов и мыслей. Видения появлялись все чаще и приобретали более отчетливые формы, мистическое общение с Владыками Шамбалы (Белым братством) нередко приводило к приступам болезни, которые надолго приковывали ее к постели. Девичьи грезы о любви и замужестве не миновали ее, но они были устремлены в мир мистических видений, своим «сокровенным мужем» девушка стала считать Ветхого денми – это образ Бога из Ветхого Завета.