Во благо

© Елена Наумова, 2025

ISBN 978-5-0065-8501-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава первая

Когда тебе не хватает денег на мечту – это тяжёлый случай. Если бы одиннадцатиклассникам платили зарплату и выдавали премии за пятёрки, тогда я решила бы свою проблему очень быстро. Но мне стукнуло всего семнадцать, и дождя из тысячных купюр ждать не приходилось. Родители выплачивали кредит за обучение сестры, и к ним обращаться за деньгами было весьма странно. Я попробовала однажды, за что была награждена недоуменным и немного снисходительным взглядом. Что моя просьба? Это ведь не жизненная необходимость, с ней можно и повременить…

Загвоздка состояла в том, что мне слишком сильно этого хотелось, поэтому я впервые в своей жизни приступила к поиску работы. Это оказалось не так просто. Где-то меня не устраивала занятость в ночной период, где-то требовалась стажировка и обучение, а хотелось приступить как можно скорее… В общем, из всего многообразия вакансий я выбрала расклейку объявлений. А что, гулять я люблю. И какая мне разница, где ходить? Тем более, я знала, зачем это делаю. Это ещё на шаг приблизит меня к исполнению мечты.

Но мой пыл немного поугас, когда в агентстве мне вручили большой пакет весом с пару словарей.

– Клеить нужно на доски для объявлений возле подъездов – любезным тоном сообщила сотрудница и поправила на носу круглые очки. – Район – Северо-Запад.

Она поднялась, еле устояв на каблуках, подошла к карте, висевшей на стене, и обвела названную территорию. На карте это выглядело не так страшно, но судя по весу пакета, мне предстояло оклеить объявлениями небольшой город. Отступать было поздно, перед глазами маячила цель, и это придавало сил.

– Необходим ежедневный фотоотчет, – продолжала девушка. – Не менее тридцати фотографий. Высылать вот на этот номер в Вотсап, – она протянула мне визитку. – Всё понятно?

– Более чем, – я спрятала карточку в карман и поудобнее перехватила пакет. – Как быстро нужно сделать?

– До конца месяца.

Учитывая, что на календаре было десятое декабря, времени у меня не слишком много. Да оно и к лучшему. Быстрее получу оплату. За одну листовку мне обещали платить по рублю, что не так плохо.

Я попрощалась и вышла на морозный воздух. Приступить решила немедленно. С домашним заданием разобралась ещё до прихода сюда, так что никаких дел, важнее этого, на горизонте не маячило. За клеем по совету моего нового начальства зашла в строительный магазин. Купила самый обычный, дешёвый обойный клей и аккуратно прибрала чек, потому что стоимость обещали компенсировать. Дома приготовила няшу, очень похожую на сопли, залила её в пластиковую бутылку, предварительно продырявив крышку, и, чувствуя себя вооруженный до зубов, отправилась на работу.

Это оказалось весело, даже забавно. В наушниках играла Диана Арбенина. На лёгкий мороз я старалась не обращать внимания. Быстро приспособилась доставать из сумки листовки и, повозив по ним клеем, лепила на свободное место на досках объявлений. Не забывала щёлкать свою работу на память, и за вечер обошла весь свой квартал, что для первого раза было очень неплохо.

Продолжить решила завтра с утра. Не стоило терять время. Прикинув, какие дома успею обойти как раз по пути в школу, я зашла в квартиру и бросила ключи на полочку. Мама с папой ещё не вернулись. Зря торопилась, о моём отсутствии особо никто и не волновался. Выплачивая кредит за Вероникин институт, они оба понабрали сверхурочные. И вроде бы на них и невозможно было злиться, но иногда у меня складывалось ощущение, что они забыли о существовании своей второй дочери.

Мы с сестрой были погодками. Учиться она уехала всего четыре месяца назад, и я так без неё скучала. Мы созванивались, конечно. Списывались. Но это всё было не то. Это уже не наши вечера с болтовнёй о мальчишках, об уроках, о новых сериалах. Надеюсь, она приедет хотя бы на Новый год…

После моего вечернего забега проснулся аппетит. Я прямо из сковороды, не разогревая, съела котлету, запила газировкой. Бутылку с остатками утащила к себе в комнату. Хотела посмотреть новые клипы Арбениной и обновленную афишу. Может, она всё-таки приедет к нам в город в ближайшее время? Но усталость взяла своё. Я уснула ещё до возвращения мамы с папой с телефоном в руках, даже не умывшись и не смыв косметику.

Выйти в школу пришлось пораньше, что, естественно, не укрылось от родителей. Мама тут же выскочила из ванной в прихожую с плойкой в руках.

– Машуня, ты куда так рано?

И я сказала чистую правду. А чего ходить вокруг да около? Пусть гордится своей дочерью. Я по крайней мере считала, что это повод для гордости. Но мама восприняла новость по-своему.

– К чему тебе это? Руки заморозишь, куртку выпачкаешь!

– Мам, ты странная такая! Денег прошу – не даёшь. Пытаюсь сама заработать – критикуешь!

– Маша, да я ведь не об этом!

– А я об этом!

– Ты бы в помещении что-нибудь нашла! Не май месяц на дворе!

Но я, не удостоив родительницу ответом, выбежала из квартиры и сиганула вниз по лестнице. Ладно хоть на Веронику опять наш разговор не вышел. А то это успело уже порядком поднадоесть. «А вот Вероника бы в этой ситуации…», «Вероника то, Вероника сё…». Я стараюсь не ревновать, но мне очень обидно каждый раз от таких сравнений. Так, стоп! Не буду думать о плохом.

Уже у подъезда я натянула шапку и застегнула куртку. Объявлений взяла с собой немного, чтобы не занимать место в школьной сумке. Маршрут до школы пришлось немножко поменять. Я направилась через дворы и, выуживая одну листовку за другой, обклеивала доски объявлений. Двери постоянно хлопали – на улицу выбегали дети с портфелями, собачники, взрослые, спешащие на службу. А я делала своё дело, щёлкала результаты работы на телефон, и всё шло нормально, пока мою только что налепленную листовку не сорвали прямо перед моим носом!

Глава вторая

Нет, я, конечно, понимала, что мои объявления вечно висеть не будут, но чтоб до такой степени! Мне же ещё его фоткать! Что за ерунда? Я вынула наушник и повернула голову. Рядом стоял рослый парень, мой ровесник, одетый в какие-то потасканные шмотки. Суровый взгляд тёмных глаз пронзал меня насквозь. Хм, и что теперь, я должна испугаться? Щаз! Пусть это он боится!

– Ты нафига это сделал? – возмутилась я.

– А ты? – наехал на меня нахал. – Не видишь, доска чистая? А ты тут со своими бумажками!

Блин, а ему-то что за дело до этой доски? Ну да, чистая, и что? Парень выкинул сорванное объявление в ближайшую урну, а я, пока он ходил, налепила ещё одну листовку и щёлкнула её на телефон.

– Да ты издеваешься? – местный активист взмахнул руками.

– С чего мне издеваться? Это моя работа – расклеивать объявления. А ты мне мешаешь! И что-то я не вижу здесь объявления о запрете расклейки! Никто штрафами не грозит. В чём проблема?

– В тебе! – выпалил и опять содрал листовку.

– Да ты кто такой, чтоб так разговаривать? Иди куда шёл! – вспыхнула я, но оглядевшись, стала кое-что понимать.

Дверь к мусоропроводу была открыта, рядом с подъездом стояла тележка для мусора. Помножим это на не совсем презентабельные шмотки этого наглеца… Он что, местный дворник? Похоже на то, только всё равно верилось с трудом. Слишком уж молодой и смазливый. Не бывает таких дворников.

– Слушай, уйди по-хорошему! – скрипнул зубами он.

– Сейчас наклею и уйду, – кивнула и стала доставать уже третье объявление.

Это было уже дело принципа!

Парень пытался меня оттеснить от доски, я сопротивлялась, как могла. Завязалась потасовка. Но весовые категории были слишком неравны – я едва доставала ему до плеча и была, пожалуй, в половину легче. И этот мерзавец точно столкнул бы меня в сугроб, если б в дверях не появился благообразного вида пенсионер с собачкой на поводке.

Нахал отвлёкся, поправил шапку и поприветствовал мужчину:

– Доброе утро, Николай Иванович!

– Здравствуй, Андрюша! – улыбнулся жилец. – И вам здравствуйте, милая девушка! Работаешь? – это уже снова наглецу.

– Угу! – буркнул в ответ Андрей.

– Как здоровье Зои Фёдоровны?

– Не хочет идти в больницу, сказала отлежится пару дней и всё пройдёт, – нехотя ответил парень.

– Дай бог, дай бог… Повезло ей с тобой.

Затем пенсионер снова перевёл взгляд на меня, на бутылку с клеем у меня в руках, а потом на доску. Снял очки и вчитался в текст объявления.

– Хм, надо же! Андрюша, ты видел, в нашем районе открывается замечательный детский центр! Шахматы, танцы, кружок по химии и физике! Надо Алле Леонидовне сказать, у неё как раз внуки подрастают!

Да уж, этот самый Николай Иванович появился очень вовремя. Я не стала дожидаться подробностей из жизни внуков Аллы Леонидовны и, на прощание тайком показав язык местному дворнику, поспешила в школу. Хватит на сегодня экстрима. Ленке в школе расскажу, вот она посмеётся! Кто бы мог подумать, что работа расклейщика такая опасная! Надеюсь, благодаря этому славному дедушке объявление провисит чуть-чуть дольше, чем могло бы…

В класс я вошла со звонком. Историчка немного задерживалась, и это было мне на руку. Ленка, конечно, уже сидела за партой, полностью готовая к уроку.

– Ты где ходишь? – прошептала она.

– Уж и опоздать нельзя! Я была занята. С дворником дралась.

У Ленки чуть глаза из орбит не вылезли.

– Чего ты делала?

Но в класс уже вошла учительница, наш класс затих, имитируя внимание. Одна Ленка что-то конспектировала, реально слушала. А у меня в крови всё ещё кипел адреналин после утренней стычки. Нет, какой упрямый, а! Вот прицепился! Надо было ещё пару объявлений рядом прилепить. Из вредности! А ещё одно ему на лоб!

На перемене я в красках описала подруге своё приключение, на что она, конечно, тут же запричитала:

– Машка, когда-нибудь тебя точно поколотят за твой несносный характер.

– Пусть только попробуют! Я за это могу глаза выцарапать! – заявила я и растопырила пальцы. – Рррр! Страшно?

– Ага, за твою крышу страшно… – Ленка покачала головой, и мы отправились на русский.

Во время урока в кабинет зашла классная и напомнила о грядущей репетиции к новогоднему концерту. Я тяжело вздохнула. Папину старенькую гитару светить на сцене было стыдно, как бы много она для меня ни значила, а до новой мне ещё как до Китая пешком… Как жаль, что в этой жизни всё упирается в деньги… Я бы очень хотела поучаствовать, но… Но, но, но…

Ленка знала о моей мечте и взглянула на меня с сочувствием. Зато она вот точно могла бы выступить. Я пихнула подругу в бок и выразительно задвигала бровями – давай, мол! Но подруга только вжала голову в плечи.

– Ты же знаешь, я не могу! Я боюсь сцены!

Была у Ленки такая проблема, с которой она не могла справиться уже очень долгое время. Даже на экзаменах в музыкальной школе, на которых присутствовали только учителя, и то чуть ли не падала в обморок от волнения. Зато Ленка научила многому меня. Мы часто музицировали у неё дома. Играли кое-что дуэтом, и получалось просто обалденно! Я предлагала ей пойти на улицу, в переход играть, чтобы потренировать навык публичного выступления. А как иначе это преодолеть? Но она ни в какую.

Вот и сейчас я её уговаривала, но Ленка только мотала головой, а на глаза одноклассницы навернулись слёзы.

– Я тебе подпою, давай! Вдвоём не так страшно.

Но классная уже ушла.

– Ну ничего, когда-нибудь, ты это сделаешь, – с уверенностью сказала я.

И Ленка ничего мне не могла на это возразить, ведь на уроках нельзя разговаривать!

Вечером я опять вернулась мыслями к наглому парню и нашей утренней стычке. А ведь выходит, он не такой уж плохой человек, если подменяет настоящую дворничиху.

«Повезло ей с тобой» – так, кажется, сказал пенсионер. Только кто он дворничихе. Сын? Племянник? Внук? Или же просто знакомый? Так или иначе, это делает ему честь, хоть он от такой работы и не в восторге. Вон как на людей кидается…

Перелистывая свой фотоотчёт для работодателя, я заметила, что парень попал на один из кадров. Приблизила. Он оказался действительно очень симпатичным. И пусть стоял вполоборота, но был заметен красивый прямой нос, тонкие губы, мужественный подбородок… И если бы не мой Альберт, то я возможно бы и заинтересовалась этим дворником. Хотя какая разница, если я его всё равно больше никогда не увижу?

Глава третья

Идти к Ленке в гости после уроков я отказалась. Хотела пробежаться по кварталу за нашей школой, чтобы к Новому году успеть-таки получить свою первую зарплату. Складывалось ощущение, что объявления не убывали. Можно было бы попросить помочь Ленку, но это было бы не совсем справедливо. К тому же, у неё музыкалка и эта вечная домашка. Ленка могла сидеть за уроками весь вечер, а я недоумевала – чего там делать-то? Справлялась гораздо быстрее, и при этом оценки у нас обеих шли одинаковые – 4 и 5. На обратном пути дом со странным дворником обогнула стороной. Каким бы очаровашкой он ни был, встречаться снова не хотелось. Меня передёрнуло, стоило представить его наглую физиономию. И где таких только делают…

Зато следующим утром я вынуждена была пройти мимо места нашей стычки, поскольку очень сильно опаздывала, но увидела возле подъезда вовсе не молодого нахала. Пожилая женщина в оранжевом жилете со светоотражающими полосками вытряхивала мусор из урны. Что общего может быть у неё и того парня? При всём уважении к её труду он выглядел рядом с работницей наследным принцем. Странная история…

В этот раз так сказочно мне не повезло. Англичанка Эмма Львовна отчитала меня за какие-то четыре минуточки задержки. И я, уверив, что это было первый и последний раз (спойлер – нет), прошла за парту к Ленке.

– С кем на этот раз дралась? – поддела меня одноклассница. – С сантехником?

– Очень смешно, – буркнула я в ответ, приготовилась к уроку и сладко зевнула.

Полночи накануне я гуглила подходящие вакансии, поэтому уснула поздно, и мама долго не могла меня растолкать. Оказывается, можно было подработать аниматором. В предпраздничные дни был спрос на Снегурочек, Снежинок, Бабок Ёжек и прочую сказочную нечисть. Я решила, что попробую, это может быть весело. Только надо сначала разобраться с объявлениями.

И я бы так и зевала весь английский, если бы через пару минут после меня на пороге не появился тот, кого по определению не могло здесь быть. Товарищ дворник собственной персоной с завучем на пару! Сон как ветром сдуло. Я смотрела на него и не могла поверить – что он здесь забыл?

– Одиннадцатый «Б», принимайте новенького, – холодно заявила завуч, оглядев класс. – Андрей Прозоров. Андрей, присаживайся на любое свободное место, – махнула она рукой и была такова.

Я отказывалась верить в происходящее. Это больше походило на какую-то злую шутку. Андрей обвёл взглядом класс, и, стоило ему встретиться со мной взглядом, как его брови взметнулись вверх, а губы тронула полуулыбка. Естественно, он выбрал пустующее место прямо за мной!

– Ну здравствуй, вредительница! – вполголоса проговорил мне в затылок, когда уселся за парту.

Я скрипнула зубами и сжала кулаки.

– От вредителя слышу! – зашипела в ответ.

Ленка с недоумением на меня уставилась.

– Вы что, знаете друг друга?

– Это дворник!

– Что? – Ленка дёрнула рукой, её пенал полетел с парты, и все письменные принадлежности рассыпались по полу.

– Климакина, Шелудько! Что за шум? – нахмурилась англичанка. – Появление новенького так возбудило? Вернитесь на урок!

На слово «возбудило» наши недалёкие одноклассники тут же отреагировали ржанием. Которое, впрочем, быстро стихло под суровым взором Эммы Львовны.

– Вообще-то врио дворника, если быть точным, – снова подал голос этот тип.

Но я не поддалась на провокацию и заставила себя замолчать. Может, если ему не отвечать, то он отстанет?

– Просто помог одному хорошему человеку.

«Мне-то какое до этого дело? – мысленно вопрошала я. – Медаль что ли хочешь?» Но вслух не проронила ни звука. Сейчас он отстанет.

Ну вот, так и есть. Минута, две, три. Может, новенький там сквозь землю провалился? Пожалуйста, хоть бы так и было!

Но нет. Прозвенел звонок с урока, и сзади послышался скрип стула.

– Пошли, пожалуйста, скорее! – прошептала я Ленке и поволокла её в коридор.

Бедная Шелудько едва успела похватать все свои вещи.

– Что происходит, почему мы так бежим?

– Мы бежим от этого типа.

– От Андрея что ли?

– Да, если его так зовут.

– А почему?

– Потому что он меня бесит!

Шум и суета столовой показались раем по сравнению с обществом новенького. Но ничего, он привыкнет, что я не отвечаю, и перестанет ко мне лезть.

Мы с Ленкой заняли очередь, и я потянула носом. С кухни шёл божественный запах. Пирожок с повидлом и крепкий чёрный чай – вот что сейчас определённо поднимет мне настроение. Несмотря на режим экономии, это то, что было нужно в данный момент.

Ленка, пожав плечами, убрала, наконец, свои вещи в сумку и тяжело вздохнула. Кажется, она уже давно привыкла к моим закидонам. Я притоптывала на месте, ожидая, когда продвинется народ, и даже прикрикнула пару раз – слишком уж долго они копаются, так и перемена закончится! Как вдруг над ухом раздалось чуть насмешливо:

– Ты чего от меня бегаешь, вредительница? Могла бы проявить гостеприимство, показать, где у вас тут столовая.

Я закатила глаза. Откуда он взялся? Минуту назад тут стояли две шумные восьмиклассницы!

– Лен, – с напускным безразличием заметила я, – Тебе не кажется, что-то шумит? Это с кухни? Или двери давно не смазывали?

Ленка сжалась в комок и виновато посмотрела на Андрея. Зато новенький, кажется, и не заметил моей колкости.

– Я вспоминал о тебе. Такой наглой зарвавшейся пигалицы я давно не встречал. Знаешь, мы чем-то похожи…

– Не дай бог, – буркнула вполголоса, но это было фатальной ошибкой.

– Вот видишь, как круто! Так меня в этот класс сама судьба привела! Что здесь можно есть? Эй, вредительница, посоветуй!

Внутри всё клокотало, очередь не двигалась, и я не выдержала, обернулась к нему и выпалила:

– Хватит называть меня вредительницей!

Но прямо напротив меня оказалась его грудь. Не ожидала, что он стоит так близко. Это смутило.

– Сразу после того, как перестанешь называть меня дворником, – с укором ответил он. – Меня зовут Андрей.

– Хорошо, – выдохнула я. – Ладно. Дворник Андрей. У меня предложение. Давай никак не будем друг друга называть! Просто не станем общаться.

– Обычно, когда люди знакомятся, то оба называют своё имя.

Да что ж за твердолобый такой!

– Пожалуйста, не разговаривай со мной! – взмолилась в который раз.

– Как её зовут? – новенький обольстительно улыбнулся Ленке, и эта предательница сразу пискнула:

– Маша.

Не ожидавшая такой подставы, я развернулась и понеслась к выходу. Было уже не до чая с пирожком. Этот наглый тип испортил мне всё утро!

Глава четвёртая

Алик Самарский мне нравился с десятого класса. Когда он вернулся после летних каникул, я поначалу его не узнала. До этого был неприметным мальчишкой, особо не отличавшимся в учёбе, тусовался в компании наших парней. Не вундеркинд, но и не последний двоечник и раздолбай. Мы и не разговаривали даже. Ни нужды, ни желания не было. А тут он настолько изменился внешне, что я, да и большинство моих одноклассниц, просто диву давались. Во-первых, он раздался в плечах и вырос почти на полголовы. Во-вторых, поменял стиль одежды – стал носить костюм, и остался одним из немногих, кто вообще соблюдал школьную форму. Все старшеклассники уже давно на это наплевали. Меня это привлекало. И, сама себя не узнавая, я постоянно искала его взглядом в толпе.

Алика стало слышно на уроках. Если до этого он отсиживался на задних партах, то теперь отвечал, задавал вопросы – словом, активничал как мог. Его было приятно слушать. Низкий, подсевший голос. Мягкий, обволакивающий. Чёткая, грамотная речь. И как-то раз я сказала ему об этом, на что Алик скромно кивнул и поблагодарил. Мы стали чаще общаться в школе. Даже сидели пару раз вместе, когда Ленка болела гриппом. И постепенно я поняла, что влюбляюсь в этого парня.

Его как подменили после лета, и такой вариант Алика мне нравился гораздо больше. Как расколдованный принц из сказки. Красивый, обходительный, всегда подчеркнуто вежливый с учителями, да и со всеми одноклассниками. Стал много времени проводить в библиотеках, посещать семинары и лекции для абитуриентов. И при этом не перестал общаться с парнями из своей компании. И те, что удивительно не загнобили его, как ботаника и заучку, а наоборот зауважали ещё больше.

Мне, к одиннадцатому классу уже влюблённой по уши, было чертовски мало наших «привет-пока!» в коридоре. Мне нужно было, чтобы он перестал во мне видеть просто подругу-одноклассницу. В мечтах я грезила, как во время новогоднего концерта выйду на сцену с новенькой гитарой, и Алик посмотрит на меня совсем другими глазами. Перед ним хотелось быть безупречной во всём. Правда, в силу объективных препятствий, видимо, это случится не так быстро. Но я не расстраивалась. Когда-нибудь, может, в следующем году, я выступлю перед ним. И мои песни не оставят его равнодушным. Ленка говорит, что у меня классный голос. Да и в переходе вроде бы помидорами не закидали…

Я медленно и верно шла к своей цели. Вот сегодня, например, я хотела подсесть к Алику в столовой. Даже распланировала, о чём мы будем говорить, на тему чего я могу пошутить. Но тут появился этот дворник и стал меня доставать! И я сделалась такой злющей, что ни о какой романтической беседе не могло быть и речи. Пронеслась мимо Алика с парнями, пытаясь обуздать эмоции. Это оказалось не так просто.

Через десять минут Ленка нашла меня пыхтящую как паровоз возле кабинета биологии.

– Тебя какая муха укусила? – пропищала Шелудько.

– Муха по имени дворник Андрей, вот какая.

– Да чего ты на него взъелась? Нормальный вроде парень.

– Этот нормальный парень чуть не столкнул меня в сугроб! Настоящая машина для убийств! – всплеснула руками я. – А ещё он не давал мне делать мою работу.

– Но ты ведь тоже не давала ему делать его работу, – тихо заметила Ленка.

– Ладно, допустим. Но он мог сорвать это объявление, когда я уйду, а не прямо перед моим носом! Это как издевательство, Лен! Как насмешка! Ну кто так делает? – негодовала я. – И вообще, ты на чьей стороне?

– Да на твоей, не переживай ты так, – Ленка мягко погладила меня по руке и увела в класс.

Слава богу, на остальных занятиях товарищ дворник вёл себя тихо. А я старалась о нём не думать. Гораздо больше меня беспокоило то, что я толком даже не пообщалась сегодня с Аликом. И из-за моего опоздания в том числе. Мы просто кивнули друг другу в коридоре и всё. Я поглядывала на него всю биологию, а после звонка замешкалась, якобы собираясь. Решила дождаться, пока Алик закончит говорить с учителем. Новенький, усмехнувшись, прошёл мимо меня. Ну и наплевать. К чему бы его усмешка не относилась.

– Я пришлю тебе условия, – одобрительно кивнул биолог. – Конференция в марте. Будет замечательно, если ты успеешь приготовить доклад.

– Спасибо большое, Александр Петрович, – с чувством поблагодарил Алик и попрощался с учителем.

Из кабинета мы вышли вместе, и направились к гардеробу по опустевшему коридору.

– Участвуешь в чём-то серьёзном? – с уважением произнесла я.

– Да так, городская конференция. Предложили. А мне что, мне несложно. Даже интересно.

– Прикольно, – я улыбнулась. – Как вообще дела?

– Да неплохо, – Алик пожал плечами.

– В кино давно был последний раз? Не знаешь, что сейчас идёт? – закинула удочку я.

Алик поставил рюкзак на лавочку и протянул гардеробщице номерок.

– Да я не помню, когда последний раз ходил, если честно. Раньше с Торрента скачивал, а сейчас даже на это времени нет. Подготовка к экзаменам, сама понимаешь…

Я кивнула, хотя совершенно его не понимала. Ведь у меня голова была занята музыкой и романтическими мыслями.

А Алик взял протянутую ему куртку, аккуратно застегнулся, надел шапку, поправив чёлку и тепло взглянул на меня:

– Ты прости, Маш, пора бежать! Увидимся завтра, – и исчез за тяжёлыми школьными дверями.

А я осталась посреди коридора скрипеть зубами от злости на саму себя. Ну что же ты, Маша, такая тормознутая! Где не надо, так просто вихрь и ураган, а не школьница. А где действительно нужно, так просто размазня! «В кино давно последний раз был?» Ну кто так приглашает? Нет бы чётко и ясно сказать: «Алик, ты мне нравишься. Давай встречаться. И пошли завтра в кино!». Только это оказалось за гранью. Почему-то рядом с ним мозги превращаются в кисель. Задумавшись, я вертела номерок на пальце, как вдруг рядом прозвучал знакомый голос.