Пришествие тьмы

ОДНАЖДЫ НОЧЬЮ. ТЬМА НАСТУПАЕТ.

Ели-ели светит луна, отражаясь от темных окон многоэтажек. Небольшой город уснул, погасли фонари, даже бродячие псы прекратили свой вой… В такой темноте легко потеряться и не найти нужную тропу к родному дому, хорошо, что наш герой не ищет дороги, а смирно спит у себя в кровати.

Темные волосы, резкие скулы, широкие плечи и гора мускул, казалось, ничто в мире не сможет потревожить его сон. Он спал, как младенец, раскинувшись на всю кровать и сладко посапывая. Кровать была огромная, сделанная из красного дерева в старинном стиле с красивой резьбой, изображающей то ли зверей, то ли птиц, точно сможет сказать только мастер, выполнивший ее на заказ пару сотен лет назад. Она выбивалась из общей картины маленькой квартиры студии, отделанной просто и без всякого стиля, в ней не было даже шкафа, а немногочисленная одежда висела на паре стульев или валялась на полу. Так же не было картин, украшений, настенных часов лишь пара фотографий, одна его возлюбленной, вторая матери.

Смотря на столь скромное убранство, можно решить, что наш герой беден, но это не совсем так. У парня хорошая работа – фитнес инструктор в весьма популярном спортклубе, и денег, которые он там зарабатывает, хватило бы на весьма фривольную жизнь, хорошую квартиру и машину. Собственно, так он и жил, отдыхал в барах и саунах, любил подебоширить, так бы и продолжалось, если б в один, ничем не примечательный день, ему не сообщили, что мать больна раком поджелудочной, и необходимы дорогущие лекарства из-за границы, в этот день рак начал высасывать не только жизнь из его матери, но и все финансы из молодого человека. Уже четыре года все деньги уходят на лечение, хуже ей не становится, но и улучшений не предвидится.

Зазвонил телефон, парень резко вскочил, неужели что с мамой, но нет, звонила его девушка. Он на секунду застыл с телефоном в руках, вспоминая все, что с ней связано.

Они познакомились несколько месяцев назад, такой же темной ночью. Егор, так зовут нашего героя, возвращался домой после тренировки, когда увидел, что трое парней тащат какую-то девчонку в темный уголок. Не в праве он был просто пройти мимо, вступился, и, несмотря на огромный рост, 193 см, и спортивное телосложение, драться он не умел. Выйти из драки победителем ему помогло лишь то, что парни дрались еще хуже, да и самому все равно досталось.

–Вы как? – услышал он встревоженный голос. На него устремились голубые, такие беззаботные, как будто детские глаза. Егор усмехнулся «Да ей лет пятнадцать, наверное», уж слишком детский взгляд, нарисованные брови, и нежное лицо без единой морщинки или складки, маленький носик и губы.

– Жив вроде… – хриплым голосом отозвался он.

– Слава Всевышнему! Если бы не вы, не знаю, чтобы они со мной сделали… Вы можете встать? Может скорую?

Девушка немного отодвинулась и начала искать в сумке телефон.

– Не надо скорой… – последовал ответ, и у парня промелькнула мысль, а она ничего, да и лет ей ближе к двадцати, темно, вот и спутал с малолеткой.

– Я Вас провожу – девушка подскочила и стала помогать ему подняться, даже удивительно откуда в ней столько сил, чтобы тягать такую тушу.

– Я, Вика – все так же беззаботно пролепетала она, уже провожая парня до дома.

– Егор…

Так они и познакомились, а девушка, даже на год старше Егора оказалась.

– Алло – он наконец-то поднял трубку.

– Милый приезжай! Мне страшно!

– Тебе? Страшно? Разве такое бывает? – на лице у мужчины расплылась улыбка.

И, действительно, за то время, что они вместе, он ни разу не видел даже намека на страх в этих голубых глазах, даже в ту ночь, когда три подонка тащили ее в подворотню. Она всегда улыбалась, а глаза сияли, в ней было столько позитива и энергии, что, если использовать ее вместо электростанции, света хватило бы на пару ближайших городов. И этим позитивом она заразила и своего парня, с ней он впервые за последние четыре года по-настоящему смеялся. Именно за это он ее и полюбил.

Если посмотреть на их пару на улице, когда они мирно гуляют, то непонятно, как такая странная маленькая девчушка, отхватила себе такого парня. Тонкие волосы, каждый месяц нового цвета, нарисованные брови, маленькие глаза, нос и губы, ее сложно назвать симпатичной, скорее по-детски милое лицо, не самого милого ребенка, не говоря уже про фигуру в форме доски и рост полтора метра в прыжке, с Егора. А рядом он, с утонченным, аристократской кровью, лицом, фигурой Аполлона, густой шевелюрой и пронзительным взглядом. Но только рядом с ней он был счастлив.

– Представь себе, бывает и такое. Ты вообще хоть представляешь, что я сегодня пережила?!…

Она начала, как обычно, долгий рассказ про свой день, с самого утра и до самого вечера, во всех подробностях и красках. Говорить она любила, могла вести свои монологи часами, постоянно меняя тему, забывая, с чего начинала и к чему вообще вела.

– А потом я посмотрела фильм, я думала это комедия, а там какой-то чудик покрошил всех в капусту, пока за окном была гроза! Теперь не могу уснуть. Приезжай, ну пожалуйста!

– Но на небе не… – начал было Егор, но в тот же миг, будто по волшебству, яркая молния разрезала небосвод отразившись в окне, а через мгновение раздался гром. Это было похоже на клич валькирий, провозглашающих о своей охоте и сверкающих мечами, они где-то там за черными тучами нашли новую добычу и до земли долетают лишь искры, в виде молний, и грохот, в виде грома, от ударов их орудий.

– Хорошо, скоро буду – видимо выбора у него уже не осталось.

– Жду, только давай по быстрее, целую!

– И я тебя!

Парень стал быстро собираться, заблаговременно вызвав такси, выбрал самую лучшую, то есть чистую, одежду, облился дешевыми духами, купленными в честь знакомства с Викой, достал из тумбочки пачку презервативов, лежавшую там уже около месяца, в надежде, что сегодня то точно пригодятся, и выскочил в уже ожидающие его такси.

Тяжелые капли с каждым мгновением тарабанили все сильнее, грозный набат не предвещал легкой дороги, ветер старался превратиться в бурю, желая разорвать любого на своем пути. Такси пробиралось по темным улицам города, бредя, как путник в пустыне, не видя дороги, лишь ее скудное отражение в узкой полосе света, вырывавшегося из фар и тут же нещадно сжираемого потоками дождя. Листья деревьев качали листвой ему вслед, словно провожая на ратную битву.

Снова яркая вспышка ослепила глаза, а выстрел грома заложил перепонки, таксист не выдержал.

– Куда вас, блять, в такую погоду черти несут? Сидели б дома, под одеялком! Ладно вас, куда меня черт, блять, понес, сидел бы дома, футбол смотрел, нет, как самая жопа, так приспичило поработать… Ебаный рот, ни хера не видно!

Парень молчал, желая лишь по быстрее добраться до цели.

– С Вас сто пятьдесят, рублей!

Егор отдал две сотни и, не дожидаясь сдачи, вышел из машины.

Путь от машины до двери подъезда занял целую вечность, он чувствовал себя Индианой, преодолевающим ловушки на пути к сокровищу. Вода заливала глаза, ветер резал кожу, жуткий вой летней грозы пронизывал душу. В такую погоду ведьмы танцуют, устраивая очередной шабаш и призывая демонов, ликуют.

Уставший и мокрый пришел, наконец, и, обессиленной рукой, дотронулся до дверного звонка.

– Кто там? – раздался веселый голос за дверью.

– А ты, как думаешь?

– Маньяк?!

– Он самый!

– Тогда милости просим

Дверь распахнулась. Она стояла в легком халатике, не накрашенная, он увидел ее такой впервые. О, а брови то, есть на лице, и без косметики она все так же прекрасна.

– Заходи – Вика слегка отодвинулась в сторону.

Егор начал заходить, нарочито медленно, как будто проход между его возлюбленной и стеной был неимоверно узкий, а поравнявшись с ней, резко схватил ее в свои медвежьи объятья, она пыталась наигранно сопротивляться, но, конечно же, без толку.

– Фу, ты мокрый! Отстань! – верещала она, весело смеясь – Чай будешь? – предложила, когда они успокоились – Сейчас поставлю.

Ее квартира была ненамного больше, чем у нашего героя, скромная, чистая, почти стерильная, Егор даже растерялся, не зная, куда себя деть, чтобы ничего не испачкать. Это была чисто девчачья квартира, розовые тона, фотографии котиков, какие-то непонятные мужчинам украшения, хотя все висело и лежало аккуратно и на своих местах.

– Да не парься, раздевайся и проходи, я все уберу!

Она произнесла это с такой легкостью и простотой, что все стеснения пропали, скинув ветровку, парень смело шагнул по направлению к кухне, за что тут же получил по лбу.

– А обувь? Я что тебе, поломойка? – игриво сказала девушка.

– Нет, ты посудомойка, а не поломойка! – молодые люди снова рассмеялись.

Сняв обувь, Егор прошел по узкому коридору на кухню и стал наслаждаться чаем.

Сервис был, как и его кровать, переживший ни одно столетие, узоры ручной работы расписывали чашку и отдавали золотом, такую посуду приятно держать в руках, особенно когда она отполирована до такого блеска, что в глазах рябит. Кухня не отдавала излишествами. Небольшой холодильник, шкафчики с посудой, газовая плита и микроволновка, было непонятно, готовят здесь что-либо или нет, так как ни одной пылинки не было видно.

– Что ж за фильм тебя так напугал?

– Если честно… – она бросила быстрый взгляд на своего суженного – …не было никакого фильма, я просто хотела, чтобы ты приехал.

Парень оторвался от чая и уставился на нее, не понимая, шутит она или нет, но ее глаза на этот раз были серьезными. Никогда раньше он не видел ее такой серьезной, глаза наполнились глубиной, и из небесно-голубого превратились в темно-синие, как море летней ночью. В этих глазах он мог утонуть, так и сидел бы, смотря в них всю ночь.

– Ну, я приехал – попытался наш герой неловко пошутить.

– Я очень рада – все так же серьезно продолжала Виктория, и на мгновение во взгляде промелькнула немыслимая, для столь юного возраста грусть, после чего она резко поднялась и удалилась в направлении спальни.

Егор растерялся на мгновение, но быстро взяв себя в руки, одним глотком допил остатки чая и поспешил вслед за любимой. Но не успел он пройти и пару шагов, как глаза заволокла пелена, и тяжелое тело упало на пол…

Легкий бриз ласкал ее кожу, ровный загар, такой можно получить только в теплых странах, морской воздух, словно новая жизнь, пение чаек, никто не верил, что такое возможно, полная ремиссия, ни следа мерзкой болезни, пожиравшей ее изнутри последние четыре года. Для своих лет, а было ей уже больше сорока, женщина выглядела очень молодо и привлекательно, раскосые глаза, густые шелковистые волосы, правильные черты лица, слегка большой нос, подарок от предков греческой крови, длинные ноги и, почти идеальная фигура, не зная, решишь, что ей не больше тридцати.

Молодой и весьма богатый любовник– Пауло, вилла на берегу с кучей прислуги, прекрасная жизнь последние несколько месяцев, а ведь она и сама уже не верила, что такое возможно, если бы не тот случай…

Четыре года мучений, как будто вечный огонь горит внутри, сжигая внутренности и душу. Единственный, кто ей помогал, это ее сын, муж ушел еще при первых признаках болезни. Она не жила, а терпела день ото дня, больничные палаты, врачей, что дерут деньги и кормят обещаниями, медсестер, других больных. Вся ее молодость ушла, выпали волосы, похудела, стала похожа на живую мумию, кости торчали во все стороны, сама уже не понимала зачем жить, не лучше ли просто уйти на покой.

Но в один день все изменилось, в ее палату пришла молоденькая практикантка, болтливая ужасно, все говорила, как жизнь прекрасна, как ей весело, как много радости вокруг. Не вынесла женщина столь сладостных речей.

– Заткнись, овца! Не видишь ты, как мне плохо, какая жизнь? Я тут прикована к кровати, а ведь мне всего лишь сорок шесть, мне тоже хочется, как ты петь и танцевать, и во внимание мужчин купаться!

– Не злитесь тетя – беззаботно сказала девчонка – ведь и Вы так можете, если захотите, для Вас сегодня даже я, возьму всего-то пол цены!

– Что ты несешь?

– Да так, ничего. Я завтра зайду.

– Странная какая… Вроде больная здесь я, а говорит, как больная, она.

Эта ночь была не такой, как все остальные, жуткая боль сжирала ее изнутри, крик застревал в горле, а когда все же вырывался наружу, мурашки пробегали по телу всех, кто его слышал. Огонь сжигал внутренности, морфин не помогал, старуха с косой стояла за ее плечом, и женщина явно ощущала ее дыхание на своей шее.

Но все в этом мире проходит, прошла и боль с первыми лучами солнца, его лучи освещали зеленую траву и играли в утренней росе, как бриллиант играет своими гранями. Птички напевали свои мелодии, природа просыпалась, она чувствовала это, хотя и не могла насладиться видом из окна, так как не было сил встать с кровати. В палату постучались, заглянула все та же молодая практикантка.

– Как вы, госпожа? Как спалось? – ехидно произнесла она.

– А ты, как думаешь?

– Вижу вы устали? Не пора ли отдохнуть? Съездить на море, забыть о всех проблемах, хотя бы не на долго? Как считаете? – еще шире улыбаясь, наигранно нежно лила свои слова девушка женщине прямо в душу.

– Глупое дитя, если б такое было возможно… – чуть слышно произнесла больная, глаза ее наполнялись слезами.

– Для Вас, возможно!

– И как же?!

– Нужно только заплатить, а остальное оставьте мне.

– Заплатить? Я каждый месяц плачу этим шарлатанам, а толку нет!

– Тут цена немного другого рода… Вы сильно любите своего сына?

– Сына? Громко сказано, этот засранец бросил меня, как и его папаша – алкаш!

– А Вы готовы отдать его жизнь, взамен вашей?

– Да хоть его, хоть Папы Римского, не жалей никого, если это вернет мне молодость!

– Вот и отлично! – девушка изменилась в лице и, как будто обращаясь к невидимому собеседнику в другом конце комнаты, замогильным голосом произнесла

– О, силы небесные, силы земли,

Силы могучие, мне подчини,

Кровь от крови дарую я вам,

А взамен мне молодость и красота!

– Готово! Поправляйтесь. А я, пожалуй, познакомлюсь с Вашим сыночком! Как думаете, имя – Виктория мне подойдет? – и девушка, весело смеясь, удалилась.

Больная впала в неспокойный сон, реальность смешалась с бредом, врачи ей казались демонами, полчищами ее кровью собственного сына, вместо лекарств, теплых чувств к сыну она, конечно, не питала, но это было через чур, и все же она не сопротивлялась. Когда же ее разум снова смог воспринимать реальность, выяснилось, что рака в ее организме больше нет, это чудо и врачебный феномен. Первый раз за долгие месяцы женщина оторвалась от больничной койки и взглянула на себя в зеркало, из него на нее смотрела не больная женщина, бывшая алкоголичка, а молодая, красивая девушка. Такой девушке не стоит прозябать в нищенском городе, такой девушке не сложно найти молодого небедного любовника и укатить с ним на его виллу в Испании.

Странный, затхлый, противный запах режет нос, так пахнет мертвый с неделю бомж, который месяц до этого не мылся. Капля за каплей с гулким грохотом падают капли конденсата с потолка на бетонный пол, отдаваясь каждым ударом болью в затылке. От сырости подушечки пальцев набухли и ощетинились, как это бывает после долгого приема ванной. Крысы пищат и скребышат когтями, они прорывают путь к еде и свободе, и не стоит стоять у них на пути.

Егор открыл глаза и попытался встать, но не получилось, его руки и ноги не двигались, не смог он пошевелись даже головой или, на худой конец, кончиком пальцев.

– Ты очнулся, милый? – услышал он знакомый голос, но в этот раз в нем не было обычной нежности и ласки, лишь издевка и насмешка.

– Что происходит? Где я? Вик, что с тобой? – липкий страх начал сковывать и без того неподвижное тело, пробирая, как ледяной ветер до самых костей.

– Разве это имеет значение?

Наш герой хотел что-то ответить, но не смог открыть рот, издавая толи мычание толи стон.

– Прости, милый, я понимаю, это все весьма неожиданно, и у тебя куча вопросов, но я не хочу на них отвечать, я и так откладывала до последнего… Но выбора у меня тоже нет… – Виктория на мгновение замолчала, ее голос дрогнул в нем звучала тоска, скопившаяся за сотни лет одиночества и бесцельного существования – Отвечу лишь на один – снова ухмыляясь продолжила она – С твоей дорогой мамашей все хорошо, болезни больше нет, она собственно и продала твою жизнь, обменяв ее на небольшое путешествие. – по щекам девушки потекли слезы. – Жаль, что нельзя иначе, у меня осталась лишь пара дней. Столько лет я убивала, чтобы продлить собственную молодость, и никогда прежде это не было так тяжело. Ты словно свет, солнце за горизонтом, никто и никогда не был ко мне так добр и заботлив, ты словно ангел, сошедший с небес, жаль моя душа прогнила… Ладно, хватит разговоров, повелитель ждет крови…

Резкая боль пронзила грудь, парень пытался кричать, глаза заливала голубая кровь, он увидел, как девушка достала его еще пульсирующее сердце, почему-то тоже голубого цвета. Агония и страх все, что осталось от него, это был кошмар на яву, от которого невозможно проснуться. Время остановилось, мгновения превращались в вечность, он вновь стал абсолютно беспомощным, как в те времена, когда пьяная мать лупила его до беспамятства. Вся жизнь пронеслась перед глазами. Прокуренная квартира, бухие мать и отец ругаются друг с другом и, после каждой ссоры, вымещают свою злость и обиды на нем. Забитый, вечно грязный и в синяках, у него не было друзей, люди принимали его за бродяжку, каждый день он мечтал уехать, куда глаза глядят. В шестнадцать исчез из родительской коммуналки, скитался, бомжевал, ел, что придется, спал, как получится. Образования он не имел, поэтому работал грузчиком. Ударился в спорт и все свободное время посвящал ему, невзирая на усталость после работы. Во время тренировок он забывал обо всех проблемах и обидах. А в двадцать лет ему повезло устроиться тренером, тогда жизнь обрела новые краски. Появился стимул и надежда на светлое будущее, два года он наслаждался жизнью, купил квартиру, отвалил немыслимые деньги за старинную кровать, стал откладывать на плазму и компьютер. Но ему написала мать, сообщила, что больна раком и скоро умрет без лечения и дорогих лекарств. Он не общался с ней, но исправно каждый месяц отправлял деньги на лечения, оплачивая все счета. Позже парень познакомился с Викой и влюбился всей широтой своей души, рядом с ней он не притворялся и не играл, а просто был счастлив. И, если его сердце, так необходимо его возлюбленной, то пусть забирает, жизнь давно потеряла свою ценность.

– Бери, оно твое, все без остатка, без тебя оно мне все равно не нужно…

Ведьма остановилась, так и не начав свою трапезу, держа сердце в паре сантиметров ото рта. Темная фигура приблизилась к ней и угасающий разум Егора расслышал всего одну фразу:

– Можем пересмотреть условия сделки… – Это был голос не его любимой, какой-то хриплый и заигрывающий, так общаются торгаши, ища в каждой, даже самой незначительной сделке, максимум своей выгоды.

Яркое солнце сияет в небе

Птички поют, танцует ветер,

Листья шуршат, ручей искрится,

Отличное время, чтобы напиться!

Пожилой мужчина стоит у могилы, он похож на бомжа, только вылезшего из лужи. В руках какое-то дешевое пойло, грязная рваная одежда и глупый взгляд.

– Такой молодой… – обратился он к собеседнику, который уже вряд ли его услышит, – Прости, Егорка, прости меня за все… – по щекам человека потекли слезы, – Прости, и пусть земля тебе будет пухом.

Пошатнувшись, мужчина сделал еще глоток и вдохнул свежий воздух. Никто в этой жизни не ценит того, что имеет, в погоне за счастьем и благополучием, тратим время и силы, а возможно стоит лишь на мгновение остановиться, чтобы понять, что все, о чем ты мечтаешь, всегда было рядом с тобой, но ты не замечал этого, потому что тебе было некогда. Бросив прощальный взгляд на надгробие, пошатываясь и хромая, пьяное тело удалилось. В одиночестве осталась надпись на надгробной плите:

«Теперь мы навсегда вместе… Твоя Вика»

Особняк Пабло находился за городом и больше напоминал замок шейха или султана. Золотые скаты крыши, несколько башен, расписные стены, мраморные полы, застеленные персидскими коврами. Путь от одного конца дома до другого занял бы целый день, если идти пешком. Красотами каждой комнаты можно любоваться часами, каждый зал и проход выполнен в своем авторском стиле. Есть у Пабло зал славы, в нем красуется старинное оружие и щиты, доспехи, каменные изваяния маститых скульпторов, зал стрельбы, в нем представлены мушкеты, луки, копья, висят шкуры, чучела и головы разнообразных зверей. В огромном холле можно устроить бал на несколько тысяч персон, после чего всех усадить в столовую с дубовыми столами, витражными окнами и ангелами, смотрящими с потолка, подпирающего небеса. В придачу к дому полагалась и прислуга. Она выполняла абсолютно все пожелания хозяина, начиная с готовки и уборки и заканчивая почесыванием пузика и сказкой на ночь.

Пабло повезло привести в роскошный дом такую же роскошную женщину, она пленила его одним лишь взглядом. Он ничего не знал о ее прошлом, да и понимал с трудом ее дикарский язык, но все, что нажито непосильным трудом его родителей и перешедшее ему по наследству, готов отдать за возможность быть с ней. Она тоже его обожает и по-свойски нежно называет «долбоящер».

Сегодня та самая ночь, первая совместная ночь в его доме. Пабло приказал приготовить постель, он любил спать, как король, слуги стелили сотни перин, ставили лестницу и по ней добираешься в ложе. Любовники улеглись, но страсть не успела разгореться, они лежали и не могли пошевелиться. Во всей роскоши пропал смысл, когда молодая девушка вынула из его груди сердце и начала с упоением поедать, девушка, после встречи с которой, несколько лет назад он и получил наследство, которого хватило бы на несколько жизней вперед. Да еще громила с ней, уплетающий сердце его возлюбленной и как-то странно улыбающийся…

– Успели в последний день… – произнесла темная фигура, спокойно стоящая в углу и, наблюдая, как ведьма с новым возлюбленным творят вакханалию. В его голосе явно отражался восторг. – Хорошо, чем вас больше, тем ближе пришествие тьмы…

Замкнутый круг. Развитие тьмы.

Яркое солнце освещало дорогу. Асфальт нещадно плавился и парил под его лучами. Автомобиль, цвета бордо, неспешно передвигался по липкой трассе. Все окна открыты, ветер гуляет по салону, треплет длинные волосы молодой девушки.

Роскошная брюнетка с раскосыми глазами и ямочкой на подбородке, переключает радио, подбирая музыку, жует печеньки и наслаждается ветром, нежно играющим с ее милым личиком. Это самая счастливая поездка в ее жизни и, пусть от жары уже сводит суставы, а все тело липкое и противное, она улыбается, подмигивая своему водителю. Дорога домой не может быть неприятной. Новая квартира в новом городе, новая работа и большая зарплата, любящий муж и светлое будущее, как тут можно быть несчастным?

Парень за рулем, к слову, не разделял ее радости. Новая квартира, работа, деньги не дарили его лицу улыбку. Его можно понять, они вместе еще со школьной доски, никогда никого больше у него не было, все свое сердце и душу отдал за нее. Но, как он ни старался, его способностей и таланта никогда не хватит, чтобы приблизиться к ней, не то, чтобы встать рядом. Простой работяга из простой семьи, в его голове не укладывается мысль, что жена может содержать мужа, и, что он альфонс, что ничего не может дать своей возлюбленной, не покидает его размышления.

«Она, наверняка, найдет лучше, успешней и богаче, я ей не ровня» – с таким тяжелым сердцем парень и держал путь в новую жизнь.

– Тебе уже завтра работать? – пытаясь отвлечься, спросил он.

– Да, завтра тяжелый день, новые лица, новые места… Я возьму машину? Не хочу в первый день тащиться в метро.

– Конечно, мне весь день разбирать коробки, так что она мне не нужна.

– Спасибо, зайка! Как только нормально устроюсь, купим новую!

В этот момент машина вильнула и чуть не зацепила обочину, парень умелым движением смог унять строптивого коня и вернуть его на исходную траекторию.

– Не говори так при ней! Она обижается! Чуть не улетели!

– Прости, больше не буду – рассмеялась девушка – ты же сам не веришь в это? Машина обиделась! Еще скажи, что призраки существуют, и путешествия во времени возможны…

– Так и есть! – возмутился парень, нахмурив брови – То, что мы этого не видим, не значит, что этого нет, все возможно в подлунном мире! Столько необъяснимых вещей происходит, мир мрачен и жесток…

Но свет очей его, уже не слышала рассуждений о сверхъестественном, призраках, духах и Богах, она поймала понравившуюся песню и, сделав музыку громче, подпевала. Муж не любил, когда она поет, да и никто не любил слушать вой раненного гиббона, и, понимая, что замолчит она только, когда замолчит он, послушно смолк, стараясь насладиться дорогой.