Капсула, или Испытание №3

Находиться с ней рядом – само блаженство!

И она, кажется, готова принять его руку и сердце… Но мать ее – ведунья, самая страшная на земле старуха – сказала: «хочу прежде посмотреть на твоего женишка в будущей жизни». Взмахнула платком. А он – схвати да потяни на себя. А плат возьми и тресни. В руках только лоскут с заговорными завитками… И-ах! – вот и все, что донеслось вослед…

…Хруст и лом, словно при падении с дерева, прекратился.

Посланный в туманное далеко – как обворованный пассажир на вокзале.

Без обратного билета, без денег и документов.

Ветхая тряпица в руках.

Морок рваными клочьями на руке повис, а в самой руке, глядь, уж пусто.

– Э-э, куда?.. Она ж меня со свету сживе…

Но он замолкает, слыша в такт восклицаниям тонкий звон снизу, будто слова, вылетая изо рта, мгновенно леденеют и осыпаются…как и парок, вначале бодро поднимающийся вверх, опадает на бушлат мелким бисером.

Он озирается вокруг – а перед ним пазл, который надо сложить из фрагментов. И больше ничего.

Земля не видна. Внизу, в пустоте, мельтешат разноцветные миниторнадо, схожие норовом с приземистой февральской поземкой, и крутятся у берцев, доходя до колен. Цвета проникают друг в друга, как разводы бензиновых пятен на поверхности лужи. А потом закручиваются и складываются в подобия иероглифов.

Обзор радужного будущего загораживает дырчатая громада, взгляд на которую словно удар веслом по темечку, хоть и обернули эту биту в приличный слой ваты. Дырявая штука как сложена из антонимов. Твердая и мягкая. Грубая и тонкая. Монолитная с виду и, в то же время, разбитая на части. Крушит аналитику мозга, соединяя несоединимое – до тошноты, мало не покажется.

Из громады выдвигается нечто.

Шагами-не-шагами, скачками-не-скачками, увеличиваясь в размере, в образе вооруженных бигфутов, приближаются две фигуры…

Сергей замер: вау, Будущие!

– Предъявите пропуск! – гаркают вдруг на чисто русском.

И то хорошо, что язык новый не учить.

Парочка приблизилась и в анфас оказалась кучкой всего в случайным порядке намешанного, а более – плоскими коллажами лейблов со светящимися знаками, то и дело меняющими расположение.

Сергей, сам в парадно-морском прикиде, махнул рукой, типа приветствуя. Но вот как отвечать на требование пропуска – это загадка.

Да где наша не пропадала! Экзаменаторов в училище вокруг пальца обводил. Запасенную бумажку с нужным номером из портативного принтера в билеты подкладывал. И с этими, блин, Будущими все получится. Талант платком не перешибешь, даже если колдовским.

Порылся в кармане брюк. Среди мягких шпаргалок надыбал картонку.

Один из патрульных принял маленький прямоугольник. Приставил к гаджету, похожему на считыватель магнитных карт. Устройство вспыхнуло голубым. Из щели выполз эластичный кружок. Приложили к его ладони – и он как вклеился.

– Готово. Ваше имя как члена нидерландской королевской академии наук занесено в обновленный ВИП-список кандидатов на втаймление, – прогудела первая фигура. – Теперь необходимо получить ответ на запрос об определении категории срочности.

Через полминуты жужжания прибора и неслабого покачивания почвы под ногами Сергею объявили:

– Ответ получен. Уровень необходимости наивысший. Миссия определена. Степень сложности – 1. Оплата по завершению. Способ оплаты – поставка времени. Вид – будущее. Форма – кластер. Объем – по итогу исполнения заказа. Торг уместен. В связи с изложенным, ваше втаймление, сэр Мартин Джо, произойдет по экспресс-программе.

Второй патрульный сунул в руки сверток и строго сказал:

– Рекомендуем оперативно переодеться. Ваша низкотехнологичная одежда вышла из строя.

– Благодарю за заботу, браток, но…

Но заднюю давать было поздно: патруль, недослушав, растворился в мокром мареве.

Тут только Сергей понял, что влип в историю и что… стоит он под теплым дождем. Потяжелевший бушлат давит на плечи и прижимает к земле, а в свертке холодно люминесцирует униформа…

Переодеваться не хотелось: в своей, даже мокрой, мыслилось комфортней.

Да и дождь, уступив «проникающим» лучам солнца, неожиданно прекратился. Скомкав униформу в кругляш, Сергей отбросил ее в сторону…

Вместе с дождем и фигурами проявилась трава, вся в завитках, как зеленая каракулевая шуба. Она словно призывала пройтись по ней. А отчего б и не прогуляться по будущему раю?..

– Сэр Мартин Джо, – обрубили расслабуху командным голосом, – пройдите вперед на десять метров. Поверните влево. Через пару шагов приблизитесь к консоли. Приложите бэйдж, и поверните ладонь согласно стрелке.

– Слушаюсь. Сейчас приближусь, если у вас трава настоящая.

– Выполняйте.

Сергей подошел к стойке, прижал ладонь и повернул, как было сказано.

      Невидимая сила развернула тело в противоположном направлении и вдавила в субстанцию творожистой консистенции. В глазах потемнело. И зачесались они, будто в них ветром токсичный порох вдуло. Ухо просверлило так, как при кессонном отравлении.

Сергей метнулся в сторону, ища укрытия. Но нагнал голос и сообщил из своего ниоткуда:

– Адаптация не завершена и требует продолжения. Три минуты покоя, пожалуйста.

– Не проблема, – прохрипел Сергей.

Ну как выказать перед Будущими свою слабость?..

И…и кто знает?..

Может, это и есть испытание будущей тещи?

То самое, под номером три, о котором предупредила Олеся?

Сергей настроился претерпеть худшее и зажмурился. Но оставил щелку.

Узкий обзор заполнился геометрическими фигурами, полосками, сверкающим пунктиром… Ещё одна агрессивная поверхность, чем-то схожая с побитым о скалы баркасом, сметая ошметки пространства, устремилась к нему. Успел увернуться.

Напрочь, до конца жизни, завязнув в пористой мякоти, вдруг вырвался из нее и отлетел в сторону гнутого каменного рельефа. Буцнулся по-взрослому. Груботканный бушлат смягчил удар. Тело обмякло и словно намоталось подобием каната на барабан. Съежилось и одеревенело, как скрученное белье на морозном ветру.

И то хорошо, что не выжалось по каплям.

– Проклятая старуха! – прохрипел пришедший в себя «посланец». – Все она! Мстит за порванный платок, старая бестия!

Бумерангом последовала новая инструкция:

– Наберитесь терпения. Адаптивная модель реальности вырабатывается не сразу.

Спасибо за объяснение.

Буром вкрутило в турбулентную зону. Мотало и переворачивало. Леденило и нагревало. Душило и отпускало. Растягивало и сжимало… Снова и снова уходила из-под ног ускользающая земля.

Бывал Сергей в центрифуге тренажера, но… чтобы так? На тренировке всегда знаешь, что таймер пискнет – и конец замесу. А тут не знаешь конца. Не обновится локация – и тот конец будет тебе.

… В лицо вновь сыпануло. Теперь – стружками и колкими опилками. За матроску тоже не поскупилось.

И качка… – да к ней не привыкать. Противно, что в горле – спазмы. Под сердцем – комок. В низу живота – ощущение рвущегося наружу вакуума. Наверное, так ощущает себя касатка, проглотившая буй.

Состояние такое, что ищешь глазами укрытие, как тонущий соломинку, чтоб убежать и скрыться на всю оставшуюся жизнь. Только сколько ее осталось?..

«Доводи перца до апперперца1!», – будто наяву прозвучала в уме любимая команда старшины, ответственного за сталкерскую часть дайвинга.

Прокрутился, как гусеница в коконе. Расставил руки-ноги в стороны по разным азимутам. Не забыл про модуляцию ЧСС. Надавил пальцами роговицы обоих глаз. Трижды аккомодировал хрусталик. Проложил дорожку внимания через мозолистое тело до затылка. Увидел себя снаружи.

Тело и ум стали спокойней. Пользуясь моментом, напряг внутренним лучом внимания ретикулярную формацию2, как на курсах технодайвинга3 учили. Прислушался к себе.

Напряжение мышц с трудом, но преодолело сопротивление пространства – вязкого и липкого, как солидол. Ноги упёрлись в неощутимую прежде твердь.

И предательская мысль: если снова ловушка – не выйду.

      Но вдруг стало совсем хорошо. Как вновь родился. Или как выскочил из глубины на поверхность. Невидимая давящая сила отпустила.

Ох, что бы он без сталкерской науки делал, техно-дайвер хренов?..

Ветерок ласково овевал лицо. Юго-западный – по привычке определил Сергей. Убойно пахли цветы, щебетали невидимые птицы. Привычный запах прелых водорослей щекотал ноздри.

Распахнул глаза.

Ох, и ни хрена себе!

Перед ним простиралось море, сливаясь далеко на горизонте с зарей. Бирюзовое небо на глазах светлело и заполнялось танцующими облаками. Перистые и разноцветные, как жар-птицы, они хороводили в вышине в такт музыки этих…как его…высших сфер.

Феерическое небо, морской ультрамарин, изумруд трав с богатой палитрой разнотравья – какая сказка! Сказка, которой он Сергей, пятикурсник морского училища №1 г. Астрахань, не мог подобрать годного названия.

И дополнялось вся эта лепота тонким ароматом и щебетом птиц.

Нифигасе, награда за страдания – гарри-поттеровская баланда?..

– В какой век меня запузырили? – опробовал охрипший голос Серега.

Ровный голос потребовал объяснения:

– Что значит «запузырили»?

Огляделся – никого рядом. Да и ничего тоже – прятаться-то негде.

Ни с того, ни с сего зачесалось в правом ухе.

– Мы втаймили вас в начало 22-ого столетия, если вы об этом, – вернулся в эфир ровный голос.

Сергей поводил глазами в разные стороны.

Собеседника по-прежнему не видно.

– Клёво у вас.

Молчание.

Понятно: сленг здесь не в моде.

– У вас красиво, – прогнулся он под Будущих. – Очень.

– Пустяки. Ландшафт нам не интересен. Мы создаём его для людей. А они любят «стиль ретро».

– Почему?

– Практические причины не выяснены. Мотивы не определены.

Голос шел изнутри черепа. Сергей вспомнил сверлящую боль в ухе. Все ясно, значит, его чипировали.

– Какое счастье – познакомиться с высокими технологиями! – сказал он, стараясь держать разговор на позитиве.

Но в ответ тишина.

Эге, да из них инфу клещами не вытянешь. Но какие тут клещи, если речь идёт о родной тыковке?..

Что ж, спасение утопающих – дело рук самих утопающих.

Мысленно покопался в практиках технодайвинга. Подошел алгоритм для успешного поиска неочевидных артефактов. Выбрав, расслабился и векторным лучом формации просканировал латеральную часть мозговой зоны Мрока.

Перед глазами возник кусок текста из главы «Чипирование методом аппликации; особенности эксплуатации и техника безопасности; аргументы за и против».

Просматривалось хорошо, как на шпаргалке собственного изготовления. Достоверность – пять баллов. Тренеры готовили биосталкеров4 на ура.

Описание чипа:

Триггер – аппликация на кожу.

Агент – ассоциация модифицированных глии с вирусом табачной мозаики.

Мишень – слуховая зона мозга.

Контакт – словесный.

Юмор – нулевой.

Активация – прямыми вопросами.

Дезактивация – минутное молчание.

Отключение – смотри пункт1».

Техника безопасности: не проявлять мысли вслух.

«Годная инфа. Актуальность первой степени».

По инерции поискал значок для лайка, не нашел – и вернулся на бренную землю.

Боясь лишний раз вдохнуть, дабы не активировать болтовню «ассоциативного комплекса», Сергей провел тактическую рекогносцировку.

Он стоял на косогоре, расположенном на каменистом отроге, как бы выдвинутом сушей навстречу простору – и морскому и небесному.

Внизу белела полоска пустого пляжа с рядами зонтиков и шезлонгов. За стоянкой автомобилей у подножия косогора, внизу и вблизи, разместились пирс и бухта, под завязку набитая судами. Пестрые флаги трепетали на ветру.

Такелажники суетились на пристани, помогая швартоваться рыболовному траулеру. Чайки кричали в ожидании разгрузки и хозяйничали в снастях. Одни из них пикировали на ящики с рыбьими отходами. Другие подбирались скачками по суше. Загорелые пацаны, кидая гальку, гоняли разбойниц…

Знакомый до боли пейзаж родного астраханского порта. Но именно эта картина маслом и сбивала с толку.

Может ли будущее так походить на прошлое? В чем здесь трюк? Даже марки автомобилей – одни и те же!

Скорее, будущая теща слукавила и речь шла не о будущем…

Но прорезавшийся голос в ухе уже самим собой отмел этот вариант.

– Ну что? – поинтересовался он.

– Все хорошо, прекрасная маркиза… – пропел Сергей, вглядываясь в знойную марь, – все хорошо, все хорошо…

И резко замолчал: на миг мелькнуло название швартующегося траулера, и это совсем выбило седока из седла.

«Дважды герой…космонавт Алексей Леонов».

Мозг словно пробило коротким замыканием.

Оппа, вот вам «вишенка» на рождественском торте!

Дело в том, что этой весной Сергей сдавал зачет по истории речного судоходства. И сдал на твердую четверку. И точно знал, что в списках волжской флотилии данное судно не то, чтобы не числилось… а значилось погибшим – и кажется, ещё десять лет назад!..

Гибель судна произошла по неизвестной причине.

Пришлось напрячься снова. Внутренний луч высветил, как на экране, конспект апрельской лекции:

«Рыболовное морозильное судно «Дважды Герой-космонавт СССР Алексей Леонов». Водоизмещение 350 тонн, мощность двигателя около тысячи лошадиных сил. Оснащение: четыре морозильных рефрижератора. Судно проекта «браун» ходило по Волге с заходом в морской порт…»

Все так подробно, будто он, Серега, копипастил из справочника.

И далее:

«Вышеозначенное судно построено в 2020 году в Астрахани, порт приписки – Нижний Новгород. Следовал из Саратова в Казань. Рано утром 30 ноября 2020 года, без пяти шесть, в двухстах километрах северо-западнее Самары сработал аварийный радиобуй. Попытки связаться с судном, по какой-то причине терпящим бедствие, не увенчались успехом. Началась спасательная операция, но кроме двух спасательных жилетов и двух капсул со спасательными плотами ничего не обнаружили. Вместе с судном погибли десять моряков…»

Сергей не успел прочесть информацию полностью. Тишина взорвалась треском, как при включении древнего граммофона.

«Стиль ретро»… – вспомнил Сергей и тотчас понял, что это подключенный к уху канал централизованного вещания.

– Высокотехничные граждане города Сахаронильска, – объявил диктор голосом Левитана. – Поздравляем! Сегодня четвертая цифредá, 32-е июня. 8,5 часов утра. Прослушайте сводку текущих вестей. Погода среднестатистическая. Безветренно. 25 градусов по Цельсию. Температура Сахарного моря у берега – 25, 3 градуса. Напоминаем, что в полдень исполняется десять лет с начала Великого Дождя. Не забудьте надеть юбилейный дождевик.

      Заключительный треск – и «левитановские чтения» завершились.

      Новостная лента все спутала в голове. Куда только ностальгия подевалась! Мысли сталкивались, как шарики, и разъезжались, как на роликах.

– А четверг, стало быть, «циферг» называется? – только и спросил Сергей.

На нелепую шутку ответа не требовалось, но пространство подтвердило:

– Именно так. Бывшая суббота – у нас «цифрота»…

– Такую бабуйню и нарочно не придумаешь.

Сергей еще не привык не проявлять свои мысли вслух.

– По правилам переименований, конечно, надо «цифроббота», – понес чип пургу с щепетильностью, видимо, не расслышав реплики. – Но… семантики забраковали правильный вариант по причине сходства со словом «работа».

– Конечно же так… – из вежливости согласился Серега. – Сходство катастрофическое. Четко.

А чип продолжал делиться достижениями.

– Ваша Франция – теперь наша Цифранция.

– А что цифранцузы? Не возражают?

– Напротив. Цифровые лайфхаки – это содействие прогрессу и проявление повышенной социальной ответственности. А тут мелочей не бывает…

Чип расширил пояснения, но Серегу они не заинтересовали.

– А как теперь звучит…Россия? – в какой-то момент вставил он.

– Никак не звучит. В смысле оптимального ребрендинга. Ведь она всегда была позади планеты всей по актуалке. А в этот раз, когда мировое сообщество на нее не надавило…

– А что так? Что-то экстраординарное?..

– Инициативу перехватила активная страна.

– Упс. Какая же?

– Цифруссия.

– Не понял.

– Не понимаете. Понятно. Объясняю. Посудите сами. Если ввести Цифроссию, то люди запутаются в сходных наименованиях. У людей, увы, весь мозг извилинами проточен. Естественно, это тормозит тонкие мыслительные процессы. Им что Цифруссия, что Цифроссия все одно… Теперь понимаете?

– Нет. Поясните, плиз. Супер буду благодарен. Что за страна – Цифруссия?

– Бывшая Пруссия.

– А откуда взялась?..

– Это раннее название исходной страны. А само переименование произведено для забвения военных неудач, которые не способствовали развитию человеческих отношений. Здесь ключевое слово «человеческие», понимаете?

– Фигня-я… – разочарованно протянул Сергей. – Скажите просто, что вспоминать было в лом. При нас одна страна тоже переобулась в воздухе. Хитрая задница. У вас она, наверное, Цифранды.

– Задница – это то, что ниже пояса…Это у нас под запретом. Но многое зависит от контекста. Что вы имеете в виду?

– Что я имею…Что имею, то и в виду, вот что я имею. Четко. – И Сергей «перевел стрелку»: – А «юбилей» дождя на какой черт вам сдался?

– Полвека назад по причине глобального потепления пошел дождь и…не закончился. За верность намерений ему присвоили статус «Великий».

– Не понимаю, что может быть великого в надоедливом дожде.

– Вы правы. Дождь несёт для нас большие риски. Но люди – они же иррациональны по своей природе. Со всеми своими «внезапными страхами, необъяснимыми причудами, инстинктивными тревогами, беспричинными дерзостями, задорными выходками и пресловутой тонкостью чувств…» Если вы не в курсе, то это цитата вашего классика. Факт тот, что они обвинили нас в том, что мы хотим отобрать у них последнее природное явление.

Забыв, что чип его не видит, Сергей поднял руку, в знак просьбы о тайм-ауте.

«Будущие расколоты на два лагеря, – пришел он к выводу. – Вот что следует из всего этого бла-бла». Есть человеки и есть нечеловеки. И нечеловеки выигрывают информационную войну.

Обмозговать это открытие ему не дали.

– Кхе-кхе…

Деловито кашлянув, «асс-вирус», или как его там, вновь вышел на связь.

– Простите, мистер Джо. Удаленность исторических эпох требует ручной перенастройки.

– Не было, не было – и вдруг опять?! Вы даёте…– Сергей возмутился: – Братва, вы спятили, по честноку, спятили!

– Сожалею, но необоснованные диагнозы ломают дискурс ознакомительной беседы. Вынужден прервать сеанс вокализации реципиента.

Его голос звучал уже в другом, незнакомом, режиме. Очевидно, их было несколько.

Но голос «донора» тоже изменился. Четко.

– Погодите! Не уходите! Как я тут без вас! Как мне быть в этом мире, который будущее-не-будущее?! – Эфир молчал, и Сергей нехотя сдался: – Вау. Какие мы гламурные… Ну, так и быть, валяйте. Что вам от меня надо?

Ровный и бесстрастный голос похвалил сдавшегося донора:

– Благодарим за четкий вопрос по актуализации наших требований –это один. Высоко оцениваем поддержку образа подрядчика – это два. Повторяем: для оптимизации сервиса необходимы точные место и дата вашего убытия, желательно по новому календарю. Попутно сообщаем, что согласно регламенту кодекса миграционного учета, мы обязаны ознакомить вас с примечанием к параграфу 6, пункт 2, которое гласит: «носитель аналоговой информации ни по чьему требованию не обязан предоставлять свои параметры для оцифровки»…

– О май гад, у меня нет слов.

«Однако тут не про очередную адаптацию, – смекнул он через минуту, – а про сверку личных данных. И они явно хотят заказать что-то «подрядчику», то есть Мартину Джо в моем лице. Не лишне узнать, в чем дело. И как можно скорее».

– «Правовой учет»… «аналоговая информация»… «параметры»…– возмутился он для проформы. – Что за бред?

Голос из уха ожидаемо вякнул:

– Слово «бред» – маркер некорректного вопроса и трижды не прошел фильтр услуг сервиса. Рассчитываем на понимание.

– Страдайте фигней, хоть до опупения, братва, мне побоку, – разозлился Серега. – Но учтите: мой список тоже не резиновый. Да и чихал я на ваши фильтры.

Последовало подозрительно долгое молчание.

Не иначе этот мозговой обрубок, произошедший от совокупления вируса с глией, возомнил, что «предок» чихает на него физически?.. С целью, так сказать, повреждения биологической жидкостью малюсенького нано-мозжечка…

Он смягчил тон.

– Все в порядке. Не кипишуйте, старина, замнем для ясности.

Внутренность уха, однако, продолжала разогреваться. Виском скоро можно будет плавить кубики льда из холодильника. Будто там находился не нано-процессор, а термоядерный мини-реактор.

С неприятным пробулькиванием чип проговорил:

– Данное сообщение состоит из устойчивого выражения, означающего предложение закрыть тему, рассмеяться и хлопнуть друг друга по плечу, распить бутылку, что категорически неприемлемо в продвинутом…

– Отвяньте от меня, – оборвал его Серега, – со своим гнусавым голосом!

– Непереводимая игра слов. Блокада.

– Можно без страшилок? Меня это напрягает.

В ухе что-то прощелкнуло, словно сработал нано-предохранитель – и ассоциированный вирус перескочил в «режим чиновника».

– Итак, напоминаем, мистер Джо, вам необходимо сообщить последние дату и место своего пребывания. Желательно по новому календарю. Заранее благодарим. Выслушайте доп. информацию. При отказе в сотрудничестве хроно-хакер5 подвергается немедленной оцифровке.

– Здрассте, – рассмеялся Серега, уже несколько истерически. – Я – и «хроно-накер»? Меня сюда послали – и я же виноват? Хм… Может, я что-то не так понял? Короче, я обиделся. А когда меня обижают, я страшно зол, и мстя моя ужасна!

– Словесный хаос, – констатировал бесстрастный голос.

– От хаоса слышу!

В ответ последовала длинная тирада:

– Несвязная речь характерна для расстройства мышления. Этиология пока не ясна. Если желаете услышать предполагаемый диагноз заболевания, скажите «один», если не желаете – скажите «два». При отсутствии альтернатив – не вокализируйте. Спасибо за понимание.

В этот раз голос показался Сергею особо гнусавым. Прямо сказать –гнусным. И если бы программе, введенной в ухо, можно было дать в ухо, Сергей непременно бы это сделал.

Но шишек с не долеченными гематомами ему и без того хватало. Только-только из больницы…А тут свадьба на горизонте маячит…Западло стартовать в новую жизнь пятнистым леопардом. До свадьбы, главврач сказал, заживет. А вдруг – не?

Ну, а того крушения шлюпа ему не забыть. Не из-за синяков, конечно.

А потому что тогда он впервые увидел Олесю…

………………………………………………………

…Это был первый день, когда Сергей в составе команды подтверждал теорию практикой. Бойцы были в приподнятом настроении. Всех волновало одно: каково же оно по жизни – реальное биосталкерство? То, ради чего они учились полтора месяца, изучая свое тело вдоль и поперек, выуживая из-под наносов цивилизации прирожденные качества лазутчиков, воинов и победителей?..

Погодка была капризной, как обычно на океанском побережье.

Там, где небо смыкалось с водой, громоздилась полоса черных туч. Над ними небо было розовым, выше – бледно-серым, еще выше – сине-серым. Разносился крик встревоженных птиц. Ветер то налетал, нагоняя жидкий туман, то мгновенно рассеивался. Термометр скакал в интервале пяти градусов выше и ниже нуля. Соленые брызги пропитали лицо и оголенные кисти рук.

Вдруг, как по заказу, выскочило солнце.

Решили воспользоваться подарком стихии.

Дайверы, прибыв из места подготовки в акватории Каспия, стояли на борту шлюпа, неуклюже перетаптываясь и разминая надутые мощным утеплением тела.

Инструкции по забору биологических артефактов давал высокий светлоглазый мужчина с клоком огненной бороды, торчащей из капюшона.

– Мартин Джо, – протянул он руку старшине Зябову. – Прибыл из государства под названием Нидерланды – эталона расширения сумасшедшего роста.

Кто как – а Серега не просек фишку.

– Расширения и роста чего – голландских тюльпанов6? – спросил он.

Мартин Джо, игнорируя вопрос, сунул старшине листок с техническим описанием задания.

Он попал очень даже по адресу.

Старшина Зябов обожал инструкции. Уважительно приняв ее, он зачитал текст выразительно, творчески переводя по ходу дела. Без непереводимых выражений это выглядело так:

– Пластинчатые и лопатоногие7 потребляют цинк, железо и марганец. Этих элементов дофига в воде, выходящей из земного нутра. Черный дым под водой – ваша цель номер один, братцы. Это дымят Черные курильщики. Блин, во где нарики спрятались, черти! Черный цвет – от сульфида железа. В сторонке от центра – белые концентрические кольца – это второй систематический признак. Улики-то в наличии – ментов не хватает… Карбонаты тоже выходят из-под коры. Минеральный салат жрут бактерии. Их самих пожирают крабы, креветки и прочая веганская живность. Все эти обалдуи ни черта не делают, только лижут микробы со своих клешней и щупалец. Извращенцы, посылающие эволюцию. Видите экземпляр – хапайте – и вира! Сталкеры всех стран, соединяйтесь!