Введение в ангелологию. Бесы. Кн. 2

Люцифер был блистательным первичным Сыном-Ланонандеком вселенной Небадон. Он обладал опытом служения во многих системах, являлся высоким советником своей группы и отличался мудростью, прозорливостью и эффективностью. Люцифер был 37-м членом своей категории и при аттестации был отмечен Мелхиседеками среди ста наиболее способных и блистательных личностей своей семисоттысячной группы. После столь великолепного начала, отдавшись злу и пороку, он пал в объятия греха и в настоящее время является одним из трех Властелинов Систем вселенной Небадон, поддавшихся эгоистическим побуждениям и софистике ложной личной свободы, – отрицанию вселенской преданности, неуважению к братским обязанностям, забвению космических взаимоотношений.

Во вселенной Небадон, владениях Христа Михаила, находятся десять тысяч систем обитаемых миров. За всю историю Сынов-Ланонандеков, на протяжении всего их труда в тысячах этих систем и столице вселенной, только три Властелина Систем проявили неуважение к правлению Сына-Создателя.

Руководители восстания

Люцифер не был восходящим существом. Он был сотворенным Сыном локальной вселенной, и о нём было сказано: «Ты был совершенен во всём со дня твоего сотворения, пока не нашлось в тебе неправедности». Много раз он держал совет с Всевышними Эдемии. И Люцифер правил «на святой горе Божьей», административной горе Иерусема, ибо он являлся верховным управляющим огромной системы из 607 обитаемых миров.

Люцифер был величественным существом, блистательной личностью. В иерархии вселенской власти он стоял сразу же за Всевышними Отцами созвездий. Несмотря на его прегрешение, до посвящения Михаила на Земле подчиненные ему разумные существа воздерживались от выказывания своего неуважения и негодования. Даже архангел Михаила, во времена воскрешения Моисея, «не произнес укоризненного суда, но сказал только: „Судья да вынесет тебе порицание"». В таких вопросах суд является прерогативой От Века Древних – правителей сверхвселенной. (внешнее созвучие имён архангела и Сына-Владыки послужило непониманием слов в Откр. 12:7).

Сегодня Люцифер – это падший и низложенный Властелин Сатании. Самоутверждение совершенно губительно даже для возвышенных личностей небесного мира. О Люцифере было сказано: «От красоты своей ты возгордился; от славы своей ты мудрость свою загубил». Наш древний пророк видел его прискорбное положение, когда писал: «Как пал ты с небес, о, Люцифер, сын зари! Как низвержен ты, который осмеливался смущать миры!»

На Земле о Люцифере почти ничего не было известно, так как он поручил своему первому заместителю, Сатане, представлять его на нашей планете. Сатана являлся членом той же самой первичной группы Ланонандеков, но никогда не был Властелином Системы; он стал активным участником восстания Люцифера. «Дьявол» – это не кто иной, как Калигастия, низложенный Планетарный Князь Земли, Сын вторичной категории Ланонандеков. В те времена, когда Михаил жил на Земле во плоти, Люцифер, Сатана и Калигастия объединились в попытке добиться провала его посвященческой миссии. Однако их козни потерпели полный провал.

Аваддон возглавлял персонал Калигастии. Он примкнул к восстанию вслед за своим хозяином и с тех пор действует в качестве главного управляющего земных бунтовщиков. Вельзевул был главой неверных промежуточных созданий, объединившихся с силами предателя Калигастии.

Со временем дракон стал символическим изображением всех этих злоумышленников. После триумфа Михаила «Гавриил спустился из Салвингтона и сковал дракона (всех главарей восстания) на одну эпоху». О серафических бунтовщиках Иерусема написано: «И ангелов, не сохранивших свое изначальное положение, но покинувших свое обиталище, он содержит в цепях тьмы, чтобы судить в день великий».

Причины восстания

Прошло более пятисот тысяч лет с начала правления в Иерусеме Люцифера и его первого помощника, Сатаны, когда в их сердцах стало зарождаться недовольство Всеобщим Отцом и его Сыном Михаилом, бывшим в то время наместником своего Отца.

В системе Сатания не было каких-либо необычных или специальных факторов, которые могли бы спровоцировать восстание или способствовать ему. Возможно, что эта идея зародилась и оформилась в сознании Люцифера, и что он мог стать подстрекателем подобного восстания, независимо от своего местонахождения. Первым, кого Люцифер посвятил в свои планы, был Сатана, однако потребовалось несколько месяцев, прежде чем ему удалось совратить разум этого умелого и блистательного помощника. Но однажды склоненный на сторону мятежных идей, он стал смелым и откровенным сторонником «самоутверждения и свободы».

Никто и никогда не внушал Люциферу мысли о восстании. Идея самоутверждения в противоположность воле Михаила и планам Всеобщего Отца – в том виде, в каком они представлены в Михаиле, – родилась в его собственном сознании. Его взаимоотношения с Сыном-Создателем были близкими и неизменно сердечными. До возвеличения своего собственного разума Люцифер никогда не выражал открытого недовольства вселенским управлением. Несмотря на его молчание, в течение более чем ста лет стандартного времени находящийся в Салвингтоне От Века Единый, через систему отражения, сообщал на Уверсу о том, что разум Люцифера неспокоен. Такая же информация передавалась Сыну-Создателю и Отцам Созвездия Норлатиадек.

В течение этого времени Люцифер всё более критически относился ко всему плану вселенского управления, однако неизменно декларировал полную преданность Высшим Правителям. Первый случай откровенного вероломства произошел в связи с визитом в Иерусем Гавриила всего за несколько дней до открытого провозглашения Декларации Свободы Люцифера. Гавриил был настолько потрясен неотвратимостью надвигавшегося мятежа, что сразу же отправился в Эдемию для совещания с Отцами Созвездия относительно шагов, которые следовало принять в случае открытого восстания. Очень трудно назвать точную причину или причины, которые, в конечном счете, привели к восстанию Люцифера. Можно быть уверенным только в одном: какими бы ни были эти причины, они возникли в сознании Люцифера. Скорее всего, его гордыня разрослась до состояния самообмана, так что на какое-то время Люцифер действительно убедил себя в том, что задуманное им восстание на самом деле будет во благо системы, если не вселенной. Ко времени разочарования в своих планах он, несомненно, зашел слишком далеко, чтобы его своеобразная, вредоносная гордыня позволила ему остановиться. На каком-то этапе он стал лицемерить, и зло вылилось в преднамеренный и умышленный грех. Подтверждением тому является последующее поведение этого выдающегося управляющего. В течение длительного времени ему предоставлялась возможность покаяться, но лишь некоторые из его подчиненных воспользовались предложенным им милосердием. От Века Верный Эдемии, по просьбе Отцов Созвездия, лично представил план Михаила по спасению этих ужасных преступников, однако милосердие Сына-Создателя неизменно отвергалось, причем каждый раз со всё большим презрением и негодованием.

Манифест Люцифера

Каковы бы ни были причины беды, поразившей сердца Люцифера и Сатаны, восстание окончательно разразилось после опубликования Декларации Свободы Люцифера. Кредо мятежников определялось в трех пунктах:

1. Реальность Всеобщего Отца. Люцифер утверждал, что Всеобщий Отец не существует, что физическая гравитация и пространственная энергия неотъемлемы от самой вселенной и что Отец является мифом, придуманным Райскими Сынами, чтобы править вселенными от имени Отца. Он отрицал, что личность есть дар Всеобщего Отца. Он даже намекал на то, что завершители находятся в тайном сговоре с Райскими Сынами с целью ввести в обман всё творение, ибо они, возвращаясь во вселенные, ни разу ясно не изложили представление о действительной личности Отца, какой она видится в Раю. Он спекулировал поклонением, называя его невежеством. Обвинение было огульным, ужасным и богохульным. Несомненно, что именно завуалированная атака на завершителей помогала восходящим существам, находившимся в то время в Иерусеме, сохранять твердость и стойкость в ответ на любые предложения мятежника.

2. Вселенское правление Сына-Создателя – Михаила. Люцифер настаивал на автономии локальных систем. Он протестовал против права Сына-Создателя Михаила владычествовать в Небадоне от имени гипотетического Райского Отца и требовать от всех личностей преданности этому невидимому Отцу. Он утверждал, что весь план поклонения есть хитроумная махинация, направленная на возвеличение Райских Сынов. Он был готов признать Михаила своим Создателем-отцом, но не своим Богом и законным правителем.

С наибольшей резкостью он обрушился на право От Века Древних – «чужеродных монархов» – вмешиваться в дела локальных систем и вселенных. Он называл этих правителей тиранами и узурпаторами. Он призывал своих сторонников поверить, что ни один из них не смог бы вмешиваться в чисто внутреннее правление, если бы только у людей и ангелов хватило смелости заявить о себе и храбро предъявить свои права.

Он утверждал, что исполнителям приговоров От Века Древних можно было бы запретить действовать в локальных системах, если бы только населяющие их существа заявили о своей независимости. Он заявлял, что бессмертие присуще личностям системы, что воскресение является естественным и автоматическим актом, и что все существа жили бы вечно, если бы не произвольные и несправедливые акты исполнителей приговоров От Века Древних.

3. Нападки на всеобщий план подготовки восходящих созданий. Люцифер утверждал, что слишком много времени и усилий затрачивается на столь тщательное обучение восходящих смертных принципам управления вселенной – принципам, которые он считал безнравственными и необоснованными. Он возражал против программы многовековой подготовки смертных пространства к некоей неведомой цели и ссылался на присутствие в Иерусеме корпуса завершителей как доказательство того, что предназначение, к которому эти смертные готовились в течение многих веков, является полным вымыслом. Насмехаясь, он указывал, что всё блаженство участи завершителей – быть возвращенными в скромные сферы, схожие со сферами их происхождения. Он намекал на то, что их совратили чрезмерной дисциплиной и продолжительной подготовкой и что в действительности они являются предателями своих смертных товарищей, ибо принимают участие в порабощении всего творения во имя мифического вечного предназначения восходящих смертных. Он защищал право восходящих созданий пользоваться свободой личного самоопределения. Он подвергал сомнению и осуждению весь план восхождения смертных, созданный Райскими Сынами при поддержке Бесконечного Духа.

Именно с такой Декларацией Свободы Люцифер предался своей вакханалии тьмы и смерти.

Начало восстания

Манифест Люцифера был обнародован на ежегодном конклаве Сатании, который состоялся на стеклянном море, в присутствии множества собравшихся здесь обитателей Иерусема, в последний день года, около двухсот тысяч лет тому назад по земному времени. Сатана объявил, что поклоняться можно всеобщим силам физическим, интеллектуальным и духовным, – но что преданным можно быть только действительному и нынешнему правителю Люциферу, «другу людей и ангелов» и «Богу свободы».

Самоутверждение стало боевым кличем восстания Люцифера. Согласно одному из главных его доводов, если самоуправление есть благое и правильное решение для Мелхиседеков и других групп, то им с таким же успехом могут пользоваться все категории разумных существ. Дерзко и настойчиво отстаивал он «равноправие разума» и «братство разумных существ». Он настаивал на том, чтобы любое правительство было ограничено уровнем локальных планет, добровольно объединяющихся в локальные системы. Он отвергал любую другую форму контроля. Он обещал Планетарным Князьям, что они будут править своими мирами в качестве верховных управляющих. Он выступал против того, чтобы законодательная деятельность осуществлялась в столице созвездия, а судебная – в столице вселенной. Он настаивал на том, чтобы все эти функции управления были сосредоточены в столицах систем и приступил к формированию своей собственной законодательной ассамблеи, а также создал свои собственные суды, подчиненные Сатане. И он распорядился, чтобы Князья отступнических миров поступали так же.

Все верховные управляющие Люцифера примкнули к восстанию и дали публичную клятву в качестве членов администрации нового главы «освобожденных миров и систем». Хотя в Небадоне уже произошли два восстания, это было в отдаленных созвездиях. По убеждению Люцифера, эти мятежи провалились из-за того, что большинство разумных существ не последовали за своими вождями. Он утверждал, что «власть за большинством» и что «разум непогрешим». Очевидно, то, что правители вселенной позволили ему свободно продолжать свою деятельность, укрепляло многие его гнусные убеждения. Он бросил вызов всем вышестоящим существам; однако казалось, что они не обращают внимания на его действия. Ему было позволено беспрепятственно исполнить свой план совращения.

Все милосердные отсрочки правосудия были расценены Люцифером как доказательство неспособности правительства Райских Сынов положить конец восстанию. Он открыто игнорировал Михаила, Эммануила и От Века Древних, бросая им откровенный вызов, после чего он утверждал, что отсутствие каких-либо ответных мер свидетельствует о беспомощности вселенского и сверхвселенского правительств.

Гавриил лично присутствовал при всех этих вероломных действиях и ограничился заявлением, что в должное время он выступит от имени Михаила и что все существа смогут свободно и спокойно сделать свой выбор, что «Сыны, правящие от имени Отца, желают только такой лояльности и преданности, которые были бы добровольными, чистосердечными и свободными от софистики».

Люциферу было позволено полностью создать и тщательно организовать свое мятежное правительство, прежде чем Гавриил попытался хоть как-то оспорить право раскола или противодействовать пропаганде мятежников. Однако Отцы Созвездия сразу же ограничили действия этих вероломных личностей системой Сатания. И всё же для лояльных существ всей Сатании этот период отсрочки стал временем огромных испытаний и переживаний. На несколько лет всё погрузилось в хаос, и обительские миры пребывали в состоянии великого смятения. Не исключено, что все эти «войны богов» и были отражены мифах древних славян и индийцев.

Природа конфликта

Когда в Сатании вспыхнул мятеж, Михаил встретился со своим Райским братом Эммануилом. После этого знаменательного совещания Михаил объявил, что он будет придерживаться той же политики, которая была свойственна его отношению к аналогичным восстаниям в прошлом – политике невмешательства.

Во время этого, а также в течение двух предыдущих восстаний, во вселенной Небадон не было абсолютного и личного властелина. Михаил правил по божественному праву в качестве наместника Всеобщего Отца – Сына-Создателя, но пока еще не по своему личному праву. Он еще не прошел весь путь посвящений; он еще не был наделен «всей властью на небесах и на земле» и не стал Сыном-Владыкой.

С начала восстания и вплоть до вступления на престол в качестве властелина Небадона Михаил никогда не противодействовал мятежным силам Люцифера; им было дозволено беспрепятственно идти своим путем в течение почти двухсот тысяч лет земного времени. В настоящее время Христос Михаил обладает всей полнотой власти для того, чтобы своевременно и даже быстро справляться с подобными проявлениями вероломства. Наверное, можно сомневаемся в том, что, даже имея абсолютную власть, его действия будут иными в случае еще одного подобного бунта.

Так как Михаил решил не вмешиваться в столкновения, вызванные восстанием Люцифера, Гавриил собрал свой личный персонал в Эдемии и в совете с Всевышними принял решение взять под свое начало верное небесное воинство Сатании. Михаил остался в Салвингтоне, а Гавриил отправился в Иерусем и, расположившись на сфере, посвященной Отцу, тому самому Всеобщему Отцу, в личности которого усомнились Люцифер и Сатана, в присутствии собравшегося преданного небесного воинства, развернул знамя Михаила – материальный символ правления Троицы во всём творении: три лазурных концентрических кольца на белом фоне.

Эмблемой Люцифера стало белое знамя с одним красным кругом, в центре которого находился сплошной черный круг.

«И произошла на небесах война; командующий Михаил со своими ангелами воевали против дракона (Люцифера, Сатаны и изменников-князей), а дракон и ангелы его воевали против них, но не устояли». Эта «война на небесах» не была физическим сражением, каким подобный конфликт может представляться на Земле. На первых этапах борьбы Люцифер постоянно проповедовал свои взгляды в планетарном амфитеатре. Гавриил неустанно изобличал софистику мятежников в устроенной неподалеку резиденции. Различные находившиеся на сфере личности, у которых еще не сложилось определенного отношения, попеременно посещали эти дискуссии, пока не приходили к окончательному решению.

Однако война на небесах была очень страшной и вполне реальной. Хотя и лишенный каких-либо проявлений варварства, столь характерных для физических войн незрелых миров, этот конфликт был куда более смертоносным. В материальных сражениях опасности подвергается материальная жизнь, война же на небесах ставила под угрозу жизнь вечную.

Преданный командир серафимов

В период между вспышкой восстания и прибытием нового правителя системы со своим персоналом многие личности не раз демонстрировали благородные и воодушевляющие примеры преданности и верности. Но наиболее впечатляющим из всех этих бесстрашных подвигов преданности стало отважное поведение Манотии – заместителя главы столичных серафимов Сатании.

После того, как в Иерусеме вспыхнуло восстание, глава серафического воинства примкнул к Люциферу. Именно этим объясняется тот факт, что в заблуждение было введено такое количество серафимов четвертой категории – управляющих серафимов системы. Глава серафимов был духовно ослеплен блистательной личностью Люцифера, который своим обаянием очаровывал низшие категории небесных существ. Они просто не могли представить себе, что такая ослепительная личность способна заблуждаться.