Свольн. Путь в воины

Пролог

Темнота, в лабиринтах пещер гуляет ветер и тревожит кости погибших защитников и воинов. Тут всё смешалось, невозможно узнать кто и для чего приходил, за что боролся и с кем воевал. Возможно, оборонялись, а может и нападали. Да и скелетов нет, они все давно стали ходячей нежитью, с удовольствием ведя охоту на живых. Кто выстроил туннели и подземные города уже вряд ли станет известно, мир изменился давно, и он никогда не станет прежним.

Торопливые шаги и светящийся светлячок озаряет пространство небольшой залы, в которую ведут сразу несколько входов.

– Всё, дальше идти нет смысла, – устало произносит женский голос.

– Госпожа, ещё можно попытаться оторваться и запутать следы, – отвечает ей бородатый воин, у которого под плащом видна кольчуга.

Лицо воина хмуро, он держит в одной руке меч, а во второй дагу, на поясе пристегнуто две хрустальные сферы каждая размером с небольшое яблоко. В одной сфере переливается синяя жидкость, во второй алая.

Откинув капюшон, женщина отрицательно качает головой:

– Нет, Джург, тебе лучше моего известно, что нас загнали и теперь не выпустят. Свитков перемещения не осталось, зелья здоровья по одному флакону, боевые артефакты разряжены, а запасы маны почти на нуле.

– Салтия, госпожа, есть еще один вариант, – прислушиваясь к шорохам, ответил Джург, – моей кровью можно напитать пентаграмму прыжка.

– И куда мы прыгнем? – покачала головой женщина. – В Ратоне мятеж, власть перешла к кучке чванливых магов-самозванцев, которым удалось завладеть мощными артефактами. Да и не сможем мы пробить своды пещер и оказаться на поверхности, ни твоей, ни нашей общей крови для этого не хватит. Да и сам же знаешь, что маны в крови крохи. Нам не стоило бежать, следовало принять бой и умереть. Зря я послушалась своего супруга.

– Зато мы славно побились с нечистью и многих истребили, – зло оскалился Джург.

– Но от двадцати бойцов остался только ты и я, – отмахнулась Салтия и вытащила из кармана небольшую шкатулку. – Есть один последний вариант, чтобы наши жизни не пропали даром. Летописец отыскал древний свиток, позволяющий призвать того, кто сделает мир добрее.

Женщина скинула плащ, вытащила из шкатулки свернутый пергамент и в её руке появился мелок с золотыми вкраплениями.

– Круг вызова не очень сложный, перечень условий подходит, правда, нам бы следовало оказаться как можно глубже в подземелье, но тут уже ничего не исправишь, – не совсем понятно поясняет она и начинает быстро вычерчивать на полу линии и руны.

– Риск велик, может явиться не тот, кого ожидаем, – покачал головой воин, а потом резко прыгнул к одному из входов в зал.

Джург с придыханием стал размахивать мечом отбиваясь от нескольких летучих тварей. Зал наполнился писком и скрежетом стали о бронированные тушки, чем-то напоминающих безобидных летучих мышей. Да, когда-то они именно таковыми и являлись, но потом обросли жесткой стальной чешуёй, заимели острые и длинные когти-шипы, научились плеваться ядом. Неподготовленный человек при встрече даже с одной подобной тварью не продержится и пары минут.

– У нас не более пяти минут, выследили, – пнул ногами тела мышей воин.

– Знаю, – закусив губу, ответила Салтия. – Добавь маны в светлячок, необходим свет, а то ошибиться могу.

Воин тяжело вздохнул, снял с пояса хрустальную сферу и открыл крышку и шепнув пару слов плеснул ману в направлении зависшего над центром пещеры светлячка. Полоска магии прочертила линию к светлячку и тот замерцал с удвоенной силой.

Три минуты и круг с рунами начертан, Салтия встаёт в центр и начинает читать не то молитву, не то призыв. Две руны тускло замерцали, но ещё с тремя ничего не происходит. А в коридорах уже слышится поскуливание и быстрый цокот когтей, свора приближается. Джург прищурил глаза и встал в проёме двери. Воин понимает, что настаёт время последнего сражения в его жизни. Он краем глаза замечает, как Салтия бросила под ноги свиток, вытащила изящный стилет и без раздумий полоснула себя по ладони. Кровь закапала к её ногам, но женщина даже не поморщилась, вытащила свой пузырёк с синей жидкостью, и чтобы не терять времени швырнула его на пол разбив, сразу же указав мане какие напитать руны.

Первые шакалы с пеной на клыках уже начали нападать на воина, но тот хрипло смеётся и машет мечом. Псы подземных лабиринтов и пещер не страшны воину, но он осознаёт, что за ними обязательно придёт кто-то более сильный, против кого меч окажется бессилен. Тяжелая поступь и грозный рык заставил Джурга потратить треть маны из своего запаса. В проёме замерцала стена способная остановить врага на некоторое время. Если для шакалов и летучих мышей это непроходимый барьер пока не источится энергия в руне, то тот же пещерный медведь со своими проблесками энергии на когтях развеет защиту за десяток минут, если будет бить лапами в магическую стену поглощая магию.

– Странно, что нет ни одного поднятого скелета, – сделал пару шагов к Салтии воин.

– Мы миновали те уровни, где они обитают, – покачала головой женщина. – Нам требуется десять минут, призыв уже действует и ищет достойного продолжателя рода.

– Продолжателя рода? – изумился Джург. – Ты хочешь сказать, что носишь под сердцем ребёнка?

– Ты прав мой верный друг, – измученно улыбнулась женщина. – Сегодня ровно месяц моему малышу, но маму он уже не увидит.

Джург непристойно и длинно выругался, чего никогда не позволял себе при своей госпоже. Он сразу понял, что затеяла Салтия. Слияние своей частички с кем-то из другого мира, возможно и потустороннего. Что из этого произойдёт известно одним богам, которые давным-давно отвернулись от проживающих на планете людей. Но отчаянный шаг Салтии он не понимает, выбраться из подземных лабиринтов невозможно, а уж с младенцем на руках и подавно.

Женщина спешит, не обращает внимания на сочащуюся из пореза кровь, в ее руках еще какой-то пергамент, острым носком сапога Салтия вычерчивает на полу несложную руну и капает на неё три капли маны из последнего отставшего пузырька. Джург качает головой, а женщина спешит, протягивает руку и с усилием вытаскивает из пространственного мешка корзинку с пелёнками и ставит ту возле своих ног.

– Эх, не всё предусмотрела, послание после себя не оставила. Надеюсь, он сможет когда-нибудь во всём разобраться, – опускаясь на холодный каменный пол, произносит женщина. – Джург, у меня есть свиток перехода, предназначенный для перемещения небольшого груза на двадцать километров, когда меня не станет, то ты его активируй и перенеси малыша на поверхность. Будем надеяться, что найдутся те, кто ему поможет.

– Золотые монеты в помощь, – вытащил кошель воин и положил их в люльку.

Воин кивнул своей госпоже и направился к трещащей защите, в которую ломится взбешенный медведь. Джург успел вовремя, сфера лопнула, удар меча медведь отбил своей лапой с выпущенными когтями, но дага вошла под шею зверю, пробив его скудный мозг. Воин отскочил, чтобы зверь в судорогах его не поранил. Медведь завалился, кровь брызнула на стены и пол, но на воина не попало даже капли, он слишком опытен в таких делах. Где-то в темноте взвыли шакалы и прозвучал грозный рёв рассерженного зверя. За спиной же воина засверкали руны, воздух уплотнился, уже обнаженная госпожа на полу широко развела в стороны ноги и придерживает огромный живот.

– Джург, помоги, – просит Салтия до крови закусив нижнюю губу.

– Госпожа, но я не могу, – шумно сглотнув отводит взгляд в сторону воин.

– Ты должен перерезать пуповину, положить малыша в люльку и отправить того на поверхность. Это мой тебе воин приказ! – резко произносит женщина и морщится от боли. – Не переживай, схватки пройдут за минуту, заклинание уже наложила.

– Но вы не выживите! – прокричал Джург растратив своё хладнокровие.

– Поздно, но потом сожги моё тело, не хочу греметь костями и нападать на людей, среди которых может оказаться мой сын. Клянись!

– Как прикажите, – хмуро ответил воин и склонился над разведёнными ногами своей госпожи.

Бинтовать раны, добивать врага, а иногда и своих воинов Джургу приходилось не раз, но вот принимать роды – никогда. Тем не менее, он справился, невнятный крик младенца огласил пещеру. Салтия, находясь на грани между мирами смогла найти в себе силы и погладить младенца по голове, а после того, как поцеловала малыша, то её дыхание оборвалось и тело обмякло.

– Парень, ты будешь воином, другого не дано, – пробубнил Джург, осторожно кладя младенца в люльку.

Малыш молча наблюдает за происходящим, он не собирается кричать и плакать. В тёмно-карих глазах изумление, но ни грамма страха. Рот малыша открылся, и он даже попытался что-то сказать, но язык не слушается владельца, а связки еще не окрепли.

– Сейчас я тебя отправлю на поверхность, а потом и тут разберусь, – пробормотал воин и разжал уже костенеющие пальцы своей госпоже, чтобы вытащить свиток перемещения.

Джург положил пергамент в люльку, провёл рукой по своей бороде, словно собираясь что-то сказать, но лишь тяжело вздохнул и активировал руну переноса. Свиток полыхнул голубым светом, и люлька исчезла, унося нового жителя в неизвестность.

Подобный сон снится раз в месяц, а то и чаще. Вот и сегодня я проснулся в холодном поту и мысленно ругнулся, что совершенно не пристойно для отрока семи лет проживающего с бывшим воителем, превратившимся в знахаря и торговца зельями. На улице еще не рассвело и у меня есть время поваляться на грубо сколоченных досках. Нет, есть тощий матрас, набитый сеном, простынь, подушка и одеяло, но к подобному долго привыкал. Почему? Да всё просто и прозаично! Человек я не из данного мира! Хотя и являюсь его жителем. Скорее всего, во время заклинаний, которые произносила Силатия, что-то пошло не так, но я её не собираюсь обвинять. Наоборот, рад, что получил ещё один шанс на жизнь, но как его использовать ещё не решил. Сам-то я из небольшого подмосковного городка родом, но выбрал профессию военного и дослужился до подполковника. Очередное задание Родины отправило Александра Петровича Свольного в горячую точку. И попала наша танковая бригада под перекрестный обстрел боевиков, у которых по данным разведки не имелось тяжелого вооружения. Разрывы снарядов застали нас на отличной шоссейной дороге, которую гусеницы боевых машин грызли. Три коробочки загорелось чуть ли не одновременно. Мой механик-водитель среагировал, вывел танк в поле, мы даже в сторону боевиков пару выстрелов дали, а потом по барабанным перепонкам удар, мгновенно стало как в печи, и броня покраснела. Перед глазами всё закружилось и тогда-то уже понял, что до полковника не дослужусь. А вот потом что-то случилось, какая-то искорка поселилась в моём сознании и потащило в небо. Признаюсь, думал предстану перед страшным судом, даже видел что-то похожее на ворота в… хрен его знает куда, но пролетел мимо, потащила меня искра в какие-то глубины мироздания, а может космоса. Полёт продолжался пару минут, ничем он интересным не запомнился, кроме как тем, что мы проносились сквозь планеты и достигнув цели рухнули вниз в подземелье. Мой разум оказался заперт в утробе, но и там пробыл недолго, женщина разродилась и меня в люльку положили. Остаётся неразрешенной загадкой то, что вижу во сне перед попаданием в данный мир. Был ли в действительности разговор Джурга с Силатией? Сражался ли он с мышами, шакалами и медведем? Не исключаю, что это все бред воображения. Люлька со мной оказалась на самой границе защитного контура, защищающий посёлок. Обновляя защиту, точнее, вливая ману в кристаллы, меня и подобрал старый Изарун. Правда, чуть не убил на месте, не понравилось ему, что ребёнок пытается на пальцах что-то продемонстрировать, а не орёт громким криком как положено младенцу.

– Уж не из нижнего ли ты уровня к нам заслан? – начертал он руну на моём лбу, тогда ещё мокром от крови и выделений женщины.

На моё счастье маны хватило, чтобы проверить моё тельце и сознание на причастность к роду человеческому среди живых. Много позже понял, что повезло необычайно, если бы на меня наткнулся кто-то из жителей посёлка, то скорее всего по-тихому прирезал или, что вероятнее, выбросил бы младенца за защитный контур. А там-то я бы уже не выжил.

– Глянь-ка, из рода живых, а не мёртвых! – восхитился Изарун, когда руна засветилась зелёным цветом. – Кто же тебя здесь оставил? Или откуда-то порталом перекинули?

– Угу, угу, – попытался я согласиться с дедом, которому на вид лет под шестьдесят, но может и меньше, если бороду сбреет, да длинные волосы острижёт.

– Ты же родился от силы с день-два и мать-то даже кровь не смыла! – вытащил он меня из люльки, рассматривая со всех сторон.

Каюсь, грешен, не ожидал, что мочевой пузырь не подчиняется мозгу, обоссал я своего будущего благодетеля. Ну, с другой стороны, он ещё легко отделался, так как в желудке у меня никакой еды нет, а жрать хочется. Даже заорал я на него, точнее, заплакал, что деда привело в умиление.

– Потерпи малыш, домой придём, там и найду чем тебя покормить.

Ё-моё! Мне давали молоко козы, а потом пичкали манной кашкой, а сам дед жрал жареное мясо, овощи и фрукты, да ещё и запивал вином! Как тут не расплакаться от такой обиды? Правда, до этого меня показали старосте, решая судьбу найдёныша без роду и племени. Изарун меня намеревался взять в ученики и никому не отдал, делая упор на том, что я его лично выбрал ещё и пометил. Кстати, во мне словно две личности поселилось, один младенец, которого не всегда удаётся контролировать и много повидавший бывший подполковник. Уже семь лет я в этом странном мире, многому научился, но сам за собой замечаю странности. Сверстники меня не интересуют, по понятным причинам, но вот могу разреветься от обиды или какой-будь неудачи.

– Алексаш! Опять воды не наносил, негодник! – заставил меня подпрыгнуть на топчане голос Изаруна.

Чёрт, в самом деле, вчера я долго тренировался, откладывая до последнего домашние дела и… забыл про воду.

– Уже бегу! – на ходу натягивая штаны и ища ногами обувку, воскликнул я.

Да, как только осмотрелся, и кое-что понял, то начал тренировать своё тело и сознание, примерно лет с трёх. Как ни банально, но в этом мире выживает сильнейший. Истарния, такое название носит данное королевство, имеет приличные по площади земли, но небольшое количество народа. Да и королевством-то это назвать можно с натяжкой, по крайней мере для нашего поселения. До ближайшего города под сто километров, налогов никаких, если не считать каждогоднее обновление защитного контура за сто золотых. Защита нужна от проникновения в поселение нежити, которой тут тьма-тьмущая. Изначально, я посчитал, что магией легко управлять, но горько ошибся. Мало того, что необходимо знать те или иные руны, так еще и успевать их и напитывать драгоценной маной, а добыть её или собрать не так-то просто. Этим как раз занимается Изарун, делая вытяжки из клыков нежити или используя различные их органы. Б-р-р! Меня каждый раз подташнивает от данной процедуры, а помогать приходится, когда охотники приносят ингредиенты и мой дед (мысленно его так называю) приступает к работе. Кстати, зелье заживления тоже добывается из неживых монстров, но с условием, что тех убили не более суток назад. Первое время не мог разобраться, как можно неживое убить? Со временем понял, что нежить имеет схожие функции с живым организмом, необходимо найти больное место и бить по нему, но лучше всего отделить голову от тела или выбить ударом всю магию из организма. Поселение же существует за счёт добычи из моря камней, похожих на жемчуг. Правда, ракушки тут своеобразные, имеют зубы и с радостью питаются живыми организмами. Ходят байки, что однажды удалось добыть сразу три огромных камня из раковины размером с телёнка. Вот только счастливчика никто не видел и ссылаются на соседние поселения. Пока, в силу своего возраста мне закрыта дорога в лес и море, а про лабиринты пещер и говорить не приходится. Даже на первый уровень и то могут отправляться посвящённые в воины, у которых в своём арсенале есть склянки с восстановлением от ран. Но и это ещё не все. Воин обязан знать руны и как их применять, и, что главное, иметь личный меч и арбалет. Последний я могу смастерить, пусть и не такой убойный, а вот хороший меч стоит дорого. Поэтому приходится заниматься домашней работой, пасти коз, ловить в ближайшем озере рыбу и… учиться.

Ничего, ждать не привыкать, да и время мне играет на руку, успею тело натренировать, выучить руны, а потом и заняться исследованием данного мира.

Глава 1

В дорогу

Воспоминания о далёкой жизни постепенно стирается из памяти. Окликни меня кто-нибудь настоящим именем и вряд ли отзовусь. Нет больше Александра Петровича Свольного, его место занял Алексаш Свольн. Да и не сильно-то я похож на самого себя, который существовал в другом мире и времени. Даже ростом и то сантиметров на пять выше стал. Мышцы, как и телосложение отменное, тренировки дали о себе знать, да и физической работы тут много, опять-таки свежий и чистый воздух, натуральные продукты, без каких-то примесей. Пока ещё толком щетина на лице не выросла, но волосы длинные, приходится их подрезать, да иногда в хвост собирать. Однако, знакомые родинки на плече присутствуют, они каким-то образом переместилась на новое тело. Лицо с правильными чертами, нос небольшой, подбородок волевой, а глаза тёмно-синего цвета. Ну, на местных жителей ни грамма не похож, те черноволосы и, как бы сказали в моём мире, южных кровей, я же больше смахиваю на славянина. Впрочем, как появился в поселении не секрет, понимаю, что к местным жителям не имею отношения.

Да, так сложилось и получилось, что за проведённые 17 лет в новом мире я пришёл к определённым выводам и им стараюсь следовать. Правда, пока не очень-то успешно. Нет в нашем поселении достойных учителей, научить магии и воинскому ремеслу тут толком некому. Основные руны и как они применяются узнал давным-давно, тело изматываю физическими тренировками (мускулы накачиваю), но, блин, пасу коз и ловлю рыбу! Изарун, мой названный дед и наставник, только ворчит и палкой грозит, как только заикнусь, что пора уже заняться чем-то достойным.

– Голову сложишь или в ходячего мертвеца превратят, когда столкнёшься с кем-нибудь из высших тварей, – постоянно отвечал тот мне. – Чем тебя не устраивает нынешняя жизнь? Пойдёшь по моим стопам! На продаже зелий можно неплохо существовать, что мы в общем-то и делаем. Варить ману не каждому дано, а подпитывать защитный контур ответственная задача!

– Угу, и за это тебе платят в год целый золотой! – возражал я. – Ману же и зелье здоровья мы разливаем лишь в сферы по пятьдесят грамм! От тяжелых повреждений, чтобы восстановиться воину, потребуется как минимум порядка полулитра! А после такого приёма внутрь «алой крови» (название зелья восстановления) любой, даже самый подготовленный воин, сутки проваляется в пьяном бреду!

– Так это из-за ингредиентов, – разводил руками дед. – Будут достойные, так и сварим намного чище!

Да, упирается старик, но его понять можно, считает меня своим воспитанником и внуком. Впрочем, я и сам так считаю и благодарен деду за всё, что тот для меня сделал. Да и немощен он уже стал, время никого не щадит. Возраст своё берёт, как прошлое, которое он старательно скрывает от меня. Для чего, если всем вокруг известно о его молодых похождениях? Да, дед у меня боевой, сражался с нечистью и, как говорят, заходил аж на третий уровень пещер в поисках артефактов. Судя по всему, не разбогател, но умения у него остались. Иногда наблюдает за моими тренировками и даёт дельные советы, как управляться с деревянным мечом. Н-да, деревянный меч, лично его себе выстругал из палки, а самый обычный, без капли магии стоит в поселении три золотых! Чёрт! У меня в загашнике всего-то семь серебряных монет и двадцать медных! Финансовая структура королевства забавна, первое время никак не мог понять и уяснить, почему пятьдесят медных монет равны одной серебряной, а тех в свою очередь нужно до сотни накопить, чтобы получить один золотой тарий. Так и не разобрался, принял как должное. А вот арбалет у меня есть, не очень убойный, да болты у него без железных наконечников, но данные обязательные условия для посвящения в воины выполнил. Склянки с маной и алой кровью у меня имеются, сам сварил! Кстати, получилось даже чуточку темнее, чем у деда. Глубина цвета зелий имеет важное значение, чем темнее и насыщенней, тем оно дороже и, что главное, действует мощнее. Правда, проверять лично не приходилось. Те порезы и синяки, что случаются при работе, зельями не лечат. Ещё беда у меня с рунами, знаю всего-навсего несколько, те, которые доступны каждому! Этот перечень рун состоит: разведение огня; вызов светлячка; перенос маны в предмет; ночное зрение; распознавание нежити или живого мертвеца. Всё! А с таким багажом знаний далеко не уедешь! Из короткого списка моих умений, самое сложное перенос маны. Необходимо, начертать на нужном предмете, куда будет вливаться мана руну, соединить её со сферой, где находится зелье и перекачать. Данное действие приходится часто применять, когда подпитывается контур защиты вокруг поселения, так что в этом-то поднаторел и попади мне в руки рунное оружие, то, думаю, проблем с его активацией и подпиткой не возникнет.

– Алексаш, ты чего не откликаешься? – поинтересовался один из моих сверстников, сын мельника.

– Задумался, – пожал я плечами, выплюнув травинку изо рта. – Чего хотел, Зуран?

– Батя просит в жернова влить немного маны, крутятся медленно, – пояснил тот и поспешил добавить: – Три серебрушки платит.

– После полудня подойду, – согласился я. – Сейчас вернусь домой, принесу улов, а потом обойду контур защиты, хочу убедиться, что всё в порядке.

– Хорошо, бате твои слова передам, – ответил Зуран и не спеша отправился в сторону поселения.

Со сверстниками у меня отношения не складываются. Вроде и общаюсь, но в игрищах никогда не участвовал, когда поменьше был, то интереса не испытывал, всё время на тренировки изводил, а воевать с крапивой, представляя, что это мертвяк, как-то не считал нужным. Да и в прятки с салочками не бегал. Рос своего рода отшельником. Сейчас же уже поздно что-либо менять, да и не собираюсь я сидеть у костра или с девками где-нибудь в кустах обжиматься. Нет, помять травку хочется, особенно по утрам, когда одеяло топорщится от играющих гормонов. Но женихаться не собираюсь, а если баба понесёт, то тут уже не отвертеться. Увы, но предохраняться тут могут только замужние или вдовушки, а молоденьким девушкам требуется семью создавать и детишек нарожать. И, что самое печальное, повитухи на раз определяют охальника, что сунул свой орган непорочной деве, магия, мать её! Н-да, печалька, а молодые парни в поселении данное положение знают и, тем не менее, не прочь с понравившейся девахой отправиться в лесок. Естественно, после первого соития далеко не всегда девушка может оказаться в положении, да и не требует на себе жениться. Но вот рисковать своей свободой у меня нет желания. Да и не представляю я себя в семейной жизни! Нет, пора уже пытаться из поселения сваливать, да посмотреть, как в королевстве живут. Правда, добраться до ближайшего города сложно, а без денег там делать нечего. Пока у меня нет никакого решения, как и возможностей.

Улов отнёс домой, предварительно почистив рыбу и закопав требуху. Выловил сегодня четырёх увесистых карпов, точнее, что-то на них похожее. Ужин обеспечен, а завтра можно и на охоту сходить, вернее, силки поставить, глядишь и попадётся кто.

– Алексаш, может поваришь зелье? – спросил меня дед. – Устал что-то и поясницу ломит, видать к дождю.

– Прости, но есть другие дела, – покачал я головой. – Сегодня десятое число и пора обход периметра делать. После меня просили зайти к мельнику и жернова усилить.

– Смотри там осторожнее, – буркнул себе под нос дед.

– Да чего бояться, – пожал я плечами, складывая в сумку склянки с маной. – Думаю, пяти банок хватит, – потёр в задумчивости висок, – вряд ли защитные камни придётся подпитывать, не слышал, чтобы контур пытались прорвать.

– Вот это и странно, – задумчиво протянул дед. – За десять дней ни одной попытки. Надо бы узнать у соседей, как у них дела обстоят.

– Ну, обоз пойдёт ещё не скоро, месяца через два, сейчас торговать нечем, – ответил я.

– Да, лето только началось, ещё до сбора урожая далеко, – согласился с моими словами наставник. – И всё же, ты поосторожнее там.

– Ладно, давай пообедаем, да пойду, – сказал я.

Суп у деда всегда отменный получается. Пытался он меня научить кашеварить, но кроме как поджарить рыбу или мясо у меня ничего не вышло. Перекусив, отправился на обход защитного контура. Территория большая, но я уже давно уяснил, что нет нужды подходить к каждому кристаллу, установленному на каменный постамент. Магические кристаллы в контуре, который отгоняет нежить, состоят из последовательной цепи по пять штук. Достаточно проверить ману в одном, чтобы понять какой заряд на данном отрезке. Поэтому, на всю проверку уходит порядка двух часов, если срезать расстояния между каменными постаментами. На этот раз уровень маны израсходовался всего ничего, а значит никто, даже из мелкой нежити, не приближался к контуру.