Исход Мира. Не Твоя?!

ГЛАВА 15

ЛИРА

С утра всё валилось из рук. Лада ночью неожиданно пропала, и Шератан, видимо, был с ней, что совсем немного, но успокаивало мою тревогу за девочку. Первой мыслью, конечно, был Драгон, который мог осмелиться повторно выкрасть свою пару. Но каким образом он это мог сделать из-под моего защитного купола, было совершенно непонятно. Я отправилась во дворец правителя, но, как оказалось, зря. По всему было видно, что Драгон не имеет отношения к исчезновению девушки и хранителя. Вернувшись в свой дом, я не находила себе места.

На исходе второго дня, когда надежда почти угасла, а безуспешные поиски вымотали до предела, я увидела, как возвращаются Лада и Шератан. Едва я начала отчитывать девушку за её беспечное исчезновение, как воздух вокруг задрожал. В пространстве прорезался мерцающий портал, и из него вывалился взъерошенный Каям в потрепанной одежде.

– Где ты была, Лада? – недовольно пробурчал сын.

Во мне вскипела ярость, смешанная с облегчением.

– А с тобой что произошло? Почему ты в таком виде? Дети, вы решили довести меня до нервного срыва? Одна исчезает на два дня, ни слова не сказав! Другой уходит утром, а возвращается как с поля боя! Что с вами творится?

Ярость клокотала во мне, готовая выплеснуться на головы этих неразумных детей. Но сквозь пелену гнева пробивалось беспокойство. Что-то явно произошло, и вид Каяма говорил об этом красноречивее любых слов.

– Я не избит! Просто кое-кому вправил мозги, чтобы уважал чужое мнение! – огрызнулся Каям в ответ. – А теперь скажи мне, матушка, кто мой отец?

Каям, тяжело дыша, оперся о стену. На его лице и одежде были капли крови, а на руках виднелись ссадины. Лада, напротив, выглядела невредимой, но в её глазах плескался испуг.

У меня земля начала уходить из-под ног. Слова, сорвавшиеся с губ Каяма, прозвучали как гром среди ясного неба, обнажив тщательно скрываемую тайну. Я, не в силах выдержать этот удар, осела на землю, и слезы сами собой покатились по щекам. Вокруг царил эмоциональный бардак. Каям настойчиво допытывался у Лады о её недавнем исчезновении. Я пыталась вставить хоть что-то в этот хаотичный диалог, но внутри меня бушевал ураган эмоций. В голове гудела тревога и отчаяние.

Каям, мой Каям, столько лет живший в неведении, теперь требовал ответа. И как я могла ему его дать? Как объяснить, что его отец – эльф, которого он никогда не знал, правитель, которого я сама пыталась забыть?

Лада, казалось, совсем потеряла дар речи. Она лишь испуганно переводила взгляд с Каяма на меня, словно ожидая, что я каким-то чудом разрешу эту невыносимую ситуацию. Каям, получив ответы от Лады, снова повернулся ко мне. В его глазах плескалась боль, злость и отчаянное желание узнать правду. Я подняла на него заплаканные глаза. Как же он похож на него... Эти же упрямые черты лица, этот пронзительный взгляд... Сердце сжалось от боли, но я молчала, обдумывая сложившуюся ситуацию. Когда все немного успокоились, мы разместились за столом под открытым небом, чтобы наконец-то спокойно всё обсудить.

– Каям, а что случилось с тобой? – спросила я.

– Я дрался с отцом, – тихо ответил он.

– Что ты сказал?! Этого не может быть!

Тайна рождения Каяма, которую я так тщательно оберегала, была раскрыта. Мир вокруг меня пошатнулся, и я почувствовала, как страх ледяными пальцами сжимает мое сердце. Все, что я так долго пыталась защитить, оказалось под угрозой.

Каям поднял на меня глаза. В них плескалась боль и растерянность. Моё сердце болезненно сжалось. Только сын хотел что-то сказать, как небо над нами вдруг потемнело. Огромная тень стремительно приближалась, и на землю приземлился разгневанный Драгон.

– Я что-то пропустила? – неуверенно прошептала Лада.

– Мы решили, что он тебя опять похитил, и пошли вызволять. Так Драгон и узнал о твоём исчезновении, – быстро пояснила я, наблюдая за тем, как дракон принял человеческий облик и направляется к нам.

– Подтверждаю, моя милая, неугомонная девочка! Они заявились ко мне с требованием тебя освободить, и тут выяснилось, что моя пара где-то шлялась два дня, да ещё и пахнет другим мужчиной! – прогремел Драгон яростным голосом. – С этого дня ты будешь заперта в моём дворце за легкомысленное и недостойное твоего статуса поведение! Ты поняла меня, Лада? Ты моя!

– Драгон, мне очень жаль, что мои друзья напрасно тебя побеспокоили. И, где-то в глубине души, мне даже приятно, что ты переживал из-за моей внезапной пропажи. Но уверяю тебя, со мной всё в порядке, и беспокоиться не о чем. А теперь ты можешь вернуться к своим делам, но на будущее, пожалуйста, усвой, что для встречи со мной тебе необходимо получить разрешение, – твёрдо ответила Лада.

Пространство вокруг Драгона замерцало от могущества собиравшейся силы, но в ответ Лада, неожиданно для всех, высвободила частицу своей силы и заморозила огненную силу дракона. Такое в моей жизни я видела не часто, чтобы одномоментно яростно и мощно воин Создатель был лишён своей силы!

– Как ты это сделала? – злобно рычал Драгон.

– Любые проявления огненной силы – моя стихия, поэтому навредить мне ты не сможешь. Уходи, пока я не разозлилась! – выпалила Лада ему в лицо. – И запомни то, что я тебе сказала.

– Ты моя пара и должна пойти со мной по доброй воле! Но ты, Ладушка, вымотала мне всю душу и разрушила мою спокойную жизнь. Древние руны драконов на твоих руках, по-твоему, о чём говорят? – спокойно спросил Драгон. – Ты обязана признать меня и подчиниться своему мужчине!

– Ни о чём они мне не говорят! Они для меня – пустой звук! И чем дольше я вдали от тебя, тем бледнее они становятся. Кто кому жизнь отравил? По какому праву ты меня обездвижил и выкрал из родного мира, словно игрушку? У тебя целый гарем, Драгон! Что ты ко мне привязался?! – возмущалась Лада.

Я была горда смелостью сильной девочки, но моё внимание притягивало ощущение, что в пространстве происходят какие-то странные изменения, связанные с прохождением между мирами. Оглядываясь по сторонам, возле деревьев, я увидела неожиданных для себя гостей и замерла. Там, в глубине зеленой листвы, стояли родители Лады, Эридан с девушкой и Ионэль. Тот, кого я боялась встретить и от кого бежала все эти годы, но он всё же настиг меня в моём собственном доме.

– Значит, ты говоришь, она вымотала тебе всю душу, Драгон, и лишила покоя?! Ты посмел похитить мою дочь в свой гарем?! – громогласно выкрикнул Иван, рядом с которым стояла разгневанная Дева.

Дальше каждую долю секунды происходили действия, на которые никто не мог спокойно реагировать. Иван и Дева вступили в поединок с Драгоном, снося его с ног. А суровый и очень изменившийся Ионэль направился ко мне. От неожиданности происходящего я отступила несколько шагов назад и замерла, когда увидела, что Каям преградил дорогу отцу.

– Ни шагу к ней, – уверенно сказал сын. – Кто ты такой, чтобы явиться сюда?

– Я твой отец, сын, а Лира – моя женщина, и я двадцать лет мечтал посмотреть в её жестокие глаза. Все эти годы я искал вас, проходя по всем мирам, чтобы быть рядом с тобой и спросить с неё за то, что она бросила меня и разлучила с тобой, – едва сдерживаясь, ответил Ионэль. – А теперь дай мне поговорить с твоей матерью и моей женой, сын!

В воздухе повисло вязкое напряжение. Каям, казалось, не собирался уступать. Он шагнул ближе к отцу, и их воинственные взгляды встретились.

– А теперь скажет матушка. Твою позицию я услышал, но не верю, – стиснув зубы, процедил Каям.

Ионэль вздохнул, его глаза стали более теплыми, но в них всё ещё читалась решимость. Они стояли друг против друга, как две копии, но один молод, а другой – взрослый. Я неотрывно смотрела на Ионэля, того, кого когда-то любила, и поражалась, как сильно он изменился. Сейчас перед нами стоял могучий воин, от которого во все стороны расходилась сила и жгучая боль. Внимательно исследуя его потоки, я была поражена.

– Ионэль, я не могу сказать, что рада тебя видеть. Зачем ты явился сюда? – холодно произнесла я.

Он сурово смотрел мне в глаза из-под густых бровей, но в этом взгляде не было ненависти, там обитала боль и надежда. Его лицо и тело, закаленные в битвах, изменились. И сам эльф, когда-то высокомерный и беспечный правитель, теперь выглядел возмужавшим и жестоким воином. В нём изменилось всё, даже осанка.

– Лира, а я рад, что наконец-то нашёл тебя, пройдя через бездну, чтобы получить ответы на свои вопросы, – жёстко ответил Ионэль, не отводя своего цепкого взгляда от меня. – И первый из них: по какому праву ты ушла от меня и забрала моего наследника?

Между нами началась битва взглядов, и в воздухе повисло напряжение, казалось, что молнии нашей силы готовы были разразиться в любую минуту. От моего гнева Ионэля спасало только то, что я ощущала – его слова содержат не только гнев, но и искреннюю боль.

– Я ушла, потому что не приняла твоё предложение стать любовницей и фавориткой, – произнесла я, стараясь сохранить хладнокровие. – Ты был слишком занят своим царством и предстоящим заключением союза с эльфийкой, чтобы заметить, что причинил мне боль. К тому же я помню, как ты хотел посадить меня в золотую клетку.

Ионэль сжал челюсти, и я увидела, как его мускулы напряглись. Он не хотел признавать, что в моих словах была истина. Та правда, что съедала его двадцать лет день за днём, но глаза Ионэля выдавали его.

– Ты не понимаешь, – проговорил он, слегка подняв голос. – Я делал это ради нас, ради нашего будущего! Всё могло быть по-другому, если бы я знал, кто ты и что у нас будет ребёнок.

– Но какой ценой?! – не сдержалась я и воскликнула. – Ты сказал, что я не достойна тебя и подземного царства! Что мы не равные! Мне этого было достаточно, чтобы навсегда тебя покинуть. Я не буду делить свою жизнь с мужчиной только из-за статуса. Меня не интересовал твой расчёт, как правителя.

Секунды тянулись, и в тишине слышно было наше дыхание. Пораженный Каям напряженно стоял и молча слушал. Взгляд Ионэля смягчился, и на мгновение в его глазах пробежала искорка воспоминаний о тех днях, когда мы были счастливы. Сейчас, читая его как книгу, я узнала всё, что он прошёл за эти годы.

– Я не хочу с тобой ссориться, – наконец произнес он, его голос стал тише, но был всё ещё полон решимости. – Я пришёл не только за ответами, но и чтобы всё исправить.

Моё израненное сердце от радости забилось чаще, но я была уверена в том, что нельзя позволить чувствам взять верх. Мы опять стояли на краю пропасти.

– Очень интересно, правитель Ионэль! – холодно сказал Каям. – Любовница, значит? По-вашему это место достойно моей матушки?

– Сын, это было в прошлом, – виновато ответил Ионэль.

– А я вот так не думаю, и насколько мне известно, о праве наследования трона, то я не наследник вам, а бастард, к тому же полукровка! – улыбнувшись ответил Каям. – Так что вы мне во дворце Драгона солгали. Вот это вы знатно промахнулись, оскорбив мою матушку! Значит, вы не знали, что она Создатель?! Очень интересно!

Каям скрестил руки на груди, его лицо было неподвижным, но я видела, как его челюсти сжались от гнева.

– Значит, ваше царство и интересы были превыше её любви?! – усмехнулся Каям, а в его голосе звучала горечь. – Себя поставили выше всего?! А теперь пришли требовать ответов?!

– Ты не понимаешь, – сдержанно ответил Ионэль, но в его голосе послышалась нотка усталости. – Я ошибся. Теперь я пришёл вернуть свою любовь и семью.

Чувствуя, как напряжение между ними нарастает, словно два грома, готовые столкнуться, я решила прекратить этот разговор.

– Ты не имеешь права говорить о любви, Ионэль, – холодно произнесла я. – Ты разрушил всё тогда, и сейчас этого уже нет. Уходи.

– Я пришёл, чтобы просить прощение за свой поступок, – сказал Ионэль, и наши глаза встретились. – Прошу тебя, Лира, позволь мне остаться рядом.

– А как же твоё царство? – спросила я, полная недоумения.

– Без тебя это оказалось незначимым, – ответил Ионэль, нежно смотря мне в глаза.

Каям замер, от удивления его выражение лица изменилось. Я чувствовала, что сын колебался между гневом и желанием понять, что именно предлагает его отец. В его глазах я видела борьбу — между ненавистью к отцу и желанием спасти меня.

– Я знаю, что это сложно принять, – сказал Ионэль, его голос стал таким, каким был когда-то. – Но прошу, хотя бы не гони от себя.

– Уходи, Ионэль, всё, что было между нами, осталось в прошлом, – тихо ответила я, и уставшая от всего происходящего направилась в дом.

ГЛАВА 16

ИОНЭЛЬ

Едва мы с Эриданом успели показать свои воспоминания, как Иван зарычал. Это был гортанный звук невообразимой злости, которая была готова уничтожать всё на своём пути. В глазах отца Лады я видел ненависть и ярость. Дева же сидела не двигаясь и лишь перебирала пальцами амулет Каяма. Было хорошо видно, что она находится где-то далеко в мыслях. Все замолчали и посмотрели на неё. Неожиданно в рабочий кабинет вошли Дар и Элени. Брат Лады сурово сказал:

– Мама, я всё видел. Спасибо, что передала. И я с тобой согласен. Драгон лжёт. Если это то, о чём я думаю, то его уже ничего не спасёт. За сестру я оторву голову этой твари. И хватит об этом. Открывай портал в их мир.

Дева подняла глаза и осмотрела нас всех.

– Держите себя в руках. Кто не способен, оставайтесь здесь. Для начала я хочу понять все причины и найти свою дочь, – сдерживая эмоции, холодно произнесла она.

Я понимал состояние этой семьи и знал, насколько их сила опасна, но сейчас я в них нуждался. Едва мы вошли в главный зал Храма Судьбы, как перед нами развернулся необычный мощный портал, каких я ещё не видел. В центр него Дева протянула руку, держа в ней амулет моего Каямэля. Её глаза сияли, и я впервые увидел, как она осуществляет поиск по следу силы.

Это было весьма завораживающее зрелище. Световая фиолетово-серебристая нить потянулась от амулета вглубь портала, внутри которого сменялись картины звёзд и планет, потом появилось голубое небо и зеленый лес. Поиск указал конечную точку, и мы шагнули в портал.

Выйдя на окраине незнакомого леса в чужом мире, я сразу увидел Лиру, рядом с которой стояла Лада и мой сын. Они о чём-то спорили с Драгоном, а вокруг искрило силой. То, что творилось дальше, уже не привлекало моего внимания. Я замер, смотрел только на неё, ту, которую искал двадцать бесконечно долгих лет, сходя с ума и наказывая себя.

Первый разговор был тяжелым, но для меня имело значение лишь одно – разговор состоялся. Слова нам обоим давались с трудом, а каждый звук резал слух. Обжигающие нервы и душу обиды, словно осколки стекла, торчали из каждого произнесенного слова. Взаимные упреки и претензии стояли непробиваемой стеной между нами. Она никак не хотела меня понять, а главное – осознать, что я уже не тот, кого она знала. Пройдя через множество испытаний, я давно переосмыслил свою жизнь и цель.

Всё время разговора я стоял в нескольких шагах от неё, боясь спугнуть и потерять, разрушить эту хрупкую реальность. Запах её волос, такой знакомый и такой забытый, ударил в голову, одновременно всколыхнув во мне злость и любовь. Я помнил каждый изгиб её тела в ответ на мои ласки. Но сейчас передо мной стояла другая женщина, закалённая, сильная и независимая. И я понимал, что мне придётся заслужить её прощение, доказать, что я достоин её любви, если это ещё возможно.

Она говорила холодно, постоянно сверля меня взглядом. Я видел, как в её глазах мелькают сомнения, как борются между собой гнев и любовь. Я знал, что это будет трудная встреча. Но я был готов пройти её до конца, лишь бы вернуть доверие Лиры, лишь бы снова увидеть в её глазах теплоту любви, а не холодную ненависть.

Теперь я был уверен, что у неё никого нет. Её сердце принадлежит только мне, и я это явно ощущал, находясь рядом с ней. Потоки Лиры ластились ко мне, но этого никто, кроме меня, не видел, даже сама Лира. Этот дар пришёл ко мне, когда я надел на палец Кольцо Мироздания и прошёл с ним по вселенским мирам, защищая Свет. Даже вернув кольцо законной владелице – Деве, спустя время я понял, что сила кольца частично осталась во мне. Она сделала меня могущественным и сильным, но я это скрывал. И вот теперь, с помощью моего дара, я знал, что моя любимая женщина, та, что покинула меня, оскорбившись моей гнусной глупостью, всё ещё искренне любит меня. Сама Лира в этом не признается даже себе, потому что женская гордость ей этого не позволит.

Увидеть её было всё равно, что жадно вдохнуть глоток свежего воздуха, когда выныриваешь из смертельной бездны. Мне захотелось жить. В голове родилось множество мыслей, и главной из них стали наши дети. Теперь моя жизненная цель сменилась, и я хотел иметь семью и много детей от Лиры. Особенно увлекала мысль родить дочь, похожую на мать. Такую маленькую Лиру, которую я окружу заботой и вниманием, и никому никогда не отдам. Я хочу сам видеть, как они будут расти и смеяться, находясь только рядом со мной. Семья и наш общий дом стали моей главной жизненной целью, ради которой я готов был изменить всё. Но для начала я должен вновь завоевать свою женщину и вернуть её себе.

Когда звуки поединка между семьёй Лады и Драгоном стихли, а все объяснения между мной и Лирой пришли к её пожеланию расстаться окончательно, я решился на отчаянный поступок.

– Каямэль, я люблю твою мать, и я твой отец, помоги мне исправить то, что когда-то натворил я. Сын, я прошу тебя о помощи, – смиренно сказал, смотря, как Лира заходит в свой великолепный дом.

– Моё имя Каям, – задумчиво ответил сын.

– Ты должен меня понять, ребёнок мой. У эльфов принято называть полное имя. А твоё звучит как принц Каямэль Регнам, – уверенно ответил ему. – Имя нашего рода означает Царственный. И ничто этого не изменит. Твоя кровь всегда будет взывать к тебе и выделять среди остальных. Нет среди светлых эльфов рода сильнее нашего, и так должно оставаться вечно.

– Правитель Ионэль, – тяжело вздохнув, сурово начал говорить мой сын. – Я полукровка и бастард. Моя мать не жена вам, а значит и я не принц. И меня лично это устраивает. Если матушка, не перенеся вашего нанесённого оскорбления, посчитает вас чужим для себя, то и мне вы будете чужой. Но я помогу вам лишь в одном. У меня в горах есть собственная хижина, и я поселю вас там. Дальше всё будет зависеть от ваших действий.

Мудрость и дальновидность моего сына были выше всяких похвал. Это был достойный будущий правитель. Я прекрасно понял его мысли и предложение. И меня радовало, что мой единственный ребенок вырос удивительным, верным долгу и величественным эльфом. Он сочетал в себе редкие качества отменного воина и мудрого правителя. Каямэль не был высокомерным или горделивым, несмотря на то, что его мать – Создатель.

– Ты не полукровка, сын. Ты – ребёнок Создателя и правителя. А это дорогого стоит во всех вселенных. И я принимаю твоё предложение. Открывай портал. Пусть сейчас Лира отдохнет. Я вижу, у вас тут своих проблем с Ладой хватает, – усмехнувшись, ответил я.

Каямэль открыл проход, и я пошел за сыном, полностью осознавая, что не в моём положении было перечить. Вышли мы в изумительном по красоте лесу, где находился огромный водопад. Лёгкий ветер приносил влажный воздух с капельками брызг. После многих лет своего добровольного затворничества во дворце подземного царства я стоял и завороженно смотрел на величественную красоту высоких гор, с которых непрерывно спадала мощная водяная масса, разбиваясь внизу о воду и камни в образовавшемся природном озере.

Я молча шел за сыном, поражаясь разнообразию здешней растительности. Воздух был наполнен мягкой влажностью и теплом. Солнце уже заходило за горизонт. Птицы издавали странные для меня звуки, как будто кряхтя. Вся почва под ногами была покрыта мхом, мягким и тонким, как ковёр, по которому было приятно ступать. Высокие деревья насыщенного изумрудного и красного цвета спускались длинными плетями до самого низа. Земля и растительность, воздух и вода – что-то шептали, как будто обсуждая мой приход. Вдали виднелась зелёная хижина, сделанная из спускающихся живых плетей деревьев.

– На озере прекрасная вода, – сухо сказал Каямэль.

– Я обязательно поплаваю. Когда-то мы с твоей матерью так познакомились, – счастливо улыбаясь своим воспоминаниям, ответил я.

Сын промолчал, но я видел, что он пристально за мной наблюдает. Мы вошли в лесной дом, и всё в нём говорило о том, что моему сыну нравится походная жизнь. Здесь было только всё самое необходимое. Стены были обиты белыми деревянными досками, а окна украшали легкие шторы, пропускающие свет и создающие уютную атмосферу. На столе стояли простые, но аккуратно расставленные предметы посуды, а в углу размещался большой топчан.

– Ты знаешь, Каямэль, – продолжил я долгожданное общение с сыном, – мне нравится твой скрытый ото всех дом. Я ведь правильно понял? У меня тоже такой был в молодости.

Он кивнул, немного задумавшись.

– Расскажите о вас с матушкой. Только правду. Ложь я слышал во дворце Драгона, – сурово сказал сын.

Я заметил, как его глаза заиграли интересом, когда я начал рассказывать о том, как мы с его матерью познакомились и проводили время в нашем мире. Я вспомнил, как она смеялась, когда я пытался поймать рыбу, и как в конце концов мы просто сидели на берегу, наслаждаясь тишиной и красотой. Вспомнил её дом в карстовой пещере и рассказал о великолепии своего мира. А потом тяжело и правдиво я поведал, как сам уничтожил свою жизнь. Каямэль теперь знал всё и даже то, как я искал их все эти годы.

– Я искренне раскаиваюсь в том, что сделал, – добавил я в конце, – и пришёл всё исправить. Лира и ты нужны мне, как дыхание.

Каямэль долго молчал и слушал, не перебивая, после чего произнес, присаживаясь ближе:

– Это было жестоко и глупо с вашей стороны, но кто я такой, чтобы судить! Мне никогда не нравилось, что матушка одинока. Я вижу, как мужчины засматриваются на неё, стоит нам только появиться в провинциях. Она красива и мудра, но всегда всем отказывала. Теперь я знаю, почему. Слишком глубокую рану вы нанесли её сердцу. А теперь мне необходимо возвращаться. Отдыхайте, правитель.

Я проводил сына и, взяв полотенце, отправился на озеро, смывать с себя грязь этого счастливого, но тяжелого дня. Берег встречал меня мелкой круглой галькой, когда я увидел огромный по своим размерам каменный природный бассейн с обточенными водой краями, который примыкал к природному озеру. С другой стороны от меня с грохотом падали мощные потоки воды, разбиваясь о валуны. Вокруг всё было в диких зарослях. Я понимал, почему мой сын выбрал это прекрасное место.

ГЛАВА 17

ЛИРА

Спокойное время в моей жизни закончилось с приходом в неё Драгона. Эридан рассказал, как Ионэль узнал про моё местонахождение, и каким именно образом им удалось нас найти. Сидя на террасе, я выслушивала претензии Девы, которая шумно возмущалась происходящему и бесконечно ругалась с Ладой. Иван молча рассматривал свою дочь и не отходил от неё ни на шаг. И только брат Лады посмеивался над родителями, которые отказывались принимать решения девушки и путь, выбранный ею.

– Как ты могла нам не сообщить, Лира? – в своих возмущениях Дева переключилась на меня.

– Дорогие мои друзья, я рада вас видеть в своём доме, но прошу не вмешивать меня в ваши семейные споры. Я буду на стороне Лады, к тому же она вам сообщила о том, что путешествует, – улыбнувшись устало ответила я. – Лада сильная и волевая девушка. В моём доме ей абсолютно ничего не угрожало.

Это страшно, когда родители не хотят слышать своих детей, размышляла я, наблюдая, как Дева с Иваном высказываются против того, чтобы Лада оставалась в нашем мире. Дева, не успевшая переварить мои слова, продолжила настаивать на своём. Она с каждой секундой становилась всё более эмоциональной, и мне это не нравилось. Я знала, что такие споры могут только усугубить ситуацию, но остановить её было непросто.