Враг в моей постели

Пролог

– Ты еще сомневаешься? Я думал, ты умнее.

Ладони до боли сжались на кожаном сидении от очередного оскорбления со стороны человека, которого я люблю. Лицо Стаса расплывалось перед глазами из-за пелены слез.

– То есть всё вранье? – Я ещё наивно надеялась, что он объяснится, что опровергнет слова Веста. – Всё, что ты говорил…

– Само собой я врал, – ожесточённо заявил он, потянувшись к прикуривателю. Но в него было вставлено зарядное устройство. – Чёрт, – он выбросил в окно сигарету, а следом и пустую пачку. Я даже не знала, что он курит. – Это не наивность, это тупость, Крис.

– Я тебе верила, – закрыла глаза ладонью.

Кажется, слёзы никогда не закончатся. Веки уже болели, словно под них насыпали осколки стекла.

– Ты хоть помнишь, как выглядела, когда мы познакомились? Правда думала, что такой как я обратил бы на тебя внимание? Полюбил за красивые глаза, серьёзно?

Стас говорил короткими фразами, делая паузы, и внимательно следя за дорогой. Каждое слово врезалось в сердце болезненней удара ножа.

– Да у меня ощущение было, что я занимаюсь сексом с желе.

Не выдержала и все же всхлипнула, отвернувшись. В груди, казалось, образовалась пустота, черная дыра, угрожая утянуть в пучину отчаяния. Сердце не выдержало и перестало биться, затихло сжатое стальными тисками предательства. Само собой, я сомневалась, я не была самоуверенна, поэтому я так старалась угодить ему, сидела на одних овощах, мучила себя в спортзале. Делала всё, чтобы нравится ему. Он же стал у меня первым во всех отношениях. Но для него это была только работа. «Желе», вот как он обо мне думал. А я любила тебя! Дура, влюбленная дура, я ведь не замечала его пренебрежения. Куда смотрела? Радовалась счастливым изменениям в жизни, не замечая, что всё обман. Стас, весь его образ – обман, иллюзия любви.

– Не реви, – зло бросил он.

– Куда ты меня везёшь? – выглянула в окно, не в состоянии больше смотреть на человека, который растоптал всё светлое во мне.

Мимо проносились деревья, автомобильные салоны. Кажется, мы покидали пределы города. Взгляд заметался в панике по салону автомобиля, пока не остановился на рукояти пистолета, выглядывающего из-за пояса брюк Стаса.

– Даже не думай. Мне всё равно, в сознании ты будешь или нет.

Обняла плечи руками, снова отворачиваясь. Тело била нервная дрожь. Было больно слышать такие слова из его уст. Уст, которые только недавно говорили о любви, целовали, улыбались нежно. Сейчас они кривились в злобной усмешке.

– Ты такая послушная, Кристина. Мне всегда в тебе это нравилось. С тобой не было никаких проблем, делала, что говорили.

Неужели, он может ранить ещё сильнее? Неужели считает, что ещё недостаточно? Не понимает, что уже раздавил меня, растоптал, унизил? Или понимает и наслаждается этим?

– Вот и сейчас, сиди тихо и не рыпайся.

Меня затрясло. Беззвучный крик раздирал горло, рвался наружу, в глазах потемнело от нахлынувшего водоворота чувств. Я хотела кричать, реветь, выплёскивая свою боль. Хотела ударить его, бить, пока он не замолчит. Но я ничего не делала, просто молчала. Поступала благоразумно, как всегда.

– Хотя, есть кое-что, по чему я буду скучать, любимая, – он повернулся ко мне, протянул руку, как только недавно в этой же машине, на стоянке парка.

Большой палец грубо скользнул по губам, болезненно впечатывая их в зубы. Голубые глаза, которые я так любила, смотрели чуждо, обжигали злостью и похотью.

Воздух выбило из лёгких. Я согнулась, сжав дрожащими руками уши, чтобы больше не слышать его. Горячие слезы капали с носа, пробегали жгучими дорожками по щекам. За что он так со мной?

Я так и сидела, сжавшись на сидении, стирая с глаз слезы и давясь беззвучными рыданиями, пока машина не остановилась.

– Выходи.

Стоило раздаться приказу, как я выпрыгнула из машины, желая оказаться от Стаса как можно дальше. Но мысли выбило из головы. Я замерла, так и не закрыв дверь. Стас съехал с трассы на небольшое поле, на котором нас ожидал вертолёт. Что же меня теперь ждёт?

Глава 1

/Кристина/

Три месяца назад…

Это был обычный день из множества прочих. Солнце только выглянуло из-за туч, осветив мягким светом просторное светлое помещение отделения банка, в котором я работала. Остальные девушки уже заняли свои места вдоль длинного рабочего стола. А я сегодня работала за электронной кассой, занимая центральное место за столом. Настя, наш администратор, распахнула двери, впуская первых посетителей. Взгляд почему-то сразу остановился на нём. Даже не знаю, что стало причиной. Может дело в дорогом деловом костюме, осанке, походке, выдающей успешного человека или ауре уверенности, что я ощутила даже на расстоянии.

Клиент занял кресло напротив, выверенным движением выхватывая паспорт из внутреннего кармана пиджака.

– Доброе утро, – постаралась улыбнуться, сразу опустив взгляд к протянутому паспорту. – Чем я могу вам помочь?

Раскрыла паспорт, по привычке второй рукой уже начала вбивать серию и номер в программу, чтобы открыть карточку клиента. Иванов Пётр Сергеевич, 1989 года рождения.

– Здравствуйте, Кристина, – голос вкрадчивый, бархатный с лёгким акцентом.

И все же невольно подняла взгляд на Петра Сергеевича. Редко кто обращал внимание на бейджи сотрудников. Он был красив, но мужской красотой. Квадратная челюсть с лёгкой щетиной, светлые волосы средней длины, слишком внимательный взгляд.

– Мне нужно снять все средства с карты, – пояснил он.

Серые глаза смотрели в мои прямо, буквально удерживая и почему-то пугая.

– Хорошо, – кивнула, про себя отгоняя странные мысли, и вновь обратила взгляд к экрану компьютера.

Сумма крупная, шестизначная. И в кассе имелась, но была заказана для другого клиента.

– Какие-то проблемы? – спросил, заметив моё замешательство.

– Понимаете, это не полноценная касса. Сумма наличности строго определена. Обычно большие суммы заказывают заранее.

– Думаю, вы что-нибудь придумаете. Я ведь прав, Кристина? – посмотрел пронзительно.

– Д-да.

Холодный безэмоциональный тон клиента проехался по нервам наждачной бумагой. Мне стоило написать руководителю отделения, а вместо этого я вбила данные уже в программу электронного кассира. Вспыхнуло окошко, выдающее совпадение со списком экстремистов. Обычно девчонки закрывают его, ведь список выходит на автомате при совпадении двух значений, например имени и фамилии. А я всё же вчитываюсь, привыкшая относиться к обязанностям даже слишком ответственно. Ладонь зависла над кнопкой мыши, когда я осознала, что данные полностью совпадают.

– Кристина? – напомнил о себе Пётр Сергеевич.

Вздрогнула, тяжело сглотнув вставший поперёк горла ком.

– Мне нужно написать руководителю по поводу вывода крупной суммы. Мы загружали её для другого человека. Но, думаю, она даст согласие на выдачу.

Говорила, а сама спешно строчила письмо руководителю. Окошко закрылось, оповещая о том, что электронка отправлена по внутренней почте.

– Нужно подождать, – сообщила я, ощущая, как горят щеки, уши и даже шея.

– Знаете, Кристина, я очень не люблю, когда мне врут, – он закинул на стол портфель, подсунув под него руку.

– Что вы…– резко замолкла, задохнувшись, когда увидела, что из-под портфеля выглядывает дуло пистолета, направленное точно в мой живот.

– Дыши, Кристина, – произнёс он, и только тогда я вздохнула, осознав, что задерживала дыхание. – Деньги. Всю сумму. У тебя минута, – он продемонстрировал дорогие часы на своём запястье, – и она уже пошла.

В эти страшные мгновения я даже не чувствовала стука сердца, не слышала ничего вокруг кроме набатом звучащих в мыслях слов. Моя минута пошла.

Никогда прежде я так быстро не работала. Наплевала на все бумаги, подписи и просто проводила операцию. Кожа взмокла, мысли носились в беспорядке. На лоб выступила испарина, и я раздражённо стёрла её рукавом, когда электронный кассир затрещал, отсчитывая сумму. Я, как заведённая, принялась обматывать пачки резинками и выставлять их перед собой.

– Молодец, Кристина, – похвалил, когда последняя пачка легла на столешницу.

Он распахнул портфель, все ещё держа меня на мушке.

– Сюда.

И я поспешно закидала в портфель пачки. Кажется, лишь когда он поднялся со своего места, смогла вздохнуть свободней. Мысли беспорядочно метались, сердце билось, как сумасшедшее, а тело трясло от пережитого ужаса. Но когда в дверях отделения показалось двое полицейских, я осознала, что ничего не закончилось.

Даже не поняла, что произошло. Взгляд следил за тем, как Пётр Сергеевич движется навстречу полицейским. Они что-то у него спрашивали. Два тихих хлопка и оба мужчины вдруг вскинули руки, начиная заваливаться назад.

В зале воцарилась гробовая тишина. Кто-то вскочил со стула, но большей частью все сидели, вперив взгляды в лежащих на полу мужчин, просто не понимая, что происходит. И только, когда вокруг них начали растекаться тёмные лужи крови, я поняла, что произошло. Он убил их.

Зал наполнился криками ужаса и грохотом отодвигаемых и падающих стульев. А Пётр Сергеевич бросился обратно. Легко перемахнул через стол, оказавшись теперь возле меня. Стальные глаза оставались спокойны, словно он только что не лишил двух человек жизни.

– Открывай дверь, Кристина, – скомандовал он, направив дуло пистолета на мою голову.

Я подскочила с места, рванула к находящейся за моим рабочим местом двери, ведущей в служебные помещения банка. Пропуска висели на шее, но руки не слушались от ужаса. И Пётр раньше меня сорвал их, приложил к картридеру. Прежде чем я в полной мере осознала, что происходит, он схватил меня за плечо и втолкнул в дверной проём вперёд себя. Дверь за нами закрылась, отрезая от криков ужаса. Здесь слышался только гул голосов сотрудников колл-центра да щелчки мышек и клавиатур.

Пётр Сергеевич грубо прижал меня к стене. Дуло пистолета уперлось в лоб. Так резко, что я ударилась затылком об стену. Но боли не почувствовала. Вообще ничего не чувствовала, кроме сжимающего сердце страха. Неужели, это мои последние мгновения?

– Пожалуйста, не убивайте, – зашептали онемевшие от ужаса губы, а по щекам заструились слёзы.

– Замолчи, – произнёс холодно. Но прокричи он, не добился бы лучшего результата.

Стиснула челюсть, резко замолкнув. Мужчина смотрел безразлично. Не возникло сомнений, что он легко нажмёт на курок. Прекратит мою жизнь, и, уверена, не испытает ничего кроме досады из-за потерянной впустую пули.

– У тебя две минуты, чтобы вывести меня из здания. Время пошло.

Хватка на плече исчезла. Начался новый отсчёт.

Зависла лишь на мгновение, а потом рванула, что есть мочи. Бежала, как никогда в жизни, внутренне ругая себя за лишний вес, из-за которого рискую погибнуть. Я пронеслась по коридору вдоль рядов столов, за которыми переговаривались с клиентами специалисты колл-центра. Пока не достигла железной двери, ведущей на лестничную площадку. Отделение банка по факту находилось на уровне второго этажа. Потому сейчас мы спускались, пока не достигли первого этажа, где располагалась гардеробная. Здесь было многолюднее. Кто-то переодевал обувь. Диванчики в зоне отдыха занимали сотрудники банка. Но никому не было дела до нас.

– Выход там, – тяжело дыша, указала на двойные стеклянные двери, ведущие на улицу.

Солнце скрылось за облаками, стало непривычно темно. А следом ярко вспыхнула стоящая через дорогу машина. Огонь поднялся высоко, грохот ударил по ушам. Со звоном осыпались стеклянные двери. Почти все, кто находился в помещении, попадали на пол. В том числе я и Пётр Сергеевич. Но он сразу поднялся, выругался на английском. И стало понятно, что это была его машина.

Впервые в его глазах появились эмоции. Гнев и какая-то мрачная и совершенно непонятная мне весёлость. Попыталась было вскочить, отпрянуть от него, когда он запустил руку под пиджак.

– Пожалуйста, отпустите! – вскричала я, когда он извлёк небольшой серебряный шприц, напоминающий пистолет. Но мужчине было плевать на мои мольбы.

Он потянул меня на себя, сильно, рывком пресекая попытку вырваться. Обвил руку вокруг моих плеч. Под мой громкий всхлип, игла впилась в шею. Жидкость покинула шприц, впиваясь в жилы огненным ядом. И только тогда мужчина отпустил. Я закричала от боли, сжалась на полу, обняв себя руками. Мышцы свело судорогами, дыхание сбилось. Последнее, что я увидела, прежде чем потерять сознание, был Пётр Сергеевич, выходящий через разбитые двери банка на улицу.

/Джейсон/

Удар обрушился беспощадно, пробежавшись новым взрывом боли и сорвав вскрик вперемешку с кровью с уст Джейсона.

– Где препарат, Вест?! – крик Стаса ударил по ушам, заставив отвлечься и поднять на него затуманенный взгляд.

– Пошёл ты, Серов, – процедил он, наградив мужчину злым взглядом.

Его всё равно убьют. Но сейчас ещё можно было отвоевать быструю смерть. Нужно лишь правильно направить вспыльчивость Станислава.

– Ты же понимаешь, что ответы все равно выбьют. Не усугубляй, Джейс, – сапог с силой обрушился на плечо.

На мгновение потемнело перед глазами от боли, а уши заложило от собственного крика. Он даже не сразу различил шелест колёс.

Выругавшись, Серов рванул прочь, когда прозвучала короткая автоматная очередь. Возле лежащего на траве Джейсона остановился внедорожник цвета «мокрый асфальт». Задняя дверь распахнулась, даря возможность спастись. Тело отзывалось болью даже при дыхании. Но стиснув челюсть, Джейс вскочил, схватился за протянутую из глубины салона руку. И закричал от боли вновь, когда рухнул на сидение. Машина с пробуксовкой тронулась, сопровождаемая короткими выстрелами пистолета Серова.

– Я думал, вы меня кинули, – пробормотал Джейсон, с трудом принимая сидячее положение.

– И кто откажется от таких денег? – на широком лице Быка, расплылась щербатая улыбка. – Где препарат, Вест?

– Передал на хранение.

Глава 2

/Станислав/

– Слушаю, – голос прозвучал ровно, несмотря на то, что Стас волновался, когда принимал вызов.

С этого номера никогда не звонят просто так. Обычно сообщают о необходимости принять новое задание или дают краткие пояснения. Но на этот раз звонка пришлось ждать больше месяца, и Стас не понимал причин. Сначала думал, что ему дают время оправиться после ранения, которое ему нанесли при побеге Веста. Но период реабилитации подходил к концу, а новые инструкции не поступали. Он опасался, что неудача с Вестом скажется на карьере, а в худшем случае его вообще попытаются убрать. Ведь косвенно препарат пропал по его вине.

– Добрый день, Станислав Юрьевич. Как ваше плечо? – раздался мужской голос на другой стороне линии.

– Ранение зажило. Я могу вернуться в строй.

– Спешите, Станислав, – в голосе послышался лёгкий смех. – Сколько вы уже не брали отпуск?

– Я в нём не нуждаюсь, – процедил Стас.

– Конечно. Отпуск будет относительным и снова выйдет далеко за рамки вашего профиля.

Стас замолчал в замешательстве не совсем понимая намёки собеседника. Даже злился, но было бы глупо показывать свои эмоции старшему по званию.

– У вас новое задание. Наблюдение под прикрытием. Инструкции придут курьером через пять минут. Я повторно свяжусь с вами завтра… чтобы получить согласие. Думаю, вы не меньше нас хотите вернуть препарат.

– У меня есть шанс?

– Вполне.

– Тогда я даю согласие уже сейчас.

– Я знал, что вы так скажите.

/Кристина/

– Как проходит выписка?

Я обернулась на голос Михаила Дмитриевича, моего лечащего врача, отвлекаясь от разговора с медсестрой, оформляющей документы. В отличии от обычных больниц, в частной клинике было тихо и уютно. Я сидела на удобном стуле к просторном коридоре, ожидая оформления освобождения от ежедневных процедур и анализов.

После потери сознания в банке, я очнулась уже в этой больнице почти через две недели после нападения. По словам врача, оплата расходов на лечение производилась государством, а я особо не вникала. Чувствовала себя ужасно, потому что все эти дни провела на искусственной пище без движения. Нет, мне делали массаж, вкалывали необходимые препараты и оказывали качественную медицинскую помощь, но всё равно первые дни после пробуждения были самыми тяжёлыми в моей жизни. Но зато я выжила.

– Отлично. Не стоит беспокоиться, Михаил Дмитриевич, – постаралась улыбнуться.

Но не могла сказать, что испытывала тёплые чувства к врачу. Он был всегда предельно собран, внимателен, проводил сотни и тысячи всевозможных тестов, пытаясь понять, что за препарат мне ввёл тот мужчина. Сейчас мне было известно, что Пётр Сергеевич не его настоящее имя. Но в итоге выявить, что же мне ввели так и не удалось. Правда, чувствовала я себя как обычно. Даже лучше прежнего, ведь столько времени в больнице помогли совершить то, что не удавалось мне раньше. Сбросить лишний вес. До идеальных форм мне было далеко, но начало положено.

– Если что-то изменится в самочувствии. Любая мелочь. Звоните мне. Я же дал вам визитку?

– Вы дали мне три визитки. Все хранятся в разных местах. Ни за что не потеряю.

– Славно-славно, – мужчина улыбнулся, довольно кивнув головой.

– Больничный будет закрыт в понедельник, – сообщила медсестра.

– Вот и хорошо.

Забрав документы и попрощавшись с врачом, я направилась не выход. Собиралась сразу же отправиться в отделение банка, где работала, и написать заявление на увольнение. У меня было много времени, чтобы подумать. Я оказалась на грани жизни и смерти. Чуть не погибла от пули, а потом от воздействия неизвестного препарата. И тогда я поняла, что пора перестать плыть по течению, ведь жизнь может прекратиться в любой момент. И пусть было страшно, но я собиралась многое изменить. И начать собиралась с увольнения с нелюбимой работы.

Выйдя на улицу, вдохнула полной грудью. Руки оттягивала сумка – те немногие вещи что остались. Остальное ещё вчера увезла мама. Было тепло, но солнце скрывалось за грозовыми облаками. По дороге напротив клиники проносились редкие в это время дня машины. Отец предлагал меня забрать, но я сказала, что приеду на такси. Немного устала от чрезмерной заботы родителей. Я понимала, что они волнуются, но всё равно хотелось отдохнуть, побыть сама с собой.

Покинув ворота больницы, я попала на пешеходную улицу, но не успела сделать и десятка шагов, как на меня налетел мужчина. Кофе из стаканчика в его руке расплескалось, разлившись тёмным пятном на бежевом кардигане, обожгло ладонь, отчего я выпустила сумку из руки.

– О боже, простите, – воскликнул он, принявшись стряхивать капли кофе с моих рук и одежды.

– Ничего… я, – резко замолкла, когда присмотрелась к невольному собеседнику.

Высокий. Мне пришлось задрать голову, чтобы заглянуть в небесно-голубые глаза за стеклами очков в чёрной оправе. Он был моложе, чем мне показалось вначале, лет двадцати восьми. И весьма хорош собой. Такие редко со мной разговаривали кроме как по делу. И уж точно никогда не улыбались так лучезарно.

– Вы сильно обожглись?

– Нет, – тускло улыбнулась, взглянув на ладонь. Кожу чуть щипало, не более.

– Да я же вижу, что сильно, – незнакомец неодобрительно помотал головой, сведя густые брови к переносице. – Простите, я отвлекся на телефон и не заметил вас, – он виновато указал на смартфон в своей руке.

– Ничего страшного. Бывает, – меня часто не замечают. Особенно такие красавцы.

Я красноречиво взглянула ему за плечо, намекая на то, что инцидент исчерпан и пора прощаться. И в мыслях не было, что мы продолжим общение. Скорее наоборот. После нескольких недель в больнице я выглядела, мягко говоря, не очень привлекательно. Одежда из-за похудения висела на мне мешком, волосы собраны в обычный хвост, на лице ни намёка на макияж, лишь тёмные круги под глазами. Потому даже смущалась своего внешнего вида.

– У вас красивые глаза, – вдруг произнёс он, вновь улыбнувшись.

– Спасибо, – жар ударил в щёки.

Я редко получала комплименты. Но глаза действительно были моей гордостью. Ярко-зелёные, словно весенняя зелень. И это при обычных каштановых волосах.

– Как вас зовут? – он нагнулся и поднял мою сумку с асфальта.

– Кристина, – протянула руку к вещам, но незнакомец сжал мою ладонь в своей и потянул следовать за ним. Пошла не раздумывая, хоть и пребывала в некотором замешательстве.

– Меня зовут Станислав.

Глава 3

/Кристина/

Два месяца спустя…

– Хорошая работа, Кристина, – скупо похвалила Евгения Владимировна, мой непосредственный начальник, просматривая на ноутбуке написанный мною алгоритм по заданию.

Жизнь неумолимо изменилась, стоило поменять отношение к ней. Теперь я работала по специальности в крупной транснациональной организации, которая занималась в том числе современными технологиями. В частности приложениями для операционных систем, в программировании которых участвовала и я в числе крупной команды. Через месяц должен был завершиться испытательный срок, но именно это задание было, можно сказать, экзаменационным. Потому я так волновалась.

– Что ж, добро пожаловать в команду, – начальница скупо улыбнулась, а я готова была прыгать и визжать от восторга.

Не скажу, что это была работа-мечта, но я получала от неё удовольствие, при этом без всяких переработок зарабатывала почти в два раза больше, чем в банке. Потому у меня оставалось больше времени на себя и личную жизнь. Да-да, теперь она у меня была.

Я четыре раза в неделю посещала спортзал, ходила на курсы депиляции, посещала косметолога и полностью обновила гардероб. Потому что тот день выписки из больницы стал для меня судьбоносным. Стас ворвался в мою жизнь солнечным лучиком, поддержав в сложный момент переворотных изменений. Помог устроиться на новую работу, подарил абонемент в спортзал, но главное, он вселил в меня веру в себя. Кто бы знал, как я благодарна ему и как люблю. Он стал моим первым мужчиной. Почти месяц мы жили вместе в его квартире. В мыслях я уже представляла нас счастливой семейной парой с ребятишками. Но это позже, когда достигнем того, о чём мечтали в жизни.

Пусть я пережила смертельную опасность, но тот случай изменил всё. Моё отношение, а потом и жизнь. Казалось, нет меня счастливее. Потрясающий парень, отношения с которым радуют каждый день, хорошая работа, приносящая стабильный доход, любимое хобби.

Вечером я покидала офис компании невероятно счастливой. Попрощавшись с коллегами, направилась в сторону центральной прогулочной улицы. Стас жил не так далеко. Шутка ли, я проживаю в центре столицы с многомиллионным населением, одеваюсь в брендовую одежду, которая уже давно далека от плюс-сайз и работаю в фирме, куда многие желают попасть. Не жизнь, а сказка.

Как обычно, выхватила из сумки фотоаппарат, набросила на шею ремешок. Я любила фотографировать. А в последнее время часто вылавливала красивые кадры по дороге домой. Вот и сегодня я медленно шла по улице, выхватывая через объектив камеры новые лица, яркие сцены и просто красивые ракурсы. Но шаг мой остановился, а сердце замерло в испуге, когда в объективе отразилось до ужаса знакомое лицо мужчины, сидящего в чёрной машине. Пётр Сергеевич. Он часто являлся мне в кошмарах с тем шприцом в руках. Машина пронеслась дальше, а палец так и не нажал на кнопку, чтобы произвести снимок. Мне просто показалось. Пожалуйста, пусть это будет игра воображения.

/Станислав/

Стас сидел в кресле, закинув ноги на журнальный столик, просматривал последние новости и сообщения с планшета. Расслабленный, как бывает после хорошего секса. Пришло сообщение от Кристины. Она уже дома, готовит для него ужин. Ожидает с хорошими новостями. Он уже и так знал, что её испытательный срок завершили. Как и знал, что после работы она направилась домой, зайдя по пути в супермаркет, чтобы закупить продукты, в числе которых значилась бутылка шампанского. Слежка за ней велась постоянно. А доклады присылались ему в строго определённое время.

– Стас, я пойду, – Анжелика только вышла из спальни, на ходу поправляя светлые волосы.

Синее платье облегало соблазнительное тело, как вторая кожа. А макияж вновь был свеж и ярок.

– Удачи, – бросил он, вновь возвращаясь взглядом к планшету. – Я оставил тебе деньги на столике у входа.

– Я не шлюха, Стас, – прошипела она бешеной кошкой.

Но он не впечатлился ни тоном, ни убийственным взглядом, который она обязательно бросила в его сторону.

– До встречи, Энджи.

– Катарина, – процедила она, направляясь к выходу. – Какой же ты мудак, – пробормотала еле слышно.

Станислав бросил взгляд ей вслед. Немного спутал имена, но шлюхи все на одно лицо. Он нисколько не сомневался, что наличность, что он оставил, отправится в дамскую сумочку и компенсирует его пренебрежение к незначительным на его взгляд деталям.